“Моя хозяйка… знакома с Венси?! – ошарашенно думала Эльнара, пока девушки обменивались приветствиями и обнимались. – Но как?! Хотя… Метсу, кажется, упоминала, о каком-то международном лагере, да и общеславянский наш она знает не так уж и плохо (они ж на нем, собственно, и общаются сейчас), но все же… Венси?! Как?!”
– Одна девушка надумала предложить вашему театру выступить на каком-нибудь шоу “Милых мечтаний”?! – изумилась тем временем Метсуко вслух. – Ого! Прикольно!.. Я? Да, я тут и работаю!.. Ух, так ты смотрела наш концерт?!
Японочка смутилась.
“Черт бы побрал мои лень и любопытство совсем не к тому, к чему следовало бы! Ведь я могла бы выучить язык жестов и хоть понимать весь разговор, а не только половину! И ведь мне еще повезло, что Венси – только немая, и Метсу может с ней говорить! Хотя хозяйка, кажется, и в языке немых неплохо разбирается – Венси едва жестикулирует, но Метсу… – она запнулась на полумысли, когда ее вдруг продрало осознанием. – Да ведь в одной комнате со мной едва ли не единственный хоть насколько-то близкий мне человек на многие сотни километров вокруг! Какая, ко всем чертям, разница, сколько я понимаю – вдруг хоть она понимает?! Боже, хоть бы одно слово сказать, хоть бы один звук! Не спастись, так хоть бы дать знать родным, что я хотя бы относительно жива!..”
– Мне ужасно повезло – мой двоюродный брат оказался знаком с “Мечтой из осколков”! – продолжала тем временем смущенно делиться с любопытно сверкающей глазами гостьей Метсуко. – И еще больше повезло, что я смогла им понравиться!
Краткий вопросительный жест.
– Д-да, они еще и с само?й Анджелой Юной оказались знакомы, представляешь! Никогда бы не подумала, что сыграю на одной сцене со своими кумирами!
Улыбка Венси стала чуть кривоватой, а сама она проказливо ткнула хозяйку Эли в плечо.
– Да я сама себе завидую! – улыбка Метсу стала шире и смущеннее. – Э-э? А, ну-у… я не столь близка с ней, но я попробую спросить Юмери… а ты надолго тут?
В ответ – едва ли полжеста.
– Оу, ну-у… посмотрим.
“Да как это, блин, работает?!! – отчаивалась тем временем Эльнара. – Ну невозможно вложить столько всего в один полунамек! И вдвойне несправедливо, что я так не могу! Не надо мне кучу смыслов и предложений – ну хоть сам по себе маленький намек-то можно мне сделать раз в несколько месяцев?! Ну хоть хвостиком этим дрянным двинуть, когда она будет на меня смотреть?! И ведь они еще и, кажется, вполне дружны с хозяйкой – у меня даже представить, что она на нее хочет напасть, не выходит!..”
– Еще нового? – Метсуко тем временем склонила голову на бок. – Э-э-э, да я даже не знаю, с чего… а не, знаю! Знаю! Смотри, Венси, какую я себе замечательную игрушечку прикупила!
Эльнара могла бы даже порадоваться, что сердца у нее теперь тоже нет – давать перебой или вообще хоть как-нибудь шалить было нечему.
Могла бы, если бы не была так поглощена переживаниями…
– Да, конечно бери и смотри! О чем вопрос?!
“Она… Венси идет ко мне… она хочет взять меня на руки, осмотреть… Уже берет… ВЕНСИ!!! ПОЖАЛУЙСТА, СПАСИ МЕНЯ!!! УМОЛЯЮ!!!”
И вдруг Венцеслава вздрогнула и разжала руки. Эля, не успев опомниться, полетела вверх тормашками (благо хотя бы обратно на кровать, а не на пол).
“Ч-что?..”
Благо, упала она кверху мордочкой, и теперь как завороженная смотрела на потрясенное лицо своей давней знакомой и на то, как энергичнее прежнего вздымается ее грудь…
– Ну зачем же ты ее роняешь-то, Венси?! – немедленно возмутилась Метсуко. – Ну там что, страшное насекомое сидело?!
Венцеслава медленно повернулась к ней. И Эля была готова поклясться даже своей нынешней пародией на существование, что она вообще никаких жестов на сей раз не делала.
Но, однако же, лицо Метсу тоже озадаченно вытянулось
– Ч-что? Моя Миушка обратилась к тебе по имени?.. О чем ты, Венси?! Никак я ее не заколдовывала! Ну, вернее, заколдовывала, но совершенно не так! Я еще пятнадцать минут назад даже не знала, что ты меня навестишь!
“Она… Венси что, меня слышала?..”
С минуту Венцеслава недоуменно глядела на хозяйку комнаты, а затем, нахмурившись, вновь медленно склонилась к едва не теряющей сознание от напряжения Эльнаре, беря ее в руки.
“Венси, пожалуйста, не бросай меня! Спаси меня, умоляю!!!”
С полминуты рыжеволосая гостья лишь непонимающе смотрела на нее, но когда Эля уже почти отчаялась, в ее сознании вдруг вспыхнул голос:
– Ты знаешь, как меня зовут?!
Голос был женским, довольно мелодичным и приятным, и хотя Эльнара не имела ни малейшего понятия, как мог бы звучать голос ее давней знакомой, обладай она им, он вполне ей подходил.
– Да! Я Эльнара! Мы когда-то были с тобой вместе в лагере! – мысли сбивались и путались от сумасшедшей надежды так, что она едва умудрялась выстроить их в связное обращение. – На меня напали и превратили в игрушку! Ты единственная за последние… не знаю сколько, кто меня, кажется, слышит… если я еще не сошла с ума. Помоги мне, Венси, пожалуйста!!!
Венцеслава даже рот приоткрыла. На сей раз она пялилась на игрушку в своих руках куда дольше, но наконец, все же, перевела взгляд снова на Метсуко. И хоть она вновь оставалась почти недвижима, Эля была готова поклясться, что теперь до нее будто доносится неразборчивое эхо.
“Венси что, телепат?! Но разве это возможно?.. Ой хоть бы, хоть бы, хоть бы да!...”
А у Метсуко тем временем едва глаза на лоб не лезли.
– Моя игрушка – это твоя заколдованная давняя знакомая?! Ты что, сду-... э-э-э, то есть, это Я устраиваю розыгрыши?!! Да я даже не помню, рассказывала ли ты мне о ней когда-нибудь!
И вновь долгие мгновения едва уловимого эха.
– Э-э-э, да как она могла к тебе обратиться?! – продолжала недоумевать Метсуко. – Это же просто… или погоди… не просто?..
Подскочив к Венцеславе, японочка выхватила у нее игрушку из рук, глядя на нее почти с испугом.
– Ты что, правда заколдованная девушка?! – выпалила она.
“Да я уже какую неделю все колена ваших родственников поминаю во всех позах, в надежде, что хоть кто-то заметит, что я НЕ простая игрушка, туда тебя через три прогиба поперек коромысла!!! – не сдержалась Эльнара. – Вы же все такие вумные маги – неужели такой заковыристый ребус оказался?!!”
Но хозяйка лишь взволнованно смотрела на нее. Смотрела-смотрела, да наконец и обернулась к гостье.
– Ладно-ладно, Венси, ты меня круто разыграла, признаю. Я попалась.
Однако Венси помотала головой, мягко обхватывая ее руки своими и деликатно отнимая Эльнару.
– Эльнара, – вновь вспыхнул в мыслях Эли прежний голос, – ты правда меня слышишь?
– ДА!!!
– Уй! Тише… Эм-м… Прости, но ты можешь доказать, что это и правда ты, а не Метсуко такой классный артефактор и меня очень изысканно стебет?
Первым порывом Эльнары было выпалить еще одну сложносочиненную конструкцию сомнительной деликатности, однако она, все же, волевым усилием удержала себя в руках.
– Э-э-э… ну, мы были с тобой вместе в “Единорожике”... э-э-э, я сбилась со счету, сколько именно лет назад. Ты была в отряде “Дом Афины”, я в “Доме Гермеса”. Ты была там со своим близнецом Ярославом, я одна… пока не подружилась с Ежевикой, Кидом, Рикой и Поляной. Я бегала с вами на полевой тактической игре, и в вашем отряде было круто, а в нашем – хреново. Настолько, что под конец смены меня вообще избили, и я уехала в больницу. Возможно, только благодаря вам и… э-э-э… Ариман он, кажется?.. в больницу, а не куда похуже… Еще ты вместе с Викой участвуешь в любительском театре… – мысли лихорадочно метались, пытаясь отыскать еще какой-нибудь факт из общего прошлого, когда Элю вдруг осенило, что можно зайти с другого конца: – Метсуко меня купила в магазине, где меня спрятала эта мразина Эльвиана! С тех пор я существую у Метсу, стала ее талисманом, и даже до того докатилась, что едва не убила благодаря этому человека! И-и-и… Э-э-э… ну я не знаю, как еще тебя убедить, Венцеславочка!!! Ну расколдуйте вы, блин, меня наконец, да сами убедитесь, пока я совсем с ума не сошла!!!”
Лицо Венси на протяжении всей ее тирады вытягивалось все больше и больше. Опомнилась она, кажется, только когда Эля вновь не сдержалась, ударившись в отчаянные воззвания.
Опомнилась – и обернулась к Метсуко.
– Э-э-э… д-да, я действительно сделала из Миушки защитный талисман, – растерянно согласилась японочка. – И теперь действительно из-за нее… стой. А ты откуда узнала?!
Венси только скептически сощурилась и, кажется, уперла одну руку в бок (Эля не видела, но предположила, почувствовав, что ее теперь сжимает только одна рука).
– Погоди-погоди-погоди… – Метсуко потрясла головой. – Так ты что, хочешь сказать, что Миушка – это Действительно заколдованная девушка?!
К удивлению Эльнары, на какой-то звук Венцеслава все же оказалась способна.
На очень скептический звук, надо заметить.
Метсу еще добрых две минуты обалдело глядела на нее, а затем, видимо что-то заподозрив, переменилась в лице и, вырвав Эльнару из рук гостьи, ринулась вон из комнаты.
Если и не самая главная, то самая горячая мечта в жизни Эльнары сбылась в начале вечера того же дня. Способные (в отличие от злосчастной Эльвианы) расколдовать невесть как превращенного в игрушку человека специалисты на службе у ветингвета Японии нашлись (пусть им и тоже пришлось попыхтеть над этой задачкой)!
Правда, вопреки собственным предположениям, превратившись обратно, от радости она до потолка не заскакала. Хуже того – едва сделав второй в своей жизни Первый шаг, Эля тотчас потеряла равновесие, и не упала лишь потому, что маги вовремя подхватили ее.
И даже последней неприятностью в истории с превращением это, увы, не стало. Психика Эльнары, когда ее почти сразу взялись обследовать, оказалась в аховом состоянии, тело – в ненамного лучшем, а потому дорога у нее пока была одна – в больницу. В магическую.
Правда, “магичности” девушка почти и не заметила. Первые несколько дней она вообще помнила очень отрывочно: большую часть времени она спала (впервые за долгое время по-настоящему!), не имея ни сил, ни желания сопротивляться лекарствам, меньшую – ела или вяло покорялась учиняемым над ней престранным процедурам.
И только несколько дней (и вновь Эля не знала сколько) спустя она немного оправилась и опомнилась, обнаружив себя в компании допущенных наконец посетителей.
– Элечка, прости меня, пожалуйста! – сразу горячо затараторила Метсуко, стоя возле Эльнариной кровати на коленях, осторожно держа ее за руку и жалобно заглядывая ей в глаза. – Я даже подумать не могла, что моя игрушка – это заколдованный человек!
– Вот на тебя я почти и не дуюсь, – язык у Эльнары пока немного заплетался, но способность худо-бедно складывать и излагать мысли к ней уже вернулась. – Так трогательно, как ты, обо мне с детства никто не заботился. Да и… мне было очень досадно, но сейчас я понимаю, что тебе неоткуда было узнать.
– Я, честно говоря, вообще слабо представляю, как бы мы об этом узнали, не окажись ты в руках у Венцеславы, – Сэтору уважительно кивнул Венси, которая скромненько устроилась у окна. – От обычной игрушки ты не отличалась примерно ничем.
Венси смущенно улыбнулась.
– Да, тебе тоже огромное спасибо, Венси! – спохватилась Эля. – Ты уже второй раз меня спасаешь! Я тебе уже просто невероятно обязана!.. И, Метсу, если ты не ради удобства так устроилась – встань, пожалуйста.
– Венси говорит, что она не считает тебя обязанной ей и вообще очень рада помочь, – передала Метсуко, поднимаясь на ноги. – И не только тебе: Ежевика… э-э-э, что?.. А… Ваша общая подруга места себе не находит с тех пор, как ты пропала. Да и твои родители тоже…
– Они хоть живы?!! – разум скидывал медикаментозные оковы неспешно, и до этого момента Эльнара, к своему запоздалому стыду, о родных даже не вспоминала. Но теперь, стоило ей услышать о них, она даже на кровати приподнялась (хоть голова и не преминула недовольно заныть).
– Тише, милая, не вставай! – Кира осторожно коснулась ее плеча, помогая вновь улечься. – Доктор велел проследить, чтобы ты как можно меньше напрягалась.
Вызвавшаяся сопровождать Метсуко (видимо, из любопытства), она прежде молчала, лишь внимательно наблюдая за ходом беседы, но теперь – спохватилась едва ли не первой.
– Спасибо, – слабым голосом поблагодарила Эля. – Но все же, Венцеславочка?! Как они?!
– Венси говорит, что не знает подробностей, – вновь передала Метсу, - но, вроде бы, живы. Хотя ужасно переживают и всю окрестную полицию на ушах держат.
– Не удивительно… Но хоть живы! Скорее бы выбраться отсюда и повидаться с ними!!!
– Вот тут, к сожалению, “скорее” не получится, – вновь вступил в разговор Сэтору. – Нам не сообщили подробностей, но тебе досталось серьезнее, чем кажется. Тело твое скоро будет в норме, но вот голова… Наши лекарства и процедуры, конечно, волшебные, но не настолько.
– Да-да, я понимаю, – Эльнара только вздохнула.
– Ситуация с тобой, честно говоря, вообще непростая. Метсу не знала, что из себя представляет ее любимая игрушка, и мало того, что основательно заколдовала (причем так, как с людьми, по-хорошему, вообще делать не стоит), так еще и собственных чар невольно влила… энное количество. А ты еще и технократкой была ко всему.
– Была?!
– Магом ты от этого не станешь, не обольщайся – Дара в тебе, увы, нет…
– Ну во-от!..
– …но и обычной Посвященной тебя больше не назвать.
– Венси радуется, что Эля теперь хотя бы Посвященная, – со смущенной улыбкой вставила Метсуко.
– Да-да… В общем, мы не можем просто стереть тебе память – только наложить стандартные чары. Проблемой в общении для тебя это не станет – у тебя уже есть знакомые маги и Посвященные: куча народу здесь, в Японии, Венцеслава – дома в Польше…
– Прости, братик, что вечно перебиваю, – вновь влезла Метсу, – но Венси просит сказать, что у нее довольно большой круг друзей из магов и Посвященных, и Эля даже кое с кем знакома!
– Здорово, – Сэт чуть поморщился. – Проблема не в общении. Проблема как раз во вложенной тобою, сестренка, магии: ты привязала Эльнару к себе. Не особо радикальным и не темным способом, да еще и в довольно исключительной ситуации (то есть, тебе за это не влетит), но ликвидировать это будет… непросто. И потенциально небезопасно.
– Ага, я уже замечала, что очень привязалась к Миушке, и теперь, когда ее нет – мне грустно, и я скучаю.
– Во-во. И чем дальше и дольше вы будете друг от друга – тем больше это будет заметно. Это не какие-то до ужаса слащаво-романтичные узы, но все же сильнее, чем просто тоска по другу, – Сэтору чуть покривил губы. – В общем, жить можно, и само по себе оно вам бы не повредило, н-но если у кого-то из вас в жизни возникнут психологические проблемы (а Эльнара, насколько я понимаю, идеально здоровой и так не была, и после нынешнего приключения, не смотря на наши усилия, здоровее не станет) – это будет отягчающим фактором. Чем кончится – не знаю, пугать не буду, но твой лечащий врач, Эля, просил предупредить, что таких случаев вообще немного, изучены они плохо, и лично он бы с этим не шутил.
– И это понимаю, – Эля вздохнула. – Я, честно говоря, еще в облике игрушки думала, что же я буду делать, превратившись обратно. Домой мне хочется – и очень! – я люблю свою семью, люблю друзей и родные края… но и к Метсу я привязалась, и думать о том, что с ней придется расстаться… ну вот, мне опять грустно.
– Одна девушка надумала предложить вашему театру выступить на каком-нибудь шоу “Милых мечтаний”?! – изумилась тем временем Метсуко вслух. – Ого! Прикольно!.. Я? Да, я тут и работаю!.. Ух, так ты смотрела наш концерт?!
Японочка смутилась.
“Черт бы побрал мои лень и любопытство совсем не к тому, к чему следовало бы! Ведь я могла бы выучить язык жестов и хоть понимать весь разговор, а не только половину! И ведь мне еще повезло, что Венси – только немая, и Метсу может с ней говорить! Хотя хозяйка, кажется, и в языке немых неплохо разбирается – Венси едва жестикулирует, но Метсу… – она запнулась на полумысли, когда ее вдруг продрало осознанием. – Да ведь в одной комнате со мной едва ли не единственный хоть насколько-то близкий мне человек на многие сотни километров вокруг! Какая, ко всем чертям, разница, сколько я понимаю – вдруг хоть она понимает?! Боже, хоть бы одно слово сказать, хоть бы один звук! Не спастись, так хоть бы дать знать родным, что я хотя бы относительно жива!..”
– Мне ужасно повезло – мой двоюродный брат оказался знаком с “Мечтой из осколков”! – продолжала тем временем смущенно делиться с любопытно сверкающей глазами гостьей Метсуко. – И еще больше повезло, что я смогла им понравиться!
Краткий вопросительный жест.
– Д-да, они еще и с само?й Анджелой Юной оказались знакомы, представляешь! Никогда бы не подумала, что сыграю на одной сцене со своими кумирами!
Улыбка Венси стала чуть кривоватой, а сама она проказливо ткнула хозяйку Эли в плечо.
– Да я сама себе завидую! – улыбка Метсу стала шире и смущеннее. – Э-э? А, ну-у… я не столь близка с ней, но я попробую спросить Юмери… а ты надолго тут?
В ответ – едва ли полжеста.
– Оу, ну-у… посмотрим.
“Да как это, блин, работает?!! – отчаивалась тем временем Эльнара. – Ну невозможно вложить столько всего в один полунамек! И вдвойне несправедливо, что я так не могу! Не надо мне кучу смыслов и предложений – ну хоть сам по себе маленький намек-то можно мне сделать раз в несколько месяцев?! Ну хоть хвостиком этим дрянным двинуть, когда она будет на меня смотреть?! И ведь они еще и, кажется, вполне дружны с хозяйкой – у меня даже представить, что она на нее хочет напасть, не выходит!..”
– Еще нового? – Метсуко тем временем склонила голову на бок. – Э-э-э, да я даже не знаю, с чего… а не, знаю! Знаю! Смотри, Венси, какую я себе замечательную игрушечку прикупила!
Эльнара могла бы даже порадоваться, что сердца у нее теперь тоже нет – давать перебой или вообще хоть как-нибудь шалить было нечему.
Могла бы, если бы не была так поглощена переживаниями…
– Да, конечно бери и смотри! О чем вопрос?!
“Она… Венси идет ко мне… она хочет взять меня на руки, осмотреть… Уже берет… ВЕНСИ!!! ПОЖАЛУЙСТА, СПАСИ МЕНЯ!!! УМОЛЯЮ!!!”
И вдруг Венцеслава вздрогнула и разжала руки. Эля, не успев опомниться, полетела вверх тормашками (благо хотя бы обратно на кровать, а не на пол).
“Ч-что?..”
Благо, упала она кверху мордочкой, и теперь как завороженная смотрела на потрясенное лицо своей давней знакомой и на то, как энергичнее прежнего вздымается ее грудь…
– Ну зачем же ты ее роняешь-то, Венси?! – немедленно возмутилась Метсуко. – Ну там что, страшное насекомое сидело?!
Венцеслава медленно повернулась к ней. И Эля была готова поклясться даже своей нынешней пародией на существование, что она вообще никаких жестов на сей раз не делала.
Но, однако же, лицо Метсу тоже озадаченно вытянулось
– Ч-что? Моя Миушка обратилась к тебе по имени?.. О чем ты, Венси?! Никак я ее не заколдовывала! Ну, вернее, заколдовывала, но совершенно не так! Я еще пятнадцать минут назад даже не знала, что ты меня навестишь!
“Она… Венси что, меня слышала?..”
С минуту Венцеслава недоуменно глядела на хозяйку комнаты, а затем, нахмурившись, вновь медленно склонилась к едва не теряющей сознание от напряжения Эльнаре, беря ее в руки.
“Венси, пожалуйста, не бросай меня! Спаси меня, умоляю!!!”
С полминуты рыжеволосая гостья лишь непонимающе смотрела на нее, но когда Эля уже почти отчаялась, в ее сознании вдруг вспыхнул голос:
– Ты знаешь, как меня зовут?!
Голос был женским, довольно мелодичным и приятным, и хотя Эльнара не имела ни малейшего понятия, как мог бы звучать голос ее давней знакомой, обладай она им, он вполне ей подходил.
– Да! Я Эльнара! Мы когда-то были с тобой вместе в лагере! – мысли сбивались и путались от сумасшедшей надежды так, что она едва умудрялась выстроить их в связное обращение. – На меня напали и превратили в игрушку! Ты единственная за последние… не знаю сколько, кто меня, кажется, слышит… если я еще не сошла с ума. Помоги мне, Венси, пожалуйста!!!
Венцеслава даже рот приоткрыла. На сей раз она пялилась на игрушку в своих руках куда дольше, но наконец, все же, перевела взгляд снова на Метсуко. И хоть она вновь оставалась почти недвижима, Эля была готова поклясться, что теперь до нее будто доносится неразборчивое эхо.
“Венси что, телепат?! Но разве это возможно?.. Ой хоть бы, хоть бы, хоть бы да!...”
А у Метсуко тем временем едва глаза на лоб не лезли.
– Моя игрушка – это твоя заколдованная давняя знакомая?! Ты что, сду-... э-э-э, то есть, это Я устраиваю розыгрыши?!! Да я даже не помню, рассказывала ли ты мне о ней когда-нибудь!
И вновь долгие мгновения едва уловимого эха.
– Э-э-э, да как она могла к тебе обратиться?! – продолжала недоумевать Метсуко. – Это же просто… или погоди… не просто?..
Подскочив к Венцеславе, японочка выхватила у нее игрушку из рук, глядя на нее почти с испугом.
– Ты что, правда заколдованная девушка?! – выпалила она.
“Да я уже какую неделю все колена ваших родственников поминаю во всех позах, в надежде, что хоть кто-то заметит, что я НЕ простая игрушка, туда тебя через три прогиба поперек коромысла!!! – не сдержалась Эльнара. – Вы же все такие вумные маги – неужели такой заковыристый ребус оказался?!!”
Но хозяйка лишь взволнованно смотрела на нее. Смотрела-смотрела, да наконец и обернулась к гостье.
– Ладно-ладно, Венси, ты меня круто разыграла, признаю. Я попалась.
Однако Венси помотала головой, мягко обхватывая ее руки своими и деликатно отнимая Эльнару.
– Эльнара, – вновь вспыхнул в мыслях Эли прежний голос, – ты правда меня слышишь?
– ДА!!!
– Уй! Тише… Эм-м… Прости, но ты можешь доказать, что это и правда ты, а не Метсуко такой классный артефактор и меня очень изысканно стебет?
Первым порывом Эльнары было выпалить еще одну сложносочиненную конструкцию сомнительной деликатности, однако она, все же, волевым усилием удержала себя в руках.
– Э-э-э… ну, мы были с тобой вместе в “Единорожике”... э-э-э, я сбилась со счету, сколько именно лет назад. Ты была в отряде “Дом Афины”, я в “Доме Гермеса”. Ты была там со своим близнецом Ярославом, я одна… пока не подружилась с Ежевикой, Кидом, Рикой и Поляной. Я бегала с вами на полевой тактической игре, и в вашем отряде было круто, а в нашем – хреново. Настолько, что под конец смены меня вообще избили, и я уехала в больницу. Возможно, только благодаря вам и… э-э-э… Ариман он, кажется?.. в больницу, а не куда похуже… Еще ты вместе с Викой участвуешь в любительском театре… – мысли лихорадочно метались, пытаясь отыскать еще какой-нибудь факт из общего прошлого, когда Элю вдруг осенило, что можно зайти с другого конца: – Метсуко меня купила в магазине, где меня спрятала эта мразина Эльвиана! С тех пор я существую у Метсу, стала ее талисманом, и даже до того докатилась, что едва не убила благодаря этому человека! И-и-и… Э-э-э… ну я не знаю, как еще тебя убедить, Венцеславочка!!! Ну расколдуйте вы, блин, меня наконец, да сами убедитесь, пока я совсем с ума не сошла!!!”
Лицо Венси на протяжении всей ее тирады вытягивалось все больше и больше. Опомнилась она, кажется, только когда Эля вновь не сдержалась, ударившись в отчаянные воззвания.
Опомнилась – и обернулась к Метсуко.
– Э-э-э… д-да, я действительно сделала из Миушки защитный талисман, – растерянно согласилась японочка. – И теперь действительно из-за нее… стой. А ты откуда узнала?!
Венси только скептически сощурилась и, кажется, уперла одну руку в бок (Эля не видела, но предположила, почувствовав, что ее теперь сжимает только одна рука).
– Погоди-погоди-погоди… – Метсуко потрясла головой. – Так ты что, хочешь сказать, что Миушка – это Действительно заколдованная девушка?!
К удивлению Эльнары, на какой-то звук Венцеслава все же оказалась способна.
На очень скептический звук, надо заметить.
Метсу еще добрых две минуты обалдело глядела на нее, а затем, видимо что-то заподозрив, переменилась в лице и, вырвав Эльнару из рук гостьи, ринулась вон из комнаты.
***
Если и не самая главная, то самая горячая мечта в жизни Эльнары сбылась в начале вечера того же дня. Способные (в отличие от злосчастной Эльвианы) расколдовать невесть как превращенного в игрушку человека специалисты на службе у ветингвета Японии нашлись (пусть им и тоже пришлось попыхтеть над этой задачкой)!
Правда, вопреки собственным предположениям, превратившись обратно, от радости она до потолка не заскакала. Хуже того – едва сделав второй в своей жизни Первый шаг, Эля тотчас потеряла равновесие, и не упала лишь потому, что маги вовремя подхватили ее.
И даже последней неприятностью в истории с превращением это, увы, не стало. Психика Эльнары, когда ее почти сразу взялись обследовать, оказалась в аховом состоянии, тело – в ненамного лучшем, а потому дорога у нее пока была одна – в больницу. В магическую.
Правда, “магичности” девушка почти и не заметила. Первые несколько дней она вообще помнила очень отрывочно: большую часть времени она спала (впервые за долгое время по-настоящему!), не имея ни сил, ни желания сопротивляться лекарствам, меньшую – ела или вяло покорялась учиняемым над ней престранным процедурам.
И только несколько дней (и вновь Эля не знала сколько) спустя она немного оправилась и опомнилась, обнаружив себя в компании допущенных наконец посетителей.
– Элечка, прости меня, пожалуйста! – сразу горячо затараторила Метсуко, стоя возле Эльнариной кровати на коленях, осторожно держа ее за руку и жалобно заглядывая ей в глаза. – Я даже подумать не могла, что моя игрушка – это заколдованный человек!
– Вот на тебя я почти и не дуюсь, – язык у Эльнары пока немного заплетался, но способность худо-бедно складывать и излагать мысли к ней уже вернулась. – Так трогательно, как ты, обо мне с детства никто не заботился. Да и… мне было очень досадно, но сейчас я понимаю, что тебе неоткуда было узнать.
– Я, честно говоря, вообще слабо представляю, как бы мы об этом узнали, не окажись ты в руках у Венцеславы, – Сэтору уважительно кивнул Венси, которая скромненько устроилась у окна. – От обычной игрушки ты не отличалась примерно ничем.
Венси смущенно улыбнулась.
– Да, тебе тоже огромное спасибо, Венси! – спохватилась Эля. – Ты уже второй раз меня спасаешь! Я тебе уже просто невероятно обязана!.. И, Метсу, если ты не ради удобства так устроилась – встань, пожалуйста.
– Венси говорит, что она не считает тебя обязанной ей и вообще очень рада помочь, – передала Метсуко, поднимаясь на ноги. – И не только тебе: Ежевика… э-э-э, что?.. А… Ваша общая подруга места себе не находит с тех пор, как ты пропала. Да и твои родители тоже…
– Они хоть живы?!! – разум скидывал медикаментозные оковы неспешно, и до этого момента Эльнара, к своему запоздалому стыду, о родных даже не вспоминала. Но теперь, стоило ей услышать о них, она даже на кровати приподнялась (хоть голова и не преминула недовольно заныть).
– Тише, милая, не вставай! – Кира осторожно коснулась ее плеча, помогая вновь улечься. – Доктор велел проследить, чтобы ты как можно меньше напрягалась.
Вызвавшаяся сопровождать Метсуко (видимо, из любопытства), она прежде молчала, лишь внимательно наблюдая за ходом беседы, но теперь – спохватилась едва ли не первой.
– Спасибо, – слабым голосом поблагодарила Эля. – Но все же, Венцеславочка?! Как они?!
– Венси говорит, что не знает подробностей, – вновь передала Метсу, - но, вроде бы, живы. Хотя ужасно переживают и всю окрестную полицию на ушах держат.
– Не удивительно… Но хоть живы! Скорее бы выбраться отсюда и повидаться с ними!!!
– Вот тут, к сожалению, “скорее” не получится, – вновь вступил в разговор Сэтору. – Нам не сообщили подробностей, но тебе досталось серьезнее, чем кажется. Тело твое скоро будет в норме, но вот голова… Наши лекарства и процедуры, конечно, волшебные, но не настолько.
– Да-да, я понимаю, – Эльнара только вздохнула.
– Ситуация с тобой, честно говоря, вообще непростая. Метсу не знала, что из себя представляет ее любимая игрушка, и мало того, что основательно заколдовала (причем так, как с людьми, по-хорошему, вообще делать не стоит), так еще и собственных чар невольно влила… энное количество. А ты еще и технократкой была ко всему.
– Была?!
– Магом ты от этого не станешь, не обольщайся – Дара в тебе, увы, нет…
– Ну во-от!..
– …но и обычной Посвященной тебя больше не назвать.
– Венси радуется, что Эля теперь хотя бы Посвященная, – со смущенной улыбкой вставила Метсуко.
– Да-да… В общем, мы не можем просто стереть тебе память – только наложить стандартные чары. Проблемой в общении для тебя это не станет – у тебя уже есть знакомые маги и Посвященные: куча народу здесь, в Японии, Венцеслава – дома в Польше…
– Прости, братик, что вечно перебиваю, – вновь влезла Метсу, – но Венси просит сказать, что у нее довольно большой круг друзей из магов и Посвященных, и Эля даже кое с кем знакома!
– Здорово, – Сэт чуть поморщился. – Проблема не в общении. Проблема как раз во вложенной тобою, сестренка, магии: ты привязала Эльнару к себе. Не особо радикальным и не темным способом, да еще и в довольно исключительной ситуации (то есть, тебе за это не влетит), но ликвидировать это будет… непросто. И потенциально небезопасно.
– Ага, я уже замечала, что очень привязалась к Миушке, и теперь, когда ее нет – мне грустно, и я скучаю.
– Во-во. И чем дальше и дольше вы будете друг от друга – тем больше это будет заметно. Это не какие-то до ужаса слащаво-романтичные узы, но все же сильнее, чем просто тоска по другу, – Сэтору чуть покривил губы. – В общем, жить можно, и само по себе оно вам бы не повредило, н-но если у кого-то из вас в жизни возникнут психологические проблемы (а Эльнара, насколько я понимаю, идеально здоровой и так не была, и после нынешнего приключения, не смотря на наши усилия, здоровее не станет) – это будет отягчающим фактором. Чем кончится – не знаю, пугать не буду, но твой лечащий врач, Эля, просил предупредить, что таких случаев вообще немного, изучены они плохо, и лично он бы с этим не шутил.
– И это понимаю, – Эля вздохнула. – Я, честно говоря, еще в облике игрушки думала, что же я буду делать, превратившись обратно. Домой мне хочется – и очень! – я люблю свою семью, люблю друзей и родные края… но и к Метсу я привязалась, и думать о том, что с ней придется расстаться… ну вот, мне опять грустно.
