Софию вывернуло в снег.
Голос разума говорил девушке, что нужно срочно уходить. Бежать как можно дальше отсюда. Но вместе с тем какой-то совершенно необъяснимый и глупый позыв требовал от неё оставаться на месте и смотреть-смотреть во все глаза. Подворачиваемые губы, медленно сминающие и затягивающие свою добычу, постепенно, перекатываясь, миллиметр за миллиметром наползали на новые участки тела жертвы. Теперь из щели торчали только голова, неестественно сжатые плечи волка и одна странно вытянутая вперёд лапа.
Новый звук чуть в стороне отвлёк внимание Софии. Она испугано огляделась. Звук шёл из-за обломков стены по правую руку от девушки. Сбросив с плеч лямку санок, осторожно, выставив вперёд глефу в дрожащих руках и стараясь держаться на расстоянии, Софи обошла нагромождение льда справа и вскрикнула.
Там девушка увидела всё то же существо. Вернее, его околохвостовую часть. Толщина меховой змеи в этом месте была чуть меньше. Порядка восьмидесяти сантиметров в диаметре. Но тот же «полостной разрез» на животе присутствовал и здесь. На этот раз плотно сведённые губы разреза удерживали ещё одну жертву. Этот волко-олень был ещё жив. Невозможно по своей противоестественности заломанная назад задняя лапа скрывалась в жадных мясистых губах на животе змеевидной твари. А сам волк лежал на боку спиной к змеиному брюху со смертельной брюшной пастью. Шерсть по всей длине спины хищника и на его загривке была прихвачена и крепко зажата в капкан плотно сведённых стенок разреза на страшной живой трубе.
Звук, который слышала София, издавал именно волк. Он тяжело дышал, лёжа на боку и беспомощно пытался скрести по снегу тремя свободными лапами. Непереносимая боль от неестественно вывернутой назад и заломанной задней ноги уже была им пережита. И вряд ли чувствовалась. Зверь знал, что обречён. И расширенные от ужаса зрачки больших карих глаз скосились на Софию, ища в ней хоть какую-то надежду на перемену или спасение. Двинуться, подняться с земли или хотя бы повернуть голову зверь был не в состоянии – неумолимая безжалостная сила мёртвой хваткой держала его сзади за шерсть на загривке.
Смертельные губы, как медлительный страшный каток подминали и медленно втягивали добычу на себя. Кое-где из-под плотно сведённых краёв брюшной щели на морозном воздухе шёл пар. Вот шерсть на спине волка постепенно скрылась за мясистыми катками, которые уже начали подминать и плющить шкуру несчастного хищника.
Волк жалобно и истошно заскулил. Он не мог поднять головы и сделать это как следует. Но зверь открыл пасть и издал такой душераздирающий переливчатый звук, полный боли, тоски и осознания обречённости своей участи, что София не выдержала.
Девушка сорвала со спины лук и наложила стрелу.
-- Прости. Мне не спасти тебя – не сумею. Но помочь окончить страдания постараюсь. Сейчас больше не будет ничего… Ни страха, ни боли. Потерпи, -- прошептала она и взвела лук, целясь волку в голову…
…Зверь умер почти мгновенно, как-то умиротворённо сощурив и закрыв глаза.
София гневно смотрела, как ничего не замечающая меховая машина небывалой мощи продолжает работать, втягивая уже мёртвое тело внутрь своей брюшины. Поискав взглядом, девушка нашла и хвост огромного существа. За пять метров до конца хвоста «разрез» на животе животного заканчивался.
-- Какова же длина этого монстра? – ужасалась Софи, осторожно обходя по периметру развалины ходов.
И тут же запнулась и в страхе замолкла. Она увидела за ближайшим ледяным обломком огромную, размером больше метра чуть уплощённую сверху голову, покрытую бурым мехом. Два внимательных, больших чёрных глаза по бокам до кошмара осмысленно следили за Софией и изучали её снизу.
Собственно говоря, головой это тоже было назвать сложно. Каких бы то ни было утолщений или выделяемых переходов от начала морды твари в туловище в виде шеи или выступов, не было. Точно так же, как и не было видно ротового отверстия на морде.
«В самом деле, зачем оно там нужно ещё?» – как бы чей-то чужой голос спросил в мозгу Софии.
Девушка начала медленно отступать, не упуская из поля зрения голову существа. И тут увидела «начало» ротовой щели на брюхе. Оно располагалась метрах в пяти от начала головы существа. И Софи снова стало до одури жутко. В этом месте из щели торчали четыре волчьих лапы, вытянутые по струнке в предсмертной агонии, перед тем, как их обладатель был сдавлен и затянут внутрь чудовища.
Краем глаза София заметила движение.
Голова змеи чуть сместилась, чуть передвигаясь в направлении девушки.
Это определило дальнейшие действия Софи. Не испытывая более судьбу, девушка, подхватив с земли лямку-стропу, бросилась назад в тот же, как ей показалось сначала, коридор, из которого она ранее попала сюда. За собой София спешно увлекала сани с поклажей. Девушка сразу же скинула снегоступы, метнув их в корыто. А сама перешла на быстрый бег, кое-где утопая и барахтаясь по колено в снегу, кое-где отбивая пятками по голой земле. Минут пятнадцать София двигалась, не разбирая дороги, прочь от страшного места. Пока совсем не вымоталась.
Остановившись перевести дух, девушка, пыхтя и отдуваясь, испугано смотрела по обе стороны коридора. Казалось, преследования не было.
«Да нет… Ей сейчас не до меня, -- тяжело дыша, рассуждала София. – Она со своим обедом, частично торчащим из пуза, сейчас вообще мало где пролезет… Прожорливая тварь сожрала чуть ли не полстаи волков за раз! Минимум три огромных волка, каждый размером с добрую лошадь! Как они поместились в неё? Это ж надо же какая силища! Сдавить и сплющить грудную клетку такого зверя, будто это надувной шарик. Змеюка обедает сразу же по всей длине своего живота, причём в каждой точке развивает силу давления, словно паровой каток. Как она смогла разом поймать трёх мощных быстрых зверей? Значит ли это, что она двигается настолько быстро? Или же это просто результат неудачной охоты самонадеянной стаи? Интересно, скольким волкам посчастливилось уйти невредимыми? Существо явно теплокровное – я даже видела пар на морозе. Меховая шуба помогает ему экономить тепло. Судя по взгляду, я готова спорить, что и интеллектом оно не обижено. При этом ничего эволюционно схожего на этой планете никто не наблюдал. Как такое возможно? Волки, капибары, мелкие и средние четвероногие хищники и травоядные… И тут – на тебе: безногий теплокровный венторофаг – брюхожор с развитым интеллектом. Существо такого размера пойди ещё прокорми. Да и аппетитом он, видно, не обижен. Хорошо. Если мы обратимся к земному опыту, скажем, змей. У них долгий процесс ферментативного расщепления. И хорошо пообедавшая змея может свободно пролежать без охоты месяц-другой в полусне. Но гады холоднокровные. Температура тела у них равна температуре окружающей среды. Беспокоиться о её поддержании змеям не надо. А если эта самопитающаяся кишка с глазами -- теплокровная, то, ей нужно поддерживать постоянную температуру тела. Да ещё на таком морозе. А при размерах с трубу промышленного газопровода это сколько же энергии гадине требуется?! Не удивительно, что она обосновалась здесь, среди стад капибар. Ползает себе по туннелям и жрёт неповинных лошадок почти Пржевальского. Вопрос только сколько таких тварей здесь есть? Где они обитают и куда деваются летом? Ползают ли в лесу, скажем, под снегом? С ума сойти, сколько вопросов. И совсем нет ответов. Что делать мне сейчас? Я уже понимаю, что спускаться в этот смертельный лабиринт было моей дуростью номер один. Еды я здесь не добуду. А проблем и приключений на свою задницу уже набрала дальше некуда…»
София досчитала до десяти, силясь успокоиться. Этого ей показалось мало, и она продолжила считать до пятидесяти. Но это ей надоело. Решив, что в принципе, уже достаточно успокоилась и передохнула, София нацепила снегоступы. И, сориентировавшись «по компасу», двинулась на юг, прочь из этого царства Минотавра.
Но не прошла она и десяти минут, как внезапно почти что упёрлась в лошадиный зад пасущейся толстой капибары, перегораживающий проход.
-- Вот тебе и задница, -- только и охнула от неожиданности Софи, констатируя многозначный факт.
«Ничего не понимаю. Я же десять минут назад начала идти на юг, -- пробормотала девушка. – Как лабиринт смог за десять минут так развернуть мой маршрут, чтобы вывести аккурат к началу стада, пасущегося в северной части лабиринта?»
Только сейчас девушка заметила, что пол в туннеле покрыт недоеденной, хоть и сильно прореженной травой, но вполне высокой травой.
«Странно. Я видела по пути, что растительный покров вычищен до земли под корень, -- удивилась Софи. – А здесь такое расточительство».
Несмотря на то, что изначальная цель путешествия была почти достигнута – София добралась-таки до стада в лабиринте, но в совокупности с ранее произошедшим, девушка не испытывала никакой радости от этого. К тому же у Софи до сих пор не было никакого плана, как именно можно добыть мясо из стада и остаться при этом самой в целости.
Прислушавшись, София различила приглушённые звуки ворочания и чавканья вокруг. Удивительно, что настолько насторожённая и взведённая нервами до предела девушка не смогла расслышать этого заранее. Капибары вели себя в лабиринте весьма тихо. Возможно, там, где впереди идущие животные роют туннели и уплотняют своими телами стены ходов, шум стоит соответствующий. Но здесь… София удивлённо пожала плечами.
До впереди стоящей капибары было метров десять. И за ней девушка смогла разглядеть зад впереди пасущегося такого же животного. А далее виднелось и третье.
«Так. Мне надо придумать план действия, -- озадачилась Софи. – Если у меня ещё осталось стремление добыть хоть одно из этих хранилищ мяса, то хотелось бы сначала понять, как это сделать. Просто подойти и ткнуть сзади глефой в эту тушу, равносильно тому, чтобы пропеть: «Прощай, София!»
Выманить одну из капибар далеко в пустой лабиринт, возможно, было бы решением. Но вот «Кто и как наденет колокольчик кошке на шею?» - этот вопрос остаётся самым главным в нашей задаче.
София услышала позади звук и резко обернулась.
В конце коридора, по которому совсем недавно прошла девушка, стояла крупная капибара. Животное зашло сюда, потому что паслось – об этом говорили остатки травы, торчащие из его пасти. Но сейчас зверь смотрел на Софию. Он машинально пережёвывал остатки травы во рту, но все мысли его сейчас, безусловно, занимала Софи.
За этой капибарой сзади появилась вторая, третья, которые шли за первой и во всю щипали траву с пола лабиринта. Из-за образовавшейся задержки животные тоже останавливались, поднимали голову и, соответственно, видели Софию.
Положение было неприятным.
Софию совсем не к месту пронзила догадка. Видимо, капибары щипали траву не скрупулёзно, а бегло и как бы на проходе, постоянно при этом двигаясь по несколько раз по одним и тем же ходам лабиринта, как бы по кругу. Постепенно зачищая «под ноль» коридоры от травы. При таком способе питания всем членам стада досталось корма поровну. А круговые патрулирования способствовали безопасности членов стада в лабиринте.
И сейчас девушка оказалась невольно вовлечённая и зажатая в один из таких круговоротов с одной из групп капибар.
Стараясь не поддаваться панике и суете, чтобы не спровоцировать агрессию у легковозбудимых животных, София медленно повернулась к новоприбывшим спиной и, стараясь не спешить, двинулась по проходу вперёд, увлекая за собой сани. В след той капибаре, что встретилась девушке «задом». Которая за это время уже успела продвинуться от Софии ещё метров на десять вперёд за своими соплеменниками.
«Только не оглядываться… Только не оглядываться», -- бормотала под нос себе София, напряжённо вслушиваясь в то, что происходит позади.
Громкий гневный всхрап и разъярённое хрюканье раздалось сзади. Видимо, двигающаяся за девушкой капибара достигла нужной точки кипения, наблюдая впереди себя спину особи постороннего вида. И пришла, наконец, в нужную кондицию ярости, так необходимую для выживания популяции этих весьма агрессивных животных.
«Мне конец!» – поняла София, перехватывая поудобнее глефу в руке.
Она осознавала, что это нисколько ей не поможет – по ней просто прокатится бешенный табун, сметая с пути убитых и задержавшихся, разрывая зубами и втаптывая в землю всё, что становится на пути.
Позади послышалось приближающееся цоканье, переходящее на рысь. София, ускорила своё нелепое вышагивание, проклиная чёртовы снегоступы, так сильно мешающие в этот момент. Но времени снять их уже не было.
Но вдруг, прямо перед собой в освободившемся впереди коридоре по мере продвижения идущих перед ней животных София увидела в стене туннеля открывшийся боковой проход. Поднажав, как только позволяли гудящие ноги и тормозящие спешку снегоступы, Софи изо всех сил дотянула и юркнула в спасительный боковой туннель.
Проклятые сани забуксовали на повороте и были буквально сметены набежавшим сзади разгневанным животным.
София успела сдёрнуть и втащить за лямку сшибленное корыто к себе за угол. Девушка боялась, что злобная капибара последует за ней. И та, проскочив мимо, вроде бы, даже затормозила, чтобы вернуться и продолжить преследование врага по лабиринту. Но ей не позволили – сзади уже напирали раззадоренные товарки рассвирепевшей капибары, которым легко передался общий задор и позыв к начавшейся травли жертвы.
София прижалась спиной к ледяной стенке бокового отнорка, притаившись в полумраке крытого арочного туннеля. Девушка старалась даже не дышать, чтобы ни дай бог не привлечь внимания пробегающих мимо по основному туннелю. А там пробегали вереницы по-боевому курлыкающих крупных животных, так легко вставших на тропу войны.
И вдруг что-то произошло.
Раздался громкий треск. На минуту стало темно, и всё скрылось в поднявшихся снежных вихрях. Когда снежная пыль постепенно рассеялась, зажмурившаяся было София смогла разглядеть произошедшее.
Прямо на пересечении её коридора с основным поверх наваленных снежных гор стоял волк, затравленно озираясь и хищно осклабившись. София быстро поняла, что произошло. Арочный потолок туннеля не выдержал находящегося снаружи хищника. И волк провалился прямо в коридор.
Рядом с волком из сугробов, обрушившихся сверху, вылезала сбитая с ног капибара.
София крутила головой, стряхивая с себя кучи снега. Её коридор тоже был наполовину завален. Видно, обвал потолка произошёл разом в обоих смежных туннелях.
Рядом яростно заверещала вылезшая из-под снега капибара. Её крик, как новый призыв, всколыхнул всё стадо, топчущееся в невольном ожидании из-за произошедшего. Повинуясь новому призывному сигналу, капибары бросились одна за одной галопом на волка. Напрасно хищник оскалился и вцепился в горло первой в строю капибаре-зачинщице. Они рухнули вместе в проходе. А по ним уже, запрыгивая сверху и втаптывая их обоих копытами в наваленную при обрушении снежную кашу, скакали всё новые и новые поспевающие мощные и тяжёлые туши очередных наседающих сзади капибар.
София, с трудом перешагивая обломки обрушившегося в её проход потолка, начала медленно отступать в свой боковой туннель, подальше от главного коридора. Девушка с усилием тащила за собой сани. На сей раз снегоступы, действительно, хорошо облегчали ей задачу.
Увлечённая отступлением Софи не сразу сообразила, куда ведёт её новый туннель. И когда, наконец, оглянулась в него, то побледнела и выругалась вновь.
Голос разума говорил девушке, что нужно срочно уходить. Бежать как можно дальше отсюда. Но вместе с тем какой-то совершенно необъяснимый и глупый позыв требовал от неё оставаться на месте и смотреть-смотреть во все глаза. Подворачиваемые губы, медленно сминающие и затягивающие свою добычу, постепенно, перекатываясь, миллиметр за миллиметром наползали на новые участки тела жертвы. Теперь из щели торчали только голова, неестественно сжатые плечи волка и одна странно вытянутая вперёд лапа.
Новый звук чуть в стороне отвлёк внимание Софии. Она испугано огляделась. Звук шёл из-за обломков стены по правую руку от девушки. Сбросив с плеч лямку санок, осторожно, выставив вперёд глефу в дрожащих руках и стараясь держаться на расстоянии, Софи обошла нагромождение льда справа и вскрикнула.
Там девушка увидела всё то же существо. Вернее, его околохвостовую часть. Толщина меховой змеи в этом месте была чуть меньше. Порядка восьмидесяти сантиметров в диаметре. Но тот же «полостной разрез» на животе присутствовал и здесь. На этот раз плотно сведённые губы разреза удерживали ещё одну жертву. Этот волко-олень был ещё жив. Невозможно по своей противоестественности заломанная назад задняя лапа скрывалась в жадных мясистых губах на животе змеевидной твари. А сам волк лежал на боку спиной к змеиному брюху со смертельной брюшной пастью. Шерсть по всей длине спины хищника и на его загривке была прихвачена и крепко зажата в капкан плотно сведённых стенок разреза на страшной живой трубе.
Звук, который слышала София, издавал именно волк. Он тяжело дышал, лёжа на боку и беспомощно пытался скрести по снегу тремя свободными лапами. Непереносимая боль от неестественно вывернутой назад и заломанной задней ноги уже была им пережита. И вряд ли чувствовалась. Зверь знал, что обречён. И расширенные от ужаса зрачки больших карих глаз скосились на Софию, ища в ней хоть какую-то надежду на перемену или спасение. Двинуться, подняться с земли или хотя бы повернуть голову зверь был не в состоянии – неумолимая безжалостная сила мёртвой хваткой держала его сзади за шерсть на загривке.
Смертельные губы, как медлительный страшный каток подминали и медленно втягивали добычу на себя. Кое-где из-под плотно сведённых краёв брюшной щели на морозном воздухе шёл пар. Вот шерсть на спине волка постепенно скрылась за мясистыми катками, которые уже начали подминать и плющить шкуру несчастного хищника.
Волк жалобно и истошно заскулил. Он не мог поднять головы и сделать это как следует. Но зверь открыл пасть и издал такой душераздирающий переливчатый звук, полный боли, тоски и осознания обречённости своей участи, что София не выдержала.
Девушка сорвала со спины лук и наложила стрелу.
-- Прости. Мне не спасти тебя – не сумею. Но помочь окончить страдания постараюсь. Сейчас больше не будет ничего… Ни страха, ни боли. Потерпи, -- прошептала она и взвела лук, целясь волку в голову…
…Зверь умер почти мгновенно, как-то умиротворённо сощурив и закрыв глаза.
София гневно смотрела, как ничего не замечающая меховая машина небывалой мощи продолжает работать, втягивая уже мёртвое тело внутрь своей брюшины. Поискав взглядом, девушка нашла и хвост огромного существа. За пять метров до конца хвоста «разрез» на животе животного заканчивался.
-- Какова же длина этого монстра? – ужасалась Софи, осторожно обходя по периметру развалины ходов.
И тут же запнулась и в страхе замолкла. Она увидела за ближайшим ледяным обломком огромную, размером больше метра чуть уплощённую сверху голову, покрытую бурым мехом. Два внимательных, больших чёрных глаза по бокам до кошмара осмысленно следили за Софией и изучали её снизу.
Собственно говоря, головой это тоже было назвать сложно. Каких бы то ни было утолщений или выделяемых переходов от начала морды твари в туловище в виде шеи или выступов, не было. Точно так же, как и не было видно ротового отверстия на морде.
«В самом деле, зачем оно там нужно ещё?» – как бы чей-то чужой голос спросил в мозгу Софии.
Девушка начала медленно отступать, не упуская из поля зрения голову существа. И тут увидела «начало» ротовой щели на брюхе. Оно располагалась метрах в пяти от начала головы существа. И Софи снова стало до одури жутко. В этом месте из щели торчали четыре волчьих лапы, вытянутые по струнке в предсмертной агонии, перед тем, как их обладатель был сдавлен и затянут внутрь чудовища.
Краем глаза София заметила движение.
Голова змеи чуть сместилась, чуть передвигаясь в направлении девушки.
Это определило дальнейшие действия Софи. Не испытывая более судьбу, девушка, подхватив с земли лямку-стропу, бросилась назад в тот же, как ей показалось сначала, коридор, из которого она ранее попала сюда. За собой София спешно увлекала сани с поклажей. Девушка сразу же скинула снегоступы, метнув их в корыто. А сама перешла на быстрый бег, кое-где утопая и барахтаясь по колено в снегу, кое-где отбивая пятками по голой земле. Минут пятнадцать София двигалась, не разбирая дороги, прочь от страшного места. Пока совсем не вымоталась.
Остановившись перевести дух, девушка, пыхтя и отдуваясь, испугано смотрела по обе стороны коридора. Казалось, преследования не было.
«Да нет… Ей сейчас не до меня, -- тяжело дыша, рассуждала София. – Она со своим обедом, частично торчащим из пуза, сейчас вообще мало где пролезет… Прожорливая тварь сожрала чуть ли не полстаи волков за раз! Минимум три огромных волка, каждый размером с добрую лошадь! Как они поместились в неё? Это ж надо же какая силища! Сдавить и сплющить грудную клетку такого зверя, будто это надувной шарик. Змеюка обедает сразу же по всей длине своего живота, причём в каждой точке развивает силу давления, словно паровой каток. Как она смогла разом поймать трёх мощных быстрых зверей? Значит ли это, что она двигается настолько быстро? Или же это просто результат неудачной охоты самонадеянной стаи? Интересно, скольким волкам посчастливилось уйти невредимыми? Существо явно теплокровное – я даже видела пар на морозе. Меховая шуба помогает ему экономить тепло. Судя по взгляду, я готова спорить, что и интеллектом оно не обижено. При этом ничего эволюционно схожего на этой планете никто не наблюдал. Как такое возможно? Волки, капибары, мелкие и средние четвероногие хищники и травоядные… И тут – на тебе: безногий теплокровный венторофаг – брюхожор с развитым интеллектом. Существо такого размера пойди ещё прокорми. Да и аппетитом он, видно, не обижен. Хорошо. Если мы обратимся к земному опыту, скажем, змей. У них долгий процесс ферментативного расщепления. И хорошо пообедавшая змея может свободно пролежать без охоты месяц-другой в полусне. Но гады холоднокровные. Температура тела у них равна температуре окружающей среды. Беспокоиться о её поддержании змеям не надо. А если эта самопитающаяся кишка с глазами -- теплокровная, то, ей нужно поддерживать постоянную температуру тела. Да ещё на таком морозе. А при размерах с трубу промышленного газопровода это сколько же энергии гадине требуется?! Не удивительно, что она обосновалась здесь, среди стад капибар. Ползает себе по туннелям и жрёт неповинных лошадок почти Пржевальского. Вопрос только сколько таких тварей здесь есть? Где они обитают и куда деваются летом? Ползают ли в лесу, скажем, под снегом? С ума сойти, сколько вопросов. И совсем нет ответов. Что делать мне сейчас? Я уже понимаю, что спускаться в этот смертельный лабиринт было моей дуростью номер один. Еды я здесь не добуду. А проблем и приключений на свою задницу уже набрала дальше некуда…»
София досчитала до десяти, силясь успокоиться. Этого ей показалось мало, и она продолжила считать до пятидесяти. Но это ей надоело. Решив, что в принципе, уже достаточно успокоилась и передохнула, София нацепила снегоступы. И, сориентировавшись «по компасу», двинулась на юг, прочь из этого царства Минотавра.
Но не прошла она и десяти минут, как внезапно почти что упёрлась в лошадиный зад пасущейся толстой капибары, перегораживающий проход.
-- Вот тебе и задница, -- только и охнула от неожиданности Софи, констатируя многозначный факт.
«Ничего не понимаю. Я же десять минут назад начала идти на юг, -- пробормотала девушка. – Как лабиринт смог за десять минут так развернуть мой маршрут, чтобы вывести аккурат к началу стада, пасущегося в северной части лабиринта?»
Только сейчас девушка заметила, что пол в туннеле покрыт недоеденной, хоть и сильно прореженной травой, но вполне высокой травой.
«Странно. Я видела по пути, что растительный покров вычищен до земли под корень, -- удивилась Софи. – А здесь такое расточительство».
Несмотря на то, что изначальная цель путешествия была почти достигнута – София добралась-таки до стада в лабиринте, но в совокупности с ранее произошедшим, девушка не испытывала никакой радости от этого. К тому же у Софи до сих пор не было никакого плана, как именно можно добыть мясо из стада и остаться при этом самой в целости.
Прислушавшись, София различила приглушённые звуки ворочания и чавканья вокруг. Удивительно, что настолько насторожённая и взведённая нервами до предела девушка не смогла расслышать этого заранее. Капибары вели себя в лабиринте весьма тихо. Возможно, там, где впереди идущие животные роют туннели и уплотняют своими телами стены ходов, шум стоит соответствующий. Но здесь… София удивлённо пожала плечами.
До впереди стоящей капибары было метров десять. И за ней девушка смогла разглядеть зад впереди пасущегося такого же животного. А далее виднелось и третье.
«Так. Мне надо придумать план действия, -- озадачилась Софи. – Если у меня ещё осталось стремление добыть хоть одно из этих хранилищ мяса, то хотелось бы сначала понять, как это сделать. Просто подойти и ткнуть сзади глефой в эту тушу, равносильно тому, чтобы пропеть: «Прощай, София!»
Выманить одну из капибар далеко в пустой лабиринт, возможно, было бы решением. Но вот «Кто и как наденет колокольчик кошке на шею?» - этот вопрос остаётся самым главным в нашей задаче.
София услышала позади звук и резко обернулась.
В конце коридора, по которому совсем недавно прошла девушка, стояла крупная капибара. Животное зашло сюда, потому что паслось – об этом говорили остатки травы, торчащие из его пасти. Но сейчас зверь смотрел на Софию. Он машинально пережёвывал остатки травы во рту, но все мысли его сейчас, безусловно, занимала Софи.
За этой капибарой сзади появилась вторая, третья, которые шли за первой и во всю щипали траву с пола лабиринта. Из-за образовавшейся задержки животные тоже останавливались, поднимали голову и, соответственно, видели Софию.
Положение было неприятным.
Софию совсем не к месту пронзила догадка. Видимо, капибары щипали траву не скрупулёзно, а бегло и как бы на проходе, постоянно при этом двигаясь по несколько раз по одним и тем же ходам лабиринта, как бы по кругу. Постепенно зачищая «под ноль» коридоры от травы. При таком способе питания всем членам стада досталось корма поровну. А круговые патрулирования способствовали безопасности членов стада в лабиринте.
И сейчас девушка оказалась невольно вовлечённая и зажатая в один из таких круговоротов с одной из групп капибар.
Стараясь не поддаваться панике и суете, чтобы не спровоцировать агрессию у легковозбудимых животных, София медленно повернулась к новоприбывшим спиной и, стараясь не спешить, двинулась по проходу вперёд, увлекая за собой сани. В след той капибаре, что встретилась девушке «задом». Которая за это время уже успела продвинуться от Софии ещё метров на десять вперёд за своими соплеменниками.
«Только не оглядываться… Только не оглядываться», -- бормотала под нос себе София, напряжённо вслушиваясь в то, что происходит позади.
Громкий гневный всхрап и разъярённое хрюканье раздалось сзади. Видимо, двигающаяся за девушкой капибара достигла нужной точки кипения, наблюдая впереди себя спину особи постороннего вида. И пришла, наконец, в нужную кондицию ярости, так необходимую для выживания популяции этих весьма агрессивных животных.
«Мне конец!» – поняла София, перехватывая поудобнее глефу в руке.
Она осознавала, что это нисколько ей не поможет – по ней просто прокатится бешенный табун, сметая с пути убитых и задержавшихся, разрывая зубами и втаптывая в землю всё, что становится на пути.
Позади послышалось приближающееся цоканье, переходящее на рысь. София, ускорила своё нелепое вышагивание, проклиная чёртовы снегоступы, так сильно мешающие в этот момент. Но времени снять их уже не было.
Но вдруг, прямо перед собой в освободившемся впереди коридоре по мере продвижения идущих перед ней животных София увидела в стене туннеля открывшийся боковой проход. Поднажав, как только позволяли гудящие ноги и тормозящие спешку снегоступы, Софи изо всех сил дотянула и юркнула в спасительный боковой туннель.
Проклятые сани забуксовали на повороте и были буквально сметены набежавшим сзади разгневанным животным.
София успела сдёрнуть и втащить за лямку сшибленное корыто к себе за угол. Девушка боялась, что злобная капибара последует за ней. И та, проскочив мимо, вроде бы, даже затормозила, чтобы вернуться и продолжить преследование врага по лабиринту. Но ей не позволили – сзади уже напирали раззадоренные товарки рассвирепевшей капибары, которым легко передался общий задор и позыв к начавшейся травли жертвы.
София прижалась спиной к ледяной стенке бокового отнорка, притаившись в полумраке крытого арочного туннеля. Девушка старалась даже не дышать, чтобы ни дай бог не привлечь внимания пробегающих мимо по основному туннелю. А там пробегали вереницы по-боевому курлыкающих крупных животных, так легко вставших на тропу войны.
И вдруг что-то произошло.
Раздался громкий треск. На минуту стало темно, и всё скрылось в поднявшихся снежных вихрях. Когда снежная пыль постепенно рассеялась, зажмурившаяся было София смогла разглядеть произошедшее.
Прямо на пересечении её коридора с основным поверх наваленных снежных гор стоял волк, затравленно озираясь и хищно осклабившись. София быстро поняла, что произошло. Арочный потолок туннеля не выдержал находящегося снаружи хищника. И волк провалился прямо в коридор.
Рядом с волком из сугробов, обрушившихся сверху, вылезала сбитая с ног капибара.
София крутила головой, стряхивая с себя кучи снега. Её коридор тоже был наполовину завален. Видно, обвал потолка произошёл разом в обоих смежных туннелях.
Рядом яростно заверещала вылезшая из-под снега капибара. Её крик, как новый призыв, всколыхнул всё стадо, топчущееся в невольном ожидании из-за произошедшего. Повинуясь новому призывному сигналу, капибары бросились одна за одной галопом на волка. Напрасно хищник оскалился и вцепился в горло первой в строю капибаре-зачинщице. Они рухнули вместе в проходе. А по ним уже, запрыгивая сверху и втаптывая их обоих копытами в наваленную при обрушении снежную кашу, скакали всё новые и новые поспевающие мощные и тяжёлые туши очередных наседающих сзади капибар.
София, с трудом перешагивая обломки обрушившегося в её проход потолка, начала медленно отступать в свой боковой туннель, подальше от главного коридора. Девушка с усилием тащила за собой сани. На сей раз снегоступы, действительно, хорошо облегчали ей задачу.
Увлечённая отступлением Софи не сразу сообразила, куда ведёт её новый туннель. И когда, наконец, оглянулась в него, то побледнела и выругалась вновь.
