— А как же его величество Артур Второй? — вдруг выпалила я имя предыдущего правителя нашей страны.
Похолодела от ужаса, вспомнив, что тот погиб очень рано даже по человеческим меркам, не говоря уж про магические — всего в сорок лет. Вроде как в результате долгой продолжительной болезни. Но… А что, если ему помогли удалиться в лучший из миров? Кстати, по невероятной случайности смерть Артура произошла как раз через пару дней после совершеннолетия Рауля.
Ой, мамочки!
Волосы на моей голове в этот момент встали дыбом. А вот за такое меня точно убьют. Сейчас Артен как обернется драконом, как дохнет на меня огнем. И даже тело прятать не придется. Просто сметет в камин золу, оставшуюся от дурной девицы, не умеющей держать язык за зубами.
Артен опять фыркнул от смеха, явно позабавленный моей реакцией.
— Его величество Артур Второй умер в полной уверенности, что Рауль его настоящий сын и единственный наследник, — мягко проговорил он. — И, к слову, его смерть была хоть и преждевременной, но не насильственной. Увы, его величество… э-э… слишком увлекся горячительными напитками в последние годы своей жизни. Я пытался его вразумить на правах друга семьи, и на некоторое время он действительно полностью отказался от алкоголя. Но после смерти Аннет, матери Рауля и женщины, которую он горячо и искренне любил, все пошло наперекосяк.
— А королева Аннет… — Я запнулась, почувствовав, как горло перехватывает тугая волна паники.
— А королева Аннет тоже умерла по совершенно естественным причинам, — без особых проблем закончил за меня фразу Артен и почему-то погрустнел.
— Неужели, — буркнула я себе под нос.
Прямо настоящее беда какая-то с представителями королевского рода у нас в стране. Может, их проклял кто-нибудь?
Тем более что за подходящей кандидатурой проклинателя ходить далеко не надо. И я украдкой покосилась на ректора магической академии.
— Оливия, твое недоверие меня оскорбляет, — сухо проговорил он. — Да будет тебе известно, что я бы никогда в жизни не убил женщину, с которой делил постель и которая родила мне ребенка. — С раздраженным фырканьем добавил: — Я вообще крайне редко прибегаю к столь радикальным методам. И лишь в тех случаях, когда иначе ну никак нельзя поступить.
«Ага, значит, на ваших руках все-таки есть кровь!»
Естественно, вслух я это не воскликнула. Чай, еще не совсем разум потеряла. Но после этого признания Артена мне стало особенно тоскливо и неуютно.
— Вообще-то, смерть Аннет стала и для меня огромным потрясением, — пробормотал Артен. Откинулся на спинку кресла и надолго замолчал.
Удивительно, но с губ мужчины в один миг исчезла улыбка. Он как будто постарел сразу на десяток лет. Глубже стали властные складки, пролегшие от крыльев носа к уголкам рта, переносицу разрезала глубокая вертикальная морщина.
— Страшно, когда такие красивые и молодые умирают, — глухо проговорил Артен. — И еще страшнее, когда сжимаешь руку некогда любимой и по-прежнему дорогой женщины, видишь ее глаза, до краев наполненные болью и отчаянием, слышишь прерывающуюся мольбу о помощи. И понимаешь, что ничего не можешь сделать. Что все твое хваленое могущество, весь твой колдовской дар — ничто перед странницей в белом, которая уже гремит ключами от дверей между мирами. Все, что мне оставалось, — лишь дать Аннет клятву, что я всегда буду с нашим сыном. Помогу ему обрести крылья, покажу всю прелесть полета. — Сделал паузу и совсем тихо обронил: — Понятия не имею, услышала ли она меня, но, надеюсь, ее душа обрела покой.
Я смущенно заерзала в кресле. Если Артен притворялся в этот момент — то делал это воистину гениально. У него даже глаза заблестели от сдерживаемых с трудом слез.
— Ее величество королева Аннет погибла в результате несчастного случая, — в этот момент негромко проговорил Фредерик.
Я вздрогнула от неожиданности, поскольку за время разговора совсем забыла об его присутствии в комнате.
— Несмотря на свое высокое положение, королева терпеть не могла званые приемы, балы и все прочее обязательные атрибуты придворной жизни, — продолжил Фредерик, как будто понимая, что Артен не сумеет рассказать мне о смерти матери Рауля. — Она частенько жаловалась, что стены дворца словно душат ее. Больше всего на свете ее величество любила загородный замок и посещала столицу лишь в случае крайней необходимости. Там, на свежем воздухе, она часто проводила дни напролет верхом. Пожалуй, во всем мире не было второй так искусной наездницы. Но, увы, это увлечение ее и погубило.
— Ей нужно было возвращаться в Рочер на очередной бал, — обронил Артен, по-прежнему глядя поверх моей головы. — Я приехал забрать ее. Ну и провести немного времени вдвоем. К тому моменту мы уже не были любовниками. О нет, мы были чем-то намного большим, пусть это и прозвучит глупо и напыщенно. Мы были друзьями. Честное слово, Оливия, никакая женщина не была для меня ближе и роднее, чем Аннет. Вечером она отправилась на конную прогулку. Погода портилась, и я пытался отговорить ее. Но Аннет лишь рассмеялась и попросила меня не быть таким жестоким. Мол, впереди ее ждут долгие месяцы тягостного заключения во дворце с его извечными интригами, суетой, скучным и утомительным этикетом. Поэтому напоследок она хочет еще раз насладиться свободой. В ее желании не было ничего удивительного. Как сказал Фредерик, Аннет прекрасно держалась в седле и объездила все окрестности. В свои поездки она брала лишь пару слуг. Впрочем, охрана ей была и не нужна. Я лично сделал для нее защитный амулет, наподобие того, что подарил тебе Элден. Поэтому был уверен, что в случае чего успею прийти ей на помощь. Но… Такого даже я предусмотреть не смог.
Артен судорожно дернул кадыком, как будто какое-то слово застряло у него в горле. С едва слышным вздохом принялся массировать виски.
Мое сердце кольнуло от жалости к нему. Нет, он точно не притворяется. Потому как невозможно сыграть такую боль.
— Началась гроза, — будничным тоном проговорил Фредерик, вновь взяв на себя нелегкую роль повествователя. — К тому моменту Аннет была не так уж далеко от замка. И вместо того, чтобы переждать непогоду где-нибудь под деревом, она решила побыстрее вернуться. Но… Лошадь испугалась очередного разряда молний и понесла. Аннет была опытной наездницей, она бы обязательно справилась с паникой скакуна. Однако произошла трагическая случайность. Животное поскользнулось на мокрой траве и рухнуло. Причем так неудачно, что Аннет оказалась под лошадью. Ее нога запуталась в стременах, поэтому выбраться у нее никак не получалось. Обезумевшая лошадь начала лягаться. Несколько ударов попало королеве прямо в живот. К тому моменту, когда слугам удалось вытащить ее, было уже поздно. Ее величество получила слишком серьезные травмы. — Тяжело вздохнул и почти беззвучно завершил: — Увы, не все возможно вылечить магией.
— Магия лишь ускоряет регенерацию тканей, — негромко сказал Артен. — Смертельную рану никаким заклятьем не затянешь. А у Аннет все внутренности превратились в кровавый фарш. Она была еще жива, когда слуги принесли ее в замок. И она держала меня за руку до последнего своего вздоха, веря, что я сотворю чудо.
В комнате после заключительных слов Артена воцарилось вязкое неуютное молчание. Я сидела ни жива, ни мертва. По-моему, сегодня я услышала слишком много тайн королевской семьи.
— Для Артура гибель жены стала таким же потрясением, как и для меня, — наконец, первым нарушил затянувшуюся паузу Артен. Правда, теперь в его голосе не слышалось никаких эмоций — так сухо и безжизненно он звучал. — И, понятное дело, он сорвался. Начал пить еще сильнее, чем прежде. На сей раз он не слышал, не хотел слушать никаких моих уговоров. Впрочем, я быстро оставил столь бесперспективное занятие. Понял, что таким образом Артур лишь ищет самую быструю дорогу к своей горячо любимой жене. Вместо этого я все свое внимание обратил на воспитание Рауля, исполняя тем самым обещание, данное умирающей Аннет. Собственно, финал этой истории был очевиден. Смерть Артура нельзя назвать несчастным случаем или трагическим происшествием. Просто он планомерно и методично убивал себя. И, в конечном итоге, добился успеха.
— Ясно, — буркнула я. Кашлянула и попыталась вернуть разговор к тому, с чего он начался: — Так что все-таки Дэниель планирует сделать с Раулем?
— По-моему, это очевидно. — Артен укоризненно покачал головой. — Он хочет занять его место.
— Другими словами, свергнуть его? — уточнила я, не понимая, почему Артен так спокойно говорит об этом.
— Открытого переворота не будет, — ответил Артен. — Я в этом практически убежден. Дэниель не дурак. Он прекрасно понимает, что его не поддержит ни знать, ни народ. Поэтому он сделает все тихо и незаметно. Просто займет место Рауля на троне.
— Но как такое возможно? — воскликнула я.
Артен насмешливо вздернул бровь, и я осеклась.
— Ах да, конечно, — пробурчала себе под нос. — Иллюзорные чары.
— Вот именно, Оливия. — Ректор благожелательно кивнул. — Дэниель хороший маг. Он без особых проблем сможет носить чужую личину хоть до самой смерти. И никто никогда не заподозрит обмана. Ну, кроме меня, понятное дело. И кроме Элдена. Пожалуй, больше в Герстане нет людей, способных видеть через чары такого высокого уровня.
— Но вы-то здесь есть. — Я недоуменно пожала плечами, никак не в силах проникнуть в замысел Дэниеля. — Получается, вы все-таки помогаете Дэниелю? Потому как иначе я не понимаю, почему он уверен, что вы позволите ему такой обмен.
— Если честно, я тоже не понимаю. — Артен помрачнел и сдвинул брови. — Поэтому и хочу дождаться завершения этого представления. Естественно, вреда Раулю я причинить не позволю. Но мне очень любопытно, что же задумал Дэниель.
— А давно вы знаете, что это он за всем стоит? — спросила я. — Вчера вечером, как мне показалось, вы искренне переживали за сына.
— Я и сейчас за него переживаю, — уклончиво ответил Артен. — Потому как он делает величайшую глупость в своей жизни.
— И все-таки, — не унималась я. — Когда именно вы поняли, что Дэниеля никто не похищал?
— Окончательно убедился я в этом после того, как увидел тебя этим утром — Артен пару раз нервно стукнул по столу перед собой. — Видишь ли, Оливия, подозрения зародились во мне сразу после того, как тебя выкинуло порталом в спальню Рауля. Уж прости за хвастовство, но я считаю себя хорошим магом. Совершенно точно, я лучший в Герстане. Даже твой жених не сумел воспользоваться магией, когда пробивался через стражу. Поэтому я сразу отмел предположение о том, что некто со стороны сумел бы разгадать лазейки в охранном контуре, который я ставил лично. Нет, это, безусловно, реально. Но только при условии, что не раз и не два бывал в покоях и имел возможность внимательно изучить переплетения энергетических нитей.
— Дэниель сказал, что это Каролина передала ему схему охранного контура, — пробурчала я.
— Схема практически бесполезна, если никогда не был в помещении, где установлена защита. — Артен скептически покачал головой. — Она лишь облегчила Дэниелю задачу. Но после твоего чудесного и неожиданного появления в покоях Рауля я точно понял: надо искать среди своих. Понятное дело, себя я из числа подозреваемых вывел. Твоего жениха, после некоторых сомнений, тоже. Господин Аддерли не стал бы рисковать твоей жизнью. Да и в гостях у Рауля, насколько мне известно, он не бывал. Оставались двое: сам Рауль и Дэниель. Рауля я отмел по тем же причинам, что и Элдена.
— То есть? — не утерпев, полюбопытствовала я.
Артен издал короткий язвительный смешок, как будто его чем-то позабавил мой вопрос. И я почему-то почувствовала, как мои щеки начали теплеть от смущения.
— Зачем задавать вопросы, если знаешь на них ответы? — меланхолично вопросил Артен. — Эх, женщины. Любите вы все-таки приятное о себе слышать.
Я стыдливо потупилась, как никогда жалея, что прервала Артена.
— Оливия, я шел за Раулем, когда тот вошел к себе в спальню, — спокойно продолжил тем временем Артен. — И я видел, что он действительно был готов ударить по тебе смертельными чарами. По сути, только случайность спасла тебя от гибели. Так вот. Я абсолютно уверен в том, что Рауль не стал бы тебя убивать. Ни при каких обстоятельствах. И уж точно не страх перед Элденом или возможной войной с Терстоном сему причина.
— Ясно, — почти беззвучно обронила я, так низко наклонив голову, что подбородком уперлась себе в грудь.
— Как бы то ни было, я быстро понял, что только Дэниелю выгодна вся эта ситуация, — продолжил Артен после недолгой паузы. — По сути, его единственное алиби — это якобы похищение. И, опять-таки, это исчезновение вызывает множество вопросов после вдумчивого осмысления фактов. Почему Дэниель не дал отпор похитителю? Я ведь сражался с ним не так давно, если ты вдруг забыла. Поэтому точно знаю уровень сил моего сына. Да тут бы весь Рочер содрогнулся от этой битвы. Но магическое поле внутри и вокруг города было совершенно спокойным. Более того, я не заметил никаких возмущений энергетического слоя и в стране.
Я потрясенно помалкивала, слушая откровения Артена.
Ого! Никогда бы не подумала, что он отслеживает подобные вещи на уровне целого государства.
— Тогда я задумался о том, кому может быть выгодно происходящее. — Артен потянулся к графину и щедро плеснул себе в стакан воды. Промочил горло и вновь заговорил: — Похищают людей обычно для одного: потребовать выкуп. Если Дэниель кому-то крупно насолил, то его куда логичнее было бы просто убить. Магов такой силы вообще очень опасно держать в заточении. В попытке обрести свободу даже обычные люди способны на невозможное, что уж говорить о драконе, которому связали крылья. Образно выражаясь, конечно. На редкость странная ситуация складывалась, не находишь? Дэниель исчез неделю как. Никто никаких требований не выдвигал. Я просто не понимал, на что рассчитывает похититель. В общем, до твоего внезапного объявления в покоях Рауля все напоминало какой-то бред. Но когда я увидел тебя — то в голове сразу что-то щелкнуло. Вот твоя смерть была очень даже выгодной многим людям. И в первую очередь как раз Дэниелю.
— Почему? — спросила я. Растерянно всплеснула руками. — Я не понимаю, с чего вдруг Дэниель так обозлился на меня. Мне казалось, он был искренен, когда попросил у меня прощения. Ну, тогда, по амулету связи. И почему в таком случае Дэниель просил меня не ходить на королевский бал и предупреждал об опасности?
— Месть, моя дорогая Оливия, это блюдо, которое подают холодным, — с некоторым сочувствием проговорил Артен. — Я уже сказал, что ты сильно обидела Дэниеля. И своим отказом, и своей помолвкой. И даже поцелуем с Раулем, хотя в последнем твоей вины и не было. Мой сын не из тех людей, которые так просто прощают подобное унижение. Но Дэниель прекрасно понимал, что если с тобой случится что-нибудь — то именно он станет первейшим подозреваемым. Поэтому он не торопился, а вместо этого подождал, когда все утихнет. И потом, разве с тобой случилось что-нибудь страшное на балу?
— Нет, — буркнула я.
— Вот именно. — Артен назидательно вздел указательный палец. — Плохое с тобой случилось уже после него. И как раз на Дэниеля в этом случае подумали бы в последнюю очередь. В наших глазах он сам был безвинной жертвой, томящейся в заключении. Это во-первых. А во-вторых, именно он и сообщил тебе о грозящей опасности, что, опять-таки, выводило его из круга возможных подозреваемых.
Похолодела от ужаса, вспомнив, что тот погиб очень рано даже по человеческим меркам, не говоря уж про магические — всего в сорок лет. Вроде как в результате долгой продолжительной болезни. Но… А что, если ему помогли удалиться в лучший из миров? Кстати, по невероятной случайности смерть Артура произошла как раз через пару дней после совершеннолетия Рауля.
Ой, мамочки!
Волосы на моей голове в этот момент встали дыбом. А вот за такое меня точно убьют. Сейчас Артен как обернется драконом, как дохнет на меня огнем. И даже тело прятать не придется. Просто сметет в камин золу, оставшуюся от дурной девицы, не умеющей держать язык за зубами.
Артен опять фыркнул от смеха, явно позабавленный моей реакцией.
— Его величество Артур Второй умер в полной уверенности, что Рауль его настоящий сын и единственный наследник, — мягко проговорил он. — И, к слову, его смерть была хоть и преждевременной, но не насильственной. Увы, его величество… э-э… слишком увлекся горячительными напитками в последние годы своей жизни. Я пытался его вразумить на правах друга семьи, и на некоторое время он действительно полностью отказался от алкоголя. Но после смерти Аннет, матери Рауля и женщины, которую он горячо и искренне любил, все пошло наперекосяк.
— А королева Аннет… — Я запнулась, почувствовав, как горло перехватывает тугая волна паники.
— А королева Аннет тоже умерла по совершенно естественным причинам, — без особых проблем закончил за меня фразу Артен и почему-то погрустнел.
— Неужели, — буркнула я себе под нос.
Прямо настоящее беда какая-то с представителями королевского рода у нас в стране. Может, их проклял кто-нибудь?
Тем более что за подходящей кандидатурой проклинателя ходить далеко не надо. И я украдкой покосилась на ректора магической академии.
— Оливия, твое недоверие меня оскорбляет, — сухо проговорил он. — Да будет тебе известно, что я бы никогда в жизни не убил женщину, с которой делил постель и которая родила мне ребенка. — С раздраженным фырканьем добавил: — Я вообще крайне редко прибегаю к столь радикальным методам. И лишь в тех случаях, когда иначе ну никак нельзя поступить.
«Ага, значит, на ваших руках все-таки есть кровь!»
Естественно, вслух я это не воскликнула. Чай, еще не совсем разум потеряла. Но после этого признания Артена мне стало особенно тоскливо и неуютно.
— Вообще-то, смерть Аннет стала и для меня огромным потрясением, — пробормотал Артен. Откинулся на спинку кресла и надолго замолчал.
Удивительно, но с губ мужчины в один миг исчезла улыбка. Он как будто постарел сразу на десяток лет. Глубже стали властные складки, пролегшие от крыльев носа к уголкам рта, переносицу разрезала глубокая вертикальная морщина.
— Страшно, когда такие красивые и молодые умирают, — глухо проговорил Артен. — И еще страшнее, когда сжимаешь руку некогда любимой и по-прежнему дорогой женщины, видишь ее глаза, до краев наполненные болью и отчаянием, слышишь прерывающуюся мольбу о помощи. И понимаешь, что ничего не можешь сделать. Что все твое хваленое могущество, весь твой колдовской дар — ничто перед странницей в белом, которая уже гремит ключами от дверей между мирами. Все, что мне оставалось, — лишь дать Аннет клятву, что я всегда буду с нашим сыном. Помогу ему обрести крылья, покажу всю прелесть полета. — Сделал паузу и совсем тихо обронил: — Понятия не имею, услышала ли она меня, но, надеюсь, ее душа обрела покой.
Я смущенно заерзала в кресле. Если Артен притворялся в этот момент — то делал это воистину гениально. У него даже глаза заблестели от сдерживаемых с трудом слез.
— Ее величество королева Аннет погибла в результате несчастного случая, — в этот момент негромко проговорил Фредерик.
Я вздрогнула от неожиданности, поскольку за время разговора совсем забыла об его присутствии в комнате.
— Несмотря на свое высокое положение, королева терпеть не могла званые приемы, балы и все прочее обязательные атрибуты придворной жизни, — продолжил Фредерик, как будто понимая, что Артен не сумеет рассказать мне о смерти матери Рауля. — Она частенько жаловалась, что стены дворца словно душат ее. Больше всего на свете ее величество любила загородный замок и посещала столицу лишь в случае крайней необходимости. Там, на свежем воздухе, она часто проводила дни напролет верхом. Пожалуй, во всем мире не было второй так искусной наездницы. Но, увы, это увлечение ее и погубило.
— Ей нужно было возвращаться в Рочер на очередной бал, — обронил Артен, по-прежнему глядя поверх моей головы. — Я приехал забрать ее. Ну и провести немного времени вдвоем. К тому моменту мы уже не были любовниками. О нет, мы были чем-то намного большим, пусть это и прозвучит глупо и напыщенно. Мы были друзьями. Честное слово, Оливия, никакая женщина не была для меня ближе и роднее, чем Аннет. Вечером она отправилась на конную прогулку. Погода портилась, и я пытался отговорить ее. Но Аннет лишь рассмеялась и попросила меня не быть таким жестоким. Мол, впереди ее ждут долгие месяцы тягостного заключения во дворце с его извечными интригами, суетой, скучным и утомительным этикетом. Поэтому напоследок она хочет еще раз насладиться свободой. В ее желании не было ничего удивительного. Как сказал Фредерик, Аннет прекрасно держалась в седле и объездила все окрестности. В свои поездки она брала лишь пару слуг. Впрочем, охрана ей была и не нужна. Я лично сделал для нее защитный амулет, наподобие того, что подарил тебе Элден. Поэтому был уверен, что в случае чего успею прийти ей на помощь. Но… Такого даже я предусмотреть не смог.
Артен судорожно дернул кадыком, как будто какое-то слово застряло у него в горле. С едва слышным вздохом принялся массировать виски.
Мое сердце кольнуло от жалости к нему. Нет, он точно не притворяется. Потому как невозможно сыграть такую боль.
— Началась гроза, — будничным тоном проговорил Фредерик, вновь взяв на себя нелегкую роль повествователя. — К тому моменту Аннет была не так уж далеко от замка. И вместо того, чтобы переждать непогоду где-нибудь под деревом, она решила побыстрее вернуться. Но… Лошадь испугалась очередного разряда молний и понесла. Аннет была опытной наездницей, она бы обязательно справилась с паникой скакуна. Однако произошла трагическая случайность. Животное поскользнулось на мокрой траве и рухнуло. Причем так неудачно, что Аннет оказалась под лошадью. Ее нога запуталась в стременах, поэтому выбраться у нее никак не получалось. Обезумевшая лошадь начала лягаться. Несколько ударов попало королеве прямо в живот. К тому моменту, когда слугам удалось вытащить ее, было уже поздно. Ее величество получила слишком серьезные травмы. — Тяжело вздохнул и почти беззвучно завершил: — Увы, не все возможно вылечить магией.
— Магия лишь ускоряет регенерацию тканей, — негромко сказал Артен. — Смертельную рану никаким заклятьем не затянешь. А у Аннет все внутренности превратились в кровавый фарш. Она была еще жива, когда слуги принесли ее в замок. И она держала меня за руку до последнего своего вздоха, веря, что я сотворю чудо.
В комнате после заключительных слов Артена воцарилось вязкое неуютное молчание. Я сидела ни жива, ни мертва. По-моему, сегодня я услышала слишком много тайн королевской семьи.
— Для Артура гибель жены стала таким же потрясением, как и для меня, — наконец, первым нарушил затянувшуюся паузу Артен. Правда, теперь в его голосе не слышалось никаких эмоций — так сухо и безжизненно он звучал. — И, понятное дело, он сорвался. Начал пить еще сильнее, чем прежде. На сей раз он не слышал, не хотел слушать никаких моих уговоров. Впрочем, я быстро оставил столь бесперспективное занятие. Понял, что таким образом Артур лишь ищет самую быструю дорогу к своей горячо любимой жене. Вместо этого я все свое внимание обратил на воспитание Рауля, исполняя тем самым обещание, данное умирающей Аннет. Собственно, финал этой истории был очевиден. Смерть Артура нельзя назвать несчастным случаем или трагическим происшествием. Просто он планомерно и методично убивал себя. И, в конечном итоге, добился успеха.
— Ясно, — буркнула я. Кашлянула и попыталась вернуть разговор к тому, с чего он начался: — Так что все-таки Дэниель планирует сделать с Раулем?
— По-моему, это очевидно. — Артен укоризненно покачал головой. — Он хочет занять его место.
— Другими словами, свергнуть его? — уточнила я, не понимая, почему Артен так спокойно говорит об этом.
— Открытого переворота не будет, — ответил Артен. — Я в этом практически убежден. Дэниель не дурак. Он прекрасно понимает, что его не поддержит ни знать, ни народ. Поэтому он сделает все тихо и незаметно. Просто займет место Рауля на троне.
— Но как такое возможно? — воскликнула я.
Артен насмешливо вздернул бровь, и я осеклась.
— Ах да, конечно, — пробурчала себе под нос. — Иллюзорные чары.
— Вот именно, Оливия. — Ректор благожелательно кивнул. — Дэниель хороший маг. Он без особых проблем сможет носить чужую личину хоть до самой смерти. И никто никогда не заподозрит обмана. Ну, кроме меня, понятное дело. И кроме Элдена. Пожалуй, больше в Герстане нет людей, способных видеть через чары такого высокого уровня.
— Но вы-то здесь есть. — Я недоуменно пожала плечами, никак не в силах проникнуть в замысел Дэниеля. — Получается, вы все-таки помогаете Дэниелю? Потому как иначе я не понимаю, почему он уверен, что вы позволите ему такой обмен.
— Если честно, я тоже не понимаю. — Артен помрачнел и сдвинул брови. — Поэтому и хочу дождаться завершения этого представления. Естественно, вреда Раулю я причинить не позволю. Но мне очень любопытно, что же задумал Дэниель.
— А давно вы знаете, что это он за всем стоит? — спросила я. — Вчера вечером, как мне показалось, вы искренне переживали за сына.
— Я и сейчас за него переживаю, — уклончиво ответил Артен. — Потому как он делает величайшую глупость в своей жизни.
— И все-таки, — не унималась я. — Когда именно вы поняли, что Дэниеля никто не похищал?
— Окончательно убедился я в этом после того, как увидел тебя этим утром — Артен пару раз нервно стукнул по столу перед собой. — Видишь ли, Оливия, подозрения зародились во мне сразу после того, как тебя выкинуло порталом в спальню Рауля. Уж прости за хвастовство, но я считаю себя хорошим магом. Совершенно точно, я лучший в Герстане. Даже твой жених не сумел воспользоваться магией, когда пробивался через стражу. Поэтому я сразу отмел предположение о том, что некто со стороны сумел бы разгадать лазейки в охранном контуре, который я ставил лично. Нет, это, безусловно, реально. Но только при условии, что не раз и не два бывал в покоях и имел возможность внимательно изучить переплетения энергетических нитей.
— Дэниель сказал, что это Каролина передала ему схему охранного контура, — пробурчала я.
— Схема практически бесполезна, если никогда не был в помещении, где установлена защита. — Артен скептически покачал головой. — Она лишь облегчила Дэниелю задачу. Но после твоего чудесного и неожиданного появления в покоях Рауля я точно понял: надо искать среди своих. Понятное дело, себя я из числа подозреваемых вывел. Твоего жениха, после некоторых сомнений, тоже. Господин Аддерли не стал бы рисковать твоей жизнью. Да и в гостях у Рауля, насколько мне известно, он не бывал. Оставались двое: сам Рауль и Дэниель. Рауля я отмел по тем же причинам, что и Элдена.
— То есть? — не утерпев, полюбопытствовала я.
Артен издал короткий язвительный смешок, как будто его чем-то позабавил мой вопрос. И я почему-то почувствовала, как мои щеки начали теплеть от смущения.
— Зачем задавать вопросы, если знаешь на них ответы? — меланхолично вопросил Артен. — Эх, женщины. Любите вы все-таки приятное о себе слышать.
Я стыдливо потупилась, как никогда жалея, что прервала Артена.
— Оливия, я шел за Раулем, когда тот вошел к себе в спальню, — спокойно продолжил тем временем Артен. — И я видел, что он действительно был готов ударить по тебе смертельными чарами. По сути, только случайность спасла тебя от гибели. Так вот. Я абсолютно уверен в том, что Рауль не стал бы тебя убивать. Ни при каких обстоятельствах. И уж точно не страх перед Элденом или возможной войной с Терстоном сему причина.
— Ясно, — почти беззвучно обронила я, так низко наклонив голову, что подбородком уперлась себе в грудь.
— Как бы то ни было, я быстро понял, что только Дэниелю выгодна вся эта ситуация, — продолжил Артен после недолгой паузы. — По сути, его единственное алиби — это якобы похищение. И, опять-таки, это исчезновение вызывает множество вопросов после вдумчивого осмысления фактов. Почему Дэниель не дал отпор похитителю? Я ведь сражался с ним не так давно, если ты вдруг забыла. Поэтому точно знаю уровень сил моего сына. Да тут бы весь Рочер содрогнулся от этой битвы. Но магическое поле внутри и вокруг города было совершенно спокойным. Более того, я не заметил никаких возмущений энергетического слоя и в стране.
Я потрясенно помалкивала, слушая откровения Артена.
Ого! Никогда бы не подумала, что он отслеживает подобные вещи на уровне целого государства.
— Тогда я задумался о том, кому может быть выгодно происходящее. — Артен потянулся к графину и щедро плеснул себе в стакан воды. Промочил горло и вновь заговорил: — Похищают людей обычно для одного: потребовать выкуп. Если Дэниель кому-то крупно насолил, то его куда логичнее было бы просто убить. Магов такой силы вообще очень опасно держать в заточении. В попытке обрести свободу даже обычные люди способны на невозможное, что уж говорить о драконе, которому связали крылья. Образно выражаясь, конечно. На редкость странная ситуация складывалась, не находишь? Дэниель исчез неделю как. Никто никаких требований не выдвигал. Я просто не понимал, на что рассчитывает похититель. В общем, до твоего внезапного объявления в покоях Рауля все напоминало какой-то бред. Но когда я увидел тебя — то в голове сразу что-то щелкнуло. Вот твоя смерть была очень даже выгодной многим людям. И в первую очередь как раз Дэниелю.
— Почему? — спросила я. Растерянно всплеснула руками. — Я не понимаю, с чего вдруг Дэниель так обозлился на меня. Мне казалось, он был искренен, когда попросил у меня прощения. Ну, тогда, по амулету связи. И почему в таком случае Дэниель просил меня не ходить на королевский бал и предупреждал об опасности?
— Месть, моя дорогая Оливия, это блюдо, которое подают холодным, — с некоторым сочувствием проговорил Артен. — Я уже сказал, что ты сильно обидела Дэниеля. И своим отказом, и своей помолвкой. И даже поцелуем с Раулем, хотя в последнем твоей вины и не было. Мой сын не из тех людей, которые так просто прощают подобное унижение. Но Дэниель прекрасно понимал, что если с тобой случится что-нибудь — то именно он станет первейшим подозреваемым. Поэтому он не торопился, а вместо этого подождал, когда все утихнет. И потом, разве с тобой случилось что-нибудь страшное на балу?
— Нет, — буркнула я.
— Вот именно. — Артен назидательно вздел указательный палец. — Плохое с тобой случилось уже после него. И как раз на Дэниеля в этом случае подумали бы в последнюю очередь. В наших глазах он сам был безвинной жертвой, томящейся в заключении. Это во-первых. А во-вторых, именно он и сообщил тебе о грозящей опасности, что, опять-таки, выводило его из круга возможных подозреваемых.
