умирают, но смерть никогда не была чьей-то целью, чьим-то долгом! В душе Лизе так хотелось, чтобы, как обычно, Дима засмеялся и сказал: «Ну что, поверила?», — но он был слишком серьезен, и не было в его словах лукавства и такого привычного сарказма… Он не врал.
В голову девочки начали приходить немного странные мысли:
«Столько раз за весь этот год Дима говорил: «Запереть бы тебя подальше от опасностей!», но запирать, видимо, надо вовсе не меня. Тогда, в какой бы опасности я ни была, Дима будет жив?»
Какие же глупые мысли… Такие резкие, необдуманные, даже опасные для нее самой! Знал бы Дима, что она думала, пока тот обнимал ее, запер бы безо всяких размышлений, как и обещал много раз.
Наверное, девочка не понимала и сама, о чем думает — все это было лишь от страха, страха его потерять! Все от боли! Пускай она и часто кричала на него, бранила за настойчивость и строгость к ней… это был ее первый друг… Самый близкий и самый дорогой! Это Дима спас ее от смерти год назад! Это Дёмин натерпелся упреков и недоверия со стороны Богов Легиона! Это преданный волк в любую погоду бежал к ней сломя голову!
Лиза прижала его руку к сердцу и в душе взмолилась: «Если ты слышишь! Если ты видишь, Создатель! Не знаю, за какие грехи… Неважно за что… Прошу, прости его! Если не можешь, дай мне его проклятие!». Конечно, в голове тут же пронеслось: «Имею ли я на это право?», — но было уже все равно!
Говорят, что вместе с часами замирает и существование, но это был другой случай, возможно, первый, когда тишина стала символом жизни. Эта тишина, которая казалась тревожной, оживала при звуке манящего ветра. И этот ветер будто летел из скорого неизвестного и улетал в давно забытое.
Ночь накрыла звездным покрывалом спящий город. И ни одно далекое светило на небе не могло предугадать, что случится уже совсем скоро.
Пройдя неблизкий путь, молодой парень, скрывающий лицо под капюшоном, оказался у знакомого ему места. С первого взгляда строение выглядело давно заброшенным, но путник точно знал — хорошо оборудованный подвал этого здания вот уже много лет ни на день не оставался пустым.
Спустившись по небольшой, но довольно крутой лестнице, мужчина оказался у железной двери в давно обжитый бандитами бункер. Охранник немедля приставил дуло пистолета к его лбу и, харкнув на землю, поприветствовал гостя: "Тебе чего, парень? Ищешь острых ощущений?"
— Хочу поговорить с вашим начальником, — спокойным голосом отозвался тот. — Скар сейчас ведь у себя?
— К нему за месяц надо записываться. А не записан, так плати. Денег-то у тебя хватит?
Юноша в плаще поднял голову, и на бандита из-под капюшона посмотрели два чёрных глаза.
— Так ты откроешь мне дверь, или я сделаю это сам?
Разговор с подобными нарушителями был короткий. Мужчина нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел, и через мгновение бандит упал замертво перед охраняемой дверью.
Переступив через остывающий труп, юноша беспрепятственно вошёл в бункер. Играла громкая музыка. Банда веселилась, празднуя, похоже, очередное удачное дело. Рекой лился алкоголь. Члены группы, не стесняясь, делили на столе дорожки белого порошка.
Гость прошёл на середину зала, оставшись незамеченным, что, кажется, пришлось ему не по душе.
Он лишь взглянул на большие колонки у стен, из которых гремела всевозможная похабщина, как те, заискрившись, пришли в негодность.
Незваный тут же оказался на прицеле. Один за другим щелкнули десятки предохранителей.
— Тебе чего!? — грубо крикнул один из бандитов, угрожающе размахивая стволом.
Ответа не последовало.
Словно плотный поток ветра пронёсся по залу смертоносным серпом. Хлынула кровь. И не единого вскрика. Гибель членов банды была мгновенной. Постояв на месте несколько секунд, юноша позвал кого-то через левое плечо.
— Уходи. Тебя я не трону.
В углу кто-то зашевелился. За спиной гость услышал суетливые шаги и звук закрывшейся двери. Подождав немного, парень прошел дальше, точно зная, где находится его главная цель.
Кабинет главаря был открыт, будто бы тот ждал гостя. Когда юноша, расправившийся со всей командой, переступил порог комнаты, мужчина сидел в кресле, в центре кабинета, опустив голову. Взяв стул, стоявший в углу, юноша поставил его с другой стороны и сел к своему собеседнику спина к спине. Наконец-то он снял капюшон, и по его плечам заструились длинные каштановые волосы. Парень закинул ногу на ногу, скрестил руки на груди и негромко вздохнул.
— Много лет назад я сохранил тебе жизнь, потому что искренне верил в то, что ты не повторишь ошибок своих предшественников. У тебя были убеждения, была идеология… куда все это делось теперь?
— Ты пришел убить меня, так чего медлить? — с усмешкой обреченного спросил мужчина.
— Хотел в последний раз поговорить, как с когда-то добрым товарищем и учеником… Ты не глупый человек, Скар, и вовсе не слепой. Так как ты смог такое допустить? Не говори, что ты не знал.
— Узнал, но лишь после того, как это случилось.
— Как глава, ты был просто обязан обозначить границы. Кажется, мы условились, что есть дела, в которые вам не следует соваться.
— Она была у тебя в немилости, — напомнил Скар.
— Мой конфликт с проклятой — дело сугубо личное. Кана принадлежит мне, как и ее жизнь. Не вам решать, когда и как она оборвется.
— Не мы почти разрезали ее напополам, Зио. И ты это понимаешь.
— Понимаю. Однако это ее не убило. Судьбу Каны решили вы… — выдержав тяжелую паузу, Бог продолжил. — Ты знал, почему я оставил ее в живых тогда и не убил за столько лет. Знал, что Гланрэш ни одному из вас не подчинится, и все же позволил своим людям забрать клинок. Ты знал достаточно, чтобы отрубить руку первому же, кто посмеет коснуться этой девушки, но ты утратил контроль над теми, кого был обязан держать на привязи… Скар…
Встав, он накинул капюшон и подошел к двери, ведущей в зал.
— Мы не видели ее с прошлой ночи, — произнес главарь банды.
Бог остановился, но информация, сказанная Скаром, была для него не нова.
— Я знаю.
— Зио! Может, я и упустил из виду своих парней всего на минуту, но я все еще сдерживаю Ворона. Не станет меня…
— С этим я как-нибудь разберусь…
Выйдя из кабинета, юноша молча стоял у двери больше минуты. За стеной раздались приглушенные кряхтения и стоны — жизнь быстро покидала тело Скара по воле Бога, пришедшего лично совершить над ним казнь.
Мечта, заветная мечта. Она есть у каждого. Ради ее исполнения мы готовы на многое. Однако мало кто всерьез задумывается — а в чем же тогда ее конечная цель…
«Много лет назад на еще совсем молодой Земле жили прекрасные Боги — существа, обладающие невероятной силой. Они не знали смертей и болезней и были вольны делать то, что пожелают. Но они всегда хотели большего. Это их и сгубило... Они начали забывать о том, кто они есть на самом деле, все больше отдаляясь от Силы и поддаваясь своим страстям. Тогда Сила покинула их — так появились люди. Их становилось все больше и больше, но все же оставались те, кто был полностью верен Силе. Они старались, во что бы то ни стало, сохранить этот мир. Но люди все больше заполоняли его, уничтожая все на своем пути...
Последним нетронутым людьми местом был Райский сад, посреди которого росло Древо Жизни, которое денно и нощно охраняла Богиня по имени Юми Омия. Плодами древа были самоцветы — драгоценные камни, блеск которых затмевал лучи солнца, их звон разносился песней по всему миру. Человеку Кристаллы даровали вечную жизнь и божественную силу. Богам же они служили источником чистоты и мудрости.
Но однажды Юми встретила мальчика, участь которого была столь ужасной, что она пожелала, чтобы тот стал Богом и смог жить счастливо. И звали его Рэу...
Рэу, глядя на мир с ненавистью, захотел уничтожить его. Он предал всех, кому был дорог... Юми была повержена в нечестной битве. И горело Древо в адском пламени его гнева! И разнеслась по ветру боль и печаль! И встали Боги плечом к плечу на защиту всего мира! И падали они на поле боя, защищая то, что им дорого!
Рэу был побежден, но ценой многих... Погибли и те, кто повел их в эту битву. Те, что олицетворяли два начала: добро и зло, Нейто Дорио и Нейто Зио.
В последние Кристаллы Боги заключили всю энергию мироздания и спрятали их там, где ничьи злые руки не смогли коснуться их:
Камень славы был отдан в Храм огня, чтобы веками прославлять его Богов, но спустя много лет оказался во Внешнем мире, где годами передавался в семье потомков Первого Бога. Камень красоты отдан Храму воды, и ныне бережно хранит его та, что прекрасна и лицом, и душой. Камень вечности хранила та, что стремилась в небеса и к звездам путь сумела проложить, а после передала она добровольно свое сокровище тому, чья душа не знала злобы и жадности. Камень веры достался тому, кто отчаялся, чтобы жизнь его скрасить, и последовательница его все еще ищет путь, по которому пройдет свою жизнь. Камень сердца был спрятан в горах, чтобы никто не смог подделать любовь, и в руки попал к той, в чьем сердце лишь искренность была. Камень крови завещан тому, кто всегда ее жаждал, дабы усмирить его гнев, но нынешний владелец его не желал ни зла никому, ни боли. Камень сострадания той, кто помогал всем страждущим. Камень удачи погребен в земле вместе с тем, кто погиб на поле боя, но тот, кто Силу его Бога носит, не достал его из древней гробницы. Камень силы дан тому, кто жаждал власти, и держит его крепко в руках один из сильнейших средь ныне живущих. Камень памяти тому, кто ее утратил, однако сквозь века владелец его нынешний лишь знания нес, чтоб далее их передать. Камень власти был принесен в дар золотому королю, чтобы тот хранил его в своих темных чертогах, но тот, кому достался он ныне, от всех корон своих отрекся. Камень смерти отдан в царство тьмы. Камень жизни в царство света. Камень долга тому, кто клятву священную дал, и тот, кто силу его унаследовал, несет на сердце тяжкий груз обещания. Камень чести отдан той, что с солнцем говорила. Камень счастья отдан храму Ветра, чтобы разносило его порывами по всему миру. Камень раздора той, что сеяла его ради прихоти своей, но ныне власти и сил своих безвозвратно лишилась. Камень света и Камень тьмы забрали с собой те, кто повел Первых Богов в их последнюю битву.
Придет время — Боги сойдутся вновь под единым знаменем! И поднимется Солнце, знаменуя начало нового мира, но только Божья Клятва способна объединить их души, и только Счастливчик сможет уничтожить порождение зла клинком, что разрубает небеса.
Минуло столько лет… А сколько же сменилось поколений? И как долго осталось ждать спасительного света во тьме ночи, где господствует зло? Те, кому предрешено дать свершиться древнему пророчеству, уже давно с тревогой чувствуют, что это время неумолимо приближается…»
«Боги! У меня есть для вас очень важная новость! С одной стороны она, быть может, будет радостной, с другой — горестной. Предводитель Опустошителей Скар Наймон и все члены отряда «Рандукки» были уничтожены этой ночью Богом зла Нейто Зио. Отряд «Возмездие», под предводительством Росса, уже приняли меры. Не за горами и тот час, когда сам Линч явится в город по ваши души. Госпожа Нейто Дорио, я обращаюсь лично к Вам: будьте осторожны, враги поджидают Вас на каждом шагу! Я — информатор, и на этом я не прощаюсь».
01.09.5116
Все самое хорошее когда-нибудь кончается, в том числе и каникулы. Лето завершилось назло всему миру, и особенно детям от 7 до 18 лет и их родителям, которым еще месяц назад пришлось начать готовить детей к новому учебному году. В этот век радовало в учебе немногое, но хоть стопку дорогих учебников покупать уже давно не приходилось никому — весь новый материал для обучения учителя заранее высылали своим ученикам на персональные планшеты, которые щедро раздавались во всех школах еще в первом классе. В канцелярских магазинах ребятишки толпились лишь за разноцветными пеналами, ручками, карандашами и тетрадями. Ведь как бы не было удобно печатать на электронных устройствах, умение писать от руки развивалось у малышей еще с дошкольных подготовительных кружков.
Богам, не достигшим совершеннолетия и еще не получившим заветный человеческий диплом, приходилось так же несладко, как и обычным смертным. И в этот раз Лиза была не одна в своей лодке двойной жизни: существования между школой, родителями и бесконечными приключениями под покровом ночи. На этот раз к ее едва держащемуся на плаву судну присоединились Ариадна и Софи, которой только-только предстояло влиться в обычную школьную рутину.
Дима неспешно шел на школьную линейку, волоча за собой сонную Лизу: девочка, которая не спала всю ночь (потому что досматривала очередной сериал), то и дело зевала и потирала глаза. Благо встала Дорио достаточно рано, чтобы даже на такой скорости прийти к началу мероприятия вовремя.
Казалось бы, для кого-то учеба всегда была самым ужасным наказанием, вот только уставшая за лето от приключений девочка, с одной стороны, была лишь рада вновь окунуться с головой в учебники, увидеть одноклассников и даже некоторых учителей, по которым уже очень скучала. В школе не знали о внеурочных похождениях Лизы, обсуждали с ней лишь повседневные новости и жаловались на простые подростковые проблемы.
Со стороны иной, чисто человеческой, возвращаться к учебе ей крайне не хотелось, как и любому другому человеку в возрасте 15 лет. Нет, родители не наседали на нее каждодневно с требованием исключительно лучших оценок по всем предметам. Этим почему-то год назад решили озаботиться Дима и Джек. Помогали с уроками, проверяли домашнее задание. То и дело к занятиям подключался сам Адольф. Как Лизе тогда показалось — Боги непременно хотели этим загладить свою небольшую вину за то, что время от времени именно они становились главной причиной отставания юной Богини.
В то время как Лиза на ходу досматривала последний сон, Дима выглядел на удивление выспавшимся. Дивилась этому и сама девочка, и даже Боги: насколько бы изнурительной не была битва, каким бы сложным не выдался день — оборотень никогда не валился с ног и всегда был полон сил. Воистину неистовый зверь! И был у него довольно веский повод однажды получить это несколько обидное прозвище. В Легионе знали точно — выкладывается волк не в полную силу.
Не было ясно и то, как со своим плотным графиком присмотра за Дорио он успевал спать и питаться. К своей подопечной парень приходил рано утром, запрыгивал в комнату через балкон, ждал, пока Лиза проснется, сопровождал ее весь день, а вечером провожал до самого дома. Иногда, обойдя дом с другой стороны, Дима снова запрыгивал к ней на третий этаж и сидел в гостях так до самой ночи. Бывало, что он оставался до самого утра: оборачивался волком и устраивался на полу рядом с кроватью.
Этим утром Дима не поленился подняться в пять утра. Отец девочки к тому времени еще не вернулся с ночной смены, а мать все еще крепко спала в соседней комнате. Разбудить Лизу в этот раз было нелегко, а еще труднее оказалось как можно тише дотащить ее до ванной и опустить под холодный душ, прямо как есть, в ночной рубашке. Немало промокнув за компанию, волк оставил Лизу одеваться и приводить себя в порядок, а сам вышел на улицу.
В голову девочки начали приходить немного странные мысли:
«Столько раз за весь этот год Дима говорил: «Запереть бы тебя подальше от опасностей!», но запирать, видимо, надо вовсе не меня. Тогда, в какой бы опасности я ни была, Дима будет жив?»
Какие же глупые мысли… Такие резкие, необдуманные, даже опасные для нее самой! Знал бы Дима, что она думала, пока тот обнимал ее, запер бы безо всяких размышлений, как и обещал много раз.
Наверное, девочка не понимала и сама, о чем думает — все это было лишь от страха, страха его потерять! Все от боли! Пускай она и часто кричала на него, бранила за настойчивость и строгость к ней… это был ее первый друг… Самый близкий и самый дорогой! Это Дима спас ее от смерти год назад! Это Дёмин натерпелся упреков и недоверия со стороны Богов Легиона! Это преданный волк в любую погоду бежал к ней сломя голову!
Лиза прижала его руку к сердцу и в душе взмолилась: «Если ты слышишь! Если ты видишь, Создатель! Не знаю, за какие грехи… Неважно за что… Прошу, прости его! Если не можешь, дай мне его проклятие!». Конечно, в голове тут же пронеслось: «Имею ли я на это право?», — но было уже все равно!
Говорят, что вместе с часами замирает и существование, но это был другой случай, возможно, первый, когда тишина стала символом жизни. Эта тишина, которая казалась тревожной, оживала при звуке манящего ветра. И этот ветер будто летел из скорого неизвестного и улетал в давно забытое.
Ночь накрыла звездным покрывалом спящий город. И ни одно далекое светило на небе не могло предугадать, что случится уже совсем скоро.
Пройдя неблизкий путь, молодой парень, скрывающий лицо под капюшоном, оказался у знакомого ему места. С первого взгляда строение выглядело давно заброшенным, но путник точно знал — хорошо оборудованный подвал этого здания вот уже много лет ни на день не оставался пустым.
Спустившись по небольшой, но довольно крутой лестнице, мужчина оказался у железной двери в давно обжитый бандитами бункер. Охранник немедля приставил дуло пистолета к его лбу и, харкнув на землю, поприветствовал гостя: "Тебе чего, парень? Ищешь острых ощущений?"
— Хочу поговорить с вашим начальником, — спокойным голосом отозвался тот. — Скар сейчас ведь у себя?
— К нему за месяц надо записываться. А не записан, так плати. Денег-то у тебя хватит?
Юноша в плаще поднял голову, и на бандита из-под капюшона посмотрели два чёрных глаза.
— Так ты откроешь мне дверь, или я сделаю это сам?
Разговор с подобными нарушителями был короткий. Мужчина нажал на спусковой крючок. Раздался выстрел, и через мгновение бандит упал замертво перед охраняемой дверью.
Переступив через остывающий труп, юноша беспрепятственно вошёл в бункер. Играла громкая музыка. Банда веселилась, празднуя, похоже, очередное удачное дело. Рекой лился алкоголь. Члены группы, не стесняясь, делили на столе дорожки белого порошка.
Гость прошёл на середину зала, оставшись незамеченным, что, кажется, пришлось ему не по душе.
Он лишь взглянул на большие колонки у стен, из которых гремела всевозможная похабщина, как те, заискрившись, пришли в негодность.
Незваный тут же оказался на прицеле. Один за другим щелкнули десятки предохранителей.
— Тебе чего!? — грубо крикнул один из бандитов, угрожающе размахивая стволом.
Ответа не последовало.
Словно плотный поток ветра пронёсся по залу смертоносным серпом. Хлынула кровь. И не единого вскрика. Гибель членов банды была мгновенной. Постояв на месте несколько секунд, юноша позвал кого-то через левое плечо.
— Уходи. Тебя я не трону.
В углу кто-то зашевелился. За спиной гость услышал суетливые шаги и звук закрывшейся двери. Подождав немного, парень прошел дальше, точно зная, где находится его главная цель.
Кабинет главаря был открыт, будто бы тот ждал гостя. Когда юноша, расправившийся со всей командой, переступил порог комнаты, мужчина сидел в кресле, в центре кабинета, опустив голову. Взяв стул, стоявший в углу, юноша поставил его с другой стороны и сел к своему собеседнику спина к спине. Наконец-то он снял капюшон, и по его плечам заструились длинные каштановые волосы. Парень закинул ногу на ногу, скрестил руки на груди и негромко вздохнул.
— Много лет назад я сохранил тебе жизнь, потому что искренне верил в то, что ты не повторишь ошибок своих предшественников. У тебя были убеждения, была идеология… куда все это делось теперь?
— Ты пришел убить меня, так чего медлить? — с усмешкой обреченного спросил мужчина.
— Хотел в последний раз поговорить, как с когда-то добрым товарищем и учеником… Ты не глупый человек, Скар, и вовсе не слепой. Так как ты смог такое допустить? Не говори, что ты не знал.
— Узнал, но лишь после того, как это случилось.
— Как глава, ты был просто обязан обозначить границы. Кажется, мы условились, что есть дела, в которые вам не следует соваться.
— Она была у тебя в немилости, — напомнил Скар.
— Мой конфликт с проклятой — дело сугубо личное. Кана принадлежит мне, как и ее жизнь. Не вам решать, когда и как она оборвется.
— Не мы почти разрезали ее напополам, Зио. И ты это понимаешь.
— Понимаю. Однако это ее не убило. Судьбу Каны решили вы… — выдержав тяжелую паузу, Бог продолжил. — Ты знал, почему я оставил ее в живых тогда и не убил за столько лет. Знал, что Гланрэш ни одному из вас не подчинится, и все же позволил своим людям забрать клинок. Ты знал достаточно, чтобы отрубить руку первому же, кто посмеет коснуться этой девушки, но ты утратил контроль над теми, кого был обязан держать на привязи… Скар…
Встав, он накинул капюшон и подошел к двери, ведущей в зал.
— Мы не видели ее с прошлой ночи, — произнес главарь банды.
Бог остановился, но информация, сказанная Скаром, была для него не нова.
— Я знаю.
— Зио! Может, я и упустил из виду своих парней всего на минуту, но я все еще сдерживаю Ворона. Не станет меня…
— С этим я как-нибудь разберусь…
Выйдя из кабинета, юноша молча стоял у двери больше минуты. За стеной раздались приглушенные кряхтения и стоны — жизнь быстро покидала тело Скара по воле Бога, пришедшего лично совершить над ним казнь.
Глава 2.0. Предисловие к тому 2: "Пока бьются сердца"
Мечта, заветная мечта. Она есть у каждого. Ради ее исполнения мы готовы на многое. Однако мало кто всерьез задумывается — а в чем же тогда ее конечная цель…
«Много лет назад на еще совсем молодой Земле жили прекрасные Боги — существа, обладающие невероятной силой. Они не знали смертей и болезней и были вольны делать то, что пожелают. Но они всегда хотели большего. Это их и сгубило... Они начали забывать о том, кто они есть на самом деле, все больше отдаляясь от Силы и поддаваясь своим страстям. Тогда Сила покинула их — так появились люди. Их становилось все больше и больше, но все же оставались те, кто был полностью верен Силе. Они старались, во что бы то ни стало, сохранить этот мир. Но люди все больше заполоняли его, уничтожая все на своем пути...
Последним нетронутым людьми местом был Райский сад, посреди которого росло Древо Жизни, которое денно и нощно охраняла Богиня по имени Юми Омия. Плодами древа были самоцветы — драгоценные камни, блеск которых затмевал лучи солнца, их звон разносился песней по всему миру. Человеку Кристаллы даровали вечную жизнь и божественную силу. Богам же они служили источником чистоты и мудрости.
Но однажды Юми встретила мальчика, участь которого была столь ужасной, что она пожелала, чтобы тот стал Богом и смог жить счастливо. И звали его Рэу...
Рэу, глядя на мир с ненавистью, захотел уничтожить его. Он предал всех, кому был дорог... Юми была повержена в нечестной битве. И горело Древо в адском пламени его гнева! И разнеслась по ветру боль и печаль! И встали Боги плечом к плечу на защиту всего мира! И падали они на поле боя, защищая то, что им дорого!
Рэу был побежден, но ценой многих... Погибли и те, кто повел их в эту битву. Те, что олицетворяли два начала: добро и зло, Нейто Дорио и Нейто Зио.
В последние Кристаллы Боги заключили всю энергию мироздания и спрятали их там, где ничьи злые руки не смогли коснуться их:
Камень славы был отдан в Храм огня, чтобы веками прославлять его Богов, но спустя много лет оказался во Внешнем мире, где годами передавался в семье потомков Первого Бога. Камень красоты отдан Храму воды, и ныне бережно хранит его та, что прекрасна и лицом, и душой. Камень вечности хранила та, что стремилась в небеса и к звездам путь сумела проложить, а после передала она добровольно свое сокровище тому, чья душа не знала злобы и жадности. Камень веры достался тому, кто отчаялся, чтобы жизнь его скрасить, и последовательница его все еще ищет путь, по которому пройдет свою жизнь. Камень сердца был спрятан в горах, чтобы никто не смог подделать любовь, и в руки попал к той, в чьем сердце лишь искренность была. Камень крови завещан тому, кто всегда ее жаждал, дабы усмирить его гнев, но нынешний владелец его не желал ни зла никому, ни боли. Камень сострадания той, кто помогал всем страждущим. Камень удачи погребен в земле вместе с тем, кто погиб на поле боя, но тот, кто Силу его Бога носит, не достал его из древней гробницы. Камень силы дан тому, кто жаждал власти, и держит его крепко в руках один из сильнейших средь ныне живущих. Камень памяти тому, кто ее утратил, однако сквозь века владелец его нынешний лишь знания нес, чтоб далее их передать. Камень власти был принесен в дар золотому королю, чтобы тот хранил его в своих темных чертогах, но тот, кому достался он ныне, от всех корон своих отрекся. Камень смерти отдан в царство тьмы. Камень жизни в царство света. Камень долга тому, кто клятву священную дал, и тот, кто силу его унаследовал, несет на сердце тяжкий груз обещания. Камень чести отдан той, что с солнцем говорила. Камень счастья отдан храму Ветра, чтобы разносило его порывами по всему миру. Камень раздора той, что сеяла его ради прихоти своей, но ныне власти и сил своих безвозвратно лишилась. Камень света и Камень тьмы забрали с собой те, кто повел Первых Богов в их последнюю битву.
Придет время — Боги сойдутся вновь под единым знаменем! И поднимется Солнце, знаменуя начало нового мира, но только Божья Клятва способна объединить их души, и только Счастливчик сможет уничтожить порождение зла клинком, что разрубает небеса.
Минуло столько лет… А сколько же сменилось поколений? И как долго осталось ждать спасительного света во тьме ночи, где господствует зло? Те, кому предрешено дать свершиться древнему пророчеству, уже давно с тревогой чувствуют, что это время неумолимо приближается…»
Глава 2.1. Идеальное начало учебного года
«Боги! У меня есть для вас очень важная новость! С одной стороны она, быть может, будет радостной, с другой — горестной. Предводитель Опустошителей Скар Наймон и все члены отряда «Рандукки» были уничтожены этой ночью Богом зла Нейто Зио. Отряд «Возмездие», под предводительством Росса, уже приняли меры. Не за горами и тот час, когда сам Линч явится в город по ваши души. Госпожа Нейто Дорио, я обращаюсь лично к Вам: будьте осторожны, враги поджидают Вас на каждом шагу! Я — информатор, и на этом я не прощаюсь».
01.09.5116
Все самое хорошее когда-нибудь кончается, в том числе и каникулы. Лето завершилось назло всему миру, и особенно детям от 7 до 18 лет и их родителям, которым еще месяц назад пришлось начать готовить детей к новому учебному году. В этот век радовало в учебе немногое, но хоть стопку дорогих учебников покупать уже давно не приходилось никому — весь новый материал для обучения учителя заранее высылали своим ученикам на персональные планшеты, которые щедро раздавались во всех школах еще в первом классе. В канцелярских магазинах ребятишки толпились лишь за разноцветными пеналами, ручками, карандашами и тетрадями. Ведь как бы не было удобно печатать на электронных устройствах, умение писать от руки развивалось у малышей еще с дошкольных подготовительных кружков.
Богам, не достигшим совершеннолетия и еще не получившим заветный человеческий диплом, приходилось так же несладко, как и обычным смертным. И в этот раз Лиза была не одна в своей лодке двойной жизни: существования между школой, родителями и бесконечными приключениями под покровом ночи. На этот раз к ее едва держащемуся на плаву судну присоединились Ариадна и Софи, которой только-только предстояло влиться в обычную школьную рутину.
Дима неспешно шел на школьную линейку, волоча за собой сонную Лизу: девочка, которая не спала всю ночь (потому что досматривала очередной сериал), то и дело зевала и потирала глаза. Благо встала Дорио достаточно рано, чтобы даже на такой скорости прийти к началу мероприятия вовремя.
Казалось бы, для кого-то учеба всегда была самым ужасным наказанием, вот только уставшая за лето от приключений девочка, с одной стороны, была лишь рада вновь окунуться с головой в учебники, увидеть одноклассников и даже некоторых учителей, по которым уже очень скучала. В школе не знали о внеурочных похождениях Лизы, обсуждали с ней лишь повседневные новости и жаловались на простые подростковые проблемы.
Со стороны иной, чисто человеческой, возвращаться к учебе ей крайне не хотелось, как и любому другому человеку в возрасте 15 лет. Нет, родители не наседали на нее каждодневно с требованием исключительно лучших оценок по всем предметам. Этим почему-то год назад решили озаботиться Дима и Джек. Помогали с уроками, проверяли домашнее задание. То и дело к занятиям подключался сам Адольф. Как Лизе тогда показалось — Боги непременно хотели этим загладить свою небольшую вину за то, что время от времени именно они становились главной причиной отставания юной Богини.
В то время как Лиза на ходу досматривала последний сон, Дима выглядел на удивление выспавшимся. Дивилась этому и сама девочка, и даже Боги: насколько бы изнурительной не была битва, каким бы сложным не выдался день — оборотень никогда не валился с ног и всегда был полон сил. Воистину неистовый зверь! И был у него довольно веский повод однажды получить это несколько обидное прозвище. В Легионе знали точно — выкладывается волк не в полную силу.
Не было ясно и то, как со своим плотным графиком присмотра за Дорио он успевал спать и питаться. К своей подопечной парень приходил рано утром, запрыгивал в комнату через балкон, ждал, пока Лиза проснется, сопровождал ее весь день, а вечером провожал до самого дома. Иногда, обойдя дом с другой стороны, Дима снова запрыгивал к ней на третий этаж и сидел в гостях так до самой ночи. Бывало, что он оставался до самого утра: оборачивался волком и устраивался на полу рядом с кроватью.
Этим утром Дима не поленился подняться в пять утра. Отец девочки к тому времени еще не вернулся с ночной смены, а мать все еще крепко спала в соседней комнате. Разбудить Лизу в этот раз было нелегко, а еще труднее оказалось как можно тише дотащить ее до ванной и опустить под холодный душ, прямо как есть, в ночной рубашке. Немало промокнув за компанию, волк оставил Лизу одеваться и приводить себя в порядок, а сам вышел на улицу.
