Пролог
Все истории объединяет два этапа: у каждой есть своё начало и свой конец. Если в вашей жизни была история, которую хотели бы узнать любопытные обыватели, то вам, скорее всего, повезло – вы прожили насыщенную жизнь.
Моя история как раз подходила к концу. И пусть она была ошеломительно успешной, сейчас она мало кому интересна. Даже мне. Жаль, что я сам понял это слишком поздно.
Что же, не буду вас утруждать её полным изложением, обойдусь кратким пересказом. Зачем? Вдруг кому-то это всё же будет интересно.
Разрешите представиться: Беликов Виктор Владимирович. Начну с небольшого самовосхваления – в своё время я этим сильно гордился. Про таких говорят: «Талантлив от Бога», и талант мой заключался в умении управлять. Да, вы не ослышались. Компанией, своим временем, людьми. Неважно, как это преподнести, важно то, что я очень эффективный менеджер.
Проявилось это ещё в школе: я легко подчинил себе компанию из своих одноклассников, даже не осознавая этого. В университете так же стал общепризнанным лидером. Люди всегда тянулись ко мне: любимчик у учителей, большинство девушек начинало флиртовать со мной с первых минут общения, парни набивались ко мне в друзья. У всего этого был только один существенный минус: я считал себя каким-то особенным, необычным, лучше других – в общем, слишком много «Я». Но потерпите, осталось немного.
Я долго верил в свою уникальность, избранность, особенность – называйте как хотите. А как же иначе? Все мои начинания были успешными: хорошая учёба, три счастливых брака (для меня счастливых). Головокружительная карьера, шестеро детей, которым я, к своему стыду, уделял слишком мало времени. И это моя самая большая ошибка в распределении приоритетов, но когда пришло осознание, было уже поздно. Сейчас уже ничего не изменить.
О чём это я? Ах да, о карьере. Сейчас, когда я смог взглянуть на это, как бы это сказать... со стороны, это выглядит скучнее, чем представлялось ранее.
Начинал аналитиком в средненькой компании – даже упоминать её название не желаю, настолько стыдно об этом рассказывать. К тридцати годам попал в совет директоров, и тут ждал небывалый успех. Через год женился второй раз (как оказалось, не в последний). За десять лет я вывел компанию на небывалый для неё уровень. Меня называли гением, и я оправдывал это в полной мере. Стоит упомянуть и кое о чём существенном: про себя я не забывал – семьдесят три процента акций компании принадлежали мне. Как этого добился? Хитрые схемы, нужные знакомства и немного коррупции. Через семь лет после моего вхождения в совет директоров ушёл последний директор из первоначального состава; все ключевые должности занимали лояльные мне люди. Да и сама компания полностью зависела от моих связей.
«Хозяин жизни» – так о себе думал не только я; приспешников и подхалимов хватало всегда. К пятидесяти семи (как раз к распаду моего третьего брака), окончательно ослепнув от, казалось, небывалых свершений, я написал книгу о своей жизни: «История успеха». Да, знаю. Пафосное название.
Это был мой первый провал, начало конца; розовые очки, к которым так привык, рассыпались. Книгу встретили, мягко говоря, прохладно – не распродали даже десяти процентов тиража, и то только благодаря подхалимам (в моей компании у каждого сотрудника, занимающего мало-мальски значимую должность, должна быть моя книга – негласное правило компании). С электронной версией обстояло и того хуже. История чужого успеха никого не заинтересовала.
Наследники, которые должны были продолжить дело моей жизни, грызлись между собой за бизнес и растаскивали его по частям. Цели, к которым стоило бы стремиться, закончились. Наверное, это и привело к логическому концу.
Здоровье закончилось так же резко. Я просто лежал дома: встать и немного пройтись уже было подвигом; врачи лишь разводили руками. Никакие деньги не помогают, когда исчезает само желание жить. Не просто существовать, как какой нибудь амебе, а жить, выгрызая место под солнцем.
Моя история заканчивалась. То, что ранее для меня было важно, теперь не имело никакого значения: бизнес, уважение, деньги. Всё это волновало чуть меньше, чем выписанные очередные лекарства, которые лишь продлят агонию.
Кстати, о лекарствах: они аккуратно копились – никто не проверял, принимаю я их или нет; как бы неприятно это было признавать – все ждали моей кончины, чтобы перейти к активной фазе раздела пока ещё моего имущества. Засыпая, я каждый раз мечтал лишь о том, чтобы не проснуться и чтобы мои мучения наконец-то закончились.
В последнее время разум начал оставлять моё бренное тело. Мне виделись фрагменты жизни, которых со мной не было и быть не могло: вот я ещё совсем ребёнок играю в ухоженном саду на фоне каменного замка или изучаю историю рода; потом этот же ребёнок учится фехтованию на мечах (жаль, я уже не в состоянии попробовать – нанял бы себе хорошего мастера по фехтованию... эх). Хорошие сны – только почему-то они крепко въедались в мою память: события, даты, имена... даже стойки с мечом.
В какой момент я почувствовал постороннее присутствие в своём сознании? Сложно объяснить... Мы сражались за право существовать. Я побеждал: мысли моего противника становились слабее и слабее, пока не угасли вовсе. Не знаю, как долго это продолжалось – там, где мы бились, время не имело значения. Закончилось всё так же внезапно, как и началось.
Часть 1
Глава 1 Новая жизнь
Очередное ненавистное пробуждение, все тело привычно болит. Постойте-ка, нет, непривычно. Раньше боль была тупая и безнадежная, теперь же как будто меня просто побили. Понимая, что прекрасное царство Морфея окончательно капитулировало, открыл глаза. Удивление. Восторг. Эйфория. Ожидание подвоха и неверие. Я чуть приподнялся и с неверием оглядел себя. Тело было не мое: маленькие руки и ноги, маленький торс, хорошее зрение. Мир как будто набросился на меня, демонстрируя яркие краски и все то, про что давно было забыто. Сон? Это опять сон?
Встал с кровати, слегка пошатываясь, но не от боли, а скорее от слабости и опасения, что тело не выдержит и рухнет. Прошелся по комнате. Квадратов тридцать, не мои прошлые хоромы, но все же недурно. Безуспешно попытался включить свет, не нашел выключатель. Странно. Нет, я не про выключатель. Странно то, что раньше я не управлял своими действиями во время сна. Сон бред всегда был сам по себе.
– Молодой господин, какое счастье, вы очнулись! Мы за вас сильно переживали, – в комнату ворвалась полноватая женщина. Служанка, подсказала мне не совсем моя память. – Пожалуйста, лягте обратно в кровать. Я сейчас сбегаю за лекарем, и он вас осмотрит.
Не дождавшись моего ответа, она скрылась в неизвестном направлении. Примерно через пять минут ко мне в комнату вошел аккуратно выбритый мужчина лет пятидесяти.
– Как вы себя чувствуете? – при этом он начал прощупывать меня в разных местах. Все его действия, кроме измерения пульса, для меня оставались непонятными.
– Лучше, чем было.
– Шутить изволите? Это хорошо. Сегодня можете праздновать свой второй день рождения. Прорыв был тяжелый, но самое сложное позади. Поздравляю! Ваше тело наполнено маной, и, по моим ощущениям, очень плотной. Возможно, вы будущий архимаг.
Ромиан разговаривал со мной как с ребенком. Черт возьми, я же и есть ребенок! Моему телу шесть лет, и я помню, как зовут нашего лекаря. К счастью, вместе с телом унаследовал память и, кажется, некоторые черты характера. Главное – не выдать себя. Не думаю, что местные положительно отреагируют на незваного вторженца.
– Что ж, вашей жизни ничего не угрожает. Пойду доложу эту радостную весть вашему отцу.
Лекарь быстрым шагом покинул комнату, оставив после себя уйму вопросов. Нет, что-то я знаю. Зовут меня теперь Лаймон Крайн, нужно запомнить. Так же память предыдущего владельца тела подсказала, что у меня два брата и пять сестер. Я самый младший, вероятность возглавить род сомнительная, но не равна нулю! Смертность среди благородных отпрысков большая, особенно среди мужского населения. Нет, вы не подумайте, это не из-за войн. В этом мире женщины тоже воюют и зачастую могут дать мужчинам фору. Все дело в прорывах на этап становления магом. Девушкам это дается намного проще, и облегчить этот процесс никак не получается.
Ни один из моих братьев не смог прорваться. Двое остались живы, но магами не стали. Троим повезло меньше: двое из них умерли еще до моего рождения, один – совсем недавно, при третьей попытке. Так себе математика. И это считалось успешной статистикой, ну, если считать вместе с моим прорывом. У сестер все намного лучше: пять прорывов из пяти, но там официальная вероятность – девяносто процентов.
Тут вообще все очень интересно в плане семейных вопросов. У смешанной пары мага и не-мага, вне зависимости от пола, детей быть не могло. А из-за высокой мужской смертности при прорывах девушек на порядок больше. Как итог – очевидная полигамия. У моего отца семь жен, но это еще не все. Вишенка на торте: уже обговорено, наш род наследует старшая сестра, и они впятером найдут себе одного мужа, ну или бесперспективно разбегутся по другим родам. Меня, получается, должны будут отдать в другой род в роли быка-производителя.
Я невольно улыбнулся, пока звучит неплохо. Моему отцу повезло больше: он старший в роду и мог набирать себе жен из разных родов. Заключил выгодные союзы, благодаря чему наш род ни с кем не воюет уже более десяти лет – редкое явление – и имеет хорошие торговые привилегии. Эдмонд Крайн не отличался выдающейся силой или интеллектом, но смог заметно укрепить род путем выгодных браков. Вот в чем сила, оказывается! Да и родом фактически управляла вторая жена, отец был марионеткой, что устраивало в первую очередь его самого. Что особенно приятно: на образовании отпрысков не экономили. У меня оказалась хорошая осведомленность о большинстве родов империи, географии, и я неплохо владел тремя языками, не считая знаний из прошлого мира.
Раздался стук в дверь.
– Молодой господин, леди Сираина желает вас видеть, – произнес дворецкий, выждав пять секунд после стука и войдя в мою комнату. – Марта, помоги молодому господину одеться. –
Я даже не заметил, как служанка прошмыгнула ко мне.
– Сейчас, сейчас, молодой господин, – она с деловитой основательностью перебирала вещи в моем шкафу, не прекращая радостно трещать: – Вот радость-то какая! Уже весь замок в курсе, нужно вас особенно приодеть к празднику. Тем более это ваш праздник, такое бывает один раз в жизни и далеко не у всех.
Марта искренне за меня радовалась, по её виду – намного больше меня самого. Одели меня минут за пятнадцать, и то долго получилось из-за Кристофера, нашего дворецкого. Уж очень он придирчивый, пришлось два раза полностью переодеваться, чтобы полностью соответствовать его строгим канонам.
Наконец-то утвердительно кивнув, ревнитель высоких правил и этикета, кстати, служака в пятом поколении, таких в клановых войнах как желанный трофей захватывают, изволил довести меня до зала приемов, где и остановился перед дверью.
– Здесь я вас оставлю, молодой господин, – чопорно сообщил он и быстро удалился по своим делам.
Я вошел, по-хозяйски толкнув дверь, стараясь спину держать еще прямее, чем обычно. Честное слово, не знаю зачем. По-видимому, характер мальчишки передался. Непривычно, но приятно. Меня тут же загребли в объятия. Память подсказывала, что это была родная мать прошлого владельца тела.
– Как же я рада! Я просто себе места не находила от волнения! – женщина даже не пыталась скрывать своих слёз. На этом моменте мне стало сильно неловко.
– Милана, хватит. Успеешь его еще обнять, – это сказала вторая жена. Тон был скорее материнский, а не приказной, но все же меня отпустили.
– Я хотела сама убедиться. И да, я чувствую его ману. Она очень плотная для его возраста. Он пробудился. Сираина, мой сын пробудился!
– Да, Ромиан сообщил. Да и мы все там тоже присутствовали, – обронила Сираина со снисходительной иронией.
В зале находились четыре жены и лекарь.
– Малыш, подойди ко мне, – вторая ласково поманила рукой, и я подчинился. Она аккуратно взяла меня за руки. – И вправду сильный дар. Я думаю, учителя в академии по достоинству оценят, какой вклад внес наш Эдмонд для мира магии.
Послышался веселый женский смех, только лекарь ограничился едва уловимой улыбкой.
«Эдмонд сделал для мира магии»? Отец пользуется не тем уважением, которого я хотел бы для себя.
Каждая женщина в зале посчитала своим долгом пощупать меня, чтобы лично убедиться, что это правда, как будто не доверяя другим женам.
– Ромиан, когда он сможет приступить к развитию дара?
– Уже завтра, госпожа, – видно, что они об этом говорили до того, как пригласили меня, и сейчас уточняли для меня персонально. Что ж, я тронут.
– Прекрасно, завтра же и приступим. Мы многое от вас ожидаем, молодой человек. А сегодня устроим грандиозный праздник, ведь сегодня воистину знаменательный день для всех Крайнов. Милана, будь добра, вели отправить гонцов. Отец и девочки в академии волнуются, да и соседям сообщить не забудь, – на последних словах главная жена победно улыбнулась. Знаю я подобные улыбки: рада сообщить, что в роду появился породистый самец, которого можно выменять подороже.
Праздник организовали быстро, весь замок стоял на ушах. К вечеру отец вернулся с охоты и уже успел напиться.
Он поймал меня в коридоре.
– А вот и мой сын, – одной рукой обнимал, второй гладил по голове. Это было отвратительно, даже для шестилетнего, что уж говорить про меня истинного. – Я как чувствовал, что ты сможешь! Сегодня на охоте знак был, дичь попалась знатная, но ты скоро сам попробуешь.
Невелик подвиг: сорок человек загоняют бедное животное, трое из которых ещё и маги.
Вообще, мне даже начинало нравиться моё новое положение: дарят подарки, поздравляют, все норовят меня потрогать. Хотя последнее не обязательно. Дамы, я ещё слишком молод, обращайтесь ко мне лет через семь.
***
На торжественном ужине я восседал по правую сторону от отца. Такая привилегия младшим членам рода положена только в день прорыва, позже я займу место в конце списка одарённых. Вообще, моё положение было интересным: хоть и самый младший, но всё же одарённый мужчина с сильным даром. В нашем роду всего два мужчины-мага: я и отец, и один в вассальном роду Блайз – это наш лекарь. Он тоже не обделён женским вниманием и имел три жены. Из уроков истории знаю, что за него наш род тогда дорого заплатил, и ему не пятьдесят, как я подумал вначале, а шестьдесят семь. Хорошо сохранился.
Несмотря на обилие алкоголя, напился только отец, чему никто не удивился – привычное дело. Обняв меня напоследок, он дипломатично позволил себя унести спать.
Потом ещё примерно месяц приходили подарки от дружественных родов. Я уже знал, что прорыв парней – дело редкое, но не представлял масштабов.
Следующий день начался рано. Праздник закончился. Пора браться за тренировки. Сначала двухчасовая физическая подготовка. Занимался со мной индивидуально отставной антимаг, представитель специального отряда не-магов, специализирующихся на борьбе с магами. С борьбой выходило, правда, у них так себе: смертность в среднем десять к одному, а затраты на обучение и содержание большие. Всерьёз антимагов не воспринимали: с магами должны бороться маги, да где же их взять? Но дело он своё знал.
