- Ты по-русски говоришь с ними? - спросил Мунави, - ты знаешь русов?
- Знаю, - ответил Тимур, - у меня жена русская.
- Будешь переводить. Этот Михаил не знает монгольского наречия. Он толмач. Ученый человек, сразу видно.
Тимур и старец медленно зашли в тронный зал вслед за чужеземцами, где на шелковых подушках сидел Темучин, подогнув под себя левую ногу.
------------------------------------------------------------------------------------
В то же самое время. Белое море. Остров буян.
Томас издалека увидел чернеющий скелет дуба. Дуб, да и любое дерево становится черным и таким твердым, похожим на камень,когда его вымачивают в болоте не менее трехсот лет. Чем больше дуб находится на дне реки в иле, тем добротнее становится его древесина. Такая древесина ценится на вес золота. Поколение за поколением, от отца к сыну передается секрет схрона, где вымачивается древесина в болоте или в реке. Он слышал о таком, но не видел никогда. Подойдя поближе, он изумился. Мертвое огромное черное блестящее дерево торчало из под снега, словно все еще росло. Словно вмерзлось в кору земли. Или он вырос таким черным? Или какая -то магия сделала его мореным дубом? Томас залюбовался этой картиной. Серые камни, снег и черный исполин, словно сатана, пришедший с того света. А может так и есть? Может это дерево не с нашего света, а пришло прямо из ада? У Томаса дыхание немного остановилось. Краснокожий смотрел неотступно на дуб и стучал зубами.
Под дубом был пригорок снега.
Томас прямо голыми руками расчистил снег и увидел небольшой холмик из черной обледенелой земли. Свежий глаз благоговейно молчал. Он был весь синий от мороза. Сегодня на редкость морозный день выдался на Белом море. Но ничего, завтра они придут со снаряжением и дровами, и смогут откопать этот чертов сундук.
- Докладывай своему королю, что я выполнил его просьбу. Пусть отправляет ко мне сына как и обещал. И скажи ему, что на этом все. Я больше не буду доносить и служить ему. Пусть обходится без меня. Не нужно больше мне его золото. И дружба не нужна.
- Да, да, ярл Томас. Ты действительно совершил невозможное. Скоро твой сын воссоединится с тобой. Не переживай, Великий Инка всегда держит свое слово. Когда вернемся на корабль, я свяжусь с ним. Ты будь рядом со мной, - стуча зубами пробормотал краснокожий.
Все четверо предстали перед Темучиным. Он долго смотрел на них, почти не мигая. Тимур и Мунави сели около хана напротив чужаков. Все были без обуви. С непокрытой головой, как полагается и без оружия. Оружие у всех забрал нукер Хашибол. Он тоже стоял около трона Темучина и ухмылялся, словно видит клоунов.
Буддийский монах стоял, немного отстранившись от своих спутников, и часто смотрел не на хана, а на Тимура почти не отрываясь. Тимуру становилось не по себе каждый раз от его взгляда. Спустя минут десять общего молчания, хан что-то коротко буркнул. Мунави перевел:
- Говори, монах.
Стало ясно, что буддисту дают первому слово. Оно и понятно. Видимо, хан не в первый раз видит буддийского монаха и более менее доверяет ему.
Монах говорил. Говорил и говорил. Перевода не требовалось. Мунави не переводил. Видимо, монах свободно говорил на монгольском. Во время его тирады Темучин иногда смеялся. В конце монолога буддист подошел к Темучину и протянул ему что-то. Предмет был небольшой, умещался на ладони. Тимур не увидел, что это. Хан взял это что-то прямо с руки монаха и поднял над головой. Потом оглянулся на Тимура и сказал по-татарски:
- Посмотри, сколько ты стоишь. Это первый. Он хочет забрать тебя.
После этих слов, Мунави и Тимур переглянулись.
- В смысле забрать? Хан? Куда и зачем забрать. Это кто? Это что? - Тимур вскочил на ноги и подошел к хану.
- Норбу говорит, что это выкуп за тебя. Сердце Гайи. Он хочет увести тебя с собой. Ну что, пойдешь с ним, Хар Татар?
Хан протянул предмет Тимуру в руки.
"Мама родная! Да это же алмаз! Или бриллиант? Как правильно то? Это что за хрусталик такой? " - Тимур держал в руках камень размером чуть больше перепелиного яйца. Камень был не камнем, а прозрачной каплей, словно исполинская тяжелая мутная слеза желтоватого цвета, ограненная мелкими шестигранниками. Хан явно ждал ответа от Тимура.
- Чингизхан, что значит выкуп? Разве я раб? Или пленный? Меня нельзя выкупать. Ты хочешь меня продать как раба? Но я не раб тебе!
В ответ хан только ухмыльнулся. И протянул руку, в которую Тимур вернул камень. Хан что-то произнес, а старец Мунави громно сказал:
- Хар Татар, переведи то, что скажут сейчас эти трое чужеземцев. Пусть говорят.
Тимур понял, что аудиенция продолжается, и что это вторая группа... Что?! Это вторая группа?! "За тобой посланы две группы..."
- Михаил, начинай говорить. По-русски. Я переведу на татарский, - сказал Тимур в полном осознании того, что все, что тут происходит, касается его лично. Словно судьба его решается и жизнь.
Монах Михаил начал говорить:
- О. Валикий хан. Мы прышлйи из далеких земляу, каб атдать данну табе и тваему величи. Учера мы ваачию видзели, як тваи храбрыя воины билися с тваими ворагами и перемогли. Воистину, ето бий великий бой.
Тимур почти сразу понял о чем речь и переводил. Темучин качал головой. Глаза его были закрыты. Михаил продолжил:
- Мы узнали, што у твоем воинстве живе черный ведьмаг. Ен хоча парашкодить табе у делах твоих, а послед у делах наших. Просим табе, отдай нам ведьмака. Мы заберем яго са сабой и дадим табе замного золота замен.
Тимур переводил. Причем, он не только понимал о чем идет речь, но и понимал саму суть. Это он - ведьмак. Это его хотят забрать. После перевода Тимур сказал:
- Великий Чингизхан! Эти люди пришли за мной? Тут рыцарь, негр и православный монах. Они меня называют колдуном что-ли? Разве я колдун?
Тимур понимал, что это именно его принимают за колдуна. А что делали с колдунами в древней Европе? Правильно! Сжигали на кострах. На тех самых, которые сейчас догорали перед входом в золотую юрту. А он, дурак, решил в Византию в баню на море уехать. Какой тут! Точно Кош сказал - оставайся с монголом.
"Останусь с монголом."
В ответ на его вопрос Темучин еще раз ухмыльнулся и сказал:
- Вахит Тимур! Ты приносишь мне богатство! Я тебя никуда не отпущу. Не переживай. Останешься со мной, - сказал хан, словно читая мысли Тимура
После этого Темучин начал говорить на монгольском. Мунави перевел:
- Хан спрашивает: где выкуп за колдуна? Кто этот человек в белом плаще и почему этот толстый такой черный.
Темучин говорил это, указывая пальцем на Марио, который стоял за спиной рыцаря и не поднимал глаза. Тимур перевел все слово в слово. И тут в первый раз заговорил рыцарь. Его голос был низкий и твердый. Тимуру показалось, что он говорит на немецком языке. В школе он немецкий изучал. Какие-то слова уж очень походили на немецкий. Михаил перевел на русский. Скорее, на старорусский или славянский, который Тимур кое-как, но понимал. Выслушав тираду Михаила, Тимур сказал:
- Марио имеет черную кожу, потому что он - мавр. Его мать - негритянка, женщина с черной кожей из Африки, а отец - священник из Рима, проповедник в Африке.
- Понятно. Где выкуп за колдуна? - резко сказал хан. - Или ты пришел ко мне с пустыми руками?
Рыцарь выслушал перевод и ответил, что золото за колдуна он доставит через три дня с условием того, что хан покажет ему колдуна и отдаст его вместе с его лошадью.
После всех переводов Темучин молчал минуты три. И все молчали. Тимур понял, что происходит что-то нехорошее. Так и есть. Неожиданно вскочив на ноги и спустившись со своего трона на подушках, хан стремительно подошел к рыцарю и сказал:
- Да как ты, собака плешивая, смеешь мне ставить условия?
После этого он также резко подбежал к одному из своих нойонов, вынул у него меч из ножен и стремительно вернулся к рыцарю. Все молчали, никто не смел и слова произнести. Хан и рыцарь стояли друг против друга. Они были одинакового роста. Рыцарь был в полном облачении, а на Темучине была только белая туника до пола и халат из желтого шелка. Рыцарь удивленно поднял брови и что-то сказал. Спустя секунду все услышали лязг металла. Такой неприятный резкий звук. А спустя еще секунду на пол рухнуло тело рыцаря. Голова его покатилась в сторону Тимура. От туники рыцаря, которую Тимур принял за вязаную, в разные стороны разлетелись металлические колечки.
Сразу после этого негр Марио и монах Михаил встали оба на колени и начали умолять о чем-то хана. Больше всего голосил Марио. Тимур был в шоке от увиденного. Он понял ошибку рыцаря. И еще почувствовал, что надо что-то делать. Не стоять же тут и не ждать развязки, словно на спектакле в театре.
- Хар Татар, переведи, - сказал хан, отвернувшись от них и садясь на свой трон из подушек.
- Да, Чингизхан. Я готов, - ответил Тимур, вздрогнув, когда услышал свое имя.
- Повелеваю черному монаху в течении трех дней доставить мне золото, припрятанное для выкупа колдуна, а этого жирного евнуха я оставляю себе на забаву. Будет служить у меня на пиру и собирать кости с моего стола, покуда монах мне выкуп не принесет. С монахом отправить двадцать человек. И если он на четвертый день вернется без золота, быть ему и этому черному барану рабами моими вечно.
Тимур перевел. Михаил спокойно и с достоинством выслушав приказ хана, сказал, что золото принесет и купит им обоим свободу. Еще Михаил просил простить их за неучтивость и глупость.
Хан после этих слов ухмыльнулся и сказал:
- Прощаю. Евнуха на цепь, все свободны. Хар Татар, останься со мной на пир сегодня.
Хан махнул рукой, но тут неожиданно буддийский монах поклонился хану и что-то начал говорить. Все застыли. После его слов Темучин кивнул и произнес:
- Норбу остается со мной и поступает ко мне на службу. Хашибол, выдай ему медальон разведчика.
После этого все засуетились. Марио что-то кричал Михаилу на прощанье, Михаил внимательно слушал его, что-то говоря в ответ. Несколько человек взяли тело рыцаря и его голову и вынесли из юрты. К Михаилу подошел нукер, толкая его к выходу, а Тимур решив с ним попрощаться, сказал хану:
-Темучин хан, прошу тебя, могу ли я до ветру сходить. Я быстро вернусь.
- Иди. Норбу с собой возьми. У него есть что сказать тебе, - ответил хан.
Выйдя из золотой юрты, он увидел, что Михаил уже верхом на лошади. А свита Тимура увеличилась. Сейчас его сопровождали два лучника и буддийский боевой монах.
- Ты словно стал вельможей. Почему хан вдруг полюбил тебя, а? Вахит Тимур? - спросил его Мунави проходя мимо.
-Да я и сам не знаю. Охраняет меня, видимо. Хотя я и сам никуда не денусь. Мунави, абзы, а ты случайно не знаешь, когда отряд багатуров вернется? Ну тех, которые Кучлука поехали брать?
- Так они уже вернулись. Кучлука не взяли, но голову его привезли. Нет больше пса - предателя. Поэтому хан на радостях оставил жизнь монаху и евнуху.
Услышав, что багатуры вернулись, Тимуру стало по-легче. Вдруг вспомнив картину, как отлетает голова рыцаря, а в разные стороны летят металлические колечки от его кольчуги, ему стало плохо. Его вырвало прямо на землю. Михаил внимательно сверху наблюдал за ним, сидя на лошади верхом.
-Почему ти переводил на татарский? Разве они татари? Они же монголы, - сказал монах.
- Нет. Они не монголы. Они татаро-монголы. Потому что у них есть я. Татарин. Тимур Вахитов.
- Табе плоха? Жалеешь храфа?
- Нормально мне, Михаил. Знай, это я. За мной вы пришли. Но я не колдун. Скажи мне, зачем я вам нужен. Откуда тамплиер узнал про меня? Откуда вы вообще? Ты сможешь меня домой вернуть? В будущее?
В ответ Михаил только открыл рот от удивления и хотел что-то сказать, но отряд из двадцати всадников стремительно поскакал вперед, увлекая за собой и православного монаха. Тот несколько раз оглянулся.
Тимур взглядом проводил их. Опять пошел противный холодный дождь. Он решил подождать Адгама возле золотой юрты. И тут вспомнил, что буддийский монах Норбу зачем-то приставлен к нему. Оглянувшись, Тимур увидел, как он разговаривает с его лучниками неподалеку. "Обо мне спрашивает" - мелькнула мысль у Тимура - "надо бы с ним подружиться. Боевой монах, который выкуп за меня принес Чингизхану. Откуда он вообще обо мне узнал? И рыцарь этот тоже. И зачем я им понадобился?"
Тимур вздохнул, вспоминая, как хан за секунду лишил человека жизни только за то, что он неверно повел разговор с ним. "Надо быть поаккуратнее и повежливее с ним, - грустно подумал Тимур нахмурившись. И на этой мысли его осенило. Да так, что он дышать перестал. "Как? Как зачем я им понадобился?! Да они точно знают, что я из будущего же! Они знают это откуда-то и хотят забрать меня к себе! Рыцарь просил не только меня, но и лошадь! Этот рыцарь - тамплиер. А тамплиеры были настоящими колдунами и учеными. Это все знают. Может он и пришел для того, чтобы вернуть меня назад! Но почему тогда Кош сказал сидеть около хана и не ходить никуда? Да когда ж эти ребусы закончатся то?! А Норбу? Норбу же буддийский монах. Настоящий древний боевой монах. Может он тоже сможет вернуть меня?
Тимура охватило волнение. Он взлянул на Норбу. А тот, словно прочитал его мысли, кивнул незаметно, смотря Тимуру прямо в глаза. От его пристального взгляда стало нехорошо. Под его взгладом Тимур чувствовал себя словно обезьяна перед питоном.
- Братан! Вахит Тимур! Ты живой? Ты видел как я храбро сражался? Я видел тебя возле хана.
Тимур услышал голос Адгама и неимоверно обрадовался ему. Товарищ смотрел на него и широко улыбался одним своим узким глазом. Второй был перевязан тряпкой.
- Братан! Адгам! Я живой. У меня охрана теперь есть. А ты? Что с твоим глазом?
- Глаз болит. А ты как думаешь? Темучин меня сотником сделает? Я привез ему голову Кучлука.
- Да ладно! Ты его убил? Тогда точно будешь сотником. Молодец, что живой. Ты куда?
- Хан ждет. Кучлука я нашел. Он, собака, прятался в озере, дышал через соломинку, но я нашел его и достал. Ты не уходи никуда. Послушаешь, как Темучин меня сотником сделает. Идем.
Счастливый товарищ подмигнул здоровым глазом и важно зашел в золотую юрту вместе с другими монголами, которые спешивались с лошадей и сразу заходили к хану. Багатуры.
Тимур счастлив был за товарища, счастлив за себя, что жив остался да еще и под охраной. Он сыт, одет и будет с Чингизханом пировать сегодня. Что еще для счастья нужно в монгольской орде то? Сиди себе на солнышке, грейся и дожидайся, когда сестра-шалава вернется в свое время. Тимур почти счастливо вздохнул и тоже пошел в ханскую юрту.
Норбу, наблюдая за Тимуром решил, что пора на связь с краснокожим императором выйти и посвятить его в суть проблемы. Норбу пришлось отдать бесценный древний брильянт "Сердце Гайи" хану просто так, когда понял, что хан все знает и не собирается отдавать человека из будущего его монастырю. Но в обмен Темучин обещал никогда не нападать на монастырь, даже не смотря на то, что в нем хранятся такие сокровища. Кроме того, Норбу даровали свободу в условие на то, что он будет доносить хану о том, что делается в его землях. Норбу выдали охранный медальон разведчика в виде золотого сокола, который даровал защиту от монгольских воинов в случае нападения или взятия в плен. И на том спасибо.
- Знаю, - ответил Тимур, - у меня жена русская.
- Будешь переводить. Этот Михаил не знает монгольского наречия. Он толмач. Ученый человек, сразу видно.
Тимур и старец медленно зашли в тронный зал вслед за чужеземцами, где на шелковых подушках сидел Темучин, подогнув под себя левую ногу.
------------------------------------------------------------------------------------
В то же самое время. Белое море. Остров буян.
Томас издалека увидел чернеющий скелет дуба. Дуб, да и любое дерево становится черным и таким твердым, похожим на камень,когда его вымачивают в болоте не менее трехсот лет. Чем больше дуб находится на дне реки в иле, тем добротнее становится его древесина. Такая древесина ценится на вес золота. Поколение за поколением, от отца к сыну передается секрет схрона, где вымачивается древесина в болоте или в реке. Он слышал о таком, но не видел никогда. Подойдя поближе, он изумился. Мертвое огромное черное блестящее дерево торчало из под снега, словно все еще росло. Словно вмерзлось в кору земли. Или он вырос таким черным? Или какая -то магия сделала его мореным дубом? Томас залюбовался этой картиной. Серые камни, снег и черный исполин, словно сатана, пришедший с того света. А может так и есть? Может это дерево не с нашего света, а пришло прямо из ада? У Томаса дыхание немного остановилось. Краснокожий смотрел неотступно на дуб и стучал зубами.
Под дубом был пригорок снега.
Томас прямо голыми руками расчистил снег и увидел небольшой холмик из черной обледенелой земли. Свежий глаз благоговейно молчал. Он был весь синий от мороза. Сегодня на редкость морозный день выдался на Белом море. Но ничего, завтра они придут со снаряжением и дровами, и смогут откопать этот чертов сундук.
- Докладывай своему королю, что я выполнил его просьбу. Пусть отправляет ко мне сына как и обещал. И скажи ему, что на этом все. Я больше не буду доносить и служить ему. Пусть обходится без меня. Не нужно больше мне его золото. И дружба не нужна.
- Да, да, ярл Томас. Ты действительно совершил невозможное. Скоро твой сын воссоединится с тобой. Не переживай, Великий Инка всегда держит свое слово. Когда вернемся на корабль, я свяжусь с ним. Ты будь рядом со мной, - стуча зубами пробормотал краснокожий.
Глава 19. Последняя аудиенция в жизни.
Все четверо предстали перед Темучиным. Он долго смотрел на них, почти не мигая. Тимур и Мунави сели около хана напротив чужаков. Все были без обуви. С непокрытой головой, как полагается и без оружия. Оружие у всех забрал нукер Хашибол. Он тоже стоял около трона Темучина и ухмылялся, словно видит клоунов.
Буддийский монах стоял, немного отстранившись от своих спутников, и часто смотрел не на хана, а на Тимура почти не отрываясь. Тимуру становилось не по себе каждый раз от его взгляда. Спустя минут десять общего молчания, хан что-то коротко буркнул. Мунави перевел:
- Говори, монах.
Стало ясно, что буддисту дают первому слово. Оно и понятно. Видимо, хан не в первый раз видит буддийского монаха и более менее доверяет ему.
Монах говорил. Говорил и говорил. Перевода не требовалось. Мунави не переводил. Видимо, монах свободно говорил на монгольском. Во время его тирады Темучин иногда смеялся. В конце монолога буддист подошел к Темучину и протянул ему что-то. Предмет был небольшой, умещался на ладони. Тимур не увидел, что это. Хан взял это что-то прямо с руки монаха и поднял над головой. Потом оглянулся на Тимура и сказал по-татарски:
- Посмотри, сколько ты стоишь. Это первый. Он хочет забрать тебя.
После этих слов, Мунави и Тимур переглянулись.
- В смысле забрать? Хан? Куда и зачем забрать. Это кто? Это что? - Тимур вскочил на ноги и подошел к хану.
- Норбу говорит, что это выкуп за тебя. Сердце Гайи. Он хочет увести тебя с собой. Ну что, пойдешь с ним, Хар Татар?
Хан протянул предмет Тимуру в руки.
"Мама родная! Да это же алмаз! Или бриллиант? Как правильно то? Это что за хрусталик такой? " - Тимур держал в руках камень размером чуть больше перепелиного яйца. Камень был не камнем, а прозрачной каплей, словно исполинская тяжелая мутная слеза желтоватого цвета, ограненная мелкими шестигранниками. Хан явно ждал ответа от Тимура.
- Чингизхан, что значит выкуп? Разве я раб? Или пленный? Меня нельзя выкупать. Ты хочешь меня продать как раба? Но я не раб тебе!
В ответ хан только ухмыльнулся. И протянул руку, в которую Тимур вернул камень. Хан что-то произнес, а старец Мунави громно сказал:
- Хар Татар, переведи то, что скажут сейчас эти трое чужеземцев. Пусть говорят.
Тимур понял, что аудиенция продолжается, и что это вторая группа... Что?! Это вторая группа?! "За тобой посланы две группы..."
- Михаил, начинай говорить. По-русски. Я переведу на татарский, - сказал Тимур в полном осознании того, что все, что тут происходит, касается его лично. Словно судьба его решается и жизнь.
Монах Михаил начал говорить:
- О. Валикий хан. Мы прышлйи из далеких земляу, каб атдать данну табе и тваему величи. Учера мы ваачию видзели, як тваи храбрыя воины билися с тваими ворагами и перемогли. Воистину, ето бий великий бой.
Тимур почти сразу понял о чем речь и переводил. Темучин качал головой. Глаза его были закрыты. Михаил продолжил:
- Мы узнали, што у твоем воинстве живе черный ведьмаг. Ен хоча парашкодить табе у делах твоих, а послед у делах наших. Просим табе, отдай нам ведьмака. Мы заберем яго са сабой и дадим табе замного золота замен.
Тимур переводил. Причем, он не только понимал о чем идет речь, но и понимал саму суть. Это он - ведьмак. Это его хотят забрать. После перевода Тимур сказал:
- Великий Чингизхан! Эти люди пришли за мной? Тут рыцарь, негр и православный монах. Они меня называют колдуном что-ли? Разве я колдун?
Тимур понимал, что это именно его принимают за колдуна. А что делали с колдунами в древней Европе? Правильно! Сжигали на кострах. На тех самых, которые сейчас догорали перед входом в золотую юрту. А он, дурак, решил в Византию в баню на море уехать. Какой тут! Точно Кош сказал - оставайся с монголом.
"Останусь с монголом."
В ответ на его вопрос Темучин еще раз ухмыльнулся и сказал:
- Вахит Тимур! Ты приносишь мне богатство! Я тебя никуда не отпущу. Не переживай. Останешься со мной, - сказал хан, словно читая мысли Тимура
После этого Темучин начал говорить на монгольском. Мунави перевел:
- Хан спрашивает: где выкуп за колдуна? Кто этот человек в белом плаще и почему этот толстый такой черный.
Темучин говорил это, указывая пальцем на Марио, который стоял за спиной рыцаря и не поднимал глаза. Тимур перевел все слово в слово. И тут в первый раз заговорил рыцарь. Его голос был низкий и твердый. Тимуру показалось, что он говорит на немецком языке. В школе он немецкий изучал. Какие-то слова уж очень походили на немецкий. Михаил перевел на русский. Скорее, на старорусский или славянский, который Тимур кое-как, но понимал. Выслушав тираду Михаила, Тимур сказал:
- Марио имеет черную кожу, потому что он - мавр. Его мать - негритянка, женщина с черной кожей из Африки, а отец - священник из Рима, проповедник в Африке.
- Понятно. Где выкуп за колдуна? - резко сказал хан. - Или ты пришел ко мне с пустыми руками?
Рыцарь выслушал перевод и ответил, что золото за колдуна он доставит через три дня с условием того, что хан покажет ему колдуна и отдаст его вместе с его лошадью.
После всех переводов Темучин молчал минуты три. И все молчали. Тимур понял, что происходит что-то нехорошее. Так и есть. Неожиданно вскочив на ноги и спустившись со своего трона на подушках, хан стремительно подошел к рыцарю и сказал:
- Да как ты, собака плешивая, смеешь мне ставить условия?
После этого он также резко подбежал к одному из своих нойонов, вынул у него меч из ножен и стремительно вернулся к рыцарю. Все молчали, никто не смел и слова произнести. Хан и рыцарь стояли друг против друга. Они были одинакового роста. Рыцарь был в полном облачении, а на Темучине была только белая туника до пола и халат из желтого шелка. Рыцарь удивленно поднял брови и что-то сказал. Спустя секунду все услышали лязг металла. Такой неприятный резкий звук. А спустя еще секунду на пол рухнуло тело рыцаря. Голова его покатилась в сторону Тимура. От туники рыцаря, которую Тимур принял за вязаную, в разные стороны разлетелись металлические колечки.
Сразу после этого негр Марио и монах Михаил встали оба на колени и начали умолять о чем-то хана. Больше всего голосил Марио. Тимур был в шоке от увиденного. Он понял ошибку рыцаря. И еще почувствовал, что надо что-то делать. Не стоять же тут и не ждать развязки, словно на спектакле в театре.
- Хар Татар, переведи, - сказал хан, отвернувшись от них и садясь на свой трон из подушек.
- Да, Чингизхан. Я готов, - ответил Тимур, вздрогнув, когда услышал свое имя.
- Повелеваю черному монаху в течении трех дней доставить мне золото, припрятанное для выкупа колдуна, а этого жирного евнуха я оставляю себе на забаву. Будет служить у меня на пиру и собирать кости с моего стола, покуда монах мне выкуп не принесет. С монахом отправить двадцать человек. И если он на четвертый день вернется без золота, быть ему и этому черному барану рабами моими вечно.
Тимур перевел. Михаил спокойно и с достоинством выслушав приказ хана, сказал, что золото принесет и купит им обоим свободу. Еще Михаил просил простить их за неучтивость и глупость.
Хан после этих слов ухмыльнулся и сказал:
- Прощаю. Евнуха на цепь, все свободны. Хар Татар, останься со мной на пир сегодня.
Хан махнул рукой, но тут неожиданно буддийский монах поклонился хану и что-то начал говорить. Все застыли. После его слов Темучин кивнул и произнес:
- Норбу остается со мной и поступает ко мне на службу. Хашибол, выдай ему медальон разведчика.
После этого все засуетились. Марио что-то кричал Михаилу на прощанье, Михаил внимательно слушал его, что-то говоря в ответ. Несколько человек взяли тело рыцаря и его голову и вынесли из юрты. К Михаилу подошел нукер, толкая его к выходу, а Тимур решив с ним попрощаться, сказал хану:
-Темучин хан, прошу тебя, могу ли я до ветру сходить. Я быстро вернусь.
- Иди. Норбу с собой возьми. У него есть что сказать тебе, - ответил хан.
Выйдя из золотой юрты, он увидел, что Михаил уже верхом на лошади. А свита Тимура увеличилась. Сейчас его сопровождали два лучника и буддийский боевой монах.
- Ты словно стал вельможей. Почему хан вдруг полюбил тебя, а? Вахит Тимур? - спросил его Мунави проходя мимо.
-Да я и сам не знаю. Охраняет меня, видимо. Хотя я и сам никуда не денусь. Мунави, абзы, а ты случайно не знаешь, когда отряд багатуров вернется? Ну тех, которые Кучлука поехали брать?
- Так они уже вернулись. Кучлука не взяли, но голову его привезли. Нет больше пса - предателя. Поэтому хан на радостях оставил жизнь монаху и евнуху.
Услышав, что багатуры вернулись, Тимуру стало по-легче. Вдруг вспомнив картину, как отлетает голова рыцаря, а в разные стороны летят металлические колечки от его кольчуги, ему стало плохо. Его вырвало прямо на землю. Михаил внимательно сверху наблюдал за ним, сидя на лошади верхом.
-Почему ти переводил на татарский? Разве они татари? Они же монголы, - сказал монах.
- Нет. Они не монголы. Они татаро-монголы. Потому что у них есть я. Татарин. Тимур Вахитов.
- Табе плоха? Жалеешь храфа?
- Нормально мне, Михаил. Знай, это я. За мной вы пришли. Но я не колдун. Скажи мне, зачем я вам нужен. Откуда тамплиер узнал про меня? Откуда вы вообще? Ты сможешь меня домой вернуть? В будущее?
В ответ Михаил только открыл рот от удивления и хотел что-то сказать, но отряд из двадцати всадников стремительно поскакал вперед, увлекая за собой и православного монаха. Тот несколько раз оглянулся.
Тимур взглядом проводил их. Опять пошел противный холодный дождь. Он решил подождать Адгама возле золотой юрты. И тут вспомнил, что буддийский монах Норбу зачем-то приставлен к нему. Оглянувшись, Тимур увидел, как он разговаривает с его лучниками неподалеку. "Обо мне спрашивает" - мелькнула мысль у Тимура - "надо бы с ним подружиться. Боевой монах, который выкуп за меня принес Чингизхану. Откуда он вообще обо мне узнал? И рыцарь этот тоже. И зачем я им понадобился?"
Тимур вздохнул, вспоминая, как хан за секунду лишил человека жизни только за то, что он неверно повел разговор с ним. "Надо быть поаккуратнее и повежливее с ним, - грустно подумал Тимур нахмурившись. И на этой мысли его осенило. Да так, что он дышать перестал. "Как? Как зачем я им понадобился?! Да они точно знают, что я из будущего же! Они знают это откуда-то и хотят забрать меня к себе! Рыцарь просил не только меня, но и лошадь! Этот рыцарь - тамплиер. А тамплиеры были настоящими колдунами и учеными. Это все знают. Может он и пришел для того, чтобы вернуть меня назад! Но почему тогда Кош сказал сидеть около хана и не ходить никуда? Да когда ж эти ребусы закончатся то?! А Норбу? Норбу же буддийский монах. Настоящий древний боевой монах. Может он тоже сможет вернуть меня?
Тимура охватило волнение. Он взлянул на Норбу. А тот, словно прочитал его мысли, кивнул незаметно, смотря Тимуру прямо в глаза. От его пристального взгляда стало нехорошо. Под его взгладом Тимур чувствовал себя словно обезьяна перед питоном.
- Братан! Вахит Тимур! Ты живой? Ты видел как я храбро сражался? Я видел тебя возле хана.
Тимур услышал голос Адгама и неимоверно обрадовался ему. Товарищ смотрел на него и широко улыбался одним своим узким глазом. Второй был перевязан тряпкой.
- Братан! Адгам! Я живой. У меня охрана теперь есть. А ты? Что с твоим глазом?
- Глаз болит. А ты как думаешь? Темучин меня сотником сделает? Я привез ему голову Кучлука.
- Да ладно! Ты его убил? Тогда точно будешь сотником. Молодец, что живой. Ты куда?
- Хан ждет. Кучлука я нашел. Он, собака, прятался в озере, дышал через соломинку, но я нашел его и достал. Ты не уходи никуда. Послушаешь, как Темучин меня сотником сделает. Идем.
Счастливый товарищ подмигнул здоровым глазом и важно зашел в золотую юрту вместе с другими монголами, которые спешивались с лошадей и сразу заходили к хану. Багатуры.
Тимур счастлив был за товарища, счастлив за себя, что жив остался да еще и под охраной. Он сыт, одет и будет с Чингизханом пировать сегодня. Что еще для счастья нужно в монгольской орде то? Сиди себе на солнышке, грейся и дожидайся, когда сестра-шалава вернется в свое время. Тимур почти счастливо вздохнул и тоже пошел в ханскую юрту.
Норбу, наблюдая за Тимуром решил, что пора на связь с краснокожим императором выйти и посвятить его в суть проблемы. Норбу пришлось отдать бесценный древний брильянт "Сердце Гайи" хану просто так, когда понял, что хан все знает и не собирается отдавать человека из будущего его монастырю. Но в обмен Темучин обещал никогда не нападать на монастырь, даже не смотря на то, что в нем хранятся такие сокровища. Кроме того, Норбу даровали свободу в условие на то, что он будет доносить хану о том, что делается в его землях. Норбу выдали охранный медальон разведчика в виде золотого сокола, который даровал защиту от монгольских воинов в случае нападения или взятия в плен. И на том спасибо.
