— А как же ребёнок? — осмелев, спросил он, поднимая наконец глаза.
— Что с ним? — Татьяна чуть подняла брови. Какой же он забавный.
— Я хочу участвовать в его жизни.
— Участвуй,— вздохнула женщина, откидываясь на спинку стула,— тебе никто не мешает.
Ден помял в руках салфетку.
— Я через месяц уезжаю в Москву.
Ах, вот в чём дело. Он едет строить карьеру.
— Прекрасно,— кивнула Татьяна.
— Но я вернусь…
— Тогда и поговорим…
— Тата…
— Не называй меня так, сколько раз говорила,— раздражённо отозвалась Татьяна.
— Но почему? Тебе идёт.
— Мне не нравится…
— Татьяна…
Другое дело.
— Само собой, я тебя обеспечу…
Какое благородство!
— Спасибо.
Стало скучно. Хотелось пройтись по набережной, посмотреть на замершую перед зимой воду, подышать воздухом, а не поддерживать унылый никчёмный разговор, необходимый лишь для того, чтобы успокоить совесть будущего доктора наук.
— Почему ты не ешь? Я заказал твоё любимое…
— Я не люблю рыбу,— Татьяна скривилась. Запах действительно вызывал рвотные позывы.— Это ты всегда говорил, что она полезна…
— Но это так…
— Лучше мороженого…
— Как скажешь,— Ден поднял руку, и официантка поспешила к их столику.
Вечером в своей квартире Татьяна в одиночестве с удовольствием грызла чипсы. Совсем не полезная еда, но вкусная. Никто не нужен. Они проживут вдвоём с ребёнком. К чёрту инфантильных мамкиных докторов наук!
Женщина слизала солёные крошки с пальцев. Возможно, тогда у неё закололо где-то в низу живота, а она списала это на нездоровую пищу. Это казалось таким незначительным первое время. Но потом лёгкие уколы переросли в резь. И когда разогнуться стало совершенно невозможно, Татьяна набрала телефон скорой.
Дальше — всё по накатанной. Словно дурное кино, где кадры сменяют один другой слишком быстро. Больница, операционная, наркоз, палата, боль в глазах мамы и крохотная толика торжества у Дена. Таблетки, больница, сочувствие на лицах сослуживцев, пустая квартира... Видеть никого не хотелось, даже маму. Врачи с опустошающей уверенностью сказали, что детей больше не будет. Врождённый порок строения матки. И с профессиональной простотой сказали, что это не приговор. Есть детские дома.
Есть.
Пустая квартира, телевизор без звука, таблетки, немного коньяка на ночь.
Ничего. Зато теперь в её жизни нет никакого мусора. Ден убыл в Москву, даже не попрощавшись. Есть работа, есть мама. Можно кота завести… Или двух…
Таня судорожно вдохнула, глаза застилали слёзы, словно вот она ещё раз потеряла самое дорогое. Такой реальный сон. Неужели она уснула? В шалаше, образованном склонившейся до земли ивой у ручья, стало темновато.
Ворон хрипло каркнул, звуком вздёрнув плечи и голову кверху. Таня вздрогнула от вида тёмной на фоне леса фигуры. Андрей. Нашёл всё-таки. Она даже не понимала, хотела она его видеть или нет.
— Если ты решишь жить без меня, я пойму,— услышала она его хриплый голос.— Ничего страшного…
— Это был не сон? — голос дрожит, она замёрзла.
— Ещё одна вероятность, она есть…— Никитин стоял у входа в шалаш, словно ждал приглашения. В наступающих сумерках его силуэт пугающе выделялся на фоне деревьев,— ты можешь воспользоваться ею.
— Тебя там нет,— хрипло ответила Таня, обхватив себя руками.
— Нет…— согласился он,— там есть ты…
Женщина сжала зубы от подступивших слёз, потёрла пальцами лоб, словно это могло стереть все недоразумения в её жизни.
— Я не хочу…— всхлипнула она,— не хочу без тебя.
Только теперь он вошёл и присел рядом прямо на холодную землю. Настойчиво потянул к себе.
— Прости!..— Проклятые слёзы! Последнее время она слишком часто плачет.— Прости меня…
Таня обняла его и спрятала лицо у его плеча. Вдохнула до мурашек знакомый запах: пот и сигареты.
— И ты меня прости,— Андрей осторожно обнял её,— это дитя… я правда не хочу ему своей судьбы. Если бы он родился, ему бы пришлось разбираться во всём самому… В мире нет школы для полубесов…
— А ты?..— всхлипнула Таня, греясь его теплом.
— Это стало бы последним перерождением для меня… и для тебя тоже…
— Совсем? …
— Совсем. Иначе в мире было бы слишком много нечистой силы,— попытался он пошутить. Смешно.
— Жестоко…
— Такие правила, не нам их менять…
Таня прижалась сильнее.
— Я не хочу тебя терять,— проговорила она тихо.
— Не потеряешь.
Посидели в тишине, слушая перекликающихся птиц. Ворон беспокойно каркнул и поднялся в воздух. Где-то раздался протяжный крик боли. Таня вздрогнула и подняла голову.
— Анжела,— выдохнул Андрей, сжимая пальцы на теле подруги.
— Чего она хочет?
— Не понимаю, она мстит, но за что именно, я не знаю…
Таня встала, руки мужа удивительно легко соскользнули с талии.
— Мстящая женщина опасна,— заметила Таня, оглядываясь на затихший лес.
— Даже не представляешь, насколько,— согласился Андрей поднимаясь.— Я бы посоветовал уходить, но она закрыла Врата.
— Ты можешь с ней сладить?
Он покачал головой.
— Нет, она однозначно сильнее, особенно здесь. Вступать с ней в открытый бой означает подписать себе приговор.
— Что же делать? — Таня оглянулась на мужа. В полумраке его глаза мерцали жёлтыми огнями.
— Есть одна мысль,— вздохнул он,— но нам нужна помощь…
— Хозяйки?
— Да. Правда, они не станут меня слушать.
— С ними поговорю я.
— Боюсь, они прогонят и тебя,— грустная улыбка тронула его губы.
— Они послушают,— уверенно кивнула Таня, вытирая подсохшие глаза,— им придётся.
Андрей обнял её за плечи и прижался своей щекой к её щеке.
— У этого мира появился герой? — с лёгким лукавством спросил он.
— Ну кто-то же должен, правда? — Таня уверенно освободилась и вышла из-под своего полупрозрачного убежища.— Пойдём…
Ворон кружил над головой. Таня вскинула руку, посылая его на поляну, где стоял трон Хозяйки.
Волшебный лес опустел. Даже птицы замолчали. В преддверии самой главной ночи невозможно найти ни одного живого существа. Ворон вернулся ни с чем. Таня переглянулась с Андреем. Беда!..
— Что же делать?..— растерянно спросила женщина.
— Отправляйся на старое место, они наверняка там.— Супруг повёл плечами, и тьма сгустилась за его спиной. Таня моргнула. Ещё ни разу она не видела вот так, воочию, как он расправляет крылья.— Я поищу подходящее нам помещение.
— Она тебе ничего не сделает?
— Думаю — пока нет…
— Пожалуйста, если что-то случится, дай знать…
Вместо ответа он коротко прижал к себе. В голове пронеслась сцена из недавнего разговора:
«„Авейра? — он узнал её.— Я почти угадал… Тебе не надоели эти игры?“ — „Мне?“ — женщина осторожно обошла собеседника по кругу…».
Это она! Её имя. Авейра. Перед глазами мелькнули горящие символы правильного написания.
— Распорядись им осторожно,— он тихонько коснулся виска губами.
— Тебе не повредит эта формула? — Таня сжала кулак.
— Нет…
— Прошу: не рискуй.
— Она заподозрит неладное,— прошептал он в висок,— нельзя уйти раньше срока…
— Дай слово, что успеешь ускользнуть…
— Я постараюсь…
— Дай слово!
— Бери,— ободряюще улыбнулся он, а потом смазался в воздухе невнятным пятном и исчез.
Таня глубоко вдохнула. Главное теперь — не отступить. Ворон согласно каркнул и перескочил с ветки на руку.
— Ищи…— Ведающая подняла руку, отправляя птицу по новому адресу.
А сумерки сгустились, и в наступившей тишине казалось, что за кустами кто-то есть. Это мнительность. Определённо.
?
— Crwydryn навлёк на нас беду! — брызгая слюной, крикнул один из группы светловолосых тилвит-тег, вроде бы так их называли. Таня для простоты окрестила их эльфами. Да, она нашла всех. Не там, где ожидала, а на той поляне, где они танцевали предыдущей ночью.
Хозяйки не было видно, но вся её свита присутствовала. Напуганные, обозлённые, они смотрели на неё глазами, полными ненависти и страха. Анжела убила почти всех лесных духов, украсив их трупиками осину на тронной поляне. Выглядело жутко. И эффект произвело именно тот, на который рассчитано.
— Пусть уходит! — вторил крикнул второй.
— Врата закрыты,— спокойно ответила Таня, поднимая взгляд на разгорячённые лица.— Мы не можем уйти, даже если захотим. Никто не сможет.
— Мы здесь, как в клетке! — прогудело небольшого роста существо, обросшее мхом и лишайником. Таня так и не уловила, кто это. Возможно, тролль или ещё кто-то.
— Надо уходить! — громко выкрикнул эльф, и толпа согласно загудела.
— Вы не хотите дать ей отпор? — Таня обвела всех взглядом.
— Ты не одна из нас,— с истеричной нотой в голосе выступил второй из эльфов,— ты здесь совсем недавно. Как можно дать отпор Посвящённой? Она сильнее во много раз!
— Мы для неё — только закуска,— поддакнул кто-то рядом. Все согласно загудели. Даже седые духи болот заволновались за спинами.
— У нас есть план…— Таня подняла руки, чтобы обратить на себя внимание.
— У Crwydryn? — эльф, скривив губы, выступил вперёд.— У Crwydryn есть план? Он ничто в сравнении с ней!
— Поэтому нам нужна помощь…
— Она пришла за Crwydryn, надо отдать его ей! — выкрикнул кто-то из-за спины.
— Она не остановится,— попробовала возразить Таня, но её перебили.
— Да где он?
— Отдадим!
— Пусть подавится!
— Да нет же! — повышая голос, крикнула Таня.— Ей будет этого мало! Теперь мало…
Голоса чуть стихли, перекликаясь иногда громкими репликами.
— Откуда тебе знать?
— Вы заодно!
— Уходи!
Из толпы выступили две женщины. В свете костра Таня узнала Нонну и Анну.
— Тихо! — Нонна подняла руку, и все смолкли.
— Мерула хочет помочь…— тихо сказала Анна.
— Хочу,— согласилась Таня,— у нас есть план. Все останутся живы…
— Что за план? — с подозрением спросил первый из эльфов.
— Мы заманим её в ловушку,— тихо проговорила Таня.
— Её не удержать,— Нонна покачала головой,— ни одного Посвящённого не удержать, если не знать имени…
— Мы её удержим,— уверенно сказала Таня. Нонна долгим взглядом смотрела ей в лицо, потом, решив что-то для себя, переглянулась с соседкой.
— Ты уверена? — проскрипела Анна, превращаясь в старую сморщенную временем Торн.
— Да…— Таня расправила плечи.
— Crwydryn понимает, к чему это приведёт? — спросила Нонна в наступившей тишине.
— Если этого не сделать, может быть хуже,— голос прозвучал неуверенно и тихо.
— Она убьёт каждого,— согласилась Торн.
— Думаю, от заключения её настроение не улучшится,— снова подал голос эльф.
— Но мы сможем уйти… все…
— Если это так, и вы приняли решение…— Нонна выпрямилась, и Таня узнала строгую Меланте в чёрном платье.
— Мы поможем,— из-за спин сестёр выступила согбенная вдвое Лили.
— А может, нам договориться с ней? — снова выкрикнул первый из эльфов.— Отдадим ей Мерулу, а Crwydryn придёт сам!
— Тише, Вайолен,— с достоинством осадила его Меланте,— она — одна из нас.
— Она чужая…
— Нет! — Меланте взглянула светлыми глазами в лицо, пробираясь в самую глубь души,— Чёрная птица нам не лжёт.
— Не лгу,— согласилась Таня.
— Ты заплатишь самую большую цену,— проскрипела Торн.
И внутри всё осело. Уже оплачено. «Всё уже оплачено»,— успокоила себя Таня.
?
У кромки леса стоял корпус заброшенного склада бывшей лесопилки. Андрей показал это здание в коротком видении, что тотчас же растворилось в водовороте событий. Но маяк поставлен. Все, кто согласился участвовать, выдвинулись туда. В ночи было трудно ориентироваться в незнакомом лесу, но сёстры шли впереди, безошибочно указывая дорогу. Помимо сестёр с Таней увязались несколько «эльфов», тот самый витязь и несколько замшелых «троллей». Боже, никогда бы не думала, что они существуют. Но они есть, их можно потрогать, даже погладить, если разрешат.
Идти пришлось пешком. Ночь спутала все карты, хоть и была самой волшебной в году.
У склада сёстры быстро приступили к делу, нанося нужные знаки пастой из принесённых с собой горшочков. «Эльфы» просто наблюдали.
Вот вдалеке что-то гулко стукнуло.
— Это она? — опасливо спросил один из «эльфов» — кажется, Вайолен.
— Андрей сказал, что задержит её,— пряча глаза, ответила Таня. Задержит ли? Исполнится ли их план, слишком быстро составленный, наспех реализованный?.. Слишком много случайностей могло всех погубить.
Около часа они все вместе наносили знаки на стены, плоскую кровлю и пол. Финальный штрих нанесут позже, когда Анжела будет внутри.
— Всё? — Таня поднялась, разгибая спину. Пальцы резко пахли дёгтем и болели от непрерывного письма.
— Теперь дело за Crwydryn,— проскрипела Торн.
— Он не подведёт? — тревожно прозвучало в тишине. Таня стиснула зубы. Это хорошо не закончится. Определённо.
?
— Так мило! — Авейра вошла в здание склада.— Неужели ты устал бегать?
Андрей повернулся на голос. Уцелевшие лампы на потолке загорелись мутным холодным светом. Кто-то включил генератор. Под ногами хрустели прошлогодние листья, мусор и отвалившаяся от стен штукатурка. Строительным проектом окна не предусмотрены. Свет поступал только от сохранившихся ламп. Сёстры надежно облепили сетью заклятий всё здание. Авейра это, конечно же, чувствует, но уверена в собственной безопасности. Она ещё не знает, что её ждёт.
— Я не бегаю, просто гуляю,— усмехнулся Андрей. Осторожно пошёл по кругу.
— Я ищу тебя по всему лесу, даже в город заглянула,— вздохнула женщина,— видел мой сюрприз?
— Пока нет…
— Жаль, а вот твои друзья уже оценили.
Андрей откашлялся. Сейчас Таня судорожно заполняет пробелы в заклятии последним компонентом. Имя. И ловушка надёжно запрёт Авейру в здании. Чтобы она не почувствовала подвоха, этот этап пришлось отложить на самый последний момент. Ей стоит поторопиться.
— Уверен — это забавный сюрприз.
— Ещё какой! — рассмеялась женщина.— Ой, вы так стараетесь… Неужели думаете, что у вас что-то получится?
— Ну вдруг? — оба противника кружили, не приближались друг к другу.
— Как твоя женщина? Ненавидит тебя? — с улыбкой превосходства спросила Авейра.
— Ты слишком плохо изучила людей…
— О нет, очень хорошо,— рассмеялась она,— все хотят сохранить свой мирок, и при этом чтобы их не трогали… Вот и всё, что им надо. Питаться и размножаться… В коробочке…
— Это не всегда так,— Андрей покачал головой,— бывают исключения.
— Это так,— Авейра расправила плечи, и за её спиной к потолку поднялись четыре огромных огненных крыла. Никитин поднял глаза на существо перед собой. Сглотнул сухой глоткой.
— Бл.ть…— тихо прошептал он, чувствуя, как густеет и накаляется воздух.
— Впечатляет? — усмехнулась демоница, встряхивая головой с витиеватыми изгибами крепких рогов.— Забыл, кто я?
— Нет, не забыл.
«Таня, прошу, поторопись».
— Забыл… Даже теперь…— Авейра замерла, словно прислушиваясь,— ты думаешь, что переиграл меня? Опять плетёшь убогие интриги?
На долю секунды оба взглянули друг на друга. Авейра с улыбкой превосходства, словно бы говорящей о том, что она в курсе заговора. А Андрей, уже потерявший веру в успех предприятия, надеялся, что сёстры всё сделали как надо.
— Что с ним? — Татьяна чуть подняла брови. Какой же он забавный.
— Я хочу участвовать в его жизни.
— Участвуй,— вздохнула женщина, откидываясь на спинку стула,— тебе никто не мешает.
Ден помял в руках салфетку.
— Я через месяц уезжаю в Москву.
Ах, вот в чём дело. Он едет строить карьеру.
— Прекрасно,— кивнула Татьяна.
— Но я вернусь…
— Тогда и поговорим…
— Тата…
— Не называй меня так, сколько раз говорила,— раздражённо отозвалась Татьяна.
— Но почему? Тебе идёт.
— Мне не нравится…
— Татьяна…
Другое дело.
— Само собой, я тебя обеспечу…
Какое благородство!
— Спасибо.
Стало скучно. Хотелось пройтись по набережной, посмотреть на замершую перед зимой воду, подышать воздухом, а не поддерживать унылый никчёмный разговор, необходимый лишь для того, чтобы успокоить совесть будущего доктора наук.
— Почему ты не ешь? Я заказал твоё любимое…
— Я не люблю рыбу,— Татьяна скривилась. Запах действительно вызывал рвотные позывы.— Это ты всегда говорил, что она полезна…
— Но это так…
— Лучше мороженого…
— Как скажешь,— Ден поднял руку, и официантка поспешила к их столику.
Вечером в своей квартире Татьяна в одиночестве с удовольствием грызла чипсы. Совсем не полезная еда, но вкусная. Никто не нужен. Они проживут вдвоём с ребёнком. К чёрту инфантильных мамкиных докторов наук!
Женщина слизала солёные крошки с пальцев. Возможно, тогда у неё закололо где-то в низу живота, а она списала это на нездоровую пищу. Это казалось таким незначительным первое время. Но потом лёгкие уколы переросли в резь. И когда разогнуться стало совершенно невозможно, Татьяна набрала телефон скорой.
Дальше — всё по накатанной. Словно дурное кино, где кадры сменяют один другой слишком быстро. Больница, операционная, наркоз, палата, боль в глазах мамы и крохотная толика торжества у Дена. Таблетки, больница, сочувствие на лицах сослуживцев, пустая квартира... Видеть никого не хотелось, даже маму. Врачи с опустошающей уверенностью сказали, что детей больше не будет. Врождённый порок строения матки. И с профессиональной простотой сказали, что это не приговор. Есть детские дома.
Есть.
Пустая квартира, телевизор без звука, таблетки, немного коньяка на ночь.
Ничего. Зато теперь в её жизни нет никакого мусора. Ден убыл в Москву, даже не попрощавшись. Есть работа, есть мама. Можно кота завести… Или двух…
Таня судорожно вдохнула, глаза застилали слёзы, словно вот она ещё раз потеряла самое дорогое. Такой реальный сон. Неужели она уснула? В шалаше, образованном склонившейся до земли ивой у ручья, стало темновато.
Ворон хрипло каркнул, звуком вздёрнув плечи и голову кверху. Таня вздрогнула от вида тёмной на фоне леса фигуры. Андрей. Нашёл всё-таки. Она даже не понимала, хотела она его видеть или нет.
— Если ты решишь жить без меня, я пойму,— услышала она его хриплый голос.— Ничего страшного…
— Это был не сон? — голос дрожит, она замёрзла.
— Ещё одна вероятность, она есть…— Никитин стоял у входа в шалаш, словно ждал приглашения. В наступающих сумерках его силуэт пугающе выделялся на фоне деревьев,— ты можешь воспользоваться ею.
— Тебя там нет,— хрипло ответила Таня, обхватив себя руками.
— Нет…— согласился он,— там есть ты…
Женщина сжала зубы от подступивших слёз, потёрла пальцами лоб, словно это могло стереть все недоразумения в её жизни.
— Я не хочу…— всхлипнула она,— не хочу без тебя.
Только теперь он вошёл и присел рядом прямо на холодную землю. Настойчиво потянул к себе.
— Прости!..— Проклятые слёзы! Последнее время она слишком часто плачет.— Прости меня…
Таня обняла его и спрятала лицо у его плеча. Вдохнула до мурашек знакомый запах: пот и сигареты.
— И ты меня прости,— Андрей осторожно обнял её,— это дитя… я правда не хочу ему своей судьбы. Если бы он родился, ему бы пришлось разбираться во всём самому… В мире нет школы для полубесов…
— А ты?..— всхлипнула Таня, греясь его теплом.
— Это стало бы последним перерождением для меня… и для тебя тоже…
— Совсем? …
— Совсем. Иначе в мире было бы слишком много нечистой силы,— попытался он пошутить. Смешно.
— Жестоко…
— Такие правила, не нам их менять…
Таня прижалась сильнее.
— Я не хочу тебя терять,— проговорила она тихо.
— Не потеряешь.
Посидели в тишине, слушая перекликающихся птиц. Ворон беспокойно каркнул и поднялся в воздух. Где-то раздался протяжный крик боли. Таня вздрогнула и подняла голову.
— Анжела,— выдохнул Андрей, сжимая пальцы на теле подруги.
— Чего она хочет?
— Не понимаю, она мстит, но за что именно, я не знаю…
Таня встала, руки мужа удивительно легко соскользнули с талии.
— Мстящая женщина опасна,— заметила Таня, оглядываясь на затихший лес.
— Даже не представляешь, насколько,— согласился Андрей поднимаясь.— Я бы посоветовал уходить, но она закрыла Врата.
— Ты можешь с ней сладить?
Он покачал головой.
— Нет, она однозначно сильнее, особенно здесь. Вступать с ней в открытый бой означает подписать себе приговор.
— Что же делать? — Таня оглянулась на мужа. В полумраке его глаза мерцали жёлтыми огнями.
— Есть одна мысль,— вздохнул он,— но нам нужна помощь…
— Хозяйки?
— Да. Правда, они не станут меня слушать.
— С ними поговорю я.
— Боюсь, они прогонят и тебя,— грустная улыбка тронула его губы.
— Они послушают,— уверенно кивнула Таня, вытирая подсохшие глаза,— им придётся.
Андрей обнял её за плечи и прижался своей щекой к её щеке.
— У этого мира появился герой? — с лёгким лукавством спросил он.
— Ну кто-то же должен, правда? — Таня уверенно освободилась и вышла из-под своего полупрозрачного убежища.— Пойдём…
Ворон кружил над головой. Таня вскинула руку, посылая его на поляну, где стоял трон Хозяйки.
Глава 8
Волшебный лес опустел. Даже птицы замолчали. В преддверии самой главной ночи невозможно найти ни одного живого существа. Ворон вернулся ни с чем. Таня переглянулась с Андреем. Беда!..
— Что же делать?..— растерянно спросила женщина.
— Отправляйся на старое место, они наверняка там.— Супруг повёл плечами, и тьма сгустилась за его спиной. Таня моргнула. Ещё ни разу она не видела вот так, воочию, как он расправляет крылья.— Я поищу подходящее нам помещение.
— Она тебе ничего не сделает?
— Думаю — пока нет…
— Пожалуйста, если что-то случится, дай знать…
Вместо ответа он коротко прижал к себе. В голове пронеслась сцена из недавнего разговора:
«„Авейра? — он узнал её.— Я почти угадал… Тебе не надоели эти игры?“ — „Мне?“ — женщина осторожно обошла собеседника по кругу…».
Это она! Её имя. Авейра. Перед глазами мелькнули горящие символы правильного написания.
— Распорядись им осторожно,— он тихонько коснулся виска губами.
— Тебе не повредит эта формула? — Таня сжала кулак.
— Нет…
— Прошу: не рискуй.
— Она заподозрит неладное,— прошептал он в висок,— нельзя уйти раньше срока…
— Дай слово, что успеешь ускользнуть…
— Я постараюсь…
— Дай слово!
— Бери,— ободряюще улыбнулся он, а потом смазался в воздухе невнятным пятном и исчез.
Таня глубоко вдохнула. Главное теперь — не отступить. Ворон согласно каркнул и перескочил с ветки на руку.
— Ищи…— Ведающая подняла руку, отправляя птицу по новому адресу.
А сумерки сгустились, и в наступившей тишине казалось, что за кустами кто-то есть. Это мнительность. Определённо.
?
— Crwydryn навлёк на нас беду! — брызгая слюной, крикнул один из группы светловолосых тилвит-тег, вроде бы так их называли. Таня для простоты окрестила их эльфами. Да, она нашла всех. Не там, где ожидала, а на той поляне, где они танцевали предыдущей ночью.
Хозяйки не было видно, но вся её свита присутствовала. Напуганные, обозлённые, они смотрели на неё глазами, полными ненависти и страха. Анжела убила почти всех лесных духов, украсив их трупиками осину на тронной поляне. Выглядело жутко. И эффект произвело именно тот, на который рассчитано.
— Пусть уходит! — вторил крикнул второй.
— Врата закрыты,— спокойно ответила Таня, поднимая взгляд на разгорячённые лица.— Мы не можем уйти, даже если захотим. Никто не сможет.
— Мы здесь, как в клетке! — прогудело небольшого роста существо, обросшее мхом и лишайником. Таня так и не уловила, кто это. Возможно, тролль или ещё кто-то.
— Надо уходить! — громко выкрикнул эльф, и толпа согласно загудела.
— Вы не хотите дать ей отпор? — Таня обвела всех взглядом.
— Ты не одна из нас,— с истеричной нотой в голосе выступил второй из эльфов,— ты здесь совсем недавно. Как можно дать отпор Посвящённой? Она сильнее во много раз!
— Мы для неё — только закуска,— поддакнул кто-то рядом. Все согласно загудели. Даже седые духи болот заволновались за спинами.
— У нас есть план…— Таня подняла руки, чтобы обратить на себя внимание.
— У Crwydryn? — эльф, скривив губы, выступил вперёд.— У Crwydryn есть план? Он ничто в сравнении с ней!
— Поэтому нам нужна помощь…
— Она пришла за Crwydryn, надо отдать его ей! — выкрикнул кто-то из-за спины.
— Она не остановится,— попробовала возразить Таня, но её перебили.
— Да где он?
— Отдадим!
— Пусть подавится!
— Да нет же! — повышая голос, крикнула Таня.— Ей будет этого мало! Теперь мало…
Голоса чуть стихли, перекликаясь иногда громкими репликами.
— Откуда тебе знать?
— Вы заодно!
— Уходи!
Из толпы выступили две женщины. В свете костра Таня узнала Нонну и Анну.
— Тихо! — Нонна подняла руку, и все смолкли.
— Мерула хочет помочь…— тихо сказала Анна.
— Хочу,— согласилась Таня,— у нас есть план. Все останутся живы…
— Что за план? — с подозрением спросил первый из эльфов.
— Мы заманим её в ловушку,— тихо проговорила Таня.
— Её не удержать,— Нонна покачала головой,— ни одного Посвящённого не удержать, если не знать имени…
— Мы её удержим,— уверенно сказала Таня. Нонна долгим взглядом смотрела ей в лицо, потом, решив что-то для себя, переглянулась с соседкой.
— Ты уверена? — проскрипела Анна, превращаясь в старую сморщенную временем Торн.
— Да…— Таня расправила плечи.
— Crwydryn понимает, к чему это приведёт? — спросила Нонна в наступившей тишине.
— Если этого не сделать, может быть хуже,— голос прозвучал неуверенно и тихо.
— Она убьёт каждого,— согласилась Торн.
— Думаю, от заключения её настроение не улучшится,— снова подал голос эльф.
— Но мы сможем уйти… все…
— Если это так, и вы приняли решение…— Нонна выпрямилась, и Таня узнала строгую Меланте в чёрном платье.
— Мы поможем,— из-за спин сестёр выступила согбенная вдвое Лили.
— А может, нам договориться с ней? — снова выкрикнул первый из эльфов.— Отдадим ей Мерулу, а Crwydryn придёт сам!
— Тише, Вайолен,— с достоинством осадила его Меланте,— она — одна из нас.
— Она чужая…
— Нет! — Меланте взглянула светлыми глазами в лицо, пробираясь в самую глубь души,— Чёрная птица нам не лжёт.
— Не лгу,— согласилась Таня.
— Ты заплатишь самую большую цену,— проскрипела Торн.
И внутри всё осело. Уже оплачено. «Всё уже оплачено»,— успокоила себя Таня.
?
У кромки леса стоял корпус заброшенного склада бывшей лесопилки. Андрей показал это здание в коротком видении, что тотчас же растворилось в водовороте событий. Но маяк поставлен. Все, кто согласился участвовать, выдвинулись туда. В ночи было трудно ориентироваться в незнакомом лесу, но сёстры шли впереди, безошибочно указывая дорогу. Помимо сестёр с Таней увязались несколько «эльфов», тот самый витязь и несколько замшелых «троллей». Боже, никогда бы не думала, что они существуют. Но они есть, их можно потрогать, даже погладить, если разрешат.
Идти пришлось пешком. Ночь спутала все карты, хоть и была самой волшебной в году.
У склада сёстры быстро приступили к делу, нанося нужные знаки пастой из принесённых с собой горшочков. «Эльфы» просто наблюдали.
Вот вдалеке что-то гулко стукнуло.
— Это она? — опасливо спросил один из «эльфов» — кажется, Вайолен.
— Андрей сказал, что задержит её,— пряча глаза, ответила Таня. Задержит ли? Исполнится ли их план, слишком быстро составленный, наспех реализованный?.. Слишком много случайностей могло всех погубить.
Около часа они все вместе наносили знаки на стены, плоскую кровлю и пол. Финальный штрих нанесут позже, когда Анжела будет внутри.
— Всё? — Таня поднялась, разгибая спину. Пальцы резко пахли дёгтем и болели от непрерывного письма.
— Теперь дело за Crwydryn,— проскрипела Торн.
— Он не подведёт? — тревожно прозвучало в тишине. Таня стиснула зубы. Это хорошо не закончится. Определённо.
?
— Так мило! — Авейра вошла в здание склада.— Неужели ты устал бегать?
Андрей повернулся на голос. Уцелевшие лампы на потолке загорелись мутным холодным светом. Кто-то включил генератор. Под ногами хрустели прошлогодние листья, мусор и отвалившаяся от стен штукатурка. Строительным проектом окна не предусмотрены. Свет поступал только от сохранившихся ламп. Сёстры надежно облепили сетью заклятий всё здание. Авейра это, конечно же, чувствует, но уверена в собственной безопасности. Она ещё не знает, что её ждёт.
— Я не бегаю, просто гуляю,— усмехнулся Андрей. Осторожно пошёл по кругу.
— Я ищу тебя по всему лесу, даже в город заглянула,— вздохнула женщина,— видел мой сюрприз?
— Пока нет…
— Жаль, а вот твои друзья уже оценили.
Андрей откашлялся. Сейчас Таня судорожно заполняет пробелы в заклятии последним компонентом. Имя. И ловушка надёжно запрёт Авейру в здании. Чтобы она не почувствовала подвоха, этот этап пришлось отложить на самый последний момент. Ей стоит поторопиться.
— Уверен — это забавный сюрприз.
— Ещё какой! — рассмеялась женщина.— Ой, вы так стараетесь… Неужели думаете, что у вас что-то получится?
— Ну вдруг? — оба противника кружили, не приближались друг к другу.
— Как твоя женщина? Ненавидит тебя? — с улыбкой превосходства спросила Авейра.
— Ты слишком плохо изучила людей…
— О нет, очень хорошо,— рассмеялась она,— все хотят сохранить свой мирок, и при этом чтобы их не трогали… Вот и всё, что им надо. Питаться и размножаться… В коробочке…
— Это не всегда так,— Андрей покачал головой,— бывают исключения.
— Это так,— Авейра расправила плечи, и за её спиной к потолку поднялись четыре огромных огненных крыла. Никитин поднял глаза на существо перед собой. Сглотнул сухой глоткой.
— Бл.ть…— тихо прошептал он, чувствуя, как густеет и накаляется воздух.
— Впечатляет? — усмехнулась демоница, встряхивая головой с витиеватыми изгибами крепких рогов.— Забыл, кто я?
— Нет, не забыл.
«Таня, прошу, поторопись».
— Забыл… Даже теперь…— Авейра замерла, словно прислушиваясь,— ты думаешь, что переиграл меня? Опять плетёшь убогие интриги?
На долю секунды оба взглянули друг на друга. Авейра с улыбкой превосходства, словно бы говорящей о том, что она в курсе заговора. А Андрей, уже потерявший веру в успех предприятия, надеялся, что сёстры всё сделали как надо.
