Девушка отставила стакан на низенький столик, и принялась внимательно его рассматривать.
-Да, Васька всю жизнь драконами бредила. Даже целую сказочную эпопею для младших братьев придумала. Представляешь – целая сказочная серия про драконов. Она еще и комиксы к этой истории рисовала.
Она помолчала немного.
-А я ей не верила. Говорила, что драконы только в сказках и бывают. Ну, и в книжках фэнтезийных. Дура.
Аургертум прокашлялся, прочищая горло.
-Васька? – спросил он хрипло. – Я слышал это имя… Васька – это же девушка, да?
-Была девушка… Василика. У них в семье почти все были Васьками. Имя родовое, в каждом поколении хоть один Васька да появлялся. А у них были Василий, Василика и Артур, Артем и Андрей. Тройняшки.
У Аургертума что-то в голове явственно щелкнуло. Василий. Василика. Тройняшки.
-А отца у них Верниславом зовут? – еще более хрипло спросил он. –А мать Татьяна?
-Д-да… Откуда ты знаешь?
-Встречались, - неохотно ответил Аургертум. – Буквально два дня назад встречались.
И едва успел подхватить оседавшую на пол девушку.
16:57 10.09.2024
А тем временем где-то…
Феллен и в самом деле был, мягко говоря, зол. С чего, почему, по какому поводу, он, честно сказать, и сам плохо понимал. То ли утро не задалось, потому что с левой лапы встал, то ли перья во сне слегка примялись, а он в гости собирался. А может, и вовсе – какое-то непочтительное насекомое за причинное место непочтительно тяпнуло.
-А может, я разозлился –потому что разозлился, - бурчал он, мрачным бесшумным призраком скользя над бурным мутным потоком новоявленной реки. -Имею я право на дурное настроение, или не имею? Бог я, или не Бог?!
Вопрос, конечно, был чисто риторическим, потому что отвечать было некому. В этой части Великой Пустыни даже обычные пустынные жители не водились.
-А ведь когда-то, на Заре Времен, здесь были джунгли, - сообщил он своему мутному отражению. –Деревья в три обхвата росли, папоротники древовидные. Цветочки. Хищные. Эх, как время-то летит. Сначала джунгли, потом болото мировое, потом пустыня… А что дальше?
Чесать затылок крылом было несподручно, но он справился. Призем… то есть, прибарханился, встряхнулся расправляя перья. Оглядел сотворенное хозяйским глазом.
-Перемен требуют наши сердца, - промурлыкал, прикрыв круглые желто-оранжевые глаза, припоминая Василику. Юная драконица на данном этапе готовилась к поступлению в МАКи, заодно муштруя братьев и прочих, под горячую руку подвернувшихся. Во всяком случае, Феллен точно знал, что два весьма не слабых мага у нее на подхвате. Ненаследный эльфийский принц Эмиль ( полное его имя никто, даже он сам, выговаривать не торопился) и придворный маг кронпринца Эридара Ветерок.
Уж как у девчонки это получалось, Феллен не знал, но наблюдал за ними с удовольствием.
-Перемен, мы ждем перемен, - снова замурлыкал он. – Чего-то там было про пульсацию вен… Перемен… ждёте – будут вам перемены.
Он оглядел сотворенное и одобрительно хмыкнул.
-А ничего так, креативненько вышло. Надо по берегам чего-нить добавить, для антуражу. Помнится, где-то в верховьях у меня три ключа было… дам Ваське-брату задание, пусть со своими оторвами в поход прогуляется, пока они мне весь мир не разнесли.
(Как мы помним, у юной драконицы Василики четыре брата. Старший, Василий, степенный и рассудительный, стал правой рукой отца, главы их маленького клана разноцветных драконов, ипостась покуда не обрел, но это дело времени и кое-какой магической составляющей. Младшие - тройняшки Артур, Андрей и Артем, тоже хотели в драконы, но по младости лет, умели только хулиганить и сводить с ума всех, кто под руку подвернется. Боялись одну только Василику. Она с ними не церемонилась).
-Да, - продолжил бормотать сам с собой Феллен. – Пусть пошарятся в верховьях, ключи расчистят. Основную массу песка вода уже унесла, так что ничего сверхсложного. И Ваське будет практика, и пацанам приключение.
Тут он прислушался к чему-то, что обычному существу неподвластно. К каким-то глубинным мировым процессам, к некоему напряжению в недрах планеты.
-А, так вот почему меня на креативчик пробило! – осенило его. – Подземное озеро переполнилось настолько, что требует свободы. Гм, это я как-то мудрено выразился. Значит, если просто – воды накопилось столько, что до катаклизма рукой подать. А потому что заилились точки выхода. Песочком забились. Вот Васька с пацанами и прочистят. Так, надо будет с ними и Ветерка отправить. Для поддержки. Васька пока еще маг от слова «худо», а Ветерок, если что, сдержит напор. Да, Эмиля тоже туда же. А то ему на Дороге уже дел мало, всё, что сумел – изобрел, и заскучал от однообразия. И Василику достал по самое небалуйся. Она, конечно, и сама кого хошь достанет, но Эмиль в меланхолии – это всё…
-Что – всё? –вклинился в его бормотание звонкий девичий голос. – Дедуля Феллен, ау-у! Ты на связи, или как?
Феллен хотел было сказать, что или как, но вовремя вспомнил, что от Василики «иликаком» не отделаешься.
-Ха! Я ж достану! - совсем рядом фыркнула доставала, и на соседний бархан плюхнулась некрупная разноцветная дракошка, подняв при этом небольшую песчаную бурю. Выглядела она при этом возму… восхитительно довольной. Основной тон её шкуры был нейтрально-серый, а вот чешуя в солнечных лучах переливалась разноцветными искорками, от хрустально-прозрачного, до густо-чернильно-черного, будто сбрызнутого золотыми брызгами.
-Чего тебе, егоза? – нарочито мрачно спросил Феллен. –Я тут немножко занят.
-Ага-ага, уже поверила! У нас дядька Аургертум пропал. По твоей вине, между прочим. Что ты тут натворить изволил, дедуля, пока мы к открытию Дороги готовились, и Золотую Шишку полировали?
-И ничего я не творил! – встрепенулся Феллен. –То есть, как это пропал?
-Как-как… как-то. Тетушки Елена и Наталья уже весь Светлый перевернули в поисках. Нет его. И Шишка, между прочим, тоже исчезла. В самый ответственный момент, когда мы её собрали, отполировали, и в сейф спрятать хотели. Как раз в самом начале катаклизма твоего. Она фьюить, и испарилась. Тетушки одна в гневе, вторая в печали, а ей волноваться никак нельзя, потомство нервное уродиться может.
Тут она тоже прислушалась к чему-то.
-О, вот опять! Что-то у нашего с Эмкой «сыначки» творится. По внутренней связи отголоски непонятные долетают. Щекотливые какие-то.
-Ты про Ллеля, что ли? –обрадовался возможности увильнуть от разговора Феллен. – Так давай слетаем. Давно собирался посмотреть, что этот практикант на вверенной территории творит-вытворяет. Куратор я ему, или где?
Драконица окуталась легким туманом, и на песок ступила симпатичная девчонка годов этак восемнадцати. Белая коса, синие глаза, стройная подтянутая фигурка в синем джинсовом комбинезончике и белой блузке с рукавами-фонариками.
-Не уходи от ответа, Боже! – погрозила она пальчиком. – С Ллелем Эмиль пусть разбирается, вместе с Ветерком. Можно еще Да Сенти с ними отправить, для страховки и солидности. Ты лучше сознавайся –куда дядюшку моего любимого подевал?
-А чего это сразу я? – тоже обернулся в человека Феллен. Дурашливо выпятил нижнюю губу сковородником, скроил физиономию пообиженней. И только большие желто-оранжевые глаза весело стреляли крошечными красноватыми молниями -А может, он сам? И вообще, нечего под крыло попадаться, когда я гневаться изволю.
Тут он картинно повел рукой – широкий рукав серо-бурой хламиды взметнулся крылом, и прямо на бархане образовался роскошный ковер, на ковре –низенький столик, сплошь уставленный блюдами с самыми разными фруктами и напитками. В центре стола, раздвинув соседей, появилось овальное блюдо с шампурами, на которых благоухало хорошо прожаренное мясо.
-О, шашлычки! М-м-м, - облизнулась Василика, плюхаясь на ковер по-турецки. Ладно, прогиб зачитан. Но всё равно! А, еще! Ты, когда в следующий раз гневаться соберешься, хоть смс-ку отправь. Ну, как на Земле МЧС делает. Мол, так и так, дорогие подопечные, такого-то числа, с двух до шести у меня по расписанию гнев. Кто не спрятался – я не виноват. Или вообще расписание составь. Со стольки до стольки –гнев, в другое время раздача пряников, потом сбыча мечт, а опосля изволю по гостям ошиваться.
И без перехода:
-А купаться в твоей Хуанхэ можно?
-Можно, - ухмыльнулся Феллен, с удовольствием вгрызаясь в шашлык. – Почему Хуанхэ?
-Ну, я, конечно, великую китайскую реку увидеть не успела на Земле, но читала, что она такая же мутная. Или желтая…
-Пусть будет Хуанхэ, - согласно мотнул головой Феллен. –Купаться можно будет, но не сейчас. Песок не осел покуда. Так что там с Аургертумом?
-Вот бы я еще знала! Да Сенти сказал, что он к тетушке Наталье полетел, что-то порешать с лордом Горианом. Летел напрямую, через Пустыню. А тут ты со своим катаклизмом. И всё. Исчез дядюшка с радаров.
Василика отложила в сторону пустой шампур, и притянула поближе блюдо с виноградом. Отщипнула ягодку, прищурилась разглядывая её на просвет.
-Ты бы, дедуля, поискал его по своим каналам, -серьезно сказала она. –Тетушка Наталья нервничает, а ей сейчас никак нельзя, сам знаешь. Лорд Гориан из-за неё тоже готов всех покусать. Ну, и дальше, цепная реакция. Того и гляди – мировая революция в отдельно взятом Триреме взорвется. Оно тебе надо?
Феллен только головой помотал, даже не пытаясь понять – при каких делах здесь Трирем и мировая революция, если пропал всего один дракон, пусть и глава клана. Он и раньше пропадал, лет тридцать где-то болтался, и ничего.
-Да ничего с вашим драгоценным дядюшкой не случилось. Жениться он полетел, только и всего. На Землю.
Василика сделала круглые глаза и вопросительно изогнула бровь.
-Узнал я! – ответил на ее мимические потуги Феллен, наливая себе холодного свежайшего лимонада из красивого керамического кувшинчика. – Только что и узнал. Бог я, или погулять вышел?! Кстати сказать, знаешь, кто у него истинная пара?
Девчонка фыркнула:
-И кто же?
-Как вы там говорите? Упадешь, когда узнаешь? Вот! Падай!
-С чего бы?
Феллен торжественно поднял вверх левую руку и провозгласил:
-Светка рыжая.
-Че-го-о?
-Подруга твоя. Светка рыжая. Ну, та, которая от Ваньки Питерского сына родила.
Феллен даже слегка собой загордился – не каждый день удается ввести эту юную язвочку в ступор. Обычно ты ей слово, она в тебя пулеметной очередью. И плевать ей на его Божественность. Тут он припомнил, что точно так же ведут себя и все остальные земляне. Нет в них какого-то особого чинопочитания и поклонения по отношению к богам. Уважают, прислушиваются, совета спрашивают, но чтобы вот так, как к истине в последней инстанции –нет.
-Ты что про свой последний день там помнишь? – спросил он, глядя на оторопевшую девчонку.
-Да что там помнить, - встрепенулась она. – Бор, дорога после дождя размытая. БЕЛАЗ на встречке. Удар. Всё.
-Во-от! В том БЕЛАЗе и ехал Ванька Питерский. За Светкой ехал, между прочим. Забрать хотел вместе с ребенком. Жениться планировал, да не вышло.
Уж что там получилось –я в подробности не вдавался, только его того… Похоронили, в общем. Вы-то с отцом не коренные земляне, да и не люди, потому и переехали в Светлый без проблем. А парнишка человек, без всяких инородных примесей. Потому его душа ушла в свой эгрегор.
Василика только глазами похлопала.
-Так, это для меня темный лес, - сказала она. – В религии и эгрегорах я не сильна, надо будет заняться. Что дальше?
-А дальше был суд, - хмуро сказал Феллен. –Родители у парнишки, как вы говорите, крутые, сына похоронили, а внука отсудили у матери. Дескать, что дура деревенская может мальчонке дать, когда у нее ни образования, ни профессии, ни работы. Жилье – и то казенное, комната при школе. А у них все возможности внука вырастить, как положено, образование дать, никакой нужды, никакого ущемления прав ребенка. А со временем и бизнес дедов ему перейдет, потому что других наследников нет.
-Не продолжай, - мрачно буркнула Василика, отставляя в сторону недоеденный виноград. – И что теперь? Ей ребенка не отдали, понятно. А сама Светка?
-Понимаешь, дитенок, - зябко поежился Феллен. –Я, конечно, бог. Но Земля не в моей епархии. Там я распоряжаться не имею права. К тому же, душа мальчонки тоже тому миру принадлежит.
-А если глазки закрыть?
Василика вновь подтащила к себе блюдо с виноградом. И принялась выкладывать из крупных зеленых ягод странный узор. Феллен прекрасно её понимал. Девочка сейчас просчитывала варианты от подкупа до банальной кражи.
-Ты не учитываешь еще один вариант, - намекнул он. – Как Аургертум отнесется к ребенку своей истинной. К его наличию.
-Я в него верю, - хмыкнула Василика. – Аургертум мировой дядька, хоть и дракон. Эх, жаль, мне нельзя на Землю! Я б там шороху навела! А Светка-то что? Она-то куда относится? К какой епархии? Человек? Или тоже яка пакость из другого мира.
Феллен засмеялся. «Яка пакость» в данный момент сидела рядом с ним на песке и мечтала о шорохах в другом мире.
-В твоей Светке всего понемногу напихано, -сказал он, отсмеявшись. –Она может жить где угодно. Правда, никакой иной ипостаси у нее не будет, маловат процент, но ты ж помнишь, что ведьмы все поголовно рыжие?
Василика вытаращила на него свои невозможно синие глазищи.
-Это что, Светка? Моя Светка ведьма? Самая настоящая ведьма? Вот это пердимондокль! Да она ж и комара не обидит! И таракана с поклонами из дома веником наладит! А как же с драконом-то? Драконы и ведьмы совместимы? Да?
-Совместимы, дитенок, уймись, - улыбнулся Феллен. –Будут у них мальчики-дракончики и дочки-ведьмочки. Если дядюшка твой не прощелкает, и повернет всё на свой лад. Ты как, червячка заморила?
-Фу, дедуля! – капризно сморщила носик Василика – И не жалко тебе бедного червячка? Он полезный же! Так что я его не морила, а закормила. И что?
-А то, - взмахом широкого рукава отправляя в небытие и ковер, и стол с остатками пиршества, - сказал Феллен. – Тетушкам я пакет инфы отправил, успокоил обеих. Васька-брат и тройняшки вместе с Ветерком, Эмилем и Да Сенти отправляются в верховья Хуанхэ, на разведку. И не спорь, они там нужнее. А мы с тобой летим к твоей «ссабаке страшной». Будем ему орден Сутулого вручать, с закруткой на спине. Чую, наворотил этот недоучка дел в своем мире. Успеть бы разгрести.
Василика вновь обернулась в дракона и пригляделась к водному потоку, всё так же бурлящему в свежепроложенном русле.
-Значит, эта водная артерия остается на карте мира, - подытожила она беседу. – Забавненько.
-Остается, остается, -отмахнулся Феллен. –Дорога-то уже всё, готова. Надо же чем-то ваши буйные головушки, да ручки шаловливые занять, чтоб не бузили без причины. Пусть перемешивают и делят.
-Ага! Перемешивать и делить я люблю. Реки, опять же… Будем их вспять поворачивать. Пустыни оживлять, выращивать че-нить… Надо на карте посмотреть – много у тебя пустынь? Разгуляться будет –где?
-Будет, будет! – хмыкнул громадный серо-буро-полосатый Филин, первым взмывая в небо. – Вот Ллелю хвоста накрутим, а то, чую, не по циркулю он там жизнь наладил. Сдается мне – не у него ли одна симпатичная мадама, которую я для… хм, это пока еще не точно…
-Какая мадама? – тут же привязалась вредная девчонка, мигом учуяв недосказанность.
-Какая-какая… Люба Евгеньевна – вот какая, - пробурчал Феллен, разом сдавая почти все позиции.
-Да, Васька всю жизнь драконами бредила. Даже целую сказочную эпопею для младших братьев придумала. Представляешь – целая сказочная серия про драконов. Она еще и комиксы к этой истории рисовала.
Она помолчала немного.
-А я ей не верила. Говорила, что драконы только в сказках и бывают. Ну, и в книжках фэнтезийных. Дура.
Аургертум прокашлялся, прочищая горло.
-Васька? – спросил он хрипло. – Я слышал это имя… Васька – это же девушка, да?
-Была девушка… Василика. У них в семье почти все были Васьками. Имя родовое, в каждом поколении хоть один Васька да появлялся. А у них были Василий, Василика и Артур, Артем и Андрей. Тройняшки.
У Аургертума что-то в голове явственно щелкнуло. Василий. Василика. Тройняшки.
-А отца у них Верниславом зовут? – еще более хрипло спросил он. –А мать Татьяна?
-Д-да… Откуда ты знаешь?
-Встречались, - неохотно ответил Аургертум. – Буквально два дня назад встречались.
И едва успел подхватить оседавшую на пол девушку.
16:57 10.09.2024
А тем временем где-то…
Феллен и в самом деле был, мягко говоря, зол. С чего, почему, по какому поводу, он, честно сказать, и сам плохо понимал. То ли утро не задалось, потому что с левой лапы встал, то ли перья во сне слегка примялись, а он в гости собирался. А может, и вовсе – какое-то непочтительное насекомое за причинное место непочтительно тяпнуло.
-А может, я разозлился –потому что разозлился, - бурчал он, мрачным бесшумным призраком скользя над бурным мутным потоком новоявленной реки. -Имею я право на дурное настроение, или не имею? Бог я, или не Бог?!
Вопрос, конечно, был чисто риторическим, потому что отвечать было некому. В этой части Великой Пустыни даже обычные пустынные жители не водились.
-А ведь когда-то, на Заре Времен, здесь были джунгли, - сообщил он своему мутному отражению. –Деревья в три обхвата росли, папоротники древовидные. Цветочки. Хищные. Эх, как время-то летит. Сначала джунгли, потом болото мировое, потом пустыня… А что дальше?
Чесать затылок крылом было несподручно, но он справился. Призем… то есть, прибарханился, встряхнулся расправляя перья. Оглядел сотворенное хозяйским глазом.
-Перемен требуют наши сердца, - промурлыкал, прикрыв круглые желто-оранжевые глаза, припоминая Василику. Юная драконица на данном этапе готовилась к поступлению в МАКи, заодно муштруя братьев и прочих, под горячую руку подвернувшихся. Во всяком случае, Феллен точно знал, что два весьма не слабых мага у нее на подхвате. Ненаследный эльфийский принц Эмиль ( полное его имя никто, даже он сам, выговаривать не торопился) и придворный маг кронпринца Эридара Ветерок.
Уж как у девчонки это получалось, Феллен не знал, но наблюдал за ними с удовольствием.
-Перемен, мы ждем перемен, - снова замурлыкал он. – Чего-то там было про пульсацию вен… Перемен… ждёте – будут вам перемены.
Он оглядел сотворенное и одобрительно хмыкнул.
-А ничего так, креативненько вышло. Надо по берегам чего-нить добавить, для антуражу. Помнится, где-то в верховьях у меня три ключа было… дам Ваське-брату задание, пусть со своими оторвами в поход прогуляется, пока они мне весь мир не разнесли.
(Как мы помним, у юной драконицы Василики четыре брата. Старший, Василий, степенный и рассудительный, стал правой рукой отца, главы их маленького клана разноцветных драконов, ипостась покуда не обрел, но это дело времени и кое-какой магической составляющей. Младшие - тройняшки Артур, Андрей и Артем, тоже хотели в драконы, но по младости лет, умели только хулиганить и сводить с ума всех, кто под руку подвернется. Боялись одну только Василику. Она с ними не церемонилась).
-Да, - продолжил бормотать сам с собой Феллен. – Пусть пошарятся в верховьях, ключи расчистят. Основную массу песка вода уже унесла, так что ничего сверхсложного. И Ваське будет практика, и пацанам приключение.
Тут он прислушался к чему-то, что обычному существу неподвластно. К каким-то глубинным мировым процессам, к некоему напряжению в недрах планеты.
-А, так вот почему меня на креативчик пробило! – осенило его. – Подземное озеро переполнилось настолько, что требует свободы. Гм, это я как-то мудрено выразился. Значит, если просто – воды накопилось столько, что до катаклизма рукой подать. А потому что заилились точки выхода. Песочком забились. Вот Васька с пацанами и прочистят. Так, надо будет с ними и Ветерка отправить. Для поддержки. Васька пока еще маг от слова «худо», а Ветерок, если что, сдержит напор. Да, Эмиля тоже туда же. А то ему на Дороге уже дел мало, всё, что сумел – изобрел, и заскучал от однообразия. И Василику достал по самое небалуйся. Она, конечно, и сама кого хошь достанет, но Эмиль в меланхолии – это всё…
-Что – всё? –вклинился в его бормотание звонкий девичий голос. – Дедуля Феллен, ау-у! Ты на связи, или как?
Феллен хотел было сказать, что или как, но вовремя вспомнил, что от Василики «иликаком» не отделаешься.
-Ха! Я ж достану! - совсем рядом фыркнула доставала, и на соседний бархан плюхнулась некрупная разноцветная дракошка, подняв при этом небольшую песчаную бурю. Выглядела она при этом возму… восхитительно довольной. Основной тон её шкуры был нейтрально-серый, а вот чешуя в солнечных лучах переливалась разноцветными искорками, от хрустально-прозрачного, до густо-чернильно-черного, будто сбрызнутого золотыми брызгами.
-Чего тебе, егоза? – нарочито мрачно спросил Феллен. –Я тут немножко занят.
-Ага-ага, уже поверила! У нас дядька Аургертум пропал. По твоей вине, между прочим. Что ты тут натворить изволил, дедуля, пока мы к открытию Дороги готовились, и Золотую Шишку полировали?
-И ничего я не творил! – встрепенулся Феллен. –То есть, как это пропал?
-Как-как… как-то. Тетушки Елена и Наталья уже весь Светлый перевернули в поисках. Нет его. И Шишка, между прочим, тоже исчезла. В самый ответственный момент, когда мы её собрали, отполировали, и в сейф спрятать хотели. Как раз в самом начале катаклизма твоего. Она фьюить, и испарилась. Тетушки одна в гневе, вторая в печали, а ей волноваться никак нельзя, потомство нервное уродиться может.
Тут она тоже прислушалась к чему-то.
-О, вот опять! Что-то у нашего с Эмкой «сыначки» творится. По внутренней связи отголоски непонятные долетают. Щекотливые какие-то.
-Ты про Ллеля, что ли? –обрадовался возможности увильнуть от разговора Феллен. – Так давай слетаем. Давно собирался посмотреть, что этот практикант на вверенной территории творит-вытворяет. Куратор я ему, или где?
Драконица окуталась легким туманом, и на песок ступила симпатичная девчонка годов этак восемнадцати. Белая коса, синие глаза, стройная подтянутая фигурка в синем джинсовом комбинезончике и белой блузке с рукавами-фонариками.
-Не уходи от ответа, Боже! – погрозила она пальчиком. – С Ллелем Эмиль пусть разбирается, вместе с Ветерком. Можно еще Да Сенти с ними отправить, для страховки и солидности. Ты лучше сознавайся –куда дядюшку моего любимого подевал?
-А чего это сразу я? – тоже обернулся в человека Феллен. Дурашливо выпятил нижнюю губу сковородником, скроил физиономию пообиженней. И только большие желто-оранжевые глаза весело стреляли крошечными красноватыми молниями -А может, он сам? И вообще, нечего под крыло попадаться, когда я гневаться изволю.
Тут он картинно повел рукой – широкий рукав серо-бурой хламиды взметнулся крылом, и прямо на бархане образовался роскошный ковер, на ковре –низенький столик, сплошь уставленный блюдами с самыми разными фруктами и напитками. В центре стола, раздвинув соседей, появилось овальное блюдо с шампурами, на которых благоухало хорошо прожаренное мясо.
-О, шашлычки! М-м-м, - облизнулась Василика, плюхаясь на ковер по-турецки. Ладно, прогиб зачитан. Но всё равно! А, еще! Ты, когда в следующий раз гневаться соберешься, хоть смс-ку отправь. Ну, как на Земле МЧС делает. Мол, так и так, дорогие подопечные, такого-то числа, с двух до шести у меня по расписанию гнев. Кто не спрятался – я не виноват. Или вообще расписание составь. Со стольки до стольки –гнев, в другое время раздача пряников, потом сбыча мечт, а опосля изволю по гостям ошиваться.
И без перехода:
-А купаться в твоей Хуанхэ можно?
-Можно, - ухмыльнулся Феллен, с удовольствием вгрызаясь в шашлык. – Почему Хуанхэ?
-Ну, я, конечно, великую китайскую реку увидеть не успела на Земле, но читала, что она такая же мутная. Или желтая…
-Пусть будет Хуанхэ, - согласно мотнул головой Феллен. –Купаться можно будет, но не сейчас. Песок не осел покуда. Так что там с Аургертумом?
-Вот бы я еще знала! Да Сенти сказал, что он к тетушке Наталье полетел, что-то порешать с лордом Горианом. Летел напрямую, через Пустыню. А тут ты со своим катаклизмом. И всё. Исчез дядюшка с радаров.
Василика отложила в сторону пустой шампур, и притянула поближе блюдо с виноградом. Отщипнула ягодку, прищурилась разглядывая её на просвет.
-Ты бы, дедуля, поискал его по своим каналам, -серьезно сказала она. –Тетушка Наталья нервничает, а ей сейчас никак нельзя, сам знаешь. Лорд Гориан из-за неё тоже готов всех покусать. Ну, и дальше, цепная реакция. Того и гляди – мировая революция в отдельно взятом Триреме взорвется. Оно тебе надо?
Феллен только головой помотал, даже не пытаясь понять – при каких делах здесь Трирем и мировая революция, если пропал всего один дракон, пусть и глава клана. Он и раньше пропадал, лет тридцать где-то болтался, и ничего.
-Да ничего с вашим драгоценным дядюшкой не случилось. Жениться он полетел, только и всего. На Землю.
Василика сделала круглые глаза и вопросительно изогнула бровь.
-Узнал я! – ответил на ее мимические потуги Феллен, наливая себе холодного свежайшего лимонада из красивого керамического кувшинчика. – Только что и узнал. Бог я, или погулять вышел?! Кстати сказать, знаешь, кто у него истинная пара?
Девчонка фыркнула:
-И кто же?
-Как вы там говорите? Упадешь, когда узнаешь? Вот! Падай!
-С чего бы?
Феллен торжественно поднял вверх левую руку и провозгласил:
-Светка рыжая.
-Че-го-о?
-Подруга твоя. Светка рыжая. Ну, та, которая от Ваньки Питерского сына родила.
Феллен даже слегка собой загордился – не каждый день удается ввести эту юную язвочку в ступор. Обычно ты ей слово, она в тебя пулеметной очередью. И плевать ей на его Божественность. Тут он припомнил, что точно так же ведут себя и все остальные земляне. Нет в них какого-то особого чинопочитания и поклонения по отношению к богам. Уважают, прислушиваются, совета спрашивают, но чтобы вот так, как к истине в последней инстанции –нет.
-Ты что про свой последний день там помнишь? – спросил он, глядя на оторопевшую девчонку.
-Да что там помнить, - встрепенулась она. – Бор, дорога после дождя размытая. БЕЛАЗ на встречке. Удар. Всё.
-Во-от! В том БЕЛАЗе и ехал Ванька Питерский. За Светкой ехал, между прочим. Забрать хотел вместе с ребенком. Жениться планировал, да не вышло.
Уж что там получилось –я в подробности не вдавался, только его того… Похоронили, в общем. Вы-то с отцом не коренные земляне, да и не люди, потому и переехали в Светлый без проблем. А парнишка человек, без всяких инородных примесей. Потому его душа ушла в свой эгрегор.
Василика только глазами похлопала.
-Так, это для меня темный лес, - сказала она. – В религии и эгрегорах я не сильна, надо будет заняться. Что дальше?
-А дальше был суд, - хмуро сказал Феллен. –Родители у парнишки, как вы говорите, крутые, сына похоронили, а внука отсудили у матери. Дескать, что дура деревенская может мальчонке дать, когда у нее ни образования, ни профессии, ни работы. Жилье – и то казенное, комната при школе. А у них все возможности внука вырастить, как положено, образование дать, никакой нужды, никакого ущемления прав ребенка. А со временем и бизнес дедов ему перейдет, потому что других наследников нет.
-Не продолжай, - мрачно буркнула Василика, отставляя в сторону недоеденный виноград. – И что теперь? Ей ребенка не отдали, понятно. А сама Светка?
-Понимаешь, дитенок, - зябко поежился Феллен. –Я, конечно, бог. Но Земля не в моей епархии. Там я распоряжаться не имею права. К тому же, душа мальчонки тоже тому миру принадлежит.
-А если глазки закрыть?
Василика вновь подтащила к себе блюдо с виноградом. И принялась выкладывать из крупных зеленых ягод странный узор. Феллен прекрасно её понимал. Девочка сейчас просчитывала варианты от подкупа до банальной кражи.
-Ты не учитываешь еще один вариант, - намекнул он. – Как Аургертум отнесется к ребенку своей истинной. К его наличию.
-Я в него верю, - хмыкнула Василика. – Аургертум мировой дядька, хоть и дракон. Эх, жаль, мне нельзя на Землю! Я б там шороху навела! А Светка-то что? Она-то куда относится? К какой епархии? Человек? Или тоже яка пакость из другого мира.
Феллен засмеялся. «Яка пакость» в данный момент сидела рядом с ним на песке и мечтала о шорохах в другом мире.
-В твоей Светке всего понемногу напихано, -сказал он, отсмеявшись. –Она может жить где угодно. Правда, никакой иной ипостаси у нее не будет, маловат процент, но ты ж помнишь, что ведьмы все поголовно рыжие?
Василика вытаращила на него свои невозможно синие глазищи.
-Это что, Светка? Моя Светка ведьма? Самая настоящая ведьма? Вот это пердимондокль! Да она ж и комара не обидит! И таракана с поклонами из дома веником наладит! А как же с драконом-то? Драконы и ведьмы совместимы? Да?
-Совместимы, дитенок, уймись, - улыбнулся Феллен. –Будут у них мальчики-дракончики и дочки-ведьмочки. Если дядюшка твой не прощелкает, и повернет всё на свой лад. Ты как, червячка заморила?
-Фу, дедуля! – капризно сморщила носик Василика – И не жалко тебе бедного червячка? Он полезный же! Так что я его не морила, а закормила. И что?
-А то, - взмахом широкого рукава отправляя в небытие и ковер, и стол с остатками пиршества, - сказал Феллен. – Тетушкам я пакет инфы отправил, успокоил обеих. Васька-брат и тройняшки вместе с Ветерком, Эмилем и Да Сенти отправляются в верховья Хуанхэ, на разведку. И не спорь, они там нужнее. А мы с тобой летим к твоей «ссабаке страшной». Будем ему орден Сутулого вручать, с закруткой на спине. Чую, наворотил этот недоучка дел в своем мире. Успеть бы разгрести.
Василика вновь обернулась в дракона и пригляделась к водному потоку, всё так же бурлящему в свежепроложенном русле.
-Значит, эта водная артерия остается на карте мира, - подытожила она беседу. – Забавненько.
-Остается, остается, -отмахнулся Феллен. –Дорога-то уже всё, готова. Надо же чем-то ваши буйные головушки, да ручки шаловливые занять, чтоб не бузили без причины. Пусть перемешивают и делят.
-Ага! Перемешивать и делить я люблю. Реки, опять же… Будем их вспять поворачивать. Пустыни оживлять, выращивать че-нить… Надо на карте посмотреть – много у тебя пустынь? Разгуляться будет –где?
-Будет, будет! – хмыкнул громадный серо-буро-полосатый Филин, первым взмывая в небо. – Вот Ллелю хвоста накрутим, а то, чую, не по циркулю он там жизнь наладил. Сдается мне – не у него ли одна симпатичная мадама, которую я для… хм, это пока еще не точно…
-Какая мадама? – тут же привязалась вредная девчонка, мигом учуяв недосказанность.
-Какая-какая… Люба Евгеньевна – вот какая, - пробурчал Феллен, разом сдавая почти все позиции.
