Холодным тоном, всё также медленно и чётко произнося каждое слово, он спросил:
— Я тебе чётко приказал сидеть в лампе и никуда не вылазить. Так?
— Нет, Мастер. Вы сказали отправляться в лампу и не доставлять вам хлопот. Я так и сделал, — с видом оскорблённой невинности ответил джинн.
От такого аргумента Александр даже растерялся. Явно начиналась игра, где каждое слово должно быть обдумано, а каждое задание сформулировано настолько чётко, чтобы не давать ни единого шанса понять его как-то не так.
— Хорошо. Но я не давал тебе разрешения вылезать из лампы. Почему ты вылез и, тем более, впустил в дом постороннего человека?
— Хозяин, ну какой же Жанна посторонний человек. Хорошая, добрая женщина. Вы вон ей по хозяйству помогаете, живёте рядом. Родственники, наверное. Вошли в её положение незамужней и истосковавшейся по мужскому вниманию женщины и меня послали к ней скрасить ночь. Как я мог проявить себя к ней так неуважительно, не приняв от неё дар? Вот и покинул лампу, чтобы взять пирог.
— Понятно, — Александр чувствовал, как гнев начинает подступать к горлу. — А ограничиться получением пирога нельзя было? Что за траходром вы тут устроили на моей кровати, да ещё и без спросу?!
— Дядя Саша. Не виноват я! Она сама пришла! Вот скажи, как я мог отказать такой богине, с которой только что пережил самые сладостные моменты в своей жизни? Если женщина что-то просит, ей надо непременно дать. Иначе она возьмёт сама. Я не успел пирог на стол поставить, как она на меня накинулась. Я же тоже не железный. Жанна, знойная женщина — мечта поэта. А у меня естество такое — доставлять женщинам удовольствие. Вот мы и слились в приступе страсти. Дальше как в тумане. Упал, очнулся — ты стоишь.
Александр как-то странно посмотрел на джинна. И вдруг начал смеяться, весело, в голос, буквально ржать, пока слёзы не выступили на глазах.
Отсмеявшись, он неожиданно холодным, стальным голосом произнёс:
— Дил, заканчивай комедию. Я эти фразы с детства помню, родители фильмы с ними постоянно по видаку крутили, да и по телевизору часто показывали. Рассказывай всё начистоту. Будешь врать — приму меры. У меня таких джинов, как ты, в очередь двадцать штук за дверью стоит.
Джинн с опаской зыркнул в сторону двери.
— Пойдёшь в реку, рыбам на нересте помогать любовью заниматься. Или вообще отдам в институт, будут тебя по синхрофазотрону высокими энергиями гонять, выяснять твою природу, — угрожающим голосом продолжил Александр. — Ну, откуда словечек из советских фильмов набрался, фиалка ты ламповая?
— У Натальи, — виноватым голосом ответил Дил.
— Какой ещё Натальи, твою мать?! — дожимал наставник.
— Из посольства.
— Откуда? — удивлённо спросил Александр.
— Из советского посольства в Каире, — ответил джинн.
— Ты же говорил, что 3000 лет в лампе просидел, а теперь откуда советское посольство взялось, которое 35 лет назад как не существует?
— Я не говорил, что 3000 лет в лампе просидел. Я говорил, что меня сделали при царе Соломоне. А при Харуне ар-Рашиде велели выбросить в море. Сорок лет назад мою лампу нашли и продали сотруднику советского посольства. У него жена Наталья. Тоже начала лампу чистить, ну я и вылез.
— Дальше что?
— Как обычно. Муж постоянно в командировках. Ей внимания не хватает, а тут я во всём своём блеске и силе. Ну и завертелось у нас. Хорошая женщина, не Жанна, конечно, но время интересно проводили. У неё видеомагнитофон с телевизором был и кассеты с советскими комедиями. Муж их очень любил. Мы постоянно с Наташей смотрели, чем ещё заниматься после секса. За два года нашего счастья я эти фильмы наизусть выучил. Вот оттуда выражений и нахватался, — разведя руки, поведал допрашиваемый. — Ну а дальше произошла натуральная катастрофа. Слились мы, значит, в страстных объятиях. Вдруг дверь открывается, муж нежданно вернулся. Я в дым и в лампу начал всасываться. Тот увидел дым из лампы, подумал, что пожар, и вышвырнул её в окно. Не знаю уж, чего Наталья ему там наплела, видать, боялась, что измена её раскроется. В общем, за лампой не сразу спустились, к этому моменту меня уже подобрал кто-то и в лавку сдал. Ну а дальше ты знаешь.
— Ясно, везёт Дил тебе на русских, — с усмешкой сказал Александр.
— Есть такое, — грустно ответил джин. — И ещё попросить хотел.
— О чём? — спросил Александр, уже даже и не зная после таких откровений, что вдруг понадобилось ламповому обитателю.
— Не называй меня больше Дилом, — ответил джинн.
— Это почему?
— Потому что я знаю, что такое «дылда» и «дилдо», — сказал джинн.
— Упс. Извини, был не прав. Это меня тогда реально занесло. И как же тебя называть? — спросил Александр.
— Можно Дин. Как сокращённое от Аладдин, меня на самом деле так зовут, — просветил джинн.
— Забавно. Как в сказке «Алладин и волшебная лампа», только там Аладдин — человек, а у джина имени нет, — усмехнулся Александр.
— Сказка же, переврали всё. На самом деле был только я, джинн по имени Аладдин. Ну и принцесса, конечно. Из-за неё меня и в море выкинули, — поделился джинн.
— Неожиданный поворот, так ты у нас получается звезда. А в море за что, ты же ценный кадр? — поинтересовался Александр.
— Времена поменялись, и на многие вещи стали смотреть более строго. Это раньше на джинах при гаремах закрывали глаза, понимали, что женщинам отдушина тоже нужна, когда мужья из походов не вылезают. Ну и уж лучше джинн, чем кто-то из придворных мужчин. Так и до заговора недалеко. Всякие мудрецы, из зависти наверное, нас в злобные духи перевели, прислужников ада и всё такое. Гайки закрутили, к гаремам приставили евнухов, чтобы блуда не было. Лампы изъяли. Не все, конечно, кое-что смогли утаить. Вот одна такая лампа, со мной, и досталась по наследству принцессе Бадрулбадур. Девчонка — огонь была. Темперамент бешеный. Вся в папу, тот тоже буйный был. Ругались они часто. Дочь своевольничала. Но папа ей многое прощал, любил очень, хотя других детей у него много было.
Завертелось у нас с ней, сам голову потерял, влюбился в неё как пацан. Из дворца сбегали, бегали по крышам домов, на базаре воровали. Не подумай чего, просто в шутку. Веселились как могли, ну и потеряли осторожность. Кто-то настучал папе. Тот, когда узнал, чем занимается его дочь с джинном, натуральным образом рассвирепел. Гнев его был ужасен, покатились головы, в самом прямом смысле. Произвёл тотальную зачистку, все, кто мог хотя бы догадываться о нас с принцессой, распрощались с жизнью. Натуральный изверг. Впрочем, понять его можно — если бы история вышла наружу, то пятно на всю династию, и принцессе нормального мужа не найдёшь. Бадрулбадур под замок, лампу отобрали и собирались в кузне расплющить или на наждачном круге в мелкие опилки превратить.
Но тут в дело вмешался главный придворный маг и астролог, с которым хватило ума посоветоваться. Тот сказал, что попытка уничтожения лампы может привести к неконтролируемой реакции, и последствия могут быть самыми чудовищными — от взрыва огромной мощности до открытия портала в мир джиннов. Умолял не делать этого и решить вопрос каким-нибудь другим образом. Тогда взяли древнеегипетский гранитный саркофаг, положили туда мою лампу, закрыли крышкой и замотали цепями. Падишах подумал, что делать дальше, и сказал: «Утопить, нах...й!»
— Так и сказал? — спросил Александр с иронией.
Джинн утвердительно кивнул головой.
— Именно так. Не только русский язык великий и могучий, арабский тоже. Ну а дальше прошли века, саркофаг нашли в море какие-то аквалангисты, цепи к тому времени давно сгнили.
Крышку как-то сдвинули, лампу достали и продали в лавку. Остальное ты знаешь.
— Мда, грустная история, — посочувствовал Александр.
Джинн, теперь уже Дин, соглашаясь, кивнул головой. В его сапфировых глазах на мгновение мелькнула тоска по далёкому прошлому, по принцессе и по тем временам, когда его магия была не ограничена квартирными стенами и капризами хозяев.
Глава 6
На следующее утро Александр позволил себе поваляться в кровати подольше. Отпуск неумолимо подходил к концу, и скоро навалится привычная лавина рутинной работы, а такие утренние неги станут непозволительной роскошью. Впереди был целый день, который можно было посвятить неспешным домашним делам, изучению материалов о джиннах, а вечером ждала долгожданная встреча с Лизой, на этот раз в ресторане. Место уже забронировано, одежда для выхода подготовлена, так что, казалось, всё должно пройти гладко.
Вчера они ещё немного поболтали с Дином, и тот рассказал несколько забавных историй, которых, как он заверил с самым серьёзным видом, у него было огромное количество. Если всё, что джинн говорил о своём стаже работы в гаремах, соответствовало действительности — а в этом не стоило сомневаться, — то за более чем тысячелетнюю трудовую деятельность на ниве решения «полового вопроса» обитательниц гаремов таких историй у него действительно должно было накопиться не на одну Шахерезаду.
Несмотря на вчерашнюю откровенность, заставившую увидеть в джинне не просто магический артефакт, а существо с трагической историей, Александр отчётливо осознавал: он ввязался в игру с силами, чью природу не понимал и чью мощь не мог даже вообразить. Одно то, что этому существу было три тысячи лет, большую часть которых оно провело в металлическом контейнере, о многом говорило. Возникало множество вопросов, требовавших срочных ответов. Насколько джинн правдив? Не является ли попытка выстроить с ним честные партнёрские отношения самоубийственной затеей, подобной игре в азартные игры с дьяволом? Откуда у джинна силы, если он не ест и не пьёт? Заряжается ли он от женщин в процессе «работы», как энергетический вампир? Или имеет доступ к какому-то глобальному источнику питания, ещё неизвестному человечеству, по крайней мере — современному? Джинн — это злой дух или всё же скорее нейтральный, а может, даже в чём-то хороший? Если ими пользовались тысячи лет, то, наверное, польза от них перевешивала минусы? Хотя, с другой стороны, наркотики человечество употребляет тоже давно, а это — однозначное зло.
На завтрак он решил не заморачиваться и сделать обычную яичницу. За время отпуска всяких разносолов он напробовался в избытке, да и вчера они с Лизой всё-таки успели и шашлык приготовить. Яйца показались идеальным вариантом — быстро, вкусно, да и белок ему сейчас точно лишним не будет.
В процессе готовки он решил набросать список первоочередных дел. Пока есть время, надо срочно найти специалиста по джиннам. Понятно, что большинство тех, кто себя таковыми преподносит, — банальные шарлатаны, но раз уж такие существа реально существуют — а в этом он убедился на собственном опыте, — то должны быть и настоящие эксперты. Осталось только понять, как их найти. Вот от таких невесёлых размышлений его и отвлёк настойчивый звонок в дверь.
Заглянув на всякий случай в зал — не вылез ли опять джинн погулять, — он пошёл открывать.
На пороге стояла вчерашняя незваная гостья.
— Здравствуй, Жанна, — первым поприветствовал Александр. — Чем могу быть полезен?
— Здравствуй, Сашенька, — ответила с очаровательной улыбкой соседка. На ней был тот самый халатик, который немедленно напомнил о вчерашней сцене в спальне. От этих воспоминаний кровь ударила в голову, в паху началась предательская волна желания, против которого его разум был бессилен. — Хотела у тебя кое-что спросить. Можно пройти? А то на площадке прохладно, а я легко одета.
Пропустив Жанну в квартиру, Александр повёл её на кухню, где предложил присесть и выпить чаю, на что получил вежливый отказ. Женщина подошла к окну и, став к нему спиной, скрестила руки на груди. Халатик при этом разошёлся до неприличия, так что стало нетрудно убедиться: по крайней мере в верхней части нижнего белья на гостье точно нет. Внизу полы тоже разошлись и мало что скрывали. Не нужно было обладать большим опытом, чтобы понять — сделано это специально. Жанне явно нравилось провоцировать и будить в нём мужские инстинкты.
Чтобы скрыть, что он очень рад её видеть, Александр предпочёл скрестить руки внизу, дабы скрыть выдававшую его с головой припухлость.
— Дил дома? — последовал вполне ожидаемый вопрос.
— Нет, уехал по делам, — ответил Александр с натянутой улыбкой. Впрочем, сказать, что в душе ему было весело, он не мог. Остаться наедине с этой женщиной было для него опасно. С одной стороны — большая разница в возрасте, отношения с Елизаветой в самом разгаре, а с другой — стоящая перед глазами картина, как она с джинном занимается сексом, и её тело, которому позавидует любая дама и намного моложе.
— Отлично. Включи, пожалуйста, музыку или радио, неважно что, — последовала несколько неожиданная просьба.
Александр приказал умной колонке включить музыку и вопросительно посмотрел на Жанну. Та стояла с той же томной улыбкой и не думала поправлять халатик, который уже ничего особо и не скрывал. Впрочем, после вчерашнего зрелища показать что-то новое ей уже вряд ли бы удалось. Тем не менее сказать, что он не хотел бы увидеть это вновь, Александр точно не смог бы. Взгляд, несмотря на все усилия, так и норовил остановиться на практически открытой груди и там, где сходились полы халатика. Скрывать своё возбуждение становилось всё труднее. После некоторой паузы, словно пытаясь в лице Александра найти что-то необычное, Жанна задала следующий вопрос:
— Саша, а кто такой Дил?
— Мой племянник, приехал погостить.
— И откуда? — задала Жанна следующий вопрос.
Александр решил придерживаться старой легенды.
— Из Камызяка.
— Вот как. Удивительно.
Дальше события развивались стремительно. Прежде чем Александр успел моргнуть, Жанна оказалась вплотную к нему. Её движение было столь быстрым, что глаз не успел зафиксировать его — лишь резкая боль, вонзившаяся в пах, просигнализировала о нападении. При этом её пальцы так сжали его мошонку, что от боли у него перехватило горло, а глаза чуть не вылезли из орбит. Воздух свистом вырвался из лёгких, мир поплыл перед глазами, и единственным, что существовало, была сжимающая его в тиски стальная хватка. Инстинктивно вцепившись в женскую руку, казавшуюся раньше такой слабой и нежной, чтобы разжать пальцы и хоть немного уменьшить чудовищную боль, он почувствовал, что ему противостоят стальные мускулы, намного сильнее его собственных.
— Руки убрал, — приказ был произнесён практически шёпотом и был подкреплён дополнительным сжатием его драгоценности, что сразу лишило его воли к сопротивлению. Александр, который был выше Жанны, сейчас согнулся практически пополам и упирался лицом в её грудь, одна из которых выпала из халата, но сейчас ему было точно не до эротических переживаний.
— Ещё раз спрашиваю, кто такой Дил? А точнее, что он такое? — всё так же грозно прошептала женщина.
В голове у Александра носился настоящий калейдоскоп мыслей, но все они меркли перед чудовищной болью.
— Ну! — его ответа ждали с нетерпением, и чтобы сделать разговорчивее, снова усилили давление.
— Джинн, — прохрипел Александр.
— Какой у него уровень? — последовал следующий вопрос, удивляться которому у него уже не было сил.
— Кажется, третий.
— Гаремник? — последовал следующий вопрос.
