— Значит, нашей дружбе конец, так? — Сандал прищурился. — Так вот чего стоит твоя преданность?!
Беллор вздохнул и, помолчав, кивнул ему в сторону коридора.
— Давай отойдём, — устало предложил он, с досадой глядя Правителю в лицо. — Офаниэль никуда отсюда не денется.
Сандал помедлил, но всё же зашагал в сторону, которую указал Беллор. Они вышли из зала, остановившись в небольшом тёмном проёме коридора.
— Я знаю, ты жаждешь мести, Сандал, и я понимаю тебя, поверь. Как отец ты готов убить за собственного ребёнка, и это нормально. Я чувствую то же самое, когда дело касается Аурики. А теперь постарайся понять, что и Офаниэль испытывает те же чувства сейчас. Да, Аспид, конечно, не был ангелом, но для Офаниэля он был почти его ребёнком…
— Что за бред ты несёшь?! — фыркнул Серафим, вновь побелев от ярости.
— Это не бред! Послушай! — Беллор схватил его за рукав, не давая уйти. — Я бы не стал защищать Офаниэля, если бы не знал его истории! У этого ангела никогда не было детей. Все эти тысячелетия он был одинок, и единственным его товарищем, другом и ребёнком был Аспид. Если бы ты видел, как он с ним нянчился, заботился о нём — ты бы понял, что значит для Офаниэля потеря единственного дорогого ему существа!.. Сандал, я знаю, ты — не злой, — понизив голос, мягче заговорил Беллор. — Поэтому прошу тебя: не наказывай Офаниэля так жестоко. Ему и без того очень плохо сейчас, разве не видишь? Он впал в отчаяние, обезумел, потеряв Аспида. Такое с каждым может случиться, понимаешь?..
— Я понимаю, что ты говоришь мне не всё, Беллор, — Сандал покачал головой, однако гнев его чуть поостыл. — С самого детства, даже не зная правды о Падших, я внимательно наблюдал за вами. И за тобой в том числе. Так вот, насколько я понял, ты не станешь вмешиваться в чужие дела без веской на то причины, и защищать других — не в твоих правилах. Тебя с Офаниэлем что-то связывает, так ведь? Либо ты ему чем-то обязан, либо…
— Офаниэль спас мне жизнь, Сандал, — перебил Беллор, хмуро глядя ему в лицо. — Он заслонил меня собой, когда Светлые пытались убить. Я был ещё подростком, чуть младше тебя. Моего отца отлучили от Святого Огня, а мать вышвырнули из Рая за связь с бунтовщиком. Я отправился вслед за ней. Упав, я оказался в самой гуще сражения между Светлыми и отступниками. Земля и небо превратились в сплошное поле боя, где невозможно было спрятаться. Я был очень быстрым, но это, увы, не слишком помогало. Я искал свою мать. В один из дней мне не повезло — натолкнулся прямо на патруль Светлых. Они погнались за мной. Один из ангелов оказался куда быстрее меня. Сражаясь, мы вместе упали на землю, и я ударился о камни. Светлый вытащил меч и замахнулся, но тут неожиданно появился Падший. Он не успел отбить атаку Светлого — просто заслонил меня своим телом. Меч пронзил его насквозь, и, наверное, мы бы оба погибли, если бы не Аспид. Этот змей кинулся на врага, и через секунду тот уже дёргался в конвульсиях.
— А что было потом? — Сандал даже позабыл о злости, невольно заинтересовавшись рассказом.
— Нас нашли другие отступники. Офаниэля подлечили, и мы оба отправились в общину Афаэла. К тому времени Падшие уже проиграли, и война закончилась. Мою мать сожгли Святым огнём, так что мне совершенно всё равно было, куда идти… — Беллор сделал паузу, потом тихо продолжил: — Офаниэль совсем не злой, поверь мне, Сандал. Да, он выглядит необычно, но таков его дар. Однако этот ангел добрее многих, кого я знаю. Не убивай его — он не заслужил смерти…
— Что же мне с ним делать, по-твоему?
— Ничего. Отпусти. Пусть он залечит свою рану… Потом решишь, как поступить.
Сандал несколько секунд молча размышлял, затем развернулся и пошёл в сторону Красного зала. Беллор облегчённо выдохнул и вернулся к Офаниэлю, который всё ещё стоял посреди зала, безразлично дожидаясь своей участи.
— Пойдём, — глухо бросил Беллор, беря его за локоть и подталкивая к выходу. — Не нужно здесь оставаться, Офаниэль…
* * *
Когда Сандал и Соэль, забрав Ария, покинули бункер, там остались только Тадиэль и доктор.
— Ничего, Тадиэль, кость не задета, значит, скоро заживёт, — закончив обрабатывать рану, Армисаэль наложил повязку и теперь помогал ангелу Жертвы снять мантию и облачиться в нормальную одежду. — Хорошо, что зубы Офаниэля не ядовиты, как у его питомца… Кстати, что случилось с Аспидом?
— Не знаю, Армисаэль, — буркнул Падший, просовывая руки в рукава ветровки. — Творится чёрт знает что!.. Скажи: ты уже обследовал труп Эвии? Нашёл что-нибудь?
— Да, — доктор сразу помрачнел. — Она умерла от яда Нигара, Тадиэль.
— Чтоб ему рога поотшибали!!! Нигару этому! — выругался ангел и долго молчал, позабыв про одежду. — Так вот от чего издох Аспид! Он почувствовал в мальчишке яд и не хотел его кусать!.. Я так и думал, что всё дело в этом!
— Адорос не зря предупреждал, — доктор кивнул. — Не проведи мы обряд — так бы и не узнали, что Арий заражён. Видимо, его организм адаптировался к яду и теперь сам синтезирует его при эмоциональном всплеске.
— Похоже на то, — Тадиэль нахмурился ещё больше. — Но что теперь прикажешь делать? Убить мальчишку не выйдет — Сандал не позволит. Кроме того, я даже не смог определить характеристику Ария. Только понял, что ребёнок уникален. В нём есть что-то, чего нет ни у одного ангела на Земле.
— Тогда тем более его нужно убить! — лицо доктора потемнело. — Следует вынести этот вопрос на обсуждение. На следующем Сборе.
— Бесполезно. Если бы ты сегодня видел Сандала, ты бы понял, что Серафим скорее переубивает каждого из нас, чем даст Ария в обиду. Нет, Армисаэль, Сандала лучше не злить, поверь мне. Этот парень ещё прошлые грешки нам не простил. Не смотри, что он молод. Этот образ слишком обманчив.
— Ты позвал Беллора, потому что знал, что тот не даст убить Офаниэля?
— Да, — Тадиэль кивнул и продолжил натягивать рукав ветровки на больную руку. — Блондин никогда не давал его в обиду, даже Афаэлу. Нужно было срочно спасать нашего «Змея», и никто, кроме Беллора, не смог бы этого сделать.
— И всё же нам придётся поговорить с Сандалом о его сыне, — после паузы мрачно заметил Армисаэль, — Правитель обязан знать…
— Я думаю, он знает, — устало перебил Тадиэль, направляясь к дверям. — Или догадывается. В любом случае, нужно быть очень осторожными в разговоре с ним, док. Помни об этом, ясно?
— Уж куда ясней, — буркнул Армисаэль, запирая двери бункера на замок и садясь за руль джипа ангела Жертвы.
* * *
На следующий день на пороге дома Серафима появились Тадиэль, Армисаэль и Беллор. Вид у всех троих был серьёзным и хмурым. Едва Натаниэль впустила их в гостиную, как Тадиэль тут же кивнул ей на выход.
— Пожалуйста, Ната, выйди пока. Нам необходимо поговорить с Правителем.
Натаниэль немного растерялась, но всё же послушно вышла из дома в сад.
— Здравствуй, Сандал, — только после этого, ангел Жертвы обратил своё внимание на Серафима. — Нам следует кое-что обсудить.
— Хорошо, — Сандал напряжённо кивнул. — Я вас слушаю.
— Я узнал причину смерти обеих кормилец, Серафим, — вступил в разговор Армисаэль. — Они были отравлены ядом, который выделяет слюна Ария. Это — яд Нигара. Организм мальчика синтезирует его во время стресса. Именно поэтому погиб и Аспид. Твой сын просто убил его, так что Офаниэль ни в чём не виноват. Кроме того, мы считаем, что ты должен извиниться перед Офаниэлем и решить, что делать с Арием. В противном случае, мы будем вынуждены созвать Срочный Сбор и придать этот вопрос широкой огласке.
— Это что — угроза, Армисаэль? — лицо Сандала сделалось каменным, а в глазах сверкнули молнии.
— Нет, не угроза, — вступил в разговор Беллор. — Предупреждение. Как видишь, мы пришли с этой проблемой к тебе, а не побежали рассказывать другим Старшим о том, что случилось. Нужно быть честным самим с собой, Сандал, если ты хочешь заслужить уважение. Мы не призываем тебя убить Ария, но ты должен признать, что проблема существует, и помочь нам контролировать её.
— Каким образом?
— Уверен, ты, и сам это знаешь, — вмешался Тадиэль. — Ты — Тёмный Серафим. Вряд ли Тёмный Серафим не заметил бы, что с мальчиком что-то не так. Однако ты предпочёл скрыть это, а после взвалить всю вину на Офаниэля. Такими поступками ты не заслужишь уважения и не поднимешь в глазах других Старших авторитет, Сандал, потому что они не достойны Правителя.
Тадиэль замолчал, наблюдая за тем, как бледнеют щёки парня.
— У меня не было намерения вводить клан в заблуждение, Тадиэль, — наконец, признался Сандал чуть слышно. — Я списывал всё на случайности… До вчерашнего вечера я не понимал, насколько всё серьёзно… Что же касается Офаниэля, то да — я сорвался. Очень испугался за сына и потому перестал себя контролировать. Наверное, так же, как и Офаниэль… Но я не хотел специально его подставлять, поверьте.
— Ты не должен скрывать то, что происходит, если сам не можешь в этом разобраться, Правитель, — после небольшой паузы уже более мягко заговорил Тадиэль. — Сила не заменит тебе тысячелетия опыта, что есть у нас, и пока нет у тебя. Ты в первый раз стал отцом. У тебя всё в жизни происходит в первый раз. И не нужно стыдиться, если ты не можешь с чем-то справиться. Мы готовы тебе помогать — дай нам такую возможность. Это не уронит твоего достоинства, а поможет накопить опыта, чтобы стать по-настоящему мудрым.
— Так чего вы хотите, Тадиэль?
— Мы должны вместе разобраться в том, что случилось с твоим сыном. Теперь уже ясно одно — Адский Жнец не просто так приходил на Землю. И не случайно укусил именно Натаниэль. Всё это было предопределено. Мы хотим, чтобы отныне ты не скрывал того, что происходит с Арием. Вчера мы чудом избежали катастрофы, которая могла повлечь за собой необратимые последствия. Всё это слишком серьёзно. Любая мелочь может привести к краху весь клан Падших, за который ответственен теперь ты, Сандал! Пойми это, наконец, и веди себя соответственно!
— Спасибо за ваше искреннее желание научить меня уму-разуму, — Серафим холодно улыбнулся. — Обещаю, что непременно прислушаюсь к вашим словам. Однако надеюсь, что и вы дадите мне возможность самому разобраться с проблемами моего сына, если таковые имеются. Не вижу необходимости отрывать вас от более серьёзных дел по каждому пустяку. Если случится что-то непредвиденное, вы, разумеется, об этом узнаете. А теперь, прошу простить, но меня ждут другие дела, — и, больше не говоря ни слова, Сандал развернулся и направился в детскую. Падшим ничего не оставалось, как только молча уйти.
— Они приходили из-за Ария, да? — спросила Натаниэль, когда Падшие покинули дом. — Что вчера произошло, Сандал?
— Ничего! — рявкнул тот, больше не скрывая клокотавшего в нём бешенства. — Достали своими нравоучениями!
— Сандал, — Ната подошла и мягко дотронулась до его плеча. — Что происходит? Я ведь вижу, ты сам не свой в последнее время… И я чувствую, что это из-за нашего сына. Что с ним не так, скажи мне?!
— С ним. Всё. Нормально! — процедил Серафим, даже не повернув головы. — Не вмешивайся не в своё дело, Ната!
— Арий — это и моё дело!
— Нет! — ангел резко обернулся, и она увидела, как заледенел его взгляд. — Арий — принадлежит мне! У Падших — детей воспитывают отцы, забыла? Самки не вмешиваются!
— Вот как? — тон Натаниэль неожиданно изменился и тоже похолодел. — Значит, я для тебя теперь просто самка?.. — спросила она, но Сандал не ответил. Только мрачно сверкнул глазами. — Что ж, тогда мне больше нечего здесь делать! — Ната развернулась и, схватив со стула кофточку, направилась к дверям.
— Ната! — Сандал помедлил, но всё же кинулся за ней. — Подожди! — он перехватил её уже у порога и попытался обнять, но она вырвалась, в ярости обернувшись к нему.
— Тебе лучше побыть одному, Правитель! — сквозь зубы прошипела она. — Может, хоть тогда ты немного придёшь в себя!
— Перестань, ты не можешь вот так уйти! — Сандал шагнул было к ней, но Ната отступила, покачав головой.
— Это ты не можешь заставить меня остаться! — огрызнулась она. — Самку нельзя насильно удерживать, забыл?!
— Ты делаешь из мухи слона!
— А ты ведёшь себя как самоуверенный болван!
Сандал побелел от гнева. Несколько секунд он молчал, потом коротко кивнул на дверь.
— Уходи! — процедил он, сузив зрачки. — Встретимся на церемонии!
Ната оцепенела, почувствовав себя так, словно получила пощёчину. Её губы задрожали, но она не позволила предательским слезам брызнуть из глаз. Стиснув зубы, она упрямо тряхнула волосами и выскочила из дома.
* * *
Оказавшись на улице, Натаниэль пошла по дороге, с трудом представляя себе, куда держит путь. Внутри всё горело от обиды, и от ярости пылали щёки. Чтобы избежать встречи с кем-то из жителей деревни, она свернула на узкую тропинку, ведущую к речке. Выйдя к мосту, она не торопясь побрела вдоль берега, вдыхая влажный аромат травы и пытаясь успокоиться. Однако перебороть ужасные чувства обиды и одиночества не удавалось. Ната и не заметила, как по её щекам потекли слёзы. Усевшись на траву, она закрыла лицо руками и разрыдалась…
Солнце уже опустилось за горизонт, когда оторвавшись от горестных мыслей, Натаниэль, наконец, поняла, что идти ей некуда. Её старый дом, в котором они жили с Касиэрой, уже снесли, а новый пока не достроили. Младшие ангелы и нефилимы трудились на стройке с утра до ночи, но в доме ещё не было даже крыши. Заняты были и те дома, что всегда стояли свободными. В них сейчас жили строители из других общин. Лайла уехала учиться, поэтому к ней Натаниэль тоже пойти не могла. Единственное, что оставалось — обратиться к Армисаэлю и попросить разрешения переночевать в больнице, в одной из палат. В надежде на то, что Армисаэль ещё не ушёл домой, Ната направилась к одноэтажному серому зданию, которое находилось неподалёку.
Уже подходя к дверям, она поняла, что опоздала — больница была пуста, двери закрыты.
Присев на ступени, Натаниэль хмуро размышляла о том, что ей делать. Обращаться за помощью к кому-то из ангелов не хотелось. А возвращаться к Сандалу — тем более. После его язвительных, безжалостных слов рана на душе разрывалась от боли, а на глазах сами собой проступали слёзы. Пока Натаниэль безуспешно искала выход из создавшейся ситуации, послышался шум крыльев, и рядом с ней неожиданно приземлился Беллор.
— Ната?.. Что ты здесь делаешь? — тут же спросил он, смерив её вопросительным взглядом. — Ты заболела?
— Нет… Решила прогуляться немного перед сном, — Натаниэль поднялась со ступенек и попыталась улыбнуться.
— И Сандал отпустил тебя ночью одну?
— Он… занят с малышом. А ты что здесь делаешь? Разве тебе не нужно купать Аурику?
— С Аурикой сейчас Ирон. А я в патруле сегодня. Слежу за тем, чтобы никто не шатался ночью по деревне. Так что давай я провожу тебя до дома, пока Сандал не поднял тревогу.
— Не нужно, я и сама дойду, — Натаниэль немного смутилась.
— Дойдёшь куда? — Беллор прищурился, с лёгкой досадой разглядывая девушку.
— Куда надо! — огрызнулась она, одновременно краснея. — Мне не нужны провожатые!
— Может, тогда расскажешь мне, что случилось? — помолчав, он подошёл ближе и заглянул ей в глаза. — Я весь вечер наблюдал за твоей прогулкой, Ната, и не заметил, чтобы ты так торопилась вернуться к Сандалу… Он что, тебя обидел? — чуть слышно спросил ангел.
Беллор вздохнул и, помолчав, кивнул ему в сторону коридора.
— Давай отойдём, — устало предложил он, с досадой глядя Правителю в лицо. — Офаниэль никуда отсюда не денется.
Сандал помедлил, но всё же зашагал в сторону, которую указал Беллор. Они вышли из зала, остановившись в небольшом тёмном проёме коридора.
— Я знаю, ты жаждешь мести, Сандал, и я понимаю тебя, поверь. Как отец ты готов убить за собственного ребёнка, и это нормально. Я чувствую то же самое, когда дело касается Аурики. А теперь постарайся понять, что и Офаниэль испытывает те же чувства сейчас. Да, Аспид, конечно, не был ангелом, но для Офаниэля он был почти его ребёнком…
— Что за бред ты несёшь?! — фыркнул Серафим, вновь побелев от ярости.
— Это не бред! Послушай! — Беллор схватил его за рукав, не давая уйти. — Я бы не стал защищать Офаниэля, если бы не знал его истории! У этого ангела никогда не было детей. Все эти тысячелетия он был одинок, и единственным его товарищем, другом и ребёнком был Аспид. Если бы ты видел, как он с ним нянчился, заботился о нём — ты бы понял, что значит для Офаниэля потеря единственного дорогого ему существа!.. Сандал, я знаю, ты — не злой, — понизив голос, мягче заговорил Беллор. — Поэтому прошу тебя: не наказывай Офаниэля так жестоко. Ему и без того очень плохо сейчас, разве не видишь? Он впал в отчаяние, обезумел, потеряв Аспида. Такое с каждым может случиться, понимаешь?..
— Я понимаю, что ты говоришь мне не всё, Беллор, — Сандал покачал головой, однако гнев его чуть поостыл. — С самого детства, даже не зная правды о Падших, я внимательно наблюдал за вами. И за тобой в том числе. Так вот, насколько я понял, ты не станешь вмешиваться в чужие дела без веской на то причины, и защищать других — не в твоих правилах. Тебя с Офаниэлем что-то связывает, так ведь? Либо ты ему чем-то обязан, либо…
— Офаниэль спас мне жизнь, Сандал, — перебил Беллор, хмуро глядя ему в лицо. — Он заслонил меня собой, когда Светлые пытались убить. Я был ещё подростком, чуть младше тебя. Моего отца отлучили от Святого Огня, а мать вышвырнули из Рая за связь с бунтовщиком. Я отправился вслед за ней. Упав, я оказался в самой гуще сражения между Светлыми и отступниками. Земля и небо превратились в сплошное поле боя, где невозможно было спрятаться. Я был очень быстрым, но это, увы, не слишком помогало. Я искал свою мать. В один из дней мне не повезло — натолкнулся прямо на патруль Светлых. Они погнались за мной. Один из ангелов оказался куда быстрее меня. Сражаясь, мы вместе упали на землю, и я ударился о камни. Светлый вытащил меч и замахнулся, но тут неожиданно появился Падший. Он не успел отбить атаку Светлого — просто заслонил меня своим телом. Меч пронзил его насквозь, и, наверное, мы бы оба погибли, если бы не Аспид. Этот змей кинулся на врага, и через секунду тот уже дёргался в конвульсиях.
— А что было потом? — Сандал даже позабыл о злости, невольно заинтересовавшись рассказом.
— Нас нашли другие отступники. Офаниэля подлечили, и мы оба отправились в общину Афаэла. К тому времени Падшие уже проиграли, и война закончилась. Мою мать сожгли Святым огнём, так что мне совершенно всё равно было, куда идти… — Беллор сделал паузу, потом тихо продолжил: — Офаниэль совсем не злой, поверь мне, Сандал. Да, он выглядит необычно, но таков его дар. Однако этот ангел добрее многих, кого я знаю. Не убивай его — он не заслужил смерти…
— Что же мне с ним делать, по-твоему?
— Ничего. Отпусти. Пусть он залечит свою рану… Потом решишь, как поступить.
Сандал несколько секунд молча размышлял, затем развернулся и пошёл в сторону Красного зала. Беллор облегчённо выдохнул и вернулся к Офаниэлю, который всё ещё стоял посреди зала, безразлично дожидаясь своей участи.
— Пойдём, — глухо бросил Беллор, беря его за локоть и подталкивая к выходу. — Не нужно здесь оставаться, Офаниэль…
* * *
Когда Сандал и Соэль, забрав Ария, покинули бункер, там остались только Тадиэль и доктор.
— Ничего, Тадиэль, кость не задета, значит, скоро заживёт, — закончив обрабатывать рану, Армисаэль наложил повязку и теперь помогал ангелу Жертвы снять мантию и облачиться в нормальную одежду. — Хорошо, что зубы Офаниэля не ядовиты, как у его питомца… Кстати, что случилось с Аспидом?
— Не знаю, Армисаэль, — буркнул Падший, просовывая руки в рукава ветровки. — Творится чёрт знает что!.. Скажи: ты уже обследовал труп Эвии? Нашёл что-нибудь?
— Да, — доктор сразу помрачнел. — Она умерла от яда Нигара, Тадиэль.
— Чтоб ему рога поотшибали!!! Нигару этому! — выругался ангел и долго молчал, позабыв про одежду. — Так вот от чего издох Аспид! Он почувствовал в мальчишке яд и не хотел его кусать!.. Я так и думал, что всё дело в этом!
— Адорос не зря предупреждал, — доктор кивнул. — Не проведи мы обряд — так бы и не узнали, что Арий заражён. Видимо, его организм адаптировался к яду и теперь сам синтезирует его при эмоциональном всплеске.
— Похоже на то, — Тадиэль нахмурился ещё больше. — Но что теперь прикажешь делать? Убить мальчишку не выйдет — Сандал не позволит. Кроме того, я даже не смог определить характеристику Ария. Только понял, что ребёнок уникален. В нём есть что-то, чего нет ни у одного ангела на Земле.
— Тогда тем более его нужно убить! — лицо доктора потемнело. — Следует вынести этот вопрос на обсуждение. На следующем Сборе.
— Бесполезно. Если бы ты сегодня видел Сандала, ты бы понял, что Серафим скорее переубивает каждого из нас, чем даст Ария в обиду. Нет, Армисаэль, Сандала лучше не злить, поверь мне. Этот парень ещё прошлые грешки нам не простил. Не смотри, что он молод. Этот образ слишком обманчив.
— Ты позвал Беллора, потому что знал, что тот не даст убить Офаниэля?
— Да, — Тадиэль кивнул и продолжил натягивать рукав ветровки на больную руку. — Блондин никогда не давал его в обиду, даже Афаэлу. Нужно было срочно спасать нашего «Змея», и никто, кроме Беллора, не смог бы этого сделать.
— И всё же нам придётся поговорить с Сандалом о его сыне, — после паузы мрачно заметил Армисаэль, — Правитель обязан знать…
— Я думаю, он знает, — устало перебил Тадиэль, направляясь к дверям. — Или догадывается. В любом случае, нужно быть очень осторожными в разговоре с ним, док. Помни об этом, ясно?
— Уж куда ясней, — буркнул Армисаэль, запирая двери бункера на замок и садясь за руль джипа ангела Жертвы.
* * *
На следующий день на пороге дома Серафима появились Тадиэль, Армисаэль и Беллор. Вид у всех троих был серьёзным и хмурым. Едва Натаниэль впустила их в гостиную, как Тадиэль тут же кивнул ей на выход.
— Пожалуйста, Ната, выйди пока. Нам необходимо поговорить с Правителем.
Натаниэль немного растерялась, но всё же послушно вышла из дома в сад.
— Здравствуй, Сандал, — только после этого, ангел Жертвы обратил своё внимание на Серафима. — Нам следует кое-что обсудить.
— Хорошо, — Сандал напряжённо кивнул. — Я вас слушаю.
— Я узнал причину смерти обеих кормилец, Серафим, — вступил в разговор Армисаэль. — Они были отравлены ядом, который выделяет слюна Ария. Это — яд Нигара. Организм мальчика синтезирует его во время стресса. Именно поэтому погиб и Аспид. Твой сын просто убил его, так что Офаниэль ни в чём не виноват. Кроме того, мы считаем, что ты должен извиниться перед Офаниэлем и решить, что делать с Арием. В противном случае, мы будем вынуждены созвать Срочный Сбор и придать этот вопрос широкой огласке.
— Это что — угроза, Армисаэль? — лицо Сандала сделалось каменным, а в глазах сверкнули молнии.
— Нет, не угроза, — вступил в разговор Беллор. — Предупреждение. Как видишь, мы пришли с этой проблемой к тебе, а не побежали рассказывать другим Старшим о том, что случилось. Нужно быть честным самим с собой, Сандал, если ты хочешь заслужить уважение. Мы не призываем тебя убить Ария, но ты должен признать, что проблема существует, и помочь нам контролировать её.
— Каким образом?
— Уверен, ты, и сам это знаешь, — вмешался Тадиэль. — Ты — Тёмный Серафим. Вряд ли Тёмный Серафим не заметил бы, что с мальчиком что-то не так. Однако ты предпочёл скрыть это, а после взвалить всю вину на Офаниэля. Такими поступками ты не заслужишь уважения и не поднимешь в глазах других Старших авторитет, Сандал, потому что они не достойны Правителя.
Тадиэль замолчал, наблюдая за тем, как бледнеют щёки парня.
— У меня не было намерения вводить клан в заблуждение, Тадиэль, — наконец, признался Сандал чуть слышно. — Я списывал всё на случайности… До вчерашнего вечера я не понимал, насколько всё серьёзно… Что же касается Офаниэля, то да — я сорвался. Очень испугался за сына и потому перестал себя контролировать. Наверное, так же, как и Офаниэль… Но я не хотел специально его подставлять, поверьте.
— Ты не должен скрывать то, что происходит, если сам не можешь в этом разобраться, Правитель, — после небольшой паузы уже более мягко заговорил Тадиэль. — Сила не заменит тебе тысячелетия опыта, что есть у нас, и пока нет у тебя. Ты в первый раз стал отцом. У тебя всё в жизни происходит в первый раз. И не нужно стыдиться, если ты не можешь с чем-то справиться. Мы готовы тебе помогать — дай нам такую возможность. Это не уронит твоего достоинства, а поможет накопить опыта, чтобы стать по-настоящему мудрым.
— Так чего вы хотите, Тадиэль?
— Мы должны вместе разобраться в том, что случилось с твоим сыном. Теперь уже ясно одно — Адский Жнец не просто так приходил на Землю. И не случайно укусил именно Натаниэль. Всё это было предопределено. Мы хотим, чтобы отныне ты не скрывал того, что происходит с Арием. Вчера мы чудом избежали катастрофы, которая могла повлечь за собой необратимые последствия. Всё это слишком серьёзно. Любая мелочь может привести к краху весь клан Падших, за который ответственен теперь ты, Сандал! Пойми это, наконец, и веди себя соответственно!
— Спасибо за ваше искреннее желание научить меня уму-разуму, — Серафим холодно улыбнулся. — Обещаю, что непременно прислушаюсь к вашим словам. Однако надеюсь, что и вы дадите мне возможность самому разобраться с проблемами моего сына, если таковые имеются. Не вижу необходимости отрывать вас от более серьёзных дел по каждому пустяку. Если случится что-то непредвиденное, вы, разумеется, об этом узнаете. А теперь, прошу простить, но меня ждут другие дела, — и, больше не говоря ни слова, Сандал развернулся и направился в детскую. Падшим ничего не оставалось, как только молча уйти.
Прода от 26.01.2025, 00:34
Глава 9. Решение
— Они приходили из-за Ария, да? — спросила Натаниэль, когда Падшие покинули дом. — Что вчера произошло, Сандал?
— Ничего! — рявкнул тот, больше не скрывая клокотавшего в нём бешенства. — Достали своими нравоучениями!
— Сандал, — Ната подошла и мягко дотронулась до его плеча. — Что происходит? Я ведь вижу, ты сам не свой в последнее время… И я чувствую, что это из-за нашего сына. Что с ним не так, скажи мне?!
— С ним. Всё. Нормально! — процедил Серафим, даже не повернув головы. — Не вмешивайся не в своё дело, Ната!
— Арий — это и моё дело!
— Нет! — ангел резко обернулся, и она увидела, как заледенел его взгляд. — Арий — принадлежит мне! У Падших — детей воспитывают отцы, забыла? Самки не вмешиваются!
— Вот как? — тон Натаниэль неожиданно изменился и тоже похолодел. — Значит, я для тебя теперь просто самка?.. — спросила она, но Сандал не ответил. Только мрачно сверкнул глазами. — Что ж, тогда мне больше нечего здесь делать! — Ната развернулась и, схватив со стула кофточку, направилась к дверям.
— Ната! — Сандал помедлил, но всё же кинулся за ней. — Подожди! — он перехватил её уже у порога и попытался обнять, но она вырвалась, в ярости обернувшись к нему.
— Тебе лучше побыть одному, Правитель! — сквозь зубы прошипела она. — Может, хоть тогда ты немного придёшь в себя!
— Перестань, ты не можешь вот так уйти! — Сандал шагнул было к ней, но Ната отступила, покачав головой.
— Это ты не можешь заставить меня остаться! — огрызнулась она. — Самку нельзя насильно удерживать, забыл?!
— Ты делаешь из мухи слона!
— А ты ведёшь себя как самоуверенный болван!
Сандал побелел от гнева. Несколько секунд он молчал, потом коротко кивнул на дверь.
— Уходи! — процедил он, сузив зрачки. — Встретимся на церемонии!
Ната оцепенела, почувствовав себя так, словно получила пощёчину. Её губы задрожали, но она не позволила предательским слезам брызнуть из глаз. Стиснув зубы, она упрямо тряхнула волосами и выскочила из дома.
* * *
Оказавшись на улице, Натаниэль пошла по дороге, с трудом представляя себе, куда держит путь. Внутри всё горело от обиды, и от ярости пылали щёки. Чтобы избежать встречи с кем-то из жителей деревни, она свернула на узкую тропинку, ведущую к речке. Выйдя к мосту, она не торопясь побрела вдоль берега, вдыхая влажный аромат травы и пытаясь успокоиться. Однако перебороть ужасные чувства обиды и одиночества не удавалось. Ната и не заметила, как по её щекам потекли слёзы. Усевшись на траву, она закрыла лицо руками и разрыдалась…
Солнце уже опустилось за горизонт, когда оторвавшись от горестных мыслей, Натаниэль, наконец, поняла, что идти ей некуда. Её старый дом, в котором они жили с Касиэрой, уже снесли, а новый пока не достроили. Младшие ангелы и нефилимы трудились на стройке с утра до ночи, но в доме ещё не было даже крыши. Заняты были и те дома, что всегда стояли свободными. В них сейчас жили строители из других общин. Лайла уехала учиться, поэтому к ней Натаниэль тоже пойти не могла. Единственное, что оставалось — обратиться к Армисаэлю и попросить разрешения переночевать в больнице, в одной из палат. В надежде на то, что Армисаэль ещё не ушёл домой, Ната направилась к одноэтажному серому зданию, которое находилось неподалёку.
Уже подходя к дверям, она поняла, что опоздала — больница была пуста, двери закрыты.
Присев на ступени, Натаниэль хмуро размышляла о том, что ей делать. Обращаться за помощью к кому-то из ангелов не хотелось. А возвращаться к Сандалу — тем более. После его язвительных, безжалостных слов рана на душе разрывалась от боли, а на глазах сами собой проступали слёзы. Пока Натаниэль безуспешно искала выход из создавшейся ситуации, послышался шум крыльев, и рядом с ней неожиданно приземлился Беллор.
— Ната?.. Что ты здесь делаешь? — тут же спросил он, смерив её вопросительным взглядом. — Ты заболела?
— Нет… Решила прогуляться немного перед сном, — Натаниэль поднялась со ступенек и попыталась улыбнуться.
— И Сандал отпустил тебя ночью одну?
— Он… занят с малышом. А ты что здесь делаешь? Разве тебе не нужно купать Аурику?
— С Аурикой сейчас Ирон. А я в патруле сегодня. Слежу за тем, чтобы никто не шатался ночью по деревне. Так что давай я провожу тебя до дома, пока Сандал не поднял тревогу.
— Не нужно, я и сама дойду, — Натаниэль немного смутилась.
— Дойдёшь куда? — Беллор прищурился, с лёгкой досадой разглядывая девушку.
— Куда надо! — огрызнулась она, одновременно краснея. — Мне не нужны провожатые!
— Может, тогда расскажешь мне, что случилось? — помолчав, он подошёл ближе и заглянул ей в глаза. — Я весь вечер наблюдал за твоей прогулкой, Ната, и не заметил, чтобы ты так торопилась вернуться к Сандалу… Он что, тебя обидел? — чуть слышно спросил ангел.
