Тут спорить не стала, потому что Валдор, умело разобрался с корсетом и платье едва держалось на мне. Я слегка сжала его плечи, заставив на себя посмотреть.
- Ты виделся с кардиналом?
- Нет, он отправил меня к стене, и видимо хотел устроить героическую смерть. Достойный поступок, как думаешь?
Я рассмеялась той легкости, с какой он пожаловался на попытки его убить.
- Но зачем ты здесь? Хочешь убить кардинала?
- Если придется. Эми, мой пугливый мышонок, я здесь ради тебя. И мне придется кое-что тебе объяснить. Я встретился с Малькольмом, тем самым, поймавшим нас в нижнем городе.
- Ты знаешь? – спросила я тихо, давая ему самому ответить.
- Что ты фолинтийка? Да. И что лишь тебе под силу соединить разбитый Источник и уничтожить стену.
Я опустила голову, собираясь присесть и осмыслить, но мужчина не дал. Он подхватил меня. В глазах Валдора плавилось желание. Он дернул последнюю застежку, послышался треск ткани. Наплевав на платье, потянулась к его рубашке.
- И что все это не важно. В этот раз я присмотрю за тобой. Обещаю.
Пальцы сами потянулись к его груди, касаясь горячей кожи. Я отодвинула мешавшую одежду, ощущая, как быстро колотится сердце и позволила увлечь на кровать.
С Валдором страха не было, все казалось правильным. Ни на миг не приходилось притворяться, нежась в ласках, забывая, что за стенами этой комнаты есть мир.
Были лишь я и он. Переплетались в объятьях. Цепляясь за разгоряченную влажную кожу, впиваясь ногтями, оставляла белые полосы на теле.
Хотелось кричать, но воздуха едва хватало на рваные стоны. Реальность терялась в наслаждении. В блаженной неге заснула в объятьях, не чувствуя веса наших тел.
Поздней ночью часы в гостиной отбивали свой счет, ощутила движение в комнате. Борясь со сном, все еще державшим в тумане сознание, открыла глаза, но встретила лишь кромешную тьму. Чужое присутствие стало сильнее. На меня смотрели в упор, очень близко.
Вдох-выдох. Вдох.
За стуком своего сердца расслышала вторящее ему дыхание постороннего и окончательно проснулась, подскакивая на кровати и набирая воздуха, чтобы кричать.
- Тш-ш-ш… Эми, это я.
Голос знакомый. Теплый, ласкающий слух, внушающий безопасность.
- Валдор!
Сердце провалилось от переизбытка эмоций. Мне не приснилось. Я обхватила его плечи, прижимаясь лбом и так и стояла на коленях на кровати.
- Ты хотел задушить меня во сне? – поинтересовалась я.
- Что ты…Что? – возмущенно воскликнул он, уставившись на меня, и вдруг рассмеялся. – Эми, откуда такие мысли?
Насупившись, притянула одеяло, кутаясь и села.
- Пожил бы ты тут полгода, и ни такие идеи пришли бы в голову. Уходишь?
- Чуть позже. И я не хотел тебя пугать, мышонок. Но нужно поговорить. Боюсь, что Август долго ждать не станет. Ты для него опасна, хоть и полезна. Что он велел тебе сделать?
- Заставить Грегора обвинить фолинтийцев. Ты знаешь, их заперли в подземных казематах и боюсь, что пытали. На днях я спустилась низко-низко, почти до поста охраны и слышала крики. А ведь с ними была та девушка, Малена. Думаю, и ее не пощадили.
- Кардинал не делает скидку на слабый пол.
Я возмущенно качнула головой.
- Она не слабая. Мне бы хотелось стать такой же: сильной и уверенной одаренной. А не преступницей и лгуньей.
Валдор вдруг оказался ниже меня, став на колени и сжав руки своими. Я ощутила тепло его шероховатой, загрубевшей от меча кожи. Пальцы сами заскользили по ней, переплетаясь, вырисовывая только мне ведомые узоры, обводя линии.
- Эмилия Винтерс, ты сама сильная женщина в этом королевстве. Никому не пожелаю такой силы и такого бремени, но тебе не дали выбора. И то, что ты все еще жива, говорит о тебе все.
- Выживают обычно трусы и предатели.
- Погибают глупцы. Умные жертвуют малым ради большего.
Я с сомнением скривилась. Пафосно, впору выходить перед толпой вояк и вдохновлять на победу. Надо будет с Грегором поделиться фразочками.
Но Валдор не закончил. Он вытащил из кармана черный бархатный мешочек.
- Спрячь его. Это части Источника. Те, что искал и отнял у кардинала твой отец. И мой…
- И что мне с этим делать?
- Боюсь, что никто не сможет объяснить тебе.
- Папа бы мог.
- Себастьян поступил не очень дальновидно, решив умереть.
В этом я была с ним согласна. Папа меня бросил на произвол судьбы и церкви. Но винить и обижаться я давно устала, герцог мертв, а мы пока нет.
- Но последний осколок у кардинала на шее, - тихо произнесла, вспоминая записи в дневнике отца. - Предлагаешь прокрасться в спальню и снять?
- Хватит тебе ходить по чужим спальням, - буркнул Валдор, утыкаясь мне в волосы и приятно щекоча дыханием. От этой незатейливой ласки я улыбнулась и устроилась в его объятьях поудобней.
- Завтра мы встретимся в летнем дворике, тот, что с фонтанами, знаешь?
Я мола кивнула, вспоминая прогулки по красивой площади с королем. Стало совестно, но Валдор терзаний не заметил.
- Мы захватим Августа, и ты поставишь точку в его обмане.
Валдор
С трудом выбрался из захвата Эмилии. Эти тонкие пальчики могут крепко держать, особенно, когда боишься разбудить. Уходить было сложно, лишь мысль, что у нас будет шанс понежиться в постели, помогла вырваться из ее плена.
Отведя от лица волосы и напоследок рассмотрев ее безмятежное лицо, быстро собрался и вышел из спальни, скрываясь под капюшоном.
Место встречи было оговорено заранее, а потому, минуя центральные проходы и держась как можно дальше от монаршего крыла, спустился на цоколь, к казарменной части. Из дальних комнат слышался гомон и смех, и стук кружек по деревянному столу. Дворцовая стража не занятая в карауле отдыхала.
Я пробирался мимо них, не спеша, скорее развязно. Кивнул стоявшему в проходе гвардейцу, который опасливо шагнул в сторону. Прятаться лучше всего под носом.
- Инквизитор? – окликнули меня.
Я остановился, спиной чувствуя устремленный взгляд. Остальные тоже затихли и повернулись.
- Говори, - презрительно бросил в сторону солдата.
Тот подошел сбоку, и пришлось повернуться, медленно, я тут в своем праве; нагло, что ты мне сделаешь, вояка?
Невысокий, темноволосый гвардеец смотрел хмуро и неприязненно. Мне он тоже не особо нравилось, но какое дело до личных симпатий. Зато правдоподобно.
- Это солдатские казармы. Члены ордена размещаются на втором этаже.
- И?
- Вам тут не место, - выплюнул солдат.
Хорош, он. Ненависть и страх, так и сочатся.
Я сложил руки на груди, все еще смотря из под скрывавшего лицо плаща.
- Его святейшество желает, чтобы орден обеспечивал безопасность дворца. Раз вы не способны.
- Обеспечивайте подальше отсюда. Поиграйтесь с пленниками, господин инквизитор, - по комнате пробежал шепоток.
Солдаты в ужасе, никто не смеет так говорить со слугой церкви.
- Эй, Мал, не горячись, пусть ходит, где хочет, - молодой мужчина оттащил говорившего в сторону. – Ты чокнулся? Он же из ордена, не трогай его.
- Простите его, господин инквизитор, перебрал немного на нервах. Сами понимаете, как тревожно сейчас.
Я окинул взглядом всех собравшихся и посмотрел на парня, словно оценивая, растягивая его нервозность. И неожиданно для всех усмехнулся:
- Само собой, я тоже человек. Бывает. А парня вы отправьте проспаться, - и сделал шаг прочь. – Хотя, - остановился в пол оборота и добавил. – Я сам провожу.
Мое предложение не встретили с восторгом, но перечить никто не посмел. Подталкивая пошатывавшегося стражника в спину, вышел из общей комнаты и последовал к казармам.
- Иди нормально, спотыкаешься.
- Зато правдоподобно.
- Создатель тебя забери! Актеришка.
- Кто бы говорил, - усмехнулся Малкольм. – Ребята вон переживают. Я, между прочим, много месяцев вливался в доверие, свой человек тут.
- Рад за тебя, - в мою же голову лезло, что Эмилия все это время была здесь с такой же целью, но одна и без надежды. По спине пробежал холодок.
- У нас все готово, - Малкольм заговорил совсем тихо, когда мы вошли в его спальню. – Ребята сейчас, кто в карауле, кто по замку рассредоточен, в темницах тоже наши, но там пасутся два инквизитора постоянно.
- Разберусь с ними.
- Прекрасно, а то парням, не очень прельщает тесное общение с твоими братьями. Мы нападем на темницы, как только инквизиторов не будет. Одного подменишь сам, второго… как пожелаешь, по мне так глотку «чик».
- Сказал же, разберусь, - процедил сквозь зубы.
- И его величество.
- На рассвете.
Стало зябко. Подтягивая пуховое одеяло к самому носу, перевернулась на другой бок и слепо пошарила рукой по остывшей простыне. Ощущение пустоты пробудило.
За окном все еще было темно, но звезды мерцали уже не так ярко. Из гнезд на соседних деревьях, доносилось нестройное чириканье ранних пташек. Ветер лишь слегка покачивал толстые ветки, облепленные сочно-зеленой листвой.
Вставать не хотелось, за ночь температура в спальне опустилась. Холод и неясная тревога прогнали последние следы сонливости, и я лежала, бесцельно смотря в украшенный лепниной потолок.
Так продолжалось бы долго, мыслей достаточно, чтобы смаковать, накручивая себя. Но пустому беспокойству развиться не дали.
Стены дворца вздрогнули, стремительно взбирался вверх жуткий треск, словно свод сейчас упадет прямо на голову. Уши так заложило, что захотелось потрясти головой, чтобы прийти в себя.
На лицо посыпалась тонкая струйка каменной крошки, неприятно щекоча волосы и нос, отчего по позвоночнику прокатилась волна мурашек.
Отряхиваясь, спустила босые ноги и осторожно наступила, проверяя устойчивость пола. Дворец выдержал, лишь слегка сбросил с себя вековую пыль, залегшую меж стен и камней.
Ступни оставляли следы в пыли, когда, все же встав, я пробежала через всю комнату к гардеробной. Времени на раздумья не осталось, но еще с ночи я приготовила дорожный костюм. В таком полагалось ездить на прогулку или охоту. Мне же предстояло быть замешанной в перевороте.
Сдернула с вешалки одежду, что та покачнулась и завалилась набок, подпертая стенкой шкафа и принялась натягивать чулки, не с первого раза попадая носком. Пальцы не слушались, то и дело, выпуская их скользкую тонкую ткань.
Проскочила в помявшуюся от неаккуратных движений синюю юбку из тонкой шерсти. В холодное утро теплая одежда пришлась в самый раз.
Потерев ногу о маленький ворсистый коврик, сбросила налипший песок и в этот момент пространство вновь завибрировало. С ноги соскочила не до конца надетая туфля и грякнула о паркет квадратным каблучком.
В отдалении звучал звон и визг. Много графинов и ваз разобьется этой ночью.
Валдор просил ничего не бояться, побыть сильной в последний раз. И сейчас, смотря в зеркало, я понимала, что готова выполнить просьбу. А потом кошмару придет конец.
Наскоро собравшись, заплела не желавшие подчиняться волосы в низкий пучок. Пару прядей так и остались небрежно торчать, и я махнула на них рукой. Не время для красоты. Накинула на плечи шаль и выскользнула из покоев.
Второй этаж уже заполнился людьми. Прямо в холле, выводящем к главной лестнице столкнулась с Петрой.
- Эмилия, вот вы где. Нужно выходить на улицу. Живо! – она пыталась звучать уверенно, но лицо выдавало своей бледной синевой. – Кажется, это нападение, - она схватилась за голову. – Неужели война? Проклятые фолинтийцы. Создатель нас сбереги!
Петр заметалась, то хватая меня за плечо, то отпуская и дергая свои растрепанные пряди волос.
- Успокойтесь и выдохните, - мягко попросила я. – Вас сложно понять
- Ты совсем глупая? Да что ж с тобой возиться, хочешь, погибни здесь, - вскрикнула она и побежала вниз.
Оттуда доносились окрики гвардейцев, наконец, появившихся в проходах. Они пытались восстановить порядок, но сдерживать мечущихся дам, та еще задачка. В дальнем конце мелькнуло нечто серебряно-красное, но в мою сторону инквизитор не шел, спускаясь к беснующимся дамам.
Я, набрав в грудь побольше воздуха, решительно шагнула в противоположную сторону. Убедившись, что за никто не пытался преследовать, свернула в маленький боковой коридорчик.
Каждому шагу аккомпанировал бешенный марш стучавшего сердца. Сминая пальцами подол, глядела под ноги, боясь оступиться, и считала.
Раз, один последний рывок, и совсем не страшно. Два, в этот раз я не одна. Три, ничем не рискую, ведь все продумано. На следующем счете сбилась и припала к стене, переводя дыхание.
Ночью Валдор рассказал об их плане.
Последние несколько месяцев Малкольм и Валдор занимались вводом людей во дворец. Кто-то давно служил здесь, передавая информацию повстанцам, другим пришлось устраиваться в найм слугами или дворцовой охраной. Немало подкупали взятками, подделывали рекомендации и приказы о переводе, но повстанцам удалось внедрить своих людей.
Они то и сообщили, что делегация на подходе. Вот тогда и сам предводитель повстанцев, и беглый инквизитор пробрались ближе. Опасность для фолинтийцев понимали все, даже сами иностранцы, с которыми Малкольм задолго до этого вступил в переписку.
Соседи много лет прилагали усилия к поддержке повстанческого движения и финансово и информационно. Без фолинтийцев никогда не удалось бы подобраться так близко к кардиналу.
Да, что говорить, если все началось с моей мамы, пришедшей в Ристанию ради этой цели. А теперь я неслась по дворцу, завершая ее план.
Следующий взрыв раздался совсем близко, пришлось остановиться, неуклюже расставив руки, казалось, пол уходит из-под ног. Здание снова устояло. Но и намерений его рушить и не было.
Точный расчет: заложили динамиты у северных стен, где размещалась темница. Опоры должны были поддаться взрывной силе. И путь из казематов будет свободен.
Освобожденным фолинтийцам останется всего-то пройти через дворцовый двор, а затем его восточную часть.
Путь отхода Малкольм со своими людьми подготовил. Они собирались воспользоваться теми же открывшимися в стене проходами, что и иностранцы. Только вот оставалось три беды: кардинал, орден, гвардия.
Надежней смерти нет, чем отсечение головы, а потому ударить решили сразу по его святейшеству. В конце концов, все свалившиеся на наших людей беды от его решений. Без кардинала Ристания станет свободой, Грегор сможет править, как велит ему сердце, а фолинтицы помогут, наверное. Не просто так в составе делегации явилась родственница их монарха.
Я спустилась по крутой винтовой лестнице, предназначенной для слуг. Валдор заставил меня проговорить маршрут несколько раз, чтобы точно запомнить. Он не хотел вмешивать в саму битву. Мое присутствие нужно лишь в самом конце, когда у кардинала отнимут последнюю часть Источника, чтобы соединить его.
Здесь должны были ждать присланные Малкольмом одаренные. Хотелось бы верить в беспокойство повстанцев о моей жизни, но боюсь, их интересует лишь дар, способный уничтожить артефакт.
- Леди Эмилия? – донесся негромкий оклик, и от стены отделилась тень, преграждая мне дорогу.
- Вы здесь от…, - договорить не дали,
Грубо оборвав жестом, что от неожиданности и правда замолчала. Но все верно, лишние слова произносить не стоит.
- Меня зовут Ядвига, а это Андерс, - представилась стройная жилистая женщина, в мужской одежде.
Ее лицо казалось вытесанным из камня небрежными рубящими движениями скульптора. Кожа выглядела обветренной и загоревшей. Ничем эта женщина не походила на леди, но умные внимательные глаза и решительно вздернутый подбородок, выдавали ее уверенную силу.
- Ты виделся с кардиналом?
- Нет, он отправил меня к стене, и видимо хотел устроить героическую смерть. Достойный поступок, как думаешь?
Я рассмеялась той легкости, с какой он пожаловался на попытки его убить.
- Но зачем ты здесь? Хочешь убить кардинала?
- Если придется. Эми, мой пугливый мышонок, я здесь ради тебя. И мне придется кое-что тебе объяснить. Я встретился с Малькольмом, тем самым, поймавшим нас в нижнем городе.
- Ты знаешь? – спросила я тихо, давая ему самому ответить.
- Что ты фолинтийка? Да. И что лишь тебе под силу соединить разбитый Источник и уничтожить стену.
Я опустила голову, собираясь присесть и осмыслить, но мужчина не дал. Он подхватил меня. В глазах Валдора плавилось желание. Он дернул последнюю застежку, послышался треск ткани. Наплевав на платье, потянулась к его рубашке.
- И что все это не важно. В этот раз я присмотрю за тобой. Обещаю.
Пальцы сами потянулись к его груди, касаясь горячей кожи. Я отодвинула мешавшую одежду, ощущая, как быстро колотится сердце и позволила увлечь на кровать.
С Валдором страха не было, все казалось правильным. Ни на миг не приходилось притворяться, нежась в ласках, забывая, что за стенами этой комнаты есть мир.
Были лишь я и он. Переплетались в объятьях. Цепляясь за разгоряченную влажную кожу, впиваясь ногтями, оставляла белые полосы на теле.
Хотелось кричать, но воздуха едва хватало на рваные стоны. Реальность терялась в наслаждении. В блаженной неге заснула в объятьях, не чувствуя веса наших тел.
Поздней ночью часы в гостиной отбивали свой счет, ощутила движение в комнате. Борясь со сном, все еще державшим в тумане сознание, открыла глаза, но встретила лишь кромешную тьму. Чужое присутствие стало сильнее. На меня смотрели в упор, очень близко.
Вдох-выдох. Вдох.
За стуком своего сердца расслышала вторящее ему дыхание постороннего и окончательно проснулась, подскакивая на кровати и набирая воздуха, чтобы кричать.
- Тш-ш-ш… Эми, это я.
Голос знакомый. Теплый, ласкающий слух, внушающий безопасность.
- Валдор!
Сердце провалилось от переизбытка эмоций. Мне не приснилось. Я обхватила его плечи, прижимаясь лбом и так и стояла на коленях на кровати.
- Ты хотел задушить меня во сне? – поинтересовалась я.
- Что ты…Что? – возмущенно воскликнул он, уставившись на меня, и вдруг рассмеялся. – Эми, откуда такие мысли?
Насупившись, притянула одеяло, кутаясь и села.
- Пожил бы ты тут полгода, и ни такие идеи пришли бы в голову. Уходишь?
- Чуть позже. И я не хотел тебя пугать, мышонок. Но нужно поговорить. Боюсь, что Август долго ждать не станет. Ты для него опасна, хоть и полезна. Что он велел тебе сделать?
- Заставить Грегора обвинить фолинтийцев. Ты знаешь, их заперли в подземных казематах и боюсь, что пытали. На днях я спустилась низко-низко, почти до поста охраны и слышала крики. А ведь с ними была та девушка, Малена. Думаю, и ее не пощадили.
- Кардинал не делает скидку на слабый пол.
Я возмущенно качнула головой.
- Она не слабая. Мне бы хотелось стать такой же: сильной и уверенной одаренной. А не преступницей и лгуньей.
Валдор вдруг оказался ниже меня, став на колени и сжав руки своими. Я ощутила тепло его шероховатой, загрубевшей от меча кожи. Пальцы сами заскользили по ней, переплетаясь, вырисовывая только мне ведомые узоры, обводя линии.
- Эмилия Винтерс, ты сама сильная женщина в этом королевстве. Никому не пожелаю такой силы и такого бремени, но тебе не дали выбора. И то, что ты все еще жива, говорит о тебе все.
- Выживают обычно трусы и предатели.
- Погибают глупцы. Умные жертвуют малым ради большего.
Я с сомнением скривилась. Пафосно, впору выходить перед толпой вояк и вдохновлять на победу. Надо будет с Грегором поделиться фразочками.
Но Валдор не закончил. Он вытащил из кармана черный бархатный мешочек.
- Спрячь его. Это части Источника. Те, что искал и отнял у кардинала твой отец. И мой…
- И что мне с этим делать?
- Боюсь, что никто не сможет объяснить тебе.
- Папа бы мог.
- Себастьян поступил не очень дальновидно, решив умереть.
В этом я была с ним согласна. Папа меня бросил на произвол судьбы и церкви. Но винить и обижаться я давно устала, герцог мертв, а мы пока нет.
- Но последний осколок у кардинала на шее, - тихо произнесла, вспоминая записи в дневнике отца. - Предлагаешь прокрасться в спальню и снять?
- Хватит тебе ходить по чужим спальням, - буркнул Валдор, утыкаясь мне в волосы и приятно щекоча дыханием. От этой незатейливой ласки я улыбнулась и устроилась в его объятьях поудобней.
- Завтра мы встретимся в летнем дворике, тот, что с фонтанами, знаешь?
Я мола кивнула, вспоминая прогулки по красивой площади с королем. Стало совестно, но Валдор терзаний не заметил.
- Мы захватим Августа, и ты поставишь точку в его обмане.
Глава 8
Валдор
С трудом выбрался из захвата Эмилии. Эти тонкие пальчики могут крепко держать, особенно, когда боишься разбудить. Уходить было сложно, лишь мысль, что у нас будет шанс понежиться в постели, помогла вырваться из ее плена.
Отведя от лица волосы и напоследок рассмотрев ее безмятежное лицо, быстро собрался и вышел из спальни, скрываясь под капюшоном.
Место встречи было оговорено заранее, а потому, минуя центральные проходы и держась как можно дальше от монаршего крыла, спустился на цоколь, к казарменной части. Из дальних комнат слышался гомон и смех, и стук кружек по деревянному столу. Дворцовая стража не занятая в карауле отдыхала.
Я пробирался мимо них, не спеша, скорее развязно. Кивнул стоявшему в проходе гвардейцу, который опасливо шагнул в сторону. Прятаться лучше всего под носом.
- Инквизитор? – окликнули меня.
Я остановился, спиной чувствуя устремленный взгляд. Остальные тоже затихли и повернулись.
- Говори, - презрительно бросил в сторону солдата.
Тот подошел сбоку, и пришлось повернуться, медленно, я тут в своем праве; нагло, что ты мне сделаешь, вояка?
Невысокий, темноволосый гвардеец смотрел хмуро и неприязненно. Мне он тоже не особо нравилось, но какое дело до личных симпатий. Зато правдоподобно.
- Это солдатские казармы. Члены ордена размещаются на втором этаже.
- И?
- Вам тут не место, - выплюнул солдат.
Хорош, он. Ненависть и страх, так и сочатся.
Я сложил руки на груди, все еще смотря из под скрывавшего лицо плаща.
- Его святейшество желает, чтобы орден обеспечивал безопасность дворца. Раз вы не способны.
- Обеспечивайте подальше отсюда. Поиграйтесь с пленниками, господин инквизитор, - по комнате пробежал шепоток.
Солдаты в ужасе, никто не смеет так говорить со слугой церкви.
- Эй, Мал, не горячись, пусть ходит, где хочет, - молодой мужчина оттащил говорившего в сторону. – Ты чокнулся? Он же из ордена, не трогай его.
- Простите его, господин инквизитор, перебрал немного на нервах. Сами понимаете, как тревожно сейчас.
Я окинул взглядом всех собравшихся и посмотрел на парня, словно оценивая, растягивая его нервозность. И неожиданно для всех усмехнулся:
- Само собой, я тоже человек. Бывает. А парня вы отправьте проспаться, - и сделал шаг прочь. – Хотя, - остановился в пол оборота и добавил. – Я сам провожу.
Мое предложение не встретили с восторгом, но перечить никто не посмел. Подталкивая пошатывавшегося стражника в спину, вышел из общей комнаты и последовал к казармам.
- Иди нормально, спотыкаешься.
- Зато правдоподобно.
- Создатель тебя забери! Актеришка.
- Кто бы говорил, - усмехнулся Малкольм. – Ребята вон переживают. Я, между прочим, много месяцев вливался в доверие, свой человек тут.
- Рад за тебя, - в мою же голову лезло, что Эмилия все это время была здесь с такой же целью, но одна и без надежды. По спине пробежал холодок.
- У нас все готово, - Малкольм заговорил совсем тихо, когда мы вошли в его спальню. – Ребята сейчас, кто в карауле, кто по замку рассредоточен, в темницах тоже наши, но там пасутся два инквизитора постоянно.
- Разберусь с ними.
- Прекрасно, а то парням, не очень прельщает тесное общение с твоими братьями. Мы нападем на темницы, как только инквизиторов не будет. Одного подменишь сам, второго… как пожелаешь, по мне так глотку «чик».
- Сказал же, разберусь, - процедил сквозь зубы.
- И его величество.
- На рассвете.
***
Стало зябко. Подтягивая пуховое одеяло к самому носу, перевернулась на другой бок и слепо пошарила рукой по остывшей простыне. Ощущение пустоты пробудило.
За окном все еще было темно, но звезды мерцали уже не так ярко. Из гнезд на соседних деревьях, доносилось нестройное чириканье ранних пташек. Ветер лишь слегка покачивал толстые ветки, облепленные сочно-зеленой листвой.
Вставать не хотелось, за ночь температура в спальне опустилась. Холод и неясная тревога прогнали последние следы сонливости, и я лежала, бесцельно смотря в украшенный лепниной потолок.
Так продолжалось бы долго, мыслей достаточно, чтобы смаковать, накручивая себя. Но пустому беспокойству развиться не дали.
Стены дворца вздрогнули, стремительно взбирался вверх жуткий треск, словно свод сейчас упадет прямо на голову. Уши так заложило, что захотелось потрясти головой, чтобы прийти в себя.
На лицо посыпалась тонкая струйка каменной крошки, неприятно щекоча волосы и нос, отчего по позвоночнику прокатилась волна мурашек.
Отряхиваясь, спустила босые ноги и осторожно наступила, проверяя устойчивость пола. Дворец выдержал, лишь слегка сбросил с себя вековую пыль, залегшую меж стен и камней.
Ступни оставляли следы в пыли, когда, все же встав, я пробежала через всю комнату к гардеробной. Времени на раздумья не осталось, но еще с ночи я приготовила дорожный костюм. В таком полагалось ездить на прогулку или охоту. Мне же предстояло быть замешанной в перевороте.
Сдернула с вешалки одежду, что та покачнулась и завалилась набок, подпертая стенкой шкафа и принялась натягивать чулки, не с первого раза попадая носком. Пальцы не слушались, то и дело, выпуская их скользкую тонкую ткань.
Проскочила в помявшуюся от неаккуратных движений синюю юбку из тонкой шерсти. В холодное утро теплая одежда пришлась в самый раз.
Потерев ногу о маленький ворсистый коврик, сбросила налипший песок и в этот момент пространство вновь завибрировало. С ноги соскочила не до конца надетая туфля и грякнула о паркет квадратным каблучком.
В отдалении звучал звон и визг. Много графинов и ваз разобьется этой ночью.
Валдор просил ничего не бояться, побыть сильной в последний раз. И сейчас, смотря в зеркало, я понимала, что готова выполнить просьбу. А потом кошмару придет конец.
Наскоро собравшись, заплела не желавшие подчиняться волосы в низкий пучок. Пару прядей так и остались небрежно торчать, и я махнула на них рукой. Не время для красоты. Накинула на плечи шаль и выскользнула из покоев.
Второй этаж уже заполнился людьми. Прямо в холле, выводящем к главной лестнице столкнулась с Петрой.
- Эмилия, вот вы где. Нужно выходить на улицу. Живо! – она пыталась звучать уверенно, но лицо выдавало своей бледной синевой. – Кажется, это нападение, - она схватилась за голову. – Неужели война? Проклятые фолинтийцы. Создатель нас сбереги!
Петр заметалась, то хватая меня за плечо, то отпуская и дергая свои растрепанные пряди волос.
- Успокойтесь и выдохните, - мягко попросила я. – Вас сложно понять
- Ты совсем глупая? Да что ж с тобой возиться, хочешь, погибни здесь, - вскрикнула она и побежала вниз.
Оттуда доносились окрики гвардейцев, наконец, появившихся в проходах. Они пытались восстановить порядок, но сдерживать мечущихся дам, та еще задачка. В дальнем конце мелькнуло нечто серебряно-красное, но в мою сторону инквизитор не шел, спускаясь к беснующимся дамам.
Я, набрав в грудь побольше воздуха, решительно шагнула в противоположную сторону. Убедившись, что за никто не пытался преследовать, свернула в маленький боковой коридорчик.
Каждому шагу аккомпанировал бешенный марш стучавшего сердца. Сминая пальцами подол, глядела под ноги, боясь оступиться, и считала.
Раз, один последний рывок, и совсем не страшно. Два, в этот раз я не одна. Три, ничем не рискую, ведь все продумано. На следующем счете сбилась и припала к стене, переводя дыхание.
Ночью Валдор рассказал об их плане.
Последние несколько месяцев Малкольм и Валдор занимались вводом людей во дворец. Кто-то давно служил здесь, передавая информацию повстанцам, другим пришлось устраиваться в найм слугами или дворцовой охраной. Немало подкупали взятками, подделывали рекомендации и приказы о переводе, но повстанцам удалось внедрить своих людей.
Они то и сообщили, что делегация на подходе. Вот тогда и сам предводитель повстанцев, и беглый инквизитор пробрались ближе. Опасность для фолинтийцев понимали все, даже сами иностранцы, с которыми Малкольм задолго до этого вступил в переписку.
Соседи много лет прилагали усилия к поддержке повстанческого движения и финансово и информационно. Без фолинтийцев никогда не удалось бы подобраться так близко к кардиналу.
Да, что говорить, если все началось с моей мамы, пришедшей в Ристанию ради этой цели. А теперь я неслась по дворцу, завершая ее план.
Следующий взрыв раздался совсем близко, пришлось остановиться, неуклюже расставив руки, казалось, пол уходит из-под ног. Здание снова устояло. Но и намерений его рушить и не было.
Точный расчет: заложили динамиты у северных стен, где размещалась темница. Опоры должны были поддаться взрывной силе. И путь из казематов будет свободен.
Освобожденным фолинтийцам останется всего-то пройти через дворцовый двор, а затем его восточную часть.
Путь отхода Малкольм со своими людьми подготовил. Они собирались воспользоваться теми же открывшимися в стене проходами, что и иностранцы. Только вот оставалось три беды: кардинал, орден, гвардия.
Надежней смерти нет, чем отсечение головы, а потому ударить решили сразу по его святейшеству. В конце концов, все свалившиеся на наших людей беды от его решений. Без кардинала Ристания станет свободой, Грегор сможет править, как велит ему сердце, а фолинтицы помогут, наверное. Не просто так в составе делегации явилась родственница их монарха.
Я спустилась по крутой винтовой лестнице, предназначенной для слуг. Валдор заставил меня проговорить маршрут несколько раз, чтобы точно запомнить. Он не хотел вмешивать в саму битву. Мое присутствие нужно лишь в самом конце, когда у кардинала отнимут последнюю часть Источника, чтобы соединить его.
Здесь должны были ждать присланные Малкольмом одаренные. Хотелось бы верить в беспокойство повстанцев о моей жизни, но боюсь, их интересует лишь дар, способный уничтожить артефакт.
- Леди Эмилия? – донесся негромкий оклик, и от стены отделилась тень, преграждая мне дорогу.
- Вы здесь от…, - договорить не дали,
Грубо оборвав жестом, что от неожиданности и правда замолчала. Но все верно, лишние слова произносить не стоит.
- Меня зовут Ядвига, а это Андерс, - представилась стройная жилистая женщина, в мужской одежде.
Ее лицо казалось вытесанным из камня небрежными рубящими движениями скульптора. Кожа выглядела обветренной и загоревшей. Ничем эта женщина не походила на леди, но умные внимательные глаза и решительно вздернутый подбородок, выдавали ее уверенную силу.
