Показалось, или Рана заметно перекосило! А так тебе и надо! Приятно быть использованным?! Сейчас, когда мозги немного проветрились, а сердечко успокоилось и больше не дрожало от переполнивших его чувств, я точно знала — мужчина в этой истории не просто так, а значит прочь глупые чувства!
— Значит, мертвяк, — тихо шепнул Ран. — Ловля на живца, выходит… И когда ты собиралась мне сказать? — довольно спокойно выговорил мужчина, только вот его взгляд говорил о другом. Мужчина был в бешенстве и еле сдерживался от переполнявших его эмоций. А тут Даринка решила подлить масла в огонь:
— Слушай, Измира, а где такие борзые обитают? Мужик, ты про пиетет что-нибудь слыхивал? С ведьмой все-таки разговариваешь!
Ран на ее слова не обратил ни малейшего внимания. Он сделал шаг в мою сторону, упираясь носками ботинок в преграду, глядя мне в глаза произнес:
— Я задал вопрос.
Открыла рот для ответа и… пришла в себя. Дернула головой в отрицательном жесте, отчего капюшон слетел с головы и громко, разборчиво, дерзко произнесла:
— Никогда.
Взметнулось черное одеяние, рыжие кудри рассыпались по неестественно прямой спине, и я метнулась в сторону дома. Пусть видит мое пренебрежение! И не видит страх, промелькнувший в глазах.
— Измира, — тихо протянул мужчина.
— Что еще? — буркнула, не поворачивая головы.
— Капюшон одень. Замерзнешь, — произнес и спокойно пошел в сторону деревни. Гад! Вот как есть гад! Последнее слово за собой оставил! От бешенства бросилась в дом, не дожидаясь Дарины. Стремглав взлетела по лестнице, забывая обо всем на свете, и бросилась на кровать. На лице проступил румянец обиды, на глазах слезы. В живот уперлось что-то твердое. Это камень! Камень! От него надо избавиться, иначе ведьма узнает… Сей факт отрезвил немного.
Дарина поднялась вслед за мной. Умылась молча и залезла под одеяло. А я, подобно каменной статуи, замерла неподвижно, продолжая восседать на кровати в полном «обмундировании».
— Иза, ты пугаешь меня, — тихо шепнула она. — Завтра трудный день. Тебе необходимо отдохнуть.
— Дарин, а я могла бы ему понравиться? Вот так. Какая есть, — глупый вопрос, учитывая, что ждет меня завтра. Наиглупейший. Но почему-то мне хотелось знать ответ от единственного близкого мне существа (фикус в кладке я не считаю, он не способен к разговору… пока. Впрочем, на существо фикус не тянет). Я знала, Дарина не обманет.
— Не о том думаешь, рыжик. Не о том, — тихо шепнула девушка. Выползла из-под одеяла и аккуратными движениями стащила с меня балахон, сапоги и платье. — Не думай о нем, пожалуйста. Неужели ты не видишь — он не нашего поля ягодка. Слишком опасен.
— И поэтому ты откровенно грубила? — хмыкнула, собираясь разреветься.
— Не поэтому. Я испугалась. Не знала, как защитить и себя, и тебя. Ведьмы нет в доме…
— Я умываться, — тяжело вздохнула и пошла в небольшой закуток, завешанный старыми тряпками. Горячей воды в нашей комнате не бывало отродясь. Ведьма считала, что закалка полезна молодому организму. Опять-таки волю воспитывает, к экономии приучает. Плотно сжав зубы, спокойно сделала шаг под небольшую струйку воды. Зубы заломило от холода, тело охватил озноб. Когда-нибудь мне будет тепло?! Тепло? Мне было тепло с Раном, а еще надежно, спокойно…
«Плескалась» недолго. Вышла. Обтерлась чистым полотенцем. Натянула свитер на голое тело, вдыхая пряный аромат шерстяных ниток, и подошла к кровати. Дарина, утомленная событиями долгого дня, уснула, тихо посапывая в тишине ночи. Я помнила про камень, но помнила и про стужу за пределами деревянных стен. Но выбора мне не предоставили. Тихонько хлопнула в ладоши, гася магический ночничок, и аккуратно спустилась вниз, мимоходом набрасывая балахон. Вышла на улицу. Осмотрелась. И бросилась в сторону заброшенного дома, там где проходила магическая граница, защищавшая территорию ведьмы от вторжения. Камень жег ладоши, а может это не камень, а холод? Все может быть! Несмотря на страх быть пойманной с поличным, холод замораживающий тело и полное отсутствие магии я добралась до места назначения в считанные дриады. Спрятала камень и бросилась назад. Страшное тягучее воспоминание возникло перед глазами. Черный острый камень на шее моего отца. Я знала таких камней всего три. Они лишают магии, не дают создать волшебство! Серый камень Ирагона был другим, и я отлично знала и его свойства. Такие камни были у магов! Серых магов! У жестоких убийц, которые уничтожили мою семью, случайно упустив меня, чудом оставшуюся в живых. Черный камень мог разрушить даже их магию, но только ту, что еще не была создана. Другими словами, произнесенные заклинания, закрепленные нитями природы, камень разрушить был не в состоянии, но мог предотвратить колдовство! Это мое наследство! Это моя память о близких!
Очнулась. Бросилась к домику ведьмы. Тихой мышкой скользнула в свою комнату и пристроилась под бок к Дарине. Все! Долгожданный покой! На сегодня приключений достаточно. Завтра будет новый день…
Хорошо сказать — будет новый день! А если он начнется в тот момент, когда голова коснулась подушки? «Нет, я не выдержу!», — мелькнула несчастная мысль, когда в лицо ударил приглушенный свет магической лампы, а цепкие проворные ручки впились в плечо с желанием потрясти и разбудить!
«Нет сил подняться с кровати! О, меня скормят мертвяку вместе с ней», — скользнуло в сознании.
Бедные глазки-щелочки щурились от света в ведьминых руках. И ее бесцеремонное, бодрое и ужасно громкое:
— Пора ловить мертвяка! — многократно усиленное магией окончательно разрушило остатки сна. Пришлось подчиниться, усилием воли соскрести собственное бренное тело с кровати и принять вертикальное положение.
— Дряниночка, а ты, детка, отдыхай, — сладеньким голосом провозгласила ведьма, посматривая на два укутанных тела в унисон приподнявшихся с кровати. — Мы сейчас Измирку мертвяку скормим и за тебя возьмемся, — хихикнула старуха. Не спорю, у нее был своеобразный юмор — юмор, который мы с Дариной отказывались понимать совсем!
— Госпожа, пожалуйста, возьмите меня с собой, — тихонько всхлипнула девушка от нарисованных перспектив. — Провожу в последний путь, — добавила на радость ведьме.
— Предательница, — прошипела я и толкнула рыжую локтем, чтобы отбить желание шутить в такой ситуации.
А ситуация и впрямь была невеселая. Конечности закоченели, не смотря на теплое одеяло и шерстяной свитер, отказываясь подчиняться хозяйке. Озноб бил все тело. Глаза слипались под тяжестью век. Кажется, я простудилась, не выспалась, да и авитаминоз налицо! Не хочу на корм мертвяку, ну нет у меня настроения сегодня! Обождите, я сон досмотреть хочу, там, между прочим, мужчинки в одних набедренных повязках скачут и песни душещипательные поют! Вру, конечно, — до сна дело не дошло!
— Измира, вот это надень, — бодро выдала ведьма, спокойно расправляя на уголке кровати что-то черное и до неприличия тонкое. — И шаль свою не бери, дам тебе новую, узорную — глядишь, очаруешь мертвяка, и он тебя не слопает! — хихикнула и быстро вышла, оставляя нас с Дариной в полном недоумении. Пришлось подняться и проследовать под ледяной душ. Холодно! Бр-р-р… Зато «соноуничтожительно»!
— Измира, скорее посмотри! Это просто чудо! — взвизгнула девушка, хватая с кровати черную, тонкую, как паутинка, нижнюю сорочку. Эта вещица фонила магией за версту! Но ее достоинство было не в этом! Сорочка была соткана из магического волокна. Будучи тонюсенькой, полупрозрачной и на удивление красивой, вещица была теплой! Теплой, мягкой и такой волшебной, и этот факт пугал — сорочка стоила немалых денег!
— Старуха и впрямь решила спровадить меня на тот свет досрочно, — в сердцах ляпнула я. — Вон и на ритуальное одеяние не поскупилась!
Молодых погибших ведьм обычно сжигали в дорогих белых одеждах. Радовало одно — не в неглиже!
— Она черная, тебе нечего бояться, — томно произнесла Дарина, пугая меня не только голосом со странными интонациями, но и чувственным придыханием. — Она предназначена для покорения мужчины! Инициация, сексуальные утехи, оргии… — добавила шепотом, пугая еще больше. Да бунт гормонов налицо! Оно и понятно, попробуй до двадцати трех остаться девицей, когда вокруг тебя так и вьются молодые, симпатичные парни, жаждущие пригреть тебя на груди.
Нет, конечно, сей факт не порадовал. Да и не верила я, что ведьма собирается сначала порадовать мертвяка с моей помощью, а потом скормить. Даже для этой старой перечницы подобное слишком!
На дрожащих от холода ногах, свеженькая, чистенькая, благоухающая, аки майская роза, я скользнула к кровати и быстро накинула предложенное одеяние. Нижняя сорочка оказалась в пору, что напугало еще больше. Старуха потратилась! Потратилась на меня! Этот факт безумно пугал и я не могла осознать, что же мне ждать от жизни. Впрочем, не известно… будет ли она у меня… эта жизнь.
Поверх сорочки натянула относительно новое шерстяное платьице. Помирать, так с музыкой и при полном параде! Накинула балахон и спустилась вниз.
Ведьма восседала в уютном кресте и нетерпеливо постукивала пальцами по его подлокотникам. Злилась, нервничала… Я могла прочитать эмоции даже не всматриваясь, предугадать следующее действие, уклониться от удара, если понадобиться, но сейчас меня занимал лишь этот резкий, нервный стук. Ничего не могла с собой поделать — смотрела и не могла отвести взгляд.
— Измира, я не дам ему причинить вред, — зло выговорила старуха, шамкая губами. Речь шла о мертвяке, это было очевидно.
— Конечно, иначе, зачем так тратится, — улыбнулась, стараясь не выглядеть испуганной. Мы обе знали, что у меня мало шансов.
— Для ловли мертвого под заклинанием подчинения необходима наживка — молодая девушка. Ты виновата в том, что труп сбежал. Поэтому выбор пал на тебя, да и другая вряд ли бы справилась. Тебе храбрости не занимать, — невесело хмыкнула и добавила, — но я не позволю причинить тебе вред, буду рядом и сумею защитить. Главное, не дай себя укусить. Большего от тебя не потребуется.
На мертвяков обычная магия не действовала — это известный факт, только волшебство высшего порядка. Поэтому просто магически прочесать леса в округе деревни не выйдет. Опять-таки, ни один белый маг не отдаст такое количество собственной силы ради сомнительного предприятия. Да просто это глупо — искать иголку в стоге сена!
Объяснялся этот факт очень просто — мертвяки не имели разума, представляя собой лишь хладные тела, да полностью разложившийся мозг. А магия — это эфир, который действует на сознание, а уж оно выкидывает разного вида фортели, заставляя верить в чудеса и собственно воплощая фантазии мага в жизнь. Веришь — заклинания действуют сильнее, не веришь — слабее, но все же действуют! А вот совсем не верить сложно, я бы сказала невозможно, так-то.
— Выпей, Измира, и пойдем уже.
— Правильно, ловить мертвяков лучше на рассвете, — буркнула я пессимистично.
— Чего? — ведьма была обескуражена.
— Рассвет, красота, романтика, — хмыкнула, сдерживаясь, чтобы не хихикнуть, наверное, это нервное. И пояснила:
— Предрассветное солнце раскрасит белый снег красными красками… Красота ведь.
«Самое лучшее время для смерти», — мелькнула трусливая мыслишка.
Старуха протянула склянку с желтым отваром и да, я знала что там! Выпила молча. Спустя мгновение почувствовала спазм в животе — неприятно, но терпимо, толи еще будет. Скоро начнется настоящее кровотечение. Кровища польется рекой… Мертвяк почувствует «младую» кровь на расстоянии и ринется ко мне сквозь любые преграды. Приблизится и попробует подзакусить, надеюсь в этот момент по близости окажутся две сильные ведьмы и один белый маг. В принципе, риск небольшой. Но это только на первый взгляд. Маг и ведьмы, дабы не спугнуть мертвяка будут циркулировать по периметру небольшого участка леса, в центре которого буду находится я, и ожидать его появление. Как только появится мертвец его попробуют связать до того, как он оторвет мне башку, перекусив тонкую шейку. Уничтожать Ирагона нельзя — он единственная улика, которая приведет к убийце! Моя задача проста и понятна — ходить по лесу в выделенном мне «квадрате» и стараться не истечь кровью до момента «Икс».
Чувствуя легкое головокружение, медленно подошла к открытой двери. Ведьма поспешила вперед и еще раз тихо шепнула:
— С тобой ничего не случится, не бойся, — накинула мне на голову яркую цветастую шаль.
— Я в вашей власти, госпожа, — искусственная улыбка расплылась на лице. Естественно, я ей не верила. Кроме того, в ее действиях чувствовался подвох. Да одна черная нижняя сорочка чего стоила! Пораскинув мозгами, я решила, что дело в белом маге. Красивый, статный мужчина, не обделенной силой и властью, явно пользовался расположением ведьмы. А как он трепетно держал мои руки в своих руках в момент моего позорного падения в обморок! Господин Отис явно не догадывался о матримониальных планах… Но, зная характер старухи, ее последующие действия казались очевидными.
Я медленно переступила порог вслед за ведьмой. В лицо ударил стылый воздух, мгновенно вымораживая руки. Взглянула на небо. Посмотрела, как плывут облака. Солнца красный свет скользнул по рукам и скрылся за высокими соснами леса.
— И солнце свет нам не поймать никогда… — сложились мысли в слова.
Ведьма шла быстро, даже поспешно. Я старалась не отставать от нее и помалкивала, не собираясь вступать в разговор о красоте природы и предрассветного зимнего утра в частности. Старая Хельга продолжала бормотать себе под нос и ее, кажется, не смущало мое молчание. А мне было все равно и даже страха я не чувствовала, только усталость, сильный озноб и приближающееся кровотечение. Шерстяные колготки начали намокать изнутри — неприятное чувство, но я в принципе, как и любая молодая дева, испытывала подобные ощущения раз в месяц, а оттого сильного дискомфорта не чувствовала.
— Почти пришли, — буркнула ведьма, не поворачивая головы. Впереди маячили две напряженные фигуры. Мага и Младую Лайзу я узнала сразу. Ведьма куталась в розовую цветастую шаль, переминалась с ноги на ногу и совершенно не имела понятия о элементарной конспирации. Но вот кто на дело идет в ярких одеждах, бросающихся в глаза с огромного расстояния?! Маг о конспирации слышал не понаслышке. Облаченный в белый просторный балахон, он практически сливался со снегом, и лишь яркие синие глаза блестели на бледном лице, выдавая нетерпение.
— Иди, — тихо шепнула Старая Хельга. Улыбнулась доброй материнской улыбкой, чем вогнала меня в полнейший ступор, и припустила в сторону «честной компании». Я осталась одна, в полнейшем одиночестве и, если честно, не знала, что предпринять. Потопталась на одном месте, разминая конечности, и двинулась, куда глаза глядят, удаляясь в сторону леса. Бросила последний взгляд на ведьму, вздернула повыше нос и пошла… пошла… Пусть думают, гордая. А-нет, просто так слезы из глаз не вытекают!
Скоро отвар подействует, начнется настоящее кровотечение. Сильный ветер разнесет «сладкий запах» на необозримую территорию, и мертвяк, почувствовав вкусненькое, прибежит и «рухнет к моим ногам». Идти с задранным носом, то еще удовольствие. Длинный балахон жутко мешал, путался под ногами, мокрой тряпкой цепляясь за сапоги. Ноги то и дело проваливались в рыхлый снег, увязая в нем, не давая сделать шаг.
— Значит, мертвяк, — тихо шепнул Ран. — Ловля на живца, выходит… И когда ты собиралась мне сказать? — довольно спокойно выговорил мужчина, только вот его взгляд говорил о другом. Мужчина был в бешенстве и еле сдерживался от переполнявших его эмоций. А тут Даринка решила подлить масла в огонь:
— Слушай, Измира, а где такие борзые обитают? Мужик, ты про пиетет что-нибудь слыхивал? С ведьмой все-таки разговариваешь!
Ран на ее слова не обратил ни малейшего внимания. Он сделал шаг в мою сторону, упираясь носками ботинок в преграду, глядя мне в глаза произнес:
— Я задал вопрос.
Открыла рот для ответа и… пришла в себя. Дернула головой в отрицательном жесте, отчего капюшон слетел с головы и громко, разборчиво, дерзко произнесла:
— Никогда.
Взметнулось черное одеяние, рыжие кудри рассыпались по неестественно прямой спине, и я метнулась в сторону дома. Пусть видит мое пренебрежение! И не видит страх, промелькнувший в глазах.
— Измира, — тихо протянул мужчина.
— Что еще? — буркнула, не поворачивая головы.
— Капюшон одень. Замерзнешь, — произнес и спокойно пошел в сторону деревни. Гад! Вот как есть гад! Последнее слово за собой оставил! От бешенства бросилась в дом, не дожидаясь Дарины. Стремглав взлетела по лестнице, забывая обо всем на свете, и бросилась на кровать. На лице проступил румянец обиды, на глазах слезы. В живот уперлось что-то твердое. Это камень! Камень! От него надо избавиться, иначе ведьма узнает… Сей факт отрезвил немного.
Дарина поднялась вслед за мной. Умылась молча и залезла под одеяло. А я, подобно каменной статуи, замерла неподвижно, продолжая восседать на кровати в полном «обмундировании».
— Иза, ты пугаешь меня, — тихо шепнула она. — Завтра трудный день. Тебе необходимо отдохнуть.
— Дарин, а я могла бы ему понравиться? Вот так. Какая есть, — глупый вопрос, учитывая, что ждет меня завтра. Наиглупейший. Но почему-то мне хотелось знать ответ от единственного близкого мне существа (фикус в кладке я не считаю, он не способен к разговору… пока. Впрочем, на существо фикус не тянет). Я знала, Дарина не обманет.
— Не о том думаешь, рыжик. Не о том, — тихо шепнула девушка. Выползла из-под одеяла и аккуратными движениями стащила с меня балахон, сапоги и платье. — Не думай о нем, пожалуйста. Неужели ты не видишь — он не нашего поля ягодка. Слишком опасен.
— И поэтому ты откровенно грубила? — хмыкнула, собираясь разреветься.
— Не поэтому. Я испугалась. Не знала, как защитить и себя, и тебя. Ведьмы нет в доме…
— Я умываться, — тяжело вздохнула и пошла в небольшой закуток, завешанный старыми тряпками. Горячей воды в нашей комнате не бывало отродясь. Ведьма считала, что закалка полезна молодому организму. Опять-таки волю воспитывает, к экономии приучает. Плотно сжав зубы, спокойно сделала шаг под небольшую струйку воды. Зубы заломило от холода, тело охватил озноб. Когда-нибудь мне будет тепло?! Тепло? Мне было тепло с Раном, а еще надежно, спокойно…
«Плескалась» недолго. Вышла. Обтерлась чистым полотенцем. Натянула свитер на голое тело, вдыхая пряный аромат шерстяных ниток, и подошла к кровати. Дарина, утомленная событиями долгого дня, уснула, тихо посапывая в тишине ночи. Я помнила про камень, но помнила и про стужу за пределами деревянных стен. Но выбора мне не предоставили. Тихонько хлопнула в ладоши, гася магический ночничок, и аккуратно спустилась вниз, мимоходом набрасывая балахон. Вышла на улицу. Осмотрелась. И бросилась в сторону заброшенного дома, там где проходила магическая граница, защищавшая территорию ведьмы от вторжения. Камень жег ладоши, а может это не камень, а холод? Все может быть! Несмотря на страх быть пойманной с поличным, холод замораживающий тело и полное отсутствие магии я добралась до места назначения в считанные дриады. Спрятала камень и бросилась назад. Страшное тягучее воспоминание возникло перед глазами. Черный острый камень на шее моего отца. Я знала таких камней всего три. Они лишают магии, не дают создать волшебство! Серый камень Ирагона был другим, и я отлично знала и его свойства. Такие камни были у магов! Серых магов! У жестоких убийц, которые уничтожили мою семью, случайно упустив меня, чудом оставшуюся в живых. Черный камень мог разрушить даже их магию, но только ту, что еще не была создана. Другими словами, произнесенные заклинания, закрепленные нитями природы, камень разрушить был не в состоянии, но мог предотвратить колдовство! Это мое наследство! Это моя память о близких!
Очнулась. Бросилась к домику ведьмы. Тихой мышкой скользнула в свою комнату и пристроилась под бок к Дарине. Все! Долгожданный покой! На сегодня приключений достаточно. Завтра будет новый день…
ГЛАВА 8
Хорошо сказать — будет новый день! А если он начнется в тот момент, когда голова коснулась подушки? «Нет, я не выдержу!», — мелькнула несчастная мысль, когда в лицо ударил приглушенный свет магической лампы, а цепкие проворные ручки впились в плечо с желанием потрясти и разбудить!
«Нет сил подняться с кровати! О, меня скормят мертвяку вместе с ней», — скользнуло в сознании.
Бедные глазки-щелочки щурились от света в ведьминых руках. И ее бесцеремонное, бодрое и ужасно громкое:
— Пора ловить мертвяка! — многократно усиленное магией окончательно разрушило остатки сна. Пришлось подчиниться, усилием воли соскрести собственное бренное тело с кровати и принять вертикальное положение.
— Дряниночка, а ты, детка, отдыхай, — сладеньким голосом провозгласила ведьма, посматривая на два укутанных тела в унисон приподнявшихся с кровати. — Мы сейчас Измирку мертвяку скормим и за тебя возьмемся, — хихикнула старуха. Не спорю, у нее был своеобразный юмор — юмор, который мы с Дариной отказывались понимать совсем!
— Госпожа, пожалуйста, возьмите меня с собой, — тихонько всхлипнула девушка от нарисованных перспектив. — Провожу в последний путь, — добавила на радость ведьме.
— Предательница, — прошипела я и толкнула рыжую локтем, чтобы отбить желание шутить в такой ситуации.
А ситуация и впрямь была невеселая. Конечности закоченели, не смотря на теплое одеяло и шерстяной свитер, отказываясь подчиняться хозяйке. Озноб бил все тело. Глаза слипались под тяжестью век. Кажется, я простудилась, не выспалась, да и авитаминоз налицо! Не хочу на корм мертвяку, ну нет у меня настроения сегодня! Обождите, я сон досмотреть хочу, там, между прочим, мужчинки в одних набедренных повязках скачут и песни душещипательные поют! Вру, конечно, — до сна дело не дошло!
— Измира, вот это надень, — бодро выдала ведьма, спокойно расправляя на уголке кровати что-то черное и до неприличия тонкое. — И шаль свою не бери, дам тебе новую, узорную — глядишь, очаруешь мертвяка, и он тебя не слопает! — хихикнула и быстро вышла, оставляя нас с Дариной в полном недоумении. Пришлось подняться и проследовать под ледяной душ. Холодно! Бр-р-р… Зато «соноуничтожительно»!
— Измира, скорее посмотри! Это просто чудо! — взвизгнула девушка, хватая с кровати черную, тонкую, как паутинка, нижнюю сорочку. Эта вещица фонила магией за версту! Но ее достоинство было не в этом! Сорочка была соткана из магического волокна. Будучи тонюсенькой, полупрозрачной и на удивление красивой, вещица была теплой! Теплой, мягкой и такой волшебной, и этот факт пугал — сорочка стоила немалых денег!
— Старуха и впрямь решила спровадить меня на тот свет досрочно, — в сердцах ляпнула я. — Вон и на ритуальное одеяние не поскупилась!
Молодых погибших ведьм обычно сжигали в дорогих белых одеждах. Радовало одно — не в неглиже!
— Она черная, тебе нечего бояться, — томно произнесла Дарина, пугая меня не только голосом со странными интонациями, но и чувственным придыханием. — Она предназначена для покорения мужчины! Инициация, сексуальные утехи, оргии… — добавила шепотом, пугая еще больше. Да бунт гормонов налицо! Оно и понятно, попробуй до двадцати трех остаться девицей, когда вокруг тебя так и вьются молодые, симпатичные парни, жаждущие пригреть тебя на груди.
Нет, конечно, сей факт не порадовал. Да и не верила я, что ведьма собирается сначала порадовать мертвяка с моей помощью, а потом скормить. Даже для этой старой перечницы подобное слишком!
На дрожащих от холода ногах, свеженькая, чистенькая, благоухающая, аки майская роза, я скользнула к кровати и быстро накинула предложенное одеяние. Нижняя сорочка оказалась в пору, что напугало еще больше. Старуха потратилась! Потратилась на меня! Этот факт безумно пугал и я не могла осознать, что же мне ждать от жизни. Впрочем, не известно… будет ли она у меня… эта жизнь.
Поверх сорочки натянула относительно новое шерстяное платьице. Помирать, так с музыкой и при полном параде! Накинула балахон и спустилась вниз.
Ведьма восседала в уютном кресте и нетерпеливо постукивала пальцами по его подлокотникам. Злилась, нервничала… Я могла прочитать эмоции даже не всматриваясь, предугадать следующее действие, уклониться от удара, если понадобиться, но сейчас меня занимал лишь этот резкий, нервный стук. Ничего не могла с собой поделать — смотрела и не могла отвести взгляд.
— Измира, я не дам ему причинить вред, — зло выговорила старуха, шамкая губами. Речь шла о мертвяке, это было очевидно.
— Конечно, иначе, зачем так тратится, — улыбнулась, стараясь не выглядеть испуганной. Мы обе знали, что у меня мало шансов.
— Для ловли мертвого под заклинанием подчинения необходима наживка — молодая девушка. Ты виновата в том, что труп сбежал. Поэтому выбор пал на тебя, да и другая вряд ли бы справилась. Тебе храбрости не занимать, — невесело хмыкнула и добавила, — но я не позволю причинить тебе вред, буду рядом и сумею защитить. Главное, не дай себя укусить. Большего от тебя не потребуется.
На мертвяков обычная магия не действовала — это известный факт, только волшебство высшего порядка. Поэтому просто магически прочесать леса в округе деревни не выйдет. Опять-таки, ни один белый маг не отдаст такое количество собственной силы ради сомнительного предприятия. Да просто это глупо — искать иголку в стоге сена!
Объяснялся этот факт очень просто — мертвяки не имели разума, представляя собой лишь хладные тела, да полностью разложившийся мозг. А магия — это эфир, который действует на сознание, а уж оно выкидывает разного вида фортели, заставляя верить в чудеса и собственно воплощая фантазии мага в жизнь. Веришь — заклинания действуют сильнее, не веришь — слабее, но все же действуют! А вот совсем не верить сложно, я бы сказала невозможно, так-то.
— Выпей, Измира, и пойдем уже.
— Правильно, ловить мертвяков лучше на рассвете, — буркнула я пессимистично.
— Чего? — ведьма была обескуражена.
— Рассвет, красота, романтика, — хмыкнула, сдерживаясь, чтобы не хихикнуть, наверное, это нервное. И пояснила:
— Предрассветное солнце раскрасит белый снег красными красками… Красота ведь.
«Самое лучшее время для смерти», — мелькнула трусливая мыслишка.
Старуха протянула склянку с желтым отваром и да, я знала что там! Выпила молча. Спустя мгновение почувствовала спазм в животе — неприятно, но терпимо, толи еще будет. Скоро начнется настоящее кровотечение. Кровища польется рекой… Мертвяк почувствует «младую» кровь на расстоянии и ринется ко мне сквозь любые преграды. Приблизится и попробует подзакусить, надеюсь в этот момент по близости окажутся две сильные ведьмы и один белый маг. В принципе, риск небольшой. Но это только на первый взгляд. Маг и ведьмы, дабы не спугнуть мертвяка будут циркулировать по периметру небольшого участка леса, в центре которого буду находится я, и ожидать его появление. Как только появится мертвец его попробуют связать до того, как он оторвет мне башку, перекусив тонкую шейку. Уничтожать Ирагона нельзя — он единственная улика, которая приведет к убийце! Моя задача проста и понятна — ходить по лесу в выделенном мне «квадрате» и стараться не истечь кровью до момента «Икс».
Чувствуя легкое головокружение, медленно подошла к открытой двери. Ведьма поспешила вперед и еще раз тихо шепнула:
— С тобой ничего не случится, не бойся, — накинула мне на голову яркую цветастую шаль.
— Я в вашей власти, госпожа, — искусственная улыбка расплылась на лице. Естественно, я ей не верила. Кроме того, в ее действиях чувствовался подвох. Да одна черная нижняя сорочка чего стоила! Пораскинув мозгами, я решила, что дело в белом маге. Красивый, статный мужчина, не обделенной силой и властью, явно пользовался расположением ведьмы. А как он трепетно держал мои руки в своих руках в момент моего позорного падения в обморок! Господин Отис явно не догадывался о матримониальных планах… Но, зная характер старухи, ее последующие действия казались очевидными.
Я медленно переступила порог вслед за ведьмой. В лицо ударил стылый воздух, мгновенно вымораживая руки. Взглянула на небо. Посмотрела, как плывут облака. Солнца красный свет скользнул по рукам и скрылся за высокими соснами леса.
— И солнце свет нам не поймать никогда… — сложились мысли в слова.
Ведьма шла быстро, даже поспешно. Я старалась не отставать от нее и помалкивала, не собираясь вступать в разговор о красоте природы и предрассветного зимнего утра в частности. Старая Хельга продолжала бормотать себе под нос и ее, кажется, не смущало мое молчание. А мне было все равно и даже страха я не чувствовала, только усталость, сильный озноб и приближающееся кровотечение. Шерстяные колготки начали намокать изнутри — неприятное чувство, но я в принципе, как и любая молодая дева, испытывала подобные ощущения раз в месяц, а оттого сильного дискомфорта не чувствовала.
— Почти пришли, — буркнула ведьма, не поворачивая головы. Впереди маячили две напряженные фигуры. Мага и Младую Лайзу я узнала сразу. Ведьма куталась в розовую цветастую шаль, переминалась с ноги на ногу и совершенно не имела понятия о элементарной конспирации. Но вот кто на дело идет в ярких одеждах, бросающихся в глаза с огромного расстояния?! Маг о конспирации слышал не понаслышке. Облаченный в белый просторный балахон, он практически сливался со снегом, и лишь яркие синие глаза блестели на бледном лице, выдавая нетерпение.
— Иди, — тихо шепнула Старая Хельга. Улыбнулась доброй материнской улыбкой, чем вогнала меня в полнейший ступор, и припустила в сторону «честной компании». Я осталась одна, в полнейшем одиночестве и, если честно, не знала, что предпринять. Потопталась на одном месте, разминая конечности, и двинулась, куда глаза глядят, удаляясь в сторону леса. Бросила последний взгляд на ведьму, вздернула повыше нос и пошла… пошла… Пусть думают, гордая. А-нет, просто так слезы из глаз не вытекают!
Скоро отвар подействует, начнется настоящее кровотечение. Сильный ветер разнесет «сладкий запах» на необозримую территорию, и мертвяк, почувствовав вкусненькое, прибежит и «рухнет к моим ногам». Идти с задранным носом, то еще удовольствие. Длинный балахон жутко мешал, путался под ногами, мокрой тряпкой цепляясь за сапоги. Ноги то и дело проваливались в рыхлый снег, увязая в нем, не давая сделать шаг.
