— Оливия, вообще-то, мы расстались всего несколько часов назад. Ты и твой жених, господин Аддерли, уехали вместе. Ну а мы с Раулем еще немного побеседовали, обсуждая исчезновение Дэниеля.
Я глупо приоткрыла рот, не в силах поверить услышанному.
Как это — несколько часов назад? Да я поклясться готова, что провела в плену намного, намного дольше! Так долго, что сбилась со счета, сколько раз засыпала и просыпалась в унылом мрачном месте без окон и дверей.
— Не может быть, — прошептала чуть слышно. — Но… А как же Дэниель? Точнее, Бретани, замаскированная под него. Я ведь точно помню все до мельчайших деталей. Все эти дни заточения.
Артен не торопился что-либо сказать, выдерживая томительную паузу. И по его виду я никак не могла понять, верит ли он мне или нет.
Я растерянно опустила взгляд на свои руки. И приглушенно ахнула от пришедшей в голову догадки.
Ногти. Они совершенно не изменили своей длины. А ведь это невозможно. Они должны были отрасти, поломаться, в конце концов.
— Ничего не понимаю, — пролепетала чуть слышно. Опять посмотрела на Артена и жалобно пропищала: — Но я не вру. Честное слово! Вот, на мне даже кольца помолвочного нет! Потому что оно обожгло меня, и я его снял, а потом провалилась в портал!
После чего неуверенно протянула руку к Артену.
Я думала, что он лишь мельком глянет на нее. Но ошибалась. Вместо этого Артен на удивление крепко взял меня за запястье, как будто опасаясь, что я одерну руку. Провел по моему безымянному пальцу, и кожу едва заметно защипало от какого-то сканирующего заклинания.
— Вот видите, — испуганно пискнула я. — Я не лгу…
И утонула в глазах Артена, когда он резко вскинул голову, взглянув на меня в упор.
Нет, это не было больно, хотя в моих висках противно закололо, а в ушах гулко заухало биение крови. Но неприятно это точно было. Мягко говоря.
При всем своем желании я не могла отвернуться или зажмуриться. Да я даже моргнуть была не в состоянии! Глаза быстро заболели от напряжения, на ресницах повисли слезы. Но сделать что-либо было выше моих сил. Мне оставалось лишь послушно играть роль зачарованной крохотной птички, к которой неспешно приближается голодная змея.
А затем я начала вспоминать. Окончание королевского бала, путь домой, за время которого мне так и не удалось разговорить Элдена. Мои ночные тревоги и сомнения. Перенос в подвал и встречу с Дэниелем. Мой долгий разговор с ним. То, как с него слезали чужие чары иллюзии…
На этом моменте власть Артена над моей волей слегка ослабла, как будто мужчина донельзя удивился увиденному. Я осторожно потянула было руку на себя, пытаясь высвободиться из хватки мужчины. Но он тут же очнулся, вновь вперился в меня своим жутким взором, и в голове опять ожил водоворот пережитых событий.
Впрочем, больше вспоминать было нечего. Унылое время заключение, которое тянулось настоящей вечностью. Затем моя вспышка ярости, улетевшая в небытие миска с кашей, попытка проверить, куда она исчезла. И финал — мое появление здесь.
На этом моменте Артен наконец-то разжал свои пальцы, и я тут же одернула руку. Принялась растирать онемевшее запястье.
— Ну? — с плохо скрытым любопытством спросил Рауль. — И что ты увидел в ее памяти?
— Что она не врет, — лаконично ответил Артен.
Я немедленно возликовала. Ну вот! Вообще-то, я никогда не вру. Ну, почти. Лишь в исключительных случаях.
— Точнее сказать, Оливия верит в то, что действительно долгое время провела в плену, — продолжил Артен. — И это крайне занимательно.
— То есть? — переспросила я, не совсем уловив смысла его слов.
Артен задумчиво потер подбородок. Потом встал и отошел к Раулю, который наблюдал за ним с явным интересом, видимо, тоже ожидая пояснений.
— Оливия, что ты знаешь о так называемых наведенных воспоминаниях? — полюбопытствовал Артен. Тут же добавил, досадливо поморщившись: — А впрочем, не отвечай. И без того понятно, что ничего.
— Наведенные воспоминания? — вместо меня спросил Рауль, удивленно вскинув брови.
В глубине души я ощутила мгновенный всплеск удовлетворения. Вот! Если уж Рауль не в курсе, о чем говорит Артен, то и мне стыдиться нечего.
— Хочешь сказать, что кто-то заставил Оливию поверить в похищение? — продолжил тем временем Рауль, и я огорченно сникла.
Эх, рано радовалась, как говорится.
— И в похищение, и в длительное заключение, — подтвердил Артен.
— То есть? — не выдержав, вновь влезла я с вопросом. — Получается, вообще ничего не было?
— Был портал в твоей комнате, — медленно проговорил Артен. — По всей видимости, он привел тебя в некое место. Но ты провела там совсем короткое время, вряд ли больше часа. Однако этого хватило, чтобы над тобой немного поколдовали и вручили каменный обломок в качестве оружия. После чего сразу же вышвырнули сюда. Все, что случилось с тобой между переносом из твоей спальни и появлением здесь, смело можешь считать выдумкой. Очень сильным заклятьем, которое создало в твоей памяти иллюзорную реальность. Там ты спасала Дэниеля, видела Бретани, целую вечность страдала в заключении. Но, как ты понимаешь, в действительности ничего из этого с тобой не произошло.
— Нет, не понимаю, — честно призналась я. — Как такое вообще возможно?
— Между прочим, это не так уж и сложно устроить. — Артен пожал плечами. — Даже последователем Тиарга для этого быть необязательно. Мозг человека, моя дорогая Оливия, пожалуй, самый загадочный предмет. Если его, конечно, можно назвать предметом. Суть в том, что наше воображение и без всякой магии способно создавать настоящие миры. Многие философы вообще спорят, существует ли наша реальность на самом деле.
Я озадаченно хмыкнула, в упор не понимая, о чем говорит Артен.
— По сути, мы можем быть уверены только в собственном существовании, — с усталым вздохом пояснил он. — А вдруг мира вокруг нас на самом деле нет? Вдруг это какое-то наваждение? Ты знаешь, наверное, что иногда люди впадают в летаргический сон. Что они видят во время него? Вдруг проживают какую-то особую жизнь, которая для них не менее реальна, чем настоящая? И где тогда гарантия в том, что именно сейчас мы живем, а не прикованы к больничной кровати, застряв на пороге смерти?
Я невольно поежилась от проникновенных слов Артена.
Ох, о подобном я никогда не задумывалась. Как-то даже… неуютно от мысли, что он может быть прав.
— Впрочем, не бери в голову. — Артен, заметив мою реакцию на свои слова, слабо усмехнулся. — Поэтому я не люблю философов. Уж больно они любят задавать вопросы, от которых потом мозги кипят. Как бы то ни было, то, что ты пережила, для тебя является реальностью. Но в действительности это можно назвать сном. Очень подробным, очень эмоционально окрашенным, но сном.
— Но зачем такие сложности? — Я растерянно всплеснула руками. — Ладно, я понимаю, почему похитили Дэниеля. Но я-то кому сдалась?
— Куда любопытнее, что тебя как раз не похитили, — пробормотал себе под нос Артен. — Хотя господин Аддерли, вне всякого сомнения, очень бы огорчился из-за твоего исчезновения.
— Вот именно! — воскликнула я. — Нелепица какая-то! Зачем выкрадывать меня из собственной спальни, а потом выкидывать здесь? Ради чего? Или этот загадочный злодей рассчитывал, что, растерявшись, я нападу на Рауля и прикончу его, искренне полагая, что спасаю собственную жизнь?
Осеклась, осознав, что вопреки всем правилам этикета только что назвала короля по имени. Бросила на него виноватый взгляд и проговорила:
— Ох, простите, ваше величество.
— За что? — искренне изумился тот. Но сразу же понял мою оплошность и лишь отмахнулся, небрежно обронив: — О, Оливия, по-моему, я уже не раз говорил тебе, что не люблю излишнего официоза.
— Ну, при всем моем уважении, однако убить Рауля у тебя вряд ли бы получилось, — скептически пробурчал Артен. — А вот он как раз мог тебя прикончить случайно. Так что тебе еще повезло, что я шел за ним и потому отреагировал первым. А то это приключение могло бы стать последним для тебя. Знаешь ли, когда в собственной спальне на тебя набрасывается некто с диким криком и потрясая над головой чем-то очень похожим на оружие — вряд ли будешь спокойно стоять и рассматривать, кто на тебя напал. Куда скорее ударишь на опережение, а потом уже попытаешься проанализировать ситуацию.
Я уныло кивнула, целиком и полностью согласная со словами Артена.
— Возможно, в этом и заключался план похитителя? — внезапно спросил Рауль. — Мои отношения с господином Аддерли… м-м… далеки от дружеских. И убийство его невесты вряд ли бы улучшило их.
— Да и обстоятельства этого убийства были бы ну очень двусмысленны, — подтвердил Артен. — Твоя спальня, Оливия, одетая лишь в ночную сорочку…
При этих словах я покраснела и попыталась повыше подтянуть одеяло.
Ну уж извините, что так вышло. Я и подумать не могла, что меня выкрадут из собственной спальни. Пожалуй, отныне я буду спать только полностью одетой и даже в туфлях. А то мало ли. Вдруг опять похитят.
— Так-с, — вдруг произнес Артен и напряженно выпрямился, как будто какая-то мысль только что пришла ему в голову. Обернулся к двери и сухо произнес: — Если моя догадка верна, то сейчас к нам пожалуют гости.
— Что? — Рауль удивленно вскинул брови, но внезапно из коридора послышался какой-то странный шум.
Я напрягла весь слух, силясь понять, что происходит.
Кажется, кто-то что-то крикнул. Потом непонятный грохот и звон. Там что, дерутся?
Рауль вопросительно глянул на Артена, но тот продолжал стоять совершенно спокойно, удерживая на губах легкую чуть рассеянную улыбку.
Сразу после этого раздался топот, как будто по коридору мчалась целая толпа. И меня с непреодолимой силой потянуло нырнуть под одеяло с головой.
Сдается, я уже догадываются, кто это сюда спешит.
В этот же миг дверь с грохотом отлетела в сторону. О нет, она не распахнулась. Ее просто вынесло прочь с такой силой, что она лишь каким-то чудом не рухнула вовсе, повиснув на одной петле.
И на пороге предстал разъяренный Элден.
О, он действительно был в бешенстве. Обычно прозрачные серые глаза налились грозной синевой и метали молнии, губы кривились в презрительных гримасах. Элден бросил на меня взгляд — и кровь заледенела в моих жилах, а волосы на голове сами собой встали дыбом и, по-моему, даже зашевелились.
Между тем в комнату ворвалась еще пара стражников, которые, видимо, прежде безуспешно пытались остановить Элдена. На это указывал их вид, такой жалкий и потрепанный, что в любой другой момент я бы рассмеялась. На скуле одного насмерть перепуганного паренька угрожающе багровел наливающийся синяк, другой бережно придерживал у груди руку, при малейшем движении кривясь от боли.
Ничего себе! А хорошо он их потрепал. И это, насколько я понимаю, вообще без использования магии, раз уж Артен сказал, что здесь она не действует.
Или он имел в виду только спальню? Да нет, вроде бы, ясно сказал про часть дворца.
— Ваше величество… — Менее пострадавший стражник с неприятным металлическим скрежетом вытянул из ножен меч и шагнул вперед. При этом его коленки отчетливо затряслись, но он все равно с вызовом вздернул подбородок, не отводя взгляда от спокойно стоявшего Элдена. Продолжил с мрачной решимостью: — Пожалуйста, ваше величество, отойдите в сторону.
Элден дернул одной щекой, растянув губы в подобие улыбки. Искоса глянул на стражника — и тот весь затрепетал как осиновый лист, однако не ударился в бегство. Напротив, покачнулся вперед, явно желая закрыть своим телом путь к Раулю.
— Стефан, меч в ножны, — негромко приказал ему Артен. — И выйди прочь. Заодно Иргона с собой захвати. По-моему, вам обоим надо показаться целителю.
— Но… — Стражник изумленно распахнул глаза, не торопясь опускать клинок.
— Вон! — повысив голос, рявкнул Артен. Да так, что я сама чуть не соскочила с кровати и не рванула прочь.
Точнее сказать, я бы с превеликой радостью так сделала. Но здравый смысл подсказывал, что повеление господина Войса ко мне относится в последнюю очередь.
Стефан, к которому обращался Артен, попятился. А затем и вовсе бросился прочь, грохоча сапогами. Поторопился за ним и Иргон, все так же баюкая у груди руку.
— Добрый вечер, господин Аддерли, — проговорил Артен, когда вдали затихли звуки поспешного бегства стражников. Демонстративно покосился на окно, за которым небеса уже наливались румянцем скорой зари, и исправился: — Или, вернее сказать, доброго утра. Давненько, однако, не виделись.
Элден промолчал. Опять глянул на меня и отчетливо заскрипел зубами. Однако, как ни странно, не торопился ринуться в атаку.
— Полагаю, вы уже поняли, что едва не угодили в ловушку, — продолжил Артен. — И сейчас самое время все обсудить.
Несколько секунд томительного ожидания — и Элден нехотя кивнул, после чего разжал кулаки.
Я тихонько выдохнула, только сейчас обнаружив, что все это время забывала дышать.
Фух, кажется, кровопролития удалось избежать.
— Такие вот дела, господин Аддерли.
Артен, который за несколько минут кратко и емко ввел Элдена в курс дела, замолчал. Потянулся к бокалу с вином, желая промочить горло.
Мы опять сидели в кабинете Рауля. Правда, Элден настойчиво порывался отправить меня домой. Но я наотрез отказалась это делать, прибегнув к самому простому и логичному доводу — а вдруг меня опять похитят? Но на сей раз по-настоящему. И не видать мне тогда воли вольной долгие-долгие годы.
Так что Элден, скрепя сердце, согласился на мое присутствие. Даже более того — ему пришлось пережить и то, что сейчас я сидела в личном халате Рауля. Конечно, я почти утонула в нем. Но все-таки это лучше, нежели чем я по-прежнему щеголяла бы лишь в ночной рубашке.
Элден замер, уставившись отсутствующим взглядом поверх головы Артена и, видимо, переваривая услышанное. Я то и дело жалобно посматривала на него, чувствуя себя донельзя неловко.
Вроде бы, в случившемся нет моей вины. Но почему мне так стыдно? Так и тянет начать извиняться за все произошедшее.
— А как вы поняли, что Оливия попала в беду? — первым нарушил затянувшуюся паузу Артен. — И почему ринулись искать ее именно сюда?
Элден досадливо поморщился. В свою очередь посмотрел на меня, и я тут же стыдливо потупилась. Правда, успела уловить на дне его зрачков некое чувство, более похожее на раскаяние.
Хм-м… Как-то странно. Или мне показалось?
— Скажем так, сегодня вечером я имел разговор с Каролиной Трей, — нехотя проговорил Элден.
Рауль, который расслабленно восседал в своем кресле, дернулся. Судорожно стиснул подлокотники после столь внезапного заявления. Артен, стоявший позади него, положил руку ему на плечо в успокаивающем жесте.
Еще страннее. Потому что я могла бы поклясться, что как раз господин Войс совершенно не удивился словам Элдена.
— Разговор? — мягко переспросил он. — Или?..
Не закончил фразу, с самой доброжелательной улыбкой уставившись на Элдена.
Тот, правда, почему-то дернул кадыком и выпрямился.
— Ладно, — буркнул себе под нос. — Я лично встречался с ней.
Теперь уже я по примеру Рауля дернулась и стиснула подлокотники.
Как это — встречался? Она же в своем поместье, а не в Рочере!
А впрочем, вряд ли это такая уж проблема для Элдена. Но от этого известия у меня неприятно засосало под ложечкой.
О, я прекрасно помнила, какой обворожительной и очаровательной может быть баронесса Трей. Конечно, после лишения колдовской силы она немного сдала позиции, но все равно. И вообще, это неприлично! Ночью встречаться с другой женщиной!
Я глупо приоткрыла рот, не в силах поверить услышанному.
Как это — несколько часов назад? Да я поклясться готова, что провела в плену намного, намного дольше! Так долго, что сбилась со счета, сколько раз засыпала и просыпалась в унылом мрачном месте без окон и дверей.
— Не может быть, — прошептала чуть слышно. — Но… А как же Дэниель? Точнее, Бретани, замаскированная под него. Я ведь точно помню все до мельчайших деталей. Все эти дни заточения.
Артен не торопился что-либо сказать, выдерживая томительную паузу. И по его виду я никак не могла понять, верит ли он мне или нет.
Я растерянно опустила взгляд на свои руки. И приглушенно ахнула от пришедшей в голову догадки.
Ногти. Они совершенно не изменили своей длины. А ведь это невозможно. Они должны были отрасти, поломаться, в конце концов.
— Ничего не понимаю, — пролепетала чуть слышно. Опять посмотрела на Артена и жалобно пропищала: — Но я не вру. Честное слово! Вот, на мне даже кольца помолвочного нет! Потому что оно обожгло меня, и я его снял, а потом провалилась в портал!
После чего неуверенно протянула руку к Артену.
Я думала, что он лишь мельком глянет на нее. Но ошибалась. Вместо этого Артен на удивление крепко взял меня за запястье, как будто опасаясь, что я одерну руку. Провел по моему безымянному пальцу, и кожу едва заметно защипало от какого-то сканирующего заклинания.
— Вот видите, — испуганно пискнула я. — Я не лгу…
И утонула в глазах Артена, когда он резко вскинул голову, взглянув на меня в упор.
Нет, это не было больно, хотя в моих висках противно закололо, а в ушах гулко заухало биение крови. Но неприятно это точно было. Мягко говоря.
При всем своем желании я не могла отвернуться или зажмуриться. Да я даже моргнуть была не в состоянии! Глаза быстро заболели от напряжения, на ресницах повисли слезы. Но сделать что-либо было выше моих сил. Мне оставалось лишь послушно играть роль зачарованной крохотной птички, к которой неспешно приближается голодная змея.
А затем я начала вспоминать. Окончание королевского бала, путь домой, за время которого мне так и не удалось разговорить Элдена. Мои ночные тревоги и сомнения. Перенос в подвал и встречу с Дэниелем. Мой долгий разговор с ним. То, как с него слезали чужие чары иллюзии…
На этом моменте власть Артена над моей волей слегка ослабла, как будто мужчина донельзя удивился увиденному. Я осторожно потянула было руку на себя, пытаясь высвободиться из хватки мужчины. Но он тут же очнулся, вновь вперился в меня своим жутким взором, и в голове опять ожил водоворот пережитых событий.
Впрочем, больше вспоминать было нечего. Унылое время заключение, которое тянулось настоящей вечностью. Затем моя вспышка ярости, улетевшая в небытие миска с кашей, попытка проверить, куда она исчезла. И финал — мое появление здесь.
На этом моменте Артен наконец-то разжал свои пальцы, и я тут же одернула руку. Принялась растирать онемевшее запястье.
— Ну? — с плохо скрытым любопытством спросил Рауль. — И что ты увидел в ее памяти?
— Что она не врет, — лаконично ответил Артен.
Я немедленно возликовала. Ну вот! Вообще-то, я никогда не вру. Ну, почти. Лишь в исключительных случаях.
— Точнее сказать, Оливия верит в то, что действительно долгое время провела в плену, — продолжил Артен. — И это крайне занимательно.
— То есть? — переспросила я, не совсем уловив смысла его слов.
Артен задумчиво потер подбородок. Потом встал и отошел к Раулю, который наблюдал за ним с явным интересом, видимо, тоже ожидая пояснений.
— Оливия, что ты знаешь о так называемых наведенных воспоминаниях? — полюбопытствовал Артен. Тут же добавил, досадливо поморщившись: — А впрочем, не отвечай. И без того понятно, что ничего.
— Наведенные воспоминания? — вместо меня спросил Рауль, удивленно вскинув брови.
В глубине души я ощутила мгновенный всплеск удовлетворения. Вот! Если уж Рауль не в курсе, о чем говорит Артен, то и мне стыдиться нечего.
— Хочешь сказать, что кто-то заставил Оливию поверить в похищение? — продолжил тем временем Рауль, и я огорченно сникла.
Эх, рано радовалась, как говорится.
— И в похищение, и в длительное заключение, — подтвердил Артен.
— То есть? — не выдержав, вновь влезла я с вопросом. — Получается, вообще ничего не было?
— Был портал в твоей комнате, — медленно проговорил Артен. — По всей видимости, он привел тебя в некое место. Но ты провела там совсем короткое время, вряд ли больше часа. Однако этого хватило, чтобы над тобой немного поколдовали и вручили каменный обломок в качестве оружия. После чего сразу же вышвырнули сюда. Все, что случилось с тобой между переносом из твоей спальни и появлением здесь, смело можешь считать выдумкой. Очень сильным заклятьем, которое создало в твоей памяти иллюзорную реальность. Там ты спасала Дэниеля, видела Бретани, целую вечность страдала в заключении. Но, как ты понимаешь, в действительности ничего из этого с тобой не произошло.
— Нет, не понимаю, — честно призналась я. — Как такое вообще возможно?
— Между прочим, это не так уж и сложно устроить. — Артен пожал плечами. — Даже последователем Тиарга для этого быть необязательно. Мозг человека, моя дорогая Оливия, пожалуй, самый загадочный предмет. Если его, конечно, можно назвать предметом. Суть в том, что наше воображение и без всякой магии способно создавать настоящие миры. Многие философы вообще спорят, существует ли наша реальность на самом деле.
Я озадаченно хмыкнула, в упор не понимая, о чем говорит Артен.
— По сути, мы можем быть уверены только в собственном существовании, — с усталым вздохом пояснил он. — А вдруг мира вокруг нас на самом деле нет? Вдруг это какое-то наваждение? Ты знаешь, наверное, что иногда люди впадают в летаргический сон. Что они видят во время него? Вдруг проживают какую-то особую жизнь, которая для них не менее реальна, чем настоящая? И где тогда гарантия в том, что именно сейчас мы живем, а не прикованы к больничной кровати, застряв на пороге смерти?
Я невольно поежилась от проникновенных слов Артена.
Ох, о подобном я никогда не задумывалась. Как-то даже… неуютно от мысли, что он может быть прав.
— Впрочем, не бери в голову. — Артен, заметив мою реакцию на свои слова, слабо усмехнулся. — Поэтому я не люблю философов. Уж больно они любят задавать вопросы, от которых потом мозги кипят. Как бы то ни было, то, что ты пережила, для тебя является реальностью. Но в действительности это можно назвать сном. Очень подробным, очень эмоционально окрашенным, но сном.
— Но зачем такие сложности? — Я растерянно всплеснула руками. — Ладно, я понимаю, почему похитили Дэниеля. Но я-то кому сдалась?
— Куда любопытнее, что тебя как раз не похитили, — пробормотал себе под нос Артен. — Хотя господин Аддерли, вне всякого сомнения, очень бы огорчился из-за твоего исчезновения.
— Вот именно! — воскликнула я. — Нелепица какая-то! Зачем выкрадывать меня из собственной спальни, а потом выкидывать здесь? Ради чего? Или этот загадочный злодей рассчитывал, что, растерявшись, я нападу на Рауля и прикончу его, искренне полагая, что спасаю собственную жизнь?
Осеклась, осознав, что вопреки всем правилам этикета только что назвала короля по имени. Бросила на него виноватый взгляд и проговорила:
— Ох, простите, ваше величество.
— За что? — искренне изумился тот. Но сразу же понял мою оплошность и лишь отмахнулся, небрежно обронив: — О, Оливия, по-моему, я уже не раз говорил тебе, что не люблю излишнего официоза.
— Ну, при всем моем уважении, однако убить Рауля у тебя вряд ли бы получилось, — скептически пробурчал Артен. — А вот он как раз мог тебя прикончить случайно. Так что тебе еще повезло, что я шел за ним и потому отреагировал первым. А то это приключение могло бы стать последним для тебя. Знаешь ли, когда в собственной спальне на тебя набрасывается некто с диким криком и потрясая над головой чем-то очень похожим на оружие — вряд ли будешь спокойно стоять и рассматривать, кто на тебя напал. Куда скорее ударишь на опережение, а потом уже попытаешься проанализировать ситуацию.
Я уныло кивнула, целиком и полностью согласная со словами Артена.
— Возможно, в этом и заключался план похитителя? — внезапно спросил Рауль. — Мои отношения с господином Аддерли… м-м… далеки от дружеских. И убийство его невесты вряд ли бы улучшило их.
— Да и обстоятельства этого убийства были бы ну очень двусмысленны, — подтвердил Артен. — Твоя спальня, Оливия, одетая лишь в ночную сорочку…
При этих словах я покраснела и попыталась повыше подтянуть одеяло.
Ну уж извините, что так вышло. Я и подумать не могла, что меня выкрадут из собственной спальни. Пожалуй, отныне я буду спать только полностью одетой и даже в туфлях. А то мало ли. Вдруг опять похитят.
— Так-с, — вдруг произнес Артен и напряженно выпрямился, как будто какая-то мысль только что пришла ему в голову. Обернулся к двери и сухо произнес: — Если моя догадка верна, то сейчас к нам пожалуют гости.
— Что? — Рауль удивленно вскинул брови, но внезапно из коридора послышался какой-то странный шум.
Я напрягла весь слух, силясь понять, что происходит.
Кажется, кто-то что-то крикнул. Потом непонятный грохот и звон. Там что, дерутся?
Рауль вопросительно глянул на Артена, но тот продолжал стоять совершенно спокойно, удерживая на губах легкую чуть рассеянную улыбку.
Сразу после этого раздался топот, как будто по коридору мчалась целая толпа. И меня с непреодолимой силой потянуло нырнуть под одеяло с головой.
Сдается, я уже догадываются, кто это сюда спешит.
В этот же миг дверь с грохотом отлетела в сторону. О нет, она не распахнулась. Ее просто вынесло прочь с такой силой, что она лишь каким-то чудом не рухнула вовсе, повиснув на одной петле.
И на пороге предстал разъяренный Элден.
О, он действительно был в бешенстве. Обычно прозрачные серые глаза налились грозной синевой и метали молнии, губы кривились в презрительных гримасах. Элден бросил на меня взгляд — и кровь заледенела в моих жилах, а волосы на голове сами собой встали дыбом и, по-моему, даже зашевелились.
Между тем в комнату ворвалась еще пара стражников, которые, видимо, прежде безуспешно пытались остановить Элдена. На это указывал их вид, такой жалкий и потрепанный, что в любой другой момент я бы рассмеялась. На скуле одного насмерть перепуганного паренька угрожающе багровел наливающийся синяк, другой бережно придерживал у груди руку, при малейшем движении кривясь от боли.
Ничего себе! А хорошо он их потрепал. И это, насколько я понимаю, вообще без использования магии, раз уж Артен сказал, что здесь она не действует.
Или он имел в виду только спальню? Да нет, вроде бы, ясно сказал про часть дворца.
— Ваше величество… — Менее пострадавший стражник с неприятным металлическим скрежетом вытянул из ножен меч и шагнул вперед. При этом его коленки отчетливо затряслись, но он все равно с вызовом вздернул подбородок, не отводя взгляда от спокойно стоявшего Элдена. Продолжил с мрачной решимостью: — Пожалуйста, ваше величество, отойдите в сторону.
Элден дернул одной щекой, растянув губы в подобие улыбки. Искоса глянул на стражника — и тот весь затрепетал как осиновый лист, однако не ударился в бегство. Напротив, покачнулся вперед, явно желая закрыть своим телом путь к Раулю.
— Стефан, меч в ножны, — негромко приказал ему Артен. — И выйди прочь. Заодно Иргона с собой захвати. По-моему, вам обоим надо показаться целителю.
— Но… — Стражник изумленно распахнул глаза, не торопясь опускать клинок.
— Вон! — повысив голос, рявкнул Артен. Да так, что я сама чуть не соскочила с кровати и не рванула прочь.
Точнее сказать, я бы с превеликой радостью так сделала. Но здравый смысл подсказывал, что повеление господина Войса ко мне относится в последнюю очередь.
Стефан, к которому обращался Артен, попятился. А затем и вовсе бросился прочь, грохоча сапогами. Поторопился за ним и Иргон, все так же баюкая у груди руку.
— Добрый вечер, господин Аддерли, — проговорил Артен, когда вдали затихли звуки поспешного бегства стражников. Демонстративно покосился на окно, за которым небеса уже наливались румянцем скорой зари, и исправился: — Или, вернее сказать, доброго утра. Давненько, однако, не виделись.
Элден промолчал. Опять глянул на меня и отчетливо заскрипел зубами. Однако, как ни странно, не торопился ринуться в атаку.
— Полагаю, вы уже поняли, что едва не угодили в ловушку, — продолжил Артен. — И сейчас самое время все обсудить.
Несколько секунд томительного ожидания — и Элден нехотя кивнул, после чего разжал кулаки.
Я тихонько выдохнула, только сейчас обнаружив, что все это время забывала дышать.
Фух, кажется, кровопролития удалось избежать.
Глава пятая
— Такие вот дела, господин Аддерли.
Артен, который за несколько минут кратко и емко ввел Элдена в курс дела, замолчал. Потянулся к бокалу с вином, желая промочить горло.
Мы опять сидели в кабинете Рауля. Правда, Элден настойчиво порывался отправить меня домой. Но я наотрез отказалась это делать, прибегнув к самому простому и логичному доводу — а вдруг меня опять похитят? Но на сей раз по-настоящему. И не видать мне тогда воли вольной долгие-долгие годы.
Так что Элден, скрепя сердце, согласился на мое присутствие. Даже более того — ему пришлось пережить и то, что сейчас я сидела в личном халате Рауля. Конечно, я почти утонула в нем. Но все-таки это лучше, нежели чем я по-прежнему щеголяла бы лишь в ночной рубашке.
Элден замер, уставившись отсутствующим взглядом поверх головы Артена и, видимо, переваривая услышанное. Я то и дело жалобно посматривала на него, чувствуя себя донельзя неловко.
Вроде бы, в случившемся нет моей вины. Но почему мне так стыдно? Так и тянет начать извиняться за все произошедшее.
— А как вы поняли, что Оливия попала в беду? — первым нарушил затянувшуюся паузу Артен. — И почему ринулись искать ее именно сюда?
Элден досадливо поморщился. В свою очередь посмотрел на меня, и я тут же стыдливо потупилась. Правда, успела уловить на дне его зрачков некое чувство, более похожее на раскаяние.
Хм-м… Как-то странно. Или мне показалось?
— Скажем так, сегодня вечером я имел разговор с Каролиной Трей, — нехотя проговорил Элден.
Рауль, который расслабленно восседал в своем кресле, дернулся. Судорожно стиснул подлокотники после столь внезапного заявления. Артен, стоявший позади него, положил руку ему на плечо в успокаивающем жесте.
Еще страннее. Потому что я могла бы поклясться, что как раз господин Войс совершенно не удивился словам Элдена.
— Разговор? — мягко переспросил он. — Или?..
Не закончил фразу, с самой доброжелательной улыбкой уставившись на Элдена.
Тот, правда, почему-то дернул кадыком и выпрямился.
— Ладно, — буркнул себе под нос. — Я лично встречался с ней.
Теперь уже я по примеру Рауля дернулась и стиснула подлокотники.
Как это — встречался? Она же в своем поместье, а не в Рочере!
А впрочем, вряд ли это такая уж проблема для Элдена. Но от этого известия у меня неприятно засосало под ложечкой.
О, я прекрасно помнила, какой обворожительной и очаровательной может быть баронесса Трей. Конечно, после лишения колдовской силы она немного сдала позиции, но все равно. И вообще, это неприлично! Ночью встречаться с другой женщиной!
