Ответственный и внимательный. И просчитывающий те нюансы, которые мы, несмотря на продолжительную службу в данном конкретном отделе, умудрялись порой упускать из виду. Я уже не говорю о том, что он существенно улучшил условия работы в участке. Например, добился закупки современного оборудования, открывающего перед следователями и группами захвата новые возможности.
Иртални кивнул.
- Про последнее мне известно, - сообщил он, вновь глядя на меня очень внимательно. Настолько, что становилось крайне некомфортно. Впрочем, он быстро перевёл взгляд в сторону, сосредоточившись на окне. – Да, - неспешно проговорил гость, - всё, что вы говорите, ничуть меня не удивляет. Лорд Уилфорт – отличный следователь и превосходный организатор, и именно поэтому очень обидно, что ему пришлось уехать из столицы после того, что произошло.
Он замолчал, а я незаметно сжала пальцами подлокотник. Конечно, я хотела знать, по какой причине Алджи перебрался из столицы в Тель-Рей. С другой стороны, выведывать эту информацию у третьего лица было как-то…нехорошо по отношению к Алджи. Уж если спрашивать, то его самого. С третьей, Иртални явно ждал от меня какой-то реакции, я же поддержать разговор никак не могла…
- Неужели вы не знаете, при каких обстоятельствах лорд Уилфорт был переведён в Тель-Рей? – удивился Иртални, правильно интерпретировав выражение моего лица.
- Нет, - призналась я.
- Вот даже как, - задумчиво проговорил визитёр. – Но, видите ли, это не секрет. Об этом, конечно, не болтает каждый встречный и поперечный, в газеты сведения тоже не попали (за этим очень хорошо проследили), но знают-то многие. Словом, до недавнего времени Уилфорт состоял на службе у короля. Расследовал преступления, распутывал интриги, причём не мелочи, а то, что касалось угрозы короне. Он чрезвычайно успешно выполнял свои обязанности, но случилось так, что некая иностранная шпионка сумела похитить важные и сверхсекретные документы, сохранность которых подпадала как раз под ответственность Уилфорта. Это бы ещё полбеды, но поговаривают, что он даже помог ей в похищении. Не по злому умыслу, конечно; шпионка была тёмная, и в этом деле явно не обошлось без магии. Но факт остаётся фактом: документы ушли за границу, это имело серьёзные последствия для государственной политики, а король страшно разгневался на Уилфорта. Именно после этого бедняга был изгнан из столицы, понижен в звании и переведён в ваш участок. Полагаю, вы сами догадываетесь, что капитан – это, мягко говоря, не его уровень.
Я пару раз моргнула, переваривая информацию. Как-то разом вспомнился Райан, и его рассуждения в «Шахматной доске» о возможных причинах появления Уилфорта в наших краях. Выходит, одно из его предположений оказалось верным? Опала?
- И что теперь? – озабоченно спросила я. – У него есть шанс реабилитироваться? Королю объяснили, что речь идёт о тёмной магии, под воздействием которой человек может поступать совершенно несвойственным для себя образом?
- Все факты королю известны, - поморщился Иртални. – Но это не означает, что он простил Уилфорта. Короли, леди Рейс, мстительны и злопамятны. И не всегда справедливы. Они очень не любят, когда их интересы не соблюдаются, а приказы остаются невыполненными.
- И что будет дальше? – повторила я самый главный вопрос.
- А вот этого не знает никто, - развёл руками Иртални. – Думаю, даже король пока не определился с решением. Изгнание – это временная мера, но не окончательная. Всё дело в том, что есть ещё несколько человек, нарушивших волю короля и проваливших – умышленно или нет – собственные задания. Через две недели над ними состоится суд. И вот тогда-то король примет окончательное решение.
- Каким оно может быть? – мрачно спросила я.
Иртални не менее мрачно покачал головой и одним глотком допил вино из бокала, который принёс из кухни.
- Лучше положение Уилфорта не станет, это абсолютно точно. Король не определился с одним – выбором наказания. Видите ли, ведь на один и тот же поступок можно посмотреть с разных сторон. И оформить документацию можно совершенно по-разному. К примеру, «преступная халатность» и «государственная измена» – согласитесь, совсем не похоже звучит. И результат совершенно разный. В первом случае вероятно лишение титула и основного имущества. Во-втором – жизни.
Я судорожно сглотнула, глядя на Иртални со смесью страха и недоверия.
- Алж…Лорд Уилфорт ничего подобного мне не говорил.
- Он рассказал вам какую-то другую версию? – скептически поинтересовался Иртални.
Я вынужденно покачала головой.
- Вот видите. – Он выразительно пошевелил бровями. – Уилфорт не тот человек, который станет перекладывать груз подобной информации на свою женщину. Я ведь не ошибаюсь в выводах?
Он посмотрел на меня пронизывающим насквозь взглядом, но мне даже не стало от этого неуютно. Слишком огорошил меня его рассказ – если, конечно, он был правдивым. На этом фоне всё остальное меркло и теряло свою значимость.
На прямой вопрос Иртални я не отреагировала никак.
- Я понимаю ваше смятение, леди Рейс. И, несмотря на то, что Уилфорт – мой хороший друг, вынужден признать: теперь он – далеко не самая удачная партия. Так что вас все поймут - в том числе и сам Уилфорт, – если вы решите, что вам не подходит такой брак.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять смысл этих слов. Хмурясь, я подняла на собеседника отсутствующий взгляд. Ещё пару секунд фокусировалась на его лице.
- Лорд Иртални, - прохладным тоном проговорила я затем, - мне кажется, вы неверно поняли ситуацию. Я не являюсь невестой лорда Уилфорта. О браке речь ни разу не заходила. Я благодарна за вашу заботу, но в данном случае в ней нет необходимости.
Мой тон собеседника нисколько не смутил. Иртални смотрел всё так же –внимательно и задумчиво одновременно, даже не знаю, как у него это получалось.
- Вот как, - проговорил он. – Что ж, жаль. Очень жаль.
Я непонимающе сдвинула брови. Чего конкретно ему жаль? Того, что провинциальная девчонка не является невестой лорда Алджернона Уилфорта? Так он сам только что активно отговаривал меня от такого брака… Можно подумать, что мне кто-то предлагал этот самый брак! Или, если уж на то пошло, хоть когда-то предложит.
- Чего именно вам жаль? – озвучила я своё недоумение, кажется, не очень-то вежливым тоном.
- Да так… - неопределённо махнул рукой Иртални, давая понять, что бессмысленно об этом говорить. Но почти сразу, противореча самому себе, пояснил: - Понимаете, наш король, при всех его недостатках, очень серьёзно относится к определённым человеческим ценностям. Среди этих ценностей – семья. Я знаю несколько реальных случаев, когда за одинаковые преступления он наказывал одиноких людей значительно более сурово, чем женатых. Не хотел оставлять жён вдовами, а детей сиротами, и наличие семьи служило своего рода смягчающим обстоятельством. Вот я и подумал, что если бы у Уилфорта была семья, риск наиболее сурового приговора серьёзно бы понизился. Больше всего, конечно, помог бы ребёнок, но, ясное дело, этого за две недели не добиться. А вот успеть жениться он бы мог. И отчего-то, когда я увидел вас здесь, мне показалось, что такой вариант существует. – Тон Иртални неожиданно перестал быть мягким и задумчивым, вместо этого он посмотрел на меня в упор и жёстко, как обвинитель на допросе, в лоб, спросил: - Вы могли бы выйти замуж за Алджернона Уилфорта, чтобы спасти ему жизнь?
У меня было много причин, чтобы не отвечать. Во-первых, Иртални это никак не касалось. Во-вторых, я не знала, насколько правдив его рассказ. В-третьих, я в любом случае была этим рассказом шокирована. В-четвёртых, как бы то ни было, даже если это действительно в его интересах, Уилфорт мне предложения не делал и даже ни на что подобное не намекал.
Но против всех этих доводов был ещё один, очень простой. Я точно знала ответ на вопрос и не видела причин его скрывать. И потому, не моргая и не отводя взгляда, прямо ответила:
- Да. Если бы он сам этого захотел, могла бы.
Взгляд Иртални смягчился. И уже более человеческим тоном, без интонаций судьи, он осведомился:
- Но вы ведь понимаете, что сохранение жизни не означает полного помилования? Вполне вероятно, что ни титула, ни состояния у него не останется. И вы готовы связать свою жизнь с человеком в таком положении?
Наверное, последовавшей реакции Иртални никак не ожидал, ибо нахмурился и даже отстранился. Я просто рассмеялась. Немного натужно, но одновременно почти искренне.
- Вы знаете, лорд Иртални, вот уж в чём я не вижу никакой проблемы, так это в отсутствии титула, - отсмеявшись, сказала я. Правилам этикета моя речь явно не соответствовала, но я и не собиралась строить из себя великосветскую даму. К тому же что-то подсказывало, что весь наш разговор, инициированный, между прочим, именно Иртални, плохо соответствовал светским правилам. – У меня его нет и никогда не было, практически у всех, кто меня окружает, – тоже. Титул, конечно, очень удобен, когда пытаешься чего-то добиться – к примеру, выбить то самое финансирование, - но, знаете, это как-то мало походит на серьёзный довод в пользу или против брака.
- Титул – допустим, - отчего-то не стал оспаривать моё неуважительное отношение к дворянскому званию Иртални, - а как насчёт состояния? Или вы считаете, что от денег тоже мало проку?
- От денег много проку, - уверенно возразила я. – На них, например, вишню можно купить.
Похоже, Иртални вновь слегка опешил: не иначе, счёл приведённый мной аргумент поистине убойным. Но мне отчего-то нравилось вводить его в такое состояние.
- Но деньги можно заработать, - развила тему я. – Знаете, я приехала в Тель-Рей без гроша в кармане. Ну, образно говоря, без гроша, - поправилась я, - пара грошей, кажется, всё-таки была, но дело не в этом. Дело в том, что я захотела найти работу - и нашла. Захотела прижиться в городе – и прижилась. Да, я никак не могу назвать себя богатой женщиной. Да, мне порой не хватает денег на те или иные приятные вещи. Но это в сущности ерунда. Я зарабатываю достаточно, чтобы достойно жить. Чтобы снимать жильё не где попало, а в благополучном районе, не знать, что такое голод, и даже время от времени посещать с друзьями таверны. В сущности у меня есть всё, что нужно. И при этом всё, что есть, - моё по праву, и я не завишу ни от каких богатых родственников, которые считали бы, что я живу на их деньги и, следовательно, кругом им должна.
Иртални слушал на удивление внимательно, и я внезапно смутилась, поняв, что слишком много говорю о себе.
- Суть в том, - перешла с личного на общее я, - что важно не то, с чем человек начинает. Есть у него капитал или нет. Важна его собственная целеустремлённость. Если он намерен пробиться, то он пробьётся. И достойно существовать сумеет.
- Но вряд ли получит состояние, сопоставимое с дворянским, - резонно заметил Иртални. – Я имею в виду потомственных дворян.
- Вряд ли, - согласилась я. – А так ли это необходимо?
Собеседник медленно покивал.
- Что ж, я понял вашу позицию, - проговорил он.
Продолжить Иртални не дали.
- Тиана! – Алджи вихрем ворвался в гостиную, держа в руке трубку эхофона. – Одна из наших ниточек сработала! Ты срочно нужна мне на месте преступления как эксперт!
Тягостное впечатление от недавнего разговора мгновенно смешалось с рабочим ажиотажем. Гремучая смесь. Я ощутила зуд в ладонях, но потом припомнила тревожащее:
- А мне можно там появляться?
Ведь если меня кто-то увидит, узнают, что я не в тюрьме.
- Изменим внешность, - коротко объяснил Алджи. – Лорд Иртални, вы подождёте здесь?
- Нет, - откликнулся тот. – Здесь я уже всё увидел. Вернусь на место своего проживания в Тель-Рее.
И он прикоснулся к открывающему портал кольцу. А я мысленно отметила, что вариант, при котором Иртални присоединился бы к нам, даже не обсуждался. Видимо, он действительно слишком большая шишка.
Долее не затягивая, Алджи открыл портал, и мы переместились в незнакомое мне место.
Квартира, немного похожая на ту, в которой мы только что находились. Но комната более вытянутой формы, и мебель расставлена по-другому. Сперва мне показалось, что здесь никого нет, но пару секунд спустя из соседней комнаты появился светловолосый, синеглазый мужчина среднего роста. Я видела его впервые, а вот он улыбнулся так, будто мы были давно знакомы.
- Тиана, это Роджер Вайс, специалист по иллюзиям.
Даже сейчас, во время представления, по тону Алджи было очевидно, что мы спешим.
Я протянула Вайсу руку и открыла было рот, чтобы назвать собственное имя, но засомневалась. Разве я не должна сохранять инкогнито? Но Алджи уже назвал меня Тианой…
- Не утруждайтесь, - спас положение сам Вайс, улыбнувшись и приняв мою руку. Я протягивала её для пожатия, но блондин вместо этого поцеловал тыльную сторону ладони. – Я так тщательно работал над вашей копией, что мне кажется, будто мы знакомы целую вечность.
Он снова обезоруживающе улыбнулся, так заразительно, что я не смогла не улыбнуться в ответ.
- То есть именно вы создали иллюзию, которая находится сейчас… - Я оглянулась на Алджи за поддержкой.
И обнаружила, что он стоит с чрезвычайно мрачным выражением лица.
- Да, это тот самый маг, - буркнул он, прерывая процесс знакомства. – Роджер, мне нужно, чтобы её никто не узнал. Но сделать это надо очень быстро.
- Да я уже понял, - отмахнулся тот и, улыбаясь, жестом предложил мне подойти ближе к свету. – Цвет волос меняем? – Вопрос был всё-таки адресован Алджи.
- Нет, - секунду подумав, ответил тот. – Специалисты по злоупотреблению тёмной магией как правило сами бывают тёмными. Можешь изменить оттенок, если считаешь нужным, но оставь её брюнеткой.
- Хорошо, - кивнул Вайс. – Тогда подойдём с другой стороны…
Я ничего не почувствовала, когда маг работал над моим лицом, ведь речь шла не о подлинных изменениях, а всего лишь об иллюзии. В конечном итоге Вайс изменил лишь несколько черт, но благодаря этому общее впечатление от моего лица в корне менялось, настолько, что я сама бы не узнала собственное отражение в зеркале. Лицо из круглого превратилась в овальное, большие глаза стали узкими и раскосыми, изменилась форма подбородка и носа.
Пока Вайс работал, Алджи быстро вводил меня в курс дела.
- Один из тех, за кем мы установили слежку, погрузился в непробудный сон. Роберт Крэй, известен нелояльным отношением к нашему правительству. Ему принадлежала часть приграничных земель, которые были отданы соседнему государству в результате продолжительных политических переговоров семь лет назад. В итоге Крэй лишился большей части своих владений. Уровень его жизни понизился. Естественно, во всех своих несчастьях он винит правительство, короля и всю династию в целом. Дважды сидел в тюрьме, но всего по паре недель. Мелкие нарушения; по-видимому, он просто проявлял таким образом неуважение к власти. За ним мы решили присмотреть и, похоже, не ошиблись.
- Готово! – объявил между тем Вайс.
- Отлично, - признал Алджи, невзирая на недавнее плохое настроение.
- Не забывай: иллюзии такого класса краткосрочны, - серьёзно сказал хозяин квартиры. – Два часа, максимум три.
- Этого достаточно, - откликнулся Алджи. – Готова?
Иртални кивнул.
- Про последнее мне известно, - сообщил он, вновь глядя на меня очень внимательно. Настолько, что становилось крайне некомфортно. Впрочем, он быстро перевёл взгляд в сторону, сосредоточившись на окне. – Да, - неспешно проговорил гость, - всё, что вы говорите, ничуть меня не удивляет. Лорд Уилфорт – отличный следователь и превосходный организатор, и именно поэтому очень обидно, что ему пришлось уехать из столицы после того, что произошло.
Он замолчал, а я незаметно сжала пальцами подлокотник. Конечно, я хотела знать, по какой причине Алджи перебрался из столицы в Тель-Рей. С другой стороны, выведывать эту информацию у третьего лица было как-то…нехорошо по отношению к Алджи. Уж если спрашивать, то его самого. С третьей, Иртални явно ждал от меня какой-то реакции, я же поддержать разговор никак не могла…
- Неужели вы не знаете, при каких обстоятельствах лорд Уилфорт был переведён в Тель-Рей? – удивился Иртални, правильно интерпретировав выражение моего лица.
- Нет, - призналась я.
- Вот даже как, - задумчиво проговорил визитёр. – Но, видите ли, это не секрет. Об этом, конечно, не болтает каждый встречный и поперечный, в газеты сведения тоже не попали (за этим очень хорошо проследили), но знают-то многие. Словом, до недавнего времени Уилфорт состоял на службе у короля. Расследовал преступления, распутывал интриги, причём не мелочи, а то, что касалось угрозы короне. Он чрезвычайно успешно выполнял свои обязанности, но случилось так, что некая иностранная шпионка сумела похитить важные и сверхсекретные документы, сохранность которых подпадала как раз под ответственность Уилфорта. Это бы ещё полбеды, но поговаривают, что он даже помог ей в похищении. Не по злому умыслу, конечно; шпионка была тёмная, и в этом деле явно не обошлось без магии. Но факт остаётся фактом: документы ушли за границу, это имело серьёзные последствия для государственной политики, а король страшно разгневался на Уилфорта. Именно после этого бедняга был изгнан из столицы, понижен в звании и переведён в ваш участок. Полагаю, вы сами догадываетесь, что капитан – это, мягко говоря, не его уровень.
Я пару раз моргнула, переваривая информацию. Как-то разом вспомнился Райан, и его рассуждения в «Шахматной доске» о возможных причинах появления Уилфорта в наших краях. Выходит, одно из его предположений оказалось верным? Опала?
- И что теперь? – озабоченно спросила я. – У него есть шанс реабилитироваться? Королю объяснили, что речь идёт о тёмной магии, под воздействием которой человек может поступать совершенно несвойственным для себя образом?
- Все факты королю известны, - поморщился Иртални. – Но это не означает, что он простил Уилфорта. Короли, леди Рейс, мстительны и злопамятны. И не всегда справедливы. Они очень не любят, когда их интересы не соблюдаются, а приказы остаются невыполненными.
- И что будет дальше? – повторила я самый главный вопрос.
- А вот этого не знает никто, - развёл руками Иртални. – Думаю, даже король пока не определился с решением. Изгнание – это временная мера, но не окончательная. Всё дело в том, что есть ещё несколько человек, нарушивших волю короля и проваливших – умышленно или нет – собственные задания. Через две недели над ними состоится суд. И вот тогда-то король примет окончательное решение.
- Каким оно может быть? – мрачно спросила я.
Иртални не менее мрачно покачал головой и одним глотком допил вино из бокала, который принёс из кухни.
- Лучше положение Уилфорта не станет, это абсолютно точно. Король не определился с одним – выбором наказания. Видите ли, ведь на один и тот же поступок можно посмотреть с разных сторон. И оформить документацию можно совершенно по-разному. К примеру, «преступная халатность» и «государственная измена» – согласитесь, совсем не похоже звучит. И результат совершенно разный. В первом случае вероятно лишение титула и основного имущества. Во-втором – жизни.
Я судорожно сглотнула, глядя на Иртални со смесью страха и недоверия.
- Алж…Лорд Уилфорт ничего подобного мне не говорил.
- Он рассказал вам какую-то другую версию? – скептически поинтересовался Иртални.
Я вынужденно покачала головой.
- Вот видите. – Он выразительно пошевелил бровями. – Уилфорт не тот человек, который станет перекладывать груз подобной информации на свою женщину. Я ведь не ошибаюсь в выводах?
Он посмотрел на меня пронизывающим насквозь взглядом, но мне даже не стало от этого неуютно. Слишком огорошил меня его рассказ – если, конечно, он был правдивым. На этом фоне всё остальное меркло и теряло свою значимость.
На прямой вопрос Иртални я не отреагировала никак.
- Я понимаю ваше смятение, леди Рейс. И, несмотря на то, что Уилфорт – мой хороший друг, вынужден признать: теперь он – далеко не самая удачная партия. Так что вас все поймут - в том числе и сам Уилфорт, – если вы решите, что вам не подходит такой брак.
Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять смысл этих слов. Хмурясь, я подняла на собеседника отсутствующий взгляд. Ещё пару секунд фокусировалась на его лице.
- Лорд Иртални, - прохладным тоном проговорила я затем, - мне кажется, вы неверно поняли ситуацию. Я не являюсь невестой лорда Уилфорта. О браке речь ни разу не заходила. Я благодарна за вашу заботу, но в данном случае в ней нет необходимости.
Мой тон собеседника нисколько не смутил. Иртални смотрел всё так же –внимательно и задумчиво одновременно, даже не знаю, как у него это получалось.
- Вот как, - проговорил он. – Что ж, жаль. Очень жаль.
Я непонимающе сдвинула брови. Чего конкретно ему жаль? Того, что провинциальная девчонка не является невестой лорда Алджернона Уилфорта? Так он сам только что активно отговаривал меня от такого брака… Можно подумать, что мне кто-то предлагал этот самый брак! Или, если уж на то пошло, хоть когда-то предложит.
- Чего именно вам жаль? – озвучила я своё недоумение, кажется, не очень-то вежливым тоном.
- Да так… - неопределённо махнул рукой Иртални, давая понять, что бессмысленно об этом говорить. Но почти сразу, противореча самому себе, пояснил: - Понимаете, наш король, при всех его недостатках, очень серьёзно относится к определённым человеческим ценностям. Среди этих ценностей – семья. Я знаю несколько реальных случаев, когда за одинаковые преступления он наказывал одиноких людей значительно более сурово, чем женатых. Не хотел оставлять жён вдовами, а детей сиротами, и наличие семьи служило своего рода смягчающим обстоятельством. Вот я и подумал, что если бы у Уилфорта была семья, риск наиболее сурового приговора серьёзно бы понизился. Больше всего, конечно, помог бы ребёнок, но, ясное дело, этого за две недели не добиться. А вот успеть жениться он бы мог. И отчего-то, когда я увидел вас здесь, мне показалось, что такой вариант существует. – Тон Иртални неожиданно перестал быть мягким и задумчивым, вместо этого он посмотрел на меня в упор и жёстко, как обвинитель на допросе, в лоб, спросил: - Вы могли бы выйти замуж за Алджернона Уилфорта, чтобы спасти ему жизнь?
У меня было много причин, чтобы не отвечать. Во-первых, Иртални это никак не касалось. Во-вторых, я не знала, насколько правдив его рассказ. В-третьих, я в любом случае была этим рассказом шокирована. В-четвёртых, как бы то ни было, даже если это действительно в его интересах, Уилфорт мне предложения не делал и даже ни на что подобное не намекал.
Но против всех этих доводов был ещё один, очень простой. Я точно знала ответ на вопрос и не видела причин его скрывать. И потому, не моргая и не отводя взгляда, прямо ответила:
- Да. Если бы он сам этого захотел, могла бы.
Взгляд Иртални смягчился. И уже более человеческим тоном, без интонаций судьи, он осведомился:
- Но вы ведь понимаете, что сохранение жизни не означает полного помилования? Вполне вероятно, что ни титула, ни состояния у него не останется. И вы готовы связать свою жизнь с человеком в таком положении?
Наверное, последовавшей реакции Иртални никак не ожидал, ибо нахмурился и даже отстранился. Я просто рассмеялась. Немного натужно, но одновременно почти искренне.
- Вы знаете, лорд Иртални, вот уж в чём я не вижу никакой проблемы, так это в отсутствии титула, - отсмеявшись, сказала я. Правилам этикета моя речь явно не соответствовала, но я и не собиралась строить из себя великосветскую даму. К тому же что-то подсказывало, что весь наш разговор, инициированный, между прочим, именно Иртални, плохо соответствовал светским правилам. – У меня его нет и никогда не было, практически у всех, кто меня окружает, – тоже. Титул, конечно, очень удобен, когда пытаешься чего-то добиться – к примеру, выбить то самое финансирование, - но, знаете, это как-то мало походит на серьёзный довод в пользу или против брака.
- Титул – допустим, - отчего-то не стал оспаривать моё неуважительное отношение к дворянскому званию Иртални, - а как насчёт состояния? Или вы считаете, что от денег тоже мало проку?
- От денег много проку, - уверенно возразила я. – На них, например, вишню можно купить.
Похоже, Иртални вновь слегка опешил: не иначе, счёл приведённый мной аргумент поистине убойным. Но мне отчего-то нравилось вводить его в такое состояние.
- Но деньги можно заработать, - развила тему я. – Знаете, я приехала в Тель-Рей без гроша в кармане. Ну, образно говоря, без гроша, - поправилась я, - пара грошей, кажется, всё-таки была, но дело не в этом. Дело в том, что я захотела найти работу - и нашла. Захотела прижиться в городе – и прижилась. Да, я никак не могу назвать себя богатой женщиной. Да, мне порой не хватает денег на те или иные приятные вещи. Но это в сущности ерунда. Я зарабатываю достаточно, чтобы достойно жить. Чтобы снимать жильё не где попало, а в благополучном районе, не знать, что такое голод, и даже время от времени посещать с друзьями таверны. В сущности у меня есть всё, что нужно. И при этом всё, что есть, - моё по праву, и я не завишу ни от каких богатых родственников, которые считали бы, что я живу на их деньги и, следовательно, кругом им должна.
Иртални слушал на удивление внимательно, и я внезапно смутилась, поняв, что слишком много говорю о себе.
- Суть в том, - перешла с личного на общее я, - что важно не то, с чем человек начинает. Есть у него капитал или нет. Важна его собственная целеустремлённость. Если он намерен пробиться, то он пробьётся. И достойно существовать сумеет.
- Но вряд ли получит состояние, сопоставимое с дворянским, - резонно заметил Иртални. – Я имею в виду потомственных дворян.
- Вряд ли, - согласилась я. – А так ли это необходимо?
Собеседник медленно покивал.
- Что ж, я понял вашу позицию, - проговорил он.
Продолжить Иртални не дали.
- Тиана! – Алджи вихрем ворвался в гостиную, держа в руке трубку эхофона. – Одна из наших ниточек сработала! Ты срочно нужна мне на месте преступления как эксперт!
Глава 15
Тягостное впечатление от недавнего разговора мгновенно смешалось с рабочим ажиотажем. Гремучая смесь. Я ощутила зуд в ладонях, но потом припомнила тревожащее:
- А мне можно там появляться?
Ведь если меня кто-то увидит, узнают, что я не в тюрьме.
- Изменим внешность, - коротко объяснил Алджи. – Лорд Иртални, вы подождёте здесь?
- Нет, - откликнулся тот. – Здесь я уже всё увидел. Вернусь на место своего проживания в Тель-Рее.
И он прикоснулся к открывающему портал кольцу. А я мысленно отметила, что вариант, при котором Иртални присоединился бы к нам, даже не обсуждался. Видимо, он действительно слишком большая шишка.
Долее не затягивая, Алджи открыл портал, и мы переместились в незнакомое мне место.
Квартира, немного похожая на ту, в которой мы только что находились. Но комната более вытянутой формы, и мебель расставлена по-другому. Сперва мне показалось, что здесь никого нет, но пару секунд спустя из соседней комнаты появился светловолосый, синеглазый мужчина среднего роста. Я видела его впервые, а вот он улыбнулся так, будто мы были давно знакомы.
- Тиана, это Роджер Вайс, специалист по иллюзиям.
Даже сейчас, во время представления, по тону Алджи было очевидно, что мы спешим.
Я протянула Вайсу руку и открыла было рот, чтобы назвать собственное имя, но засомневалась. Разве я не должна сохранять инкогнито? Но Алджи уже назвал меня Тианой…
- Не утруждайтесь, - спас положение сам Вайс, улыбнувшись и приняв мою руку. Я протягивала её для пожатия, но блондин вместо этого поцеловал тыльную сторону ладони. – Я так тщательно работал над вашей копией, что мне кажется, будто мы знакомы целую вечность.
Он снова обезоруживающе улыбнулся, так заразительно, что я не смогла не улыбнуться в ответ.
- То есть именно вы создали иллюзию, которая находится сейчас… - Я оглянулась на Алджи за поддержкой.
И обнаружила, что он стоит с чрезвычайно мрачным выражением лица.
- Да, это тот самый маг, - буркнул он, прерывая процесс знакомства. – Роджер, мне нужно, чтобы её никто не узнал. Но сделать это надо очень быстро.
- Да я уже понял, - отмахнулся тот и, улыбаясь, жестом предложил мне подойти ближе к свету. – Цвет волос меняем? – Вопрос был всё-таки адресован Алджи.
- Нет, - секунду подумав, ответил тот. – Специалисты по злоупотреблению тёмной магией как правило сами бывают тёмными. Можешь изменить оттенок, если считаешь нужным, но оставь её брюнеткой.
- Хорошо, - кивнул Вайс. – Тогда подойдём с другой стороны…
Я ничего не почувствовала, когда маг работал над моим лицом, ведь речь шла не о подлинных изменениях, а всего лишь об иллюзии. В конечном итоге Вайс изменил лишь несколько черт, но благодаря этому общее впечатление от моего лица в корне менялось, настолько, что я сама бы не узнала собственное отражение в зеркале. Лицо из круглого превратилась в овальное, большие глаза стали узкими и раскосыми, изменилась форма подбородка и носа.
Пока Вайс работал, Алджи быстро вводил меня в курс дела.
- Один из тех, за кем мы установили слежку, погрузился в непробудный сон. Роберт Крэй, известен нелояльным отношением к нашему правительству. Ему принадлежала часть приграничных земель, которые были отданы соседнему государству в результате продолжительных политических переговоров семь лет назад. В итоге Крэй лишился большей части своих владений. Уровень его жизни понизился. Естественно, во всех своих несчастьях он винит правительство, короля и всю династию в целом. Дважды сидел в тюрьме, но всего по паре недель. Мелкие нарушения; по-видимому, он просто проявлял таким образом неуважение к власти. За ним мы решили присмотреть и, похоже, не ошиблись.
- Готово! – объявил между тем Вайс.
- Отлично, - признал Алджи, невзирая на недавнее плохое настроение.
- Не забывай: иллюзии такого класса краткосрочны, - серьёзно сказал хозяин квартиры. – Два часа, максимум три.
- Этого достаточно, - откликнулся Алджи. – Готова?
