— Тот самый Джек? — спросила Фуриана и попыталась освободить руки, я не позволила.
— Именно так, леди, — разбойник поклонился.
Я закатила глаза, все это действительно попахивало балаганом. Маски, реверансы… Может, у них в кустах еще хор припасен? Песен с танцами для полного счастья недостает.
— Вы, молодой человек, пытаетесь обмануть слабую женщину, — пропищала гувернантка, — я, знаете ли, по пути в ваш благословенный Ландсхорн, имела удовольствие познакомиться с настоящим Кружевным Джеком. И могу вам с уверенностью заявить, что вы — не он.
Лично я прекрасно помнила, как Фуриана говорила Хуго, что самого атамана ей увидеть не удалось, сокрушалась еще из-за этого. Врет сейчас или врала лорду-рифу? Ах, да какая разница?
«Ненастоящий» Кружевной галантно осведомился, как именно леди добиралась до наших мест, услышав, что посуху через Торнвольское ущелье, покачал головой:
— Прискорбно, дражайшая леди, что вами для путешествия не был избран морской путь. Тогда, я уверен, первый Кружевной Джек, с которым вы побеседовали бы в Ландсхорне, был я. Наша долина обширна как территорией, так и населением, здесь часто можно встретить людей, носящих одинаковые имена.
— Вы хотите сказать, что где-то в округе может бродить ваш третий тезка?
— Не стал бы такого исключать.
— А почему вам досталось именно это прозвище?
— А что ответил вам мой торновольский тезка, если вы спрашивали его об этом?
Дуэнья фыркнула мне прямо в шею:
— Он, знаете ли, в отличие от вас, молодой человек, является на разбой одетым с иголочки, в прекрасном расшитом камзоле и белоснежной сорочке с каскадом драгоценных кружев.
Разбойник хохотнул:
— Надеюсь, ниже пояса он одеваться не забывает? Теперь, дражайшая леди, к делу. Ваши деньги и драгоценности нас не интересуют, отдайте нам девушку и, пожалуй, бахура и разойдемся по-хорошему.
— Встречное предложение: вы отдаете нам с леди Кассадрой все деньги и драгоценности и мы…
Не знаю, что именно собиралась сделать Фуриана, она с силой вжала мою стопу в бок Сарику, наверное хотела его развернуть, чтоб с высоты его холки начать колдовать, но Сарик и так слишком долго был послушным мальчиком, он взбрыкнул, игриво прыгнул в сторону, приминая кусты и прячущегося в них лучника, победно замычал и сбросил нас с гувернанткой.
Отвратительно скованная объятиями этой женщины, я не могла даже сгруппироваться, рухнула на нее спиной, бестолково дергая конечностями. Сарик радостно перескочил через натянутую между деревьями веревку, унесся куда-то, в кустах стонали, туда на помощь ринулся разбойник с тесаком, лук предводителя был у него в руках, стрела на тетиве.
Болван, конечно. Ну какой еще лук на таком расстоянии? В упор стрелять?
Вскочив на ноги, я предупредительно подняла руку:
— Леди Фуриана вас всех сейчас заколдует!
— Перестаньте, дитя мое, пугать этих милых молодых…
Я резко обернулась. Дуэнья успела подняться, но никаких дымных плетей из нее пока не показалось, зато из-за дерева крадучись появился пухлый румяный паренек с нелепо большой дубиной, маски на нем не было. Пухляш мне подмигнул, улыбнулся и почти без замаха тюкнул дубиной гувернантку. Она рухнула.
И воцарилась тишина, только птицы в кронах и шорох ветра, и веселое мычание бахура издалека, и… храп. Леди Фуриана сладко спала, растянувшись на земле, как будто это была мягчайшая из перин.
Предводитель сдернул платок, открывая веснушчатое остроносое лицо, шагнул ко мне:
— Так бы и врезал!
— Давай! — предложила я, разводя руки. — Ну? Бей, заслужила.
— Нас на бабу променяла, — донеслось из кустов.
— На сестру, долг перед семьей все на свете перевешивает, — бросила я через плечо и охнула, потому что меня очень крепко обняли.
— Идиотка, — сказал Саймон в мою макушку. — Леди Амарилис, Вальгор тебя раздери. Платье, прическа, с глазами еще что-то утворила…
— Это Мод, — негромко призналась я, — у нее от Оскопиуса нужное зелье осталось. У настоящей леди Кассандры… Погоди, а почему ты решил, что мой обман вот-вот раскроют?
Отстранившись, я внимательно посмотрела на Саймона:
— Это ведь ты дурацкий стишок сочинил? И стрелял тоже ты, потому что никто другой на два локтя мимо цели не промажет.
Вот тут мне отвесили подзатыльник, почти невесомый.
— Критику, леди, оставьте для ваших новых друзей. Не сбей ты с ног… — Сай глупо хихикнул, — эту даму…
Вспомнив о существовании Фурианы, я хлопнула себя по лбу:
— Ладно, потом объяснишь, сейчас нужно спешить. Пит, Том, вылезайте уже из кустов и найдите Сарика, он не мог далеко убежать. Пончо, помоги.
Эндрю Войс по кличке Пончо перевернул храпящую гувернантку на спину, я присела и попыталась снять с нее цепочку. Застежки там не было, а плетение оказалось такой плотности, что не разорвешь.
— Можем отрезать даме голову, — предложил хихикающий Сай. — Ты стала увлекаться безделушками?
Вкратце рассказав о двойном магическом поводке и шуме, который он способен поднять, я опустилась на колени, легла на твердую грудь леди Фурианы и попыталась попасть ее ключиком в замочек своей подвески. Выглядело это еще неприличнее, чем звучало в описании, и сопровождалось смехом Саймона. Мой подбородок елозил по бледным скулам гувернантки, в стеклышках очков отражалось мое горящее от раздражения лицо.
— Никак, — вздохнула я и сползла с бесчувственного тела. — И что теперь делать?
— А что ты собиралась? — Спросил Сай.
— Избавиться от поводка, оставить здесь Фуриану и записку от Кружевного Джека. Так мол и так, я, великий разбойник всея Ландсхорна, вашу наследницу умыкнул и теперь буду выкуп требовать.
— И?
— И все, — вздохнула я. — Пока дуэнья проснется… Сколько там усыпальная дубина действует? Часа четыре. Пока проснется, пока до поместья пешком дойдет… Да даже если лорд-риф отряд на наши поиски снарядит, пару часов форы у нас все равно будет.
— Форы для чего?
— Чтоб убежать! Сай, зачем вы меня нашли? Я же просила, в письме же черным по-белому было написано…
— В том, которое больше на завещание похоже? Ты, идиотка, вообразила, что от нас вот так просто… — Саймон замолчал, несколько раз глубоко вздохнул, успокаиваясь. — Ты права, отсюда надо делать ноги.
Он обернулся, близнецы Бакстер — Пит и Том, один из которых изображал во время нападения засаду лучников, а другой так эффектно появился на дороге с тесаком, уже вели Сарика, накинув ему на рога веревочную петлю. Саймон потрепал бахура по лбу:
— Давайте , ребята, грузим тело и сваливаем. Пончо, ты замыкаешь и смотришь, чтоб никаких следов не осталось.
— Нет, — перебила я, — всех следов все-равно не уничтожить.
— Твои предложения?
Чуточку подумав, я уточнила:
— Как долго ты собираешься леди Фуриану с нами по лесу таскать?
— Те самые четыре часа, которые волшебная дубина Пончо действует. И не таскать, у нас, — Сай махнул рукой куда-то на север, — лагерь обустроен.
— Лагерь? — недоверчиво протянула я. — И место прямо тайное?
— Правду люди говорят, власть портит, — сообщил Саймон. — Глазки она закатывает, сарказм изображает… Тайное. Дрейк выбирал.
— Вы и его с собой притащили?
— А как бы мы, по твоему, без Дрейка, избегая тракта, всю долину пересекли?
Дрейк был местным, в отличие от нас, столичных штучек, прекрасно ориентировался в лесу. Нет, ориентировался, слабо сказано, он был — дитя леса.
— Хорошо, — сказала я. — Тогда предлагаю все-таки похищение изобразить. Любой следопыт, а из к нашим поискам непременно привлекут, и поломанные ветки кустов, и борозды от веревки на стволах деревьев заметит. Поэтому, Сай, записку напиши, что Кружевной Джек леди Кассандру и Фуриану в плен захватил и требует за них от наместника выкуп. Сумму… ну, предположим, в тысячу марок.
— Не много?
— В самый раз. В лагере ты допросишь гувернантку, заставишь ее меня от поводка избавить, мы немедленно снимемся и уберемся подальше.
— Хорошо.
Саймон достал из заплечной сумки лист бумаги и карандаш, пристроился на поваленном дереве и стал писать, я стояла над его плечом, продолжая говорить:
— Лицо платком завяжешь, на всякий случай и, наверное, руки ей связать надо, она руками колдует… И еще, не забудь ей пригрозить, что, если лорд Хуго вдруг Кружевного Джека все-таки поймает, секретики Фурианы никто хранить не собирается.
— Секретики?
— Ну да, она же не Фуриана вовсе! Представляешь?
Развеселившись, я рассказала, как мы с гувернанткой расшифровывали дурацкий стишок, как «дама из столицы» не знала, что такое Ржавый Порт и, что потом уже, задним числом анализируя все, что ее касается, я вспомнила, что большинство одежды, которой набиты сундуки фальшивой дуэньи, ни по размеру, ни по стилю ей не подходили.
— Любопытно, что она с настоящей леди Фурианой сделала. Документы-то, их лорд Хуго проверял, самые настоящие. Может, спросишь?
— Спрошу, — Саймон закончил писать и протянул листок мне. — Проверь.
Я пробежала записку глазами:
— Хорошо, пара-тройка ошибок даже придает посланию естественности.
Мне попытались дать подзатыльник, но я увернулась и показала язык:
— Бе-бе-бе, Саймон Финн — простолюдин.
Это была детская обзывалка, потому что Оскопиус, наш покойный хозяин, вечно поучал: «Ничто так не выдает простолюдина, как ошибки в речи и на письме».
Сай улыбнулся, тоже вспомнил старого обманщика.
Потом улыбка стала хитрой:
— Самая умная, да?
— А то! — Подпрыгнув, я достала из его колчана стрелу уже украшенную кружевным бантиком и стала примеряться, куда пришпилить записку, чтоб она сразу бросалась в глаза.
— Пишешь грамотно, по-флексагонски болтаешь…
Правый ствол дерева или левый? Обычный человек сначала налево смотрит? Правильно?
— … стрельба из лука, верховая езда, разгадывание загадок, — продолжал монотонно перечислять Финн. — Хотя, погоди, с загадками у тебя не слишком получается.
Меня это заявление возмутило:
— Кое-кому, дружище, иногда стоит помолчать. Что за глупости? Это когда я сплоховала?
Сай вытаращился с комическим недоумением:
— То есть, до тебя так и не дошло?
— Что именно?
— Кто твоя дуэнья на самом деле?
— Ну… — почесала я бровь, — она точно не леди Фуриана. Мало? Ты больше знаешь?
— Саймон! — позвал Пончо, врываясь в разговор, — ты бы помог, этот мужик слишком длинноногий.
Мужик? Я ринулась к бахуру, на которого пытались взгромоздили дуэнью, Парни остановились, придерживая безжизненное тело за плечи, я наклонилась, сдернула парик. Под ним оказались очень темные волосы и… В общем, это было похоже на оптический обман, часто используемый фокусниками. Сейчас, когда я знала, куда смотреть, развидеть то, что леди Фуриана на самом деле мужчина, одетая в женское платье, не могла. Жесткие черты лица, кадык, четкие скулы с тенью щетины. Она, то есть он, даже не старался, никакого обилия косметики или даже помады, обычное мужское лицо. Два ярких элемента — нелепый парик и приметные очки, непрошибаемый апломб, подкрепленный документами и все, образ готов, зритель отвлекся, остальную картину дорисовал сам в своей голове. Так работает наш мозг, не любит сложностей, сглаживает, упрощает, показывает то, что сами хотим увидеть.
— Вальгорово дерьмо! — сказала я.
— Ну? — потребовал Сай с победной улыбкой и театрально подбоченился — Льсти и унижайся!
— О, мудрейший среди живущих, великий и солнцеликий разгадыватель загадок, распутыватель тайн, магистр вселенских знаний, чей череп содержит не мозг, а океан чистого разума…—начала я, опускаясь на одно колено.
— Мысленно добавила, что этот океан вот-вот из ушей польется? — уточнил Сай. — Не ври что нет, у тебя на лице все написано. Давай заново и чур не повторяться.
— Повелитель логики, ученый муж, чьи размышления заставляют мой скудный умишко биться в истерике… Минуточку, — я поднялась на ноги и требовательно спросила, — ты видел? Таращился целыми днями в подзорную трубу, подглядывал и в какой-то момент… Нет, не в какой-то, во вполне конкретный момент, когда я вышла из спальни, а «дуэнья» переодевалась, ее пол и обнаружил?
Сай фыркнул, а Пончо, которого наши с Финном препирания достали, велел нам поторапливаться. Дважды фальшивая гувернантка была надежно примотана к спине бахура, ее парик остался пришпиленным стрелой к стволу дерева вместе с запиской, мы покинули место разбойного нападения.
Опыт в такого рода делах у нас был, Дрейк в свое время обучил, как уйти, пятясь задом, чтоб следы вели в другую сторону, где надломить пару-тройку веток и сколь важно быстрее пересечь текущую воду, чтоб сбить настройку артефактов слежения. С Дрейком нам невероятно повезло.
Мы перешли ручей трижды, двигаясь сначала на запад, потом на юго-запад, хотя, я помнила, лагерь был в северном от места встречи направлении. Впрочем, в определении направлений сторон света я никогда сильна не была, так что могла и ошибаться. Наконец, решив, что достаточно запутал возможных преследователей, Сай остановил отряд.
— Заблудился? — ласково предположила я. — Потопали обратно?
Он беззлобно ругнулся: «Дура!», поднес к нубам сложенные трубочкой ладони и трижды ухнул по-совиному.
«Дура, не дура, а днем совы не ухают», — подумала я и услышала ответную трель. Густые ветви ельника дрогнули, раздвинулись, открывая пологий спуск. Один из Бакстеров, кажется, Том, направил туда бахура, ребята двинулись следом, Пончо, обернувшись, подал мне руку, замыкающий — Сай — вернул ветви на место. По дну оврага мы вышли на полянку, поросшую травой и осенними цветами. Дрейк прекрасно здесь все обустроил, вещи лежали в кустах, небольшой костерок, разведенный среди камней, почти не дымил.
— Мясо! — прошептала я с восторгом. — И грибной суп? Значит, мне не показалось? Еще по дороге эти ароматы унюхала.
— Не показалось, — ответил Дрейк. — Тут, гляди, — он махнул в сторону причудливо громоздящихся валунов, — туда воздух тянет, мили четыре. Голодная?
Обняв Дрейка я призналась, что да, очень-очень хочу есть и, пока не поем, ни о чем рассказывать не буду, буду слушать. Том с Питом занялись разгрузкой, гувернантку следовало снять с Сарика и надежно привязать. Меня усадили к костру, дали миску с супом, ложку, ломоть хлеба. Дрейк устроился рядом и смотрел как я наслаждаюсь его стряпней.
— Так почему вы за мной пошли? — спросила я с набитым ртом. — Дрейк, вы ведь взрослый, понимаете опасность, вам-то это зачем?
— Если подумать, то и незачем, — согласился Дрейк. — Но, с другой стороны…
— Мы ни о чем ему не сказали, — Саймон присел к костру, — получили твою идиотскую записку с извинениями и сами по следу…
— По следу, — Дрейк поднял вверх костлявый палец, — сами.
Сай вздохнул:
— Через три дня он нас в таких пум-пунях нашел…
— В яме, — уточнил Дрейк, — в ловушке охотничьей, всех четверых. Без еды и воды.
— И в шаге от каннибализма, — присоединился к беседе Пончо. — Том, Пит, хватит узлы вязать, идите сюда.
— Про каннибализм наш пухлик преувеличивает, — сказал Пит.
— Ему со страху почудилось, — поддержал брата Том.
— Что почудилось? Как ты меня сладким пирожочком назвал? — возмутился Пончо.
— Му-у, — негромко напомнил о себе Сарик.
— Это в знак дружеского расположения! — Прижал руки к груди Пит. — Никакого кулинарного значения, клянусь, Том, подтверди.
— Именно так, леди, — разбойник поклонился.
Я закатила глаза, все это действительно попахивало балаганом. Маски, реверансы… Может, у них в кустах еще хор припасен? Песен с танцами для полного счастья недостает.
— Вы, молодой человек, пытаетесь обмануть слабую женщину, — пропищала гувернантка, — я, знаете ли, по пути в ваш благословенный Ландсхорн, имела удовольствие познакомиться с настоящим Кружевным Джеком. И могу вам с уверенностью заявить, что вы — не он.
Лично я прекрасно помнила, как Фуриана говорила Хуго, что самого атамана ей увидеть не удалось, сокрушалась еще из-за этого. Врет сейчас или врала лорду-рифу? Ах, да какая разница?
«Ненастоящий» Кружевной галантно осведомился, как именно леди добиралась до наших мест, услышав, что посуху через Торнвольское ущелье, покачал головой:
— Прискорбно, дражайшая леди, что вами для путешествия не был избран морской путь. Тогда, я уверен, первый Кружевной Джек, с которым вы побеседовали бы в Ландсхорне, был я. Наша долина обширна как территорией, так и населением, здесь часто можно встретить людей, носящих одинаковые имена.
— Вы хотите сказать, что где-то в округе может бродить ваш третий тезка?
— Не стал бы такого исключать.
— А почему вам досталось именно это прозвище?
— А что ответил вам мой торновольский тезка, если вы спрашивали его об этом?
Дуэнья фыркнула мне прямо в шею:
— Он, знаете ли, в отличие от вас, молодой человек, является на разбой одетым с иголочки, в прекрасном расшитом камзоле и белоснежной сорочке с каскадом драгоценных кружев.
Разбойник хохотнул:
— Надеюсь, ниже пояса он одеваться не забывает? Теперь, дражайшая леди, к делу. Ваши деньги и драгоценности нас не интересуют, отдайте нам девушку и, пожалуй, бахура и разойдемся по-хорошему.
— Встречное предложение: вы отдаете нам с леди Кассадрой все деньги и драгоценности и мы…
Не знаю, что именно собиралась сделать Фуриана, она с силой вжала мою стопу в бок Сарику, наверное хотела его развернуть, чтоб с высоты его холки начать колдовать, но Сарик и так слишком долго был послушным мальчиком, он взбрыкнул, игриво прыгнул в сторону, приминая кусты и прячущегося в них лучника, победно замычал и сбросил нас с гувернанткой.
Отвратительно скованная объятиями этой женщины, я не могла даже сгруппироваться, рухнула на нее спиной, бестолково дергая конечностями. Сарик радостно перескочил через натянутую между деревьями веревку, унесся куда-то, в кустах стонали, туда на помощь ринулся разбойник с тесаком, лук предводителя был у него в руках, стрела на тетиве.
Болван, конечно. Ну какой еще лук на таком расстоянии? В упор стрелять?
Вскочив на ноги, я предупредительно подняла руку:
— Леди Фуриана вас всех сейчас заколдует!
— Перестаньте, дитя мое, пугать этих милых молодых…
Я резко обернулась. Дуэнья успела подняться, но никаких дымных плетей из нее пока не показалось, зато из-за дерева крадучись появился пухлый румяный паренек с нелепо большой дубиной, маски на нем не было. Пухляш мне подмигнул, улыбнулся и почти без замаха тюкнул дубиной гувернантку. Она рухнула.
И воцарилась тишина, только птицы в кронах и шорох ветра, и веселое мычание бахура издалека, и… храп. Леди Фуриана сладко спала, растянувшись на земле, как будто это была мягчайшая из перин.
Предводитель сдернул платок, открывая веснушчатое остроносое лицо, шагнул ко мне:
— Так бы и врезал!
— Давай! — предложила я, разводя руки. — Ну? Бей, заслужила.
Прода от 23.06.2026, 04:54
— Нас на бабу променяла, — донеслось из кустов.
— На сестру, долг перед семьей все на свете перевешивает, — бросила я через плечо и охнула, потому что меня очень крепко обняли.
— Идиотка, — сказал Саймон в мою макушку. — Леди Амарилис, Вальгор тебя раздери. Платье, прическа, с глазами еще что-то утворила…
— Это Мод, — негромко призналась я, — у нее от Оскопиуса нужное зелье осталось. У настоящей леди Кассандры… Погоди, а почему ты решил, что мой обман вот-вот раскроют?
Отстранившись, я внимательно посмотрела на Саймона:
— Это ведь ты дурацкий стишок сочинил? И стрелял тоже ты, потому что никто другой на два локтя мимо цели не промажет.
Вот тут мне отвесили подзатыльник, почти невесомый.
— Критику, леди, оставьте для ваших новых друзей. Не сбей ты с ног… — Сай глупо хихикнул, — эту даму…
Вспомнив о существовании Фурианы, я хлопнула себя по лбу:
— Ладно, потом объяснишь, сейчас нужно спешить. Пит, Том, вылезайте уже из кустов и найдите Сарика, он не мог далеко убежать. Пончо, помоги.
Эндрю Войс по кличке Пончо перевернул храпящую гувернантку на спину, я присела и попыталась снять с нее цепочку. Застежки там не было, а плетение оказалось такой плотности, что не разорвешь.
— Можем отрезать даме голову, — предложил хихикающий Сай. — Ты стала увлекаться безделушками?
Вкратце рассказав о двойном магическом поводке и шуме, который он способен поднять, я опустилась на колени, легла на твердую грудь леди Фурианы и попыталась попасть ее ключиком в замочек своей подвески. Выглядело это еще неприличнее, чем звучало в описании, и сопровождалось смехом Саймона. Мой подбородок елозил по бледным скулам гувернантки, в стеклышках очков отражалось мое горящее от раздражения лицо.
— Никак, — вздохнула я и сползла с бесчувственного тела. — И что теперь делать?
— А что ты собиралась? — Спросил Сай.
— Избавиться от поводка, оставить здесь Фуриану и записку от Кружевного Джека. Так мол и так, я, великий разбойник всея Ландсхорна, вашу наследницу умыкнул и теперь буду выкуп требовать.
— И?
— И все, — вздохнула я. — Пока дуэнья проснется… Сколько там усыпальная дубина действует? Часа четыре. Пока проснется, пока до поместья пешком дойдет… Да даже если лорд-риф отряд на наши поиски снарядит, пару часов форы у нас все равно будет.
— Форы для чего?
— Чтоб убежать! Сай, зачем вы меня нашли? Я же просила, в письме же черным по-белому было написано…
— В том, которое больше на завещание похоже? Ты, идиотка, вообразила, что от нас вот так просто… — Саймон замолчал, несколько раз глубоко вздохнул, успокаиваясь. — Ты права, отсюда надо делать ноги.
Он обернулся, близнецы Бакстер — Пит и Том, один из которых изображал во время нападения засаду лучников, а другой так эффектно появился на дороге с тесаком, уже вели Сарика, накинув ему на рога веревочную петлю. Саймон потрепал бахура по лбу:
— Давайте , ребята, грузим тело и сваливаем. Пончо, ты замыкаешь и смотришь, чтоб никаких следов не осталось.
— Нет, — перебила я, — всех следов все-равно не уничтожить.
— Твои предложения?
Чуточку подумав, я уточнила:
— Как долго ты собираешься леди Фуриану с нами по лесу таскать?
— Те самые четыре часа, которые волшебная дубина Пончо действует. И не таскать, у нас, — Сай махнул рукой куда-то на север, — лагерь обустроен.
— Лагерь? — недоверчиво протянула я. — И место прямо тайное?
— Правду люди говорят, власть портит, — сообщил Саймон. — Глазки она закатывает, сарказм изображает… Тайное. Дрейк выбирал.
— Вы и его с собой притащили?
— А как бы мы, по твоему, без Дрейка, избегая тракта, всю долину пересекли?
Дрейк был местным, в отличие от нас, столичных штучек, прекрасно ориентировался в лесу. Нет, ориентировался, слабо сказано, он был — дитя леса.
— Хорошо, — сказала я. — Тогда предлагаю все-таки похищение изобразить. Любой следопыт, а из к нашим поискам непременно привлекут, и поломанные ветки кустов, и борозды от веревки на стволах деревьев заметит. Поэтому, Сай, записку напиши, что Кружевной Джек леди Кассандру и Фуриану в плен захватил и требует за них от наместника выкуп. Сумму… ну, предположим, в тысячу марок.
— Не много?
— В самый раз. В лагере ты допросишь гувернантку, заставишь ее меня от поводка избавить, мы немедленно снимемся и уберемся подальше.
— Хорошо.
Саймон достал из заплечной сумки лист бумаги и карандаш, пристроился на поваленном дереве и стал писать, я стояла над его плечом, продолжая говорить:
— Лицо платком завяжешь, на всякий случай и, наверное, руки ей связать надо, она руками колдует… И еще, не забудь ей пригрозить, что, если лорд Хуго вдруг Кружевного Джека все-таки поймает, секретики Фурианы никто хранить не собирается.
— Секретики?
— Ну да, она же не Фуриана вовсе! Представляешь?
Развеселившись, я рассказала, как мы с гувернанткой расшифровывали дурацкий стишок, как «дама из столицы» не знала, что такое Ржавый Порт и, что потом уже, задним числом анализируя все, что ее касается, я вспомнила, что большинство одежды, которой набиты сундуки фальшивой дуэньи, ни по размеру, ни по стилю ей не подходили.
— Любопытно, что она с настоящей леди Фурианой сделала. Документы-то, их лорд Хуго проверял, самые настоящие. Может, спросишь?
— Спрошу, — Саймон закончил писать и протянул листок мне. — Проверь.
Я пробежала записку глазами:
— Хорошо, пара-тройка ошибок даже придает посланию естественности.
Мне попытались дать подзатыльник, но я увернулась и показала язык:
— Бе-бе-бе, Саймон Финн — простолюдин.
Это была детская обзывалка, потому что Оскопиус, наш покойный хозяин, вечно поучал: «Ничто так не выдает простолюдина, как ошибки в речи и на письме».
Сай улыбнулся, тоже вспомнил старого обманщика.
Прода от 29.06.2026, 03:25
Потом улыбка стала хитрой:
— Самая умная, да?
— А то! — Подпрыгнув, я достала из его колчана стрелу уже украшенную кружевным бантиком и стала примеряться, куда пришпилить записку, чтоб она сразу бросалась в глаза.
— Пишешь грамотно, по-флексагонски болтаешь…
Правый ствол дерева или левый? Обычный человек сначала налево смотрит? Правильно?
— … стрельба из лука, верховая езда, разгадывание загадок, — продолжал монотонно перечислять Финн. — Хотя, погоди, с загадками у тебя не слишком получается.
Меня это заявление возмутило:
— Кое-кому, дружище, иногда стоит помолчать. Что за глупости? Это когда я сплоховала?
Сай вытаращился с комическим недоумением:
— То есть, до тебя так и не дошло?
— Что именно?
— Кто твоя дуэнья на самом деле?
— Ну… — почесала я бровь, — она точно не леди Фуриана. Мало? Ты больше знаешь?
— Саймон! — позвал Пончо, врываясь в разговор, — ты бы помог, этот мужик слишком длинноногий.
Мужик? Я ринулась к бахуру, на которого пытались взгромоздили дуэнью, Парни остановились, придерживая безжизненное тело за плечи, я наклонилась, сдернула парик. Под ним оказались очень темные волосы и… В общем, это было похоже на оптический обман, часто используемый фокусниками. Сейчас, когда я знала, куда смотреть, развидеть то, что леди Фуриана на самом деле мужчина, одетая в женское платье, не могла. Жесткие черты лица, кадык, четкие скулы с тенью щетины. Она, то есть он, даже не старался, никакого обилия косметики или даже помады, обычное мужское лицо. Два ярких элемента — нелепый парик и приметные очки, непрошибаемый апломб, подкрепленный документами и все, образ готов, зритель отвлекся, остальную картину дорисовал сам в своей голове. Так работает наш мозг, не любит сложностей, сглаживает, упрощает, показывает то, что сами хотим увидеть.
— Вальгорово дерьмо! — сказала я.
— Ну? — потребовал Сай с победной улыбкой и театрально подбоченился — Льсти и унижайся!
— О, мудрейший среди живущих, великий и солнцеликий разгадыватель загадок, распутыватель тайн, магистр вселенских знаний, чей череп содержит не мозг, а океан чистого разума…—начала я, опускаясь на одно колено.
— Мысленно добавила, что этот океан вот-вот из ушей польется? — уточнил Сай. — Не ври что нет, у тебя на лице все написано. Давай заново и чур не повторяться.
— Повелитель логики, ученый муж, чьи размышления заставляют мой скудный умишко биться в истерике… Минуточку, — я поднялась на ноги и требовательно спросила, — ты видел? Таращился целыми днями в подзорную трубу, подглядывал и в какой-то момент… Нет, не в какой-то, во вполне конкретный момент, когда я вышла из спальни, а «дуэнья» переодевалась, ее пол и обнаружил?
Сай фыркнул, а Пончо, которого наши с Финном препирания достали, велел нам поторапливаться. Дважды фальшивая гувернантка была надежно примотана к спине бахура, ее парик остался пришпиленным стрелой к стволу дерева вместе с запиской, мы покинули место разбойного нападения.
Опыт в такого рода делах у нас был, Дрейк в свое время обучил, как уйти, пятясь задом, чтоб следы вели в другую сторону, где надломить пару-тройку веток и сколь важно быстрее пересечь текущую воду, чтоб сбить настройку артефактов слежения. С Дрейком нам невероятно повезло.
Мы перешли ручей трижды, двигаясь сначала на запад, потом на юго-запад, хотя, я помнила, лагерь был в северном от места встречи направлении. Впрочем, в определении направлений сторон света я никогда сильна не была, так что могла и ошибаться. Наконец, решив, что достаточно запутал возможных преследователей, Сай остановил отряд.
— Заблудился? — ласково предположила я. — Потопали обратно?
Он беззлобно ругнулся: «Дура!», поднес к нубам сложенные трубочкой ладони и трижды ухнул по-совиному.
«Дура, не дура, а днем совы не ухают», — подумала я и услышала ответную трель. Густые ветви ельника дрогнули, раздвинулись, открывая пологий спуск. Один из Бакстеров, кажется, Том, направил туда бахура, ребята двинулись следом, Пончо, обернувшись, подал мне руку, замыкающий — Сай — вернул ветви на место. По дну оврага мы вышли на полянку, поросшую травой и осенними цветами. Дрейк прекрасно здесь все обустроил, вещи лежали в кустах, небольшой костерок, разведенный среди камней, почти не дымил.
— Мясо! — прошептала я с восторгом. — И грибной суп? Значит, мне не показалось? Еще по дороге эти ароматы унюхала.
— Не показалось, — ответил Дрейк. — Тут, гляди, — он махнул в сторону причудливо громоздящихся валунов, — туда воздух тянет, мили четыре. Голодная?
Обняв Дрейка я призналась, что да, очень-очень хочу есть и, пока не поем, ни о чем рассказывать не буду, буду слушать. Том с Питом занялись разгрузкой, гувернантку следовало снять с Сарика и надежно привязать. Меня усадили к костру, дали миску с супом, ложку, ломоть хлеба. Дрейк устроился рядом и смотрел как я наслаждаюсь его стряпней.
— Так почему вы за мной пошли? — спросила я с набитым ртом. — Дрейк, вы ведь взрослый, понимаете опасность, вам-то это зачем?
— Если подумать, то и незачем, — согласился Дрейк. — Но, с другой стороны…
— Мы ни о чем ему не сказали, — Саймон присел к костру, — получили твою идиотскую записку с извинениями и сами по следу…
— По следу, — Дрейк поднял вверх костлявый палец, — сами.
Сай вздохнул:
— Через три дня он нас в таких пум-пунях нашел…
— В яме, — уточнил Дрейк, — в ловушке охотничьей, всех четверых. Без еды и воды.
— И в шаге от каннибализма, — присоединился к беседе Пончо. — Том, Пит, хватит узлы вязать, идите сюда.
— Про каннибализм наш пухлик преувеличивает, — сказал Пит.
— Ему со страху почудилось, — поддержал брата Том.
Прода от 03.07.2026, 05:50
— Что почудилось? Как ты меня сладким пирожочком назвал? — возмутился Пончо.
— Му-у, — негромко напомнил о себе Сарик.
— Это в знак дружеского расположения! — Прижал руки к груди Пит. — Никакого кулинарного значения, клянусь, Том, подтверди.
