упирающаяся Златке в грудь и пытающаяся вырваться из цепких ручек, ну или хотя бы отодвинуться на максимальное расстояние и спасти обмусляканную морду, на миг замерла, словно услыхал Ксанкины мысли, и тут же разразился возмущенным мявом.
- Мярррррввв! – шипела она, уставившись прямо на Ламию. – Сама ты кошка облезлая! А я…
- А ты, - восторженно перебила тварюгу Сакура, - прекрасное благородное возвышенное существо!
- Точно! – кошка… то есть, кот обрадовался, обнял девчонку лапами и, ритмично запуская когти в белую футболку Златки, и несколько раз лизнул в нос.
- Няшечка! – благоговейно выдохнула анимешница.
- А вот это нет! – кот предупреждающе цапнул Златку за все тот же нос.
- Ой, какой пусик! - пискнула она.
Вот ведь дура! С ее-то аллергией с кошками целоваться!
Зеленые глаза с вертикальным значком моментально глянули на Ламию и гневно сощурились.
Ой, то есть с котами!
Глаза согласно мигнули и довольно сощурились.
Хорошо, пусть с котами, но аллергию это не отменяет.
Ламия ехидно усмехнулась, мечтательно подняв глаза к небу.
В худшем случае Златка просто расчихается, в лучшем - станет розовой в кавайную мали-и-и-иновую крапинку.
На миг Ламии показалось, что котяра усмехается вместе с ней. Но тут ее внимание привлек красавчик Эжен, сосредоточенно держащий на мушке незнакомого белобрысого парня. Тот, словно некультурная шпана, тыкал в десантника пальцами, а мелкая девчонка, удерживая их, вскинула руки с растопыренными ладошками.
- Оксана, Злата, - нахмурился Эжен, - немедленно уходите. Тут опасно. Я здесь сам справлюсь!
Ага, уйдет она, как же! Когда тут опасность!
Недолго думая, Ламия запулила в голову негодяя, посмевшего угрожать ее Эженчику, снежок, который до того задумчиво катала в руках. Бросок вышел метким – колючий холодный шар расплющился о белобрысую макушку и разномастными снежными ручейками нырнул парню за шиворот.
- Араж тебя за ногу! – взвыл парнишка, старательно вытряхивая снег.
- Сэмми, что случилось? – испуганно воскликнула девчонка.
- Ничего! – зло буркнул он. – Просто в этом дворе количество придурков на один квадратный метр просто зашкаливает!
- Вы чего на нас напали? – обиженно всхлипнула малявка, загораживая друга собой. – Чего мы вам сделали?
- Землю хотите захватить! – с непоколебимой уверенностью рявкнул Эжен.
- Захватить? – вскинулся белобрысик. – Лер, да уйди ты не мешай.
Он решительно подошел к десантнику и с возмущением на него уставился.
- Мы? – приподнял бровь парнишка. – Да мы, если хочешь знать, уже четыре мира спасли! И этот спасти хотим! Мы, можно сказать, межмировой спасательный патруль. Нас так генерал Борисов назвал.
- Кто? – опешил Эжен, растерянно опуская оружие.
- Генерал Борисов.
- Витольд Сергеевич?
- Ага, - разулыбалась Лера. – Это папа нашей Барбариски. А вы его знаете, да? А откуда?
- Служили вместе, - пистолет вернулся на свое законное место, в кобуру. - То есть вы не отрицаете, что вы вторженцы их другого мира?
- Не вторженцы, а гости! - поправил его Сэм. – А вторженцы сейчас сектантов изображают, демона вызвать хотят.
- Где они? – рука десантника вновь метнулась к оружию.
Ксанка восторженно уставилась на своего героя.
Вот это мужчина! Сразу быка за рога!
- Ух ты! Демона! – к ним подскочила вырвавшаяся у Клавдии Динка.
– Круто! – поддержал ее Васек.
- И ничего не круто! – недовольно зыркнула на нее Лерка. – Опасно это. Неизвестно что этот демон натворить может, пока мы его назад загонять будем.
- А почему нельзя остановить вторженцев до того, как они этого демона вызывать будут? – подозрительно сощурился Эжен. – Не помогаете ли вы им?
- Нет, конечно! Мы их логово пока не нашли, - вздохнул белобрысик. – Дед даже своих людей подключил, но жрецы где-то затаились. Теперь только по всплеску магии сможем их отследить, потом телепортироваться туда и ликвидировать всю банду целиком.
- А получится?
- Конечно, - кивнула девчонка. – У нас есть парочка артефактов, чтобы остановить демона, а дедушка обеспечит военную поддержку.
- Дед? – не понял Эжен.
- Ага, генерал Борисов, - пояснила Лера.
- Витольд Сергеич твой дедушка? – улыбнулся десантник. – Ничего себе. Ты, значит, Ларискина дочка?
- Ага, и ее тоже.
- А это как? – влезла в разговор Динка, оттаскивая мелкую вторженку в сторону.
- Я раньше думала, что сирота, - шмыгнула носом Лера, за что удостоилась от бабки Клавы ласкового поглаживания по голове. - А потом меня Барбариска спасла и стала моей мамой. А потом мой папа нашелся. А потом папа женился и Барбариска тоже. Вот и выходит, что у меня две мамы и два папы.
- Класс! – восхитилась Динка.
- Ха! Это еще что! – гордо приосанилась Лерка. – Знала бы ты, кто мой новый брат. Он Страж!
- Кто?
- Маг, самый крутой в нашем мире! Правда, Барбариски муж еще круче, но он занят сильно.
- Кстати, если операция «надери задницу демону, пойдет не так, мы всегда можем позвать Зара, - заявил Сэм, глядя Эжену прямо в глаза, - и он нам поможет. Так что вашему миру ничего не угрожает. Тем более что из агентурных данных известно, что у нас в запасе еще целых три дня. И пока можно отдохнуть.
- Хорошо, - кивнул десантник. – Тогда я с вами!
- Отдыхать? – усмехнулся Сэм.
- На операцию! – рявкнул Эжен. – Для обеспечения силовой поддержки! Уверен, что Витольд Сергеич будет рад меня видеть.
- Ладно, - фыркнул белобрысик, - возьмем. Сэм, - он представился, протянув противнику руку.
- Эжен, - Трубецкой крепко сжал ладонь вторженца.
- Бумер, ауру Эжена срисуй, - велел парнишка, - потом, как до дела дойдет, к нам его переместишь.
- Что я тебе, переместитель, что ли? – возмущенно мявкнул наглый котяра, вольготно разместившийся на плече у подозрительно малиновой Златки. – Ну, хорошо-хорошо, - он тут же сменил гнев на милость, заметив сжатый кулак белобрысого вторженца.
Ламия повнимательнее присмотрелась к подруге-сопернице.
Ха! Вот это роспись!
Все самые сокровенные мечты Ламии воплотились в замысловатом малиновом рисунке на лице Сакуры – разномастные пятна сменялись линиями и странными загогулинами.
- Златочка, что это с тобой? – ласково-ласково, словно у смертельно больной, спросила баба Клава.
- Ничего! – радостно отозвалась девица, пытаясь поймать зубами мелькающий перед ее носом черный пушистый хвост. – Представляете, у меня аллергия на кошек прошла. Вот кошку глажу и ничего: ни першения в горле, ни чихания, ни сыпи.
- Ну на счет сыпи я бы так не горячилась! – расхохоталась Ламия.
- Что? – испуганно воскликнула Сакура, бледнея на глазах. – У меня сыпь?
- И еще какая! – хихикнула Динка.
- Ага, - хихикнула Танюшка.
Поглаживая черный хвост сидящего на ее шее кота, Златка была счастлива как никогда – на этом фоне меркла даже непревзойденная Сейлормун. И надо ж было этой дуре Ламии все испортить. Пока она не приперлась никакой аллергии и не было. А теперь…
Огромные синие глаза сами собой наполнились слезами.
- Эй, ты чего? – забеспокоился пушистик, убрав хвост и сунув в зареванное Златкино лицо хитрую усатую морду. – Ревешь-то чаво?
- У меняяя сыпь…. – сквозь всхлипывания выдала девчонка.
- Сама ты сыпь, дура! – возмущенно оскалился Бумер. – Это эксклюзивная авторская татуировка от самого Президента. Гордиться надо, - обиженно встопорщил усы он, - а она реветь!
- Не хочууу татуууривокууу… - ныла Сакура, наблюдая как ухахатывается вся честная компания. – Стоп! Татуировка?! – вдруг сообразила Златка, и слезы высохли сами собой, причем, моментально, а руки сжались в кулаки. – У меня? Откуда?
- Ты че дура? – округлил глаза кот. – Я постарался! – гордо мявкнул он. – И аллергию твою, между прочим, тоже я вылечил. А то, что это за дела, даже Президента не погладить!
- А почему президента?
- Не президента, а Президента! Президент всея лингрэвско-нарханской империи!
- Эй-ей-ей! – подскочил к Златке еще один черный котяра со странными алыми глазками, вытянулся вверх, поставив лапки на колено Златке. – Во-первых, не лингрэвско-нарханской, а нархано-лингрэвской! Во-вторых, временный Президент! Потом меня выберут. И тогда я буду Его Императорское Величество Президент всея… всея… Ладно, на этим я потом подумаю. А в-третьих, быстро возьми меня на ручки! Я круче!
- Э нет! – Бумер быстрее молнии прыгнул в руки Сакуры, покрутился там и, вольготно устроившись, показал противнику язык. – Место занято!
- Какое место? – хихикнула Динка. – То или это? – она указала на бывший насест Президента, а потом ткнула пальцем в гнездышко на груди Сакуры.
- Оба! – довольно потянулся Президент.
- А я? – состроил печальную мордочку Император.
Златке стало жалко котика, но место действительно было занято.
Император подошел к стоящей рядом Ламии, потерся о ее ноги и потребовал:
- Тогда ты меня гладь!
Белоснежная красавица-кошка, услыхав это, замерла, приоткрыв рот от возмущения, но наглый котяра этого даже не заметил.
- Неа, - фыркнула готка. – Я собак люблю.
- А я? – еще жалобнее мяукнул кот. – Я же лучше собаки!
- Ладно, - расхохоталась Ксанка, подхватывая страдальца на руки. – Пусть будет кот, пока.
- Чего значит пока? – муркнул Император.
- Ну, мне всегда собаки нравились. Ну, или крыски.
- Крыски, говоришь? – потер лапки кот.
И через мгновение в руках Златки под изумленное аханье народа сидел огромный крыс с алыми хитрыми глазками и длинным розовым хвостом.
- Ух ты, какая пусечка! – восторженно взвыла Ламия, и Император получил свою порцию обнимашек.
- Эй, только не в губы! – с плохо скрываемой за притворным гневом радостью завопил он. – В губы я даже жене своей не позволяю!
- Ну-ну! – ехидно протянул Бумер.
- Что?! – приблизившись, грозно зашипела белоснежка. – Жене, значит, не позволяешь, а с девками тискаешься?!
- Да что ты, дорогая! – замахал лапками кот. – Она мне даже не нравится. И вообще, у меня это… дела государственные… – он отчаянно заозирался в поисках спасения и неожиданно просиял. – Вот! Норк, сюда живо!
- Я тут, Ваше Императорское Величество! – у ног Ламии словно из воздуха материализовался мелкий крыс, заставив Златку и Клавдию завизжать, а Динку запищать от восторга.
- Вот! – заявил Император, ткнув лапкой в крысика. – Это подарок! Норк, ты теперь будешь жить у этой… Эй, красавица, тебя как зовут?
- Лами… Оксана!
- Ага, Норк, ты теперь живешь у Оксаны и отвечаешь за нее хвостом!
- Есть! – отрапортовал Норк, гордо вытянувшись, и шустро взобрался Ламии на плечо.
- Ух ты! – похоже, Ламия от счастья все другие слова позабыла.
- Эй, - Златка слегка дернула Президента за хвост, - а эта твоя татуировка она навсегда?
- А это как ты сама захочешь? – заявил Президент, торопливо пряча хвост. – Вообще-то она через пару часов исчезнет, но могу продлить.
- Нет! – излишне поспешно воскликнула она.
И тут всеобщее веселье прервал позабытый всеми Шанс.
- Помогите, скорее! Он же совсем замерз! - юноша вышел на площадку, сгибаясь под тяжестью висящего у него на плече алкоголика Сидорова, во все горло распевающего «Ой цветет калина».
Ситуация неумолимо выходила из-под контроля, все больше и больше напоминая фарс. Махнув на безобразия рукой, Эжен встал так, чтобы ни на минуту не выпускать из вида детский домик, где он оставил мешок с оружием.
- Ты чего дергаешься? – шепнул заметивший это Сэм. – Что у тебя там?
- Оружие, - Эжен машинально сказал правду.
- Опять? – нахмурился мальчишка. – Я же объяснял, что мы не вторженцы!
- Да не в том дело, - покачал головой десантник. – Не дай бог кто-нибудь из этой компашки до оружия доберется.
- А, это да, эти могут, - усмехнулся Сэм, наблюдая как черный наглый котяра усаживается Злате на голову, практически в прямом смысле этого слова. – Слушай, есть у меня одна идейка, как решить проблему с оружием. Вот, - он достал из кармана круглую тонкую пластинку с небольшим экраном. – Это генератор силового поля. Выбираем замкнутое поле, чтоб нарханы внутрь него не сунулись. Теперь код, вводи цифры, я отвернусь. Отлично, осталось прилепить пластинку к твоему мешку и начать вот эту кнопку, и дело сделано – никто подобраться не сможет. Поле реагирует только на того, кто его активировал, а чтобы отключить – набираешь код и все.
- Спасибо, - улыбнулся вторженцу Эжен, когда домик вместе с оружием окутало серебристое прозрачное поле.
Веселуха на детской площадке продолжала набирать обороты - два ушлых кота, один из которых на поверку оказался крысой, азартно делили девчонок. На какой-то миг Эжену нестерпимо захотелось очутиться на месте Императора. Не в смысле у власти, а в объятьях Ксанки. А ничего, кстати, девчонка, симпатичная, и достоинства такие… выдающиеся. Вон как котяра о них мордой трется. Ее б отмыть (Ксанку, а не морду котячью!) да в нормальную одежду приодеть.
Эжен решительно отогнал посторонние мысли – не время сейчас и не место.
- Эй, Император, - Ксанка ласково дунула в крысиную мордочку, вызвав гневное шипение у его жены, - а ты волшебник да?
- Нархан! – гордо отозвался тот.
- Тогда сделай так, чтобы в меня влюбился… - остаток фразы она произнесла на ухо наглому вторженцу.
- Это как? – опешил он.
- Ну как Амур?
- Это еще кто? – с подозрением уточнил нархан. – Он тоже на мое Императорское место метит?
- Нет, - захихикала девушка. – Это такой волшебный крылатый младенец, который стреляет из лука. И тот, в кого попала стрела, влюбляется.
- Ну… - протянул крыс. – Так того этого… стрел у меня нет. Если хочешь, укусить могу.
- Укус Амура это что-то новенькое, - улыбнулась Ксанка.
- Амура, ха! Бери выше! Укус нархана! Причем, личных зубов его Императорского Величества, - нархан обвел присутствующих прицельным взглядом, и Эжен невольно сделал шаг назад, прикрыв стратегически важное место стволом дерева.
- Не, - вздохнула Ламия, - кусать не надо. Я лучше сама… укушу, - мечтательно закончила она, и Эжен вновь призадумался…
Вскоре на безумной сцене объявился новый дуэт, еле стоящий на ногах – Шанс потому как пытался удержать алкоголика Сидорова, ну а Сидоров потому как…
- Ой, цветет калина в поле у ручья, - пьяненько голосил Сидоров.
- Я его в снегу нашел, - вторил ему Шанс.
- Парня молодого, полюбила я, - громогласно выводил Сидоров.
- А он синий весь!
- Парня полюбила на свою беду.
- Как юрист я не мог пройти мимо.
- Не могу открыться, слов я не найду.
- Наш человеческий долг помочь ему!
Последние слова арии потонули в громогласном хохоте.
- Чего вы смеетесь? – с обидой в голосе произнес юрист. – Нельзя бросать людей в беде. Это не по-человечески.
Глаза парня сверкали таким праведным гневом, что Эжен устыдился и помог усадить Сидорова на лавочку.
- Вот это герой! Он людей спасает! - Златка уставилась на Шанса с любовью и обожанием, и Трубецкой понял, что претенденток на его руку, сердце, квартиру и джип стало на одну меньше.
- Ой, цветет калина в поле у ручья, - ответил ей Сидоров, безуспешно пытаясь встать с лавки.
- Сандерчик, а как мы ему поможем? – подскочила к юноше Златка.
- Закодируем, - предложил Шанс, - чтобы не пил.
- А как?
- А что он такое пьет-то? – заинтересовался Бумер.
- Водку, Ваше Президентское величество! – доложил вынырнувший неизвестно откуда Наполеон.
- Водку? А что это? Наполеон, сгоняй, раздобудь мне водки! – приказал Президент.
- Мярррррввв! – шипела она, уставившись прямо на Ламию. – Сама ты кошка облезлая! А я…
- А ты, - восторженно перебила тварюгу Сакура, - прекрасное благородное возвышенное существо!
- Точно! – кошка… то есть, кот обрадовался, обнял девчонку лапами и, ритмично запуская когти в белую футболку Златки, и несколько раз лизнул в нос.
- Няшечка! – благоговейно выдохнула анимешница.
- А вот это нет! – кот предупреждающе цапнул Златку за все тот же нос.
- Ой, какой пусик! - пискнула она.
Вот ведь дура! С ее-то аллергией с кошками целоваться!
Зеленые глаза с вертикальным значком моментально глянули на Ламию и гневно сощурились.
Ой, то есть с котами!
Глаза согласно мигнули и довольно сощурились.
Хорошо, пусть с котами, но аллергию это не отменяет.
Ламия ехидно усмехнулась, мечтательно подняв глаза к небу.
В худшем случае Златка просто расчихается, в лучшем - станет розовой в кавайную мали-и-и-иновую крапинку.
На миг Ламии показалось, что котяра усмехается вместе с ней. Но тут ее внимание привлек красавчик Эжен, сосредоточенно держащий на мушке незнакомого белобрысого парня. Тот, словно некультурная шпана, тыкал в десантника пальцами, а мелкая девчонка, удерживая их, вскинула руки с растопыренными ладошками.
- Оксана, Злата, - нахмурился Эжен, - немедленно уходите. Тут опасно. Я здесь сам справлюсь!
Ага, уйдет она, как же! Когда тут опасность!
Недолго думая, Ламия запулила в голову негодяя, посмевшего угрожать ее Эженчику, снежок, который до того задумчиво катала в руках. Бросок вышел метким – колючий холодный шар расплющился о белобрысую макушку и разномастными снежными ручейками нырнул парню за шиворот.
- Араж тебя за ногу! – взвыл парнишка, старательно вытряхивая снег.
- Сэмми, что случилось? – испуганно воскликнула девчонка.
- Ничего! – зло буркнул он. – Просто в этом дворе количество придурков на один квадратный метр просто зашкаливает!
- Вы чего на нас напали? – обиженно всхлипнула малявка, загораживая друга собой. – Чего мы вам сделали?
- Землю хотите захватить! – с непоколебимой уверенностью рявкнул Эжен.
- Захватить? – вскинулся белобрысик. – Лер, да уйди ты не мешай.
Он решительно подошел к десантнику и с возмущением на него уставился.
- Мы? – приподнял бровь парнишка. – Да мы, если хочешь знать, уже четыре мира спасли! И этот спасти хотим! Мы, можно сказать, межмировой спасательный патруль. Нас так генерал Борисов назвал.
- Кто? – опешил Эжен, растерянно опуская оружие.
- Генерал Борисов.
- Витольд Сергеевич?
- Ага, - разулыбалась Лера. – Это папа нашей Барбариски. А вы его знаете, да? А откуда?
- Служили вместе, - пистолет вернулся на свое законное место, в кобуру. - То есть вы не отрицаете, что вы вторженцы их другого мира?
- Не вторженцы, а гости! - поправил его Сэм. – А вторженцы сейчас сектантов изображают, демона вызвать хотят.
- Где они? – рука десантника вновь метнулась к оружию.
Ксанка восторженно уставилась на своего героя.
Вот это мужчина! Сразу быка за рога!
- Ух ты! Демона! – к ним подскочила вырвавшаяся у Клавдии Динка.
– Круто! – поддержал ее Васек.
- И ничего не круто! – недовольно зыркнула на нее Лерка. – Опасно это. Неизвестно что этот демон натворить может, пока мы его назад загонять будем.
- А почему нельзя остановить вторженцев до того, как они этого демона вызывать будут? – подозрительно сощурился Эжен. – Не помогаете ли вы им?
- Нет, конечно! Мы их логово пока не нашли, - вздохнул белобрысик. – Дед даже своих людей подключил, но жрецы где-то затаились. Теперь только по всплеску магии сможем их отследить, потом телепортироваться туда и ликвидировать всю банду целиком.
- А получится?
- Конечно, - кивнула девчонка. – У нас есть парочка артефактов, чтобы остановить демона, а дедушка обеспечит военную поддержку.
- Дед? – не понял Эжен.
- Ага, генерал Борисов, - пояснила Лера.
- Витольд Сергеич твой дедушка? – улыбнулся десантник. – Ничего себе. Ты, значит, Ларискина дочка?
- Ага, и ее тоже.
- А это как? – влезла в разговор Динка, оттаскивая мелкую вторженку в сторону.
- Я раньше думала, что сирота, - шмыгнула носом Лера, за что удостоилась от бабки Клавы ласкового поглаживания по голове. - А потом меня Барбариска спасла и стала моей мамой. А потом мой папа нашелся. А потом папа женился и Барбариска тоже. Вот и выходит, что у меня две мамы и два папы.
- Класс! – восхитилась Динка.
- Ха! Это еще что! – гордо приосанилась Лерка. – Знала бы ты, кто мой новый брат. Он Страж!
- Кто?
- Маг, самый крутой в нашем мире! Правда, Барбариски муж еще круче, но он занят сильно.
- Кстати, если операция «надери задницу демону, пойдет не так, мы всегда можем позвать Зара, - заявил Сэм, глядя Эжену прямо в глаза, - и он нам поможет. Так что вашему миру ничего не угрожает. Тем более что из агентурных данных известно, что у нас в запасе еще целых три дня. И пока можно отдохнуть.
- Хорошо, - кивнул десантник. – Тогда я с вами!
- Отдыхать? – усмехнулся Сэм.
- На операцию! – рявкнул Эжен. – Для обеспечения силовой поддержки! Уверен, что Витольд Сергеич будет рад меня видеть.
- Ладно, - фыркнул белобрысик, - возьмем. Сэм, - он представился, протянув противнику руку.
- Эжен, - Трубецкой крепко сжал ладонь вторженца.
- Бумер, ауру Эжена срисуй, - велел парнишка, - потом, как до дела дойдет, к нам его переместишь.
- Что я тебе, переместитель, что ли? – возмущенно мявкнул наглый котяра, вольготно разместившийся на плече у подозрительно малиновой Златки. – Ну, хорошо-хорошо, - он тут же сменил гнев на милость, заметив сжатый кулак белобрысого вторженца.
Ламия повнимательнее присмотрелась к подруге-сопернице.
Ха! Вот это роспись!
Все самые сокровенные мечты Ламии воплотились в замысловатом малиновом рисунке на лице Сакуры – разномастные пятна сменялись линиями и странными загогулинами.
- Златочка, что это с тобой? – ласково-ласково, словно у смертельно больной, спросила баба Клава.
- Ничего! – радостно отозвалась девица, пытаясь поймать зубами мелькающий перед ее носом черный пушистый хвост. – Представляете, у меня аллергия на кошек прошла. Вот кошку глажу и ничего: ни першения в горле, ни чихания, ни сыпи.
- Ну на счет сыпи я бы так не горячилась! – расхохоталась Ламия.
- Что? – испуганно воскликнула Сакура, бледнея на глазах. – У меня сыпь?
- И еще какая! – хихикнула Динка.
- Ага, - хихикнула Танюшка.
***
Поглаживая черный хвост сидящего на ее шее кота, Златка была счастлива как никогда – на этом фоне меркла даже непревзойденная Сейлормун. И надо ж было этой дуре Ламии все испортить. Пока она не приперлась никакой аллергии и не было. А теперь…
Огромные синие глаза сами собой наполнились слезами.
- Эй, ты чего? – забеспокоился пушистик, убрав хвост и сунув в зареванное Златкино лицо хитрую усатую морду. – Ревешь-то чаво?
- У меняяя сыпь…. – сквозь всхлипывания выдала девчонка.
- Сама ты сыпь, дура! – возмущенно оскалился Бумер. – Это эксклюзивная авторская татуировка от самого Президента. Гордиться надо, - обиженно встопорщил усы он, - а она реветь!
- Не хочууу татуууривокууу… - ныла Сакура, наблюдая как ухахатывается вся честная компания. – Стоп! Татуировка?! – вдруг сообразила Златка, и слезы высохли сами собой, причем, моментально, а руки сжались в кулаки. – У меня? Откуда?
- Ты че дура? – округлил глаза кот. – Я постарался! – гордо мявкнул он. – И аллергию твою, между прочим, тоже я вылечил. А то, что это за дела, даже Президента не погладить!
- А почему президента?
- Не президента, а Президента! Президент всея лингрэвско-нарханской империи!
- Эй-ей-ей! – подскочил к Златке еще один черный котяра со странными алыми глазками, вытянулся вверх, поставив лапки на колено Златке. – Во-первых, не лингрэвско-нарханской, а нархано-лингрэвской! Во-вторых, временный Президент! Потом меня выберут. И тогда я буду Его Императорское Величество Президент всея… всея… Ладно, на этим я потом подумаю. А в-третьих, быстро возьми меня на ручки! Я круче!
- Э нет! – Бумер быстрее молнии прыгнул в руки Сакуры, покрутился там и, вольготно устроившись, показал противнику язык. – Место занято!
- Какое место? – хихикнула Динка. – То или это? – она указала на бывший насест Президента, а потом ткнула пальцем в гнездышко на груди Сакуры.
- Оба! – довольно потянулся Президент.
- А я? – состроил печальную мордочку Император.
Златке стало жалко котика, но место действительно было занято.
Император подошел к стоящей рядом Ламии, потерся о ее ноги и потребовал:
- Тогда ты меня гладь!
Белоснежная красавица-кошка, услыхав это, замерла, приоткрыв рот от возмущения, но наглый котяра этого даже не заметил.
- Неа, - фыркнула готка. – Я собак люблю.
- А я? – еще жалобнее мяукнул кот. – Я же лучше собаки!
- Ладно, - расхохоталась Ксанка, подхватывая страдальца на руки. – Пусть будет кот, пока.
- Чего значит пока? – муркнул Император.
- Ну, мне всегда собаки нравились. Ну, или крыски.
- Крыски, говоришь? – потер лапки кот.
И через мгновение в руках Златки под изумленное аханье народа сидел огромный крыс с алыми хитрыми глазками и длинным розовым хвостом.
- Ух ты, какая пусечка! – восторженно взвыла Ламия, и Император получил свою порцию обнимашек.
- Эй, только не в губы! – с плохо скрываемой за притворным гневом радостью завопил он. – В губы я даже жене своей не позволяю!
- Ну-ну! – ехидно протянул Бумер.
- Что?! – приблизившись, грозно зашипела белоснежка. – Жене, значит, не позволяешь, а с девками тискаешься?!
- Да что ты, дорогая! – замахал лапками кот. – Она мне даже не нравится. И вообще, у меня это… дела государственные… – он отчаянно заозирался в поисках спасения и неожиданно просиял. – Вот! Норк, сюда живо!
- Я тут, Ваше Императорское Величество! – у ног Ламии словно из воздуха материализовался мелкий крыс, заставив Златку и Клавдию завизжать, а Динку запищать от восторга.
- Вот! – заявил Император, ткнув лапкой в крысика. – Это подарок! Норк, ты теперь будешь жить у этой… Эй, красавица, тебя как зовут?
- Лами… Оксана!
- Ага, Норк, ты теперь живешь у Оксаны и отвечаешь за нее хвостом!
- Есть! – отрапортовал Норк, гордо вытянувшись, и шустро взобрался Ламии на плечо.
- Ух ты! – похоже, Ламия от счастья все другие слова позабыла.
- Эй, - Златка слегка дернула Президента за хвост, - а эта твоя татуировка она навсегда?
- А это как ты сама захочешь? – заявил Президент, торопливо пряча хвост. – Вообще-то она через пару часов исчезнет, но могу продлить.
- Нет! – излишне поспешно воскликнула она.
И тут всеобщее веселье прервал позабытый всеми Шанс.
- Помогите, скорее! Он же совсем замерз! - юноша вышел на площадку, сгибаясь под тяжестью висящего у него на плече алкоголика Сидорова, во все горло распевающего «Ой цветет калина».
***
Ситуация неумолимо выходила из-под контроля, все больше и больше напоминая фарс. Махнув на безобразия рукой, Эжен встал так, чтобы ни на минуту не выпускать из вида детский домик, где он оставил мешок с оружием.
- Ты чего дергаешься? – шепнул заметивший это Сэм. – Что у тебя там?
- Оружие, - Эжен машинально сказал правду.
- Опять? – нахмурился мальчишка. – Я же объяснял, что мы не вторженцы!
- Да не в том дело, - покачал головой десантник. – Не дай бог кто-нибудь из этой компашки до оружия доберется.
- А, это да, эти могут, - усмехнулся Сэм, наблюдая как черный наглый котяра усаживается Злате на голову, практически в прямом смысле этого слова. – Слушай, есть у меня одна идейка, как решить проблему с оружием. Вот, - он достал из кармана круглую тонкую пластинку с небольшим экраном. – Это генератор силового поля. Выбираем замкнутое поле, чтоб нарханы внутрь него не сунулись. Теперь код, вводи цифры, я отвернусь. Отлично, осталось прилепить пластинку к твоему мешку и начать вот эту кнопку, и дело сделано – никто подобраться не сможет. Поле реагирует только на того, кто его активировал, а чтобы отключить – набираешь код и все.
- Спасибо, - улыбнулся вторженцу Эжен, когда домик вместе с оружием окутало серебристое прозрачное поле.
Веселуха на детской площадке продолжала набирать обороты - два ушлых кота, один из которых на поверку оказался крысой, азартно делили девчонок. На какой-то миг Эжену нестерпимо захотелось очутиться на месте Императора. Не в смысле у власти, а в объятьях Ксанки. А ничего, кстати, девчонка, симпатичная, и достоинства такие… выдающиеся. Вон как котяра о них мордой трется. Ее б отмыть (Ксанку, а не морду котячью!) да в нормальную одежду приодеть.
Эжен решительно отогнал посторонние мысли – не время сейчас и не место.
- Эй, Император, - Ксанка ласково дунула в крысиную мордочку, вызвав гневное шипение у его жены, - а ты волшебник да?
- Нархан! – гордо отозвался тот.
- Тогда сделай так, чтобы в меня влюбился… - остаток фразы она произнесла на ухо наглому вторженцу.
- Это как? – опешил он.
- Ну как Амур?
- Это еще кто? – с подозрением уточнил нархан. – Он тоже на мое Императорское место метит?
- Нет, - захихикала девушка. – Это такой волшебный крылатый младенец, который стреляет из лука. И тот, в кого попала стрела, влюбляется.
- Ну… - протянул крыс. – Так того этого… стрел у меня нет. Если хочешь, укусить могу.
- Укус Амура это что-то новенькое, - улыбнулась Ксанка.
- Амура, ха! Бери выше! Укус нархана! Причем, личных зубов его Императорского Величества, - нархан обвел присутствующих прицельным взглядом, и Эжен невольно сделал шаг назад, прикрыв стратегически важное место стволом дерева.
- Не, - вздохнула Ламия, - кусать не надо. Я лучше сама… укушу, - мечтательно закончила она, и Эжен вновь призадумался…
Вскоре на безумной сцене объявился новый дуэт, еле стоящий на ногах – Шанс потому как пытался удержать алкоголика Сидорова, ну а Сидоров потому как…
- Ой, цветет калина в поле у ручья, - пьяненько голосил Сидоров.
- Я его в снегу нашел, - вторил ему Шанс.
- Парня молодого, полюбила я, - громогласно выводил Сидоров.
- А он синий весь!
- Парня полюбила на свою беду.
- Как юрист я не мог пройти мимо.
- Не могу открыться, слов я не найду.
- Наш человеческий долг помочь ему!
Последние слова арии потонули в громогласном хохоте.
- Чего вы смеетесь? – с обидой в голосе произнес юрист. – Нельзя бросать людей в беде. Это не по-человечески.
Глаза парня сверкали таким праведным гневом, что Эжен устыдился и помог усадить Сидорова на лавочку.
- Вот это герой! Он людей спасает! - Златка уставилась на Шанса с любовью и обожанием, и Трубецкой понял, что претенденток на его руку, сердце, квартиру и джип стало на одну меньше.
- Ой, цветет калина в поле у ручья, - ответил ей Сидоров, безуспешно пытаясь встать с лавки.
- Сандерчик, а как мы ему поможем? – подскочила к юноше Златка.
- Закодируем, - предложил Шанс, - чтобы не пил.
- А как?
- А что он такое пьет-то? – заинтересовался Бумер.
- Водку, Ваше Президентское величество! – доложил вынырнувший неизвестно откуда Наполеон.
- Водку? А что это? Наполеон, сгоняй, раздобудь мне водки! – приказал Президент.
