сказать что-то ещё, но Конрад подскочил к ней, схватил за запястье и собирался уже было надеть наручники, но девушка по-змеиному извернулась в его руках и всадила взявшийся из ниоткуда ножичек ему меж лучевых костей.
В глазах Конрада потемнело, он шагнул назад, выпустив Мэнэми, а та выдернула из него нож и уже хотела подскочить и пырнуть снова, но Конрад машинально отпихнул её ногой.
Из руки хлынула кровь, но Конрад старался не думать об этом – Танда запросто могла исцелить это. А вот упустить задержанную он не мог.
Не глядя он бросился вперёд и ухватился за шарф. Конрад машинально притянул пытающуюся сбежать к себе и ударил её коленом под рёбра, жалея, что не мог использовать вторую руку. Со стороны послышался чей-то крик. Раздался выстрел, и грудь Конрада пронзила боль. Вслед за ней пришли тепло от выливающейся из тела крови, тишина и тьма.
Конрад мог почти с уверенностью сказать, что именно так чувствует себя умирающий человек. Но долго находиться в таком состоянии ему не дали, и вот он снова очутился в наполненном звуками мире, с дрожью в ногах и жуткой тошнотой. Конрад перевернулся на бок как раз в тот момент, когда терпеть тошноту стало невозможно.
– Конрад, – раздался над головой приглушённый голос Танды. – Я вас еле с того света вытащила!
Конрад многозначительно промолчал и вытер рот насквозь промокшим рукавом пальто. Он проморгался, огляделся и с удивлением обнаружил, что они снова находятся в пабе. Вот только теперь свет здесь был погашен, а столы перевёрнуты и отброшены к дальней стене.
– Что случилось? – хриплым голосом спросил Конрад.
За окном послышался взрыв, и Конрад машинально обернулся. Где-то сбоку полыхнуло пламя и тут же исчезло. Мужчина уже было подорвался, чтобы посмотреть на происходящее, но Танда взяла его за локоть и остановила.
– Как только эта чокнутая в вас выстрелила, Эрдман переместилась к вам и почти схватила её. У профессора точно бы получилось с ней справиться, но тут водонапорная башня над домом лопнула, и её облило водой. Сначала мы подумали, что это случайность. Там стоял густой пар, я думала, вы все изжарились, но вдруг появился какой-то человек, он начал обрастать какой-то плотью и атаковал профессора. А ещё…
– Он водник, – к ним подошёл Харкад, поправив дрожащей рукой крошечные очки на носу. – По крайней мере, отчасти. И сейчас там, – он кивнул в сторону окна, – происходит безумие какое-то… Отовсюду сбегается вода, Эрдман то ли выпаривает её, то ли ещё что… Но вода не кончается, а того человека становится всё больше.
– Что ты сказал? – Конрад подскочил и бросился к окну.
Улицу застилал туман, влага покрывала стены и дорогу, где-то сбоку гремели взрывы, и Конрад смог различить в огромном столбе пара и жара лишь огромный нечеловеческий силуэт.
«Чем жарче, тем его становится больше», – пронеслись у Конрада в голове сказанные сумасшедшей слова, и он, громко выругавшись, осознал, к чему они были сказаны. Он обернулся к своим младшим коллегам, готовый тысячу раз проклясть это чёртово «повышение квалификации».
– Ладно, – Конрад тяжело вздохнул. – Забирай Танду, возвращайся обратно к машине, забирайте отсюда профессора Маре и уезжайте за город, подальше. Маре уже сделал своё дело, теперь его надо увезти, пока он держит весь город в кармане. А Танде здесь больше не место, – Конрад с опаской покосился на творящееся на улице безумие. – Да и тебе усилять тут некого…
– А ты? – с беспокойством спросил Харкад.
– А я приступаю к плану «Б».
– У нас был план «Б»?
Конрад покосился на разбитое окно, на обеспокоенных коллег и с трудом сдержался, чтобы не закурить.
– К сожалению, да.
Мир Джерома, 20.11.1105 г (тот же день)
Как только Конрад выпроводил Танду и Харкада из здания, он с неохотой посмотрел на улицу, где бушевали стихии. Возвращаться туда не хотелось, но выбора не было. Танда пожелала ему остаться целым, и Конрад с горькой усмешкой подумал, что осторожность не повредит: на этот раз спасать его было некому.
Под ногами хлюпала вода, но вместо прохлады от неё исходил жар, будто он стоял в раскалённой печи. Лоб покрылся испариной, и, вытерев пот рукавом, Конрад взглянул вниз. Поверхность воды пузырилась, бурлила, словно готовясь вскипеть. Ноги уже обдавало жаром, казалось, ещё немного, и они сварятся.
Недолго раздумывая, Конрад бросился к ближайшей пожарной лестнице, ведущей на крышу. Оставаться на земле становилось просто опасно.
Наверху воздух стал еще гуще и горячее. Конрад из последних сил сдерживал желание снять пальто, хотя прекрасно знал, что, если он не хочет получить смертельных ожогов от способности старшего профессора, этого делать не стоит.
С улицы грохнул взрыв, и в следующее мгновение взметнулся столб пламени. Конрад инстинктивно повернулся в ту сторону. Теперь он понимал, почему Эрдман избегала телепортаций в мирное время. Каждый прыжок оставлял после себя два эпицентра разрушения – там, откуда она исчезала, и там, где появлялась. Двойной взрыв, двойное пламя.
Конрад проверил клинок за поясом, рацию во внутреннем кармане для связи с Харкадом и с беспокойством посмотрел туда, где сражалась Эрдман. Это уже не напоминало схватку людей – скорее столкновение титанов. В клубах пара мелькали обугленные обломки, среди которых угадывались очертания тел. Воздух пропитался смрадом горелой плоти, а вспышки огня непрерывно рвали темноту, окрашивая пар в кроваво-жёлтые оттенки.
Конрад поморщился от царившей здесь вони и подумал, что ещё кого-то вырубить сегодня у него уже не хватит сил. Так что ему оставалось только одно.
Мысль о чокнутой мелькнула в голове Конрада в тот же миг, когда он заметил движение. На соседней крыше скользнул силуэт – девушка бежала туда, куда только что скрылись Танда и Харкад. Конрад выругался – можно было предположить, что чокнутая не сдастся так просто. Наверняка она уже была в курсе, что Танда в хороших отношениях с Джо.
Конрад рванул к машине, оставленной во дворе. Одно дело – драться врукопашную, другое – получить пулю с крыши. Харкад не успел бы среагировать, даже если бы заметил угрозу.
В отличие от мира Смоук, здесь дома стояли на приличном расстоянии друг от друга, а крыши были покатыми, и Конрад мог думать только о том, как не свалиться. Но вот он заметил, как девушка остановилась и уставилась вниз, прямо на их машину.
Конрад выругался, разбежался и прыгнул. Крыша встретила его скользкой черепицей, но он удержался – девушка лишь сейчас обернулась, потеряв драгоценные секунды. Этого хватило. Пока она металась между двумя целями, он уже вытащил из-за пояса кинжал и бросился в атаку.
Мэнэми пальнула в машину наугад, но второй выстрел ей не дали сделать – Конрад врезался в неё, кинжал сверкнул в воздухе. Девушка отпрыгнула от края крыши, а он мельком глянул вниз: Харкад и Танда уже были рядом с бесчувственным Маре. Теперь Конрад мог полностью сосредоточиться на Мэнэми, и это было очень кстати, потому что дуло пистолета уже смотрело прямо в него.
К счастью, Мэнэми промахнулась, и Конрад рванул вперёд, целясь в запястье с огнестрельным оружием, не забывая и о том, что у неё было и холодное.
Оглушительный взрыв рядом сотряс крышу. Черепица посыпалась вниз, одна из них, скользкая от конденсата, выскользнула из-под ноги Мэнэми. Конрад уже заносил руку для удара, когда её ботинок со свистом рассек воздух. Удар пришёлся по челюсти.
Очнулся Конрад, уже съехав к самому краю. Инстинктивно упёрся ногами в водосточный жёлоб – ещё метр, и полетит вниз. Перед ним, переваливаясь с ноги на ногу, как раненый зверь, хрипло дышала Мэнэми. Нож в её руке дрожал, но зубы поблескивали в оскале, не сулящем ничего хорошего.
Взгляд Конрада пробежался по крыше. Он увидел застывший на краю крыши чуть в стороне от него пистолет и вздохнул с облегчением. Раздался звук мотора и скрип шин.
Мэнэми проводила взглядом уезжающий автомобиль, и из её горла вырвался низкий, почти звериный рык. Когда она повернулась к Конраду, в глазах читалось чистое бешенство. Она тряхнула головой и прошипела:
– Лучше бы ты сдох!
Конрад молчал, пристально следя за каждым движением сумасшедшей. Горячий влажный воздух обжигал лёгкие, мешая перевести дух. Внезапно со стороны улицы донёсся странный звук – не то рык, не то хриплый стон. Каждый мускул требовал обернуться, но оторвать взгляд от Мэнэми значило подписать себе смертный приговор.
Мэнэми проигнорировала шум. Её глаза буквально прожигали Конрада насквозь. Губы дрогнули, обнажая сжатые зубы, и из горла вырвалось шипение:
– Джо ошибся… Я пыталась объяснить ему, что этого делать не стоит, но раз он не понял… – Мэнэми бросила взгляд на двор, откуда уехала машина. – Я должна разъяснить ему, что помощи ждать не от кого, – она метнула взгляд на Конрада. – Девушка была дорога ему. Но раз уж она сбежала… – она приложила нож к своей щеке и улыбнулась. – Твоё истерзанное тело тоже пойдёт.
Новый взрыв грохнул буквально в двух шагах, спину Конрада обдало жаром. Мэнэми попыталась ударить ногой в голову Конрада. Он успел перехватить её щиколотку, но сам потерял равновесие. Они рухнули вниз вместе на лестничную площадку.
Сквозь пелену в глазах Конрад разглядел Мэнэми, уже замахивающуюся странным узким клинком. В следующее мгновение плечо пронзила боль. Конрад дёрнулся в сторону, сбрасывая девушку, и только тогда разглядел в её руке окровавленное шило.
Плечо горело, но рука двигалась – значит, клинок не задел сухожилия. Стиснув зубы, Конрад вскочил, не выпуская кинжала.
Его длинный клинок против её коротких кинжалов выглядел грозно, но Мэнэми это ничуть не пугало. Когда он сделал шаг вперёд, она внезапно согнулась в неестественном прыжке, направляя остриё к его колену, но тут же развернулась, посылая ногу к виску.
Конрад успел отскочить назад, озадаченно взглянул на девушку. Он нахмурился и еле слышно пробубнил себе под нос:
– Знакомая техника…
Мэнэми замерла, оценивающе сощурившись, но новый взрыв перевернул всё вверх дном. Лестница заскрипела, кренясь под ними. Мэнэми мгновенно среагировала – кувыркнулась через перила и исчезла в тёмном окне. Конрад чуть менее ловко последовал её примеру.
Он очутился в полуразрушенном здании – голые бетонные стены, разбросанные плиты перекрытий и вездесущая строительная пыль, поднимающаяся при каждом шаге. Конрад скривился – хуже места для смертельной схватки не придумаешь.
Тут с улицы раздался скрежет металла, Конрад не смог подавить желание выглянуть в окно.
Там, в клубах пара, копошилось нечто. Человекоподобное, но движущееся на четвереньках, с разбухающей, пузырящейся кожей, которая сходила пластами, как перезревшие грибы. Хуже всего было то, что отпавшие куски плоти продолжали подёргиваться, будто живые.
Яркая вспышка осветила улицу – Эрдман метнула раскалённое докрасна копьё прямо в тварь, исчезнув в последовавшем взрыве. Но наблюдать дальше Конраду не дали. Он успел обернуться как раз вовремя, чтобы парировать очередную атаку.
Абсурд происходящего не укладывался в голове. Пока за стенами сталкивались сверхсущества, они устроили поножовщину вместо того, чтобы спасаться бегством…
Мэнэми снова пошла в атаку: резкий выпад ножом, молниеносный удар ногой, снова нож. Вот Конрад изловчился, смог приблизиться почти вплотную, но тут раздался очередной взрыв, и они вместе провалились вниз чуть ли не в обнимку.
И снова Конрад больно приземлился на спину, каким-то чудом не ударившись головой. На этот раз он мгновенно отшвырнул девушку ногой и огляделся. Нож выскользнул из его руки. Конрад с опаской глянула на Мэнэми, но та смотрела не на него, а в сторону – туда, где в просвете разрушенной стены валялся пистолет.
«Какая удача», – с горечью подумал Конрад, а Мэнэми уже рванула к оружию. Конрад вскочил и бросился наперерез, но опоздал – пальцы Мэнэми уже сомкнулись на рукояти, ствол начал подниматься в его сторону.
Конрад врезался в Мэнэми на полном ходу, и они влетели в соседнее помещение, едва удержавшись на ногах. Девушка попыталась вырваться, но Конрад вцепился в её запястья, не давая направить дуло в себя.
Мэнэми оскалилась и ринулась вперёд, словно собираясь впиться зубами в его лицо. Он резко дёрнул её руки вверх и ударил в челюсть. Она пошатнулась, но пистолет не выпустила.
«Наручники…» – мелькнуло в голове Конрада, и он потянулся к карману. Но стоило ему ослабить хватку, как Мэнэми прогнулась назад и пнула его в голень. Конрад оступился, и они снова рухнули на пол, прямо на груду кирпичей, разбросанных взрывом.
Он попытался вывернуть её руку, и в борьбе запястье Мэнэми ударилось об острый край камня. Она вскрикнула, пальцы разжались – пистолет отлетел в сторону, и ни один из них не успел его перехватить. Конрад отпихнул его ногой, а в этот момент Мэнэми вцепилась ему в волосы и попыталась размозжить голову о кирпич.
Но ей не хватило сил. Конрад отшвырнул Мэнэми прочь, и она ударилась спиной о стену и замерла, как загнанный зверь.
Дышать было нечем – воздух раскалился, пыль въелась в потную кожу, а одежда прилипла к телу, пропитанная кровью и потом. Конрад провёл рукой по лицу, смахивая солёные капли, и в этот момент за окном что-то мелькнуло.
Стекло разбилось, и между ними с глухим шлепком рухнула гниющая масса плоти – комок размером с человеческую голову, пульсирующий и сочащийся слизью.
От куска плоти повалил смрад горелого мяса, а исходящий от него жар стал невыносимым. Конрад сглотнул ком в горле, едва сдерживая тошноту, и рванул в сторону, пытаясь отрезать Мэнэми путь к отступлению. Но внезапно масса дёрнулась, перекатилась, и из неё вылезли две, три, пять костлявых рук, цепляющихся за пол. Через мгновение нечто уже поднялось, опираясь на множество конечностей, а сбоку в пульсирующей плоти наметились очертания лица.
Визг Мэнэми встряхнул Конрада: она орала на тварь, чтобы та убиралась прочь. Конрад уже был готов броситься в атаку, но в этот момент в окно с оглушительным свистом врезалось раскалённое докрасна копьё. Остриё пронзило тушу, пригвоздив её к бетону с такой силой, что стена треснула.
В лицо ударил жар, от извивающейся, прибитой к стене туши повалила смрад. Конрад закашлялся, попятился, развязывая тугой галстук. В окне мелькнул силуэт, дрожащий в раскалённом воздухе, но узнаваемый. Эрдман.
Её костюм пылал ослепительным белым светом, глаза горели огнём, а обычно прилизанные волосы небрежными прядями падали на лицо. Она сделала шаг внутрь, но, заметив прижавшегося к стене Конрада, застыла. Она бросила короткий взгляд на своё копьё, на уродца, который уже почти не шевелился, и поспешила покинуть здание, пока внутри не стало смертельно жарко для остальных.
Стоило Эрдман выйти, Конрад жадно глотнул воздуха. Теперь оставшаяся после Эрдман жара не казалась такой уж страшной, как та, которая теперь всё время следовала за ней по пятам.
Мэнэми тоже приходила в себя, тяжело дыша у противоположной стены. На фоне бушующего за окном катаклизма их схватка выглядела особенно нелепой. Казалось бы, самое время прекратить этот абсурд, но девушка уже озиралась в поисках оружия, и Конрад лишь устало вздохнул.
Они одновременно рванули к пистолету. Мэнэми оказалась проворнее – она ловко кувыркнулась, успев схватить оружие и навести его на Конрада, но он успел выбить его ногой прежде, чем раздался выстрел. Сегодня ему невероятно везло, если считать удачей всего одно пулевое ранение.
В глазах Конрада потемнело, он шагнул назад, выпустив Мэнэми, а та выдернула из него нож и уже хотела подскочить и пырнуть снова, но Конрад машинально отпихнул её ногой.
Из руки хлынула кровь, но Конрад старался не думать об этом – Танда запросто могла исцелить это. А вот упустить задержанную он не мог.
Не глядя он бросился вперёд и ухватился за шарф. Конрад машинально притянул пытающуюся сбежать к себе и ударил её коленом под рёбра, жалея, что не мог использовать вторую руку. Со стороны послышался чей-то крик. Раздался выстрел, и грудь Конрада пронзила боль. Вслед за ней пришли тепло от выливающейся из тела крови, тишина и тьма.
Конрад мог почти с уверенностью сказать, что именно так чувствует себя умирающий человек. Но долго находиться в таком состоянии ему не дали, и вот он снова очутился в наполненном звуками мире, с дрожью в ногах и жуткой тошнотой. Конрад перевернулся на бок как раз в тот момент, когда терпеть тошноту стало невозможно.
– Конрад, – раздался над головой приглушённый голос Танды. – Я вас еле с того света вытащила!
Конрад многозначительно промолчал и вытер рот насквозь промокшим рукавом пальто. Он проморгался, огляделся и с удивлением обнаружил, что они снова находятся в пабе. Вот только теперь свет здесь был погашен, а столы перевёрнуты и отброшены к дальней стене.
– Что случилось? – хриплым голосом спросил Конрад.
За окном послышался взрыв, и Конрад машинально обернулся. Где-то сбоку полыхнуло пламя и тут же исчезло. Мужчина уже было подорвался, чтобы посмотреть на происходящее, но Танда взяла его за локоть и остановила.
– Как только эта чокнутая в вас выстрелила, Эрдман переместилась к вам и почти схватила её. У профессора точно бы получилось с ней справиться, но тут водонапорная башня над домом лопнула, и её облило водой. Сначала мы подумали, что это случайность. Там стоял густой пар, я думала, вы все изжарились, но вдруг появился какой-то человек, он начал обрастать какой-то плотью и атаковал профессора. А ещё…
– Он водник, – к ним подошёл Харкад, поправив дрожащей рукой крошечные очки на носу. – По крайней мере, отчасти. И сейчас там, – он кивнул в сторону окна, – происходит безумие какое-то… Отовсюду сбегается вода, Эрдман то ли выпаривает её, то ли ещё что… Но вода не кончается, а того человека становится всё больше.
– Что ты сказал? – Конрад подскочил и бросился к окну.
Улицу застилал туман, влага покрывала стены и дорогу, где-то сбоку гремели взрывы, и Конрад смог различить в огромном столбе пара и жара лишь огромный нечеловеческий силуэт.
«Чем жарче, тем его становится больше», – пронеслись у Конрада в голове сказанные сумасшедшей слова, и он, громко выругавшись, осознал, к чему они были сказаны. Он обернулся к своим младшим коллегам, готовый тысячу раз проклясть это чёртово «повышение квалификации».
– Ладно, – Конрад тяжело вздохнул. – Забирай Танду, возвращайся обратно к машине, забирайте отсюда профессора Маре и уезжайте за город, подальше. Маре уже сделал своё дело, теперь его надо увезти, пока он держит весь город в кармане. А Танде здесь больше не место, – Конрад с опаской покосился на творящееся на улице безумие. – Да и тебе усилять тут некого…
– А ты? – с беспокойством спросил Харкад.
– А я приступаю к плану «Б».
– У нас был план «Б»?
Конрад покосился на разбитое окно, на обеспокоенных коллег и с трудом сдержался, чтобы не закурить.
– К сожалению, да.
Глава 34. Первый в списке
Мир Джерома, 20.11.1105 г (тот же день)
Как только Конрад выпроводил Танду и Харкада из здания, он с неохотой посмотрел на улицу, где бушевали стихии. Возвращаться туда не хотелось, но выбора не было. Танда пожелала ему остаться целым, и Конрад с горькой усмешкой подумал, что осторожность не повредит: на этот раз спасать его было некому.
Под ногами хлюпала вода, но вместо прохлады от неё исходил жар, будто он стоял в раскалённой печи. Лоб покрылся испариной, и, вытерев пот рукавом, Конрад взглянул вниз. Поверхность воды пузырилась, бурлила, словно готовясь вскипеть. Ноги уже обдавало жаром, казалось, ещё немного, и они сварятся.
Недолго раздумывая, Конрад бросился к ближайшей пожарной лестнице, ведущей на крышу. Оставаться на земле становилось просто опасно.
Наверху воздух стал еще гуще и горячее. Конрад из последних сил сдерживал желание снять пальто, хотя прекрасно знал, что, если он не хочет получить смертельных ожогов от способности старшего профессора, этого делать не стоит.
С улицы грохнул взрыв, и в следующее мгновение взметнулся столб пламени. Конрад инстинктивно повернулся в ту сторону. Теперь он понимал, почему Эрдман избегала телепортаций в мирное время. Каждый прыжок оставлял после себя два эпицентра разрушения – там, откуда она исчезала, и там, где появлялась. Двойной взрыв, двойное пламя.
Конрад проверил клинок за поясом, рацию во внутреннем кармане для связи с Харкадом и с беспокойством посмотрел туда, где сражалась Эрдман. Это уже не напоминало схватку людей – скорее столкновение титанов. В клубах пара мелькали обугленные обломки, среди которых угадывались очертания тел. Воздух пропитался смрадом горелой плоти, а вспышки огня непрерывно рвали темноту, окрашивая пар в кроваво-жёлтые оттенки.
Конрад поморщился от царившей здесь вони и подумал, что ещё кого-то вырубить сегодня у него уже не хватит сил. Так что ему оставалось только одно.
Мысль о чокнутой мелькнула в голове Конрада в тот же миг, когда он заметил движение. На соседней крыше скользнул силуэт – девушка бежала туда, куда только что скрылись Танда и Харкад. Конрад выругался – можно было предположить, что чокнутая не сдастся так просто. Наверняка она уже была в курсе, что Танда в хороших отношениях с Джо.
Конрад рванул к машине, оставленной во дворе. Одно дело – драться врукопашную, другое – получить пулю с крыши. Харкад не успел бы среагировать, даже если бы заметил угрозу.
В отличие от мира Смоук, здесь дома стояли на приличном расстоянии друг от друга, а крыши были покатыми, и Конрад мог думать только о том, как не свалиться. Но вот он заметил, как девушка остановилась и уставилась вниз, прямо на их машину.
Конрад выругался, разбежался и прыгнул. Крыша встретила его скользкой черепицей, но он удержался – девушка лишь сейчас обернулась, потеряв драгоценные секунды. Этого хватило. Пока она металась между двумя целями, он уже вытащил из-за пояса кинжал и бросился в атаку.
Мэнэми пальнула в машину наугад, но второй выстрел ей не дали сделать – Конрад врезался в неё, кинжал сверкнул в воздухе. Девушка отпрыгнула от края крыши, а он мельком глянул вниз: Харкад и Танда уже были рядом с бесчувственным Маре. Теперь Конрад мог полностью сосредоточиться на Мэнэми, и это было очень кстати, потому что дуло пистолета уже смотрело прямо в него.
К счастью, Мэнэми промахнулась, и Конрад рванул вперёд, целясь в запястье с огнестрельным оружием, не забывая и о том, что у неё было и холодное.
Оглушительный взрыв рядом сотряс крышу. Черепица посыпалась вниз, одна из них, скользкая от конденсата, выскользнула из-под ноги Мэнэми. Конрад уже заносил руку для удара, когда её ботинок со свистом рассек воздух. Удар пришёлся по челюсти.
Очнулся Конрад, уже съехав к самому краю. Инстинктивно упёрся ногами в водосточный жёлоб – ещё метр, и полетит вниз. Перед ним, переваливаясь с ноги на ногу, как раненый зверь, хрипло дышала Мэнэми. Нож в её руке дрожал, но зубы поблескивали в оскале, не сулящем ничего хорошего.
Взгляд Конрада пробежался по крыше. Он увидел застывший на краю крыши чуть в стороне от него пистолет и вздохнул с облегчением. Раздался звук мотора и скрип шин.
Мэнэми проводила взглядом уезжающий автомобиль, и из её горла вырвался низкий, почти звериный рык. Когда она повернулась к Конраду, в глазах читалось чистое бешенство. Она тряхнула головой и прошипела:
– Лучше бы ты сдох!
Конрад молчал, пристально следя за каждым движением сумасшедшей. Горячий влажный воздух обжигал лёгкие, мешая перевести дух. Внезапно со стороны улицы донёсся странный звук – не то рык, не то хриплый стон. Каждый мускул требовал обернуться, но оторвать взгляд от Мэнэми значило подписать себе смертный приговор.
Мэнэми проигнорировала шум. Её глаза буквально прожигали Конрада насквозь. Губы дрогнули, обнажая сжатые зубы, и из горла вырвалось шипение:
– Джо ошибся… Я пыталась объяснить ему, что этого делать не стоит, но раз он не понял… – Мэнэми бросила взгляд на двор, откуда уехала машина. – Я должна разъяснить ему, что помощи ждать не от кого, – она метнула взгляд на Конрада. – Девушка была дорога ему. Но раз уж она сбежала… – она приложила нож к своей щеке и улыбнулась. – Твоё истерзанное тело тоже пойдёт.
Новый взрыв грохнул буквально в двух шагах, спину Конрада обдало жаром. Мэнэми попыталась ударить ногой в голову Конрада. Он успел перехватить её щиколотку, но сам потерял равновесие. Они рухнули вниз вместе на лестничную площадку.
Сквозь пелену в глазах Конрад разглядел Мэнэми, уже замахивающуюся странным узким клинком. В следующее мгновение плечо пронзила боль. Конрад дёрнулся в сторону, сбрасывая девушку, и только тогда разглядел в её руке окровавленное шило.
Плечо горело, но рука двигалась – значит, клинок не задел сухожилия. Стиснув зубы, Конрад вскочил, не выпуская кинжала.
Его длинный клинок против её коротких кинжалов выглядел грозно, но Мэнэми это ничуть не пугало. Когда он сделал шаг вперёд, она внезапно согнулась в неестественном прыжке, направляя остриё к его колену, но тут же развернулась, посылая ногу к виску.
Конрад успел отскочить назад, озадаченно взглянул на девушку. Он нахмурился и еле слышно пробубнил себе под нос:
– Знакомая техника…
Мэнэми замерла, оценивающе сощурившись, но новый взрыв перевернул всё вверх дном. Лестница заскрипела, кренясь под ними. Мэнэми мгновенно среагировала – кувыркнулась через перила и исчезла в тёмном окне. Конрад чуть менее ловко последовал её примеру.
Он очутился в полуразрушенном здании – голые бетонные стены, разбросанные плиты перекрытий и вездесущая строительная пыль, поднимающаяся при каждом шаге. Конрад скривился – хуже места для смертельной схватки не придумаешь.
Тут с улицы раздался скрежет металла, Конрад не смог подавить желание выглянуть в окно.
Там, в клубах пара, копошилось нечто. Человекоподобное, но движущееся на четвереньках, с разбухающей, пузырящейся кожей, которая сходила пластами, как перезревшие грибы. Хуже всего было то, что отпавшие куски плоти продолжали подёргиваться, будто живые.
Яркая вспышка осветила улицу – Эрдман метнула раскалённое докрасна копьё прямо в тварь, исчезнув в последовавшем взрыве. Но наблюдать дальше Конраду не дали. Он успел обернуться как раз вовремя, чтобы парировать очередную атаку.
Абсурд происходящего не укладывался в голове. Пока за стенами сталкивались сверхсущества, они устроили поножовщину вместо того, чтобы спасаться бегством…
Мэнэми снова пошла в атаку: резкий выпад ножом, молниеносный удар ногой, снова нож. Вот Конрад изловчился, смог приблизиться почти вплотную, но тут раздался очередной взрыв, и они вместе провалились вниз чуть ли не в обнимку.
И снова Конрад больно приземлился на спину, каким-то чудом не ударившись головой. На этот раз он мгновенно отшвырнул девушку ногой и огляделся. Нож выскользнул из его руки. Конрад с опаской глянула на Мэнэми, но та смотрела не на него, а в сторону – туда, где в просвете разрушенной стены валялся пистолет.
«Какая удача», – с горечью подумал Конрад, а Мэнэми уже рванула к оружию. Конрад вскочил и бросился наперерез, но опоздал – пальцы Мэнэми уже сомкнулись на рукояти, ствол начал подниматься в его сторону.
Конрад врезался в Мэнэми на полном ходу, и они влетели в соседнее помещение, едва удержавшись на ногах. Девушка попыталась вырваться, но Конрад вцепился в её запястья, не давая направить дуло в себя.
Мэнэми оскалилась и ринулась вперёд, словно собираясь впиться зубами в его лицо. Он резко дёрнул её руки вверх и ударил в челюсть. Она пошатнулась, но пистолет не выпустила.
«Наручники…» – мелькнуло в голове Конрада, и он потянулся к карману. Но стоило ему ослабить хватку, как Мэнэми прогнулась назад и пнула его в голень. Конрад оступился, и они снова рухнули на пол, прямо на груду кирпичей, разбросанных взрывом.
Он попытался вывернуть её руку, и в борьбе запястье Мэнэми ударилось об острый край камня. Она вскрикнула, пальцы разжались – пистолет отлетел в сторону, и ни один из них не успел его перехватить. Конрад отпихнул его ногой, а в этот момент Мэнэми вцепилась ему в волосы и попыталась размозжить голову о кирпич.
Но ей не хватило сил. Конрад отшвырнул Мэнэми прочь, и она ударилась спиной о стену и замерла, как загнанный зверь.
Дышать было нечем – воздух раскалился, пыль въелась в потную кожу, а одежда прилипла к телу, пропитанная кровью и потом. Конрад провёл рукой по лицу, смахивая солёные капли, и в этот момент за окном что-то мелькнуло.
Стекло разбилось, и между ними с глухим шлепком рухнула гниющая масса плоти – комок размером с человеческую голову, пульсирующий и сочащийся слизью.
От куска плоти повалил смрад горелого мяса, а исходящий от него жар стал невыносимым. Конрад сглотнул ком в горле, едва сдерживая тошноту, и рванул в сторону, пытаясь отрезать Мэнэми путь к отступлению. Но внезапно масса дёрнулась, перекатилась, и из неё вылезли две, три, пять костлявых рук, цепляющихся за пол. Через мгновение нечто уже поднялось, опираясь на множество конечностей, а сбоку в пульсирующей плоти наметились очертания лица.
Визг Мэнэми встряхнул Конрада: она орала на тварь, чтобы та убиралась прочь. Конрад уже был готов броситься в атаку, но в этот момент в окно с оглушительным свистом врезалось раскалённое докрасна копьё. Остриё пронзило тушу, пригвоздив её к бетону с такой силой, что стена треснула.
В лицо ударил жар, от извивающейся, прибитой к стене туши повалила смрад. Конрад закашлялся, попятился, развязывая тугой галстук. В окне мелькнул силуэт, дрожащий в раскалённом воздухе, но узнаваемый. Эрдман.
Её костюм пылал ослепительным белым светом, глаза горели огнём, а обычно прилизанные волосы небрежными прядями падали на лицо. Она сделала шаг внутрь, но, заметив прижавшегося к стене Конрада, застыла. Она бросила короткий взгляд на своё копьё, на уродца, который уже почти не шевелился, и поспешила покинуть здание, пока внутри не стало смертельно жарко для остальных.
Стоило Эрдман выйти, Конрад жадно глотнул воздуха. Теперь оставшаяся после Эрдман жара не казалась такой уж страшной, как та, которая теперь всё время следовала за ней по пятам.
Мэнэми тоже приходила в себя, тяжело дыша у противоположной стены. На фоне бушующего за окном катаклизма их схватка выглядела особенно нелепой. Казалось бы, самое время прекратить этот абсурд, но девушка уже озиралась в поисках оружия, и Конрад лишь устало вздохнул.
Они одновременно рванули к пистолету. Мэнэми оказалась проворнее – она ловко кувыркнулась, успев схватить оружие и навести его на Конрада, но он успел выбить его ногой прежде, чем раздался выстрел. Сегодня ему невероятно везло, если считать удачей всего одно пулевое ранение.
