Дело о преданиях и тёмных духах

Поняв, что эти люди не оставят его в покое, Мози сделал вид, что постепенно он соглашается с их доводами и взять эту несчастную взятку.
       – И я думаю, что Прако прислали нам они, – закончила этими словами свой рассказ специалист по магии.
       – Это логично, – согласилась с ней Арабелла.
       – Нас хотели подставить, – сделал неожиданный вывод Тень. – Или уже подставили.
       – Ты уверен?
       – Более чем. Взятки не дают таким образом, этот факт тщательно стараются скрыть, чтобы, ни дай Великий Свет, никто об этом не узнал. А тут пригласили в зал, полный народа. И Теконота мы предупредить ещё, между прочим, не успели, так что думаю, когда он узнает об этом нас в лучшем случае отстранят от дела.
       – А в худшем – закроют? – спросила Роза с некоторой дрожью в голосе.
       Менее всего ребёнку хотелось бы терять своё место в это конторе и своих взрослых друзей. Объяснять ребёнку, что закрытие конторы – ещё не худший вариант, никто не стал.
       – Куда же мы тогда пойдём? – с печалью спросила Кассандра.
       Она сильно сомневалась в том, что сможет найти такую же хорошую работу, как и эта.
       – Нас всё-таки ещё не закрыли, – несколько раздражённо напомнила своим подчинённым Арабелла. – И давайте сейчас лучше подумаем о том, почему виконт Де-Ираленс нас мог подставить?
       – Хороший вопрос, – согласился с Арабеллой Тень. – Почему хотя бы не попробовали дать нам взятку?
       – Виконт не так сильно доверяет князю, как нам показалось? – выдвинул свою предположение Семён.
       – Или спросил тех, кому мы помогли, и понял, что взятка не поможет, – предположила Кассандра.
       – Или это совсем другие люди, перепутавшие (или нет?) нас с кем-то, – добавила Арабелла.
       – Ещё варианты имеются? – спросил Тень.
       В это время в контору открылась дверь.
       

       Глава 10

       Конечно, произошедшее не осталось тайной для графа Теконота.
       – Рассказывайте, – велел он, когда пришёл к детективам в контору и объявил о том, что ему известно о взятке.
       Тень вкратце пересказал случившееся, а также результаты расследования.
       – И это всё? – уточнил граф.
       Решив, что он всё равно об этом узнает, Арабелла призналась:
       – Я попросила о помощи одного своего родственника. Хорошо вам знакомого.
       Теконот понял, о ком идёт речь.
       – Передайте ему, что я буду с нетерпением ждать Тёмного принца Диона в нашей стране.
       Арабелла кивнула.
       «Объявить об официальном визите Диона оказалось легче, чем я думала», – с радостью подумала она. Всё-таки нелегко было признаться графу, что в дела его страны вмешивается другая сторона.
       «Теперь осталось только остальным об этом рассказать», – напомнила себе Арабелла.
       – Тёмный принц? – переспросил Семён, когда за Теконотом закрылась дверь.
       – Да, он, – ответила Арабелла. – Тёмный принц Дион, муж моей сестры Деборы.
       Сказать, что все были потрясены – значит, ничего не сказать.
       – Леди Ириндас замужем за Тёмным принцем? – переспросил Тень.
       Арабелла только кивнула головой.
       – Надо же, никто ведь и предположить не мог подобного… А кто твой жених?
       – Какой жених? – переспросила Арабелла.
       – Роза слышала, что у тебя есть жених, – объяснила Кассандра.
       Арабелла только рассмеялась.
       – Нет у меня никакого жениха, – пояснила леди Ириндас.
       – А откуда у тебя тогда эта контора? – поинтересовалась Роза. – Мама говорила, что её тебе жених подарил.
       – От Диона.
       Тут в беседу вмешался Рахаус:
       – Этот принц тогда всем родственникам сделал дорогие подарки, объясняя это традицией своей страны.
       – Всем родственникам? – изумлённо переспросил Тень.
       – Да, – добавил Риагал, – как он пояснил, для того чтобы: «Если невеста передумает, то её родня не откажется». У Диона очень хорошее чувство юмора.
       – Плохое у него чувство юмора, и сам он плохой! – воскликнул Рахаус. – И зачем ты его только к этому делу привлекла, Арабелла?
       – Граф не против, – ответила она.
       – Кстати, а почему Теконот согласился? – спросил Семён. – Это же, получается, вмешательство другой страны.
       – Вы просто не знакомы с этим Дионом, – пробурчал Рахаус. – Если он что-то решил – то всё, готовься к капитуляции.
       – Видимо, дела у графа настолько плохи, что он уже не может иначе, – задумчиво сказала Арабелла.
       – Но внешнее вмешательство… – попробовала возразить Кассандра.
       – Решение обратиться в нашу контору навряд ли было бы принято, если граф не чувствовал бы свою беспомощность. Он постоянно во время моих визитов к нему всем своим видом хотел, чтобы его пожалели.
       – Что ты хочешь этим сказать?
       – Граф не всё нам рассказал об этом деле.
       – Почему ты так решила? – спросил Тень. – Разве не в его интересах, чтобы мы его раскрыли?
       – Я так и знал! – воскликнул Сэм. – Это Теконот во всем виноват!
       На его реплику никто не обратил внимания: все слишком привыкли к его предубеждению.
       – Граф рассказал в общих чертах о преступлении, но он ничего не говорил нам о том, что именно благодаря ему Отто взяли на эту работу.
       – Он в принципе ничего не говорил о своей причастности, – добавил Семён.
       Все повернулись к нему.
       – Граф разыграл перед нами целый спектакль, он хотел быть уверенным, что нам можно доверять. И он нам доверяет. Полностью и безоговорочно. Даже не стал преждевременно обвинять нас во взяточничестве. Мы его последняя надежда!
       – Но из-за чего к нам такое доверие? – спросила Кассандра.
       «Такие люди как граф Теконот только себе доверяют», – подумала она.
       – У меня есть несколько версий, – ответил Семён. – Первая – личные симпатии.
       – Маловероятно, – сразу отвергла такой вариант Арабелла. – У графа не то положение.
       – Вторая – он имеет какую-то тайну, которую не желает рассказывать своим служащим.
       – Шантаж? – тут же предположил Тень.
       – Возможно.
       – Но кому понадобиться шантажировать (и чем?) самого графа Артура Теконота? – спросила Кассандра. – Его как огня боятся.
       – А огонь боится легенды о тёмных духах, – заметил Мози.
       – Да, верно, – согласилась Арабелла.
       – Это явно виконт Де-Ираленс, – заявил Тень. – Он бы не побоялся шантажировать графа.
       – Лично? – скептически поинтересовалась Арабелла.
       Тень согласился, что это было бы весьма проблемно.
       – А что такое шантаж? – спросила Роза.
       Взрослые сразу вспомнили о ребёнке.
       – Такой… договор, – ответил Тень. – Обмен, ты делаешь то, я взамен сделаю это.
       – А чем это плохо?
       – Люди не хотят выполнять это и могут сильно пострадать из-за своих действий. Неравноценный обмен. И незаконный.
       – Понятно.
       – Роза, хочешь сейчас погулять со мной? – неожиданно спросил Рахаус. – Арабелла говорила, что сильно занята и не может со мной погулять.
       Девочка удивилась, хотя всё нельзя сказать, что не обрадовалась, но:
       – А как же наше дело?
       – Мы тебя подождём. Нам тоже надо немного передохнуть, а то плохо соображаем.
       Роза с сомнением покосилась на взрослых, но всё же позволила себя уговорить.
       – Риагал, ты идёшь?
       Скороветреник вопросительно посмотрел на хозяйку.
       «Иди», – мысленный приказ отдала ему та.
       – Да, иду, – ответил пёс Розе.
       – Только без меня не расследуйте дело, хорошо? – спросила на прощание девочка.
       Её снова тут же уверили в том, что без неё не начнут.
       – А зря мы её отстранили, – заметил Тень после ухода девочки. – Роза нередко замечает те детали, которые мы не видим. И вся эта опека… Роза уже знакома с этой стороной жизни. И теперь делать вид, будто мир только белый как-то поздно.
       – Может, ты и прав, – откликнулась Арабелла. – Но о шантаже в её присутствии мы не хотелось бы говорить. Итак, что мы можем сказать в пользу того факта, что шантаж есть?
       – Теконот не хочет, чтобы его подчинённые о нём узнали, – сказал Семён.
       – Не хочет потерять авторитет в их глазах, – произнёс Тень.
       – По-моему, всё это глупости! – заявил Сэм.
       Все повернулись в сторону торговца.
       – Вы оправдываете Теконота всеми возможными способами! Уже и жертву из него сделали!
       Услышав эти слова, Рольтбах печально отпустил голову.
       «И почему мне кажется, что с Сэмом что-то не так?» – задала себе в очередной раз этот вопрос Арабелла. Уж слишком много загадок было вокруг них.
       «И ответ как будто тоже рядом – только руку протяни».
       – Может, он и не жертва, – сказала Арабелла, – но пока мы не будем знать это точно, обвинять графа – бессмысленно.
       Сэм замолчал и только обиженно смотрел на неё.
       – И когда же у нас может появиться возможность это узнать? – угрюмо спросил он и сам же себе ответил. – Никогда!
       С этим Арабелла была категорически не согласна.
       – Дион сможет это узнать, – ответила она.
       Это заявление было подобно эффекту взорвавшейся пайнэпла.
       – Ты попросила главу враждебного государства… – начал говорить Тень, но тут же был перебит своей начальницей:
       – Наследника, – поправила она. – И да, я это сделала, потому что до сих пор немного сомневаюсь в графе. Мне нужно быть твёрдо уверенной в том, что ему можно доверять.
       – Но враждебного государства?! Ты представляешь, какие секреты он сможет узнать о Роносголисии и Теконоте?!
       Арабелла представляла. И всё же не видела другого выхода.
       «Да и граф очень спокойно отнёсся к этой новости, – напомнила она себе, – а, значит, точно не возражает против участия Диона в этом деле».
       И тут «маленькая леди» поняла, что, возможно, Теконот с самого начала знал, что она обратится к своему титулованному родственнику.
       «Он не мог не знать, за кого моя сестра вышла замуж», – рассуждала Арабелла.
       А если ещё к этому добавить тот разговор виконта с князем Музыкальным, то тогда можно предположить, что и Теконот слышал об их конторе.
       «Мало берём денег, хорошее раскрытие преступлений, связи…» – перечисляла Арабелла все плюсы их маленькой конторы.
       Минусы – необычные детективы и непонятный другим (или, по крайней мере не всем) метод работы.
       – Возможно, граф на это и рассчитывал с самого начала. Он знал, что я могу обратиться к Диону за помощью.
       С этим утверждением никто не стал спорить. Более того – согласились, что для Теконота это и впрямь был ещё один довод в пользу их конторы. Если не самый главный.
       – В итоге мы возвращаемся к тому же – Теконот не может отследить того, кто убил повара и надеется, что это сделаем мы, – сделал неутешительный вывод Семён.
       Неутешительный, потому что осознание ответственности в этот момент было особенно сильно и давило на плечи детективов. Одно дело – искать просто убийцу, другое – участвовать в государственных делах. Любая их ошибка может поспособствовать целому восстанию населения.
       – Когда приедет Тёмный принц? – спросил Тень, чтобы хоть как-то прогнать это гнетущее чувство ответственности за других.
       – Скоро.
       – «Скоро» это когда?
       – В самое ближайшее время. Всё зависит от того, насколько сильно будет занят Дион.
       – То есть в течение недели?
       – Недели! – услышали детективы смешок от Риагала. – Неделя в таких делах – это слишком долго для Диона. Нам следует его ждать сегодня-завтра.
       Он, Роза и Риагал только что вернулись со своей прогулки.
       – Наверное, нам надо как-то подготовиться к этому торжеству? – неуверенно спросила Кассандра. Ей, как и большинству людей ещё не доводилось встречать монарших особ.
       – Нет, ничего не надо будет делать, – ответила ей Арабелла. – Визит неофициальный, Дион мой родственник. Церемонии будут излишне, только помешают делу.
       – Понятно.
       – Кстати, о нашем деле… – напомнил сыщикам Семён. – Что вы думаете насчёт взятки? Ведь нам её не предлагали, а сдали Теконоту. И сразу появляется вопрос: почему?
       – Да, это не соответствует планам виконта Де-Ираленс и князя Музыкального, – согласилась с ним Кассандра. – Но что могло произойти, что они решили изменить свои планы? Увидели или ещё каким-то образом узнали, что мы были в тот момент в зверинце и подслушали их разговор? Но как они могли это узнать? Или княжна Цветочная нас выдала? Но как она могла их встретить? Или виконт с князем просто передумали, а мы об этом не узнали?
       – Или виконт не до конца доверял графу и решил его таким образом обмануть, – высказал своё предположение Тень.
       – Тогда перед нами новые вопросы. Да и виконт ли участвует в это деле? Может, нас действительно просто с кем-то перепутали или дали взятку не из-за этого дела? – произнесла Арабелла.
       – А как граф Теконот тогда узнал? – это уже задала вопрос Роза.
       – Если он действительно нам доверяет, то навряд ли бы стал следить за нами, – сказал Семён.
       – Или не настолько сильно он нам доверяет. А может, решил, на всякий случай, следить за нами, чтобы быть уверенным в том, что мы от него ничего не утаим, – заметил Тень.
       – Теперь вы точно будете под присмотром, – вставил слово Рахаус. – Зная этого Диона, иначе и быть не может.
       И скороветреник принялся в течение получаса описывать сыщикам и Сэму все перспективы их скорого знакомства с Тёмным принцем. Арабелла и Риагал не перебивали собаку, только обменивались взглядами, когда Рахаус говорил, на их взгляд, совсем уж нереальные вещи, пугая всех присутствующих.
       – Кстати, – прервала в скором времени «маленькая леди» собаку, – что ещё было на собрании князей Цветочных?
       – Ничего особенного, – ответила Роза, – просто обсуждали объявление… Лорд Бизард! Он ведь был среди кандидатов, да?
       – Да, – произнесла Арабелла.
       А ведь лорда Бизарда они не убрали из списка подозреваемых. Новых улик против него, правда, не обнаружилось, но и старые… А они совсем о нём ничего не узнали! О лорде Бизарде никто не сплетничал.
       – Что-то случилось, Роза?
       – Да. Лорд Бизард говорил с мамой, и с другими родственниками. Он сказал, что если наша семья каким-то образом сможет отвести от него подозрения, то мы что-то получим взамен. А что – он не сказал.
       – Только лорда нам ещё не хватало! – с некоторым отчаянием воскликнул Семён.
       Слишком много людей и много подозреваемых (не считая тёмных духов, но в них, кроме Сэма, никто не верил).
       – Зато, мне кажется, это лорд нас подставил, – произнесла Кассандра. – Он мог нас видеть.
       – Но тогда надо предположить, что вся эта ситуация с Цветочными изначально была ловушкой! – заключил Тень.
       – Может, и была. Кроме заявления лорда больше ничего не было?
       – Нет, – уверенно ответила девочка.
       – Значит, ловушка. Теперь осталась только понять для чего. Впрочем, думаю, Дион как раз и поможет нам в этом разобраться.
       В этот момент, словно услышав слова Арабеллы, вся контора осветилась золотистым светом.
       – Дион пытается со мной связаться, – объяснила хозяйка конторы. – Выйдите, пожалуйста, и подождите на улице, пока я с ним разговариваю.
       Все, включая скороветреников, подчинились и вышли на улицу.
       – Надеюсь, Дион не начнёт опять лекции читать, – сказал Рахаус, когда уже все вышли на улицу, тревожно смотря на здание. Он знал, как долго Дион может это делать.
       – Кстати, а каким образом Арабелла может с ним разговаривать? – спросил Семён.
       – Если я не ошибаюсь, это здание – А-фоун-мо, – ответила Кассандра.
       Об а-фоун-мо присутствующие были наслышаны, и мысль, что их контора относится к числу таких редких зданий, вызывала в них трепет.
       – А-фоун-мо? Но их всего четыре, разве нет? – спросил Тень.
       – Мне известно о семи.
       – Почему семь?
       – Четыре – общеизвестны, об ещё двух упоминается в «нью маджикае». Тоже были такими же конторами, как и наша, которая, получается, становится седьмой. Хотя её почему-то там нет. Или она не оформлена, как а-фоун-мо? – задала вопрос Кассандра питомцам Арабеллы.
       – Оформлена, только Дион и Арабелла не захотели, чтобы это стало общеизвестным фактом, – ответил Рахаус.