– Танцуй, конечно, – поспешно ответила Тоня. – Я здесь посижу, с чайком.
Переполненный шумный танцпол её не манил, как Яру, а больше пугал.
– Влад, не возражаешь, если я приглашу Антонину? – из-за стола плавно поднялся Алистер.
Тоня вздрогнула, не ожидая такого предложения. Она растерянно взглянула на Алистера, на Сумеречного – и снова на Вершителя, пытаясь понять его намерения. Но его глаза, тёмные и глубокие, мерцающие ниточными шестигранниками, хранили тайну.
– Только не на батл. И если она сама не возражает, – Влад пожал плечами. Если он сам танцует с девушками, с какого перепоя возражать. Но внутри что-то неприятно царапнуло. Даже скребло, будто на душе скреблись мантикоры.
– Я плохо танцую, – неловко, но честно призналась Тоня.
– Я тоже, Слово мага и Ярославушка не дадут соврать, – повинился фасеточноглазый, галантно протягивая руку.
– А почему бы нет, – Тоня решительно поднялась навстречу, пока снова не увязла в комплексах, сомнениях и грустных мыслях. Лучше танцевать среди огней, чем смотреть на других, боясь высунуть нос из норки. Она больше не мышь. Сколько можно быть мышью!
“Алистер, она ещё не восстановилась после аварии. Голова, нога, позвоночник. Так что будь бережнее и нежнее”, – мысленно напомнил другу Влад.
“Помню, осознаю”
“По лестнице осторожно, a лучше телепорт. Без резких движений. Не пугай. И упаси боги, кто ударит или толкнёт”
“У меня не толкнёт. Да и оберег не позволит”, – Алистер бережно приобнял девушку за талию, и оба исчезли, чтобы появиться уже на танцполе.
Влад и Ярослава переместились следом, одновременно с Дэном и Айрис.
Как по заказу, ритмичное зажигательное техно сменила медленная романтичная композиция. Вспышки стробоскопов и мелькание цветных огней превратились в приглушённое, интимное мерцание, а заводные движения девушек-танцовщиц плавно перешли в чувственную пластику. Влад этого даже не заметил. Да и Яра его волновала не больше, чем… да хоть Андрюха. Он двигался скорее интуитивно, как подсказывала музыка, память тела и навыки боевых единоборств. Все фокусы внимания сошлись в точке, где другой мужчина обнимал его девочку.
Мантикоры на душе заскреблись сильней, крепко там нагадив, и теперь явно зарывая своё грязное дело.
Танцующая и веселящаяся молодёжь вокруг Алистера и Тони сама расступалась, освобождая пространство. Задеть или толкнуть девушку, даже в темноте и толчее, было физически некому, от нелюдей все инстинктивно держались на приличном расстоянии. Или боевой маг с жутковатыми глазами-сотами сделал так, чтоб держались. На их пару никто не обращал внимания, ничего лишнего мужчина себе не позволял, и Тоня постепенно расслабилась, отпустила себя, позволяя музыке заполнить каждую клеточку. Поймать ритм, волну, прикрыть глаза и полностью отдаться ощущениям... движению… чувству свободы. Сначала это были лишь лёгкие покачивания в такт, потом более скоординированные движения. Тело само отзывалось на каждую ноту, на каждый бит. Чувственная, лиричная мелодия, женский голос, певший о любви, мягкое мерцание неоновых огней растворяли все мысли, тревоги и волнения, оставляя только этот момент. Чистое, незамутнённое настоящее.
Поблизости скользили мощный Дэн и Айрис, гибкая и грациозная, как синяя змейка. Им не уступали Влад и Ярослава, исполняющие нечто чувственное, балансирующее на самой грани приличий. Тоню это царапнуло, и она отвернулась, снова отдаваясь музыке и атмосфере. Ноги слушались, тело двигалось легко и свободно, это было счастье. И никакие жаркие танцы других этого не омрачат и не отнимут.
Её движения становились всё более уверенными и свободными. Она уже не просто отзывалась на музыку, она начала импровизировать, следуя за своей собственной внутренней мелодией. По её лицу скользнул истинный, ничем не омрачённый восторг. Дофаминовая вспышка, чистая эйфория. Просто от того, что не прикована к кровати, не лежит переломанной, загипсованной, парализованной мумией, а танцует. Живёт. Дышит. Что ещё ей нужно от жизни, людей-икс вообще, и Влада в частности? Только благодарить. Ей уже подарили больше, чем жизнь. Жизнь без боли и страданий. Этот волшебный миг. Саму возможность танцевать. Неважно с кем, где и насколько умело. Просто танцевать…
– Вершитель, разве я позволял на неё воздействовать? Этот человек мой, – от холодного голоса Влада, близости его неповторимой ауры и скрытой угрозы, Тоня будто очнулась, выпадая из транса. Но угроза в голосе и затянувшихся хрусталём глазах была адресована вовсе не ей.
Переполненный шумный танцпол её не манил, как Яру, а больше пугал.
– Влад, не возражаешь, если я приглашу Антонину? – из-за стола плавно поднялся Алистер.
Тоня вздрогнула, не ожидая такого предложения. Она растерянно взглянула на Алистера, на Сумеречного – и снова на Вершителя, пытаясь понять его намерения. Но его глаза, тёмные и глубокие, мерцающие ниточными шестигранниками, хранили тайну.
– Только не на батл. И если она сама не возражает, – Влад пожал плечами. Если он сам танцует с девушками, с какого перепоя возражать. Но внутри что-то неприятно царапнуло. Даже скребло, будто на душе скреблись мантикоры.
– Я плохо танцую, – неловко, но честно призналась Тоня.
– Я тоже, Слово мага и Ярославушка не дадут соврать, – повинился фасеточноглазый, галантно протягивая руку.
– А почему бы нет, – Тоня решительно поднялась навстречу, пока снова не увязла в комплексах, сомнениях и грустных мыслях. Лучше танцевать среди огней, чем смотреть на других, боясь высунуть нос из норки. Она больше не мышь. Сколько можно быть мышью!
“Алистер, она ещё не восстановилась после аварии. Голова, нога, позвоночник. Так что будь бережнее и нежнее”, – мысленно напомнил другу Влад.
“Помню, осознаю”
“По лестнице осторожно, a лучше телепорт. Без резких движений. Не пугай. И упаси боги, кто ударит или толкнёт”
“У меня не толкнёт. Да и оберег не позволит”, – Алистер бережно приобнял девушку за талию, и оба исчезли, чтобы появиться уже на танцполе.
Влад и Ярослава переместились следом, одновременно с Дэном и Айрис.
Как по заказу, ритмичное зажигательное техно сменила медленная романтичная композиция. Вспышки стробоскопов и мелькание цветных огней превратились в приглушённое, интимное мерцание, а заводные движения девушек-танцовщиц плавно перешли в чувственную пластику. Влад этого даже не заметил. Да и Яра его волновала не больше, чем… да хоть Андрюха. Он двигался скорее интуитивно, как подсказывала музыка, память тела и навыки боевых единоборств. Все фокусы внимания сошлись в точке, где другой мужчина обнимал его девочку.
Мантикоры на душе заскреблись сильней, крепко там нагадив, и теперь явно зарывая своё грязное дело.
***
Танцующая и веселящаяся молодёжь вокруг Алистера и Тони сама расступалась, освобождая пространство. Задеть или толкнуть девушку, даже в темноте и толчее, было физически некому, от нелюдей все инстинктивно держались на приличном расстоянии. Или боевой маг с жутковатыми глазами-сотами сделал так, чтоб держались. На их пару никто не обращал внимания, ничего лишнего мужчина себе не позволял, и Тоня постепенно расслабилась, отпустила себя, позволяя музыке заполнить каждую клеточку. Поймать ритм, волну, прикрыть глаза и полностью отдаться ощущениям... движению… чувству свободы. Сначала это были лишь лёгкие покачивания в такт, потом более скоординированные движения. Тело само отзывалось на каждую ноту, на каждый бит. Чувственная, лиричная мелодия, женский голос, певший о любви, мягкое мерцание неоновых огней растворяли все мысли, тревоги и волнения, оставляя только этот момент. Чистое, незамутнённое настоящее.
Поблизости скользили мощный Дэн и Айрис, гибкая и грациозная, как синяя змейка. Им не уступали Влад и Ярослава, исполняющие нечто чувственное, балансирующее на самой грани приличий. Тоню это царапнуло, и она отвернулась, снова отдаваясь музыке и атмосфере. Ноги слушались, тело двигалось легко и свободно, это было счастье. И никакие жаркие танцы других этого не омрачат и не отнимут.
Её движения становились всё более уверенными и свободными. Она уже не просто отзывалась на музыку, она начала импровизировать, следуя за своей собственной внутренней мелодией. По её лицу скользнул истинный, ничем не омрачённый восторг. Дофаминовая вспышка, чистая эйфория. Просто от того, что не прикована к кровати, не лежит переломанной, загипсованной, парализованной мумией, а танцует. Живёт. Дышит. Что ещё ей нужно от жизни, людей-икс вообще, и Влада в частности? Только благодарить. Ей уже подарили больше, чем жизнь. Жизнь без боли и страданий. Этот волшебный миг. Саму возможность танцевать. Неважно с кем, где и насколько умело. Просто танцевать…
– Вершитель, разве я позволял на неё воздействовать? Этот человек мой, – от холодного голоса Влада, близости его неповторимой ауры и скрытой угрозы, Тоня будто очнулась, выпадая из транса. Но угроза в голосе и затянувшихся хрусталём глазах была адресована вовсе не ей.
