– Нет, что вы, разве дочь вождя, воровка? – спросил Говорящий и при этом обернулся ко мне. – Я подарил его "прекраснейшей из женщин", – эти слова, которыми он передразнивал брата, стали для меня самыми фальшивыми на свете, а злость внутри закипала с новой силой.
– А так как я Говорящий, и Слово имеет силу, – все это он говорил, продолжая смотреть на меня и плавно, по-кошачьи приближаясь. – Пускай компас Герона указывает на то, что вы желаете больше всего, а подзорная труба показывает, чего жаждет ваше сердце. И если мои пожелания сбудутся, я наконец поверю в этот фарс и силу магии Вашего Мира, – последние фразы были произнесены, когда Тагер подошёл ко мне уже вплотную. Опять. Лесная роса и мужское раздутое самомнение. Чуть наклонившись ещё ближе, он прошептал, чтобы услышала только я.
– Три подарка вместо одного. Ты моя должница, тигрица.
Здесь мое терпение закончилось. Со мной нельзя так. Он пожалеет. Посмотрела в янтарные насмешливые глаза и сказала очень громко, чтобы все слышали:
– Завтра, с первыми лучами солнца, у воды озера Мера жду вас троих.
За спиной раздался голос младшего из братьев:
– Но зачем?
– Пора показать вам, на что способна ваша сила. Вы должны научиться пользоваться великим даром Моего Мира.
– Как мы найдем озеро? – спросил Агвель.
– Среди вас Ищущий – ищите. Но учтите, что, если не будете вовремя, Великое озеро Мера оскорбится и жестоко накажет вас за непочтение.
– Интересно, кто же услышит его волю? – это уже наглый голос Говорящего.
– Услышу я, а наказывать будет уже оно. И ничто не спасет вас от его гнева, – ответила и спешно удалилась, при этом забрала меч с собою, раз это подарок, чему тот не обрадовался.
В темноте кто-то схватил меня за руку и прижал к стене. Вокруг никого не было, а закричать я не успела, так как меня уже целовали. Грубо, напористо, наказывая и прикусывая. Мужское тело прижималось сильнее, и я почувствовала, как сжали мою грудь. Поцелуй не прекращался, а вот прикосновения становились все откровеннее. Целовавший меня мужчина на мгновение оторвался от губ, секунда ушла на обмен взглядами, и он продолжил свои ласки с новым напором. Дыхание сбилось, и я ответила на поцелуй, зарывшись пальцами в волосы. Чувствовала, как его подол моего платья приподнимали, нежно поглаживая кожу. Прикосновение к внутренней стороне бедра, лёгкое сжатие моего естества и пальцы, начинающие свой танец. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Поцелуй перешёл от губ к шее, от шеи к мочке уха. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Нажатие пальцев усилилось, танец ускорился, и я не смогла сдержать стона. Быстрее, только не останавливайся. Вверх-вниз. Вверх – пальцы покинули меня, чтобы проникнуть снова. Поцелуй вернулся к губам, но тут уже и я целовала сама, настойчиво, жадно. Ещё. Вверх-вниз. Напряжение нарастало, каждая клеточка тела была сосредоточена на их танце этих проникновений в мое естество. Ещё немного, дай мне то, что необходимо. Стон за стоном и вскрик, который заглушили. Расслабилась и обмякла в его руках.
– Ты разозлила меня, Азира. Знаешь, каких усилий мне стоило наблюдать спектакль, который ты разыграла перед ними? – с ними ты другая. Такой я тебя не знаю. Что происходит? – Его голос был нежным и тоже ласкал. Сейчас, чувствуя отголоски своего удовольствия, я наслаждалась этими звуками.
– Признайся наконец, что ревнуешь меня, – ответила, с лёгкой хрипотцой в голосе.
– Не играй со мной, Азира. Что у тебя было с воином-чужаком? – я была готова к этому вопросу, поэтому ответила не задумываясь.
– Они были со мной в Долине Хранителей. Духи передали им силы Истинных.
– Они смотрят на тебя как на женщину.
Я засмеялась.
– Так я и есть женщина, Алштей. Красивая женщина, единственная, кто сможет научить их пользоваться силой, дарованной Нашим Миром. Он не просто так открыл портал в храме Муны. Они нужны для Ритуала Вечности, – я хотела достучаться до его желания помочь племени, чтобы прекратить вопросы, на которые сама не знаю ответ.
– Ты моя женщина. Об этом все знают, кроме них, – Алштей упрям, и его не собьешь с толку.
– Неужели басилевс племени боится принять вызов от чужаков за свою женщину? – знала, что задеваю за живое, но удержаться не смогла.
– Ты играешь на моём самолюбии. Это опасно и злит меня.
– Если ты будешь злиться так же, как пять минут назад, то я не против. – ко мне вернулось игривое настроение. Я поцеловала его сама. Нежно и ласково, чтобы развеять все сомнения. После поцелуя он заметно успокоился. Его руки начали гладить мою спину, переходя ниже талии. Почувствовала, что не хочу разговаривать. Хочу эти руки и прикосновения.
– Ниара сказала, что будет ночевать у Альмиры. А ещё все ждут, когда мы поженимся. Ты же помнишь, что в Неделю Невест я назову тебя своей женой? – эти слова он говорил, продолжая меня целовать. Губы, шея, впадинка за ухом. Руки уже настойчиво гладили и сжимали сильнее, показывая, что не отпустит, что эту ночь я в любом случае буду с ним.
– Сначала выиграй поединок за меня, – люблю его дразнить. Как будто мне снова восемнадцать лет, когда я дышала только им.
– Кто осмелится вызвать меня на бой?
– Ты мой воин, Алштей. А я твоя, – взяла его за руку, и мы вышли из тени. Мне хотелось поскорее уйти. Было ощущение, что за нами наблюдают. Если бы я не спешила, то заметила бы блеск обсидиановых глаз.
Азира
Как и Луна Муна, великое озеро Мера было человеком. Мужчиной, старцем, мудрость которого поражала любого. Каждый просил совета у Мера, каждому тот помогал. Он мог видеть Истину в человеке. То, что скрыто от чужих глаз. Самые тайные чертоги людской души. Но годы брали свое, и здоровье начало покидать старика. За несколько лет перед своей смертью Мера спас юношу, которого обвинили в предательстве и воровстве. Тот был чужаком для племени. К тому же его внешность сильно отличалась от местной. Высокий, очень юный. Кожа светлая, а волосы белее снега. Но главной особенностью, которая пугала многих, были его аквамариновые глаза. У юноши была младшая сестра, которая внешне ничем не отличалась от брата. Они часто навещали старца Мера, а тот говорил им, чтобы те уходили, иначе быть беде. Так и случилось. Людей пугали странности этого парня. Ведь тот владел магией. Поэтому, когда что-то случалось, во всем винили пришлых беловолосых чужаков. Но Мера знал, что это было не так. Несмотря на то, что старец был уже слеп, он мог видеть суть человека, определять, чистая у того душа или нет. Душа юного мага была невинна перед обвинениями людей. И так как все привыкли слушать слова Мера, парня отпустили. Спустя два года, перед самой своей смертью, Мера снова увидел этого юношу. Долина Хранителей превратила старца в огромное глубокое озеро. Его вода была прозрачной и чистой. Кто-то говорил, что озеро может исцелять, кто-то – что, искупавшись в его водах, душа снова очистится, но это было не так. Для племени Мерано воды озера Мера были самой жизнью. Зеркалом Истины.
Мы никогда не задумывались, что все легенды – правда. Что Мера – это старец, которого Мой Мир превратил в духа озера, дабы поблагодарить за спасение, сохранить великую мудрость и видения. Но, став Слышащей, я узнала, насколько духи-хранители помогают нашему племени. Оберегают, даруют силу и выносливость, направляют на путь Истины. Но и они способны сердиться.
Мне было восемнадцать. Я только училась быть Слышащей. Моему племени было тяжело принять магию Моего Мира. Были те, кто отказывался подчиняться, признавать мою силу, менять жизнь племени. Юной девушке тяжело противостоять целому восстанию. Но, благодаря мудрости Мера, я по-другому начала относиться к своей силе. Мой дар дан во благо, чтобы изменить старые устои и вещать волю Моего Мира. А те, кто пойдет против, поплатится жизнью, ибо Слышащая – это голос древнего мага, юноши-чужака, навсегда изменившего саму природу этой земли. Многие тогда погибли. Духи-хранители объединились и заставили мой народ услышать мои слова. Никто не станет перечить Слышащей. Я получила уважение, но какой ценой... Среди несогласных были близкие люди. Отец Алштея и Ниары, который и стал предводителем восстания. Он хотел стать ванакой. Алштей был на моей стороне и никогда не сожалел о своем выборе. Также в тот год погиб жених Ниары Шакей. Он был одним из снежного племени Айрисов. Тем, кто готовил предательство. Я видела его смерть. Он просто упал с этого уступа, на котором сейчас сижу я, и воды Мера поглотили его. На мой вопрос "Почему он?" Мера сказал, что душа Шакея темна и таит злые замыслы против против моего племени Мерано. Только мне легче не становилось. До сих пор помню слезы на глазах моего народа и проклятия в мою сторону, кто не смирился с потерей близких. Если бы они послушались меня сразу... Если бы я искала способы уговорить всех, а не жаловалась Моему Миру... Но мне было восемнадцать лет. А вина за слезы подруги по любимому всегда будет на мне.
– Как он мог? Я служил верой и правдой его предкам, я закален в битвах, я тот, кто спас его отцу жизнь. И меня подарили? Так просто? Тот, кого я считал лучшим из всей троицы Каст... Как же я ошибался... – дальше я уже слышала завывания и ругательства. Впервые столкнулась с тем, чтобы боевое оружие ныло и возмущалось. Но за то время, что я сидела на утесе, украшенный меч наглеца причитал и до конца отказывался принимать то, что он теперь принадлежит мне.
– И самое главное, кому? Какой-то безродной девке без образования и манер, – эти слова меня никак не могли задеть, хотя меч очень старался в этом. Просто значение его фраз и выражений я почти не понимала. Так что все оскорбления пропускала мимо ушей. А меч все не унимался:
– Мой хозяин был фаворитом самой вдовы Делакруа, любимцем всех придворных дам королевского дворца, а тут повелся на длинные ноги и голубые глаза. Нет, я, конечно, понимаю, экзотика и все такое... Но это не значит, что ради нескольких приятных ночей меня можно подарить, как коробку шоколадных конфет.
Здесь я не выдержала.
– Ты знаешь, что Великое озеро не имеет глубины? – меч не ожидал подобного вопроса и замолчал.
Я не стала его томить ожиданием и продолжила:
– Однажды мужчина из моего племени сильно разругался со своей невестой и перебрал травяной настойки. Их ссора так расстроила его, что он отправился к озеру Мера, дабы тот показал ему Истину, раскрыв секреты племени. Но, придя к озеру, тот поднялся на этот уступ и потерял равновесие. Чтобы спастись и не упасть, ему пришлось скинуть в воду все оружие, которое было при нем. Сам мужчина спасся, а вот оружие нет. Потеряно навсегда в темных глубинах духа озера, – я очень выразительно посмотрела на меч и дала ему время осознать, зачем я рассказала эту историю. Судя по долгому молчанию, мой намек оценили, и я услышала:
– Скажи, Ниара – это твоя подруга?
– Да, – странный вопрос.
– Ей нравится Агвель.
– Что?
– Я говорю, что твоя подруга не отрываясь смотрела на старшего Каста и очень злилась, когда тот смотрел на тебя.
Эта новость меня удивила. Ниара очень тяжело переживала смерть Шакея, а тут уже готова к Неделе Невест, оказывается? Прошло только два года с тех событий.
– Будь осторожна, дикарка. Когда женщина ревнива и завистлива, она способна на предательство. И то, что вы подруги, ее не остановит, – меч впервые обратился ко мне без обычного возмущения.
– Спасибо, только меня не интересуют чужаки. Я скоро выйду замуж за басилевса. - Это должно было прозвучать с гордостью, а получилось...
– Звучит обречённо, – вот так и получилось. Даже меч меня видит насквозь, не то что Алштей.
– Мне тоже так показалось, – низкий баритон зазвучал, и мое сердце стало биться чаще.
– Твои спасители опаздывают, Мой Мир, – я решила не отвечать на его слова.
– Время ещё есть. Скоро они уже будут на месте.
– Или заблудятся. Дух леса Тагун не одобряет, что здесь чужие, он может запутать их.
– С ними Ищущий, или ты забыла?
– Нет, не забыла, только он совсем не владеет силой.
– Справится. Пока он первый, кто счастлив быть здесь. Благодаря тебе, конечно, – в его голосе был намек, который я решила не замечать.
– Скоро Неделя Невест, – мне очень хотелось поговорить с ним об этом, поэтому я начала первой.
– Тебя это огорчает?
– Меня это пугает. Я не готова прощаться, Мой Мир, – я это озвучила. Призналась самой себе, что не хочу быть женой Алштея, ведь тогда я перестану быть Слышащей. – Когда я пройду Брачный Обряд и надену браслет,то потеряю свою силу Слышащей, – как он не понимает, что это жестоко: дать возможность слышать его и забрать так скоро.
– Тогда откажись, – это было сказано так равнодушно, что мое возмущение начало расти.
– Отказаться? И стать женой для всех? Мне уже двадцать лет. Или становлюсь женой в неделю невест для одного, или принадлежу любому мужчине. Ты же знаешь. Выбора нет, – мне хотелось кричать и топать ногами, как будто от этого могло что-то измениться.
– Выбор есть всегда, Азира. И никто не вправе распоряжаться твоей судьбой, кроме тебя самой. Проблема в том, что ты сама не осознаешь, чего хочешь… И не готова принять то, что для Слышащей нет ничего невозможного. Странно, что я напоминаю тебе об этом.
Я не знала, что ответить. Чувствовала себя запутавшейся.
Мой Мир молчал. Я спустилась с утеса и повернулась лицом к Мера. Дух Великого озера, помоги увидеть истину. Дай ответ на вопрос, что мучает меня. Я знала: чтобы Мера откликнулся, вопрос должен быть честным. Нельзя лукавить. Не перед Мера. Я сняла штаны из мятой кожи, которые принадлежали Алштею, повязку с груди, рядом положила меч. Нагая начала медленно заходить в воду, повторяя про себя свой главный вопрос: "Как мне сохранить силу Слышащей?". В глубине души я знала, что без силы стану никем. Просто женой и дочерью ванаки. Может, будущей ваницей - женой вождя. Глубокий вдох – и ныряю в глубь озера с головой...
Портал. Храм луны Муны. Я стояла на коленях посреди руин, напоминающих залу, на священном алтаре в виде круглого каменного диска, на котором лежал некий кристалл, размером венец ванаки. Мое нагое тело касалось холодных граней прозрачного камня. Вокруг горят источники хранителей: огонь Фарекса, земля Тагуна, вода Мера, ветер Зафира. Я обхватила себя руками, опустила голову и шептала слова, повторяя их за Моим Миром. Ритуал Вечности. Свечение от каждого источника выходит плавно и направляется в середину прямо ко мне. С каждым словом оно увеличивается, становится ярким и стремительным. Чувствую, как невиданная магия наполняет меня. Поодаль замечаю чужаков. Их лица печальны. Они просто наблюдают, не вмешиваясь. Начинаю чувствовать жар, как будто магия заполнила меня всю без остатка, выходила наружу, плавно перемещаясь в кристалл, от чего тот, начал сиять. Я стала сосудом, который соединил магию духов этой земли с магией Древнего чужого мира. Мне стало больно. Не выдерживаю и издаю первый крик. Краем глаза замечаю движение: один из чужаков пытается пробиться сквозь стену, которая исходит от меня. Слышу свое имя. Его произносил Говорящий. Боль становилась невыносимой, и я начала кричать в голос. Происходящее вокруг, уже не так важно, есть только магическая сила, кристалл и я, ее хранитель. В какой-то момент я почувствовала: это конец. На последнем крике услышала голос Моего Мира: "Всему есть цена..."
– А так как я Говорящий, и Слово имеет силу, – все это он говорил, продолжая смотреть на меня и плавно, по-кошачьи приближаясь. – Пускай компас Герона указывает на то, что вы желаете больше всего, а подзорная труба показывает, чего жаждет ваше сердце. И если мои пожелания сбудутся, я наконец поверю в этот фарс и силу магии Вашего Мира, – последние фразы были произнесены, когда Тагер подошёл ко мне уже вплотную. Опять. Лесная роса и мужское раздутое самомнение. Чуть наклонившись ещё ближе, он прошептал, чтобы услышала только я.
– Три подарка вместо одного. Ты моя должница, тигрица.
Здесь мое терпение закончилось. Со мной нельзя так. Он пожалеет. Посмотрела в янтарные насмешливые глаза и сказала очень громко, чтобы все слышали:
– Завтра, с первыми лучами солнца, у воды озера Мера жду вас троих.
За спиной раздался голос младшего из братьев:
– Но зачем?
– Пора показать вам, на что способна ваша сила. Вы должны научиться пользоваться великим даром Моего Мира.
– Как мы найдем озеро? – спросил Агвель.
– Среди вас Ищущий – ищите. Но учтите, что, если не будете вовремя, Великое озеро Мера оскорбится и жестоко накажет вас за непочтение.
– Интересно, кто же услышит его волю? – это уже наглый голос Говорящего.
– Услышу я, а наказывать будет уже оно. И ничто не спасет вас от его гнева, – ответила и спешно удалилась, при этом забрала меч с собою, раз это подарок, чему тот не обрадовался.
В темноте кто-то схватил меня за руку и прижал к стене. Вокруг никого не было, а закричать я не успела, так как меня уже целовали. Грубо, напористо, наказывая и прикусывая. Мужское тело прижималось сильнее, и я почувствовала, как сжали мою грудь. Поцелуй не прекращался, а вот прикосновения становились все откровеннее. Целовавший меня мужчина на мгновение оторвался от губ, секунда ушла на обмен взглядами, и он продолжил свои ласки с новым напором. Дыхание сбилось, и я ответила на поцелуй, зарывшись пальцами в волосы. Чувствовала, как его подол моего платья приподнимали, нежно поглаживая кожу. Прикосновение к внутренней стороне бедра, лёгкое сжатие моего естества и пальцы, начинающие свой танец. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Поцелуй перешёл от губ к шее, от шеи к мочке уха. Вверх-вниз. Вверх-вниз. Нажатие пальцев усилилось, танец ускорился, и я не смогла сдержать стона. Быстрее, только не останавливайся. Вверх-вниз. Вверх – пальцы покинули меня, чтобы проникнуть снова. Поцелуй вернулся к губам, но тут уже и я целовала сама, настойчиво, жадно. Ещё. Вверх-вниз. Напряжение нарастало, каждая клеточка тела была сосредоточена на их танце этих проникновений в мое естество. Ещё немного, дай мне то, что необходимо. Стон за стоном и вскрик, который заглушили. Расслабилась и обмякла в его руках.
– Ты разозлила меня, Азира. Знаешь, каких усилий мне стоило наблюдать спектакль, который ты разыграла перед ними? – с ними ты другая. Такой я тебя не знаю. Что происходит? – Его голос был нежным и тоже ласкал. Сейчас, чувствуя отголоски своего удовольствия, я наслаждалась этими звуками.
– Признайся наконец, что ревнуешь меня, – ответила, с лёгкой хрипотцой в голосе.
– Не играй со мной, Азира. Что у тебя было с воином-чужаком? – я была готова к этому вопросу, поэтому ответила не задумываясь.
– Они были со мной в Долине Хранителей. Духи передали им силы Истинных.
– Они смотрят на тебя как на женщину.
Я засмеялась.
– Так я и есть женщина, Алштей. Красивая женщина, единственная, кто сможет научить их пользоваться силой, дарованной Нашим Миром. Он не просто так открыл портал в храме Муны. Они нужны для Ритуала Вечности, – я хотела достучаться до его желания помочь племени, чтобы прекратить вопросы, на которые сама не знаю ответ.
– Ты моя женщина. Об этом все знают, кроме них, – Алштей упрям, и его не собьешь с толку.
– Неужели басилевс племени боится принять вызов от чужаков за свою женщину? – знала, что задеваю за живое, но удержаться не смогла.
– Ты играешь на моём самолюбии. Это опасно и злит меня.
– Если ты будешь злиться так же, как пять минут назад, то я не против. – ко мне вернулось игривое настроение. Я поцеловала его сама. Нежно и ласково, чтобы развеять все сомнения. После поцелуя он заметно успокоился. Его руки начали гладить мою спину, переходя ниже талии. Почувствовала, что не хочу разговаривать. Хочу эти руки и прикосновения.
– Ниара сказала, что будет ночевать у Альмиры. А ещё все ждут, когда мы поженимся. Ты же помнишь, что в Неделю Невест я назову тебя своей женой? – эти слова он говорил, продолжая меня целовать. Губы, шея, впадинка за ухом. Руки уже настойчиво гладили и сжимали сильнее, показывая, что не отпустит, что эту ночь я в любом случае буду с ним.
– Сначала выиграй поединок за меня, – люблю его дразнить. Как будто мне снова восемнадцать лет, когда я дышала только им.
– Кто осмелится вызвать меня на бой?
– Ты мой воин, Алштей. А я твоя, – взяла его за руку, и мы вышли из тени. Мне хотелось поскорее уйти. Было ощущение, что за нами наблюдают. Если бы я не спешила, то заметила бы блеск обсидиановых глаз.
Глава 7
Азира
Как и Луна Муна, великое озеро Мера было человеком. Мужчиной, старцем, мудрость которого поражала любого. Каждый просил совета у Мера, каждому тот помогал. Он мог видеть Истину в человеке. То, что скрыто от чужих глаз. Самые тайные чертоги людской души. Но годы брали свое, и здоровье начало покидать старика. За несколько лет перед своей смертью Мера спас юношу, которого обвинили в предательстве и воровстве. Тот был чужаком для племени. К тому же его внешность сильно отличалась от местной. Высокий, очень юный. Кожа светлая, а волосы белее снега. Но главной особенностью, которая пугала многих, были его аквамариновые глаза. У юноши была младшая сестра, которая внешне ничем не отличалась от брата. Они часто навещали старца Мера, а тот говорил им, чтобы те уходили, иначе быть беде. Так и случилось. Людей пугали странности этого парня. Ведь тот владел магией. Поэтому, когда что-то случалось, во всем винили пришлых беловолосых чужаков. Но Мера знал, что это было не так. Несмотря на то, что старец был уже слеп, он мог видеть суть человека, определять, чистая у того душа или нет. Душа юного мага была невинна перед обвинениями людей. И так как все привыкли слушать слова Мера, парня отпустили. Спустя два года, перед самой своей смертью, Мера снова увидел этого юношу. Долина Хранителей превратила старца в огромное глубокое озеро. Его вода была прозрачной и чистой. Кто-то говорил, что озеро может исцелять, кто-то – что, искупавшись в его водах, душа снова очистится, но это было не так. Для племени Мерано воды озера Мера были самой жизнью. Зеркалом Истины.
Мы никогда не задумывались, что все легенды – правда. Что Мера – это старец, которого Мой Мир превратил в духа озера, дабы поблагодарить за спасение, сохранить великую мудрость и видения. Но, став Слышащей, я узнала, насколько духи-хранители помогают нашему племени. Оберегают, даруют силу и выносливость, направляют на путь Истины. Но и они способны сердиться.
Мне было восемнадцать. Я только училась быть Слышащей. Моему племени было тяжело принять магию Моего Мира. Были те, кто отказывался подчиняться, признавать мою силу, менять жизнь племени. Юной девушке тяжело противостоять целому восстанию. Но, благодаря мудрости Мера, я по-другому начала относиться к своей силе. Мой дар дан во благо, чтобы изменить старые устои и вещать волю Моего Мира. А те, кто пойдет против, поплатится жизнью, ибо Слышащая – это голос древнего мага, юноши-чужака, навсегда изменившего саму природу этой земли. Многие тогда погибли. Духи-хранители объединились и заставили мой народ услышать мои слова. Никто не станет перечить Слышащей. Я получила уважение, но какой ценой... Среди несогласных были близкие люди. Отец Алштея и Ниары, который и стал предводителем восстания. Он хотел стать ванакой. Алштей был на моей стороне и никогда не сожалел о своем выборе. Также в тот год погиб жених Ниары Шакей. Он был одним из снежного племени Айрисов. Тем, кто готовил предательство. Я видела его смерть. Он просто упал с этого уступа, на котором сейчас сижу я, и воды Мера поглотили его. На мой вопрос "Почему он?" Мера сказал, что душа Шакея темна и таит злые замыслы против против моего племени Мерано. Только мне легче не становилось. До сих пор помню слезы на глазах моего народа и проклятия в мою сторону, кто не смирился с потерей близких. Если бы они послушались меня сразу... Если бы я искала способы уговорить всех, а не жаловалась Моему Миру... Но мне было восемнадцать лет. А вина за слезы подруги по любимому всегда будет на мне.
– Как он мог? Я служил верой и правдой его предкам, я закален в битвах, я тот, кто спас его отцу жизнь. И меня подарили? Так просто? Тот, кого я считал лучшим из всей троицы Каст... Как же я ошибался... – дальше я уже слышала завывания и ругательства. Впервые столкнулась с тем, чтобы боевое оружие ныло и возмущалось. Но за то время, что я сидела на утесе, украшенный меч наглеца причитал и до конца отказывался принимать то, что он теперь принадлежит мне.
– И самое главное, кому? Какой-то безродной девке без образования и манер, – эти слова меня никак не могли задеть, хотя меч очень старался в этом. Просто значение его фраз и выражений я почти не понимала. Так что все оскорбления пропускала мимо ушей. А меч все не унимался:
– Мой хозяин был фаворитом самой вдовы Делакруа, любимцем всех придворных дам королевского дворца, а тут повелся на длинные ноги и голубые глаза. Нет, я, конечно, понимаю, экзотика и все такое... Но это не значит, что ради нескольких приятных ночей меня можно подарить, как коробку шоколадных конфет.
Здесь я не выдержала.
– Ты знаешь, что Великое озеро не имеет глубины? – меч не ожидал подобного вопроса и замолчал.
Я не стала его томить ожиданием и продолжила:
– Однажды мужчина из моего племени сильно разругался со своей невестой и перебрал травяной настойки. Их ссора так расстроила его, что он отправился к озеру Мера, дабы тот показал ему Истину, раскрыв секреты племени. Но, придя к озеру, тот поднялся на этот уступ и потерял равновесие. Чтобы спастись и не упасть, ему пришлось скинуть в воду все оружие, которое было при нем. Сам мужчина спасся, а вот оружие нет. Потеряно навсегда в темных глубинах духа озера, – я очень выразительно посмотрела на меч и дала ему время осознать, зачем я рассказала эту историю. Судя по долгому молчанию, мой намек оценили, и я услышала:
– Скажи, Ниара – это твоя подруга?
– Да, – странный вопрос.
– Ей нравится Агвель.
– Что?
– Я говорю, что твоя подруга не отрываясь смотрела на старшего Каста и очень злилась, когда тот смотрел на тебя.
Эта новость меня удивила. Ниара очень тяжело переживала смерть Шакея, а тут уже готова к Неделе Невест, оказывается? Прошло только два года с тех событий.
– Будь осторожна, дикарка. Когда женщина ревнива и завистлива, она способна на предательство. И то, что вы подруги, ее не остановит, – меч впервые обратился ко мне без обычного возмущения.
– Спасибо, только меня не интересуют чужаки. Я скоро выйду замуж за басилевса. - Это должно было прозвучать с гордостью, а получилось...
– Звучит обречённо, – вот так и получилось. Даже меч меня видит насквозь, не то что Алштей.
– Мне тоже так показалось, – низкий баритон зазвучал, и мое сердце стало биться чаще.
– Твои спасители опаздывают, Мой Мир, – я решила не отвечать на его слова.
– Время ещё есть. Скоро они уже будут на месте.
– Или заблудятся. Дух леса Тагун не одобряет, что здесь чужие, он может запутать их.
– С ними Ищущий, или ты забыла?
– Нет, не забыла, только он совсем не владеет силой.
– Справится. Пока он первый, кто счастлив быть здесь. Благодаря тебе, конечно, – в его голосе был намек, который я решила не замечать.
– Скоро Неделя Невест, – мне очень хотелось поговорить с ним об этом, поэтому я начала первой.
– Тебя это огорчает?
– Меня это пугает. Я не готова прощаться, Мой Мир, – я это озвучила. Призналась самой себе, что не хочу быть женой Алштея, ведь тогда я перестану быть Слышащей. – Когда я пройду Брачный Обряд и надену браслет,то потеряю свою силу Слышащей, – как он не понимает, что это жестоко: дать возможность слышать его и забрать так скоро.
– Тогда откажись, – это было сказано так равнодушно, что мое возмущение начало расти.
– Отказаться? И стать женой для всех? Мне уже двадцать лет. Или становлюсь женой в неделю невест для одного, или принадлежу любому мужчине. Ты же знаешь. Выбора нет, – мне хотелось кричать и топать ногами, как будто от этого могло что-то измениться.
– Выбор есть всегда, Азира. И никто не вправе распоряжаться твоей судьбой, кроме тебя самой. Проблема в том, что ты сама не осознаешь, чего хочешь… И не готова принять то, что для Слышащей нет ничего невозможного. Странно, что я напоминаю тебе об этом.
Я не знала, что ответить. Чувствовала себя запутавшейся.
Мой Мир молчал. Я спустилась с утеса и повернулась лицом к Мера. Дух Великого озера, помоги увидеть истину. Дай ответ на вопрос, что мучает меня. Я знала: чтобы Мера откликнулся, вопрос должен быть честным. Нельзя лукавить. Не перед Мера. Я сняла штаны из мятой кожи, которые принадлежали Алштею, повязку с груди, рядом положила меч. Нагая начала медленно заходить в воду, повторяя про себя свой главный вопрос: "Как мне сохранить силу Слышащей?". В глубине души я знала, что без силы стану никем. Просто женой и дочерью ванаки. Может, будущей ваницей - женой вождя. Глубокий вдох – и ныряю в глубь озера с головой...
Портал. Храм луны Муны. Я стояла на коленях посреди руин, напоминающих залу, на священном алтаре в виде круглого каменного диска, на котором лежал некий кристалл, размером венец ванаки. Мое нагое тело касалось холодных граней прозрачного камня. Вокруг горят источники хранителей: огонь Фарекса, земля Тагуна, вода Мера, ветер Зафира. Я обхватила себя руками, опустила голову и шептала слова, повторяя их за Моим Миром. Ритуал Вечности. Свечение от каждого источника выходит плавно и направляется в середину прямо ко мне. С каждым словом оно увеличивается, становится ярким и стремительным. Чувствую, как невиданная магия наполняет меня. Поодаль замечаю чужаков. Их лица печальны. Они просто наблюдают, не вмешиваясь. Начинаю чувствовать жар, как будто магия заполнила меня всю без остатка, выходила наружу, плавно перемещаясь в кристалл, от чего тот, начал сиять. Я стала сосудом, который соединил магию духов этой земли с магией Древнего чужого мира. Мне стало больно. Не выдерживаю и издаю первый крик. Краем глаза замечаю движение: один из чужаков пытается пробиться сквозь стену, которая исходит от меня. Слышу свое имя. Его произносил Говорящий. Боль становилась невыносимой, и я начала кричать в голос. Происходящее вокруг, уже не так важно, есть только магическая сила, кристалл и я, ее хранитель. В какой-то момент я почувствовала: это конец. На последнем крике услышала голос Моего Мира: "Всему есть цена..."
