Так ли много на самом деле эти вещи значат для меня? Дино предложил смотреть в будущее, предложил мне вариант, в котором я смогу сделать это, искупив ошибки своего прошлого. Пять зарядов и последний бой. Но Тенебрису нужен сильный правитель. Честный правитель. Умереть и бросить все на самотек – такая же форма побега. Эскапизм чистой воды. Нужно найти вариант, в котором кто-то один из нас не умрет, чтобы не отдавать всю власть людям, вроде Дитриха. Я могу отправиться на прием вместо Дино, а он займется лабораторией. Мои тайные соблазны могут заставить меня пойти на поступки, за которые мне потом будет… из-за которых я уйду, как Лилия. Сломленным. Я этого не хочу. Отринуть прошлое и смотреть в будущее.
Я допил вино и направился к лифту. Прощай, Лилия, ты моя первая и последняя любовь. Ты оставила меня с тяжелым выбором, но я, кажется, нашел подсказку. Теперь я точно знаю, как должен поступить.
До театра Стильного я пойду пешком. Как раз успею к часу ночи. Мне слишком о многом нужно подумать. Прости, Иван, но сегодня я оставлю тебя без сверхурочных…
«Сливаются воедино, Си»
«88 год по календарю де Индра,
Центральная больница Тенебриса»
Я закрыл книгу сказок и отложил ее в сторону. Я не думал, что наша с мамой встреча будет такой. Она совсем не похожа не себя, я узнал ее только по родинке на щеке. Уже два дня я каждый вечер прихожу в больницу, чтобы почитать маме сказки. Она запрещала мне читать их в детстве, но я видел, что мама хранила у себя в комнате книжки и часто заставал ее за чтением. Мама говорила, что читать могут только те, кому «уже мозги не жалко», и что это занятие ничего, кроме вреда, не приносит. Интересно, почему она так думала?
Я много раз представлял себе нашу встречу, думал, что я скажу. Тогда я еще был полон злости, не мог мыслить рационально. Теперь все иначе, я отпустил свою обиду. До встречи с мамой я сомневался, не был уверен, что смогу преодолеть свои детские обиды, но как только увидел ее, все сомнения отпали. Теперь я правда могу двигаться дальше.
Жаль, что я уже никогда не смогу с ней поговорить. Она спит. И будет спать ровно до тех пор, пока врачи не решат, что дальнейшее поддержание жизни бессмысленно. Римс сказал, что, если я приведу ему Мори, он вернет мою маму к жизни. Но я не стану этого делать. Мори мой друг, а Римс замыслил против него что-то нехорошее. Я не стану менять одну жизнь на другую. У меня нет на это права, никогда не было. Я шел по ложному пути очень долго и теперь, когда я обрел почву под ногами, и стал видеть мир таким, какой он есть на самом деле, а не через призму своих бредовых представлений о нем, у меня появились и свои идеалы. Пока они еще хрупкие, но я буду работать над тем, чтобы сделать их прочным фундаментом своей личности.
Я уже дочитал Сказки братьев Гримм и взялся за Эрнеста Хемингуэя. С утра прочел повесть «Старик и море», а теперь перешел к роману «Прощай, оружие!». Эти книги мне посоветовал Брюс. У меня проснулся настоящий голод к чтению. Сначала, оно давалось мне очень тяжело, но теперь я могу читать быстро и про себя. Римс сказал, что это талант, уметь так быстро схватывать информацию и учиться. А мне кажется, что это не талант, а моя незакрытая потребность. Я так долго мечтал начать читать, что теперь, начав, не могу остановиться. Мне хочется прочесть все книги мира. Я составил себе список чтения на год и уже зачеркнул в нем три пункта. Скоро зачеркну четвертый. Самые сложные книги я оставил на потом, хочу прийти к ним уже подготовленным, чтобы лучше их понять.
А еще я начал слушать музыку, хочу уметь как Мори, определять название песни с первых секунд. Да и самому мне нравится изучать музыкальных исполнителей прошлого. Сейчас я слушаю рок. Других языков я не знаю, но, мне кажется, оно и неважно. В музыке главное – звучание: гармония и настроение, которые она передает через него.
Пора идти. Вернусь сюда завтра вечером. Тут мне спокойно. Когда я поборол свою ненависть к маме, то вспомнил, сколько всего хорошего она сделала для меня. Ведь она была не монстром, как мне всегда казалось. Теперь я понимаю, что у нее были проблемы с психикой, и из-за них она иногда вела себя со мной жестоко. Но эта жестокость в ее глазах была абсолютно оправданной, мама хотела оградить меня от внешнего мира, который приносил в ее собственную жизнь только зло.
Я вышел из палаты и закурил. Курение становится неотъемлемой частью моей жизни. И мне это нравится. Раньше, когда мне было плохо, я резал себя, вырезал узоры на теле. Хочется забыть о том периоде жизни. Теперь сигареты, хорошая книга и пара песен возвращают меня в чувство намного быстрее и эффективнее, а главное – приятнее. На улице сегодня пасмурно. Интересно, как там дела у Мори? Чем он занимается в этот сырой и необычно темный вечер? Хотелось бы, чтобы у него все было хорошо. Мы с ним обязательно должны встретиться еще раз. Я обещал Мори устроить встречу с Римсом, но по понятным причинам делать этого не стану. Думаю, улизну завтра днем, перед приемом Римса и найду Мори. Мне очень хочется поговорить с ним. Он мой первый друг. А еще, я бы снова поговорил с Брюсом. Мне понравилось с ним беседовать, он очень умный человек. Мне думается, что мы смогли бы найти с ним еще крайне много всяких тем для увлекательных диалогов.
– Как настроение? – Римс встретил меня с зонтиком у машины.
– Хорошо.
– Magnifique27 - Прекрасно (фр.).! Я хочу, чтобы ты прокатился со мной по магазинам. Завтра мне сорок. I can’t even believe it28 - Я даже не могу в это поверить (англ.).! Еще недавно я был наивным ребенком и грезил о том, как буду бороздить просторы вселенной на космическом корабле, а сегодня я уже почти senex29 - Старик (лат.).. И от былых мечт не осталось ничего. Составишь мне компанию в этот холодный темный вечер?
– Составлю.
– О лучшем спутнике я и мечтать не мог. Сначала, поедем за моим костюмом. The suit looks just excellent30 - Костюм выглядит просто превосходно.. Он такой же космический, как и мои детские мечты. А о чем ты мечтал в детстве, Си? – Римс открыл мне дверь, и я забрался в салон машины.
– Я не помню. Наверное, о друзьях, о книгах.
– Magnifique! Очень светлые мечты, – Римс сел напротив меня и достал из маленького холодильника бутылку шампанского. – В честь праздника. Ты будешь?
– Да. Можно курить в салоне?
– Не спрашивай, ты мне, как родной. Тебе можно все.
Я закурил и взял бокал шампанского из рук Римса.
– За твое сорокалетие! – мы чокнулись и сделали по глотку. Странно, но с Римсом мне теперь тоже стало намного проще говорить, я больше не боюсь его.
– На твой день рождения мы тоже закатим вечеринку. И позовем на нее Мори. Вы же теперь вроде как друзья? Он очень сильно повлиял на тебя. Es ist deutlich sichtbar31 - Это ясно видно (нем.).. Яснее, чем солнце, которое сегодня решило оставить нас на произвол судьбы. Надеюсь, что завтра погода нас не подведет.
– Я сам приглашу Мори, если сочту это нужным.
– Magnifique! Ты растешь на глазах, малыш. Еще недавно я пытался вытянуть тебя из пелены тьмы, что окутала твой взор, а сегодня ты сам можешь разогнать тьму не только в себе, но и в других людях. Завтра нас ждет поистине удивительный праздник!
Я правда больше не боюсь Римса, мне стало намного проще возражать ему. Раньше я о таком и подумать не мог. Весь мой мир представлял собой свет тусклого фонаря, сосредоточенный в одном месте. Я верил в то, что именно Мори поможет мне выбраться из тьмы, но все оказалась иначе: только я сам способен вытянуть себя из бесконечного кошмара, в котором оказался по собственной воле. Я мог бы сказать о том, что на меня повлияла среда, воспитание… все это имеет место быть в моей истории. Но человека все-таки определяют его личные убеждения и поступки, я мог бы бороться со средой, воевать против полученного мною воспитания и вытекшего из него неверного представления о мире, где все казались мне врагами. Но я выбрал простейший путь, путь непротивления, позволил волнам безумия и хаоса затянуть меня в самую бездну. Только я виновен во всех своих ошибках и только в моих силах их исправить.
– Я много думал о матери. О ее жизни и участи. Это позволило мне взглянуть на себя и мир немного под другим углом.
– На мир нужно уметь смотреть под всеми углами, юный Си. One point of view is a mistake, two too, but a million32 - одна точка зрения – ошибка, две тоже, но миллион… (англ.).… миллиард… Истина в многогранности каждого объекта. Только познав вселенную с каждой стороны, мы можем говорить о каком-то понимании и знании. Сейчас мы все блуждаем во тьме. Мы можем вырваться из нее, подсветить себе путь, но не больше. Добравшись до настоящего источника знаний и вкусив его яркость, мы перестанем быть людьми. Это эволюция.
– Так, выходит, смысл жизни в том, чтобы стать ярче? Увидеть истинный свет?
– Ты снова ограничиваешь себя одной точкой зрения. Убери из уравнения смысл и оставь только яркость истинных знаний. На нее можно смотреть с любой позиции, для того чтобы увидеть ее не нужен смысл.
– Я не понимаю.
– I am too33 - Я тоже (англ.).. Это слова Трехглазого. Он завещал их мне. А я передаю тебе. Теперь это твоя проблема. А мы вернемся к более позитивным вещам, – Римс улыбнулся и допил шампанское в своем бокале, – давай проведем этот вечер, как друзья. С моей работой я могу позволить себе такие вещи крайне редко.
– В какой магазин мы едем?
– Не в магазин, к моему портному. Хотя он давно уже перестал быть только моим, так что, в каком-то смысле можно назвать его и магазином.
Мы оказались в моей самой нелюбимой части города – квартале Блеска. Тут очень неприятная атмосфера. Каждая неоновая вывеска словно так и манит тебя зайти и погрузиться в алкогольный хаос. Потратить как можно больше лутума и с утра выйти совершенно пустым и разбитым. Мне жаль тех людей, которые всю жизнь проводят во тьме алкогольного забытья. Сколь разбитым и потерянным я бы не являлся в разные периоды своей жизни, алкогольное забытье меня никогда не привлекало. Оно не приносит облегчения, а только усугубляет и без того тяжелые проблемы, которые вынуждают людей прильнуть к стакану.
Хорошо, что машина не остановилась среди этих неоновых улиц, а продолжила свое движение. В Тенебрисе есть много более достойных мест, чтобы провести там свое время. Вчера, когда я сидел у мамы в палате, мне на глаза попалась небольшая газета, и так, как теперь мое влечение к чтению почти безмерно, я сразу приступил к ее изучению. Там среди пустых и скучных статей я наткнулся на небольшое эссе. В нем автор рассуждал о ценности времени. И я забрал к себе в копилку многие из его высказываний. Например, что время – это наш единственный естественный ресурс. Мы приходим в мир с ограниченным его запасом и только нам решать, как им распорядиться. Но с каждым таким решением, мы все сильнее и сильнее истощаем свою казну времени, до тех пор, пока она полностью не опустеет. Потом наступает смерть. И вот, между рождением и смертью у нас есть всего несколько десятков ключевых решений, за них мы заплатим самое большое количество времени, и от них будет зависеть то, как мы закончим наш земной путь. По сути, в жизни каждого человека не так уж и много моментов настоящего выбора. Выбора, который повлияет на судьбу и будущее в целом.
– Я тоже хочу посмотреть себе костюм. И, если ты не против, наведаться в книжный.
– На оба твоих предложения мой ответ – yes34 - Да (англ.).. Если будут еще какие-то мысли, говори сразу мне.
– Хорошо. А что ты думаешь о времени, Римс?
– Tempus35 - Время (лат.).? O tempora, o mores36 - О времена, о нравы (лат.).! А если серьезно, то думаю, что времени нам чертовски не хватает. За одну человеческую жизнь можно успеть так мало, это всегда меня удручало. Ты в любом случае пришел в этот мир, чтобы умереть. Но хотелось бы, чтобы между процессом смерти и процессом жизни проходило хотя бы пару столетий. В последние годы я изучил очень много всего, и чем больше я изучал и открывал для себя новые дисциплины, тем большее сожаление испытывал о том, что за свою жизнь не успею освоить даже одну сотую доступного материала. Можно сказать, что новые знания теперь навевают на меня тоску, потому что я понимаю, что не успею ухватить их все.
– Значит, и я не успею прочесть всех книг на свете.
– Верно. Поэтому читать стоит только то, что вызывает отклик в твоей душе. Ты веришь в душу, Си?
Машина остановилась. Мы оказались в уютном спальном районе Тенебриса. Он весь состоит из новых высотных зданий, постройку которых закончили только в этом году. Не ожидал, что Римс привезет меня именно сюда.
– Я не знаю насчет души. Как можно верить в то, что невозможно увидеть? – я вышел из машины первым и закурил.
– А разве все обязательно видеть своими глазами? – Римс присоединился ко мне, и мы направились к небольшой пристройке у самого высокого из домов.
– А как можно поверить в то, чего ты не видел?
– Легко, мой юный Си. У нас есть не только зрение. Чувства. Можно ощутить предмет своей веры. Наши мысли меняют реальность, но мысли одного человека меняют ее сильнее всего.
– Ты намекаешь на Мори?
– Exacte37 - Точно (лат.).. Я очень долго противился этой мысли, но теперь у меня больше не осталось доводов «против», только доводы «за». Ты можешь пригласить его завтра на мой прием?
А вот и истинная цель нашей сегодняшней поездки. Римс хочет, чтобы я привел ему Мори. Когда я вернулся к нему два дня назад, то ожидал, что Римс придет в ярость, когда узнает, что я провалил его поручение, но он очень тепло меня встретил и сразу поинтересовался, как дела у Мори. Он словно знал будущее наперед. Меня это испугало, но я постарался не подавать виду. Теперь я точно могу сказать, что Римс что-то знает, нечто такое, что могло бы помочь Мори. Но я пообещал себе, что не стану больше идти на поводу у Римса.
– Я не уверен, что смогу это сделать.
– Понимаю. Ты думаешь, что я желаю Мори зла. Ты прав. Так и было. Раньше. Теперь все изменилось. Мне нужно кое-что ему передать. И кое-что рассказать. Чем раньше я это сделаю, тем лучше. Но не буду давить на тебя. Давай займемся выбором костюмов на завтра.
Мы вошли в просторное помещение. На пороге нас уже поджидал пожилой мужчина с длинной бородой. На нем был разноцветный, полный узоров костюм и котелок с пером.
– Ваш праздничный наряд уже готов, господин Римс, – мужчина отвесил нам поклон. – Принести его?
– Да. Я буду в примерочной. И еще, поищи костюм для этого обаятельного молодого человека. Такой, чтобы он подчеркивал все его достоинства. Стоимость меня не волнует, но ты и сам это прекрасно знаешь. Не первый год знакомы.
– Отлично! Мы подберем молодому человеку самый прекрасный костюм из моего ассортимента.
Римс ушел в примерочную, а я присел на один из пуфиков. Владелец магазина любезно принес мне кружку кофе и разрешил курить. Я хотел вернуться к чтению, но сказанные Римсом слова не давали мне покоя. Почему раньше он желал Мори зла, а теперь передумал? Что он хочет ему передать и рассказать? Имею ли я право пригласить Мори на прием? Что если все это очередная ловушка?
Я допил вино и направился к лифту. Прощай, Лилия, ты моя первая и последняя любовь. Ты оставила меня с тяжелым выбором, но я, кажется, нашел подсказку. Теперь я точно знаю, как должен поступить.
До театра Стильного я пойду пешком. Как раз успею к часу ночи. Мне слишком о многом нужно подумать. Прости, Иван, но сегодня я оставлю тебя без сверхурочных…
«Сливаются воедино, Си»
«88 год по календарю де Индра,
Центральная больница Тенебриса»
Я закрыл книгу сказок и отложил ее в сторону. Я не думал, что наша с мамой встреча будет такой. Она совсем не похожа не себя, я узнал ее только по родинке на щеке. Уже два дня я каждый вечер прихожу в больницу, чтобы почитать маме сказки. Она запрещала мне читать их в детстве, но я видел, что мама хранила у себя в комнате книжки и часто заставал ее за чтением. Мама говорила, что читать могут только те, кому «уже мозги не жалко», и что это занятие ничего, кроме вреда, не приносит. Интересно, почему она так думала?
Я много раз представлял себе нашу встречу, думал, что я скажу. Тогда я еще был полон злости, не мог мыслить рационально. Теперь все иначе, я отпустил свою обиду. До встречи с мамой я сомневался, не был уверен, что смогу преодолеть свои детские обиды, но как только увидел ее, все сомнения отпали. Теперь я правда могу двигаться дальше.
Жаль, что я уже никогда не смогу с ней поговорить. Она спит. И будет спать ровно до тех пор, пока врачи не решат, что дальнейшее поддержание жизни бессмысленно. Римс сказал, что, если я приведу ему Мори, он вернет мою маму к жизни. Но я не стану этого делать. Мори мой друг, а Римс замыслил против него что-то нехорошее. Я не стану менять одну жизнь на другую. У меня нет на это права, никогда не было. Я шел по ложному пути очень долго и теперь, когда я обрел почву под ногами, и стал видеть мир таким, какой он есть на самом деле, а не через призму своих бредовых представлений о нем, у меня появились и свои идеалы. Пока они еще хрупкие, но я буду работать над тем, чтобы сделать их прочным фундаментом своей личности.
Я уже дочитал Сказки братьев Гримм и взялся за Эрнеста Хемингуэя. С утра прочел повесть «Старик и море», а теперь перешел к роману «Прощай, оружие!». Эти книги мне посоветовал Брюс. У меня проснулся настоящий голод к чтению. Сначала, оно давалось мне очень тяжело, но теперь я могу читать быстро и про себя. Римс сказал, что это талант, уметь так быстро схватывать информацию и учиться. А мне кажется, что это не талант, а моя незакрытая потребность. Я так долго мечтал начать читать, что теперь, начав, не могу остановиться. Мне хочется прочесть все книги мира. Я составил себе список чтения на год и уже зачеркнул в нем три пункта. Скоро зачеркну четвертый. Самые сложные книги я оставил на потом, хочу прийти к ним уже подготовленным, чтобы лучше их понять.
А еще я начал слушать музыку, хочу уметь как Мори, определять название песни с первых секунд. Да и самому мне нравится изучать музыкальных исполнителей прошлого. Сейчас я слушаю рок. Других языков я не знаю, но, мне кажется, оно и неважно. В музыке главное – звучание: гармония и настроение, которые она передает через него.
Пора идти. Вернусь сюда завтра вечером. Тут мне спокойно. Когда я поборол свою ненависть к маме, то вспомнил, сколько всего хорошего она сделала для меня. Ведь она была не монстром, как мне всегда казалось. Теперь я понимаю, что у нее были проблемы с психикой, и из-за них она иногда вела себя со мной жестоко. Но эта жестокость в ее глазах была абсолютно оправданной, мама хотела оградить меня от внешнего мира, который приносил в ее собственную жизнь только зло.
Я вышел из палаты и закурил. Курение становится неотъемлемой частью моей жизни. И мне это нравится. Раньше, когда мне было плохо, я резал себя, вырезал узоры на теле. Хочется забыть о том периоде жизни. Теперь сигареты, хорошая книга и пара песен возвращают меня в чувство намного быстрее и эффективнее, а главное – приятнее. На улице сегодня пасмурно. Интересно, как там дела у Мори? Чем он занимается в этот сырой и необычно темный вечер? Хотелось бы, чтобы у него все было хорошо. Мы с ним обязательно должны встретиться еще раз. Я обещал Мори устроить встречу с Римсом, но по понятным причинам делать этого не стану. Думаю, улизну завтра днем, перед приемом Римса и найду Мори. Мне очень хочется поговорить с ним. Он мой первый друг. А еще, я бы снова поговорил с Брюсом. Мне понравилось с ним беседовать, он очень умный человек. Мне думается, что мы смогли бы найти с ним еще крайне много всяких тем для увлекательных диалогов.
– Как настроение? – Римс встретил меня с зонтиком у машины.
– Хорошо.
– Magnifique27 - Прекрасно (фр.).! Я хочу, чтобы ты прокатился со мной по магазинам. Завтра мне сорок. I can’t even believe it28 - Я даже не могу в это поверить (англ.).! Еще недавно я был наивным ребенком и грезил о том, как буду бороздить просторы вселенной на космическом корабле, а сегодня я уже почти senex29 - Старик (лат.).. И от былых мечт не осталось ничего. Составишь мне компанию в этот холодный темный вечер?
– Составлю.
– О лучшем спутнике я и мечтать не мог. Сначала, поедем за моим костюмом. The suit looks just excellent30 - Костюм выглядит просто превосходно.. Он такой же космический, как и мои детские мечты. А о чем ты мечтал в детстве, Си? – Римс открыл мне дверь, и я забрался в салон машины.
– Я не помню. Наверное, о друзьях, о книгах.
– Magnifique! Очень светлые мечты, – Римс сел напротив меня и достал из маленького холодильника бутылку шампанского. – В честь праздника. Ты будешь?
– Да. Можно курить в салоне?
– Не спрашивай, ты мне, как родной. Тебе можно все.
Я закурил и взял бокал шампанского из рук Римса.
– За твое сорокалетие! – мы чокнулись и сделали по глотку. Странно, но с Римсом мне теперь тоже стало намного проще говорить, я больше не боюсь его.
– На твой день рождения мы тоже закатим вечеринку. И позовем на нее Мори. Вы же теперь вроде как друзья? Он очень сильно повлиял на тебя. Es ist deutlich sichtbar31 - Это ясно видно (нем.).. Яснее, чем солнце, которое сегодня решило оставить нас на произвол судьбы. Надеюсь, что завтра погода нас не подведет.
– Я сам приглашу Мори, если сочту это нужным.
– Magnifique! Ты растешь на глазах, малыш. Еще недавно я пытался вытянуть тебя из пелены тьмы, что окутала твой взор, а сегодня ты сам можешь разогнать тьму не только в себе, но и в других людях. Завтра нас ждет поистине удивительный праздник!
Я правда больше не боюсь Римса, мне стало намного проще возражать ему. Раньше я о таком и подумать не мог. Весь мой мир представлял собой свет тусклого фонаря, сосредоточенный в одном месте. Я верил в то, что именно Мори поможет мне выбраться из тьмы, но все оказалась иначе: только я сам способен вытянуть себя из бесконечного кошмара, в котором оказался по собственной воле. Я мог бы сказать о том, что на меня повлияла среда, воспитание… все это имеет место быть в моей истории. Но человека все-таки определяют его личные убеждения и поступки, я мог бы бороться со средой, воевать против полученного мною воспитания и вытекшего из него неверного представления о мире, где все казались мне врагами. Но я выбрал простейший путь, путь непротивления, позволил волнам безумия и хаоса затянуть меня в самую бездну. Только я виновен во всех своих ошибках и только в моих силах их исправить.
– Я много думал о матери. О ее жизни и участи. Это позволило мне взглянуть на себя и мир немного под другим углом.
– На мир нужно уметь смотреть под всеми углами, юный Си. One point of view is a mistake, two too, but a million32 - одна точка зрения – ошибка, две тоже, но миллион… (англ.).… миллиард… Истина в многогранности каждого объекта. Только познав вселенную с каждой стороны, мы можем говорить о каком-то понимании и знании. Сейчас мы все блуждаем во тьме. Мы можем вырваться из нее, подсветить себе путь, но не больше. Добравшись до настоящего источника знаний и вкусив его яркость, мы перестанем быть людьми. Это эволюция.
– Так, выходит, смысл жизни в том, чтобы стать ярче? Увидеть истинный свет?
– Ты снова ограничиваешь себя одной точкой зрения. Убери из уравнения смысл и оставь только яркость истинных знаний. На нее можно смотреть с любой позиции, для того чтобы увидеть ее не нужен смысл.
– Я не понимаю.
– I am too33 - Я тоже (англ.).. Это слова Трехглазого. Он завещал их мне. А я передаю тебе. Теперь это твоя проблема. А мы вернемся к более позитивным вещам, – Римс улыбнулся и допил шампанское в своем бокале, – давай проведем этот вечер, как друзья. С моей работой я могу позволить себе такие вещи крайне редко.
– В какой магазин мы едем?
– Не в магазин, к моему портному. Хотя он давно уже перестал быть только моим, так что, в каком-то смысле можно назвать его и магазином.
Мы оказались в моей самой нелюбимой части города – квартале Блеска. Тут очень неприятная атмосфера. Каждая неоновая вывеска словно так и манит тебя зайти и погрузиться в алкогольный хаос. Потратить как можно больше лутума и с утра выйти совершенно пустым и разбитым. Мне жаль тех людей, которые всю жизнь проводят во тьме алкогольного забытья. Сколь разбитым и потерянным я бы не являлся в разные периоды своей жизни, алкогольное забытье меня никогда не привлекало. Оно не приносит облегчения, а только усугубляет и без того тяжелые проблемы, которые вынуждают людей прильнуть к стакану.
Хорошо, что машина не остановилась среди этих неоновых улиц, а продолжила свое движение. В Тенебрисе есть много более достойных мест, чтобы провести там свое время. Вчера, когда я сидел у мамы в палате, мне на глаза попалась небольшая газета, и так, как теперь мое влечение к чтению почти безмерно, я сразу приступил к ее изучению. Там среди пустых и скучных статей я наткнулся на небольшое эссе. В нем автор рассуждал о ценности времени. И я забрал к себе в копилку многие из его высказываний. Например, что время – это наш единственный естественный ресурс. Мы приходим в мир с ограниченным его запасом и только нам решать, как им распорядиться. Но с каждым таким решением, мы все сильнее и сильнее истощаем свою казну времени, до тех пор, пока она полностью не опустеет. Потом наступает смерть. И вот, между рождением и смертью у нас есть всего несколько десятков ключевых решений, за них мы заплатим самое большое количество времени, и от них будет зависеть то, как мы закончим наш земной путь. По сути, в жизни каждого человека не так уж и много моментов настоящего выбора. Выбора, который повлияет на судьбу и будущее в целом.
– Я тоже хочу посмотреть себе костюм. И, если ты не против, наведаться в книжный.
– На оба твоих предложения мой ответ – yes34 - Да (англ.).. Если будут еще какие-то мысли, говори сразу мне.
– Хорошо. А что ты думаешь о времени, Римс?
– Tempus35 - Время (лат.).? O tempora, o mores36 - О времена, о нравы (лат.).! А если серьезно, то думаю, что времени нам чертовски не хватает. За одну человеческую жизнь можно успеть так мало, это всегда меня удручало. Ты в любом случае пришел в этот мир, чтобы умереть. Но хотелось бы, чтобы между процессом смерти и процессом жизни проходило хотя бы пару столетий. В последние годы я изучил очень много всего, и чем больше я изучал и открывал для себя новые дисциплины, тем большее сожаление испытывал о том, что за свою жизнь не успею освоить даже одну сотую доступного материала. Можно сказать, что новые знания теперь навевают на меня тоску, потому что я понимаю, что не успею ухватить их все.
– Значит, и я не успею прочесть всех книг на свете.
– Верно. Поэтому читать стоит только то, что вызывает отклик в твоей душе. Ты веришь в душу, Си?
Машина остановилась. Мы оказались в уютном спальном районе Тенебриса. Он весь состоит из новых высотных зданий, постройку которых закончили только в этом году. Не ожидал, что Римс привезет меня именно сюда.
– Я не знаю насчет души. Как можно верить в то, что невозможно увидеть? – я вышел из машины первым и закурил.
– А разве все обязательно видеть своими глазами? – Римс присоединился ко мне, и мы направились к небольшой пристройке у самого высокого из домов.
– А как можно поверить в то, чего ты не видел?
– Легко, мой юный Си. У нас есть не только зрение. Чувства. Можно ощутить предмет своей веры. Наши мысли меняют реальность, но мысли одного человека меняют ее сильнее всего.
– Ты намекаешь на Мори?
– Exacte37 - Точно (лат.).. Я очень долго противился этой мысли, но теперь у меня больше не осталось доводов «против», только доводы «за». Ты можешь пригласить его завтра на мой прием?
А вот и истинная цель нашей сегодняшней поездки. Римс хочет, чтобы я привел ему Мори. Когда я вернулся к нему два дня назад, то ожидал, что Римс придет в ярость, когда узнает, что я провалил его поручение, но он очень тепло меня встретил и сразу поинтересовался, как дела у Мори. Он словно знал будущее наперед. Меня это испугало, но я постарался не подавать виду. Теперь я точно могу сказать, что Римс что-то знает, нечто такое, что могло бы помочь Мори. Но я пообещал себе, что не стану больше идти на поводу у Римса.
– Я не уверен, что смогу это сделать.
– Понимаю. Ты думаешь, что я желаю Мори зла. Ты прав. Так и было. Раньше. Теперь все изменилось. Мне нужно кое-что ему передать. И кое-что рассказать. Чем раньше я это сделаю, тем лучше. Но не буду давить на тебя. Давай займемся выбором костюмов на завтра.
Мы вошли в просторное помещение. На пороге нас уже поджидал пожилой мужчина с длинной бородой. На нем был разноцветный, полный узоров костюм и котелок с пером.
– Ваш праздничный наряд уже готов, господин Римс, – мужчина отвесил нам поклон. – Принести его?
– Да. Я буду в примерочной. И еще, поищи костюм для этого обаятельного молодого человека. Такой, чтобы он подчеркивал все его достоинства. Стоимость меня не волнует, но ты и сам это прекрасно знаешь. Не первый год знакомы.
– Отлично! Мы подберем молодому человеку самый прекрасный костюм из моего ассортимента.
Римс ушел в примерочную, а я присел на один из пуфиков. Владелец магазина любезно принес мне кружку кофе и разрешил курить. Я хотел вернуться к чтению, но сказанные Римсом слова не давали мне покоя. Почему раньше он желал Мори зла, а теперь передумал? Что он хочет ему передать и рассказать? Имею ли я право пригласить Мори на прием? Что если все это очередная ловушка?
