Они уже легли спать, когда едва слышно звякнул ключ, и скрипнула открывающаяся дверь. В номерах гостиницы для иностранцев не было внутренних запоров – только хитроумные встроенные в двери замки, которые каждую ночь запирал дежурный по этажу. Лайана сразу же это приметила и сделала выводы.
И сейчас в едва приоткрытую щель скользнула быстрая тень. Замерла, прикрыв за собой дверь. В желтоватом свете Янтаря, льющемся из окна, разглядеть незнакомца было трудно, но возможно.
Лайана намеренно неторопливо села на кровати. На самом деле она вся напружинилась, готовая отскочить в сторону от пущенного болта или брошенного ножа. Впрочем, она была почти полностью уверена, что этого не произойдет.
Незнакомец поднял палец к губам в универсальном жесте.
Лайана кивнула и тихонько встала, сделала к нему несколько шагов. Едва слышно прошептала:
- Кто вы?
- Четверка бронзы, - так же тихо представился незнакомец.
Лайана еще внимательнее на него посмотрела. Разумеется, она слышала о «колодах». Нельзя быть шпионкой и не знать о мышенорских разведывательно-диверсионных группах за последние периоды распространившихся по всем странам Востока.
- Мы подготовили ваш побег, - пояснил свое появление мужчина.
- Это необходимо?
- Да, на встрече в командовании флота вас арестуют.
Лайана тихонько хмыкнула, спросила:
- А как я могу вам доверять?
- Придется рискнуть. Или я ухожу. Но операция уже идет, и остальные ее части будут осуществлены, пусть даже впустую и с гибелью вашего корабля.
- То есть, у нас все равно нет выбора, - подытожила пиратка.
Она тихонько подошла к кровати Чиируны и потрясла ее за плечо. Когда девушка открыла непонимающие глаза, быстро прижала ладонь к ее губам.
- Не шуми. Поднимайся и одевайся.
Лайана повернулась к Талисе и наткнулась на взгляд казавшихся огромными в лунном свете глаз.
Пиратка улыбнулась. Талиса ответила ей неуверенной полуулыбкой и выползла из-под теплого одеяла. Зябко повела плечами и принялась быстро одеваться, искоса поглядывая на незнакомого мужчину, все еще стоящего у двери.
А Лайана тем временем подошла к стенке номера и стукнула в нее пять раз с разными интервалами. Через полминуты раздался ответный стук. Четверка бронзы одобрительно хмыкнул.
В конце коридора, за массивным столом, спал дежурный. Спал слишком крепко, чтобы это было естественным. Так что мимо него пираты и их сопровождающий прошли не таясь. Спустились на первый этаж, где за стойкой точно так же беспробудно храпел вахтер и пробрались на кухню.
- Классика, - усмехнулась Лайана, когда Четверка открыл небольшой лючок в полу рядом с мойкой.
- Нет, это канализация, - отозвался мужчина и первым полез в узкий колодец.
Спускаться в вонючую дыру было очень неприятно и неудобно. Особенно Талисе и Чиируне, в их красивых длинных платьях. Но все безропотно последовали за своим проводником. Канализационный коллектор был низким и беспросветно темным. Под ногами чавкала зловонная жижа. Но выбора у них не было. Четверка бронзы зажег лежащий под люком фонарь и повел их по бесконечным мерзким туннелям.
Им казалось, что идут они целую вечность. И если бы только шли! Несколько раз беглецам приходилось перебираться из туннеля в туннель по соединительным трубам диаметром в полметра, на треть заполненным нечистотами. Они извозились так, что теперь было непонятно откуда идет нестерпимая вонь - от клоаки или от них самих.
И, когда вслед за проводником они поднялись по уходящему вверх колодцу и выбрались на опушку леса, пираты даже не поверили, что все уже позади.
Четверка бронзы, не дав им передохнуть, повел пиратов по едва заметным тропинкам. Идти в промокшей одежде было очень холодно. Ночь стояла весьма прохладная, да еще и ветреная. Девушки ежились и постукивали зубами, пока Трорвль и Эртль не додумались накинуть им на плечи свои куртки. Трорвль на Чиируну, а Эртль на Талису. Девушки ответили им благодарными взглядами. Тиотерн тоже попытался передать свою куртку Лайане, но та покачала головой:
- Я привычна к холоду.
Минут через десять беглецы вышли к краю леса. Перед ними раскинулось поле воздушного порта. Метрах в четырехстах Лайана разглядела каплевидный баллон «Беспечного странника».
Четверка достал из кармана часы, откинул крышку.
Чуть светящиеся фосфоресцирующие стрелки показывали двадцать четыре – двадцать. До полуночи меньше часа.
- Ждем здесь двадцать минут, потом подбираемся поближе, - распорядился проводник.
- Вопрос можно? – спросила Лайана.
Тот кивнул.
- Неужели так просто сбежать из гостиницы?
- Совсем не просто. Вокруг нее три поста. Двери заперты, дежурные на этажах и на входе.
- И открытый люк в канализацию?
- Запертый на висячий замок люк в канализацию в запертой на ночь кухне.
- Хм…
Они замолчали. Пираты сгрудились тесной кучкой, обогревая друг друга. Талиса с Чиируной оказались в серединке. Талиса благодарно уткнулась лицом в грудь обнимающему ее Эртлю. А Чиируна прижалась к Трорвлю, засопела, взглянула на парня снизу вверх и, решившись, обхватила его руками и плотно обняла. Трорвль тоже обнял ее бережно-бережно, поправил на спине попытавшуюся съехать куртку.
«Если бы не вонь, это было бы даже романтично», - подумала Лайана.
По полю они пробирались очень осторожно. Где короткими перебежками, пригнувшись к самой земле, где ползком.
Остановились метрах в ста от корабля. Его баллон неясным призраком отблескивал в свете Янтаря. Пиратам повезло с лунами: главный ночной прожектор ночного неба – Синь, тоненьким серпиком висела у западного горизонта. Так что нетрудно было прятаться в тенях единственной яркой луны.
Четверка бронзы опять достал часы и сверился со временем. Тихонько прошептал:
- Скоро. В пятнадцать минут первого должно начаться. Смотри на экипаж.
Лайана повернулась к стоящей поодаль от корабля темной карете с сонно понурившимися лошадьми.
- Там спят охранники, - пояснил «колодовец». – Двое дежурят на корабле, трое отсыпаются, один караулит.
Да, возле экипажа прохаживалась одинокая фигурка.
Вдруг в нескольких метрах за ней выросла еще одна. Метнулась вперед. Раздался короткий сдавленный вскрик и на ногах остался только один. Нападавший тенью скользнул к карете, заскочил внутрь. Лишь напрягши слух, Лайана различила звуки тихой возни и хрипы.
- Жестко вы… - прокомментировала пиратка.
- Приходится, – ответил мышенорец.
- А те, что на корабле?
- Ими должны заняться ваши, если решатся. Мы передали записку с планом рыжебородому.
- Уберд решится, - улыбнулась Лайана.
Колодовец странно внимательно на нее посмотрел.
- Я надеюсь, что мы поступаем правильно, - медленно сказал он. – Летите в Твердыню или Мышенорск. И расскажите там, кто вы такие на самом деле.
Лайана кивнула.
И в этот момент лицо ее собеседника озарил оранжевый всполох. Быстро обернувшись, пиратка увидела, как яркие языки пламени охватили здание конторы порта. Послышались отдаленные крики.
- Пора! К кораблю!– скомандовал Четверка бронзы. – Мы отстегнем швартовые. И – прощайте! Удачи в пути!
Они успели долететь до границы.
Преследующим их фрегатам оставалось всего полторы лиги, чтобы открыть огонь, но им навстречу уже летело два военных корабля Мышенорска. Конечно, флот у этой крошечной страны был совсем маленький, но начинать войну из-за каких-то сбежавших торговцев, пусть даже очень подозрительных и явно связанных с враждебным государством, клинковцы не собирались. Слишком большая сила стояла позади Мышенорска. Твердыня.
Именно туда и направила Лайана свой корабль.
От клинковских шпиков Уберд отделался без тени сомнения. Уж очень зол на них был командир абордажников. Впрочем, как и весь остальной экипаж. Клинковцы все это время слонялись по кораблю, что-то вынюхивали, задавали каверзные вопросы, удивлялись, почему это Уберд и Брагн плохо говорят на центромирском. Правда, на это рыжебородый кочевник ответил, что они лишь недавно из степи, нанялись охранниками к торговцам. А напоследок, сегодня днем, клинковцы совсем распоясались! К кораблю подкатило две кареты, и корабль вновь окружили солдаты с ружьями. Под их охраной агенты жандармерии учинили на корабле форменный обыск. Хорошо, что Лайана, когда корректировала чертежи корабля, придумала несколько великолепных тайников. Ни один из них не был найден, и хранящиеся в них золото, драгоценности и таинственный кинжал остались в сохранности.
Так что вполне понятно, что Уберд с удовольствием отвел душу. Он так основательно приложил котелковца по голове, что неизвестно, чем это для него кончится. А после этого рыжий гигант, подхватив тело подмышки, выволок его на открытую галерею и как мешок выбросил на землю.
Рядом с трудом перевалил через ограждение еще одного шпика Валинт. Его добыча была в еще худшем состоянии. Маленький пират не стал заморачиваться и без затей прирезал противника. Когда отряд Лайаны забежал по грузовому трапу, на корабле уже вовсю царила предстартовая суета. Девушки даже не успели переодеться, и им пришлось командовать взлетом в невообразимо перепачканных и вонючих платьях.
Экипаж морщился, а Манаад не скрывал веселья, демонстративно «любуясь» шкипершей, которая от этого чуть ли не закипала от ярости. И лишь когда корабль, разгоняясь до полного хода, взлетел и взял курс на северо-восток, Бираан и Паалант погнали девушек приводить себя в порядок.
Глава 18. Прощальный подарок.
08.06.О.995
Вольный город Край Света.
Дуноол совсем разболелся. Его лихорадило. Корабельный доктор только пожимал плечами. А у Фабории крепли подозрения. И не только у нее.
Особой торговли на Краю Света не было. Выгрузили несколько штабелей досок, купленных в Светиле, и реализовали дешевый центромирский ром. Покупать вообще ничего не стали. В этом захолустном пыльном порту, пристроившемся на краю сухой степи, не было ничего интересного. Так что, как только закончили разгрузку и получили деньги за товары, корабль отплыл.
Капитан торопился. Погода портилась. Дул крепкий западный ветер, нагоняя волну. По небу летели тяжелые дождевые облака. Наступал период бесконечных осенних и зимних штормов, когда гигантские массы туч непрерывным потоком идут на север, чтобы выпасть в бескрайней степи, завалив ее многометровым слоем снега.
Но крепчающий ветер принес и некоторую пользу. Капитан решил немного сэкономить уголь и распорядился поднять паруса. Серые громады наполнились ветром. Мачты явственно поскрипывали, и корабль летел по волнам чуть ли не быстрее, чем на пару. Но шторм нагонял. Старые матросы морщились и часто оглядывались назад за корму, где сгущалось что-то темное и страшное.
За всеми этими событиями Фабория опять забыла о своем помощнике и навестила его только на следующий день после отплытия.
И ужаснулась. Дуноол был совсем плох. Было отчетливо видно, что он не жилец. Девушка стремительной походкой, наклоняясь из стороны в сторону в такт качки, направилась к капитану.
Когда они вошли в коморку Дуноола, все было кончено. Парень лежал вытянувшись на сундуке, заменяющем ему койку, и неподвижными глазами смотрел в потолок. Рядом стоял врач.
- Распорядись похоронами, - приказал ему капитан.
Врач кивнул и вышел.
- Ты думаешь о том же, что и я? – спросил капитан своего карго.
- Да. Брусок скорей всего спрятан где-то здесь.
- Когда унесут тело, мы с тобой вдвоем хорошенько все обыщем.
Они нашли продолговатый сверток на самом дне сундука. Дуноолу не хватило ума даже на то, чтобы как следует его спрятать.
- Тупица, - прокомментировал капитан.
- О мертвых вроде как не говорят плохого, - заметила Фабория, - но тут я с вами согласна. Что будем делать с этим бруском?
- Хранитель развалин советовал сжечь. Но по кусочкам. Так что сначала попробуем его разбить. Пошли к котлу.
Когда они вышли на палубу мокрый ветер ощутимо навалился на спины. Капитан обернулся к нагоняющему их шторму.
- Боцман! – позвал он.
Бородатый кряжистый моряк как по волшебству оказался перед ним. Пробасил:
- Капитан, надо спускать паруса!
- Знаю. Займись этим! Я - в машинное отделение.
В топке разгоралось пламя. Машину медленно выводили на полную мощность. Но пока что она лишь набирала обороты.
Капитан Лидаар взял у механиков тяжелый бронзовый молоток. И ударил по полупрозрачному бруску. Тот, как будто нехотя, развалился на несколько больших осколков. Капитан хмыкнул и продолжил бить, пока неизвестный минерал не превратился в кучу обломков размером не больше ореха каждый.
Капитан очень осторожно, двумя пальцами, подхватил маленький кусочек и кинул его в горящую оранжевым светом топку. Спустя секунду помещение озарил яркий белый свет. Приборы как будто сошли с ума. Стрелки манометров поползли по циферблатам стремясь упереться в ограничители. Стук шатунов ускорился.
- Ого, - озадаченно сказал капитан и посмотрел на горку голубоватых осколков.
Вахтенный кочегар округлившимися глазами проводил его взгляд. Фабория скрестила на груди руки. Хмыкнула:
- Хорошо, что не бросили весь брусок.
- Да-а, - протянул капитан. - Иначе мы бы уже летели в облаках. По кусочкам. Веднарт, разбей его еще сильнее и кидай вместо угля. По крупинке.
Кочегар кивнул и принялся за дело.
Они просидели в машинном отделении часов пять. Механизмы неистовствовали. Наверное, им до сих пор не приходилось работать с такой нагрузкой. Пришедший главный механик хмурился, но уверял, что они выдержат. Зря, что ли он над ними чахнет?!
Корабль набрал невероятную скорость, обогнав ветер и оставляя позади наступающий шторм. За эти часы они оторвались достаточно, чтобы получить шанс успеть спрятаться от стихии в гавани Каул-Тарамура.
Но вот таинственный минерал подошел к концу. Из оставшейся горстки осколков капитан достал два покрупнее.
Один из них он протянул Фабории.
- Возьми и спрячь где-нибудь подальше от людей и съестного, - приказал он. – Будет тебе на память. Думаю, если быть осторожным, он не принесет вреда.
Фабория очень бережно завернула полупрозрачный камушек в чистый платок и спрятала в кармашке. Было немного страшновато брать этот странный минерал, но она понимала, что не успокоится, пока не узнает, что это такое. Подобные тайны в жизни встречаются только раз.
Глава 19. Тверже бронзы.
09.06.О.995
Твердыня.
Казалось бы, за последние месяцы со мной столько всего произошло. Но бегство из Клинка меня подкосило. Зловонное путешествие по канализации, тревожное ожидание на холодном ветру, лихорадочный старт корабля, полет в темноте, когда не ясно, удалось ли сбежать, или во тьме за кормой настигают нас невидимые враги. И рассвет над границей с Мышенорском, когда оказалось, что вражеские фрегаты всего в паре лиг и вот-вот нас нагонят! А потом неожиданное спасение в виде двух мышенорских военных кораблей. И опять тревога: как они себя поведут, не заставят ли сесть, а портом арестуют и будут выбивать объяснения происходящего.
Но, обошлось. Лайана переговорила с ними по семафорному телеграфу, и мы направились на север к границе Твердыни.
А я оставила все дела Пааланту и ушла из командного зала.
Долго-долго отмывалась в душе. Хорошо, что на нашем корабле есть крошечная душевая кабинка. Правда, воду принято экономить, но не сегодня! Мне повезло, что я купалась последней. Чиируна раньше меня передала управление кораблем капитану Бираану, а остальные наши давно уже поотмывались. Так что я могла никуда не торопиться.
