Я первым вылез наверх, весь Палаточный город во тьме. Уже начинаются первые стычки на улицах, я слышу стрельбу, она пока редкая, но скоро перерастет в настоящую канонаду. Нам нужно в самую крупную палатку. Она буквально в двух шагах от канализации. Какой ужасный просчет. Мне даже как-то стыдно пользоваться настолько легкой возможностью. Это как избить ребенка.
У палатки Дрима всего пара верзил в странных костюмах. Как им вообще пришло в голову напялить на себя вельветовые смокинги? Подумают о своем безвкусном гардеробе в следующей жизни. Шесть пуль. По три в каждое тело. И вот дуболомы уже окрасили свой вельвет в красные оттенки.
– Пятеро с нами, остальные держат периметр, – я ворвался в палатку. Жалко тут двери нет, всегда мечтал пнуть дверь в кабинет главного злодея.
А вот и картина маслом. Большой диван. На нем в окружении девушек и трех охранников трясется от страха Дрим. Судя по всему, до нашего прихода они мирно курили кальян и наслаждались восточной музыкой. Очень даже неплохой восточной музыкой, что-то из классики? Не могу узнать.
– Привет, – я направил пистолет на Дрима. – Как поживаешь? Как торговля людьми? Детьми? Хорошую прибыль приносит?
– Давай просто закончим с этим. Без слов, – весьма сильное заявление от такого крысеныша.
– А чего так?
– Я устал, – Дрим встал с дивана и запахнул халат, – такой причины тебе достаточно?
– От чего? От работорговли?
– И от нее тоже. Думаешь, мне все это нравится? Ты не видишь полной картины. И я не хочу тебе ее давать. Выстрели и закончим со всем.
– Сначала я хочу задать тебе пару вопросов.
– Тогда можешь присесть. Кальян? Вино? Сигары? Женщины? Ах, прости, я забыл, с кем разговариваю. Могу налить тебе воды.
– Обойдусь. Анна. У меня есть пара вопросов насчет нее.
– Так задай их ей, – Дрим взял со стола пистолет. – Я чего-то не в настроении разговаривать о ней.
– Ты бы полегче с оружием, я же выстрелю.
– На это и расчет, – Дрим приставил пистолет к виску. – На это и расчет… я умер еще два года назад вместе с моей семьей.
– Ты дал лутум Анне?
Дрим рассмеялся:
– Я думал, что ты не видишь полной картины, но ты не видишь даже ее кусочка. Все намного глубже, чем ты думаешь. Я дам тебе шанс, последний вопрос.
– Вся эта история как-то связана с правительством?
– Весьма наивно, но ответ: скорее да, чем нет.
– Я не понимаю. Ты можешь объяснить?
– Ты меня убить собираешься или тебя больше интересуют высокопарные беседы о теориях заговора? И, вообще, я говорил только про один вопрос, не два, а теперь прошу меня извинить, меня ждет моя семья, – Дрим спустил курок, его тело рухнуло на пол.
– И что все это значит? – Дарко вопросительно посмотрел на меня.
– Я все еще не понимаю. Херня какая-то.
– Отпустить этих, на диване? Они вроде не сопротивляются.
– Пусть идут…
Что-то во мне словно сломалось. Я ожидал не этого, когда шел сюда. Совсем не этого. Дрим умер и своей смертью посеял в моей душе смятение. Если он добивался именно этого, то справился на пять баллов. Правительство значит? Анна и Римс? Но зачем? Какая выгода в их сотрудничестве? Слишком много вопросов… и слишком мало времени.
«Или наше проклятие, Мори»
«88 год по календарю де Индра,
Башня Великого»
– Ну как тебе? – РО помог мне встать на ноги.
– Пока не понимаю.
Я попробовал пошевелить пальцами на ногах, и это получилось! Как же, блядь, приятно!
– Пройдись по палате. Проверим, правильно ли все отрегулировано.
Я сделал несколько шагов, ноги стали намного выносливее. Я почти не ощущаю тяжести собственного тела. Лутум и технологии творят чудеса.
– Я почти не чувствую веса своего тела.
– Это нормально. Твой позвоночник и ноги усилили. Ты теперь у нас настоящий киборг. Как глаз?
Я сосредоточился на левом глазе. Если раньше я видел им только размытые пятна, то теперь качество картинки стало даже немного лучше, чем на правом.
– Отлично.
– Должно пройти еще немного времени, чтобы ты привык ко всему. Главное, чтобы искусственное легкое прижилось. К слову о нем, теперь ты можешь забыть об одышке. Кури сколько влезет, даже если второе легкое перестанет функционировать, потенциала искусственного хватит, чтобы ты смог прожить еще несколько жизней. Может тебе и сердце заменить? Тогда сможешь вообще не беспокоиться о здоровье.
– Пока откажусь.
– Дело хозяйское. Сигарету?
– А разве можно сразу после операции?
– Два дня прошло. Ты был в медикаментозном сне. Можешь курить и не париться. Если что-то сломается, мы тебя снова починим. Это не клиника в Ин-де-Руине, это самый продвинутый медицинский центр во всем мире.
Мы закурили. Я набрал полные легкие дыма, но не почувствовал его. Мне даже показалось, что я могу втянуть в себя всю сигарету. Но в голову ударило, а, значит, никотин до нужного места дошел.
– Теперь у меня не осталось выбора? Я прав?
– Ты о чем? – РО улыбнулся.
– Не притворяйся. Я о работе, ради который вы меня искали.
– Ну, варианта, на самом деле, два: ты можешь выплатить мне двадцать миллионов, которые я уплатил вчера за все твои долги, вернуть задаток за работу в Ин-де-Руине в размере миллиона и заплатить сто пятьдесят миллионов за свое лечение. Тогда мы будем в полном расчете, и я отпущу тебя на все четыре стороны.
– Ты же знаешь, что первый вариант нам точно не подходит. Давай второй.
– Ты выполнишь для меня, Лилии и Анны, последней ты, кстати, можешь сказать большое спасибо, потому что твое лечение полностью оплатила именно она… Так вот, о чем это я? О работе. Ты можешь выполнить для нас пару небольших поручений, и мы будем в расчете.
– Анна. Сказать спасибо человеку, который чуть не убил меня?
– Посмотри на себя сейчас, ты в лучшей форме, чем когда-либо был. Тебе даже заменили протез руки на более совершенную форму, теперь ты можешь им черепа дробить. Плюс вместо огромного шрама у тебя теперь пластина из сплава, который не каждый снайперский патрон пробьет, не говоря уже о мелком калибре.
– Такими темпами я скоро весь стану искусственным.
– Тебя это пугает?
– Немного. Я раньше не верил в душу, но в последнее время стал часто о ней задумываться.
– Только не говори, что ты теперь один из тех сумасшедших фанатиков, которые любой природный процесс будут волей творца объяснять.
– Нет. Я думаю только о душе. Ты сам, как к этому относишься?
– К религии резко негативно. К душе? В нее я верю.
– Ладно. Хватит о философии. Что за работа?
– Тебе придется поговорить об этом с Анной. Заказ поступил от нее.
– Ты шутишь?
– Это бизнес, Мори. Тут приходится идти на уступки, чтобы оставаться на плаву. Пусть прошлое останется в прошлом. Она оплатила твое лечение. Уговорила привлечь именно тебя для ее работы. Отпусти ваш конфликт. Анна не ангел, но с ней можно работать. Ты сам это поймешь, когда поговоришь с ней.
– Другого выхода ведь все равно нет… придется играть по вашим правилам.
– Хвалю за смекалку. Тогда оденься. Новый комплект одежды в шкафчике рядом с твоей кроватью. Я взял на себя смелость лично составить тебе гардероб.
– Спасибо. Надеюсь, что вещи будут получше, чем на тебе.
РО улыбнулся:
– Надейся. А пока, оставлю тебя одного. Подумай о жизни негодяйке, которая вечно ставит тебя в тупиковые ситуации; я знаю, что это твое любимое занятие. Скоро принесут еду. Как поешь и соберешься с мыслями, поднимайся ко мне в кабинет. Все будут ждать тебя там.
– Пошел ты в задницу, РО.
– И я очень тебя люблю, Мори. До скорого.
Толстожопый засранец РО свалил и оставил меня наедине со своими мыслями. А мысли эти крайне паршивые. Мне пришлось пойти на очередную сделку с совестью, чтобы сохранить свою жизнь. Придурок из Ин-де-Руина занес мне какую-то инфекцию и у меня начался сепсис. Ну, и выбора у меня особо не осталось, либо обратиться в обычную больницу и подыхать там; возможно, меня бы и спасли, но кто вернул бы мне ноги? Либо пойти к РО и согласиться на его условия. В общем, тут, как и в случае с предложением толстожопого засранца, был только один верный вариант: пустить себе пулю в висок и не мучиться. И, если бы у меня были яйца, я бы так и поступил, но вместо этого я лежу в лучшей частной клинике Тенебриса, которая доступна только паре десятков людей, и жду свой завтрак в постель. Теперь у меня точно есть все основания сказать, что личность моя абсолютно обесценилась, даже собачье дерьмо на улице и то больше стоит. Я так много размышлял о том, как вырвусь из порочного круга, но каков результат? Я снова там же, где и начинал. Продолжаю работать на засранцев, чью идею не разделяю и не понимаю, только теперь меня еще и связывают с ними огромные долги. Так что, похоже, я оказался не в начале, а в каком-то минус начале. Попал в еще более паршивую ситуацию, чем та, в которой я и так находился. Радует только, что теперь мое тело снова функционирует на полную катушку. Еще бы мозг мне поменяли, так я вообще бы стал идеальным исполнителем чужой воли. Пока меня еще гложут сомнения, пока я еще могу бороться со своей рабской сущностью. Но это только пока.
Или нет? Я ведь все еще могу вести свою игру, как и хотел. Не стоит опускать лапки раньше срока. Из любой ситуации есть выход. Нужно взять себя в руки. Для начала покушаю, приму пару таблеток розового льда, которые РО любезно оставил на моей тумбочке. Надо еще заглянуть в шкафчик и узнать, во что господин толстозадый хрен решил меня вырядить. Кто бы сомневался… вкуса у этого придурка точно нет. Мне кажется, или он действительно оставил мне свою одежду? Коричневая рубашка, серые брюки, мокасины и свитер с вырезом, чтобы было видно ворот рубашки. Я теперь точно буду похож на пенсионера. Осталось только животик отрастить, и мы с РО станем просто братьями-близнецами, мать его. Ну куда деваться, не в больничной же пижаме на встречу идти. Хотя это было бы забавно, но я еще не настолько сошел с ума. Возможно, сделаю так в следующий раз, если я до него доживу.
Молодая девушка принесла мне мой обед. Вежливо поздоровалась и оставила его на столике. Овсянка, бутерброды и морс. Пойдет. Я быстро расправился с едой и запил морсом две таблетки розового льда. Стало заметно лучше, все паршивые мысли из головы повылетали. Еще бы виски сверху залить и было бы вообще супер. Не от этого ли все мои проблемы? Я глушу симптомы болезни вместо того, чтобы лечить ее причину. Но как вылечить причину? Я ужасно зол и подавлен. Больше ничего в жизни не доставляет мне удовольствия. Меня пугает только смерть. Сколько бы я ни рассуждал о том, как хочу умереть… я боюсь, очень боюсь исчезнуть.
– Развлекаешься суицидальными мыслями? – Стильный вышел из-за ширмы, одетый, как доктор, даже бейджик нацепил: «Его Величество, Стильный». – Лучше бы думал, как выполнить то, что мне пообещал, ага.
– А чем я, по-твоему, занимаюсь?
– Пытаешь убежать от смерти всеми доступными тебе способами, а потом плачешь, что хочешь умереть. Или я не прав?
– Не наседай ты на парня, Стильный, – следом из-за ширмы вышел МВ, он тоже был в халате и с бейджиком: «Король мертвых». – Он и так уже с ума почти сошел. Еще ты постоянно в его голову лезешь. Тут нужно работать тоньше. Понимаешь?
– Тоньше? Ты случаем не про…
– Свой пенис, – МВ подхватил шутку Стильного. – Тебе определенно нужно пройти какие-нибудь курсы, шутишь ты из рук вон плохо. Попробуй еще раз, и я снова угадаю продолжение.
– Как тебе такое… сейчас придумаю, ага. Жил-был один парень, а потом он помер в перестрелке со шлюхой. Хорошая шутка?
– Хуевая, – Дикий оказался на диванчике для посетителей.
– И ты тут? – МВ улыбнулся.
– Как видишь.
– Не хочу находиться в одном сознании с этим дикарем, где тут кнопка поменять владельца моей гребаной личности, ага.
– Пошел в пизду, Стильный, – Дикий залился гоготом. – Даже после смерти выглядишь как придурок.
– Стойте! – я закричал. – У меня сейчас голова лопнет. Вы можете говорить по одному?
– Хорошо, – Стильный оперся на ширму.
– А почему это ты говоришь первым, хуесос? – Дикий вскочил с дивана.
– Спокойствие, – МВ сплюнул на пол, – ведете себя, как дети. Пусть Стильный говорит первым, он раньше нас пришел.
– Спасибо, – Стильный скорчил гримасу отдаленно похожую на улыбку. – Наш уговор, Мори. Он все еще в силе?
– В силе. Я работаю над тем, чтобы как-то выбраться из того пиздеца, куда сам себя загнал. Как только справлюсь с этим, займусь нашим уговором.
– Уважаю. Маленький совет. РО и Анна. РО мечтает воскресить свою сестру, а Анна грезит о том, как она подчинит себе весь мир с помощью башни Трехглазого. Вот только оба они жидко обосрутся, когда узнают правду о башне. Тебе нужно вывести их из игры. Самый лучший вариант сейчас – прикидываться дурачком, что ты крайне хорошо умеешь делать, и поступать так, как они просят. Как только вы доберетесь до башни, ты сможешь поиметь их в задницу, ага. Договор с Дитрихом – очень умное решение.
– Думаешь? Я пошел на этот шаг из-за отчаянья. Предложил ему то, чего у меня нет. Он охотится за какими-то ключами. Я сказал, что передам их ему, если он поможет мне убрать Анну и РО. Его люди уже должны быть в Тенебрисе.
– Иди на встречу с ними. Ты можешь кинуть и Дитриха, ага. Если ты сможешь найти два ключа, я скажу тебе, что делать дальше. Один точно у Анны. Плюс эта сука чем-то задурила голову моей дочери, ага. Убрать ее надо в любом случае.
– Стало быть, пока играть по правилам РО и Анны, провести переговоры с людьми Дитриха и заняться поиском второго ключа? Этого ты от меня хочешь? Раньше ты просил только помочь твоей дочери.
– Без этого ты ей не поможешь, ага.
– Хорошо. Теперь очередь МВ говорить.
– Честно говоря, моя просьба немного сентиментальная, и я ничего не могу дать тебе взамен. Перезахорони мое тело. Рядом с Крис.
– После смерти понял, что обращался с ней, как мудак, – Дикий влез в разговор.
– Да. Ты это хотел услышать? Понял. И хочу исправить все хотя бы таким образом.
– Ну, ты теперь не мудак, а мудак кающийся. Как говорил мой отец: «Если мудак кается, значит, душа у него есть и не мудак он вовсе, а человек с сердцем». Правда, потом этот идиот нажирался до состояния овоща и под столом валялся, но умные мысли из его поглощенного алкогольным делирием мозга вырывались частенько. Он у меня все-таки ученным был.
– Спасибо за сочувствие. Ну так, что, Мори? Исполнишь последнюю просьбу?
– Конечно. Крис ведь тоже умерла? Я видел ее первой. До вас.
– Не хочу тебя расстраивать. Узнаешь сам, когда придет время.
Я на секунду отвлекся, чтобы сформулировать следующий вопрос, а когда открыл рот ни Стильного, ни МВ уже не было. Остался только Дикий.
– Слушай… – начал я, – кажется, я тебе извинения задолжал. Из-за моей глупости и моей слабости ты погиб.
– Забей, Мори. Я тут вообще просто, чтобы над этими идиотами поиздеваться. Ну, умер я и что с того? Закономерный конец для жизни, которую я вел. Ты меньше этих двоих слушай и просто верь в себя. Хорошо?
– Хорошо, – ответил я в пустоту. Дикий тоже исчез.
Вот и конечная. Теперь я точно сошел с ума. Я уже много раз говорил, что точно сошел с ума, но теперь я в этом уверен почти на сто процентов.
У палатки Дрима всего пара верзил в странных костюмах. Как им вообще пришло в голову напялить на себя вельветовые смокинги? Подумают о своем безвкусном гардеробе в следующей жизни. Шесть пуль. По три в каждое тело. И вот дуболомы уже окрасили свой вельвет в красные оттенки.
– Пятеро с нами, остальные держат периметр, – я ворвался в палатку. Жалко тут двери нет, всегда мечтал пнуть дверь в кабинет главного злодея.
А вот и картина маслом. Большой диван. На нем в окружении девушек и трех охранников трясется от страха Дрим. Судя по всему, до нашего прихода они мирно курили кальян и наслаждались восточной музыкой. Очень даже неплохой восточной музыкой, что-то из классики? Не могу узнать.
– Привет, – я направил пистолет на Дрима. – Как поживаешь? Как торговля людьми? Детьми? Хорошую прибыль приносит?
– Давай просто закончим с этим. Без слов, – весьма сильное заявление от такого крысеныша.
– А чего так?
– Я устал, – Дрим встал с дивана и запахнул халат, – такой причины тебе достаточно?
– От чего? От работорговли?
– И от нее тоже. Думаешь, мне все это нравится? Ты не видишь полной картины. И я не хочу тебе ее давать. Выстрели и закончим со всем.
– Сначала я хочу задать тебе пару вопросов.
– Тогда можешь присесть. Кальян? Вино? Сигары? Женщины? Ах, прости, я забыл, с кем разговариваю. Могу налить тебе воды.
– Обойдусь. Анна. У меня есть пара вопросов насчет нее.
– Так задай их ей, – Дрим взял со стола пистолет. – Я чего-то не в настроении разговаривать о ней.
– Ты бы полегче с оружием, я же выстрелю.
– На это и расчет, – Дрим приставил пистолет к виску. – На это и расчет… я умер еще два года назад вместе с моей семьей.
– Ты дал лутум Анне?
Дрим рассмеялся:
– Я думал, что ты не видишь полной картины, но ты не видишь даже ее кусочка. Все намного глубже, чем ты думаешь. Я дам тебе шанс, последний вопрос.
– Вся эта история как-то связана с правительством?
– Весьма наивно, но ответ: скорее да, чем нет.
– Я не понимаю. Ты можешь объяснить?
– Ты меня убить собираешься или тебя больше интересуют высокопарные беседы о теориях заговора? И, вообще, я говорил только про один вопрос, не два, а теперь прошу меня извинить, меня ждет моя семья, – Дрим спустил курок, его тело рухнуло на пол.
– И что все это значит? – Дарко вопросительно посмотрел на меня.
– Я все еще не понимаю. Херня какая-то.
– Отпустить этих, на диване? Они вроде не сопротивляются.
– Пусть идут…
Что-то во мне словно сломалось. Я ожидал не этого, когда шел сюда. Совсем не этого. Дрим умер и своей смертью посеял в моей душе смятение. Если он добивался именно этого, то справился на пять баллов. Правительство значит? Анна и Римс? Но зачем? Какая выгода в их сотрудничестве? Слишком много вопросов… и слишком мало времени.
«Или наше проклятие, Мори»
«88 год по календарю де Индра,
Башня Великого»
– Ну как тебе? – РО помог мне встать на ноги.
– Пока не понимаю.
Я попробовал пошевелить пальцами на ногах, и это получилось! Как же, блядь, приятно!
– Пройдись по палате. Проверим, правильно ли все отрегулировано.
Я сделал несколько шагов, ноги стали намного выносливее. Я почти не ощущаю тяжести собственного тела. Лутум и технологии творят чудеса.
– Я почти не чувствую веса своего тела.
– Это нормально. Твой позвоночник и ноги усилили. Ты теперь у нас настоящий киборг. Как глаз?
Я сосредоточился на левом глазе. Если раньше я видел им только размытые пятна, то теперь качество картинки стало даже немного лучше, чем на правом.
– Отлично.
– Должно пройти еще немного времени, чтобы ты привык ко всему. Главное, чтобы искусственное легкое прижилось. К слову о нем, теперь ты можешь забыть об одышке. Кури сколько влезет, даже если второе легкое перестанет функционировать, потенциала искусственного хватит, чтобы ты смог прожить еще несколько жизней. Может тебе и сердце заменить? Тогда сможешь вообще не беспокоиться о здоровье.
– Пока откажусь.
– Дело хозяйское. Сигарету?
– А разве можно сразу после операции?
– Два дня прошло. Ты был в медикаментозном сне. Можешь курить и не париться. Если что-то сломается, мы тебя снова починим. Это не клиника в Ин-де-Руине, это самый продвинутый медицинский центр во всем мире.
Мы закурили. Я набрал полные легкие дыма, но не почувствовал его. Мне даже показалось, что я могу втянуть в себя всю сигарету. Но в голову ударило, а, значит, никотин до нужного места дошел.
– Теперь у меня не осталось выбора? Я прав?
– Ты о чем? – РО улыбнулся.
– Не притворяйся. Я о работе, ради который вы меня искали.
– Ну, варианта, на самом деле, два: ты можешь выплатить мне двадцать миллионов, которые я уплатил вчера за все твои долги, вернуть задаток за работу в Ин-де-Руине в размере миллиона и заплатить сто пятьдесят миллионов за свое лечение. Тогда мы будем в полном расчете, и я отпущу тебя на все четыре стороны.
– Ты же знаешь, что первый вариант нам точно не подходит. Давай второй.
– Ты выполнишь для меня, Лилии и Анны, последней ты, кстати, можешь сказать большое спасибо, потому что твое лечение полностью оплатила именно она… Так вот, о чем это я? О работе. Ты можешь выполнить для нас пару небольших поручений, и мы будем в расчете.
– Анна. Сказать спасибо человеку, который чуть не убил меня?
– Посмотри на себя сейчас, ты в лучшей форме, чем когда-либо был. Тебе даже заменили протез руки на более совершенную форму, теперь ты можешь им черепа дробить. Плюс вместо огромного шрама у тебя теперь пластина из сплава, который не каждый снайперский патрон пробьет, не говоря уже о мелком калибре.
– Такими темпами я скоро весь стану искусственным.
– Тебя это пугает?
– Немного. Я раньше не верил в душу, но в последнее время стал часто о ней задумываться.
– Только не говори, что ты теперь один из тех сумасшедших фанатиков, которые любой природный процесс будут волей творца объяснять.
– Нет. Я думаю только о душе. Ты сам, как к этому относишься?
– К религии резко негативно. К душе? В нее я верю.
– Ладно. Хватит о философии. Что за работа?
– Тебе придется поговорить об этом с Анной. Заказ поступил от нее.
– Ты шутишь?
– Это бизнес, Мори. Тут приходится идти на уступки, чтобы оставаться на плаву. Пусть прошлое останется в прошлом. Она оплатила твое лечение. Уговорила привлечь именно тебя для ее работы. Отпусти ваш конфликт. Анна не ангел, но с ней можно работать. Ты сам это поймешь, когда поговоришь с ней.
– Другого выхода ведь все равно нет… придется играть по вашим правилам.
– Хвалю за смекалку. Тогда оденься. Новый комплект одежды в шкафчике рядом с твоей кроватью. Я взял на себя смелость лично составить тебе гардероб.
– Спасибо. Надеюсь, что вещи будут получше, чем на тебе.
РО улыбнулся:
– Надейся. А пока, оставлю тебя одного. Подумай о жизни негодяйке, которая вечно ставит тебя в тупиковые ситуации; я знаю, что это твое любимое занятие. Скоро принесут еду. Как поешь и соберешься с мыслями, поднимайся ко мне в кабинет. Все будут ждать тебя там.
– Пошел ты в задницу, РО.
– И я очень тебя люблю, Мори. До скорого.
Толстожопый засранец РО свалил и оставил меня наедине со своими мыслями. А мысли эти крайне паршивые. Мне пришлось пойти на очередную сделку с совестью, чтобы сохранить свою жизнь. Придурок из Ин-де-Руина занес мне какую-то инфекцию и у меня начался сепсис. Ну, и выбора у меня особо не осталось, либо обратиться в обычную больницу и подыхать там; возможно, меня бы и спасли, но кто вернул бы мне ноги? Либо пойти к РО и согласиться на его условия. В общем, тут, как и в случае с предложением толстожопого засранца, был только один верный вариант: пустить себе пулю в висок и не мучиться. И, если бы у меня были яйца, я бы так и поступил, но вместо этого я лежу в лучшей частной клинике Тенебриса, которая доступна только паре десятков людей, и жду свой завтрак в постель. Теперь у меня точно есть все основания сказать, что личность моя абсолютно обесценилась, даже собачье дерьмо на улице и то больше стоит. Я так много размышлял о том, как вырвусь из порочного круга, но каков результат? Я снова там же, где и начинал. Продолжаю работать на засранцев, чью идею не разделяю и не понимаю, только теперь меня еще и связывают с ними огромные долги. Так что, похоже, я оказался не в начале, а в каком-то минус начале. Попал в еще более паршивую ситуацию, чем та, в которой я и так находился. Радует только, что теперь мое тело снова функционирует на полную катушку. Еще бы мозг мне поменяли, так я вообще бы стал идеальным исполнителем чужой воли. Пока меня еще гложут сомнения, пока я еще могу бороться со своей рабской сущностью. Но это только пока.
Или нет? Я ведь все еще могу вести свою игру, как и хотел. Не стоит опускать лапки раньше срока. Из любой ситуации есть выход. Нужно взять себя в руки. Для начала покушаю, приму пару таблеток розового льда, которые РО любезно оставил на моей тумбочке. Надо еще заглянуть в шкафчик и узнать, во что господин толстозадый хрен решил меня вырядить. Кто бы сомневался… вкуса у этого придурка точно нет. Мне кажется, или он действительно оставил мне свою одежду? Коричневая рубашка, серые брюки, мокасины и свитер с вырезом, чтобы было видно ворот рубашки. Я теперь точно буду похож на пенсионера. Осталось только животик отрастить, и мы с РО станем просто братьями-близнецами, мать его. Ну куда деваться, не в больничной же пижаме на встречу идти. Хотя это было бы забавно, но я еще не настолько сошел с ума. Возможно, сделаю так в следующий раз, если я до него доживу.
Молодая девушка принесла мне мой обед. Вежливо поздоровалась и оставила его на столике. Овсянка, бутерброды и морс. Пойдет. Я быстро расправился с едой и запил морсом две таблетки розового льда. Стало заметно лучше, все паршивые мысли из головы повылетали. Еще бы виски сверху залить и было бы вообще супер. Не от этого ли все мои проблемы? Я глушу симптомы болезни вместо того, чтобы лечить ее причину. Но как вылечить причину? Я ужасно зол и подавлен. Больше ничего в жизни не доставляет мне удовольствия. Меня пугает только смерть. Сколько бы я ни рассуждал о том, как хочу умереть… я боюсь, очень боюсь исчезнуть.
– Развлекаешься суицидальными мыслями? – Стильный вышел из-за ширмы, одетый, как доктор, даже бейджик нацепил: «Его Величество, Стильный». – Лучше бы думал, как выполнить то, что мне пообещал, ага.
– А чем я, по-твоему, занимаюсь?
– Пытаешь убежать от смерти всеми доступными тебе способами, а потом плачешь, что хочешь умереть. Или я не прав?
– Не наседай ты на парня, Стильный, – следом из-за ширмы вышел МВ, он тоже был в халате и с бейджиком: «Король мертвых». – Он и так уже с ума почти сошел. Еще ты постоянно в его голову лезешь. Тут нужно работать тоньше. Понимаешь?
– Тоньше? Ты случаем не про…
– Свой пенис, – МВ подхватил шутку Стильного. – Тебе определенно нужно пройти какие-нибудь курсы, шутишь ты из рук вон плохо. Попробуй еще раз, и я снова угадаю продолжение.
– Как тебе такое… сейчас придумаю, ага. Жил-был один парень, а потом он помер в перестрелке со шлюхой. Хорошая шутка?
– Хуевая, – Дикий оказался на диванчике для посетителей.
– И ты тут? – МВ улыбнулся.
– Как видишь.
– Не хочу находиться в одном сознании с этим дикарем, где тут кнопка поменять владельца моей гребаной личности, ага.
– Пошел в пизду, Стильный, – Дикий залился гоготом. – Даже после смерти выглядишь как придурок.
– Стойте! – я закричал. – У меня сейчас голова лопнет. Вы можете говорить по одному?
– Хорошо, – Стильный оперся на ширму.
– А почему это ты говоришь первым, хуесос? – Дикий вскочил с дивана.
– Спокойствие, – МВ сплюнул на пол, – ведете себя, как дети. Пусть Стильный говорит первым, он раньше нас пришел.
– Спасибо, – Стильный скорчил гримасу отдаленно похожую на улыбку. – Наш уговор, Мори. Он все еще в силе?
– В силе. Я работаю над тем, чтобы как-то выбраться из того пиздеца, куда сам себя загнал. Как только справлюсь с этим, займусь нашим уговором.
– Уважаю. Маленький совет. РО и Анна. РО мечтает воскресить свою сестру, а Анна грезит о том, как она подчинит себе весь мир с помощью башни Трехглазого. Вот только оба они жидко обосрутся, когда узнают правду о башне. Тебе нужно вывести их из игры. Самый лучший вариант сейчас – прикидываться дурачком, что ты крайне хорошо умеешь делать, и поступать так, как они просят. Как только вы доберетесь до башни, ты сможешь поиметь их в задницу, ага. Договор с Дитрихом – очень умное решение.
– Думаешь? Я пошел на этот шаг из-за отчаянья. Предложил ему то, чего у меня нет. Он охотится за какими-то ключами. Я сказал, что передам их ему, если он поможет мне убрать Анну и РО. Его люди уже должны быть в Тенебрисе.
– Иди на встречу с ними. Ты можешь кинуть и Дитриха, ага. Если ты сможешь найти два ключа, я скажу тебе, что делать дальше. Один точно у Анны. Плюс эта сука чем-то задурила голову моей дочери, ага. Убрать ее надо в любом случае.
– Стало быть, пока играть по правилам РО и Анны, провести переговоры с людьми Дитриха и заняться поиском второго ключа? Этого ты от меня хочешь? Раньше ты просил только помочь твоей дочери.
– Без этого ты ей не поможешь, ага.
– Хорошо. Теперь очередь МВ говорить.
– Честно говоря, моя просьба немного сентиментальная, и я ничего не могу дать тебе взамен. Перезахорони мое тело. Рядом с Крис.
– После смерти понял, что обращался с ней, как мудак, – Дикий влез в разговор.
– Да. Ты это хотел услышать? Понял. И хочу исправить все хотя бы таким образом.
– Ну, ты теперь не мудак, а мудак кающийся. Как говорил мой отец: «Если мудак кается, значит, душа у него есть и не мудак он вовсе, а человек с сердцем». Правда, потом этот идиот нажирался до состояния овоща и под столом валялся, но умные мысли из его поглощенного алкогольным делирием мозга вырывались частенько. Он у меня все-таки ученным был.
– Спасибо за сочувствие. Ну так, что, Мори? Исполнишь последнюю просьбу?
– Конечно. Крис ведь тоже умерла? Я видел ее первой. До вас.
– Не хочу тебя расстраивать. Узнаешь сам, когда придет время.
Я на секунду отвлекся, чтобы сформулировать следующий вопрос, а когда открыл рот ни Стильного, ни МВ уже не было. Остался только Дикий.
– Слушай… – начал я, – кажется, я тебе извинения задолжал. Из-за моей глупости и моей слабости ты погиб.
– Забей, Мори. Я тут вообще просто, чтобы над этими идиотами поиздеваться. Ну, умер я и что с того? Закономерный конец для жизни, которую я вел. Ты меньше этих двоих слушай и просто верь в себя. Хорошо?
– Хорошо, – ответил я в пустоту. Дикий тоже исчез.
Вот и конечная. Теперь я точно сошел с ума. Я уже много раз говорил, что точно сошел с ума, но теперь я в этом уверен почти на сто процентов.
