— Тогда вам следует знать, что барон расставил своих людей от столовой до покоев принцессы и сейчас один из его прохиндеев пытается подкупить кого-то из дворцовой стражи!
— Что ж, тогда этому «кому-то» стоит согласиться на их, несомненно, щедрое предложение, — проговорил Этьен, мысленно продумывая план-перехват. Нет, он не собирался сразу же хватать барона за руку. Всё же устраивать скандал накануне свадьбы не самая лучшая идея, но припугнуть наглеца, или хотя бы не дать совершить коварные замыслы стоило.
Этьен вызвал начальника стражи, и они почти до самого ужина продумывали, как лучше расставить людей, чтобы внушить людям барона будто дворец охраняется из ряда вон плохо. Пришлось даже открыть пару тайных проходов для манёвра. Этьен не хотел спугнуть зарвавшегося барона, но и рисковать принцессой было нельзя. С лёгким беспокойством он спускался на ужин. Его взгляд невольно устремился к Торине, и сердце болезненно сжалось в груди. Как же она похожа на Нэйдж! Если днём, когда Торина вышла на приветствие бэрлокцев, её обернули в какую-то невразумительную зелёную хламиду, их сходство не вызывало ничего, кроме желания защищать бедняжку, то сейчас, в голубом атласе и кружевах принцесса казалась особенно соблазнительной и желанной.
«Я должен держать себя в руках! — резко отворачиваясь, упрекнул себя Этьен. — Сейчас важнее барон!»
Вот только ему хватило и одного взгляда на Витора, чтобы осознать в какую именно ловушку тот намерен загнать принцессу.
«Похотливая же ты скотина!» — мысленно выругался Этьен, косясь в сторону барона, пока тот буквально пожирал взглядом Торину. Витор даже не скрывал своего вожделения, пока бэрлокские дамы, больше похожие на разряженных куриц, своим кудахтаньем мастерски отвлекали внимание наивной королевской четы. Бестолковая на первый взгляд беседа на деле оказалась не так проста. Этьен с горечью осознал, что проклятый Юджин вовсе не собирается сдаваться и намерен вновь отравлять жизнь лишённому короля Каэру. И, похоже, воинственный Бэрлок только рад второй войне. Тем более что обе страны не подразумевали серьёзного сопротивления.
«Ну, совсем лёгкой победы вам уже не видать», — кисло подумал Этьен, и внезапный кашель барона отвлёк его от невесёлых мыслей. Вид раскрасневшегося Витора удивлял. Этьен покосился на Торину и вздрогнул. На секунду ему показалось, что он уловил кокетливый и самодовольный взгляд Нэйдж. Да и чуть съехавший рукав, беззастенчиво оголивший плечо у нового платья не походил на случайность! Но разве способна была Торина на столь неприкрытый и откровенный флирт? Этьену оставалось только недоумевать, но резко поправившая рукав принцесса являла собой саму невинность и скромность. Бедняжка даже не осмеливалась поднять глаз от тарелки и была мертвенно бледна.
«Я точно схожу с ума!» — мысленно укорил себя Этьен, но не смог совладать с желанием проследить за принцессой после ужина. Он желал увидеть своими глазами, на что этот подонок Витор решится. Следуя за Ториной потайными ходами, Этьен вместе с ней вышел в галерею, но почти сразу же скользнул в тень. Он готов был в любой момент сорваться на помощь, однако принцесса его опередила.
«Это не Торина! Не она! Малышка принцесса никогда бы не смогла совершить такое!» — вопило его сознание после того, как Торина бесстрашно вдарила барону в пах.
«Но и Нэйдж едва ли стала бы поступать подобным образом! Она же волшебница, ей проще что-то наколдовать, чем действовать, как деревенская девка!» — твердил разум.
Этьен несся за ней, мысленно отмечая, как справлялась со своей задачей стража. Заметив бегущую принцессу, они вылезли из своих укрытий и расчистили бедняжке путь, вырубив засевших в засаде бэрлокцев.
«Завтра с этим будет сложнее», — со вздохом констатировал Этьен, глядя на то, как за Ториной закрывается дверь в её покои. Барон ни за что не стерпит ни поражения, ни тем более унижения. Теперь, помимо похоти, его будет разъедать жажда мести.
— Где ты опять пропадал? — капризно поинтересовалась Зарина, когда Этьен, наконец, появился в комнате дочери.
Кэрина уже спокойно посапывала во сне. Однако, судя по недовольству жены, та успела доставить немало хлопот, прежде чем угомонилась.
— Решал вопросы охраны, — фыркнул в ответ Этьен, неохотно подходя к Зарине. Сейчас хватало забот и особенно раздражало то, что нужно было изображать заботливого мужа. И всё же он попытался добавить своему голосу мягкости: — Ты же не хочешь, чтобы кто-то из тех громил, что приволок с собой барон, причинили кому-то во дворце неудобства?
— Признаться, я была о нём лучшего мнения, — внезапно призналась жена. — Он так таращился на Торину весь ужин… Неудивительно, что, в конце концов, даже подавился!
Этьена так и подмывало поведать Зарине о куда более серьёзных прегрешениях барона, но, памятуя о её болтливости, передумал. Пока барон не заморачивался, считая, что всё проходит в неведении, и действовал вполне предсказуемо. И хотя бэрлокцы никогда не отличались хитроумностью, Этьену не хотелось тратить время на разгадывание коварных замыслов.
Спал он плохо. Ему снова виделась Нэйдж. Она сидела напротив него в столовой в том же голубом платье, что было сегодня на Торине, и, хитро улыбаясь, стягивала кружевные рукава. Этьен едва мог дышать, наблюдая эту картину. Возбуждение накатывало горячими неистовыми волнами, а Нэйдж, словно издеваясь, продолжала его провоцировать. Оголив плечи, она продолжила тянуть ткань, всё более обнажая красивую грудь. И столь бесстыдное заигрывание ни капли её не смущало. Обольстительная улыбка не сходила с губ, а глаза блестели от предвкушения. Этьен был уже на пределе, когда перед ним вдруг выскочил Витор и самым наглым образом накинулся на Нэйдж. Возмущение оказалось настолько сильным, что сон прервался.
«Надеюсь, сон не вещий», — вскакивая с кровати, подумал Этьен. За окном уже брезжил рассвет, а, значит, пора было готовиться к новому раунду.
Ещё до завтрака дворец всполошился из-за заклинивших дверей в покои принцессы Торины. Этьен молча уставился в точку на стене, где находился потайной глазок и внимательно слушал доклад Барта. Мальчишка бойко перечислял все возможные способы, которые применяли стражники, пытаясь открыть дверь. Не помогали ни лом, ни кувалда, ни даже огромный таран, притащенный из подземелий, лишь заставил потрескаться древесину.
— Их словно заколдовали! — выпалил под конец Барт, и Этьен почти с ним согласился.
Хорошее заклинание и в самом деле было способно запечатать двери так, что ничем, кроме магии, его не пронять. Вот только, кто бы мог такое совершить? Ответ казался простым и сложным одновременно. Нэйдж, скорее всего, было по силам, но… как она могла здесь очутиться? Даже если предположить, что она каким-то чудом уцелела в той лавине, её, скорее бы, вынесло куда-то к горам Каэра или же на северный берег Линка. Однако стража так и не добралась до тех мест: принцесса нашлась раньше.
«У портала её тоже не было, иначе мы бы столкнулись!» — продолжал рассуждать Этьен, но все его выстроенные умозаключения всё больше напоминали замки из песка. Их слизывало накатывающей волной новостей и наблюдений. И Этьен совсем запутался.
Сначала Торина, вместо того, чтобы вновь запереться в своих покоях, выпросила себе личную стражу. С одной стороны, поведение принцессы было, скорее, разумным, чем странным. С другой же — малютка Торина никогда не отличалась настойчивостью и обычно послушно исполняла то, что решали за неё другие. Однако слуги вовсю шептались, что после исчезновения принцесса стала заметно смелее. Причём настолько, что согласилась в одиночку прогуляться с бэрлокскими дамами!
Спускаясь на обед, Этьен решил в этот раз более внимательно понаблюдать за сестрицей. Но стоило ему её увидеть в необычно откровенном фиалковом платье, как в голове всё перевернулась верх тормашками. Он не мог оторвать взгляда от тонкой белоснежной шеи, от волнительных изгибов, подчёркнутых туго стянутым корсетом, и, конечно, от глубокого декольте.
— Прекрати пялиться на мою сестру! — шикнула Зарина, одёрнув его за рукав.
Этьену потребовалась вся сила воли, чтоб отвести взгляд от соблазнительного декольте. Впрочем, не он один попал под эти чары. Барон так и стоял столбом, открыв рот. Рядом с ним суетилась взволнованная леди Мирцана и всё пыталась усадить Витора за стол.
— О Вир, вот и моя младшая из дочерей превратилась из скромного бутона в роскошный цветок! — произнёс Бродерин, пытаясь скрыть своё удивление.
Этьен покосился на королеву, та тоже выглядела несколько смущённой. Похоже, идея сшить принцессе нечто подобное была её, но, видит Вир, она никак не ожидала, что Торина решит выбраться в таком наряде на обед!
— И куда только смотрит её служанка! — негодовала рядом Зарина. — Разве можно наряжать невесту столь бесстыдным образом?! Это платье Торине следовало надеть после свадьбы!
«В подобном виде она совсем не похожа на себя!» — продолжая исподволь поглядывать на неё, признавал Этьен. Вот только опущенный стыдливый взгляд всё ещё напоминал о прежней скромности. Однако первая перемена блюд едва не усыпила его бдительность. Торина привычно что-то ковыряла в тарелке, по-прежнему уделяя своё безраздельное внимание столу. Бедняжка вся сжалась и сгорбилась, всячески показывая насколько неудобно ей в подобном платье. Этьен уже решил было, что эта чья-то неудачная шутка. Быть может, леди Бэрлока на прогулке что-то сказали об одеянии принцессы, и та решилась на такую авантюру. Но стоило слугам принести горячее, как Торина будто бы ожила. Она вдруг расправила плечи и, чуть склонив голову, приподняла кончики губ в мягкой полуулыбке. Стрельнув глазами в сторону Витора, принцесса жестом позвала слугу и попросила налить ей вина. Пригубив алую жидкость, она, слегка приоткрыв рот, вновь покосилась в сторону барона. Этьен зажмурился, после чего резко распахнул глаза. Ему не показалось или Торина и в самом деле заигрывает с бароном? Тем временем принцесса провела бокалом по губам и томно вздохнула, привлекая особое внимание к открытой груди. Этьен нервно сглотнул и покосился на Витора. Барон был сражён наповал. Шокированный и возбуждённый он оказался не в силах даже жевать. Кусочки жаркого просто вываливались из его раскрытого рта.
— Господин барон! Ваша милость! Господин барон! — напрасно теребили его леди Яруна и леди Мирцана, пытаясь, как-то спасти положение. Вид разгорячённого Витора противоречил всем нормам этикета.
Однако барон, похоже, напрочь оглох и потерял всякую чувствительность. Бедная леди Яруна едва не оторвала ему рукав, в надежде привести в себя, но всё было тщетно. Барон бесстыже пускал слюни на дразнящую его принцессу. И, признаться, Торина была беспощадна и даже излишне откровенна, почти опускаясь до непристойности.
— Да что она творит? — прошептала рядом шокированная Зарина, завидев, как её сестра демонстративно и нарочито обольстительно кладёт виноградинку в рот.
«Если это Торина, то мир сошёл с ума!» — наблюдая за тем, как кончик языка принцессы игриво прошёлся по нижней губе, вынес вердикт происходящему Этьен. В то время, как его жена собралась закончить этот фарс, Торина только потянулась за вишенкой.
— Сестрица, если будешь есть только фрукты, можешь испортить фигуру! — с фальшивой любезностью произнесла Зарина, сверкая яростью в глазах.
Бэрлокские дамы тут же закудахтали о вреде южных ягод, а Торина с опечаленным видом вернула вишню на место. Буквально за секунду из роковой обольстительницы она вновь превратилась в стыдливую скромницу.
— Это всё твои пошлые романчики, — буркнула Зарина, обращаясь к Этьену, но во взгляде уже читалось самодовольство. По её мнению, она только что урезонила сестру и привела её в чувства, однако на деле всё оказалось совсем не так.
Этьен с удивлением заметил, как Торина то и дело поглядывает на Витора. И от этого взгляда из-под ресниц даже ему становилось непривычно жарко.
«Или я уже брежу наяву, или, уж не знаю, каким чудом, но в тело Торины вселилась Нэйдж!» — залпом выпивая бокал прохладного вина, подумал Этьен. Он как заворожённый продолжал смотреть на принцессу и поражаться её бесстыдству. Торина исподволь продолжала заигрывать с бароном, то даря ему хитрые полуулыбки, то полные страсти взгляды, а порой и давая самые непристойные намёки. Всё это проделывалось так виртуозно, что ни продолжающие бессмысленную светскую беседу бэрлокские дамы, ни король, ни королева, ни его напустившая на себя благочестивый вид Зарина ничего не замечали. В то время, как познавший все грани распутства Этьен от вида того, как принцесса украдкой слизнула крем с десерта, покрылся испариной. Витор же раскраснелся и даже стянул с себя крапчатый шарф.
— Ваша милость! — продолжала искренне переживать за него леди Яруна. — Вам нехорошо? У вас лихорадка?
— Заткнись! — сдавленно шикнул он, ни на секунду не сводя с принцессы взгляда.
«Зачем же ты его так дразнишь, будь ты Нэйдж или же сошедшая с ума Торина?» — задавался безответный вопросом Этьен, уже и не зная к чему готовиться. Он благословил небеса, когда этот безумный обед, наконец, закончился. Выйдя из столовой, Этьен хотел было направиться вслед за принцессой, но Зарина вручила ему дочь.
— Ты должен посидеть с Кэрри, пока я разберусь с поведением моей любимой сестрицы! — с самым суровым видом заявила она, при этом наградив его таким взглядом, что пропало всякое желание ей перечить. В конце концов, куда важнее помочь Торине вечером. Не будет же барон средь бела дня ломиться в покои принцессы?!
Спустя четверть часа Барт подтвердил предположения Этьена. Витор закрылся в своих покоях и больше не покидал их, зато все его люди поменяли своё местоположение. Что бы ни задумал бэрлокский подонок, он явно собирался проделать это сегодняшней ночью. Пока Этьен решал нужно ли усилить охрану, или же стоит хитростью остановить барона, вернулась Зарина. Она всё ещё была немного взвинчена и даже слегка растрёпана.
— Как прошли нравоучения? Сестрица осознала свою ошибку? — не смог удержаться от колкости Этьен. Он мысленно уже посочувствовал принцессе. Выслушивать негодование Зарины — настоящее испытание.
— Я не понимаю, что с ней происходит! Представляешь, она расплакалась и почти ничего не сказала!
«Даже так?» — подивился Этьен. Он просто не мог представить себе, что бы какие-то слова Зарины могли довести бесстрашную Нэйдж до слёз. И ужин принёс ему ещё больше сомнений. Барон отсутствовал. По словам леди Октавии тот слёг с внезапной лихорадкой, а леди Яруна и леди Мирцана вызвались о нём заботиться.
— Видимо, сказывается смена климата, в ваших краях слишком жаркие зимы! — прибавила она и для пущей убедительности раскрыла принесённый веер. Некоторые из дам тут же последовали её примеру. Стоило отметить, что занявшись демонстративным обмахиванием, леди Бэрлока слишком увлеклись, от того светская беседа велась как-то непривычно вяло. Торина вновь была завёрнута в нечто в высшей степени целомудренное. У тёмно-синего платья был настолько высокий воротник, что он почти закрывал плотно сжатые губы. Принцесса не только не проронила ни слова, но и ни разу не подняла глаз. Этьен вообще не был уверен, что она хоть что-то съела. С особым беспокойством провожал он её взглядом после ужина. Торина в сопровождении выделенных стражей и служанки понуро возвращалась в свои покои. Этьен, с трудом отделавшись от жены, вернулся в кабинет, где его снова ждал Барт.
— Что ж, тогда этому «кому-то» стоит согласиться на их, несомненно, щедрое предложение, — проговорил Этьен, мысленно продумывая план-перехват. Нет, он не собирался сразу же хватать барона за руку. Всё же устраивать скандал накануне свадьбы не самая лучшая идея, но припугнуть наглеца, или хотя бы не дать совершить коварные замыслы стоило.
Этьен вызвал начальника стражи, и они почти до самого ужина продумывали, как лучше расставить людей, чтобы внушить людям барона будто дворец охраняется из ряда вон плохо. Пришлось даже открыть пару тайных проходов для манёвра. Этьен не хотел спугнуть зарвавшегося барона, но и рисковать принцессой было нельзя. С лёгким беспокойством он спускался на ужин. Его взгляд невольно устремился к Торине, и сердце болезненно сжалось в груди. Как же она похожа на Нэйдж! Если днём, когда Торина вышла на приветствие бэрлокцев, её обернули в какую-то невразумительную зелёную хламиду, их сходство не вызывало ничего, кроме желания защищать бедняжку, то сейчас, в голубом атласе и кружевах принцесса казалась особенно соблазнительной и желанной.
«Я должен держать себя в руках! — резко отворачиваясь, упрекнул себя Этьен. — Сейчас важнее барон!»
Вот только ему хватило и одного взгляда на Витора, чтобы осознать в какую именно ловушку тот намерен загнать принцессу.
«Похотливая же ты скотина!» — мысленно выругался Этьен, косясь в сторону барона, пока тот буквально пожирал взглядом Торину. Витор даже не скрывал своего вожделения, пока бэрлокские дамы, больше похожие на разряженных куриц, своим кудахтаньем мастерски отвлекали внимание наивной королевской четы. Бестолковая на первый взгляд беседа на деле оказалась не так проста. Этьен с горечью осознал, что проклятый Юджин вовсе не собирается сдаваться и намерен вновь отравлять жизнь лишённому короля Каэру. И, похоже, воинственный Бэрлок только рад второй войне. Тем более что обе страны не подразумевали серьёзного сопротивления.
«Ну, совсем лёгкой победы вам уже не видать», — кисло подумал Этьен, и внезапный кашель барона отвлёк его от невесёлых мыслей. Вид раскрасневшегося Витора удивлял. Этьен покосился на Торину и вздрогнул. На секунду ему показалось, что он уловил кокетливый и самодовольный взгляд Нэйдж. Да и чуть съехавший рукав, беззастенчиво оголивший плечо у нового платья не походил на случайность! Но разве способна была Торина на столь неприкрытый и откровенный флирт? Этьену оставалось только недоумевать, но резко поправившая рукав принцесса являла собой саму невинность и скромность. Бедняжка даже не осмеливалась поднять глаз от тарелки и была мертвенно бледна.
«Я точно схожу с ума!» — мысленно укорил себя Этьен, но не смог совладать с желанием проследить за принцессой после ужина. Он желал увидеть своими глазами, на что этот подонок Витор решится. Следуя за Ториной потайными ходами, Этьен вместе с ней вышел в галерею, но почти сразу же скользнул в тень. Он готов был в любой момент сорваться на помощь, однако принцесса его опередила.
«Это не Торина! Не она! Малышка принцесса никогда бы не смогла совершить такое!» — вопило его сознание после того, как Торина бесстрашно вдарила барону в пах.
«Но и Нэйдж едва ли стала бы поступать подобным образом! Она же волшебница, ей проще что-то наколдовать, чем действовать, как деревенская девка!» — твердил разум.
Этьен несся за ней, мысленно отмечая, как справлялась со своей задачей стража. Заметив бегущую принцессу, они вылезли из своих укрытий и расчистили бедняжке путь, вырубив засевших в засаде бэрлокцев.
«Завтра с этим будет сложнее», — со вздохом констатировал Этьен, глядя на то, как за Ториной закрывается дверь в её покои. Барон ни за что не стерпит ни поражения, ни тем более унижения. Теперь, помимо похоти, его будет разъедать жажда мести.
— Где ты опять пропадал? — капризно поинтересовалась Зарина, когда Этьен, наконец, появился в комнате дочери.
Кэрина уже спокойно посапывала во сне. Однако, судя по недовольству жены, та успела доставить немало хлопот, прежде чем угомонилась.
— Решал вопросы охраны, — фыркнул в ответ Этьен, неохотно подходя к Зарине. Сейчас хватало забот и особенно раздражало то, что нужно было изображать заботливого мужа. И всё же он попытался добавить своему голосу мягкости: — Ты же не хочешь, чтобы кто-то из тех громил, что приволок с собой барон, причинили кому-то во дворце неудобства?
— Признаться, я была о нём лучшего мнения, — внезапно призналась жена. — Он так таращился на Торину весь ужин… Неудивительно, что, в конце концов, даже подавился!
Этьена так и подмывало поведать Зарине о куда более серьёзных прегрешениях барона, но, памятуя о её болтливости, передумал. Пока барон не заморачивался, считая, что всё проходит в неведении, и действовал вполне предсказуемо. И хотя бэрлокцы никогда не отличались хитроумностью, Этьену не хотелось тратить время на разгадывание коварных замыслов.
Спал он плохо. Ему снова виделась Нэйдж. Она сидела напротив него в столовой в том же голубом платье, что было сегодня на Торине, и, хитро улыбаясь, стягивала кружевные рукава. Этьен едва мог дышать, наблюдая эту картину. Возбуждение накатывало горячими неистовыми волнами, а Нэйдж, словно издеваясь, продолжала его провоцировать. Оголив плечи, она продолжила тянуть ткань, всё более обнажая красивую грудь. И столь бесстыдное заигрывание ни капли её не смущало. Обольстительная улыбка не сходила с губ, а глаза блестели от предвкушения. Этьен был уже на пределе, когда перед ним вдруг выскочил Витор и самым наглым образом накинулся на Нэйдж. Возмущение оказалось настолько сильным, что сон прервался.
«Надеюсь, сон не вещий», — вскакивая с кровати, подумал Этьен. За окном уже брезжил рассвет, а, значит, пора было готовиться к новому раунду.
***
Ещё до завтрака дворец всполошился из-за заклинивших дверей в покои принцессы Торины. Этьен молча уставился в точку на стене, где находился потайной глазок и внимательно слушал доклад Барта. Мальчишка бойко перечислял все возможные способы, которые применяли стражники, пытаясь открыть дверь. Не помогали ни лом, ни кувалда, ни даже огромный таран, притащенный из подземелий, лишь заставил потрескаться древесину.
— Их словно заколдовали! — выпалил под конец Барт, и Этьен почти с ним согласился.
Хорошее заклинание и в самом деле было способно запечатать двери так, что ничем, кроме магии, его не пронять. Вот только, кто бы мог такое совершить? Ответ казался простым и сложным одновременно. Нэйдж, скорее всего, было по силам, но… как она могла здесь очутиться? Даже если предположить, что она каким-то чудом уцелела в той лавине, её, скорее бы, вынесло куда-то к горам Каэра или же на северный берег Линка. Однако стража так и не добралась до тех мест: принцесса нашлась раньше.
«У портала её тоже не было, иначе мы бы столкнулись!» — продолжал рассуждать Этьен, но все его выстроенные умозаключения всё больше напоминали замки из песка. Их слизывало накатывающей волной новостей и наблюдений. И Этьен совсем запутался.
Сначала Торина, вместо того, чтобы вновь запереться в своих покоях, выпросила себе личную стражу. С одной стороны, поведение принцессы было, скорее, разумным, чем странным. С другой же — малютка Торина никогда не отличалась настойчивостью и обычно послушно исполняла то, что решали за неё другие. Однако слуги вовсю шептались, что после исчезновения принцесса стала заметно смелее. Причём настолько, что согласилась в одиночку прогуляться с бэрлокскими дамами!
Спускаясь на обед, Этьен решил в этот раз более внимательно понаблюдать за сестрицей. Но стоило ему её увидеть в необычно откровенном фиалковом платье, как в голове всё перевернулась верх тормашками. Он не мог оторвать взгляда от тонкой белоснежной шеи, от волнительных изгибов, подчёркнутых туго стянутым корсетом, и, конечно, от глубокого декольте.
— Прекрати пялиться на мою сестру! — шикнула Зарина, одёрнув его за рукав.
Этьену потребовалась вся сила воли, чтоб отвести взгляд от соблазнительного декольте. Впрочем, не он один попал под эти чары. Барон так и стоял столбом, открыв рот. Рядом с ним суетилась взволнованная леди Мирцана и всё пыталась усадить Витора за стол.
— О Вир, вот и моя младшая из дочерей превратилась из скромного бутона в роскошный цветок! — произнёс Бродерин, пытаясь скрыть своё удивление.
Этьен покосился на королеву, та тоже выглядела несколько смущённой. Похоже, идея сшить принцессе нечто подобное была её, но, видит Вир, она никак не ожидала, что Торина решит выбраться в таком наряде на обед!
— И куда только смотрит её служанка! — негодовала рядом Зарина. — Разве можно наряжать невесту столь бесстыдным образом?! Это платье Торине следовало надеть после свадьбы!
«В подобном виде она совсем не похожа на себя!» — продолжая исподволь поглядывать на неё, признавал Этьен. Вот только опущенный стыдливый взгляд всё ещё напоминал о прежней скромности. Однако первая перемена блюд едва не усыпила его бдительность. Торина привычно что-то ковыряла в тарелке, по-прежнему уделяя своё безраздельное внимание столу. Бедняжка вся сжалась и сгорбилась, всячески показывая насколько неудобно ей в подобном платье. Этьен уже решил было, что эта чья-то неудачная шутка. Быть может, леди Бэрлока на прогулке что-то сказали об одеянии принцессы, и та решилась на такую авантюру. Но стоило слугам принести горячее, как Торина будто бы ожила. Она вдруг расправила плечи и, чуть склонив голову, приподняла кончики губ в мягкой полуулыбке. Стрельнув глазами в сторону Витора, принцесса жестом позвала слугу и попросила налить ей вина. Пригубив алую жидкость, она, слегка приоткрыв рот, вновь покосилась в сторону барона. Этьен зажмурился, после чего резко распахнул глаза. Ему не показалось или Торина и в самом деле заигрывает с бароном? Тем временем принцесса провела бокалом по губам и томно вздохнула, привлекая особое внимание к открытой груди. Этьен нервно сглотнул и покосился на Витора. Барон был сражён наповал. Шокированный и возбуждённый он оказался не в силах даже жевать. Кусочки жаркого просто вываливались из его раскрытого рта.
— Господин барон! Ваша милость! Господин барон! — напрасно теребили его леди Яруна и леди Мирцана, пытаясь, как-то спасти положение. Вид разгорячённого Витора противоречил всем нормам этикета.
Однако барон, похоже, напрочь оглох и потерял всякую чувствительность. Бедная леди Яруна едва не оторвала ему рукав, в надежде привести в себя, но всё было тщетно. Барон бесстыже пускал слюни на дразнящую его принцессу. И, признаться, Торина была беспощадна и даже излишне откровенна, почти опускаясь до непристойности.
— Да что она творит? — прошептала рядом шокированная Зарина, завидев, как её сестра демонстративно и нарочито обольстительно кладёт виноградинку в рот.
«Если это Торина, то мир сошёл с ума!» — наблюдая за тем, как кончик языка принцессы игриво прошёлся по нижней губе, вынес вердикт происходящему Этьен. В то время, как его жена собралась закончить этот фарс, Торина только потянулась за вишенкой.
— Сестрица, если будешь есть только фрукты, можешь испортить фигуру! — с фальшивой любезностью произнесла Зарина, сверкая яростью в глазах.
Бэрлокские дамы тут же закудахтали о вреде южных ягод, а Торина с опечаленным видом вернула вишню на место. Буквально за секунду из роковой обольстительницы она вновь превратилась в стыдливую скромницу.
— Это всё твои пошлые романчики, — буркнула Зарина, обращаясь к Этьену, но во взгляде уже читалось самодовольство. По её мнению, она только что урезонила сестру и привела её в чувства, однако на деле всё оказалось совсем не так.
Этьен с удивлением заметил, как Торина то и дело поглядывает на Витора. И от этого взгляда из-под ресниц даже ему становилось непривычно жарко.
«Или я уже брежу наяву, или, уж не знаю, каким чудом, но в тело Торины вселилась Нэйдж!» — залпом выпивая бокал прохладного вина, подумал Этьен. Он как заворожённый продолжал смотреть на принцессу и поражаться её бесстыдству. Торина исподволь продолжала заигрывать с бароном, то даря ему хитрые полуулыбки, то полные страсти взгляды, а порой и давая самые непристойные намёки. Всё это проделывалось так виртуозно, что ни продолжающие бессмысленную светскую беседу бэрлокские дамы, ни король, ни королева, ни его напустившая на себя благочестивый вид Зарина ничего не замечали. В то время, как познавший все грани распутства Этьен от вида того, как принцесса украдкой слизнула крем с десерта, покрылся испариной. Витор же раскраснелся и даже стянул с себя крапчатый шарф.
— Ваша милость! — продолжала искренне переживать за него леди Яруна. — Вам нехорошо? У вас лихорадка?
— Заткнись! — сдавленно шикнул он, ни на секунду не сводя с принцессы взгляда.
«Зачем же ты его так дразнишь, будь ты Нэйдж или же сошедшая с ума Торина?» — задавался безответный вопросом Этьен, уже и не зная к чему готовиться. Он благословил небеса, когда этот безумный обед, наконец, закончился. Выйдя из столовой, Этьен хотел было направиться вслед за принцессой, но Зарина вручила ему дочь.
— Ты должен посидеть с Кэрри, пока я разберусь с поведением моей любимой сестрицы! — с самым суровым видом заявила она, при этом наградив его таким взглядом, что пропало всякое желание ей перечить. В конце концов, куда важнее помочь Торине вечером. Не будет же барон средь бела дня ломиться в покои принцессы?!
Спустя четверть часа Барт подтвердил предположения Этьена. Витор закрылся в своих покоях и больше не покидал их, зато все его люди поменяли своё местоположение. Что бы ни задумал бэрлокский подонок, он явно собирался проделать это сегодняшней ночью. Пока Этьен решал нужно ли усилить охрану, или же стоит хитростью остановить барона, вернулась Зарина. Она всё ещё была немного взвинчена и даже слегка растрёпана.
— Как прошли нравоучения? Сестрица осознала свою ошибку? — не смог удержаться от колкости Этьен. Он мысленно уже посочувствовал принцессе. Выслушивать негодование Зарины — настоящее испытание.
— Я не понимаю, что с ней происходит! Представляешь, она расплакалась и почти ничего не сказала!
«Даже так?» — подивился Этьен. Он просто не мог представить себе, что бы какие-то слова Зарины могли довести бесстрашную Нэйдж до слёз. И ужин принёс ему ещё больше сомнений. Барон отсутствовал. По словам леди Октавии тот слёг с внезапной лихорадкой, а леди Яруна и леди Мирцана вызвались о нём заботиться.
— Видимо, сказывается смена климата, в ваших краях слишком жаркие зимы! — прибавила она и для пущей убедительности раскрыла принесённый веер. Некоторые из дам тут же последовали её примеру. Стоило отметить, что занявшись демонстративным обмахиванием, леди Бэрлока слишком увлеклись, от того светская беседа велась как-то непривычно вяло. Торина вновь была завёрнута в нечто в высшей степени целомудренное. У тёмно-синего платья был настолько высокий воротник, что он почти закрывал плотно сжатые губы. Принцесса не только не проронила ни слова, но и ни разу не подняла глаз. Этьен вообще не был уверен, что она хоть что-то съела. С особым беспокойством провожал он её взглядом после ужина. Торина в сопровождении выделенных стражей и служанки понуро возвращалась в свои покои. Этьен, с трудом отделавшись от жены, вернулся в кабинет, где его снова ждал Барт.
