Снопы оранжевых искр взметнулись к высоким балконам. Похоже, Раймонда напала с большим размахом. Площадь внизу пылала. Мощное крыло задело мраморный балкон и сшибло его до основания. Осколки перил полетели вниз. Зато сама Раймонда уже стояла на другом балконе в виде статной дамы, за спиной которой почему-то шевелились чешуйчатые крылья. Миг, и они исчезли.
- Внизу драка? – Клемент спросил первое, что пришло на ум, когда Раймонда одним вздохом сожгла двух прибежавших на шум охранников.
- Революция! – деловито поправила она, когда пепел от лат и тел осел к ее ногам. – Ну, так пошли свергать иго демонов! От нас все этого ждут.
- Кроме самих демонов, - Клемент взял с собой и арбалет, и стрелы, и меч, но почему-то засомневался. – Кстати, чем революция отличается от обычного дворцового переворота?
- Сменой строя власти в целом, - пояснила ученая Раймонда. – Сейчас тут правят темные силы, а мы хотим их свергнуть и восстановить человеческую систему правления.
Один из исполинов шевельнул ступней.
- Они живые! – Клемент попятился, но занесенная уже над ним ступня почему-то бессильно зависла в метре над его головой и больше не двинулась.
- Избранного тронуть не в их власти, но от правителя Шаи поблажек не жди, - Раймонда принюхалась. - Он в тронном зале, и он тебя ждет! Я чую.
- А что если это ловушка? Мне кажется, он давно уже пытается заманить меня поближе к себе? – едва оказавшись рядом с целью, Клемент засомневался.
- Если ты струсишь, то я сама его сожгу, - расхрабрилась Раймонда, только что испепелившая большую часть вражеской армии. На площади все еще полыхали костры. Черные рыцари в них сгорели, а вот шуты и феи успели улизнуть и теперь дрались с теми, кто выжил.
Клемент ощутил себя так, будто она дала ему пощечину. «Если героиня я, а не ты, то и женой твоей я уже не стану», буквально сообщал ее дразнящий драконий взгляд. Из азарта сжигать она забыла, что правитель Шаи не горит в ее огне.
Клемет поспешил за ней к распахнутым настежь дверям тронного зала. Здесь не было рыцарей-охранников, одни мрачные исполины, подобные темным скалам. Их головы упирались в высокий потолок так, что он шел трещинками.
Призвав всю свою отвагу, Клемент ступил в тронный зал вслед за Раймондой, и двери за ними вдруг захлопнулись сами. Почему звук был таким же зловещим, как когда запирают врата гробницы? Атмосфера в зале тоже была траурной, будто тут готовится пир вампиров, на который ты пришел добровольной жертвой. Даже позолота настенных зеркал и колонн не смягчала общий угрюмый вид. Тени в зеркалах и правда вальсировали и кривили рожи вошедшим.
- Призраки жертв демонов, - шепотом пояснила Раймонда. – Столетиями их души живут в зеркалах и все больше чернеют, но увидеть их можно лишь в тех домах, где обитают их палачи-демоны. И нигде больше. Так, что по отражениям я всегда легко догадываюсь, где они собрались стаей.
В зеркалах шел мрачный бал, больше похожий на изысканный шабаш с вальсами и танцевальными ритуалами. Все жертвы демонов носили причудливые темные маски или вуали.
- А выпустить их можно? – Клемент приготовился разбить зеркала.
- Ни в коем случае! – удержала его Раймонда. – Освобожденные, они сами обратятся в демонов.
- Едва минует тысячелетие от ночи их смерти, как они в любом случае ими станут и пополнят мои ряды, - донесся шипящий голос из противоположного конца залы.
Клемент сжал меч. Голос будто его звал и притягивал к себе. Говорившего было не видно. Тронная зала вытянулась в длину настолько, что напоминала лабиринт. Когда Клемент жил здесь, она такой огромной не была. В ней появились новые ниши и двери, которых тоже тут раньше не было. Вряд ли дворец успели перестроить, скорее всего, все эти новшества привнесла магия.
Черные великаны, выстроившиеся шеренгами по обе стороны залы, двигали глазами, но поднять ногу и раздавить гостя не могли. Они силились. Повелитель на троне отдавал команды. Каменные тела великанов шли трещинами от натуги, но больше чем двинуть мизинцем не у них не получалось.
- И впрямь избранный! – угрюмо процедил правитель Шаи и захватчик Алуара.
- Я знала, кого выбрать! – гордо задрала подбородок Раймонда. Ее шлейф, подвижный как драконий хвост, зацепился за стопу великана, но магия Раймонды позволила ткани выскользнуть, не порвавшись.
- Красавица пришла! – коронованная тень на троне хлопнула в когтистые ладоши. – Тут обычного приема не хватит. Подать угощения и вино.
Накрытый стол возник в воздухе и завис над залой. Он ломился от яств и фруктов, но Раймонда дала понять, что не прикоснется к угощениям. Тут же опрокинулся на скатерть графин с вином. Вино обернулось черной жижей и воспламеняющим все ядом. Над блюдами собрались стайкой черные ядовитые пикси. Сами фрукты и десерты рассыпались черными насекомыми. Как хорошо, что Раймонда к ним не прикоснулась. Видимо, она отлично знала повадки правителя Шаи.
- Он уже пытался и раньше тебя отравить? – Клемент с отвращением смотрел на тень, подобную джинну, на месте короля Алуара.
- Опоить приворотными зельями, - Раймонда гордо расправила живой подвижный шлейф.
Правителю Шаи было, что на это ответить. Как оказалось он способен выдвинуть встречное обвинение красавице. Когтистые лапы вцепились в подлокотники трона с такой силой, что те треснули.
- Это наглость – явиться с новым женихом в драгоценностях, которые тебе подарил бывший жених.
- Отшитый жених! - деловито поправила Раймонда и ойкнула от боли, потому что когтистая корона впилась ей в лоб, внезапно ожившими когтями.
Клемент схватился за меч, но что можно сделать мечом против колдовства? Пусть меч и эльфийский, а магию им не разрубить. Из нежной кожи на висках Раймонды заструилась кровь.
- Лоб словно горит! – пожаловалась она. До сих пор Клемент верил в то, что дракона обжечь нельзя. Им ведь жар нравится! Но Раймонде стало дурно. Корона будто обратилась в живого золотого монстра, сдавившего ей голову. И это были еще не все испытания для непокорной невесты. Стоило Раймонде наугад дохнуть огнем, чтобы задеть тенеобразного нападавшего, как ее же собственное пламя обратилось в лед, образовавший вокруг нее нечто вроде зависшего над полом куба. Раймонда стукнула кулачками по его стенкам и поняла, что оказалась в непробиваемой клетке.
- Клемент! – вскрикнула она. Ее голос тонул за ледяной перегородкой. Это был первый раз, когда она попросила помощи жениха. Значит, они оба и впрямь в беде.
Правитель Шаи на троне торжествовал.
- Иди, ко мне малыш! – поманил он. – Я покажу тебе головы всех твоих братьев и отца. Они мертвые, но все еще говорят и думают. Я даже пообщался с головами твоих предков, которых ты не знал, когда вскрыл королевскую усыпальницу и достал из саркофагов мощи тех, кто еще не совсем сгнили.
Он указал когтем на почти истлевшие головы на копьях, позади трона. Они скоро станут черепами. Серая кожа на них висит клочьями, глаза сгнили, но на их головах старые алуарские короны, а полусгнившие губы шепчут.
- Беги, потомок! Иначе присоединишься к нам!
Их шепот эхом отдался в ушах, а по тронной зале прокатился серый смерч. Но Клемент устоял на ногах и не выронил меч, который смерч пытался отнять, будто большая черная рука, состоящая сплошь из ураганного ветра.
Никуда он не уйдет! Как можно бросить возлюбленную в беде, а государство во власти захватчиков. Впервые в жизни он ощутил себя героем, каким прежде бывал лишь на соколиной охоте. До этого Раймонда его опекала, теперь роль защитника наконец-то легла на его плечи. Нужно не подвести свою избранницу.
Ледяную клетку не могло растопить даже дыхание дракона. А головы коронованных предков все шептали:
- Уходи!
С каждым мигом их шепот становился все более зловещим.
- Никуда я не уйду! – решил Клемент. – А к вам я все равно так или иначе присоединюсь! После смерти все короли Алуара переезжают в королевскую усыпальницу. Раньше или позже, но мое тело все равно окажется в одном из саркофагов рядом с вами.
Правитель Шаи заметно разочаровался. Его фокус с говорящими головами не прошел.
- Если ты уже стал мужем Раймонды, то не окажешься, - снизошел до пояснений он. – Ведь сама она бессмертна. Любимый супруг разделит ее бессмертие, если он искренне любим.
- Потому что она дракон? – Клемент что-то засомневался. Ведь драконье проклятие с нее можно снять.
- Потому что она эльфийка.
Ах вот оно что! Дядя Абрахам знал, кого посватать за племенника. Бессмертие это подарок для мага. Но вот в отличие от дяди Клемент магом не был. Ему хватило бы и одной человеческой жизни с любимой.
- Представь, каково будет гнить в плену у меня, будучи бессмертным? – подстегивал к ошибкам искушающий голос тени. - От страданий ты не избавишься во веки веков. А если откажешься от Раймонды, то я тебя отпущу. Даже верну тебе часть Алуара.
- Ты такой благодетель? – недоверчиво хмыкнул Клемент.
- Раймонда того стоит. Это сделка, а не благотворительность.
- Ты готов купить невесту, зная, что она тебя не любит?
- Не все же получают невесту забесплатно, как ты! Другим приходится потратиться на подарки и приворотные зелья.
- Твои зелья уже не сработали, если она тебя отшила, как жениха. И на подарки ты ее купить уже пытался, - Клемент медленно продвигался к трону, минуя различные ловушки.
- У меня появился второй повод тебе завидовать. Кроме избранности и наследия, у тебя хорошенькое лицо. Стоит его изуродовать, и посмотрим, как ты приглянешься девушкам, - тень на троне продемонстрировала острые когти. Каждый из них размером со стилет.
- Вставай! И сразимся за Раймонду! – как истинный рыцарь предложил Клемент. Кодекс чести не велит нападать на сидящего или лежачего. Но тень вдруг раскрыла черную пасть и выпустила в него новый ураган. Смерч закрутился воронкой, из которой вопили голоса его погибшей родни. Все потомки из его династии велели ему прекратить сопротивляться.
- Призракам я не верю! – Клемент полоснул по урагану мечом раз десять, хоть это было и бессмысленно, но очевидно сработала эльфийская магия. Смерч развеялся.
- Ну, ладно! – голос тени стал медоточивым. Он проникал в самую душу, обволакивая разум тьмой. - Раз мои великаны скованны в присутствии избранного, а ловушки не работают, то мне стоит принять тебя, как друга, а не как конкурента. Иди ко мне! Подружимся! Поболтаем, как приятели. Ты дашь советы в магии мне, а я тебе. И кто окажется мудрее, тот и получит приз: невесту с драконом внутри и приданое в виде двух королевств.
Клемент дошел до трона и замахнулся мечом. Хоть враг и не вооружен, но его когти стали длиннее мечей. Против них одного меча теперь и не хватит. Однако правитель Шаи с трона вдруг исчез. Вместо него на троне сидела красавица со зловещими глазами, встреченная у сожженной деревни. Под ее веками шли сеткой царапинки от драконьих когтей, будто дракон вырвал ей глаза, а в глазницах теперь вместо зрачков сияет черное пламя.
- Я Авеллина – майская королева из сожженной деревни, - представилась она. – Меня выбрали самой красивой на весеннем празднике. А твоя драконица меня сожгла, но я восстала из пепла. Мне тоже давно пришла пора выйти замуж. Хочешь меня в невесты вместо злобной огнедышащей Раймонды?
- Раймонда не злобная! – возразил Клемент, но Авеллина уже потянула его за воротник рубахи пальцами, оставлявшими следы пепла. Ногтей у нее не осталось. Вместо них была зола. Но лицом Авеллина была прекрасна, как ясный весенний денек. Лишь волосы цвета воронова крыла чем-то напоминали шлейф тьмы. Если б не пышный венок из полевых цветов, Клемент принял бы ее за привидение.
- Выбери меня! – попросила она. – Я невинная жертва дракона. Я имею право на воздаяние в виде принца-жениха. Раймонде ты не нужен, а для меня ты награда. Поцелуй меня!
Ее губы алели рядом, как лепестки красных роз. Клемент позволил бы ей себя поцеловать, если б не считал поцелуй с другой девушкой изменой Раймонде. Он отстранился раньше, чем заметил черный раздвоенный язык под нежными губами.
Авеллина грязно выругалась, цедя такие проклятия, которые и злой колдун бы не произнес. И вдруг она исчезла, развеялась пеплом, как злобный призрак. Вместо нее на спинке трона небрежно расселся бард из леса. Тот самый, который распевал фривольные песенки о драконах.
- Хочешь новый совет? – спросил он, сверкнув черными глазами. – Беги отсюда! Тут все проклято!
Эти глаза! Клемент их узнал. Они на чужом лице, но они состоят из сгустков тьмы.
- Ты не бард! – Клемент сделал выпад мечом и наткнулся на черную пустоту. Пестрая фигура барда развеялась пеплом, на троне вновь восседала тень правящего исполина.
- Не спеши с выводами! – пророкотала она и вдруг приняла вид каменной лунной феи с живым лицом. В другой раз Клемент потянулся бы за арбалетом, но не сейчас. Лунная фея на самом деле не была одной из тех, с кем он познакомился в лесных руинах. Ее глаза не были каменными. Они были полны тьмой.
Значит, лунная фея это тот же самый захватчик! Кончик меча вошел в каменное тело, как в эфирное облако. Оно точно не было каменным. Маска феи мгновенно спала.
- Ты в магии ловчее моего дядя! – с сарказмом похвалил Клемент. Его меч оказался бессилен поранить сгусток тьмы, который хохотал и менял облики. Он напоминал бесформенную массу, подобную воде, в какой сосуд ее нальешь, ту форму она и примет. А бороться с такой субстанцией мечом так же тщетно, как наливать воду в решето. Клемент все же сжимал бесполезный меч.
Правитель на троне менял лица, стряхивая их одно за другим, как маски.
- Я бард с дороги, я гуль с площади, я обожженный гость под золотой маской, я красавица из сожженной деревни, я прорицатель с кладбища, я – твой самый страшный страх.
С его головы сыпался пепел, будто Раймонда сожгла и его, а он все равно жив. Клемент смотрел и узнавал в нем и черного шута из королевства шутников, и каменную фею, вцепившуюся ему в глотку, и нападающих черных рыцарей, и тень шута-короля на пепелищах. Все это он! Многоликий и непобедимый! У него черное тело и красное сердце, опаленное любовью к дракону. Нужно пронзить мечом это сердце. Но на мечах он драться не умеет.
Раймонда попалась в волшебный блок, как в клетку. Пожиратель золота, каким-то образом пробравшийся в замок, обчищал ларцы и сундуки золота из казны Алуара. А его собственная рука неожиданно дрогнула, потому что коронованная тень с трона исчезла. Вместо нее на троне боязливо жалость существо из осиновых листов и эльфисйкой маски.
- Пощади меня! Я и так обожжено Раймондой, - жалобно попросила осиновое существо, но Клемента уже было не обвести.
Он отбросил жалость и рубанул по существу мечом. Оно завопило, как ошпаренное, и мигом приняло вид черной тени. Вот по ней можно было ударять лезвием сколько угодно. Меч не резал мрачное теневое тело, а проходил сквозь него. Правитель Шаи хохотал. Он оказался неуязвим.
- И какой же ты теперь избранный? – насмехался он, когда в очередной раз эльфийский меч его не поранил.
Черная клешня изловчилась и отбросила Клемента. Похоже, пора использовать умение стрелка. Клемент потянулся за арбалетом, но и тут проиграл. Стрелы проходили сквозь тень на троне. А красные глаза тени искрились злорадством.
- Внизу драка? – Клемент спросил первое, что пришло на ум, когда Раймонда одним вздохом сожгла двух прибежавших на шум охранников.
- Революция! – деловито поправила она, когда пепел от лат и тел осел к ее ногам. – Ну, так пошли свергать иго демонов! От нас все этого ждут.
- Кроме самих демонов, - Клемент взял с собой и арбалет, и стрелы, и меч, но почему-то засомневался. – Кстати, чем революция отличается от обычного дворцового переворота?
- Сменой строя власти в целом, - пояснила ученая Раймонда. – Сейчас тут правят темные силы, а мы хотим их свергнуть и восстановить человеческую систему правления.
Один из исполинов шевельнул ступней.
- Они живые! – Клемент попятился, но занесенная уже над ним ступня почему-то бессильно зависла в метре над его головой и больше не двинулась.
- Избранного тронуть не в их власти, но от правителя Шаи поблажек не жди, - Раймонда принюхалась. - Он в тронном зале, и он тебя ждет! Я чую.
- А что если это ловушка? Мне кажется, он давно уже пытается заманить меня поближе к себе? – едва оказавшись рядом с целью, Клемент засомневался.
- Если ты струсишь, то я сама его сожгу, - расхрабрилась Раймонда, только что испепелившая большую часть вражеской армии. На площади все еще полыхали костры. Черные рыцари в них сгорели, а вот шуты и феи успели улизнуть и теперь дрались с теми, кто выжил.
Клемент ощутил себя так, будто она дала ему пощечину. «Если героиня я, а не ты, то и женой твоей я уже не стану», буквально сообщал ее дразнящий драконий взгляд. Из азарта сжигать она забыла, что правитель Шаи не горит в ее огне.
Клемет поспешил за ней к распахнутым настежь дверям тронного зала. Здесь не было рыцарей-охранников, одни мрачные исполины, подобные темным скалам. Их головы упирались в высокий потолок так, что он шел трещинками.
Призвав всю свою отвагу, Клемент ступил в тронный зал вслед за Раймондой, и двери за ними вдруг захлопнулись сами. Почему звук был таким же зловещим, как когда запирают врата гробницы? Атмосфера в зале тоже была траурной, будто тут готовится пир вампиров, на который ты пришел добровольной жертвой. Даже позолота настенных зеркал и колонн не смягчала общий угрюмый вид. Тени в зеркалах и правда вальсировали и кривили рожи вошедшим.
- Призраки жертв демонов, - шепотом пояснила Раймонда. – Столетиями их души живут в зеркалах и все больше чернеют, но увидеть их можно лишь в тех домах, где обитают их палачи-демоны. И нигде больше. Так, что по отражениям я всегда легко догадываюсь, где они собрались стаей.
В зеркалах шел мрачный бал, больше похожий на изысканный шабаш с вальсами и танцевальными ритуалами. Все жертвы демонов носили причудливые темные маски или вуали.
- А выпустить их можно? – Клемент приготовился разбить зеркала.
- Ни в коем случае! – удержала его Раймонда. – Освобожденные, они сами обратятся в демонов.
- Едва минует тысячелетие от ночи их смерти, как они в любом случае ими станут и пополнят мои ряды, - донесся шипящий голос из противоположного конца залы.
Клемент сжал меч. Голос будто его звал и притягивал к себе. Говорившего было не видно. Тронная зала вытянулась в длину настолько, что напоминала лабиринт. Когда Клемент жил здесь, она такой огромной не была. В ней появились новые ниши и двери, которых тоже тут раньше не было. Вряд ли дворец успели перестроить, скорее всего, все эти новшества привнесла магия.
Черные великаны, выстроившиеся шеренгами по обе стороны залы, двигали глазами, но поднять ногу и раздавить гостя не могли. Они силились. Повелитель на троне отдавал команды. Каменные тела великанов шли трещинами от натуги, но больше чем двинуть мизинцем не у них не получалось.
- И впрямь избранный! – угрюмо процедил правитель Шаи и захватчик Алуара.
- Я знала, кого выбрать! – гордо задрала подбородок Раймонда. Ее шлейф, подвижный как драконий хвост, зацепился за стопу великана, но магия Раймонды позволила ткани выскользнуть, не порвавшись.
- Красавица пришла! – коронованная тень на троне хлопнула в когтистые ладоши. – Тут обычного приема не хватит. Подать угощения и вино.
Накрытый стол возник в воздухе и завис над залой. Он ломился от яств и фруктов, но Раймонда дала понять, что не прикоснется к угощениям. Тут же опрокинулся на скатерть графин с вином. Вино обернулось черной жижей и воспламеняющим все ядом. Над блюдами собрались стайкой черные ядовитые пикси. Сами фрукты и десерты рассыпались черными насекомыми. Как хорошо, что Раймонда к ним не прикоснулась. Видимо, она отлично знала повадки правителя Шаи.
- Он уже пытался и раньше тебя отравить? – Клемент с отвращением смотрел на тень, подобную джинну, на месте короля Алуара.
- Опоить приворотными зельями, - Раймонда гордо расправила живой подвижный шлейф.
Правителю Шаи было, что на это ответить. Как оказалось он способен выдвинуть встречное обвинение красавице. Когтистые лапы вцепились в подлокотники трона с такой силой, что те треснули.
- Это наглость – явиться с новым женихом в драгоценностях, которые тебе подарил бывший жених.
- Отшитый жених! - деловито поправила Раймонда и ойкнула от боли, потому что когтистая корона впилась ей в лоб, внезапно ожившими когтями.
Клемент схватился за меч, но что можно сделать мечом против колдовства? Пусть меч и эльфийский, а магию им не разрубить. Из нежной кожи на висках Раймонды заструилась кровь.
- Лоб словно горит! – пожаловалась она. До сих пор Клемент верил в то, что дракона обжечь нельзя. Им ведь жар нравится! Но Раймонде стало дурно. Корона будто обратилась в живого золотого монстра, сдавившего ей голову. И это были еще не все испытания для непокорной невесты. Стоило Раймонде наугад дохнуть огнем, чтобы задеть тенеобразного нападавшего, как ее же собственное пламя обратилось в лед, образовавший вокруг нее нечто вроде зависшего над полом куба. Раймонда стукнула кулачками по его стенкам и поняла, что оказалась в непробиваемой клетке.
- Клемент! – вскрикнула она. Ее голос тонул за ледяной перегородкой. Это был первый раз, когда она попросила помощи жениха. Значит, они оба и впрямь в беде.
Правитель Шаи на троне торжествовал.
- Иди, ко мне малыш! – поманил он. – Я покажу тебе головы всех твоих братьев и отца. Они мертвые, но все еще говорят и думают. Я даже пообщался с головами твоих предков, которых ты не знал, когда вскрыл королевскую усыпальницу и достал из саркофагов мощи тех, кто еще не совсем сгнили.
Он указал когтем на почти истлевшие головы на копьях, позади трона. Они скоро станут черепами. Серая кожа на них висит клочьями, глаза сгнили, но на их головах старые алуарские короны, а полусгнившие губы шепчут.
- Беги, потомок! Иначе присоединишься к нам!
Их шепот эхом отдался в ушах, а по тронной зале прокатился серый смерч. Но Клемент устоял на ногах и не выронил меч, который смерч пытался отнять, будто большая черная рука, состоящая сплошь из ураганного ветра.
Никуда он не уйдет! Как можно бросить возлюбленную в беде, а государство во власти захватчиков. Впервые в жизни он ощутил себя героем, каким прежде бывал лишь на соколиной охоте. До этого Раймонда его опекала, теперь роль защитника наконец-то легла на его плечи. Нужно не подвести свою избранницу.
Ледяную клетку не могло растопить даже дыхание дракона. А головы коронованных предков все шептали:
- Уходи!
С каждым мигом их шепот становился все более зловещим.
- Никуда я не уйду! – решил Клемент. – А к вам я все равно так или иначе присоединюсь! После смерти все короли Алуара переезжают в королевскую усыпальницу. Раньше или позже, но мое тело все равно окажется в одном из саркофагов рядом с вами.
Правитель Шаи заметно разочаровался. Его фокус с говорящими головами не прошел.
- Если ты уже стал мужем Раймонды, то не окажешься, - снизошел до пояснений он. – Ведь сама она бессмертна. Любимый супруг разделит ее бессмертие, если он искренне любим.
- Потому что она дракон? – Клемент что-то засомневался. Ведь драконье проклятие с нее можно снять.
- Потому что она эльфийка.
Ах вот оно что! Дядя Абрахам знал, кого посватать за племенника. Бессмертие это подарок для мага. Но вот в отличие от дяди Клемент магом не был. Ему хватило бы и одной человеческой жизни с любимой.
- Представь, каково будет гнить в плену у меня, будучи бессмертным? – подстегивал к ошибкам искушающий голос тени. - От страданий ты не избавишься во веки веков. А если откажешься от Раймонды, то я тебя отпущу. Даже верну тебе часть Алуара.
- Ты такой благодетель? – недоверчиво хмыкнул Клемент.
- Раймонда того стоит. Это сделка, а не благотворительность.
- Ты готов купить невесту, зная, что она тебя не любит?
- Не все же получают невесту забесплатно, как ты! Другим приходится потратиться на подарки и приворотные зелья.
- Твои зелья уже не сработали, если она тебя отшила, как жениха. И на подарки ты ее купить уже пытался, - Клемент медленно продвигался к трону, минуя различные ловушки.
- У меня появился второй повод тебе завидовать. Кроме избранности и наследия, у тебя хорошенькое лицо. Стоит его изуродовать, и посмотрим, как ты приглянешься девушкам, - тень на троне продемонстрировала острые когти. Каждый из них размером со стилет.
- Вставай! И сразимся за Раймонду! – как истинный рыцарь предложил Клемент. Кодекс чести не велит нападать на сидящего или лежачего. Но тень вдруг раскрыла черную пасть и выпустила в него новый ураган. Смерч закрутился воронкой, из которой вопили голоса его погибшей родни. Все потомки из его династии велели ему прекратить сопротивляться.
- Призракам я не верю! – Клемент полоснул по урагану мечом раз десять, хоть это было и бессмысленно, но очевидно сработала эльфийская магия. Смерч развеялся.
- Ну, ладно! – голос тени стал медоточивым. Он проникал в самую душу, обволакивая разум тьмой. - Раз мои великаны скованны в присутствии избранного, а ловушки не работают, то мне стоит принять тебя, как друга, а не как конкурента. Иди ко мне! Подружимся! Поболтаем, как приятели. Ты дашь советы в магии мне, а я тебе. И кто окажется мудрее, тот и получит приз: невесту с драконом внутри и приданое в виде двух королевств.
Клемент дошел до трона и замахнулся мечом. Хоть враг и не вооружен, но его когти стали длиннее мечей. Против них одного меча теперь и не хватит. Однако правитель Шаи с трона вдруг исчез. Вместо него на троне сидела красавица со зловещими глазами, встреченная у сожженной деревни. Под ее веками шли сеткой царапинки от драконьих когтей, будто дракон вырвал ей глаза, а в глазницах теперь вместо зрачков сияет черное пламя.
- Я Авеллина – майская королева из сожженной деревни, - представилась она. – Меня выбрали самой красивой на весеннем празднике. А твоя драконица меня сожгла, но я восстала из пепла. Мне тоже давно пришла пора выйти замуж. Хочешь меня в невесты вместо злобной огнедышащей Раймонды?
- Раймонда не злобная! – возразил Клемент, но Авеллина уже потянула его за воротник рубахи пальцами, оставлявшими следы пепла. Ногтей у нее не осталось. Вместо них была зола. Но лицом Авеллина была прекрасна, как ясный весенний денек. Лишь волосы цвета воронова крыла чем-то напоминали шлейф тьмы. Если б не пышный венок из полевых цветов, Клемент принял бы ее за привидение.
- Выбери меня! – попросила она. – Я невинная жертва дракона. Я имею право на воздаяние в виде принца-жениха. Раймонде ты не нужен, а для меня ты награда. Поцелуй меня!
Ее губы алели рядом, как лепестки красных роз. Клемент позволил бы ей себя поцеловать, если б не считал поцелуй с другой девушкой изменой Раймонде. Он отстранился раньше, чем заметил черный раздвоенный язык под нежными губами.
Авеллина грязно выругалась, цедя такие проклятия, которые и злой колдун бы не произнес. И вдруг она исчезла, развеялась пеплом, как злобный призрак. Вместо нее на спинке трона небрежно расселся бард из леса. Тот самый, который распевал фривольные песенки о драконах.
- Хочешь новый совет? – спросил он, сверкнув черными глазами. – Беги отсюда! Тут все проклято!
Эти глаза! Клемент их узнал. Они на чужом лице, но они состоят из сгустков тьмы.
- Ты не бард! – Клемент сделал выпад мечом и наткнулся на черную пустоту. Пестрая фигура барда развеялась пеплом, на троне вновь восседала тень правящего исполина.
- Не спеши с выводами! – пророкотала она и вдруг приняла вид каменной лунной феи с живым лицом. В другой раз Клемент потянулся бы за арбалетом, но не сейчас. Лунная фея на самом деле не была одной из тех, с кем он познакомился в лесных руинах. Ее глаза не были каменными. Они были полны тьмой.
Значит, лунная фея это тот же самый захватчик! Кончик меча вошел в каменное тело, как в эфирное облако. Оно точно не было каменным. Маска феи мгновенно спала.
- Ты в магии ловчее моего дядя! – с сарказмом похвалил Клемент. Его меч оказался бессилен поранить сгусток тьмы, который хохотал и менял облики. Он напоминал бесформенную массу, подобную воде, в какой сосуд ее нальешь, ту форму она и примет. А бороться с такой субстанцией мечом так же тщетно, как наливать воду в решето. Клемент все же сжимал бесполезный меч.
Правитель на троне менял лица, стряхивая их одно за другим, как маски.
- Я бард с дороги, я гуль с площади, я обожженный гость под золотой маской, я красавица из сожженной деревни, я прорицатель с кладбища, я – твой самый страшный страх.
С его головы сыпался пепел, будто Раймонда сожгла и его, а он все равно жив. Клемент смотрел и узнавал в нем и черного шута из королевства шутников, и каменную фею, вцепившуюся ему в глотку, и нападающих черных рыцарей, и тень шута-короля на пепелищах. Все это он! Многоликий и непобедимый! У него черное тело и красное сердце, опаленное любовью к дракону. Нужно пронзить мечом это сердце. Но на мечах он драться не умеет.
Раймонда попалась в волшебный блок, как в клетку. Пожиратель золота, каким-то образом пробравшийся в замок, обчищал ларцы и сундуки золота из казны Алуара. А его собственная рука неожиданно дрогнула, потому что коронованная тень с трона исчезла. Вместо нее на троне боязливо жалость существо из осиновых листов и эльфисйкой маски.
- Пощади меня! Я и так обожжено Раймондой, - жалобно попросила осиновое существо, но Клемента уже было не обвести.
Он отбросил жалость и рубанул по существу мечом. Оно завопило, как ошпаренное, и мигом приняло вид черной тени. Вот по ней можно было ударять лезвием сколько угодно. Меч не резал мрачное теневое тело, а проходил сквозь него. Правитель Шаи хохотал. Он оказался неуязвим.
- И какой же ты теперь избранный? – насмехался он, когда в очередной раз эльфийский меч его не поранил.
Черная клешня изловчилась и отбросила Клемента. Похоже, пора использовать умение стрелка. Клемент потянулся за арбалетом, но и тут проиграл. Стрелы проходили сквозь тень на троне. А красные глаза тени искрились злорадством.
