Парень понял, что в класс вошел учитель, когда все резко утихли и сели на свои места, но не счел важным даже посмотреть в его сторону.
— Перекличка, господа прогульщики! — нелестно поприветствовал Максим Сергеевич своих учеников. — Вижу, что пришли не все. Что, так отметили начало лета, что не успели протрезветь к осени? Ну-ну, посмотрим за этот месяц, как вы готовы к выпускным экзаменам.
Выложив из своего небольшого чемоданчика дорогой ноутбук, математик начал пробегаться по списку, громко отмечая всех отсутствующих. Дима лишь приподнял руку, услышав свою фамилию, и продолжил смотреть в окно. Классный руководитель девочек все никак не приходил, и это вызывало в юноше только больше тревоги. Этот крайне пунктуальный мужчина еще никогда не опаздывал на собрания. Что же случилось сейчас?
— Если кто-то будет прогуливать физкультуру только потому, что ему лень, будет отправлен к директору! — между делом выдал Максим Сергеевич и, заметив, как безучастно к его словам отнесся юноша, сердито окликнул его. — Дёмин, тебя это тоже касается! Дёмин? Дёмин! — учитель стукнул кулаком по столу. — Это тебе урок, а не перемена! Черт подери, выпускной класс, а ведете себя как дети! Слушать надо, что говорить преподаватель, особенно, если это касается вашего будущего!
— Вообще-то классный час, — вздохнул Дёмин, всего лишь кинув беглый взгляд в сторону белой доски, на фоне которой стоял учитель, — да и Вы не сказали ничего того, чего бы я уже сотню раз от Вас не слышал.
Максим Сергеевич надулся и покраснел, как злой бабуин.
— Если он еще хоть раз ко мне по фамилии сегодня обратится — меня стошнит, — Дима стиснул зубы.
— Ты чего! Жить надоело? Спорить с ним — все равно что смертный приговор себе подписывать! — шикнула ему с соседней парты девочка, чьего имени парень даже не помнил.
Так уж вышло, что за весь прошлый год обучения из коллектива он не запомнил толком никого. Держался от всех в стороне и не лез в их уже сформировавшийся социум.
— И что он мне сделает? — закатил глаза Дёмин. — Двойку влепит за поведение? Напугал собаку костью…
— А по мне, так пора бы уже поставить его на место! Этот хмырь слишком много о себе думает! — одноклассник, сидящий позади, несильно хлопнул Диму по плечу в знак одобрения, но тот сразу дернулся в сторону, чтобы скинуть с себя чужую руку.
— О чем интересном таком беседуете, а? Галерка! — прикрикнул Максим Сергеевич, привстав на цыпочки.
— О том, что Вы уже все границы переходите, — подала голос девушка, сидящая впереди Димы. — Даже забавно, что о вашем дурном характере в Академии знают почти все, но никто почему-то не пытался пристыдить Вас за это.
— Конари! — крикнул учитель, со всей силы ударив кулаком по столу, после чего вскрикнул от боли и еще более злобным голосом прошипел. — После классного часа драишь ботанический сад вместе с Дёминым!
— Злоупотребление должностными полномочиями ни к чему хорошему не приводит, — негромко напомнил ему парень.
— И завтра! — заглушая слова своего ученика, крикнул тот, окончательно выйдя из себя.
В кабинете ниже на два этажа жизнь кипела не менее бурно. Новичков в шестом классе «D», куда так удачно смогла поступить София, было много: кто-то перевелся из восточной Академии № 3, кто-то улетел в четвертую, на запад. В отсутствии преподавателя, как и старшие, дети разговаривали о своем, хвастались чем-то, весело смеялись. Было видно сразу, многие из них знают друг друга с первых классов. Софи, не зная, где будет ее место, переминалась у входа с ноги на ногу, пока одна из девочек не подошла к ней сама.
— Привет, ты тоже новенькая? — спросила она, слегка наклонившись, ведь была немного выше Софии.
Внимание Богини эмоций сразу привлекли ее яркие красные глаза и длинные светлые волосы, концы которых были окрашены в розовый цвет.
— Я Нина, — протянув руку, девочка дождалась, когда бывшая принцесса догадается ее пожать. — Я тоже только-только поступила.
— С… Соня, — все еще робко ответила маленькая Богиня. Это сокращение имени понравилось ей больше, чем «Софи», и в школе она решила называть себя так.
— Соня! Давай дружить?!
— Давай! — обрадовалась девочка, и глаза ее заблестели.
Схватив новую подругу за руку, Нина подвела Софи к свободной парте.
— Вот, это место еще не занято, — объяснила она, указывая на стул. — Будем вместе сидеть.
Осмелев, Богиня эмоций повесила рюкзак на крючок под столом, как советовала ей Ариадна, и, сев, ощупала руками столешницу. Дерево, из которого она была сделана, было не высшего качества, но это только сильнее обрадовало девочку.
— Ты откуда? Перевелась из другой школы? — поинтересовалась Нина.
Немного подумав, девочка постаралась убедительно соврать, хоть в словах ее все равно было много правды.
— Я раньше была на домашнем обучении.
— Почему? Болела?
— Родители нанимали мне репетиторов… но с ними… так скучно, — ответила Софи совершенно честно.
— Понима-аю, — протянула Нина. — Я вот тоже раньше училась дома. Живу с дядей, а он против того, чтобы дети из нашей семьи ходили в обычную школу. Знаешь… — Нина продолжала говорить, но совсем скоро София поняла, что думает совершенно о другом — о себе.
Все в жизни простых людей было не таким, как в замке. Одежда не стесняла движения, не была расшита золотыми нитями и украшена камнями. Такие удобные тряпки можно было запачкать на улице, а потом со спокойной душой закинуть в центрифугу стиральной машины, засыпать не самым дорогим порошком и через час достать чистую. Еда не подавалась на нескольких золотых тарелках и не выглядела как произведение искусства, но это не мешало ей быть вкусной и приготовленной с любовью. Кровать можно было оставить с утра незаправленной, и никто бы не отругал девочку за это.
Но что больше всего нравилось Софи в жизни вне замка — возможность общаться с другими детьми. Никто не боялся подойти к ней, не кланялся, не называл «Ваше Высочество». Так приятно было вдруг оказаться самой простой девочкой без королевских обязательств.
Бегай во дворе с мальчишками, ешь любой вилкой, набивай полный рот и пытайся сказать: «Ой, как вкусно!», заводи друзей… Софи точно знала, усвоение новых знаний не будет даваться ей с трудом, и она была уверена в том, что будет получать в школе только хорошие оценки, но в душе ее зародился странный азарт: «Вот бы хоть раз получить двойку!»
По окончании классного часа Максим Сергеевич схватил за шкирку зачинщиков восстания и потащил на последний этаж, а всего в здании их было шесть. Дима лишь успел схватить свою сумку и сунуть в карман телефон. Отпираться смысла не было. Последнее, чего бы хотел сейчас парень — затяжного конфликта с учителем, который мог бы многократно усложнить его основную работу.
Втолкнув учеников в ботанический сад, учитель открыл подсобное помещение, где лежали ведра и швабры, и указал виновникам дебоша на их орудия труда. Приказ математика звучал предельно ясно: «Вылизать тут все своими погаными языками». На том грубости быстро закончились: гордо подняв нос кверху, Максим Сергеевич скрылся внизу.
Оказавшись наедине с одноклассницей, Дёмин огляделся, в первое время не обращая никакого внимания на свою коллегу по несчастью.
Ботанический сад Академии занимал весь этаж, потолки в котором были в два раза больше, чем в обычных классах. Через стеклянный купол в помещение проникал приятный свет. В рассадниках и на клумбах росли маленькие пальмы, раскидистые папоротники, кактусы и прочие зеленые насаждения разной степени редкости.
Фронт работ не радовал. Все, что могли подростки — вымыть самые заметно-грязные места и отчитаться через час-другой учителю о проделанной работе. Задерживаться так долго парню совершенно не хотелось. С каждой минутой, что он не видел Лизу в поле зрения, тревога все больше охватывала его сердце.
— Ох, не стоило мне начинать все это, — вздохнул Дёмин.
— Ничего, — его одноклассница первой сунулась в подсобку и достала оттуда швабру. — Я тоже не молчала, так что все нормально. Должен же был хоть кто-то сказать ему, что он гад?
— А ты тоже не из тех, кого можно напугать наказанием, хм…
Присев на корточки, Дима сунул руку в портфель и достал из него небольшую синюю книжку, толщиной в общую тетрадь. Пролистав ее, он остановился на одной из страниц и несколько секунд бегал глазами по тексту.
— Ты достанешь стремянку? — позвала его девушка. — Я такую тяжесть не подниму.
— Да, минутку, — захлопнув книжку, Дёмин набрал кому-то сообщение и только потом обернулся к однокласснице: та показывала пальцем на железную раздвижную лесенку, прислоненную к стене.
Без усилий подхватив стремянку, Дима поставил ее возле окон и проверил, не шатается ли та, для надежности. Девушка кинула ему перчатки и швабру, жестом показав, чтобы одноклассник налил в ведра воды. Волк покорно поплелся в уборную, которая располагалась на том же этаже. Вернувшись, поставил воду ближе к стремянке и наконец-то поднял взгляд, чтобы рассмотреть повнимательней ту, с кем остался на отработку.
Имени ее Дима не помнил. Впрочем, как и имена всех своих одноклассников. Стройная зеленоглазая девушка с рыжими волосами, завязанными в два хвоста. В ушах сережки-сердечки. Крохотный кулончик на шее, который было видно из-за нескольких расстегнутых верхних пуговиц. Кажется, сегодня парень впервые услышал фамилию одноклассницы — Конари.
— Тебе помочь? — поинтересовался Дима чисто из вежливости или даже больше по привычке постоянно отговаривать Лизу от подобных действий. — Может, не стоит тебе туда лезть?
— Нет. Окнами я займусь, а ты помой полы, — отмахнувшись, девушка и полезла наверх.
Дима обмакнул швабру в ведре и, утопая в своих мыслях, принялся устранять все грязные следы, засохшие на светлом мраморе.
— Слушай, ты ведь Рената? — покопавшись в памяти, волк вспомнил список отличившихся за год учеников, который с фотографиями висел при входе на второй этаж, рядом с библиотекой.
— Уже год с нами учишься и не знаешь? — усмехнулась девушка.
Приглядевшись к пятнышку на стекле, она сперва поскребла по нему ногтем, но, поняв, что грязь прилипла к окну снаружи, со вздохом смирилась с тем, что идеальной чистоты достигнуть им не получится.
— Если честно, меня не очень интересует кто-либо из класса, — честно признался ей Дима.
Пусть у юноши не было особого желания заводить знакомства, сейчас ему очень не хотелось работать в полной тишине.
— Оно и видно, — Рената улыбнулась. — Мне даже кажется, что сегодня я впервые услышала твой голос.
— Не считаю нужным говорить, когда не спрашивают. Просто в последнее время на нервах, вот и вылетело.
— Но ты ведь совсем ни с кем не разговариваешь. У тебя есть друзья? Девушка?
— Девушка? — удивился Дима. Меньше всего он был готов к такому вопросу. Образ Нейто Дорио как-то сам собой пронесся у него перед глазами. — Нет… не до того как-то.
— Работаешь?
— Присматриваю за одним неугомонным ребенком.
— О, так ты нянька?
— Можно сказать и так… — негромко ответил Дима и подумал. — И правда, она ведь как маленький ребенок… — улыбка Лизы никак не хотела выходить из головы.
С самого утра все мысли были о ней самой, а теперь отчего-то из памяти вылез первый день их встречи.
Это было год назад, когда он только-только перевелся в Академию. Потрепанный, немного неопрятный, потерянный и уставший он шел по коридору, очистив голову от мыслей. То, что случилось с ним за последние несколько лет, вспоминать было противно. Все, что имел, он потерял... остались только они — проклятые часы. Они во всей его жизни оставались единственной вещью, на которую он обращал внимание так часто. Все остальное не имело смысла. То и дело Дима поглядывал на стрелки, которые намертво застыли уже много лет назад.
Парень в очередной раз закатал рукав, чтобы взглянуть на циферблат, как вдруг в пустоту его сознания прорвался ее голос. Девочка с длинными хвостиками густых кудрявых шоколадного цвета волос пробежала через весь коридор с небольшим конвертом в руках. Запинаясь, она спустилась по лестнице и едва не упала на последних ступенях. Вслед за ней через всю школу гнались несколько мальчишек, по виду, чуть младше ее. Они с криками сбежали вниз и пустились за ней. Девочка забежала в угол и прижалась к стене, прижимая конверт к себе. Нагнав беглянку, ребятня обступила ее со всех сторон.
— Ну что, попалась?! — крикнул один из них.
— А ну, отдавай сюда! — продолжил второй и уже потянул свои руки, чтобы отнять у девочки бумаги.
— Не дам! — отрезала та, прожигая взглядом каждого.
— Отдай, а то с руками выдернем!
— Эй, у вас какие-то проблемы? — послышалось у них за спиной.
Мальчики обернулись: Дима стоял позади и угрожающе смотрел на них.
— Брысь, мелочь! — негромко, но весьма убедительно скомандовал старший.
Мальчишки боязливо посмотрели на парня и живо разбежались кто куда.
— Ты как, в порядке? — позвал Дима, подставляя руки, чтобы, если что, поймать девочку. Лиза, тяжело дыша, продолжала прижимать к себе сверток.
— Да! — улыбнулась она, вытирая пот со лба. — Спасибо!
— Кто эта мелкота? — поинтересовался Дёмин.
— Они из пятого.
— Зачем бежали за тобой?
— Из-за этого, — ответила Лиза, показывая на конверт с надписью «контрольная».
— Ответы на контрольную? — Дима удивленно приподнял бровь.
— Нет. Но они так думали, — одним движением Лиза разорвала конверт. — Он пуст. Видишь ли, я начинающий детектив. Учусь у своего отца! — гордо заявила девочка. — Эти мальчики — местные воришки. Все началось месяц назад, когда из классов начали пропадать вещи. Учителя попытались что-либо узнать, все ученики наотрез отказались сознаваться. Тогда я пустила по школе слух, что скоро состоится серьезная контрольная, и ответы на нее лежат в учительской. Они пришли туда, как я и предполагала, и перерыли все вверх дном. Я записала все на камеру телефона, а затем выбежала из кабинета с конвертом. Теперь у меня есть доказательство их вины во всех кражах.
— Неплохо придумала, — признал Дёмин. — Ты сама-то в каком классе?
— В девятом.
— Хочешь стать детективом, когда вырастешь?
— Да. Если повезет, буду работать вместе с папой.
— А если нет?
— Найду себе работу по душе, — с детской улыбкой ответила девочка. — Мало ли, где окажусь полезна…
— Полезна, значит… — промотав в голове события того дня, подумал Дима. — По душе ли тебе эта участь?
Закрыв глаза, волк вспомнил, как встретил Лизу после уроков. Были вопросы. Был повод, чтобы просто поговорить. За исключением некоторых моментов, день будто бы выдался прекрасный. Так почему бы не проводить Дорио домой? Завернуть по пути в ее любимый магазинчик со сладостями? Где была она сейчас? Дима отправил сообщение Джеку и попросил забрать девочек вместо него, наскоро объяснив ситуацию. А как она там теперь? Не обиделась ли на него за то, что остался в Академии по собственной глупости. Был мудр тот некто, кто однажды сказал, что настоящий враг любого человека — это его язык…
Позади раздался грохот! Дима резко развернулся на шум, выронив из рук швабру: Рената лежала на полу, обхватив руками ногу, позади нее валялась перевернутая стремянка. Рванув вперед, парень встал на одно колено рядом с девушкой и помог ей сесть. Жмурясь и поджимая губы, Конари продолжала держаться за больное место.
— Говорил же! Вот зачем ты туда полезла? — негромко проворчал Дёмин, осматривая ушибленную коленку Ренаты. — Ох, ну неужели у всех девушек врожденный талант попадать в неприятности!
— Перекличка, господа прогульщики! — нелестно поприветствовал Максим Сергеевич своих учеников. — Вижу, что пришли не все. Что, так отметили начало лета, что не успели протрезветь к осени? Ну-ну, посмотрим за этот месяц, как вы готовы к выпускным экзаменам.
Выложив из своего небольшого чемоданчика дорогой ноутбук, математик начал пробегаться по списку, громко отмечая всех отсутствующих. Дима лишь приподнял руку, услышав свою фамилию, и продолжил смотреть в окно. Классный руководитель девочек все никак не приходил, и это вызывало в юноше только больше тревоги. Этот крайне пунктуальный мужчина еще никогда не опаздывал на собрания. Что же случилось сейчас?
— Если кто-то будет прогуливать физкультуру только потому, что ему лень, будет отправлен к директору! — между делом выдал Максим Сергеевич и, заметив, как безучастно к его словам отнесся юноша, сердито окликнул его. — Дёмин, тебя это тоже касается! Дёмин? Дёмин! — учитель стукнул кулаком по столу. — Это тебе урок, а не перемена! Черт подери, выпускной класс, а ведете себя как дети! Слушать надо, что говорить преподаватель, особенно, если это касается вашего будущего!
— Вообще-то классный час, — вздохнул Дёмин, всего лишь кинув беглый взгляд в сторону белой доски, на фоне которой стоял учитель, — да и Вы не сказали ничего того, чего бы я уже сотню раз от Вас не слышал.
Максим Сергеевич надулся и покраснел, как злой бабуин.
— Если он еще хоть раз ко мне по фамилии сегодня обратится — меня стошнит, — Дима стиснул зубы.
— Ты чего! Жить надоело? Спорить с ним — все равно что смертный приговор себе подписывать! — шикнула ему с соседней парты девочка, чьего имени парень даже не помнил.
Так уж вышло, что за весь прошлый год обучения из коллектива он не запомнил толком никого. Держался от всех в стороне и не лез в их уже сформировавшийся социум.
— И что он мне сделает? — закатил глаза Дёмин. — Двойку влепит за поведение? Напугал собаку костью…
— А по мне, так пора бы уже поставить его на место! Этот хмырь слишком много о себе думает! — одноклассник, сидящий позади, несильно хлопнул Диму по плечу в знак одобрения, но тот сразу дернулся в сторону, чтобы скинуть с себя чужую руку.
— О чем интересном таком беседуете, а? Галерка! — прикрикнул Максим Сергеевич, привстав на цыпочки.
— О том, что Вы уже все границы переходите, — подала голос девушка, сидящая впереди Димы. — Даже забавно, что о вашем дурном характере в Академии знают почти все, но никто почему-то не пытался пристыдить Вас за это.
— Конари! — крикнул учитель, со всей силы ударив кулаком по столу, после чего вскрикнул от боли и еще более злобным голосом прошипел. — После классного часа драишь ботанический сад вместе с Дёминым!
— Злоупотребление должностными полномочиями ни к чему хорошему не приводит, — негромко напомнил ему парень.
— И завтра! — заглушая слова своего ученика, крикнул тот, окончательно выйдя из себя.
В кабинете ниже на два этажа жизнь кипела не менее бурно. Новичков в шестом классе «D», куда так удачно смогла поступить София, было много: кто-то перевелся из восточной Академии № 3, кто-то улетел в четвертую, на запад. В отсутствии преподавателя, как и старшие, дети разговаривали о своем, хвастались чем-то, весело смеялись. Было видно сразу, многие из них знают друг друга с первых классов. Софи, не зная, где будет ее место, переминалась у входа с ноги на ногу, пока одна из девочек не подошла к ней сама.
— Привет, ты тоже новенькая? — спросила она, слегка наклонившись, ведь была немного выше Софии.
Внимание Богини эмоций сразу привлекли ее яркие красные глаза и длинные светлые волосы, концы которых были окрашены в розовый цвет.
— Я Нина, — протянув руку, девочка дождалась, когда бывшая принцесса догадается ее пожать. — Я тоже только-только поступила.
— С… Соня, — все еще робко ответила маленькая Богиня. Это сокращение имени понравилось ей больше, чем «Софи», и в школе она решила называть себя так.
— Соня! Давай дружить?!
— Давай! — обрадовалась девочка, и глаза ее заблестели.
Схватив новую подругу за руку, Нина подвела Софи к свободной парте.
— Вот, это место еще не занято, — объяснила она, указывая на стул. — Будем вместе сидеть.
Осмелев, Богиня эмоций повесила рюкзак на крючок под столом, как советовала ей Ариадна, и, сев, ощупала руками столешницу. Дерево, из которого она была сделана, было не высшего качества, но это только сильнее обрадовало девочку.
— Ты откуда? Перевелась из другой школы? — поинтересовалась Нина.
Немного подумав, девочка постаралась убедительно соврать, хоть в словах ее все равно было много правды.
— Я раньше была на домашнем обучении.
— Почему? Болела?
— Родители нанимали мне репетиторов… но с ними… так скучно, — ответила Софи совершенно честно.
— Понима-аю, — протянула Нина. — Я вот тоже раньше училась дома. Живу с дядей, а он против того, чтобы дети из нашей семьи ходили в обычную школу. Знаешь… — Нина продолжала говорить, но совсем скоро София поняла, что думает совершенно о другом — о себе.
Все в жизни простых людей было не таким, как в замке. Одежда не стесняла движения, не была расшита золотыми нитями и украшена камнями. Такие удобные тряпки можно было запачкать на улице, а потом со спокойной душой закинуть в центрифугу стиральной машины, засыпать не самым дорогим порошком и через час достать чистую. Еда не подавалась на нескольких золотых тарелках и не выглядела как произведение искусства, но это не мешало ей быть вкусной и приготовленной с любовью. Кровать можно было оставить с утра незаправленной, и никто бы не отругал девочку за это.
Но что больше всего нравилось Софи в жизни вне замка — возможность общаться с другими детьми. Никто не боялся подойти к ней, не кланялся, не называл «Ваше Высочество». Так приятно было вдруг оказаться самой простой девочкой без королевских обязательств.
Бегай во дворе с мальчишками, ешь любой вилкой, набивай полный рот и пытайся сказать: «Ой, как вкусно!», заводи друзей… Софи точно знала, усвоение новых знаний не будет даваться ей с трудом, и она была уверена в том, что будет получать в школе только хорошие оценки, но в душе ее зародился странный азарт: «Вот бы хоть раз получить двойку!»
По окончании классного часа Максим Сергеевич схватил за шкирку зачинщиков восстания и потащил на последний этаж, а всего в здании их было шесть. Дима лишь успел схватить свою сумку и сунуть в карман телефон. Отпираться смысла не было. Последнее, чего бы хотел сейчас парень — затяжного конфликта с учителем, который мог бы многократно усложнить его основную работу.
Втолкнув учеников в ботанический сад, учитель открыл подсобное помещение, где лежали ведра и швабры, и указал виновникам дебоша на их орудия труда. Приказ математика звучал предельно ясно: «Вылизать тут все своими погаными языками». На том грубости быстро закончились: гордо подняв нос кверху, Максим Сергеевич скрылся внизу.
Оказавшись наедине с одноклассницей, Дёмин огляделся, в первое время не обращая никакого внимания на свою коллегу по несчастью.
Ботанический сад Академии занимал весь этаж, потолки в котором были в два раза больше, чем в обычных классах. Через стеклянный купол в помещение проникал приятный свет. В рассадниках и на клумбах росли маленькие пальмы, раскидистые папоротники, кактусы и прочие зеленые насаждения разной степени редкости.
Фронт работ не радовал. Все, что могли подростки — вымыть самые заметно-грязные места и отчитаться через час-другой учителю о проделанной работе. Задерживаться так долго парню совершенно не хотелось. С каждой минутой, что он не видел Лизу в поле зрения, тревога все больше охватывала его сердце.
— Ох, не стоило мне начинать все это, — вздохнул Дёмин.
— Ничего, — его одноклассница первой сунулась в подсобку и достала оттуда швабру. — Я тоже не молчала, так что все нормально. Должен же был хоть кто-то сказать ему, что он гад?
— А ты тоже не из тех, кого можно напугать наказанием, хм…
Присев на корточки, Дима сунул руку в портфель и достал из него небольшую синюю книжку, толщиной в общую тетрадь. Пролистав ее, он остановился на одной из страниц и несколько секунд бегал глазами по тексту.
— Ты достанешь стремянку? — позвала его девушка. — Я такую тяжесть не подниму.
— Да, минутку, — захлопнув книжку, Дёмин набрал кому-то сообщение и только потом обернулся к однокласснице: та показывала пальцем на железную раздвижную лесенку, прислоненную к стене.
Без усилий подхватив стремянку, Дима поставил ее возле окон и проверил, не шатается ли та, для надежности. Девушка кинула ему перчатки и швабру, жестом показав, чтобы одноклассник налил в ведра воды. Волк покорно поплелся в уборную, которая располагалась на том же этаже. Вернувшись, поставил воду ближе к стремянке и наконец-то поднял взгляд, чтобы рассмотреть повнимательней ту, с кем остался на отработку.
Имени ее Дима не помнил. Впрочем, как и имена всех своих одноклассников. Стройная зеленоглазая девушка с рыжими волосами, завязанными в два хвоста. В ушах сережки-сердечки. Крохотный кулончик на шее, который было видно из-за нескольких расстегнутых верхних пуговиц. Кажется, сегодня парень впервые услышал фамилию одноклассницы — Конари.
— Тебе помочь? — поинтересовался Дима чисто из вежливости или даже больше по привычке постоянно отговаривать Лизу от подобных действий. — Может, не стоит тебе туда лезть?
— Нет. Окнами я займусь, а ты помой полы, — отмахнувшись, девушка и полезла наверх.
Дима обмакнул швабру в ведре и, утопая в своих мыслях, принялся устранять все грязные следы, засохшие на светлом мраморе.
— Слушай, ты ведь Рената? — покопавшись в памяти, волк вспомнил список отличившихся за год учеников, который с фотографиями висел при входе на второй этаж, рядом с библиотекой.
— Уже год с нами учишься и не знаешь? — усмехнулась девушка.
Приглядевшись к пятнышку на стекле, она сперва поскребла по нему ногтем, но, поняв, что грязь прилипла к окну снаружи, со вздохом смирилась с тем, что идеальной чистоты достигнуть им не получится.
— Если честно, меня не очень интересует кто-либо из класса, — честно признался ей Дима.
Пусть у юноши не было особого желания заводить знакомства, сейчас ему очень не хотелось работать в полной тишине.
— Оно и видно, — Рената улыбнулась. — Мне даже кажется, что сегодня я впервые услышала твой голос.
— Не считаю нужным говорить, когда не спрашивают. Просто в последнее время на нервах, вот и вылетело.
— Но ты ведь совсем ни с кем не разговариваешь. У тебя есть друзья? Девушка?
— Девушка? — удивился Дима. Меньше всего он был готов к такому вопросу. Образ Нейто Дорио как-то сам собой пронесся у него перед глазами. — Нет… не до того как-то.
— Работаешь?
— Присматриваю за одним неугомонным ребенком.
— О, так ты нянька?
— Можно сказать и так… — негромко ответил Дима и подумал. — И правда, она ведь как маленький ребенок… — улыбка Лизы никак не хотела выходить из головы.
С самого утра все мысли были о ней самой, а теперь отчего-то из памяти вылез первый день их встречи.
Это было год назад, когда он только-только перевелся в Академию. Потрепанный, немного неопрятный, потерянный и уставший он шел по коридору, очистив голову от мыслей. То, что случилось с ним за последние несколько лет, вспоминать было противно. Все, что имел, он потерял... остались только они — проклятые часы. Они во всей его жизни оставались единственной вещью, на которую он обращал внимание так часто. Все остальное не имело смысла. То и дело Дима поглядывал на стрелки, которые намертво застыли уже много лет назад.
Парень в очередной раз закатал рукав, чтобы взглянуть на циферблат, как вдруг в пустоту его сознания прорвался ее голос. Девочка с длинными хвостиками густых кудрявых шоколадного цвета волос пробежала через весь коридор с небольшим конвертом в руках. Запинаясь, она спустилась по лестнице и едва не упала на последних ступенях. Вслед за ней через всю школу гнались несколько мальчишек, по виду, чуть младше ее. Они с криками сбежали вниз и пустились за ней. Девочка забежала в угол и прижалась к стене, прижимая конверт к себе. Нагнав беглянку, ребятня обступила ее со всех сторон.
— Ну что, попалась?! — крикнул один из них.
— А ну, отдавай сюда! — продолжил второй и уже потянул свои руки, чтобы отнять у девочки бумаги.
— Не дам! — отрезала та, прожигая взглядом каждого.
— Отдай, а то с руками выдернем!
— Эй, у вас какие-то проблемы? — послышалось у них за спиной.
Мальчики обернулись: Дима стоял позади и угрожающе смотрел на них.
— Брысь, мелочь! — негромко, но весьма убедительно скомандовал старший.
Мальчишки боязливо посмотрели на парня и живо разбежались кто куда.
— Ты как, в порядке? — позвал Дима, подставляя руки, чтобы, если что, поймать девочку. Лиза, тяжело дыша, продолжала прижимать к себе сверток.
— Да! — улыбнулась она, вытирая пот со лба. — Спасибо!
— Кто эта мелкота? — поинтересовался Дёмин.
— Они из пятого.
— Зачем бежали за тобой?
— Из-за этого, — ответила Лиза, показывая на конверт с надписью «контрольная».
— Ответы на контрольную? — Дима удивленно приподнял бровь.
— Нет. Но они так думали, — одним движением Лиза разорвала конверт. — Он пуст. Видишь ли, я начинающий детектив. Учусь у своего отца! — гордо заявила девочка. — Эти мальчики — местные воришки. Все началось месяц назад, когда из классов начали пропадать вещи. Учителя попытались что-либо узнать, все ученики наотрез отказались сознаваться. Тогда я пустила по школе слух, что скоро состоится серьезная контрольная, и ответы на нее лежат в учительской. Они пришли туда, как я и предполагала, и перерыли все вверх дном. Я записала все на камеру телефона, а затем выбежала из кабинета с конвертом. Теперь у меня есть доказательство их вины во всех кражах.
— Неплохо придумала, — признал Дёмин. — Ты сама-то в каком классе?
— В девятом.
— Хочешь стать детективом, когда вырастешь?
— Да. Если повезет, буду работать вместе с папой.
— А если нет?
— Найду себе работу по душе, — с детской улыбкой ответила девочка. — Мало ли, где окажусь полезна…
— Полезна, значит… — промотав в голове события того дня, подумал Дима. — По душе ли тебе эта участь?
Закрыв глаза, волк вспомнил, как встретил Лизу после уроков. Были вопросы. Был повод, чтобы просто поговорить. За исключением некоторых моментов, день будто бы выдался прекрасный. Так почему бы не проводить Дорио домой? Завернуть по пути в ее любимый магазинчик со сладостями? Где была она сейчас? Дима отправил сообщение Джеку и попросил забрать девочек вместо него, наскоро объяснив ситуацию. А как она там теперь? Не обиделась ли на него за то, что остался в Академии по собственной глупости. Был мудр тот некто, кто однажды сказал, что настоящий враг любого человека — это его язык…
Позади раздался грохот! Дима резко развернулся на шум, выронив из рук швабру: Рената лежала на полу, обхватив руками ногу, позади нее валялась перевернутая стремянка. Рванув вперед, парень встал на одно колено рядом с девушкой и помог ей сесть. Жмурясь и поджимая губы, Конари продолжала держаться за больное место.
— Говорил же! Вот зачем ты туда полезла? — негромко проворчал Дёмин, осматривая ушибленную коленку Ренаты. — Ох, ну неужели у всех девушек врожденный талант попадать в неприятности!
