Девочка наша, оказывается, боевая! – Данияр заулыбался во весь рот, довольный как котяра. – Она чародею поганскому чуть мордень не расцарапала. А потом еще и других духов на помощь позвала.
– А вы чего, клювом щелкали? Эх, воевода! – пожурил старик, – Такой момент упустил! Я ж за спасение принцесс мог бы у короля невесту вытребовать, вот буквально сегодня.
– На перед, то не забегай! Мы поганца того хорошенько силой приголубили. Умеючи. Девочку нашу боевую у него отбили. Эх, был бы с нами Сандр, мы его вообще под орех разделали…
– Ну-ну, он теперь князь! Не дело ему как простому воеводе кулаками размахивать!
Данияр опалил старика взглядом, но в спор вступать не стал. Пожал могучими плечами и скрестил руки на груди.
– Поганец убег, хвост поджавши, а на место него другие колдунишки явились. И они явно на стороне Вержаночки были. Один из них туману напустил, похоже, пытался стереть следы нападения. Нас их волшба не взяла, а вот остальные… Нападение все забыли, кроме Вержаны.
– Выходит, она не только с фейри знается.
– Да, – кивнул Данияр, – она воспитанница чародейская и знает немало их секретов.
Леонид сложил ладони вместе, потер друг о друга и взгляд его стал задумчивым.
– Кажется, пора договор на рудники доставать? Это большой, козырь! Жирный. Витанская казна пуста, как чаша подаяния, король за эту бумагу уцепится, даже не смотря на то что территории спорные, а мы их и вовсе как дань получили…
– Рудники далеко, разрабатывать Истрии их не выгодно. Кроме того, у нас своих месторождений хватает, – мотнул головой воевода и улыбнулся. – А вот Вержаночка… Прав ты был, она может понравиться Сандру. Только вот юная она совсем. Я был бы не в восторге, если бы мне такую невесту привезли.
– Ишь какие переборчивые! – фыркнул старик. – Пусть князь спасибо скажет, что хоть такую раздобудем! Характер – золото. Умная, бережливая, языки знает. А тот факт, что ее фейри слушаются – со всех сторон нам на руку.
– Хотелось бы, чтоб по-людски, – протянул Данияр, – чтоб без спешки!
– То уже заботы Александра, – мотнул головой старик и нахмурился. – И еще не нравится мне, что принц вокруг Вержаночки ужом вьется. Надо бы его как-то отдалить. Только мягонько…
– Эх, Лёня, ты только сейчас об этом подумал? А я уже людей отослал, будут покой Вержаночки оберегать… От всяких настырных галисийцев.
Мужчины переглянулись и обменялись улыбками.
– Вот это правильно.
– Остаешься за меня! – велел принц Рикардо, быстро стягивая расшитый золотом и серебром камзол. Затем снял золотые запонки, кольца. И наконец жестом потребовал у друга его кафтан.
Синеглазый галисийский красавец скрестил руки на груди, не спеша выполнять распоряжение.
– Серьезно? Вашество? Ты сегодня чуть не погиб! И, судя по новостям, из-за третьей принцессы!
– Я должен с ней объясниться! –мотнул головой принц. – Я… Она не хотела со мной знакомиться, в смысле – с настоящим мной.
– Так, – Мигель нахмурился. – И ты водил ее за нос, пользуясь моим лицом?
Принц развел руками.
– Поначалу я думал, что это она водит меня за нос. Ты же знаешь, к тебе многие подкатывают, мол, познакомь с принцем…
– Да, и все получают отворот-поворот! – изрек Мигель.
– Вот именно, а Вержик изначально попросила обратное.
Друг закрыл глаза и будто мысленно выругался. В отличие от Рикардо, настоящий Мигель обладал куда более сдержанным темпераментом.
– Нет! Больше обмена не будет!
– Я принц! – весомо напомнил Рикардо.
– Да, а я твой – лучший друг! – парировал Мигель. – И вижу, что, бегая на свидания под моим лицом, ты совершаешь ошибку.
– Один раз! Последний!
– Наше прикрытие не для амурных дел! – Мигель был неумолим, а синие глаза сделались холодными, как пустынное небо. – Ты понимаешь, что будет, если тайну раскроют? От меня просто избавятся. Либо это сделает витанский король, либо твои галисийские противники.
– Этого не случится!
– Не будь таким наивным? Тебе мало маленькая наблюдательной принцессы, с которой ты так откровенно общался в саду, – думаешь, она никому не расскажет!
– Люсии выгодно молчать, сотрудничая, она получит корону!
– А твоя зазноба!
– Я ей нравлюсь! – заявил принц.
На лице Мигеля возникла ухмылочка, проницательная такая.
– Поправочка, Рик, ей нравишься не ты! Ей нравится простой парень, у которого нет обязательств и тучи врагов за спиной. А что она знает о тебе?
Друг детства… Он говорил то, что другие боялись. Порой Рикардо казалось, что Мигель – его родной брат. Будь здесь кто-то другой, он бы и слушать не стал, но Мигель…
Пальцы сжались в кулак. Тогда что? Отступить? Чтобы витанская змея сплавила его сокровище истрийцам?
Сердце обожгло болью, будто туда раскаленный прут воткнули. Следом горло сдавил комок страха. Не за себя – за то хрупкое, нежное чудо, которое только-только начало раскрываться перед ним и которое могли отнять.
Рикардо никогда ничего подобного ни к одной женщине не испытывал. Думал – любовь сказки. Но то, что творилось сейчас, ни в какие рамки не лезло. Он видел Вержана стала его наваждением, он видел повсюду, то он улыбалась, то хмурилась. Его сокровище, а еще – луна и солнце. Разве он может позволить, чтобы ее отобрали?
Мир без нее… Кожа покрылась мурашками, а в душе будто настала ночь, и каждый вдох отдавался болью.
Мигель наблюдал со стороны. Он знал принца как облупленного. И происходящее ему все больше не нравилось. Сюда Рик приехал собранным и уверенным. Он знал, чего хочет от брака с витанской принцессой. Это исключительно политический шаг, один из способов укрепить влияние.
А теперь? Где тот принц, который предпочитал тренировки обществу красавиц? Где тот парень, который уроки риторики никогда не прогуливал и даже в самых опасных ситуациях оставался собранным и спокойным? Да его словно подменили! И виновата в этом третья принцесса, о которой ползут самые нелестные слухи. Будто она чуть ли не с фейри якшается.
Если Рикардо заполучит такую девушку в жены… Мигель вздохнул, это будет удар по репутации. Канцлер окончательно перетянет на свою сторону храмовников. Разумеется, витанскую принцессу никто на допрос не потащит, по крайней мере пока Рикардо жив. Зато вторую жену принцу навяжут – ту самую доченьку канцлера, прожженную стерву и законченную гадину, которая ничем не гнушается.
И если Рик ступит на эту дорожку, то его жизнь утратит ценность, как только Паула забеременеет. Что случится потом с витанской принцессой, даже подумать страшно. Во всяком случае, канцлер сделает все, лишь бы избавиться от Рика и усадить на трон своего внука. Без крови, без переворота и без принца.
– Мигель, последний раз… Прошу тебя!
Рик выглядел потерянным. Будто земля вот-вот уйдет у него из-под ног. Как обычная девушка сумела сотворить с его другом такое? Точно – ведьма.
– Пожалуйста!
Принц никогда не просил, обычно он загонял в угол и уже оттуда делал предложение, от которого нельзя отказаться.
– Я хочу открыть ей правду. Хочу, чтобы Вержик наконец поняла, что все время с ней рядом был я. И тот парень, который ей нравится – это тоже я! Это ведь справедливо по отношению к девушке. Или ты так не считаешь?
Мигель прищурился, если Вержана действительно не была заинтересована в знакомстве с принцем, то есть вероятность, что, узнав правду, она оттолкнет Рикардо. Тогда проблема решится сама собой.
– Последний раз? – с нажимом переспросил Мигель.
– Клянусь! – кивнул принц и заулыбался во весь рот.
– Возможно, я совершаю ошибку, – буркнул голубоглазый, стащил свой камзол и привычно перекинул его другу.
– Спасибо! – выдохнул Рикардо и бросился к двери. Холодок пробежал по коже. Мигель покосился в зеркало – оттуда на него смотрела физиономия Рикардо.
Если тот собрался признаваться, то может снять маску в любой момент, а значит, выходить из покоев нельзя.
– Надеюсь, у него получится, – произнес Мигель, уселся за стол принца и достал тетради по экономике. Самое время изобразить рвение к науке. Эх, когда-нибудь, когда Рик наконец займет свой трон, Мигель тоже обретет свободу. А пока…
Парень взял в руки перо и принялся выводить в тетради аккуратные буквы – у них с принцем даже почерк был одинаковый.
Рикардо мчался по коридорам дворца, не чувствуя земли под ногами. Пожалуй, теперь он даже понял, что означает фраза «будто крылья выросли». Осталось совсем чуть-чуть, только пробраться в башню, поймать свою девочку в объятья и наконец поговорить. Честно, без масок, без притворства.
А потом можно будет наконец ее поцеловать – и не как Мигель, а как принц Рикардо. Пусть покричит, пусть рассердится, но увидит наконец его настоящим.
Сердце в груди колотилось, а в мыслях уже вертелась яркая картинка помолвки. Они вдвоем, рука об руку. Будущая жена, любимая. Да, ради такой все королевство вверх дном перевернуть не жалко.
Даже Виттенбург! Он может переманить профессоров оттуда в свою столицу. Галисия – богатая страна, если Вержик пожелает, он целый университет для нее построит!
А святоши… Как только армия будет в руках Рикардо, эти тщеславные морды в рясах предстанут перед судом за свою жадность, за подлог. Казнить самых влиятельных, а остальные склонят головы. И даже ботинки расцелуют, только бы жизнь сохранить.
Главное, чтобы Вержик была рядом. Принц улыбнулся: впервые в жизни у него дрожали пальцы. А на душе все цвело, словно наступила весна. Совсем чуть-чуть осталось, просто по лестнице подняться.
Рик вышел из-за угла и улыбка сползла с лица. Прямо напротив входа в башню сидели две наглых истрийских хари. И резались в карты!
Но чутьё подсказывало, что их отсюда и под угрозой войны не выгонишь. Хуже того – возможный мордобой громил только обрадует.
– Мужики, мне бы пройти? – на гермском попросил принц.
Морды истрийские заулыбались – широко и нагло.
– Так там башня, где принцесса почивать изволит. А ты, парниш, на дуэнью совсем не тянешь.
Рикардо сжал кулаки. Наглец обозвал его девчонкой! Кулаки сжались! Захотелось врезать. Но устраивать скандал нельзя. Видел он, на что истрийцы способны. Чародея как гуся волшебными стрелами истыкали.
– Мне письмо надо передать…
– Вот пойдет ее высочество на прогулку, тогда и передашь, – откликнулся здоровяк.
Рикардо скрипнул зубами и добавил еще одну, очень весомую на его взгляд деталь:
– Письмо от наследного принца!
– Ах, если от принца… Тогда вообще брысь отсюда, нечего будущей княгине со всякими принцами переписываться!
Да, как они смеют! Душу захлестнуло бешенство, будто нечистый под зад копытом двинул.
Но ни сказать, ни сделать Рикардо ничего не успел.
– Моей сестре написал сам принц? Очень интересно, – из глубины коридора с маленькой чашечкой в руках вышла Агнес, улыбка как у гарпии, в глазах – огонь. – Давай-ка сюда письмо!
Сейчас она принцесса, а он – никто? И письма у него нет!
На мгновение Рикардо замер, парализованный. Перед ним – змея. За спиной – пустота. А единственный лучик света, его путеводная звездочка, закрыт за глухими стенами. И он, будущий правитель Галисии, совершенно ничего не может сделать. Как до такого дошло? Впервые в жизни наследный принц почувствовал абсолютную беспомощность.
Его буквально приперли к стенке. Нельзя развернуться и уйти – это жесткое оскорбление наследной принцессы Витании. За такое Мигель может получить наказание, если змеюка нажалуется отцу.
Проклятье! И что же делать? Неужели придется подставить лучшего друга?
Агнес смотрела на голубоглазого парня и улыбалась предвкушающе. В глазах галисийца отражалось замешательство. Эту эмоцию наследница любила – на ней можно было сыграть.
А еще принцессе живенько припомнилось, как голубоглазый прощелыга Вержану на руках носил. И ведь хватило же наглости пройти мимо нее, кронпринцессы, и приказ проигнорировать! Будто она пустое место!
Наконец настал момент поквитаться.
– Вы – Мигель, – констатировала Агнес, наблюдая, как сужаются у галисийца зрачки. Опасается? Замечательно.
Кронпринцесса приблизилась еще на шаг, теперь она ощущала тепло его тела. Так здорово, парнишка на расстоянии вытянутой руки, но даже пальцем тронуть не посмеет.
Агнес оценивающе поглядела на его крепкую фигуру. Затем неспешно сделала глоток из чашки и ухмыльнулась.
– Письмо от принца должно быть очень срочное! Вы так быстро примчались, – девушка чуть приподняла чашечку и покачала ею перед лицом Мигеля. – У меня даже напиток остыть не успел.
Расчеты оказались верны, Вержана близко общалась с синеглазым выскочкой. Переписка! Вот так они и познакомились с принцем! Сейчас она эту ниточку связи перережет.
Галисиец выпрямился, расправил плечи, а глянул как дерзко, с вызовом. Наглец! Еще и глаза похолодели, будто парню в душу лёду насыпали. Будь на месте выскочки любой витанский придворный, он бы мигом сделал попроще морду и заулыбался подобострастно.
Ничего и не таких ломали!
– Я так и не услышала ответа!
Недовольство на лице выскочки полыхнуло особенно ярко, пламенно. Наконец парень заставил себя склониться, правда с таким видом, будто сам себе на горло наступил.
– Да, я – Мигель, – бросил он на галисийском. Морда подобострастная, но в каждом слоге вызов.
Да, как он смеет! Злость обожгла душу, но принцесса только усмехнулась.
– Стража! – позвала она.
Секунда – и вот из темноты выступили стражники, сразу четверо.
Теперь она победно выгнула бровь, глядя, как напрягся галисиец. А его синий взгляд… Ох, какая обжигающая ярость, замешательство и желание придушить! Вон, аж пальцы в кулаки сжались.
Стало интересно! Собирается драться? Как нелепо.
Девушка залпом допила напиток и, не оборачиваясь, отдала чашку стражнику. Миниатюрная посудина в латной перчатке выглядела игрушечной. А вот взгляд наследницы отсвечивал сталью.
Принцесса обязана быть милой, понимающей, но у кронпринцессы есть еще одно лицо – Беспощадное. Предназначенное для врагов.
Она протянула руку и жестко схватила Мигеля за подбородок, впиваясь ногтями в кожу и вынуждая смотреть на себя. На свою акулью улыбку.
– Говорить будешь на витанском, когда я спрашиваю! – чуть повысив голос, рявкнула она. Ее улов дернулся, но Агнес не выпустила. – Где записка для Вержаны?
Галисиец опалил принцессу сердитым взглядом. Таким жгучим, будто Агнес успела прогуляться по всем его мозолям и ссадинам.
Занятная реакция. Обычно кронпринцессой все восхищались, лебезили. А этот выскочка – в ярости. Такой жгучей, пожалуй, так на нее никто не реагировал. Никто, кроме принца. Хм?
Агнес приблизилась еще на шаг и второй рукой осторожно провела по его щеке. Теплая и чуточку колючая.
– А вы чего, клювом щелкали? Эх, воевода! – пожурил старик, – Такой момент упустил! Я ж за спасение принцесс мог бы у короля невесту вытребовать, вот буквально сегодня.
– На перед, то не забегай! Мы поганца того хорошенько силой приголубили. Умеючи. Девочку нашу боевую у него отбили. Эх, был бы с нами Сандр, мы его вообще под орех разделали…
– Ну-ну, он теперь князь! Не дело ему как простому воеводе кулаками размахивать!
Данияр опалил старика взглядом, но в спор вступать не стал. Пожал могучими плечами и скрестил руки на груди.
– Поганец убег, хвост поджавши, а на место него другие колдунишки явились. И они явно на стороне Вержаночки были. Один из них туману напустил, похоже, пытался стереть следы нападения. Нас их волшба не взяла, а вот остальные… Нападение все забыли, кроме Вержаны.
– Выходит, она не только с фейри знается.
– Да, – кивнул Данияр, – она воспитанница чародейская и знает немало их секретов.
Леонид сложил ладони вместе, потер друг о друга и взгляд его стал задумчивым.
– Кажется, пора договор на рудники доставать? Это большой, козырь! Жирный. Витанская казна пуста, как чаша подаяния, король за эту бумагу уцепится, даже не смотря на то что территории спорные, а мы их и вовсе как дань получили…
– Рудники далеко, разрабатывать Истрии их не выгодно. Кроме того, у нас своих месторождений хватает, – мотнул головой воевода и улыбнулся. – А вот Вержаночка… Прав ты был, она может понравиться Сандру. Только вот юная она совсем. Я был бы не в восторге, если бы мне такую невесту привезли.
– Ишь какие переборчивые! – фыркнул старик. – Пусть князь спасибо скажет, что хоть такую раздобудем! Характер – золото. Умная, бережливая, языки знает. А тот факт, что ее фейри слушаются – со всех сторон нам на руку.
– Хотелось бы, чтоб по-людски, – протянул Данияр, – чтоб без спешки!
– То уже заботы Александра, – мотнул головой старик и нахмурился. – И еще не нравится мне, что принц вокруг Вержаночки ужом вьется. Надо бы его как-то отдалить. Только мягонько…
– Эх, Лёня, ты только сейчас об этом подумал? А я уже людей отослал, будут покой Вержаночки оберегать… От всяких настырных галисийцев.
Мужчины переглянулись и обменялись улыбками.
– Вот это правильно.
Прода от 20.12.2025, 11:07
– Остаешься за меня! – велел принц Рикардо, быстро стягивая расшитый золотом и серебром камзол. Затем снял золотые запонки, кольца. И наконец жестом потребовал у друга его кафтан.
Синеглазый галисийский красавец скрестил руки на груди, не спеша выполнять распоряжение.
– Серьезно? Вашество? Ты сегодня чуть не погиб! И, судя по новостям, из-за третьей принцессы!
– Я должен с ней объясниться! –мотнул головой принц. – Я… Она не хотела со мной знакомиться, в смысле – с настоящим мной.
– Так, – Мигель нахмурился. – И ты водил ее за нос, пользуясь моим лицом?
Принц развел руками.
– Поначалу я думал, что это она водит меня за нос. Ты же знаешь, к тебе многие подкатывают, мол, познакомь с принцем…
– Да, и все получают отворот-поворот! – изрек Мигель.
– Вот именно, а Вержик изначально попросила обратное.
Друг закрыл глаза и будто мысленно выругался. В отличие от Рикардо, настоящий Мигель обладал куда более сдержанным темпераментом.
– Нет! Больше обмена не будет!
– Я принц! – весомо напомнил Рикардо.
– Да, а я твой – лучший друг! – парировал Мигель. – И вижу, что, бегая на свидания под моим лицом, ты совершаешь ошибку.
– Один раз! Последний!
– Наше прикрытие не для амурных дел! – Мигель был неумолим, а синие глаза сделались холодными, как пустынное небо. – Ты понимаешь, что будет, если тайну раскроют? От меня просто избавятся. Либо это сделает витанский король, либо твои галисийские противники.
– Этого не случится!
– Не будь таким наивным? Тебе мало маленькая наблюдательной принцессы, с которой ты так откровенно общался в саду, – думаешь, она никому не расскажет!
– Люсии выгодно молчать, сотрудничая, она получит корону!
– А твоя зазноба!
– Я ей нравлюсь! – заявил принц.
На лице Мигеля возникла ухмылочка, проницательная такая.
– Поправочка, Рик, ей нравишься не ты! Ей нравится простой парень, у которого нет обязательств и тучи врагов за спиной. А что она знает о тебе?
Друг детства… Он говорил то, что другие боялись. Порой Рикардо казалось, что Мигель – его родной брат. Будь здесь кто-то другой, он бы и слушать не стал, но Мигель…
Пальцы сжались в кулак. Тогда что? Отступить? Чтобы витанская змея сплавила его сокровище истрийцам?
Сердце обожгло болью, будто туда раскаленный прут воткнули. Следом горло сдавил комок страха. Не за себя – за то хрупкое, нежное чудо, которое только-только начало раскрываться перед ним и которое могли отнять.
Рикардо никогда ничего подобного ни к одной женщине не испытывал. Думал – любовь сказки. Но то, что творилось сейчас, ни в какие рамки не лезло. Он видел Вержана стала его наваждением, он видел повсюду, то он улыбалась, то хмурилась. Его сокровище, а еще – луна и солнце. Разве он может позволить, чтобы ее отобрали?
Мир без нее… Кожа покрылась мурашками, а в душе будто настала ночь, и каждый вдох отдавался болью.
Мигель наблюдал со стороны. Он знал принца как облупленного. И происходящее ему все больше не нравилось. Сюда Рик приехал собранным и уверенным. Он знал, чего хочет от брака с витанской принцессой. Это исключительно политический шаг, один из способов укрепить влияние.
А теперь? Где тот принц, который предпочитал тренировки обществу красавиц? Где тот парень, который уроки риторики никогда не прогуливал и даже в самых опасных ситуациях оставался собранным и спокойным? Да его словно подменили! И виновата в этом третья принцесса, о которой ползут самые нелестные слухи. Будто она чуть ли не с фейри якшается.
Если Рикардо заполучит такую девушку в жены… Мигель вздохнул, это будет удар по репутации. Канцлер окончательно перетянет на свою сторону храмовников. Разумеется, витанскую принцессу никто на допрос не потащит, по крайней мере пока Рикардо жив. Зато вторую жену принцу навяжут – ту самую доченьку канцлера, прожженную стерву и законченную гадину, которая ничем не гнушается.
И если Рик ступит на эту дорожку, то его жизнь утратит ценность, как только Паула забеременеет. Что случится потом с витанской принцессой, даже подумать страшно. Во всяком случае, канцлер сделает все, лишь бы избавиться от Рика и усадить на трон своего внука. Без крови, без переворота и без принца.
– Мигель, последний раз… Прошу тебя!
Рик выглядел потерянным. Будто земля вот-вот уйдет у него из-под ног. Как обычная девушка сумела сотворить с его другом такое? Точно – ведьма.
– Пожалуйста!
Принц никогда не просил, обычно он загонял в угол и уже оттуда делал предложение, от которого нельзя отказаться.
– Я хочу открыть ей правду. Хочу, чтобы Вержик наконец поняла, что все время с ней рядом был я. И тот парень, который ей нравится – это тоже я! Это ведь справедливо по отношению к девушке. Или ты так не считаешь?
Мигель прищурился, если Вержана действительно не была заинтересована в знакомстве с принцем, то есть вероятность, что, узнав правду, она оттолкнет Рикардо. Тогда проблема решится сама собой.
– Последний раз? – с нажимом переспросил Мигель.
– Клянусь! – кивнул принц и заулыбался во весь рот.
– Возможно, я совершаю ошибку, – буркнул голубоглазый, стащил свой камзол и привычно перекинул его другу.
– Спасибо! – выдохнул Рикардо и бросился к двери. Холодок пробежал по коже. Мигель покосился в зеркало – оттуда на него смотрела физиономия Рикардо.
Если тот собрался признаваться, то может снять маску в любой момент, а значит, выходить из покоев нельзя.
– Надеюсь, у него получится, – произнес Мигель, уселся за стол принца и достал тетради по экономике. Самое время изобразить рвение к науке. Эх, когда-нибудь, когда Рик наконец займет свой трон, Мигель тоже обретет свободу. А пока…
Парень взял в руки перо и принялся выводить в тетради аккуратные буквы – у них с принцем даже почерк был одинаковый.
Рикардо мчался по коридорам дворца, не чувствуя земли под ногами. Пожалуй, теперь он даже понял, что означает фраза «будто крылья выросли». Осталось совсем чуть-чуть, только пробраться в башню, поймать свою девочку в объятья и наконец поговорить. Честно, без масок, без притворства.
А потом можно будет наконец ее поцеловать – и не как Мигель, а как принц Рикардо. Пусть покричит, пусть рассердится, но увидит наконец его настоящим.
Сердце в груди колотилось, а в мыслях уже вертелась яркая картинка помолвки. Они вдвоем, рука об руку. Будущая жена, любимая. Да, ради такой все королевство вверх дном перевернуть не жалко.
Даже Виттенбург! Он может переманить профессоров оттуда в свою столицу. Галисия – богатая страна, если Вержик пожелает, он целый университет для нее построит!
А святоши… Как только армия будет в руках Рикардо, эти тщеславные морды в рясах предстанут перед судом за свою жадность, за подлог. Казнить самых влиятельных, а остальные склонят головы. И даже ботинки расцелуют, только бы жизнь сохранить.
Главное, чтобы Вержик была рядом. Принц улыбнулся: впервые в жизни у него дрожали пальцы. А на душе все цвело, словно наступила весна. Совсем чуть-чуть осталось, просто по лестнице подняться.
Рик вышел из-за угла и улыбка сползла с лица. Прямо напротив входа в башню сидели две наглых истрийских хари. И резались в карты!
Но чутьё подсказывало, что их отсюда и под угрозой войны не выгонишь. Хуже того – возможный мордобой громил только обрадует.
– Мужики, мне бы пройти? – на гермском попросил принц.
Морды истрийские заулыбались – широко и нагло.
– Так там башня, где принцесса почивать изволит. А ты, парниш, на дуэнью совсем не тянешь.
Рикардо сжал кулаки. Наглец обозвал его девчонкой! Кулаки сжались! Захотелось врезать. Но устраивать скандал нельзя. Видел он, на что истрийцы способны. Чародея как гуся волшебными стрелами истыкали.
– Мне письмо надо передать…
– Вот пойдет ее высочество на прогулку, тогда и передашь, – откликнулся здоровяк.
Рикардо скрипнул зубами и добавил еще одну, очень весомую на его взгляд деталь:
– Письмо от наследного принца!
– Ах, если от принца… Тогда вообще брысь отсюда, нечего будущей княгине со всякими принцами переписываться!
Да, как они смеют! Душу захлестнуло бешенство, будто нечистый под зад копытом двинул.
Но ни сказать, ни сделать Рикардо ничего не успел.
– Моей сестре написал сам принц? Очень интересно, – из глубины коридора с маленькой чашечкой в руках вышла Агнес, улыбка как у гарпии, в глазах – огонь. – Давай-ка сюда письмо!
Сейчас она принцесса, а он – никто? И письма у него нет!
На мгновение Рикардо замер, парализованный. Перед ним – змея. За спиной – пустота. А единственный лучик света, его путеводная звездочка, закрыт за глухими стенами. И он, будущий правитель Галисии, совершенно ничего не может сделать. Как до такого дошло? Впервые в жизни наследный принц почувствовал абсолютную беспомощность.
Его буквально приперли к стенке. Нельзя развернуться и уйти – это жесткое оскорбление наследной принцессы Витании. За такое Мигель может получить наказание, если змеюка нажалуется отцу.
Проклятье! И что же делать? Неужели придется подставить лучшего друга?
Глава 8. Охотницы в коронах
Агнес смотрела на голубоглазого парня и улыбалась предвкушающе. В глазах галисийца отражалось замешательство. Эту эмоцию наследница любила – на ней можно было сыграть.
А еще принцессе живенько припомнилось, как голубоглазый прощелыга Вержану на руках носил. И ведь хватило же наглости пройти мимо нее, кронпринцессы, и приказ проигнорировать! Будто она пустое место!
Наконец настал момент поквитаться.
– Вы – Мигель, – констатировала Агнес, наблюдая, как сужаются у галисийца зрачки. Опасается? Замечательно.
Кронпринцесса приблизилась еще на шаг, теперь она ощущала тепло его тела. Так здорово, парнишка на расстоянии вытянутой руки, но даже пальцем тронуть не посмеет.
Агнес оценивающе поглядела на его крепкую фигуру. Затем неспешно сделала глоток из чашки и ухмыльнулась.
– Письмо от принца должно быть очень срочное! Вы так быстро примчались, – девушка чуть приподняла чашечку и покачала ею перед лицом Мигеля. – У меня даже напиток остыть не успел.
Расчеты оказались верны, Вержана близко общалась с синеглазым выскочкой. Переписка! Вот так они и познакомились с принцем! Сейчас она эту ниточку связи перережет.
Галисиец выпрямился, расправил плечи, а глянул как дерзко, с вызовом. Наглец! Еще и глаза похолодели, будто парню в душу лёду насыпали. Будь на месте выскочки любой витанский придворный, он бы мигом сделал попроще морду и заулыбался подобострастно.
Ничего и не таких ломали!
– Я так и не услышала ответа!
Недовольство на лице выскочки полыхнуло особенно ярко, пламенно. Наконец парень заставил себя склониться, правда с таким видом, будто сам себе на горло наступил.
– Да, я – Мигель, – бросил он на галисийском. Морда подобострастная, но в каждом слоге вызов.
Да, как он смеет! Злость обожгла душу, но принцесса только усмехнулась.
– Стража! – позвала она.
Секунда – и вот из темноты выступили стражники, сразу четверо.
Теперь она победно выгнула бровь, глядя, как напрягся галисиец. А его синий взгляд… Ох, какая обжигающая ярость, замешательство и желание придушить! Вон, аж пальцы в кулаки сжались.
Стало интересно! Собирается драться? Как нелепо.
Девушка залпом допила напиток и, не оборачиваясь, отдала чашку стражнику. Миниатюрная посудина в латной перчатке выглядела игрушечной. А вот взгляд наследницы отсвечивал сталью.
Принцесса обязана быть милой, понимающей, но у кронпринцессы есть еще одно лицо – Беспощадное. Предназначенное для врагов.
Она протянула руку и жестко схватила Мигеля за подбородок, впиваясь ногтями в кожу и вынуждая смотреть на себя. На свою акулью улыбку.
– Говорить будешь на витанском, когда я спрашиваю! – чуть повысив голос, рявкнула она. Ее улов дернулся, но Агнес не выпустила. – Где записка для Вержаны?
Галисиец опалил принцессу сердитым взглядом. Таким жгучим, будто Агнес успела прогуляться по всем его мозолям и ссадинам.
Занятная реакция. Обычно кронпринцессой все восхищались, лебезили. А этот выскочка – в ярости. Такой жгучей, пожалуй, так на нее никто не реагировал. Никто, кроме принца. Хм?
Агнес приблизилась еще на шаг и второй рукой осторожно провела по его щеке. Теплая и чуточку колючая.
