Ниеса же предпочла другой путь. Вряд ли надо объяснять, что она выбрала самый жестокий вид мести: уничтожать детей. И остановить её может только одно существо. Вопрос в том - как докричаться до Праматери?!
-Альб, а вы как-то обращаетесь к Праматери? - спросила я, выводя приятеля из ступора. Альбион потер лицо, перевел взгляд на свиток, снова посмотрел на меня.
-А как ты читать научилась? - неожиданный вопрос, надо сказать. Своевременный, главное.
-За те месяцы, что мы проторчали в твоем доме, читать научилась даже Малика, - отмахнулась я. - Ты не отвлекайся. Есть у вас какие - нибудь молитвы, воззвания, жертвоприношения... Танцы с бубном, в конце концов?
-Может, мы просто все расскажем Асиену и прадеду? - осторожно сказал Альб, ожесточенно разглаживая свиток ладонью. Я только пожала плечами.
-То, что за такое количество времени они не сумели разгадать причин, их не красит. Дед твой...
Я не стала говорить Альбу, что за столько веков можно было решить проблему. Или запихнуть свое горе на самое дно самого глубокого океана, и заняться вплотную делами клана. Или передал бы полномочия, и удалился. Не знаю - куда там удаляются бывшие Хранители. А вместо этого он... А! Мужики - они такие мужики... Асиен... Тоже, дитятко великовозрастное. Привык, что все проблемы решает Герхард. И не испытывает никакого желания взрослеть. Я ему уже все по полочкам разложила. Истоки проблемы, причины, пути решения. А он мне задал только один вопрос: как скоро он погибнет. А всего - то и надо, что поискать силу, схожую со своей. Они же близнецы. Уж если у близких родственников ауры схожи, то близнецы и вовсе должны быть идентичны. Никто не возражает: разные условия жизни накладывают различия. Но не настолько, чтобы родню не признать.
-Так что - есть какая-то возможность докричаться до этой кукушки? - повторила я вопрос. Альб вскинулся, зло сверкнув на меня глазами. Не нравится? А я не виновата, что их Праматерь - настоящая кукушка.
-Не говори так о ней! - рыкнул он. Я пожала плечами.
-А как прикажешь называть существо, которое подбрасывает свои яйца в чужие гнезда, и летит дальше? Опять влюбляется, яичко сносит, подкидывает Хранителям, и снова среди звезд плавает, жизни радуется? В нашем мире таких мамаш так и называют: кукушки. Я перелистала уйму ваших летописей, но ни в одном свитке не нашла даже намека на интерес матушки к своему дитятку.
-И все равно: не называй её так! В конце концов, нам не дано знать мысли сверхсущества! Что ты можешь знать о нашей Пресветлой матери! Ты - чужачка!
-А какого х... овоща огородного ваш Мир вытащил меня сюда? Мне и без ваших проблем прекрасно жилось.
Я раздраженно махнула рукой, обрывая нить заклинания. Все же, недаром просидела столько времени в подгорной библиотеке. Нашла учебники по магии, почитала. Поняла, что колдовать по - настоящему не смогу, но кое - что на вооружение все же взяла. Нет, я не злилась. Судя по всему, я в принципе не умею злиться. Да и с чего бы... Ну, не желают здешние жители принимать за правду нелицеприятную точку зрения. Так ради Бога! Верните меня туда, откуда взяли, и развлекайтесь. У них, по моим прикидкам, еще пара миллионов лет в запасе есть. Особенно теперь, когда они знают причины, и осведомлены о последствиях. В конце концов - кому это нужно? Им. Вот и пусть возьмут голову в руки...
-Кит! - позвала негромко. Домовенок тут же уселся мне на плечо, вцепившись ручками в мой воротник. - Кит, айда к нашим друзьям! Как ты думаешь - Вернигор с дедушкой будут нам рады?
О БЕЛОМ ДРАКОНЕ - ЧАСТЬ ВТОРАЯ.
Альбион
-Куда же ты пропала, маленькая женщина с глазами, в которых плещется море?!
Белый дракон свернулся клубком на прогретой солнцем площадке в самом сердце горной страны. Вот уже почти полгода минуло с тех пор, как Алья, забрав с собой только домовенка, ушла сквозь стену. Сначала мы думали, что Алья в библиотеке. Асиен сходил туда. И не нашел. Вернулся растерянный. Герхард долго что - то высказывал ему на каком - то странном языке. Я не вслушивался. Пусть их!
Потом Герхард все же вплотную занялся Советом.Ох, и летели клочки по закоулочкам! Мне тоже пришлось участие принять. Асиен, ориентируясь на какие - то свои маячки, разгромил несколько тайных алхимических лабораторий. Червень долго сокрушался, что ему не дали сунуть туда нос. Пришлось объяснить популярно - куда привели бы эти опыты. Попутно мы вытащили из тайного убежища Асиена принцессу Натаниэль. Разыграли целую мелодраму про прекрасную принцессу и доблестного рыцаря. Рыцарем стал принц Алберто. Я был злым драконом. Состоялся бой. Ну-у... как там Алья говорила? - Постановочный. Асиен был у нас ответственным за спецэффекты. А что - красиво получилось: на фоне белой скалы метались тени бьющихся на смерть дракона и рыцаря. Червень из - за громадного валуна пускал разноцветные молнии, я - изрыгал клубы пламени. Алберто орал что-то победительное и устрашающее... Потом Асиен проецировал на скалу тень убитого дракона, пока я разрисовывал принца сажей и грязью из горной речушки. Когда он, немного прихрамывая, вышел ко входу в пещерку, принцесса вылетела оттуда со слезами и криками "О, мой герой". Свадьбу сыграли через две недели. Так что с этой стороны все проблемы пока разрешены.
Мои новоиспеченные соклановцы вовсю обустраивают Саеркин. Дед с Асиеном что - то там поколдовали, сделав замок совершенно неприступным. А потом они провели еще какой - то обряд, после которого все ребятишки обрели вторую ипостась. Белых драконов. А я у них вроде как главный. Обращаться они пока не могут, но это дело недалекого будущего. Дед с ними усиленно занимается.
Шакерашш пришел в себя. Но еще настолько слаб, что с ним приходится нянчиться. Беляна от него не отходит, да и брат со своей сиделки глаз не сводит. Он и в самом деле не помнит ничего, что с ним происходило в последние несколько лет.
Вот вроде бы и все, что случилось. И вроде бы все спокойно, но у меня болит то, что никогда раньше даже не ощущалось. Душа. Потому, что я так и не нашел - куда ушла Алья. Духи гор тоже не отзывались. Даже Асиен не мог до них докричаться. Я же выпросил у Мира пропуск в тайную библиотеку, и теперь методично перебирал летописи, пытаясь найти хоть какие - то зацепки. Почему - то мне казалось, что Алья все еще здесь. Что не могла она уйти в свой мир, не поговорив со мной. Она же не может не понимать, что нужна мне!
Аля.
Все же, магия - вещь приятная. А особенно магия Духов. Хотя я не воспринимала ни Вернигора, ни его деда как эфемерную субстанцию. Для меня они были более чем реальны. В тот вечер, когда ящерка проводник привела нас с Никитой в потаенное место, Вернигор с полчаса сигал горным барашком, вереща и попискивая. Отчего в небольшом ущелье случился незапланированный обвал. Хорошо, что там даже трава не росла. Дед отвесил внуку подзатыльник, после чего степенно мне поклонился.
- Здрава будь, Альюшка! - сказал он, старательно вытирая руки о штанины. После чего обнял меня и расцеловал троекратно.
-Наслышан, наслышан о событиях, - продолжил он. - Ты к нам в гости? Али за делом каким?
Я пожала плечами.
-Да и не знаю пока! А вы как - примете на постой одинокую старушку? Со мной еще домовенок мой. Все остальные делами заняты, в гости напрашиваться не будут, да и я к ним возвращаться пока не планирую. Если б вы разрешили мне с камнями поближе пообщаться! Очень уж хочется...
-А чего ж! Можно и на постой принять! - подозрительно радостно ответил Дед. - И с каменьями отчего ж не общаться! Ты красоту камня понимаешь. Опять же Вернигор мне все уши прожужжал - какая ты добрая и хозяйственная.
Я лишь ухмыльнулась, приобнимая мальчишку за узкие плечики. Что ж, похозяйничаю. К взаимной выгоде.
А потом Никита и Вернигор кинулись наперегонки мой быт обустраивать. Горным духам обычно не требуется ни очага, ни кровати. Да и питаются они не телесной пищей. Но ведь гостья к ним приперлась из плоти и крови. А покушать, подозреваю, я всегда любила... Короче, мальчишки вежливо выставили нас с Дедом из той щели, где мы встретились, на закатное солнышко. А сами остались, о чем - то яростно споря. На солнышке мы проторчали недолго: был только первый день первого весеннего месяца. Дед пощурился на хмарное небо, прикинул что - то, взял меня за руку. И мы тут же оказались в подгорной мастерской. По - иному и не скажешь.
-Дедушка, а у вас тут Малахитница не проживает часом? - спросила я, когда первый восторг схлынул. - Я про такую красоту только в сказах читала! Это же настоящий каменный сад!
-Малахитница - то? Нет, Альюшка, не проживает, - печально ответил Дед. - А сад - это сынка моего работа. Только пропал он. Триста лет уж ни слуху, ни духу. Всей и памяти: сад, да Вернигор. - Мы ведь духи... У нас не как у людей род продолжается... Вот только из всех моих сыновей ни одного не осталось...
-Дед... Слушай, как мне тебя называть, горного сада хозяин?
Вот не умею я утешать! Тем более - не человека. И подозреваю, что мне снова придется заняться изысканиями.
-Да так и зови! Так и зови - Дед. Мне нравится!
На том и порешили. И еще долго я бродила между каменными цветами. Я плохо знаю названия драгоценных и полудрагоценных камней. Да и различаю не лучше. Разве что малахит от изумруда отличу, да еще мрамор от гранита. Все остальное для меня темный лес. Но любоваться тончайшей работой Мастера мне это не мешало. Дед тихонько присел в уголке с какой - то поделкой, а я все бродила и бродила между рубиновыми розами, гладила тончайшие сапфировые лепестки васильков, любовалась радужными гранями неизвестных мне цветов из горного хрусталя... Под ногами переливался всеми оттенками зелени пол, выложенный малахитом. И так манил, что в конце концов я сняла сапоги, чтобы ощутить тепло камня босыми ногами. А потом я забрела куда - то в самый отдаленный уголок сада. И остановилась в удивлении: на возвышении из темно - серого гранита будто пробивался крошечный зеленый росток с зародышем бутона на макушке. И я бы поверила, что он расцветет, если б не толстый слой пыли и грязи...
-Значит, не сбылось, - подумала я. - А жаль... Похоже, должен был вырасти совершенно необычный цветок...
Не знаю, сколько времени я простояла над ростком, не зная - можно ли мне хотя бы очистить росток от наслоений грязи. Все же моя жизнь научила меня некоторым правилам. Вдруг я нарушу равновесие? Причиню этим боль моим друзьям? В конце концов, кто мешает мне задать вопрос Деду?!
- Это последний цветок, который пытался вырастить мой сын, - качнул головой Дед. - Но потом он пропал, а росток остался. И я совсем не чувствую в нем жизнь... Ты можешь делать с ним все, что захочешь... И я даю тебе разрешение делать в саду все, что пожелаешь. Условие одно: не портить.
Я лишь кивнула, соглашаясь.
А потом мы вернулись в ту расщелину. М-да! Назвать расщелиной ЭТО было сложно! Мальчишки постарались от души. Настоящая горница встретила нас широкими окнами, между которыми стоял большой стол в окружении стульев. Вдоль стен выстроились шкафы и шкафчики с разнообразной посудой. У противоположной стены сияла белизной настоящая русская печь с плитой для готовки. И такие ароматы плыли по горнице, что мой животик жалобно забурчал. Никита уже стоял у плиты с поварешкой наперевес, Вернигор крутился у стола, расставляя и раскладывая чашки - ложки. Все же хорошо, что я встретила здесь домовенка!
Вот так и потекла наша жизнь дальше... Вернигор и Никита вились вокруг меня. Дед степенно и обстоятельно знакомил с каменными сокровищами. Учил. А еще с интересом наблюдал, как я пестую сад... И было мне страшно интересно! Потому, что именно в этом подгорном саду я поняла - у камня тоже есть Душа. Каменные розы и васильки после тщательной помывки мыльной водой засияли еще ярче. Даже тот росток отмылся, и оказалось, что он создан из удивительно красивого камня. Темный у основания, выше он светлел, становясь почти прозрачным. А вот бутон... Бутон так и оставался в зачаточном состоянии.
-"Наверное, только автор способен оживить свое произведение", - думала я. Но навещать его не переставала. Почему - то мне все время хотелось его гладить, ласкать, ощущая легкий холодок, идущий от крохотных листочков. Мне казалось, что еще немного - и я уловлю тайное слово... Увы! Не ювелир я, однако!
Об оставленных в Саеркине я вспоминала редко. Уж не знаю, почему. Будто в моем мозгу кто - то решительно затворил дверцу, оставив лишь крошечную щелку. В конце концов, должны же они как-то справиться со своими проблемами! Я ведь даже не маг! Все, что смогла - сделала. И вообще: если не хочешь тащить на своем хребту кучу нахлебников, не давай рыбу! Покажи - как сделать удочку. Это я по своей прошлой жизни знала. Не помнила. Просто знала. А еще хотелось узнать, как рождаются духи. Но спрашивать было... -м-м-м... Стыдно, что ли... Ну, в самом деле! Это же не породистые кони! Мало ли - какие у них тайны. В конце концов, запрета на работу в библиотеке не поступало. Вот мы с мальчишками время от времени туда заглядывали. А еще я хотела вернуться домой... При всех благах, которыми окружили меня Дед, Вернигор и Никита, я хотела домой... В горы пришла весна, и от этого мне становилось грустно... Потому, что дома тоже должна была наступить весна.
-Алья, а пошли в дальнюю галерею! - налетели на меня мальчишки. Вернигор и Никита никак не желали сидеть в подземном царстве, когда на земле стало тепло. Они целыми днями носились по горам, устраивая себе веселье, а нам с Дедом сердечные приступы.
Я оторвалась от древнего свитка и посмотрела на загорелые мордашки.
-И что у нас на дальней галерее?
Идти мне никуда не хотелось. А хотелось найти ключ к шифровке... На листе тонко выделанной кожи тончайшими золотыми нитями была изображена Плывущая Среди звезд. Во всяком случае, именно это я смогла разобрать, пока изучала свиток. Невыразимо, невозможно, нереально прекрасное существо раскинулось среди золотых искр. И я никак не могла понять: кто же оно. Дракон? Человек? Царевна - Лебедь? А внизу свитка красовалась странная надпись. И вот её я не могла прочитать. Это как с руководством по эксплуатации стиральной машины на казахском языке: вроде бы и буквы все знакомые, и слова читаются, но понять, что именно там написано, невозможно.
-А там как раз цветы просыпаются! - выпалил Никита. - Пойдем, Хозяюшка! Так охота посмотреть! Когда еще доведется!
Я вздохнула. Убрала свиток в шкафчик, переоделась, и мы отправились в дальнюю галерею. Она вилась по склонам гор этаким крытым коридором, то спускаясь к земле, то взвиваясь к вершинам. Вернигор вел нас самым удобным и коротким маршрутом, торопясь в долину. Рань была несусветная, когда мы спустились по каменным ступеням на луг. Мальчишки каким - то образом изменили для меня ход времени, и я увидела...
Медленно - медленно, будто нехотя, дрогнули и приоткрылись чашелистики, выпуская из - под зеленого одеяльца белые, бело - розовые, нежно - голубые, карминно - красные лепестки. Вот они вздрогнули, распускаясь.
-Альб, а вы как-то обращаетесь к Праматери? - спросила я, выводя приятеля из ступора. Альбион потер лицо, перевел взгляд на свиток, снова посмотрел на меня.
-А как ты читать научилась? - неожиданный вопрос, надо сказать. Своевременный, главное.
-За те месяцы, что мы проторчали в твоем доме, читать научилась даже Малика, - отмахнулась я. - Ты не отвлекайся. Есть у вас какие - нибудь молитвы, воззвания, жертвоприношения... Танцы с бубном, в конце концов?
-Может, мы просто все расскажем Асиену и прадеду? - осторожно сказал Альб, ожесточенно разглаживая свиток ладонью. Я только пожала плечами.
-То, что за такое количество времени они не сумели разгадать причин, их не красит. Дед твой...
Я не стала говорить Альбу, что за столько веков можно было решить проблему. Или запихнуть свое горе на самое дно самого глубокого океана, и заняться вплотную делами клана. Или передал бы полномочия, и удалился. Не знаю - куда там удаляются бывшие Хранители. А вместо этого он... А! Мужики - они такие мужики... Асиен... Тоже, дитятко великовозрастное. Привык, что все проблемы решает Герхард. И не испытывает никакого желания взрослеть. Я ему уже все по полочкам разложила. Истоки проблемы, причины, пути решения. А он мне задал только один вопрос: как скоро он погибнет. А всего - то и надо, что поискать силу, схожую со своей. Они же близнецы. Уж если у близких родственников ауры схожи, то близнецы и вовсе должны быть идентичны. Никто не возражает: разные условия жизни накладывают различия. Но не настолько, чтобы родню не признать.
-Так что - есть какая-то возможность докричаться до этой кукушки? - повторила я вопрос. Альб вскинулся, зло сверкнув на меня глазами. Не нравится? А я не виновата, что их Праматерь - настоящая кукушка.
-Не говори так о ней! - рыкнул он. Я пожала плечами.
-А как прикажешь называть существо, которое подбрасывает свои яйца в чужие гнезда, и летит дальше? Опять влюбляется, яичко сносит, подкидывает Хранителям, и снова среди звезд плавает, жизни радуется? В нашем мире таких мамаш так и называют: кукушки. Я перелистала уйму ваших летописей, но ни в одном свитке не нашла даже намека на интерес матушки к своему дитятку.
-И все равно: не называй её так! В конце концов, нам не дано знать мысли сверхсущества! Что ты можешь знать о нашей Пресветлой матери! Ты - чужачка!
-А какого х... овоща огородного ваш Мир вытащил меня сюда? Мне и без ваших проблем прекрасно жилось.
Я раздраженно махнула рукой, обрывая нить заклинания. Все же, недаром просидела столько времени в подгорной библиотеке. Нашла учебники по магии, почитала. Поняла, что колдовать по - настоящему не смогу, но кое - что на вооружение все же взяла. Нет, я не злилась. Судя по всему, я в принципе не умею злиться. Да и с чего бы... Ну, не желают здешние жители принимать за правду нелицеприятную точку зрения. Так ради Бога! Верните меня туда, откуда взяли, и развлекайтесь. У них, по моим прикидкам, еще пара миллионов лет в запасе есть. Особенно теперь, когда они знают причины, и осведомлены о последствиях. В конце концов - кому это нужно? Им. Вот и пусть возьмут голову в руки...
-Кит! - позвала негромко. Домовенок тут же уселся мне на плечо, вцепившись ручками в мой воротник. - Кит, айда к нашим друзьям! Как ты думаешь - Вернигор с дедушкой будут нам рады?
О БЕЛОМ ДРАКОНЕ - ЧАСТЬ ВТОРАЯ.
Альбион
-Куда же ты пропала, маленькая женщина с глазами, в которых плещется море?!
Белый дракон свернулся клубком на прогретой солнцем площадке в самом сердце горной страны. Вот уже почти полгода минуло с тех пор, как Алья, забрав с собой только домовенка, ушла сквозь стену. Сначала мы думали, что Алья в библиотеке. Асиен сходил туда. И не нашел. Вернулся растерянный. Герхард долго что - то высказывал ему на каком - то странном языке. Я не вслушивался. Пусть их!
Потом Герхард все же вплотную занялся Советом.Ох, и летели клочки по закоулочкам! Мне тоже пришлось участие принять. Асиен, ориентируясь на какие - то свои маячки, разгромил несколько тайных алхимических лабораторий. Червень долго сокрушался, что ему не дали сунуть туда нос. Пришлось объяснить популярно - куда привели бы эти опыты. Попутно мы вытащили из тайного убежища Асиена принцессу Натаниэль. Разыграли целую мелодраму про прекрасную принцессу и доблестного рыцаря. Рыцарем стал принц Алберто. Я был злым драконом. Состоялся бой. Ну-у... как там Алья говорила? - Постановочный. Асиен был у нас ответственным за спецэффекты. А что - красиво получилось: на фоне белой скалы метались тени бьющихся на смерть дракона и рыцаря. Червень из - за громадного валуна пускал разноцветные молнии, я - изрыгал клубы пламени. Алберто орал что-то победительное и устрашающее... Потом Асиен проецировал на скалу тень убитого дракона, пока я разрисовывал принца сажей и грязью из горной речушки. Когда он, немного прихрамывая, вышел ко входу в пещерку, принцесса вылетела оттуда со слезами и криками "О, мой герой". Свадьбу сыграли через две недели. Так что с этой стороны все проблемы пока разрешены.
Мои новоиспеченные соклановцы вовсю обустраивают Саеркин. Дед с Асиеном что - то там поколдовали, сделав замок совершенно неприступным. А потом они провели еще какой - то обряд, после которого все ребятишки обрели вторую ипостась. Белых драконов. А я у них вроде как главный. Обращаться они пока не могут, но это дело недалекого будущего. Дед с ними усиленно занимается.
Шакерашш пришел в себя. Но еще настолько слаб, что с ним приходится нянчиться. Беляна от него не отходит, да и брат со своей сиделки глаз не сводит. Он и в самом деле не помнит ничего, что с ним происходило в последние несколько лет.
Вот вроде бы и все, что случилось. И вроде бы все спокойно, но у меня болит то, что никогда раньше даже не ощущалось. Душа. Потому, что я так и не нашел - куда ушла Алья. Духи гор тоже не отзывались. Даже Асиен не мог до них докричаться. Я же выпросил у Мира пропуск в тайную библиотеку, и теперь методично перебирал летописи, пытаясь найти хоть какие - то зацепки. Почему - то мне казалось, что Алья все еще здесь. Что не могла она уйти в свой мир, не поговорив со мной. Она же не может не понимать, что нужна мне!
Аля.
Все же, магия - вещь приятная. А особенно магия Духов. Хотя я не воспринимала ни Вернигора, ни его деда как эфемерную субстанцию. Для меня они были более чем реальны. В тот вечер, когда ящерка проводник привела нас с Никитой в потаенное место, Вернигор с полчаса сигал горным барашком, вереща и попискивая. Отчего в небольшом ущелье случился незапланированный обвал. Хорошо, что там даже трава не росла. Дед отвесил внуку подзатыльник, после чего степенно мне поклонился.
- Здрава будь, Альюшка! - сказал он, старательно вытирая руки о штанины. После чего обнял меня и расцеловал троекратно.
-Наслышан, наслышан о событиях, - продолжил он. - Ты к нам в гости? Али за делом каким?
Я пожала плечами.
-Да и не знаю пока! А вы как - примете на постой одинокую старушку? Со мной еще домовенок мой. Все остальные делами заняты, в гости напрашиваться не будут, да и я к ним возвращаться пока не планирую. Если б вы разрешили мне с камнями поближе пообщаться! Очень уж хочется...
-А чего ж! Можно и на постой принять! - подозрительно радостно ответил Дед. - И с каменьями отчего ж не общаться! Ты красоту камня понимаешь. Опять же Вернигор мне все уши прожужжал - какая ты добрая и хозяйственная.
Я лишь ухмыльнулась, приобнимая мальчишку за узкие плечики. Что ж, похозяйничаю. К взаимной выгоде.
А потом Никита и Вернигор кинулись наперегонки мой быт обустраивать. Горным духам обычно не требуется ни очага, ни кровати. Да и питаются они не телесной пищей. Но ведь гостья к ним приперлась из плоти и крови. А покушать, подозреваю, я всегда любила... Короче, мальчишки вежливо выставили нас с Дедом из той щели, где мы встретились, на закатное солнышко. А сами остались, о чем - то яростно споря. На солнышке мы проторчали недолго: был только первый день первого весеннего месяца. Дед пощурился на хмарное небо, прикинул что - то, взял меня за руку. И мы тут же оказались в подгорной мастерской. По - иному и не скажешь.
-Дедушка, а у вас тут Малахитница не проживает часом? - спросила я, когда первый восторг схлынул. - Я про такую красоту только в сказах читала! Это же настоящий каменный сад!
-Малахитница - то? Нет, Альюшка, не проживает, - печально ответил Дед. - А сад - это сынка моего работа. Только пропал он. Триста лет уж ни слуху, ни духу. Всей и памяти: сад, да Вернигор. - Мы ведь духи... У нас не как у людей род продолжается... Вот только из всех моих сыновей ни одного не осталось...
-Дед... Слушай, как мне тебя называть, горного сада хозяин?
Вот не умею я утешать! Тем более - не человека. И подозреваю, что мне снова придется заняться изысканиями.
-Да так и зови! Так и зови - Дед. Мне нравится!
На том и порешили. И еще долго я бродила между каменными цветами. Я плохо знаю названия драгоценных и полудрагоценных камней. Да и различаю не лучше. Разве что малахит от изумруда отличу, да еще мрамор от гранита. Все остальное для меня темный лес. Но любоваться тончайшей работой Мастера мне это не мешало. Дед тихонько присел в уголке с какой - то поделкой, а я все бродила и бродила между рубиновыми розами, гладила тончайшие сапфировые лепестки васильков, любовалась радужными гранями неизвестных мне цветов из горного хрусталя... Под ногами переливался всеми оттенками зелени пол, выложенный малахитом. И так манил, что в конце концов я сняла сапоги, чтобы ощутить тепло камня босыми ногами. А потом я забрела куда - то в самый отдаленный уголок сада. И остановилась в удивлении: на возвышении из темно - серого гранита будто пробивался крошечный зеленый росток с зародышем бутона на макушке. И я бы поверила, что он расцветет, если б не толстый слой пыли и грязи...
-Значит, не сбылось, - подумала я. - А жаль... Похоже, должен был вырасти совершенно необычный цветок...
Не знаю, сколько времени я простояла над ростком, не зная - можно ли мне хотя бы очистить росток от наслоений грязи. Все же моя жизнь научила меня некоторым правилам. Вдруг я нарушу равновесие? Причиню этим боль моим друзьям? В конце концов, кто мешает мне задать вопрос Деду?!
- Это последний цветок, который пытался вырастить мой сын, - качнул головой Дед. - Но потом он пропал, а росток остался. И я совсем не чувствую в нем жизнь... Ты можешь делать с ним все, что захочешь... И я даю тебе разрешение делать в саду все, что пожелаешь. Условие одно: не портить.
Я лишь кивнула, соглашаясь.
А потом мы вернулись в ту расщелину. М-да! Назвать расщелиной ЭТО было сложно! Мальчишки постарались от души. Настоящая горница встретила нас широкими окнами, между которыми стоял большой стол в окружении стульев. Вдоль стен выстроились шкафы и шкафчики с разнообразной посудой. У противоположной стены сияла белизной настоящая русская печь с плитой для готовки. И такие ароматы плыли по горнице, что мой животик жалобно забурчал. Никита уже стоял у плиты с поварешкой наперевес, Вернигор крутился у стола, расставляя и раскладывая чашки - ложки. Все же хорошо, что я встретила здесь домовенка!
Вот так и потекла наша жизнь дальше... Вернигор и Никита вились вокруг меня. Дед степенно и обстоятельно знакомил с каменными сокровищами. Учил. А еще с интересом наблюдал, как я пестую сад... И было мне страшно интересно! Потому, что именно в этом подгорном саду я поняла - у камня тоже есть Душа. Каменные розы и васильки после тщательной помывки мыльной водой засияли еще ярче. Даже тот росток отмылся, и оказалось, что он создан из удивительно красивого камня. Темный у основания, выше он светлел, становясь почти прозрачным. А вот бутон... Бутон так и оставался в зачаточном состоянии.
-"Наверное, только автор способен оживить свое произведение", - думала я. Но навещать его не переставала. Почему - то мне все время хотелось его гладить, ласкать, ощущая легкий холодок, идущий от крохотных листочков. Мне казалось, что еще немного - и я уловлю тайное слово... Увы! Не ювелир я, однако!
Об оставленных в Саеркине я вспоминала редко. Уж не знаю, почему. Будто в моем мозгу кто - то решительно затворил дверцу, оставив лишь крошечную щелку. В конце концов, должны же они как-то справиться со своими проблемами! Я ведь даже не маг! Все, что смогла - сделала. И вообще: если не хочешь тащить на своем хребту кучу нахлебников, не давай рыбу! Покажи - как сделать удочку. Это я по своей прошлой жизни знала. Не помнила. Просто знала. А еще хотелось узнать, как рождаются духи. Но спрашивать было... -м-м-м... Стыдно, что ли... Ну, в самом деле! Это же не породистые кони! Мало ли - какие у них тайны. В конце концов, запрета на работу в библиотеке не поступало. Вот мы с мальчишками время от времени туда заглядывали. А еще я хотела вернуться домой... При всех благах, которыми окружили меня Дед, Вернигор и Никита, я хотела домой... В горы пришла весна, и от этого мне становилось грустно... Потому, что дома тоже должна была наступить весна.
-Алья, а пошли в дальнюю галерею! - налетели на меня мальчишки. Вернигор и Никита никак не желали сидеть в подземном царстве, когда на земле стало тепло. Они целыми днями носились по горам, устраивая себе веселье, а нам с Дедом сердечные приступы.
Я оторвалась от древнего свитка и посмотрела на загорелые мордашки.
-И что у нас на дальней галерее?
Идти мне никуда не хотелось. А хотелось найти ключ к шифровке... На листе тонко выделанной кожи тончайшими золотыми нитями была изображена Плывущая Среди звезд. Во всяком случае, именно это я смогла разобрать, пока изучала свиток. Невыразимо, невозможно, нереально прекрасное существо раскинулось среди золотых искр. И я никак не могла понять: кто же оно. Дракон? Человек? Царевна - Лебедь? А внизу свитка красовалась странная надпись. И вот её я не могла прочитать. Это как с руководством по эксплуатации стиральной машины на казахском языке: вроде бы и буквы все знакомые, и слова читаются, но понять, что именно там написано, невозможно.
-А там как раз цветы просыпаются! - выпалил Никита. - Пойдем, Хозяюшка! Так охота посмотреть! Когда еще доведется!
Я вздохнула. Убрала свиток в шкафчик, переоделась, и мы отправились в дальнюю галерею. Она вилась по склонам гор этаким крытым коридором, то спускаясь к земле, то взвиваясь к вершинам. Вернигор вел нас самым удобным и коротким маршрутом, торопясь в долину. Рань была несусветная, когда мы спустились по каменным ступеням на луг. Мальчишки каким - то образом изменили для меня ход времени, и я увидела...
Медленно - медленно, будто нехотя, дрогнули и приоткрылись чашелистики, выпуская из - под зеленого одеяльца белые, бело - розовые, нежно - голубые, карминно - красные лепестки. Вот они вздрогнули, распускаясь.
