Для демонёнка нашлась завалявшаяся на полке конфетка, которую он с видимым удовольствием, громко причмокивая, сосал, сидя на корточках у окна. На стул садиться отказался наотрез.
Домовой мой чаёк уважал. Стоило ему взять кружку в мохнатые загребущие лапы, как ворчанье сменилось на весёлое чавканье и хлюпанье.
Но как только кружка опустела, послышалось сердитое ворчанье и на меня полился поток нелестных слов. В общем, и жадная-то я - никогда не угощу своего домового ни молочком, ни хлебушком. На что я ответила, что знать не знала о его существовании, и коль мы поладим, торжественно обещаю заботиться о домовом как о себе самой. Домовой замолчал и некоторое время смотрел недоверчиво. Пришлось в честь примирения сходить поискать подарок. Вскоре я торжественно вручила домовому не надёванную ни разу бандану, приобретённую по случаю на концерте Земфиры. Бандана домовому понравилась. Он даже колданул на радостях и на моих глазах превратился в голубоглазого соломенного блондина с окладистой бородой. Потом сказал, что зовут его Фомой, я поняла, что мы помирились окончательно.
А потом я зазевала и поняла, что если хоть немного не посплю, никаких подвигов от меня больше не дождутся.
Проснулась ближе к обеду. Гости мои так и сидели в центре комнаты под люстрой, тихонько переговариваясь между собой. На всю квартиру пахло гречневой кашей. Не иначе, домовой снова подсуетился.
Но до кухни я дойти не успела, раздался звонок в дверь. На пороге стояли посланники с той стороны - Тимка и Ефим. Оба имели обиженный вид.
Я виновато потупилась и пригласила гостей в дом.
Переговоры проходили опять-таки на кухне. Тимка, увидав домового, зашипел. Ревнует что ли, — предположила я, и что-то тёплое шевельнулось в душе экс-Бабы Яги.
Ефим долго молчал, только смотрел исподлобья, наконец спросил.
- Что мы тебе сделали, Настя?
Стало стыдно, однако, я припомнила причины своих недавних поступков и ответила.
- В том-то и дело, Фим, что ничего вы не сделали. А следовало бы.
- Ты это о чём, - не понял лешак.
- Я о демонах, Фим. Не по-людски это, бросать на погибель кого-либо. Даже если они и не люди.
- Так ты из-за демонов ушла?! - Ефим мне явно не поверил. - Они тебя чуть не извели, а ты из-за них решила нас бросить?
В словах лешего было много горькой правды, но врождённое чувство справедливости сидело у меня в одном месте вечным гвоздём, не давая сдавать позиции ни на сантиметр.
Помолчали. Кот как взобрался на подоконник, так там и сидел, уставясь в окно.
Гости уходить не спешили, видно было, что сказано не всё. Наверное, как не обижались на меня этносы, вернуть Бабу Ягу для них было важнее.
Наконец, Ефим решил навести мосты и принялся рассказывать о том, как они меня искали.
Те врата, через которые уходила я и где оставила прощальное послание, их почему-то не пропустили. Так что пришлось лешаку с котом идти другими, подконтрольными Василию Премудрому, и добираться до города на попутном транспорте, отводя глаза водителям, чтобы те не обратили внимание на необычный вид пассажиров. От того и припозднились. Иначе бы и раньше припёрлись.
Тут в кухонную дверь просунул нос вчерашний демонёнок.
- Этто ещё что за... - удивлённо произнес кот с подоконника.
А вот Ефим не удивился.
- Значит вот о чём в записке твоей было... А мы гадали... И сколько их у тебя там?
- Девять. Без этого, - проворчал под нос домовой Фома.
А я поманила демонёнка к себе.
- Иди-ка сюда, малыш. Конфету будешь? - Мохнатый уродец закивал так, что я подумала, голова оторвётся. Едва успела протянуть конфету, как демонёнок ухватил её, проворно освободил от бумажки и зачмокал, прикрыв глаза морщинистыми красноватыми веками.
- И что ты собираешься с ними делать? - поинтересовался лешак.
- Ничего не собираюсь. Палт Ассар сам их определит. Я с него клятву взяла, что пока он им всем ликбез не проведёт и клятву с каждого не возьмёт, никто за ворота той деревни, куда он их свёз, не выйдет. И дальше за каждое нарушение общественного порядка и законов этого мира Палт Ассар будет нести личную ответственность передо мной. Он поклялся той самой - самой страшной клятвой.
- Ты это, Насть, прости нас, - виновато произнёс Ефим. - У нас такая война с демонами была, что забыть никак невозможно. Сколько народу они тогда извели, жуть. Сущность демона - творить зло. Они так воспитаны. Как Палт Ассар собирается ими руководить, не представляю. Он хоть и образованный, но всё равно по сути демон. Да и клятва-то о двух концах, пойми. Если кто не сдержится, оба сгорят вмиг. И нарушитель, и сам Палт Ассар. Кто тогда за оставшихся ответит?
Я подтолкнула демонёнка на выход, где его подхватила демоница.
- Я отвечу, стало быть... Фим, ты хоть представь себе, как им там жилось. Пещеры тесные, еды в обрез. Кто хочешь озвереет. Вон Палт Ассар, в человечьем институте учился, значит умный. Я с ним общалась и поверила, что слов на ветер не бросает. Конечно, он гад. И за тебя он мне ещё ответит. Но, и ты его пойми. Что бы вот ты на его месте сделал? Не побоялся бы ты взять на себя такую ответственность?
- Да ихней ответственностью можно в уборной подтереться, - зашипел Тимка, соскакивая с подоконника и забираясь на соседний с домовым стул.
- Он клятву дал. Мы тоже. Круговую, - тихо, но достаточно уверенно произнесла одна из демониц, стоявшая в дверях.
Ефим не унимался.
- А если люди на вас охотиться начнут? Вам придётся защищаться!
- Постараемся этого избежать, - это произнёс сам Палт Ассар, появившийся в дверях, потеснив демоницу. И как вошёл в квартиру, демон его знает? И как давно тут? Слышал ли про то, как я его характеризую? - Прости, Настя, что без церемоний, лишний раз шуметь не хотел. Сразу поясню. Ты моих в дом пустила, значит и меня считай пригласила. Потому что я с ними договор заключил.
Я слушала его и одновременно рассматривала. Сейчас демона было не отличить от человека. Обычный, правда очень высокий и крепкий, парень в обычной человеческой одежде. Немного крупные черты лица, но довольно приятные. Ни рогов, ни хвоста. Демонскую сущность выдавали лишь глаза, и то, если присмотреться. В них, где-то очень глубоко, плескался рубиновый огонь подземного мира.
Кто-то покашлял, и я отмерла. Стало неловко, стоило представить себя, уставившейся на Палта Ассара с открытым ртом. Надо было срочно что-то ответить.
- Быстро ты.
- Нашли место поближе, - пояснил демон. - Этих, что у тебя, заберу сейчас. Машину подогнали прямо к подъезду. Выводить буду по-одному.
- Уверен, что получится?
- Да, не волнуйся. Я клятвами не бросаюсь.
В последующие полчаса самые любопытные из жильцов и случайных прохожих могли наблюдать, как один и тот же подросток в куртке с надвинутым капюшоном выносит из подъезда коробку, загружает в фургон, затем возвращается в подъезд с той же коробкой. И только самые дотошные смогли бы уловить разницу в росте и комплекции. Ну и коробка была той же и кочевала туда-сюда. Да ещё леший Ефим повздыхал, но пошёл творить заклинание отвода глаз.
Когда дверь фургона закрылась за последним демоном и он отъехал от подъезда, я выдохнула и поняла, что устала просто жутко. Скорее всего от нервного напряжения. Понял это, наконец, и мой организм. Видно перенапрягся. Так я у окна как стояла, так по стеночке и сползла. Краем угасающего сознания почувствовала, как подхватили меня сильные руки лешего. Одновременно рукой нащупала теплый кошачий мех. Рука непроизвольно сжалась, кот мявкнул, но стерпел. Последнее, что услышала, были слова новоприобретенного домового Фомы.
- Осторожнее! Чай не дрова несёшь!
С трудом разлепив глаза, я попыталась вспомнить, кто я и где нахожусь. Судя по знакомому потолку, я лежала на своём диване у себя в квартире в реале. Где-то на кухне что-то шкворчало и вкусно пахло жареной картошкой. Я с трудом припомнила, что вчера, перед тем как вырубиться, распрощалась с Палт Ассаром и его демонами. Следовательно, на кухне хозяйничали Тимка с Ефимкой... Ах да, и домовой... Фома.
Заглянув в кухню, увидала кота, стоявшего возле плиты на табурете. Он, низко склонившись над сковородой, что-то помешивал, смешно поводя усами. Домовой хлопотал у стола. Посуда вокруг него носилась по воздуху и приземлялась точно на указанное мохнатым указательным пальцем место. Картинка меня порадовала. Я отправилась умываться, а когда вернулась, на столе меня ждал горячий чай и тарелка с картошкой.
- Всем доброе утро. А где Ефим? - заволновалась я.
- Назад в карман подался Ефим. Лес без надзора оставлять нельзя, - ответил мне кот. - Меня приглядеть за тобой оставил.
На что домовой Фома проворчал.
- Есть тута кому за ней приглядывать. Ни без глазу.
Я в ответ усмехнулась.
- А зачем вообще за мной приглядывать? Я и раньше тут без пригляду жила. Не жаловалась.
Фома презрительно фыркнул, а кот посмотрел на меня исподлобья и укоризненно покачал головой:
- Раньше ты Ягой не была.
- И что теперь изменилось? Кто теперь меня Ягу в реале тронуть посмеет? Я теперь ух какая.
А Тимофей мне в ответ пробурчал.
- Да уж поверь, найдутся супостаты. Да и неопытная ты ещё, не обученная. Думаешь, если порталы научилась открывать, да гребень метать, то уже никто с тобой сладить не сможет?
- И кто это интересно такой смелый окажется? - подзадоривала я кота, рассчитывая на новую информацию о сверхъестественном мире.
Но кот насупился и замолчал, и, судя по виду домового, тот был с хвостатым согласен.
Я спорить дальше не стала. Взялась за вилку и картошечка в тарелке закончилась на удивление быстро. Тимка потянулся было ложкой к сковороде. Да вспомнил, видать, как я ему лапы немытые поминала, на меня зыркнул. Я только повздыхала. Если кот умеет жарить картошку, то это уже не кот, вот.
В общем, картошечку мы прикончили быстро. А вот чаю попить не успели. В дверь позвонили. Я пошла открывать. Тимка за косяк спрятался. Домовой просто исчез, растворившись в воздухе.
За дверью стояли полицаи. Счетом два.
- Гражданка Сорокина? - спросил тот, кто был потощее и повыше ростом.
- Да. Она самая. Чем обязана?
Тот, что пониже, показал корочку с фотографией и мелкими буковками, и, не дав мне прочесть ни слова, поспешно спрятал назад, в нагрудный карман.
- Можно зайти?
- Ну, зайдите.
Я на автомате провела нежданных гостей на кухню, смутно ощущая беспокойство и гадая про себя, чем бы это я могла заинтересовать органы. Там решила присмотреться к ним поближе. И не напрасно. Что-то в облике полицаев мне казалось неправильным. Росточком оба не вышли от слова вовсе — мне по пояс. Даже подивилась, неужели в полицию стали таких низкорослых набирать? И ещё настораживала какая-то нарочитая небрежность в одежде. Нет, конечно встречала я пару раз представителей правопорядка, у которых примечала некоторое пренебрежение к форме, но тут был явный перебор. Фуражки у обоих висели можно сказать на ушах. Да и вообще, видок полицаи имели расхлястанный. Ворот расстегнут, ремень у брюк чуть не на бёдрах висит... Странные полицаи, в общем. Тут Тимка в дверях обозначился.
- Привет местным стражам правопорядка!
Я было хотела шикнуть на кота, но тут сообразила, что усатый с гостями, как со старыми знакомыми поздоровался. И в подтверждение моих мыслей, тощий промямлил.
- А ты тут какими судьбами, Тимофей Евсеич?
Тимка на столь уважительное обращение к себе вроде как и внимания не обратил, медленно обошёл стол, вскочил на табурет, облокотился на стол, лапой морду подпёр, и с печалью в голосе произнёс.
- Ты, Сеня, меня знаешь. Я просто так в реал не хожу.
Сеня, тот, что повыше, видать был за старшего. Мелкий помалкивал и прятался в тени.
- Да ведь и я, Тимофей Евсеич, просто так по гостям не шастаю, - развёл руками тощий. - У нас у домовых сам знаешь, дел невпроворот. Мало того что своих обязанностей хватает, ещё и патрулировать приходится. Так что мы тут не по своей воле. Послали нас с проверкой. - И полицай Сеня буквально впился в меня острыми глазами-буравчиками. Словно сканировал. У меня аж волосы на голове зашевелились, как стало не по себе. - Гражданка Сорокина у нас новоиспечённая ведьма. Зарегистрировать надо, проинструктировать. А заодно объяснить некоторые правила поведения. К примеру, без разрешения вышестоящего начальства проходы из кармана в реал и обратно открывать нельзя. Нельзя также приводить из кармана без разрешения местное население. А также местное население реала нельзя переправлять в карман. За нарушение правил наказание полагается. Но, на первый раз прощается. Однако, если после инструктажа будет ещё подобное нарушение, вас накажут. В этот раз ваши выкрутасы исправят.
Это меня озадачило.
- Это как это исправят?
Тощий умудрился посмотреть на меня сверху вниз.
- Начальство всё исправит. Демонов назад в ихний карман отправит. Порталы запечатает.
Сердце мое ухнуло куда-то вниз.
- Как это назад? Зачем назад? Им назад нельзя! - завопила я. - Там и от кармана-то одна пещера осталась. Для них это верная гибель!
Тощий лишь усмехнулся.
- Значит, судьба у них такая. Ничего не поделаешь.
Тут меня прорвало.
- Да что ж вы все за нелюди, а!? Получается, если они демоны, то и жизни не достойны? Сами-то вы кто? Домовые, говорите?
Тощий выставил ладонь в мою сторону.
- А вот этого, гражданка Сорокина, не надо. Мы при исполнении и оскорблений от всяких новоиспеченных ведьм не потерпим.
Возмущению моему не было предела, и я прямо физически ощущала, как воздух вокруг меня становится плотнее.
- Это кто это ведьма, а? Это я ведьма? - взвыла оскорблённая я. - Баба Яга я! Избушкой и карманом признанная! И это Я оскорблений от всяких домовых не потерплю!
Чашки на столе мелко задрожали, предвещая небольшое землетрясение, как минимум.
- Требую немедленной встречи с вашим начальством! - выла я, уже с трудом сдерживая то, что нарастало внутри и грозило вырваться наружу.
Тощий заметно занервничал. Его сослуживец отступил в тень прихожей.
- Начальство с абы кем у нас не встречается, - в голосе полицая Сени послышались обидчивые нотки. - Подайте заявку по форме и ждите.
Намечался конструктив. Я подышала, успокаиваясь и присела на стульчик.
- И кому заявку подавать?
Полицай-домовой, осознав, что опасность миновала, выдохнул и уже спокойным голосом ответил.
- Да нам можно. В письменном виде.
Это меня насторожило. Возьмут, а потом потеряют. Знаю я их, этих бюрократов.
- И сколько ждать?
- Сколько начальство решит, столько и ждать будете.
Тут я поняла, что с местной бюрократической нечистью бороться также невозможно, как и с обычной людской. Но на всякий случай сходила за письменными принадлежностями и написала заявку на встречу, так и назвав сей документ - Заявка. Подписала так - Настя, Баба Яга из верхнего кармана.
Пока писала, не заметила как народу в кухне добавилось.
- И что это тут у нас происходит? - послышался смутно знакомый голос. Я подняла глаза и обомлела. В простенке, небрежно привалившись к косяку, стоял мой недавний юный воздыхатель, Кирилл. Вот только взгляд у этого Кирилла был совсем взрослым. Да и голос как-то погрубел. Однако, густющие черные ресницы над смешливыми карими с желтизной глазами я спутать ни с какими другими не могла.
Тощий полицай-домовой засуетился.
- Дык, Кирилл Игоревич, несанкционированное проникновение зарегистрировали. Вот, письменное указание — разобраться.
Домовой мой чаёк уважал. Стоило ему взять кружку в мохнатые загребущие лапы, как ворчанье сменилось на весёлое чавканье и хлюпанье.
Но как только кружка опустела, послышалось сердитое ворчанье и на меня полился поток нелестных слов. В общем, и жадная-то я - никогда не угощу своего домового ни молочком, ни хлебушком. На что я ответила, что знать не знала о его существовании, и коль мы поладим, торжественно обещаю заботиться о домовом как о себе самой. Домовой замолчал и некоторое время смотрел недоверчиво. Пришлось в честь примирения сходить поискать подарок. Вскоре я торжественно вручила домовому не надёванную ни разу бандану, приобретённую по случаю на концерте Земфиры. Бандана домовому понравилась. Он даже колданул на радостях и на моих глазах превратился в голубоглазого соломенного блондина с окладистой бородой. Потом сказал, что зовут его Фомой, я поняла, что мы помирились окончательно.
А потом я зазевала и поняла, что если хоть немного не посплю, никаких подвигов от меня больше не дождутся.
Проснулась ближе к обеду. Гости мои так и сидели в центре комнаты под люстрой, тихонько переговариваясь между собой. На всю квартиру пахло гречневой кашей. Не иначе, домовой снова подсуетился.
Но до кухни я дойти не успела, раздался звонок в дверь. На пороге стояли посланники с той стороны - Тимка и Ефим. Оба имели обиженный вид.
Я виновато потупилась и пригласила гостей в дом.
Переговоры проходили опять-таки на кухне. Тимка, увидав домового, зашипел. Ревнует что ли, — предположила я, и что-то тёплое шевельнулось в душе экс-Бабы Яги.
Ефим долго молчал, только смотрел исподлобья, наконец спросил.
- Что мы тебе сделали, Настя?
Стало стыдно, однако, я припомнила причины своих недавних поступков и ответила.
- В том-то и дело, Фим, что ничего вы не сделали. А следовало бы.
- Ты это о чём, - не понял лешак.
- Я о демонах, Фим. Не по-людски это, бросать на погибель кого-либо. Даже если они и не люди.
- Так ты из-за демонов ушла?! - Ефим мне явно не поверил. - Они тебя чуть не извели, а ты из-за них решила нас бросить?
В словах лешего было много горькой правды, но врождённое чувство справедливости сидело у меня в одном месте вечным гвоздём, не давая сдавать позиции ни на сантиметр.
Помолчали. Кот как взобрался на подоконник, так там и сидел, уставясь в окно.
Гости уходить не спешили, видно было, что сказано не всё. Наверное, как не обижались на меня этносы, вернуть Бабу Ягу для них было важнее.
Наконец, Ефим решил навести мосты и принялся рассказывать о том, как они меня искали.
Те врата, через которые уходила я и где оставила прощальное послание, их почему-то не пропустили. Так что пришлось лешаку с котом идти другими, подконтрольными Василию Премудрому, и добираться до города на попутном транспорте, отводя глаза водителям, чтобы те не обратили внимание на необычный вид пассажиров. От того и припозднились. Иначе бы и раньше припёрлись.
Тут в кухонную дверь просунул нос вчерашний демонёнок.
- Этто ещё что за... - удивлённо произнес кот с подоконника.
А вот Ефим не удивился.
- Значит вот о чём в записке твоей было... А мы гадали... И сколько их у тебя там?
- Девять. Без этого, - проворчал под нос домовой Фома.
А я поманила демонёнка к себе.
- Иди-ка сюда, малыш. Конфету будешь? - Мохнатый уродец закивал так, что я подумала, голова оторвётся. Едва успела протянуть конфету, как демонёнок ухватил её, проворно освободил от бумажки и зачмокал, прикрыв глаза морщинистыми красноватыми веками.
- И что ты собираешься с ними делать? - поинтересовался лешак.
- Ничего не собираюсь. Палт Ассар сам их определит. Я с него клятву взяла, что пока он им всем ликбез не проведёт и клятву с каждого не возьмёт, никто за ворота той деревни, куда он их свёз, не выйдет. И дальше за каждое нарушение общественного порядка и законов этого мира Палт Ассар будет нести личную ответственность передо мной. Он поклялся той самой - самой страшной клятвой.
- Ты это, Насть, прости нас, - виновато произнёс Ефим. - У нас такая война с демонами была, что забыть никак невозможно. Сколько народу они тогда извели, жуть. Сущность демона - творить зло. Они так воспитаны. Как Палт Ассар собирается ими руководить, не представляю. Он хоть и образованный, но всё равно по сути демон. Да и клятва-то о двух концах, пойми. Если кто не сдержится, оба сгорят вмиг. И нарушитель, и сам Палт Ассар. Кто тогда за оставшихся ответит?
Я подтолкнула демонёнка на выход, где его подхватила демоница.
- Я отвечу, стало быть... Фим, ты хоть представь себе, как им там жилось. Пещеры тесные, еды в обрез. Кто хочешь озвереет. Вон Палт Ассар, в человечьем институте учился, значит умный. Я с ним общалась и поверила, что слов на ветер не бросает. Конечно, он гад. И за тебя он мне ещё ответит. Но, и ты его пойми. Что бы вот ты на его месте сделал? Не побоялся бы ты взять на себя такую ответственность?
- Да ихней ответственностью можно в уборной подтереться, - зашипел Тимка, соскакивая с подоконника и забираясь на соседний с домовым стул.
- Он клятву дал. Мы тоже. Круговую, - тихо, но достаточно уверенно произнесла одна из демониц, стоявшая в дверях.
Ефим не унимался.
- А если люди на вас охотиться начнут? Вам придётся защищаться!
- Постараемся этого избежать, - это произнёс сам Палт Ассар, появившийся в дверях, потеснив демоницу. И как вошёл в квартиру, демон его знает? И как давно тут? Слышал ли про то, как я его характеризую? - Прости, Настя, что без церемоний, лишний раз шуметь не хотел. Сразу поясню. Ты моих в дом пустила, значит и меня считай пригласила. Потому что я с ними договор заключил.
Я слушала его и одновременно рассматривала. Сейчас демона было не отличить от человека. Обычный, правда очень высокий и крепкий, парень в обычной человеческой одежде. Немного крупные черты лица, но довольно приятные. Ни рогов, ни хвоста. Демонскую сущность выдавали лишь глаза, и то, если присмотреться. В них, где-то очень глубоко, плескался рубиновый огонь подземного мира.
Кто-то покашлял, и я отмерла. Стало неловко, стоило представить себя, уставившейся на Палта Ассара с открытым ртом. Надо было срочно что-то ответить.
- Быстро ты.
- Нашли место поближе, - пояснил демон. - Этих, что у тебя, заберу сейчас. Машину подогнали прямо к подъезду. Выводить буду по-одному.
- Уверен, что получится?
- Да, не волнуйся. Я клятвами не бросаюсь.
В последующие полчаса самые любопытные из жильцов и случайных прохожих могли наблюдать, как один и тот же подросток в куртке с надвинутым капюшоном выносит из подъезда коробку, загружает в фургон, затем возвращается в подъезд с той же коробкой. И только самые дотошные смогли бы уловить разницу в росте и комплекции. Ну и коробка была той же и кочевала туда-сюда. Да ещё леший Ефим повздыхал, но пошёл творить заклинание отвода глаз.
Когда дверь фургона закрылась за последним демоном и он отъехал от подъезда, я выдохнула и поняла, что устала просто жутко. Скорее всего от нервного напряжения. Понял это, наконец, и мой организм. Видно перенапрягся. Так я у окна как стояла, так по стеночке и сползла. Краем угасающего сознания почувствовала, как подхватили меня сильные руки лешего. Одновременно рукой нащупала теплый кошачий мех. Рука непроизвольно сжалась, кот мявкнул, но стерпел. Последнее, что услышала, были слова новоприобретенного домового Фомы.
- Осторожнее! Чай не дрова несёшь!
Глава 7.
С трудом разлепив глаза, я попыталась вспомнить, кто я и где нахожусь. Судя по знакомому потолку, я лежала на своём диване у себя в квартире в реале. Где-то на кухне что-то шкворчало и вкусно пахло жареной картошкой. Я с трудом припомнила, что вчера, перед тем как вырубиться, распрощалась с Палт Ассаром и его демонами. Следовательно, на кухне хозяйничали Тимка с Ефимкой... Ах да, и домовой... Фома.
Заглянув в кухню, увидала кота, стоявшего возле плиты на табурете. Он, низко склонившись над сковородой, что-то помешивал, смешно поводя усами. Домовой хлопотал у стола. Посуда вокруг него носилась по воздуху и приземлялась точно на указанное мохнатым указательным пальцем место. Картинка меня порадовала. Я отправилась умываться, а когда вернулась, на столе меня ждал горячий чай и тарелка с картошкой.
- Всем доброе утро. А где Ефим? - заволновалась я.
- Назад в карман подался Ефим. Лес без надзора оставлять нельзя, - ответил мне кот. - Меня приглядеть за тобой оставил.
На что домовой Фома проворчал.
- Есть тута кому за ней приглядывать. Ни без глазу.
Я в ответ усмехнулась.
- А зачем вообще за мной приглядывать? Я и раньше тут без пригляду жила. Не жаловалась.
Фома презрительно фыркнул, а кот посмотрел на меня исподлобья и укоризненно покачал головой:
- Раньше ты Ягой не была.
- И что теперь изменилось? Кто теперь меня Ягу в реале тронуть посмеет? Я теперь ух какая.
А Тимофей мне в ответ пробурчал.
- Да уж поверь, найдутся супостаты. Да и неопытная ты ещё, не обученная. Думаешь, если порталы научилась открывать, да гребень метать, то уже никто с тобой сладить не сможет?
- И кто это интересно такой смелый окажется? - подзадоривала я кота, рассчитывая на новую информацию о сверхъестественном мире.
Но кот насупился и замолчал, и, судя по виду домового, тот был с хвостатым согласен.
Я спорить дальше не стала. Взялась за вилку и картошечка в тарелке закончилась на удивление быстро. Тимка потянулся было ложкой к сковороде. Да вспомнил, видать, как я ему лапы немытые поминала, на меня зыркнул. Я только повздыхала. Если кот умеет жарить картошку, то это уже не кот, вот.
В общем, картошечку мы прикончили быстро. А вот чаю попить не успели. В дверь позвонили. Я пошла открывать. Тимка за косяк спрятался. Домовой просто исчез, растворившись в воздухе.
За дверью стояли полицаи. Счетом два.
- Гражданка Сорокина? - спросил тот, кто был потощее и повыше ростом.
- Да. Она самая. Чем обязана?
Тот, что пониже, показал корочку с фотографией и мелкими буковками, и, не дав мне прочесть ни слова, поспешно спрятал назад, в нагрудный карман.
- Можно зайти?
- Ну, зайдите.
Я на автомате провела нежданных гостей на кухню, смутно ощущая беспокойство и гадая про себя, чем бы это я могла заинтересовать органы. Там решила присмотреться к ним поближе. И не напрасно. Что-то в облике полицаев мне казалось неправильным. Росточком оба не вышли от слова вовсе — мне по пояс. Даже подивилась, неужели в полицию стали таких низкорослых набирать? И ещё настораживала какая-то нарочитая небрежность в одежде. Нет, конечно встречала я пару раз представителей правопорядка, у которых примечала некоторое пренебрежение к форме, но тут был явный перебор. Фуражки у обоих висели можно сказать на ушах. Да и вообще, видок полицаи имели расхлястанный. Ворот расстегнут, ремень у брюк чуть не на бёдрах висит... Странные полицаи, в общем. Тут Тимка в дверях обозначился.
- Привет местным стражам правопорядка!
Я было хотела шикнуть на кота, но тут сообразила, что усатый с гостями, как со старыми знакомыми поздоровался. И в подтверждение моих мыслей, тощий промямлил.
- А ты тут какими судьбами, Тимофей Евсеич?
Тимка на столь уважительное обращение к себе вроде как и внимания не обратил, медленно обошёл стол, вскочил на табурет, облокотился на стол, лапой морду подпёр, и с печалью в голосе произнёс.
- Ты, Сеня, меня знаешь. Я просто так в реал не хожу.
Сеня, тот, что повыше, видать был за старшего. Мелкий помалкивал и прятался в тени.
- Да ведь и я, Тимофей Евсеич, просто так по гостям не шастаю, - развёл руками тощий. - У нас у домовых сам знаешь, дел невпроворот. Мало того что своих обязанностей хватает, ещё и патрулировать приходится. Так что мы тут не по своей воле. Послали нас с проверкой. - И полицай Сеня буквально впился в меня острыми глазами-буравчиками. Словно сканировал. У меня аж волосы на голове зашевелились, как стало не по себе. - Гражданка Сорокина у нас новоиспечённая ведьма. Зарегистрировать надо, проинструктировать. А заодно объяснить некоторые правила поведения. К примеру, без разрешения вышестоящего начальства проходы из кармана в реал и обратно открывать нельзя. Нельзя также приводить из кармана без разрешения местное население. А также местное население реала нельзя переправлять в карман. За нарушение правил наказание полагается. Но, на первый раз прощается. Однако, если после инструктажа будет ещё подобное нарушение, вас накажут. В этот раз ваши выкрутасы исправят.
Это меня озадачило.
- Это как это исправят?
Тощий умудрился посмотреть на меня сверху вниз.
- Начальство всё исправит. Демонов назад в ихний карман отправит. Порталы запечатает.
Сердце мое ухнуло куда-то вниз.
- Как это назад? Зачем назад? Им назад нельзя! - завопила я. - Там и от кармана-то одна пещера осталась. Для них это верная гибель!
Тощий лишь усмехнулся.
- Значит, судьба у них такая. Ничего не поделаешь.
Тут меня прорвало.
- Да что ж вы все за нелюди, а!? Получается, если они демоны, то и жизни не достойны? Сами-то вы кто? Домовые, говорите?
Тощий выставил ладонь в мою сторону.
- А вот этого, гражданка Сорокина, не надо. Мы при исполнении и оскорблений от всяких новоиспеченных ведьм не потерпим.
Возмущению моему не было предела, и я прямо физически ощущала, как воздух вокруг меня становится плотнее.
- Это кто это ведьма, а? Это я ведьма? - взвыла оскорблённая я. - Баба Яга я! Избушкой и карманом признанная! И это Я оскорблений от всяких домовых не потерплю!
Чашки на столе мелко задрожали, предвещая небольшое землетрясение, как минимум.
- Требую немедленной встречи с вашим начальством! - выла я, уже с трудом сдерживая то, что нарастало внутри и грозило вырваться наружу.
Тощий заметно занервничал. Его сослуживец отступил в тень прихожей.
- Начальство с абы кем у нас не встречается, - в голосе полицая Сени послышались обидчивые нотки. - Подайте заявку по форме и ждите.
Намечался конструктив. Я подышала, успокаиваясь и присела на стульчик.
- И кому заявку подавать?
Полицай-домовой, осознав, что опасность миновала, выдохнул и уже спокойным голосом ответил.
- Да нам можно. В письменном виде.
Это меня насторожило. Возьмут, а потом потеряют. Знаю я их, этих бюрократов.
- И сколько ждать?
- Сколько начальство решит, столько и ждать будете.
Тут я поняла, что с местной бюрократической нечистью бороться также невозможно, как и с обычной людской. Но на всякий случай сходила за письменными принадлежностями и написала заявку на встречу, так и назвав сей документ - Заявка. Подписала так - Настя, Баба Яга из верхнего кармана.
Пока писала, не заметила как народу в кухне добавилось.
- И что это тут у нас происходит? - послышался смутно знакомый голос. Я подняла глаза и обомлела. В простенке, небрежно привалившись к косяку, стоял мой недавний юный воздыхатель, Кирилл. Вот только взгляд у этого Кирилла был совсем взрослым. Да и голос как-то погрубел. Однако, густющие черные ресницы над смешливыми карими с желтизной глазами я спутать ни с какими другими не могла.
Тощий полицай-домовой засуетился.
- Дык, Кирилл Игоревич, несанкционированное проникновение зарегистрировали. Вот, письменное указание — разобраться.
