Жгучая боль взорвалась изнутри огнём, испепеляющим всё его тело. Мир на секунду заполнился ослепительно-белым светом, за которым последовала пустота. Он уже не замечал, как Мэнэми грубо стянула с него перчатку, как прижала его руку коленом, пока пыталась стянуть со сломанной кисти браслет.
Его сознание плавало где-то под потолком, наблюдая за происходящим со стороны. Он чувствовал, как холодный воздух комнаты касается обнажённой, липкой от крови кожи его запястья, и этот холод был единственным, что связывало его с действительностью. Тело продолжало непроизвольно дёргаться, свободная рука, казалось, вот-вот была готова дотянуться до Мэнэми…
– Держи вторую руку, – сказала Мэнэми. – И разверни её ладонью в пол, чтобы он не смог применить способность.
– Чего?.. – раздался полный негодования голос Тайлера.
– Руку держи! – коротко рявкнула Мэнэми, и парень тут же подскочил, вывернул свободную руку Джо и прижал к полу.
Джо с трудом подавил приступ тошноты, зажмурился, не в силах больше смотреть на слепящий свет.
Это был его последний шанс, и сейчас он точно знал, что делать. Он лишь должен был остаться в сознании.
Как только металлическое кольцо соскользнуло с покрывшейся кровью переломанной кисти, голова Джо снова закружилась, кровь закипела, забурлила и, казалось, была готова вырваться и заполнить собою всю комнату…
Над ним снова склонилась Мэнэми, её глаза сверкнули пугающей желтизной, и Джо, глубоко выдохнув, позволил своей крови сделать то, чего она так хотела.
Старые раны на теле разошлись, кожа затрещала, напряглась и расползлась, точно изношенная старая ткань. Всё тело охватил жар, из груди вырвался короткий выдох, а вместе с ним – десяток кровяных лезвий, вырвавшихся из старых шрамов на груди.
Раздался грохот, громкий, полный боли крик. Лампа над головой сверкнула пару раз и погасла, затрещали книжные шкафы, с грохотом повалились на пол книги. Последнее, что видел Джо, как потолок, изрезанный им же, медленно опускается вниз. А дальше – тишина и тьма.
В этой внезапной тишине время потеряло свою власть. Секунды растягивались в годы, а прошлое настигало его, не требуя ни воспоминаний, ни усилий. Он снова видел лицо сестры в дыму подвала, чувствовал леденящий ужас от прикосновения Мэнэми и горькое облегчение от побега. Вся его жизнь, вся эта изматывающая борьба за выживание.
Где-то в мгновении между жизнью и тьмой он точно снова прожил свою жизнь: вот он с маленькой Кэрол, голодные и замерзшие, пробираются в мир Смоук, вот он чуть не умирает за кусок хлеба, который раздобыл для сестры, вот тёплая и уютная квартира Мэнэми, которая тогда казалось ему спасением… Подросшая сестра, смеющаяся над нелепыми шутками брата, выпуск из училища, свадьба, полные счастья глаза Изабеллы и его обещание всегда, до самого конца быть рядом с ней.
Потолок застыл, оставив для Джо ещё несколько секунд для воспоминаний. В темноте и поднявшейся каменной пыли невозможно было различить что-либо, но тут прямо над Джо вырисовывался чей-то силуэт, держащий на своих плечах потолок.
Здание задрожало, сквозь образовавшуюся дыру в потолке в лицо Джо ударил свет. Лучи утреннего солнца упали на парня, откидывающего кусок бетонной плиты в сторону, его голый торс был покрыт пылью, а вены на руках вздулись от напряжения. Он наклонился над ничего не понимающим Джо, и тот разглядел знакомые серые глаза Арла.
– Ну ты и влип на этот раз, – протянул он ещё сонным голосом. – Держись. Сестра прибьёт меня, если ты здесь помрёшь.
Арл наклонился к Джо, взял его под руки и взвалил себе на плечо. Прикосновение его рук было грубым, но твёрдым и уверенным. Боль от движения пронзила всё тело, заставив его непроизвольно сжаться. Голова беспомощно свесилась, и Джо увидел осколки мебели, тёмные пятна на камне, обломки, уходящие куда-то вверх. Каждый шаг Арла отдавался в его разбитом теле новой волной тошноты и боли.
– Лучше закрой глаза, – пробасил Арл и шагнул в возникшую в воздухе дымку.
Но Джо было уже всё равно: в глазах то растекались тёмные пятна, то мелькали яркие вспышки. Он уже не замечал ни места, в котором находился, не видел обеспокоенного лица принцессы, встречающего его в медицинском крыле с сонным лекарем. Не видел он и покрытого его кровью Арла, вытащившего его из-под завала и принёсшего в лазарет. Его веки окончательно отяжелели, и он провалился в глубокий сон, то ли от облегчения, то ли от очередной волны нахлынувших на него тревог.
Мир Аклайн, 25.10.1114 г (раннее утро)
Сквозь окно низкой машины Эйден смотрел наверх. Там, высоко над головой, голубой лазурью переливался водный купол. Сейчас, когда город погрузился в сон, были особо чётко видны эти мерцания. Казалось, если сощуриться и приподняться на носочках, можно разглядеть рыб, медленно проплывающих над живущими на дне подводного мира людьми. Но сидя на заднем сидении низкого автомобиля, больше похожего на зависшую над землёй лодку, Эйден мог только поднять руку и коснуться холодного окна, не отрывая взгляд от водного купола.
Эйдена мутило, перед глазами всё расплывалось, земля, казалось, вот-вот уйдёт из-под ног, а если бы юноша закрыл глаза, то наверняка бы совсем потерялся – так сильно кружилась голова. Не отрывая пальцы от стекла, он смотрел наверх.
Перед глазами проплывали воспоминания. Вот он на практике, ещё совсем юный, смотрит на огромный водный купол, чуть меньше этого, и гордо окидывает его взглядом. Рядом стоит красноглазый юноша в белом сюртуке с убранными в хвост белыми волосами и неодобрительно качает головой. Но Эйден знает, что Джо только выглядит недовольным, а на самом деле восхищается могуществом Эйдена.
Автомобиль резко затормозил, и Эйден, не в силах сопротивляться инерции, уже было полетел головой в переднее сиденье, но чья-то крепкая рука удержала его в сидячем положении, и грубый голос прохрипел:
– Что за вождение? Я сказал же, аккуратно!
– Простите, мейстер Ида, – пролепетал тонкий голос с переднего сидения.
Взгляд Эйдена безвольно скользнул куда-то вниз и уставился на собственные ботинки. Голова закружилась сильнее, желудок сжался, а к горлу подкатил ком. Из последних сил Эйден выдавил:
– Воды.
– Скоро приедем, – раздался голос Иды. Кто-то поднял Эйдену голову и уложил на кресло так, чтобы он мог смотреть на водный купол. – Держись и смотри в окно.
Вода где-то далеко наверху двигалась, переливалась, наполнялась жизнью и ласково обхватывала город. Пока простой житель видел у себя над головой лишь опасную тёмную глубину, Эйден чувствовал её всем своим естеством, желал приблизиться к ней, погрузиться. Ни в одном из других миров Эйден не ощущал такой невыносимой тяги к воде, и всё же по какой-то причине он всё ещё оставался здесь, в Аклайне.
«Так, получается, ты сюда попал из мира Аклайн?» – раздался в голове голос Джо, и Эйден с головой окунулся в воспоминания.
Он в училище, сидит на одной кровати с Джо, и тот расспрашивает его с таким уставшим и безразличным лицом, что становится тошно. Лучше бы просто промолчал, проигнорировал. Эйден с трудом подавляет в себе досаду: Джо снова ничего не запомнил из рассказов Эйдена и, вероятно, и в этот раз ничего не запомнит. Но Эйден всё равно рассказывает.
«Не совсем. После того как я случайно сделал дырку в куполе, сам мейстер вежливо попросил мою семью переехать в какой-нибудь другой мир…»
В настоящем Эйден с трудом сдержался, чтобы не улыбнуться.
Машина свернула на перекрёстке, и водный купол на несколько секунд скрылся за вытянутым серым домом из блестящего камня. Вот голубой кусочек водного неба снова выглянул, и Эйден медленно поднял палец и ткнул вверх, в сторону купола.
Сейчас ему ничего не стоило продырявить его. Прямо сейчас…
Но тут машина остановилась, и рука Эйдена обессиленно соскользнула с окна и упала на колени.
Раздался тонкий голос, сообщающий мейстеру о прибытии, а вслед за ним – грубый рык, что это и так понятно.
Звук открывающейся, а потом захлопывающейся двери, и вот дверь, на которую опирался Эйден, распахнулась, и он чуть не полетел вниз. К счастью, крепкие руки мейстера вовремя подхватили его и выволокли из машины.
Голова повисла, и взгляд Эйдена уткнулся в мраморный тротуар, на котором, повторяя узор купола, разбегались белые линии и полосы. И снова Эйдена замутило, сильнее прежнего.
– Свободен, – грубо бросил мейстер, и таксист поспешил уехать, не желая больше иметь дело с разъярённым уставшим наставником и его невменяемым учеником.
Ида притащил Эйдена к крыльцу и усадил на первую ступень.
– Что ж, поздравляю, – пробубнил он, выпрямляясь и разминая спину. – Сегодня тебя даже не вывернуло в такси.
Лишь упоминание об этом вернуло Эйдена в чувство. К горлу подкатил ком, и юноша каким-то чудом умудрился развернуться в сторону и дотянуться до мусорной урны.
Пока вымотанный беловолосый ученик обнимался с урной, избавляясь от содержимого желудка, Ида оглядел пустую тёмную улицу и недовольно уставился на крыльцо.
– Где Томас? – злобно процедил он, точно в отсутствии помощника был виноват Эйден. Тот же с трудом отстранился от урны, вытер рукавом рот и вяло перевёл взгляд на учителя.
Стало чуть легче, голова всё ещё кружилась, но желудок хотя бы был чист, и мутило не так сильно. Даже в таком состоянии Эйден видел, каким уставшим и злым был наставник. Отвозить ученика домой после тяжёлого рабочего дня явно не входило в его обязанности, но почему-то именно сегодня Томас не заехал за Эйденом.
– Я могу здесь, – хрипло ответил Эйден, удобнее устраиваясь на ступеньке и прикладывая голову к перилам.
– Ещё чего, – крепкие руки схватили Эйдена, обхватили за торс и рывком подняли. – Не хватает, чтобы мой ученик валялся на крыльце, как какой-то пьяница.
Ночная вахтёрша, увидев мейстера собственной персоной, сначала опешила, потом вскочила и нелепо бросила, что господину Эйдену буквально час назад звонил брат. Эйден задумчиво нахмурился и еле слышно переспросил, какой брат.
– Ты что, – Ида с беспокойством покосился на ученика, – брата забыл?
– У меня их два! – гордо проговорил Эйден, безуспешно пытаясь показать два пальца.
– Не думаю, что мелкий стал бы тебе звонить, – пробурчал Ида и обратился к вахтёрше: – Что-то передал?
– Сказал, что срочно… Мейстер Ида…
– Попробуйте связаться с ним и перенаправьте звонок в квартиру Эйдена, – распорядился мейстер и потащил юношу к железному лифту.
Прислонив Эйдена к стене и раздвинув рукой решётку, мейстер Ида всё-таки втащил ученика в лифт. А Эйден тем временем всё ещё пытался вспомнить, что за брат мог ему звонить. Мысли разбегались, не давая себя поймать, перед глазами всплывали расплывчатые образы беловолосого парня, но Эйден никак не мог понять, это его отражение или кто-то другой?
– Какой именно брат? – бездумно пробубнил Эйден себе под нос, сидя на полу лифта.
Ида с беспокойством покосился на ученика.
– Хэмфри, – медленно ответил он. – Ты же помнишь Хэмфри?
Эйден зажмурился, а перед глазами задержалась картина: ночь, высокий забор около училища, и он под деревом, пытается подтолкнуть такого же беловолосого, как и он, мальчика перелезть через забор.
«Давай, – хитро подначивает брата Эйден. – А то я выпущусь, кто тебя ещё научит сбегать из училища? Там за территорией пруд, на нём можно тайно практиковаться со способностью!»
«Я не хочу никуда сбегать, – жалобно протянул Хэмфри и с испугом покосился на огромное дерево и нависающий над ним чёрный каменный забор. – Я буду тренироваться здесь, с преподавателями».
«Не глупи, – Эйден хватает почти плачущего брата за руку и подтаскивает к дереву. – Потом ещё спасибо мне скажешь!»
– Хэмфри… – пробубнил Эйден себе под нос и недовольно поморщился. – Ссыкло.
Лифт резко остановился, и все мысли Эйдена тут же вышибло из головы, как и воспоминания о брате.
Мейстер Ида будто бы не услышал последних слов и ничего не ответил. Он снова схватил Эйдена и, закинув его себе на плечо, вытащил из лифта. Окинув лестничную площадку беглым взглядом, он выцепил нужную квартиру и направился к ней.
– Где ключи? – сурово спросил Ида, усаживая Эйдена к стене у двери.
Эйден безвольно кивнул на карман, и мейстер присел на корточки, чтобы достать ключ.
Тут соседняя дверь открылась, и на площадку выглянула пожилая женщина. Она, не поднимая глаз, вышла из квартиры в одном халате и тапочках, уже было закрыла дверь и направилась к лифту, но тут наткнулась взглядом на сидящего на полу юношу и крепкого темнокожего лысого мужика, открывающего дверь в квартиру.
Женщина бросила недовольный взгляд на юношу, который, казалось, допился до состояния невменяемости, и пробурчала себе под нос недовольства.
Ида, услышав это, уже было обернулся сделать замечание – относиться к его ученику, как к отпетому алкашу, когда тот каждый день то и дело погружался в высокую глубину, не позволяя толще воды обрушиться на город… Но Эйден дёрнул учителя за край ханьфу и небрежно отмахнулся.
– Это бесполезно, – с трудом пробубнил он и сонно прикрыл глаза.
Пока Ида отвлёкся на ученика, женщина успела скрыться и спуститься вниз. Оставалось лишь бросить неодобрительный взгляд в сторону лифта и возмущённо пнуть дверь в квартиру.
Ида небрежно нащупал выключатель и врубил свет. Одинокая лампа тускло осветила сваленные на полу вещи и обувь, пыль на полках, гору нераспечатанных писем на тумбе.
– Тьма беспросветная, – протянул себе под нос Ида. – Тебе надо уволить этого пацана. За тобой не заехал, в квартире грязь…
– Зато он у меня деньги не ворует, – пробубнил Эйден, с трудом шевеля непослушными ногами, пока мейстер в который раз поднимал его с пола.
– У тебя воровали?
– Ну, как воровали, – вяло протянул Эйден. – Брали без спроса и не возвращали.
Ида, недовольно покачивая головой, затащил юношу в квартиру, с трудом перешагнув с ним заваленную прихожую, и втянул его в комнату.
Здесь был такой же беспорядок. На полу стояли коробки вещей, книги, посуда и продукты. С трудом скрывая отвращение, Ида из последних сил дотащил Эйдена до пыльного, покрытого крошками еды дивана и сбросил туда.
– Всё равно твоему пацану выговор не помешает, – Ида в который раз огляделся. – Это совсем не дело.
Мейстер Ида глянул на кухонный уголок у дальней стены и направился к нему, на ходу крикнув:
– Где у тебя тот бальзам, который я тебе давал?
– Нет! – возмущённо выкрикнул Эйден и даже приподнял с подушки голову. – Это с утра!
– Совсем ума лишился? – Ида недовольно глянул на ученика. – И что, ты в таком состоянии всю ночь проваляешься?
– Полночи, – поправил Эйден, с трудом припоминая, что время уже позднее. Он рухнул обратно на подушку и закрыл глаза.
Голова тут же закружилась пуще прежнего, Эйдена снова начало мутить, а синева над головой не отпускала даже здесь, в квартире. Он вцепился в диван, будто так он мог удержать себя на месте, хотя по ощущениям его затягивало в огромный водоворот, тянуло вниз, вниз, на самое дно.
Со стороны прихожей раздались шаги, и в квартиру влетел молодой пацан с растрёпанными тёмными волосами и круглыми от ужаса глазами.
– Простите, господин! – закричал он так громко, что даже мейстер вздрогнул. – Меня задержали на почте, попал в пробку, поехал за вами, а вас не было! Простите, госпо...
Его сознание плавало где-то под потолком, наблюдая за происходящим со стороны. Он чувствовал, как холодный воздух комнаты касается обнажённой, липкой от крови кожи его запястья, и этот холод был единственным, что связывало его с действительностью. Тело продолжало непроизвольно дёргаться, свободная рука, казалось, вот-вот была готова дотянуться до Мэнэми…
– Держи вторую руку, – сказала Мэнэми. – И разверни её ладонью в пол, чтобы он не смог применить способность.
– Чего?.. – раздался полный негодования голос Тайлера.
– Руку держи! – коротко рявкнула Мэнэми, и парень тут же подскочил, вывернул свободную руку Джо и прижал к полу.
Джо с трудом подавил приступ тошноты, зажмурился, не в силах больше смотреть на слепящий свет.
Это был его последний шанс, и сейчас он точно знал, что делать. Он лишь должен был остаться в сознании.
Как только металлическое кольцо соскользнуло с покрывшейся кровью переломанной кисти, голова Джо снова закружилась, кровь закипела, забурлила и, казалось, была готова вырваться и заполнить собою всю комнату…
Над ним снова склонилась Мэнэми, её глаза сверкнули пугающей желтизной, и Джо, глубоко выдохнув, позволил своей крови сделать то, чего она так хотела.
Старые раны на теле разошлись, кожа затрещала, напряглась и расползлась, точно изношенная старая ткань. Всё тело охватил жар, из груди вырвался короткий выдох, а вместе с ним – десяток кровяных лезвий, вырвавшихся из старых шрамов на груди.
Раздался грохот, громкий, полный боли крик. Лампа над головой сверкнула пару раз и погасла, затрещали книжные шкафы, с грохотом повалились на пол книги. Последнее, что видел Джо, как потолок, изрезанный им же, медленно опускается вниз. А дальше – тишина и тьма.
В этой внезапной тишине время потеряло свою власть. Секунды растягивались в годы, а прошлое настигало его, не требуя ни воспоминаний, ни усилий. Он снова видел лицо сестры в дыму подвала, чувствовал леденящий ужас от прикосновения Мэнэми и горькое облегчение от побега. Вся его жизнь, вся эта изматывающая борьба за выживание.
Где-то в мгновении между жизнью и тьмой он точно снова прожил свою жизнь: вот он с маленькой Кэрол, голодные и замерзшие, пробираются в мир Смоук, вот он чуть не умирает за кусок хлеба, который раздобыл для сестры, вот тёплая и уютная квартира Мэнэми, которая тогда казалось ему спасением… Подросшая сестра, смеющаяся над нелепыми шутками брата, выпуск из училища, свадьба, полные счастья глаза Изабеллы и его обещание всегда, до самого конца быть рядом с ней.
Потолок застыл, оставив для Джо ещё несколько секунд для воспоминаний. В темноте и поднявшейся каменной пыли невозможно было различить что-либо, но тут прямо над Джо вырисовывался чей-то силуэт, держащий на своих плечах потолок.
Здание задрожало, сквозь образовавшуюся дыру в потолке в лицо Джо ударил свет. Лучи утреннего солнца упали на парня, откидывающего кусок бетонной плиты в сторону, его голый торс был покрыт пылью, а вены на руках вздулись от напряжения. Он наклонился над ничего не понимающим Джо, и тот разглядел знакомые серые глаза Арла.
– Ну ты и влип на этот раз, – протянул он ещё сонным голосом. – Держись. Сестра прибьёт меня, если ты здесь помрёшь.
Арл наклонился к Джо, взял его под руки и взвалил себе на плечо. Прикосновение его рук было грубым, но твёрдым и уверенным. Боль от движения пронзила всё тело, заставив его непроизвольно сжаться. Голова беспомощно свесилась, и Джо увидел осколки мебели, тёмные пятна на камне, обломки, уходящие куда-то вверх. Каждый шаг Арла отдавался в его разбитом теле новой волной тошноты и боли.
– Лучше закрой глаза, – пробасил Арл и шагнул в возникшую в воздухе дымку.
Но Джо было уже всё равно: в глазах то растекались тёмные пятна, то мелькали яркие вспышки. Он уже не замечал ни места, в котором находился, не видел обеспокоенного лица принцессы, встречающего его в медицинском крыле с сонным лекарем. Не видел он и покрытого его кровью Арла, вытащившего его из-под завала и принёсшего в лазарет. Его веки окончательно отяжелели, и он провалился в глубокий сон, то ли от облегчения, то ли от очередной волны нахлынувших на него тревог.
Глава 51. Отпетый алкаш
Мир Аклайн, 25.10.1114 г (раннее утро)
Сквозь окно низкой машины Эйден смотрел наверх. Там, высоко над головой, голубой лазурью переливался водный купол. Сейчас, когда город погрузился в сон, были особо чётко видны эти мерцания. Казалось, если сощуриться и приподняться на носочках, можно разглядеть рыб, медленно проплывающих над живущими на дне подводного мира людьми. Но сидя на заднем сидении низкого автомобиля, больше похожего на зависшую над землёй лодку, Эйден мог только поднять руку и коснуться холодного окна, не отрывая взгляд от водного купола.
Эйдена мутило, перед глазами всё расплывалось, земля, казалось, вот-вот уйдёт из-под ног, а если бы юноша закрыл глаза, то наверняка бы совсем потерялся – так сильно кружилась голова. Не отрывая пальцы от стекла, он смотрел наверх.
Перед глазами проплывали воспоминания. Вот он на практике, ещё совсем юный, смотрит на огромный водный купол, чуть меньше этого, и гордо окидывает его взглядом. Рядом стоит красноглазый юноша в белом сюртуке с убранными в хвост белыми волосами и неодобрительно качает головой. Но Эйден знает, что Джо только выглядит недовольным, а на самом деле восхищается могуществом Эйдена.
Автомобиль резко затормозил, и Эйден, не в силах сопротивляться инерции, уже было полетел головой в переднее сиденье, но чья-то крепкая рука удержала его в сидячем положении, и грубый голос прохрипел:
– Что за вождение? Я сказал же, аккуратно!
– Простите, мейстер Ида, – пролепетал тонкий голос с переднего сидения.
Взгляд Эйдена безвольно скользнул куда-то вниз и уставился на собственные ботинки. Голова закружилась сильнее, желудок сжался, а к горлу подкатил ком. Из последних сил Эйден выдавил:
– Воды.
– Скоро приедем, – раздался голос Иды. Кто-то поднял Эйдену голову и уложил на кресло так, чтобы он мог смотреть на водный купол. – Держись и смотри в окно.
Вода где-то далеко наверху двигалась, переливалась, наполнялась жизнью и ласково обхватывала город. Пока простой житель видел у себя над головой лишь опасную тёмную глубину, Эйден чувствовал её всем своим естеством, желал приблизиться к ней, погрузиться. Ни в одном из других миров Эйден не ощущал такой невыносимой тяги к воде, и всё же по какой-то причине он всё ещё оставался здесь, в Аклайне.
«Так, получается, ты сюда попал из мира Аклайн?» – раздался в голове голос Джо, и Эйден с головой окунулся в воспоминания.
Он в училище, сидит на одной кровати с Джо, и тот расспрашивает его с таким уставшим и безразличным лицом, что становится тошно. Лучше бы просто промолчал, проигнорировал. Эйден с трудом подавляет в себе досаду: Джо снова ничего не запомнил из рассказов Эйдена и, вероятно, и в этот раз ничего не запомнит. Но Эйден всё равно рассказывает.
«Не совсем. После того как я случайно сделал дырку в куполе, сам мейстер вежливо попросил мою семью переехать в какой-нибудь другой мир…»
В настоящем Эйден с трудом сдержался, чтобы не улыбнуться.
Машина свернула на перекрёстке, и водный купол на несколько секунд скрылся за вытянутым серым домом из блестящего камня. Вот голубой кусочек водного неба снова выглянул, и Эйден медленно поднял палец и ткнул вверх, в сторону купола.
Сейчас ему ничего не стоило продырявить его. Прямо сейчас…
Но тут машина остановилась, и рука Эйдена обессиленно соскользнула с окна и упала на колени.
Раздался тонкий голос, сообщающий мейстеру о прибытии, а вслед за ним – грубый рык, что это и так понятно.
Звук открывающейся, а потом захлопывающейся двери, и вот дверь, на которую опирался Эйден, распахнулась, и он чуть не полетел вниз. К счастью, крепкие руки мейстера вовремя подхватили его и выволокли из машины.
Голова повисла, и взгляд Эйдена уткнулся в мраморный тротуар, на котором, повторяя узор купола, разбегались белые линии и полосы. И снова Эйдена замутило, сильнее прежнего.
– Свободен, – грубо бросил мейстер, и таксист поспешил уехать, не желая больше иметь дело с разъярённым уставшим наставником и его невменяемым учеником.
Ида притащил Эйдена к крыльцу и усадил на первую ступень.
– Что ж, поздравляю, – пробубнил он, выпрямляясь и разминая спину. – Сегодня тебя даже не вывернуло в такси.
Лишь упоминание об этом вернуло Эйдена в чувство. К горлу подкатил ком, и юноша каким-то чудом умудрился развернуться в сторону и дотянуться до мусорной урны.
Пока вымотанный беловолосый ученик обнимался с урной, избавляясь от содержимого желудка, Ида оглядел пустую тёмную улицу и недовольно уставился на крыльцо.
– Где Томас? – злобно процедил он, точно в отсутствии помощника был виноват Эйден. Тот же с трудом отстранился от урны, вытер рукавом рот и вяло перевёл взгляд на учителя.
Стало чуть легче, голова всё ещё кружилась, но желудок хотя бы был чист, и мутило не так сильно. Даже в таком состоянии Эйден видел, каким уставшим и злым был наставник. Отвозить ученика домой после тяжёлого рабочего дня явно не входило в его обязанности, но почему-то именно сегодня Томас не заехал за Эйденом.
– Я могу здесь, – хрипло ответил Эйден, удобнее устраиваясь на ступеньке и прикладывая голову к перилам.
– Ещё чего, – крепкие руки схватили Эйдена, обхватили за торс и рывком подняли. – Не хватает, чтобы мой ученик валялся на крыльце, как какой-то пьяница.
Ночная вахтёрша, увидев мейстера собственной персоной, сначала опешила, потом вскочила и нелепо бросила, что господину Эйдену буквально час назад звонил брат. Эйден задумчиво нахмурился и еле слышно переспросил, какой брат.
– Ты что, – Ида с беспокойством покосился на ученика, – брата забыл?
– У меня их два! – гордо проговорил Эйден, безуспешно пытаясь показать два пальца.
– Не думаю, что мелкий стал бы тебе звонить, – пробурчал Ида и обратился к вахтёрше: – Что-то передал?
– Сказал, что срочно… Мейстер Ида…
– Попробуйте связаться с ним и перенаправьте звонок в квартиру Эйдена, – распорядился мейстер и потащил юношу к железному лифту.
Прислонив Эйдена к стене и раздвинув рукой решётку, мейстер Ида всё-таки втащил ученика в лифт. А Эйден тем временем всё ещё пытался вспомнить, что за брат мог ему звонить. Мысли разбегались, не давая себя поймать, перед глазами всплывали расплывчатые образы беловолосого парня, но Эйден никак не мог понять, это его отражение или кто-то другой?
– Какой именно брат? – бездумно пробубнил Эйден себе под нос, сидя на полу лифта.
Ида с беспокойством покосился на ученика.
– Хэмфри, – медленно ответил он. – Ты же помнишь Хэмфри?
Эйден зажмурился, а перед глазами задержалась картина: ночь, высокий забор около училища, и он под деревом, пытается подтолкнуть такого же беловолосого, как и он, мальчика перелезть через забор.
«Давай, – хитро подначивает брата Эйден. – А то я выпущусь, кто тебя ещё научит сбегать из училища? Там за территорией пруд, на нём можно тайно практиковаться со способностью!»
«Я не хочу никуда сбегать, – жалобно протянул Хэмфри и с испугом покосился на огромное дерево и нависающий над ним чёрный каменный забор. – Я буду тренироваться здесь, с преподавателями».
«Не глупи, – Эйден хватает почти плачущего брата за руку и подтаскивает к дереву. – Потом ещё спасибо мне скажешь!»
– Хэмфри… – пробубнил Эйден себе под нос и недовольно поморщился. – Ссыкло.
Лифт резко остановился, и все мысли Эйдена тут же вышибло из головы, как и воспоминания о брате.
Мейстер Ида будто бы не услышал последних слов и ничего не ответил. Он снова схватил Эйдена и, закинув его себе на плечо, вытащил из лифта. Окинув лестничную площадку беглым взглядом, он выцепил нужную квартиру и направился к ней.
– Где ключи? – сурово спросил Ида, усаживая Эйдена к стене у двери.
Эйден безвольно кивнул на карман, и мейстер присел на корточки, чтобы достать ключ.
Тут соседняя дверь открылась, и на площадку выглянула пожилая женщина. Она, не поднимая глаз, вышла из квартиры в одном халате и тапочках, уже было закрыла дверь и направилась к лифту, но тут наткнулась взглядом на сидящего на полу юношу и крепкого темнокожего лысого мужика, открывающего дверь в квартиру.
Женщина бросила недовольный взгляд на юношу, который, казалось, допился до состояния невменяемости, и пробурчала себе под нос недовольства.
Ида, услышав это, уже было обернулся сделать замечание – относиться к его ученику, как к отпетому алкашу, когда тот каждый день то и дело погружался в высокую глубину, не позволяя толще воды обрушиться на город… Но Эйден дёрнул учителя за край ханьфу и небрежно отмахнулся.
– Это бесполезно, – с трудом пробубнил он и сонно прикрыл глаза.
Пока Ида отвлёкся на ученика, женщина успела скрыться и спуститься вниз. Оставалось лишь бросить неодобрительный взгляд в сторону лифта и возмущённо пнуть дверь в квартиру.
Ида небрежно нащупал выключатель и врубил свет. Одинокая лампа тускло осветила сваленные на полу вещи и обувь, пыль на полках, гору нераспечатанных писем на тумбе.
– Тьма беспросветная, – протянул себе под нос Ида. – Тебе надо уволить этого пацана. За тобой не заехал, в квартире грязь…
– Зато он у меня деньги не ворует, – пробубнил Эйден, с трудом шевеля непослушными ногами, пока мейстер в который раз поднимал его с пола.
– У тебя воровали?
– Ну, как воровали, – вяло протянул Эйден. – Брали без спроса и не возвращали.
Ида, недовольно покачивая головой, затащил юношу в квартиру, с трудом перешагнув с ним заваленную прихожую, и втянул его в комнату.
Здесь был такой же беспорядок. На полу стояли коробки вещей, книги, посуда и продукты. С трудом скрывая отвращение, Ида из последних сил дотащил Эйдена до пыльного, покрытого крошками еды дивана и сбросил туда.
– Всё равно твоему пацану выговор не помешает, – Ида в который раз огляделся. – Это совсем не дело.
Мейстер Ида глянул на кухонный уголок у дальней стены и направился к нему, на ходу крикнув:
– Где у тебя тот бальзам, который я тебе давал?
– Нет! – возмущённо выкрикнул Эйден и даже приподнял с подушки голову. – Это с утра!
– Совсем ума лишился? – Ида недовольно глянул на ученика. – И что, ты в таком состоянии всю ночь проваляешься?
– Полночи, – поправил Эйден, с трудом припоминая, что время уже позднее. Он рухнул обратно на подушку и закрыл глаза.
Голова тут же закружилась пуще прежнего, Эйдена снова начало мутить, а синева над головой не отпускала даже здесь, в квартире. Он вцепился в диван, будто так он мог удержать себя на месте, хотя по ощущениям его затягивало в огромный водоворот, тянуло вниз, вниз, на самое дно.
Со стороны прихожей раздались шаги, и в квартиру влетел молодой пацан с растрёпанными тёмными волосами и круглыми от ужаса глазами.
– Простите, господин! – закричал он так громко, что даже мейстер вздрогнул. – Меня задержали на почте, попал в пробку, поехал за вами, а вас не было! Простите, госпо...
