– Позволяю. Можете переходить к прямым благодарностям и знакомству, – спокойно посмотрела на него.
– Простите?
– На улице ночь. Как выяснилось, мы находимся на далеко не безопасном тракте. Думаю, вы согласитесь, что можно оставить церемониал до лучших времен, – заметила, краем глаза уловив, что эльфийка в дорогом платье, наконец, обратила на нас внимание и теперь с интересом рассматривала нашу троицу. – Так что, будьте добры, переходите сразу к делу, не тратьте свое и мое время.
Кажется, эльф потерял дар речи от моей наглости, недовольно дернув щекой. Дроу тоже посмотрел на меня недобро, но я лишь вежливо улыбнулась в спокойном ожидании.
– Позвольте представиться, – заговорил светлый, видимо, вспомнив об оказанной нами помощи, справившись с собой и подавив вспышку негодования. – Мое имя Кристофер Тайлент. А это мой друг, Нантин Вережский, – кивком головы указал он на не сводящего с меня глаз темного. Я заметила, что титулы он не называет. Что же, это и мне облегчает задачу. Хоть и не собиралась представляться своим именем, но теперь хотя бы не буду выглядеть невежливой. – А это наша очаровательная спутница Силена Милес. Наверняка вы о ней слышали.
При упоминании своего имени помятая эльфийка гордо выпрямилась, приосанилась и посмотрела на меня со снисхождением. А я вложила все силы в то, чтобы не поперхнуться воздухом, выражая тем самым свое состояние шока от закона подлости. Нет, серьезно? Вот правда нельзя было обойтись без встречи со Стражами и подставной Избранной? Судьба, что за дела, а?
Нашла в себе силы улыбнуться, хотя все равно вышло немного натянуто, и вежливо представилась:
– Белла Белая, – вспомнив свою прежнюю жизнь, выдала я. – Мои сопровождающие: Киртан и Эльтар. – Поочередно повернулась к своим мужчинам, заметив краем глаза, с какой заинтересованностью на них поглядывает эльфийка. Подавила в себе глухое раздражение и вновь вспомнила о нормах приличия, пусть и скомканных. – Очень приятно познакомиться. Жаль, что при таких обстоятельствах. – Я скосила глаза на аркан с бандитами.
Светлый понимающе улыбнулся.
– Теперь, когда формальности учтены, думаю, стоит обсудить ситуацию, – вздохнула я, отчаянно не желая ничего обсуждать и мечтая оказаться от этого места подальше. – Как обстоят дела с вашим средством передвижения? – из пустой вежливости поинтересовалась. Мужчины выразительно покосились на перевернутую карету, возле которой валялись раскрытые сундуки и их содержимое. Даже отсюда было видно, что ось безнадежно сломана. Если карета и поедет, то только тогда, когда ее ось станут придерживать при этом руками.
– Все плохо, – резюмировал темный, тот, что Нантин. – А у вас?
– Не лучше. Лошадей нет. Разбежались, и как их вылавливать в темноте непонятно. А также повреждена панель управления.
Аристократы переглянулись и посмотрели на меня с улыбкой, отчего в душе завозилось подозрение.
– Так, может, объединим усилия? – заискивающе начал светлый, который Кристофер. – Вы правы, дорога сейчас опасна, а путь до ближайшей гостиницы неблизкий. Мы разобьем лагерь здесь недалеко, у ручья, и переночуем. За это время мы с другом сможем починить вашу панель управления, а лошади остались у нас. Правда, всего три штуки, но для вашей малогабаритки и они сойдут. Утром доберемся до ближайшего постоялого двора, там передохнем и закупимся всем необходимым для дальнейшего путешествия. Тогда и распрощаемся.
Даже понимая, что выбора у меня как такового все равно нет, а этот план более чем разумен, тем не менее я боролась с желанием пусть и идти в ночи пешком, но лишь бы подальше от них.
Почувствовала прикосновение к руке. Скосила глаза на полукровку, и он незаметно для всех кивнул, не глядя в мою сторону. Подавив разочарованный вздох, я согласилась.
– Отлично, – с улыбкой кивнул светлый, который меня почему-то раздражал. Возможно, потому что именно он мешал мне пойти на выручку моим парням, хотя никаких прав не имел. Хамло. – В таком случае позвольте показать вашим рабам место для ночлега.
Недовольно дернула щекой, вовремя сдерживая заковыристое ругательство.
– Это мои телохранители. Называйте их, пожалуйста, так. Слово «рабы» очень некрасивое и режет слух, – с натянутой улыбкой, чуть ли не цедя слова, посмотрела я на светлого и даже ресничками хлопнула.
– Как будет удобно, миледи, – несколько растерянно заметил он. С ним отправился Эльтар. Кирт же напряженно следил за остальными, не желая оставлять меня с ними в одиночестве, за что я была ему благодарна.
– Как здорово, что теперь мне есть, с кем поговорить, – слащаво воскликнула эльфийка, продолжая пожирать Киртана взглядом, и подскочила ко мне ближе. – Девушка девушку всегда поймет лучше, – заговорщицки заметила она, хватая меня за руку, которую я поспешила вырвать из ее хватки. Силена удивленно хлопнула ресницами, нахмурила бровки, взглянула на Нантина, который решил притвориться глухо-слепо-немым, раздраженно вздохнула и вновь натянула на личико приветливое выражение. Но за руки больше не хватала.
Несмотря на то, что светлый был аристократом, на местности он ориентировался довольно хорошо. Отыскал действительно неплохое место для ночлега. Хоть меня и бесили его барские замашки и то, как он смотрел на меня свысока, но виду я не подавал, отыгрывая уже привычную ситуацию полного послушания. Вот только при всей моей нелюбви к аристократии эти трое бесили меня больше обычного. Да и Киртан весь напрягся, когда услышал их имена. Иза незаметно дернулась. Видимо, было в этой троице что-то такое, что заставило девушку и полукровку пожалеть, что они вообще поехали этой чертовой дорогой. Но спросить я не мог. К тому же не было возможности.
Сейчас же я просто пребывал в глухом раздражении от общества светлого, который смел бросать на мою женщину долгие, оценивающие взгляды. И это при наличии своей жены в непосредственной близости!
Девушка хороша. С этим не поспоришь. Вот только внешностью меня уже давно не обманешь, и я успел заметить все то, что скрывало прелестное личико: гордыню, зависть, корысть, избалованность – все то, чем так славились женщины этого мира. Кроме моего сладкого Ангела. Сейчас я поражался, как мог так ошибаться на ее счет, увидев впервые. Признаю, она мастерски сохраняет репутацию злобной садистки, великолепно владея своей мимикой и жестами. Но если присмотреться и узнать ее получше, все предстает совсем не тем, чем кажется.
Тогда, на торгах, мне казалось, что она скучает, лениво рассматривая каждого и бездумно тыкая пальчиком в тех, кто ей понравился как живая игрушка. Сейчас же понимаю, что то напряжение, которое царило в ее глазах, не было предвкушением скорой забавы: ей было жаль каждого. И она отчаянно боролась с собой, чтобы это сожаление не заметил никто из окружающих. Наверное, именно для этого Изабелла и предпочитала носить эти балахоны: за ними так легко скрывать лицо и истинные чувства…
Из мыслей меня вырвал голос светлого:
– Вы с полукровкой довольно ловко расправились с теми бандитами, – вдруг заговорил он. Комплимент сомнительный, если учесть, с какой интонацией был произнесен. Словно подачку давал.
Я шел чуть поодаль, как и было положено рабу, но он даже не думал разворачиваться и говорить, сохраняя зрительный контакт. Слишком много чести. Застарелая нелюбовь к светлым, которая немного померкла за месяц моего проживания у Изабеллы, заиграла новыми красками.
– Спасибо, господин, – ровным голосом ответил я, поборов желание врезать ему в челюсть за снобизм. Но нельзя. Не хочу своей глупостью и несдержанностью подставлять Изу. Значит, нужно сцепить зубы и мысленно считать пушистых овечек. Обычно помогало.
– Где вас обучили таким навыкам? – последовал очередной вопрос. Хуже всего то, что, играя роль раба, я не мог не ответить на вопросы свободного, тем более аристократа. Конечно, если они не касались непосредственно хозяйки.
– У меня долгий опыт служения, господин. Довольно часто меня использовали как телохранителя, как сейчас это делает госпожа.
– А полукровка?
– Про него не знаю. Не интересовался, господин.
Он, наконец, бросил на меня оценивающий взгляд и вновь отвернулся, предпочитая говорить, не смотря мне в лицо, словно это было выше его достоинства. Собственно, для аристократов так и было. Мне не привыкать.
– Как давно вы служите своей хозяйке и где она вас приобрела?
И опять я не мог не ответить и решил сказать правду, чтобы не запутаться.
– Полукровка около четырех лет. С ней всего чуть больше месяца. Меня приобрели на торгах. – Ну, не соврал же. Фактически, Изабелла, какая она есть сейчас, познакомилась с Киртаном четыре года назад, когда поселилась в теле бывшей графини. Все честно.
– Такие опытные воины, как ты, должны стоить очень дорого. По твоей хозяйке не скажешь, что она богата. И наличие двух таких рабов, как вы, странно.
Я чуть было не выругался. За всеми этими переживаниями элементарную вещь не учли. Мы ведь действительно не хотели привлекать к себе внимание и в погоне за маскировкой под скромную аристократку не учли то, что рабы сейчас дороги, а это совсем не вяжется с тем образом, который у нас получился.
Благо, у меня была версия и на это:
– Не знаю, как ей достался полукровка, а меня госпожа купила за бесценок. Я «отработанный».
Вот теперь удостоился более пристального и даже несколько озадаченного взгляда светлого:
– Серьезно? Я думал, что такие, как ты, уже ни на что не годны, потому вас и пускают в утиль.
Скрипнул зубами, но ровно ответил:
– В большинстве случаев именно такие, как я, и приобретают многие полезные качества за время служения у разных хозяев, у каждого чему-то обучаясь. Но нас не хотят выкупать, потому что мы не престижны. От недостатка спроса и маленькая цена, – ответил я чистую правду.
– Вот как! – с заинтересованностью протянул он. – Хм, пожалуй, я давно не был на торгах. Пора бы наведаться. – Я вновь скрипнул зубами, радуясь, что у светлых не такой чувствительный слух, как у темных. – Значит, твоя хозяйка оказалась более прозорливой, чем все остальные.
– Получается так, господин, – согласился я.
– Это многое объясняет, – покивал он. – А что скажешь о служении ей? Тебя все устраивает? – Я с недоумением покосился на него, и светлый, раздраженно вздохнув, пояснил: – Хотел бы ты сменить хозяина? Мне нужны такие бойцы, как ты. У меня можешь не бояться сильного наказания. Только за неприкрытую вину. Своих рабов я ценю. К тому же, я не женщина: принуждать к сексу не стану.
Чуть было не фыркнул на его высказывание. Знал бы он, что высказывание «Я не женщина» вообще аргументом не является.
– Благодарю, господин, за щедрое предложение, но меня все устраивает в служении моей хозяйке. – Кто бы знал, чего мне стоило скрыть литры яда в голосе.
– Уверен? Она кажется… – Он помахал рукой в воздухе, подбирая слова. – Жесткой. Одно то, как она безжалостно расправилась с бандитами, уже говорит о многом. Вероятно, вам сильно достается от нее.
Чуть было не засмеялся, мечтательно вспоминая то, КАК нам доставалось от нее. В паху стало тесно, и я поторопился перевести мысли в другую сторону.
– Тем не менее мы с полукровкой преданы хозяйке и не откажемся от нее добровольно.
– Это потому что она спасла тебе жизнь, выкупив на торгах? – прищурился он.
– В том числе, – решил уйти я от ответа, радуясь, что уже вышли на дорогу, где мы оставили всех остальных. Более светлый меня не расспрашивал.
Как мы могли попасть в такую ситуацию? Даже не знаю, смеяться или плакать… Но мой Ангел, как и всегда, на высоте. Никак не показала своего отношения к новости о том, кем оказались наши новые знакомые. Предполагая поездку инкогнито и дальнюю дорогу, избегая телепортов, я и подумать не мог, что мы можем встретиться. И вот надо же, как Судьба повернулась…
Ангел назвалась чужим именем, но никто, кажется, не понял обмана. Однако то, как на нее смотрели аристократы, мне не нравилось. Хотелось заслонить ее от их пристальных, изучающих взглядов, в которых явно проскальзывал мужской интерес.
Зато увидел лже-Избранную. Красива, этого не отнять. Прелестные черты милого личика в обрамлении густых длинных светлых волос, по-детски удивленно распахнутые глаза цвета весенней листвы. Она казалась чем-то эфемерным, сказочным, словно фея из сказки. Не знай, кем девушка является, возможно, тоже допустил бы мысль, что она будет особенной. Но я точно знаю, что единственная особенная девушка в этом мире – мой Ангел. В этом мог убедиться за четыре долгих года, когда смотрел, но не смел прикоснуться к ней и заявить свои права.
А теперь она принадлежит мне… А еще темному, да. Но придется смириться с этим. Я уже смирился, если подумать. Не такой уж он плохой вариант для нашей девочки. Между нами опять же много общего на фоне былого рабства. Он как никто понимает меня, и находить с ним общий язык оказалось просто. Было бы куда хуже, если бы в спутники Ангелу достался один из этих аристократов.
Меня передернуло даже от одной мысли. Что уж говорить… Особенно если учесть, что именно эти двое первоначально и должны были стать Стражами Изабеллы. Собственно, они ими и остаются. Правда, пока только номинально. Стоит им еще раз повторить клятву уже в присутствии Ангела, и к нам с Эльтаром прибавятся еще двое…
Хорошо, что я неплохо знаю Изабеллу и могу с точностью сказать, что они ей не понравились. Ни один из них. И она отчаянно желает избавиться от общества аристократов поскорее. Следовательно, открывать им свое настоящее лицо она не собирается. Ни как графиня, ни как Избранная. Главное – не допустить ошибку и не раскрыться. Благо, за четыре года Ангел хорошо в этом поднаторела и играла масками виртуозно.
Сейчас я с умилением смотрел, как она выставляет себя хамоватой обедневшей аристократкой, в которой узнать графиню было бы очень трудно. Что уж говорить про Избранную, которая, по идее, должна излучать доброту и свет. Помня, как моя девочка размахивала битой (так она это называла), добротой от нее и не пахло. Моя умничка…
Я бы тоже не прочь закинуть ее на плечо и скрыться от пристальных взглядов подальше, вот только в словах светлого есть смысл. На карете мы уже не уедем, а пешком небезопасно. Я не хочу подвергать Ангела еще большей опасности, чем она уже пережила. Как это ни глупо, но в этой более чем странной компании она сейчас в целости и сохранности, чего нельзя гарантировать на тракте. Главное – переждать ночь. Утром отправимся на карете до ближайшей гостиницы, там и распрощаемся с этой неприятной троицей.
Еще эти разбойники, которые продолжали пребывать в магическом сне, нервировали. Что теперь с ними будет? Вероятно, аристократы отправят магического вестника, и уже утром за ними явится стража ближайшего города, которая и будет решать их дальнейшую судьбу. Так и оказалось. Когда Изабелла осторожно поинтересовалась у темного об их судьбе, он с точностью подтвердил мои мысли.
Однако про опасность я не забыл и решил разузнать некоторые подробности из жизни лже-Избранной. С этой целью направился к ее рабам, которые с покорно опущенными головами собирали многочисленный гардероб хозяйки. Кто, если не они, могли знать настоящее лицо своей госпожи?
Смотря на эту картину, не мог в очередной раз не порадоваться практичности Изабеллы, которая предпочитала путешествовать налегке.
– Простите?
– На улице ночь. Как выяснилось, мы находимся на далеко не безопасном тракте. Думаю, вы согласитесь, что можно оставить церемониал до лучших времен, – заметила, краем глаза уловив, что эльфийка в дорогом платье, наконец, обратила на нас внимание и теперь с интересом рассматривала нашу троицу. – Так что, будьте добры, переходите сразу к делу, не тратьте свое и мое время.
Кажется, эльф потерял дар речи от моей наглости, недовольно дернув щекой. Дроу тоже посмотрел на меня недобро, но я лишь вежливо улыбнулась в спокойном ожидании.
– Позвольте представиться, – заговорил светлый, видимо, вспомнив об оказанной нами помощи, справившись с собой и подавив вспышку негодования. – Мое имя Кристофер Тайлент. А это мой друг, Нантин Вережский, – кивком головы указал он на не сводящего с меня глаз темного. Я заметила, что титулы он не называет. Что же, это и мне облегчает задачу. Хоть и не собиралась представляться своим именем, но теперь хотя бы не буду выглядеть невежливой. – А это наша очаровательная спутница Силена Милес. Наверняка вы о ней слышали.
При упоминании своего имени помятая эльфийка гордо выпрямилась, приосанилась и посмотрела на меня со снисхождением. А я вложила все силы в то, чтобы не поперхнуться воздухом, выражая тем самым свое состояние шока от закона подлости. Нет, серьезно? Вот правда нельзя было обойтись без встречи со Стражами и подставной Избранной? Судьба, что за дела, а?
Нашла в себе силы улыбнуться, хотя все равно вышло немного натянуто, и вежливо представилась:
– Белла Белая, – вспомнив свою прежнюю жизнь, выдала я. – Мои сопровождающие: Киртан и Эльтар. – Поочередно повернулась к своим мужчинам, заметив краем глаза, с какой заинтересованностью на них поглядывает эльфийка. Подавила в себе глухое раздражение и вновь вспомнила о нормах приличия, пусть и скомканных. – Очень приятно познакомиться. Жаль, что при таких обстоятельствах. – Я скосила глаза на аркан с бандитами.
Светлый понимающе улыбнулся.
– Теперь, когда формальности учтены, думаю, стоит обсудить ситуацию, – вздохнула я, отчаянно не желая ничего обсуждать и мечтая оказаться от этого места подальше. – Как обстоят дела с вашим средством передвижения? – из пустой вежливости поинтересовалась. Мужчины выразительно покосились на перевернутую карету, возле которой валялись раскрытые сундуки и их содержимое. Даже отсюда было видно, что ось безнадежно сломана. Если карета и поедет, то только тогда, когда ее ось станут придерживать при этом руками.
– Все плохо, – резюмировал темный, тот, что Нантин. – А у вас?
– Не лучше. Лошадей нет. Разбежались, и как их вылавливать в темноте непонятно. А также повреждена панель управления.
Аристократы переглянулись и посмотрели на меня с улыбкой, отчего в душе завозилось подозрение.
– Так, может, объединим усилия? – заискивающе начал светлый, который Кристофер. – Вы правы, дорога сейчас опасна, а путь до ближайшей гостиницы неблизкий. Мы разобьем лагерь здесь недалеко, у ручья, и переночуем. За это время мы с другом сможем починить вашу панель управления, а лошади остались у нас. Правда, всего три штуки, но для вашей малогабаритки и они сойдут. Утром доберемся до ближайшего постоялого двора, там передохнем и закупимся всем необходимым для дальнейшего путешествия. Тогда и распрощаемся.
Даже понимая, что выбора у меня как такового все равно нет, а этот план более чем разумен, тем не менее я боролась с желанием пусть и идти в ночи пешком, но лишь бы подальше от них.
Почувствовала прикосновение к руке. Скосила глаза на полукровку, и он незаметно для всех кивнул, не глядя в мою сторону. Подавив разочарованный вздох, я согласилась.
– Отлично, – с улыбкой кивнул светлый, который меня почему-то раздражал. Возможно, потому что именно он мешал мне пойти на выручку моим парням, хотя никаких прав не имел. Хамло. – В таком случае позвольте показать вашим рабам место для ночлега.
Недовольно дернула щекой, вовремя сдерживая заковыристое ругательство.
– Это мои телохранители. Называйте их, пожалуйста, так. Слово «рабы» очень некрасивое и режет слух, – с натянутой улыбкой, чуть ли не цедя слова, посмотрела я на светлого и даже ресничками хлопнула.
– Как будет удобно, миледи, – несколько растерянно заметил он. С ним отправился Эльтар. Кирт же напряженно следил за остальными, не желая оставлять меня с ними в одиночестве, за что я была ему благодарна.
– Как здорово, что теперь мне есть, с кем поговорить, – слащаво воскликнула эльфийка, продолжая пожирать Киртана взглядом, и подскочила ко мне ближе. – Девушка девушку всегда поймет лучше, – заговорщицки заметила она, хватая меня за руку, которую я поспешила вырвать из ее хватки. Силена удивленно хлопнула ресницами, нахмурила бровки, взглянула на Нантина, который решил притвориться глухо-слепо-немым, раздраженно вздохнула и вновь натянула на личико приветливое выражение. Но за руки больше не хватала.
Глава 18. Эльтар
Несмотря на то, что светлый был аристократом, на местности он ориентировался довольно хорошо. Отыскал действительно неплохое место для ночлега. Хоть меня и бесили его барские замашки и то, как он смотрел на меня свысока, но виду я не подавал, отыгрывая уже привычную ситуацию полного послушания. Вот только при всей моей нелюбви к аристократии эти трое бесили меня больше обычного. Да и Киртан весь напрягся, когда услышал их имена. Иза незаметно дернулась. Видимо, было в этой троице что-то такое, что заставило девушку и полукровку пожалеть, что они вообще поехали этой чертовой дорогой. Но спросить я не мог. К тому же не было возможности.
Сейчас же я просто пребывал в глухом раздражении от общества светлого, который смел бросать на мою женщину долгие, оценивающие взгляды. И это при наличии своей жены в непосредственной близости!
Девушка хороша. С этим не поспоришь. Вот только внешностью меня уже давно не обманешь, и я успел заметить все то, что скрывало прелестное личико: гордыню, зависть, корысть, избалованность – все то, чем так славились женщины этого мира. Кроме моего сладкого Ангела. Сейчас я поражался, как мог так ошибаться на ее счет, увидев впервые. Признаю, она мастерски сохраняет репутацию злобной садистки, великолепно владея своей мимикой и жестами. Но если присмотреться и узнать ее получше, все предстает совсем не тем, чем кажется.
Тогда, на торгах, мне казалось, что она скучает, лениво рассматривая каждого и бездумно тыкая пальчиком в тех, кто ей понравился как живая игрушка. Сейчас же понимаю, что то напряжение, которое царило в ее глазах, не было предвкушением скорой забавы: ей было жаль каждого. И она отчаянно боролась с собой, чтобы это сожаление не заметил никто из окружающих. Наверное, именно для этого Изабелла и предпочитала носить эти балахоны: за ними так легко скрывать лицо и истинные чувства…
Из мыслей меня вырвал голос светлого:
– Вы с полукровкой довольно ловко расправились с теми бандитами, – вдруг заговорил он. Комплимент сомнительный, если учесть, с какой интонацией был произнесен. Словно подачку давал.
Я шел чуть поодаль, как и было положено рабу, но он даже не думал разворачиваться и говорить, сохраняя зрительный контакт. Слишком много чести. Застарелая нелюбовь к светлым, которая немного померкла за месяц моего проживания у Изабеллы, заиграла новыми красками.
– Спасибо, господин, – ровным голосом ответил я, поборов желание врезать ему в челюсть за снобизм. Но нельзя. Не хочу своей глупостью и несдержанностью подставлять Изу. Значит, нужно сцепить зубы и мысленно считать пушистых овечек. Обычно помогало.
– Где вас обучили таким навыкам? – последовал очередной вопрос. Хуже всего то, что, играя роль раба, я не мог не ответить на вопросы свободного, тем более аристократа. Конечно, если они не касались непосредственно хозяйки.
– У меня долгий опыт служения, господин. Довольно часто меня использовали как телохранителя, как сейчас это делает госпожа.
– А полукровка?
– Про него не знаю. Не интересовался, господин.
Он, наконец, бросил на меня оценивающий взгляд и вновь отвернулся, предпочитая говорить, не смотря мне в лицо, словно это было выше его достоинства. Собственно, для аристократов так и было. Мне не привыкать.
– Как давно вы служите своей хозяйке и где она вас приобрела?
И опять я не мог не ответить и решил сказать правду, чтобы не запутаться.
– Полукровка около четырех лет. С ней всего чуть больше месяца. Меня приобрели на торгах. – Ну, не соврал же. Фактически, Изабелла, какая она есть сейчас, познакомилась с Киртаном четыре года назад, когда поселилась в теле бывшей графини. Все честно.
– Такие опытные воины, как ты, должны стоить очень дорого. По твоей хозяйке не скажешь, что она богата. И наличие двух таких рабов, как вы, странно.
Я чуть было не выругался. За всеми этими переживаниями элементарную вещь не учли. Мы ведь действительно не хотели привлекать к себе внимание и в погоне за маскировкой под скромную аристократку не учли то, что рабы сейчас дороги, а это совсем не вяжется с тем образом, который у нас получился.
Благо, у меня была версия и на это:
– Не знаю, как ей достался полукровка, а меня госпожа купила за бесценок. Я «отработанный».
Вот теперь удостоился более пристального и даже несколько озадаченного взгляда светлого:
– Серьезно? Я думал, что такие, как ты, уже ни на что не годны, потому вас и пускают в утиль.
Скрипнул зубами, но ровно ответил:
– В большинстве случаев именно такие, как я, и приобретают многие полезные качества за время служения у разных хозяев, у каждого чему-то обучаясь. Но нас не хотят выкупать, потому что мы не престижны. От недостатка спроса и маленькая цена, – ответил я чистую правду.
– Вот как! – с заинтересованностью протянул он. – Хм, пожалуй, я давно не был на торгах. Пора бы наведаться. – Я вновь скрипнул зубами, радуясь, что у светлых не такой чувствительный слух, как у темных. – Значит, твоя хозяйка оказалась более прозорливой, чем все остальные.
– Получается так, господин, – согласился я.
– Это многое объясняет, – покивал он. – А что скажешь о служении ей? Тебя все устраивает? – Я с недоумением покосился на него, и светлый, раздраженно вздохнув, пояснил: – Хотел бы ты сменить хозяина? Мне нужны такие бойцы, как ты. У меня можешь не бояться сильного наказания. Только за неприкрытую вину. Своих рабов я ценю. К тому же, я не женщина: принуждать к сексу не стану.
Чуть было не фыркнул на его высказывание. Знал бы он, что высказывание «Я не женщина» вообще аргументом не является.
– Благодарю, господин, за щедрое предложение, но меня все устраивает в служении моей хозяйке. – Кто бы знал, чего мне стоило скрыть литры яда в голосе.
– Уверен? Она кажется… – Он помахал рукой в воздухе, подбирая слова. – Жесткой. Одно то, как она безжалостно расправилась с бандитами, уже говорит о многом. Вероятно, вам сильно достается от нее.
Чуть было не засмеялся, мечтательно вспоминая то, КАК нам доставалось от нее. В паху стало тесно, и я поторопился перевести мысли в другую сторону.
– Тем не менее мы с полукровкой преданы хозяйке и не откажемся от нее добровольно.
– Это потому что она спасла тебе жизнь, выкупив на торгах? – прищурился он.
– В том числе, – решил уйти я от ответа, радуясь, что уже вышли на дорогу, где мы оставили всех остальных. Более светлый меня не расспрашивал.
Глава 19. Киртан
Как мы могли попасть в такую ситуацию? Даже не знаю, смеяться или плакать… Но мой Ангел, как и всегда, на высоте. Никак не показала своего отношения к новости о том, кем оказались наши новые знакомые. Предполагая поездку инкогнито и дальнюю дорогу, избегая телепортов, я и подумать не мог, что мы можем встретиться. И вот надо же, как Судьба повернулась…
Ангел назвалась чужим именем, но никто, кажется, не понял обмана. Однако то, как на нее смотрели аристократы, мне не нравилось. Хотелось заслонить ее от их пристальных, изучающих взглядов, в которых явно проскальзывал мужской интерес.
Зато увидел лже-Избранную. Красива, этого не отнять. Прелестные черты милого личика в обрамлении густых длинных светлых волос, по-детски удивленно распахнутые глаза цвета весенней листвы. Она казалась чем-то эфемерным, сказочным, словно фея из сказки. Не знай, кем девушка является, возможно, тоже допустил бы мысль, что она будет особенной. Но я точно знаю, что единственная особенная девушка в этом мире – мой Ангел. В этом мог убедиться за четыре долгих года, когда смотрел, но не смел прикоснуться к ней и заявить свои права.
А теперь она принадлежит мне… А еще темному, да. Но придется смириться с этим. Я уже смирился, если подумать. Не такой уж он плохой вариант для нашей девочки. Между нами опять же много общего на фоне былого рабства. Он как никто понимает меня, и находить с ним общий язык оказалось просто. Было бы куда хуже, если бы в спутники Ангелу достался один из этих аристократов.
Меня передернуло даже от одной мысли. Что уж говорить… Особенно если учесть, что именно эти двое первоначально и должны были стать Стражами Изабеллы. Собственно, они ими и остаются. Правда, пока только номинально. Стоит им еще раз повторить клятву уже в присутствии Ангела, и к нам с Эльтаром прибавятся еще двое…
Хорошо, что я неплохо знаю Изабеллу и могу с точностью сказать, что они ей не понравились. Ни один из них. И она отчаянно желает избавиться от общества аристократов поскорее. Следовательно, открывать им свое настоящее лицо она не собирается. Ни как графиня, ни как Избранная. Главное – не допустить ошибку и не раскрыться. Благо, за четыре года Ангел хорошо в этом поднаторела и играла масками виртуозно.
Сейчас я с умилением смотрел, как она выставляет себя хамоватой обедневшей аристократкой, в которой узнать графиню было бы очень трудно. Что уж говорить про Избранную, которая, по идее, должна излучать доброту и свет. Помня, как моя девочка размахивала битой (так она это называла), добротой от нее и не пахло. Моя умничка…
Я бы тоже не прочь закинуть ее на плечо и скрыться от пристальных взглядов подальше, вот только в словах светлого есть смысл. На карете мы уже не уедем, а пешком небезопасно. Я не хочу подвергать Ангела еще большей опасности, чем она уже пережила. Как это ни глупо, но в этой более чем странной компании она сейчас в целости и сохранности, чего нельзя гарантировать на тракте. Главное – переждать ночь. Утром отправимся на карете до ближайшей гостиницы, там и распрощаемся с этой неприятной троицей.
Еще эти разбойники, которые продолжали пребывать в магическом сне, нервировали. Что теперь с ними будет? Вероятно, аристократы отправят магического вестника, и уже утром за ними явится стража ближайшего города, которая и будет решать их дальнейшую судьбу. Так и оказалось. Когда Изабелла осторожно поинтересовалась у темного об их судьбе, он с точностью подтвердил мои мысли.
Однако про опасность я не забыл и решил разузнать некоторые подробности из жизни лже-Избранной. С этой целью направился к ее рабам, которые с покорно опущенными головами собирали многочисленный гардероб хозяйки. Кто, если не они, могли знать настоящее лицо своей госпожи?
Смотря на эту картину, не мог в очередной раз не порадоваться практичности Изабеллы, которая предпочитала путешествовать налегке.
