мир энергий, впаивая в нить своё оформленное желание — свобода выбора решений и мыслей, свобода действий, при сохранении наказательного элемента за откровенную враждебность, угрозу действием или бездействием. То есть давала фактически свободу в повседневной жизни. Теперь, если он чего-то не захочет, не придётся делать этого под ментальным принуждением. Зато сколько простора для принуждения физического!
Вынырнув в реальность и освободив дроу от магических пут, осмотрела вытянутое в струну взмокшее тело с мелко подрагивающими мышцами, до крови закушенными губами. Измученный непереносимой болью, но такой красивый. Приложила ладонь ко лбу мужчины, убирая отголоски боли и вливая немного сил. Да уж… Секс на сегодня отменяется — я ж не зверь, в конце концов. Приказав Рену повторно принять ванну и идти спать, сама легла.
И уже почти заснула, когда почувствовала на пальцах лёгкие поцелуи и удивлённо открыла глаза. Дроу стоял у кровати на коленях и, увидев, что не сплю, взял мою руку в обе свои и приложил ладонью к щеке. В глазах мужчины светилась такая благодарность и… страсть(?), что меня словно обдало кипящей волной. Кажется, я недооценила способности к регенерации эльфов, но, в любом случае, после таких мук ему просто не должно ничего желаться, кроме отдыха! Опять эффект ненормальной связи?
— Рен, надеюсь, ты понимаешь, что то, что сейчас чувствуешь — это не полноценная свобода? Для тебя она наступит лишь со смертью, и то, когда я позволю. И что вообще здесь делаешь, когда тебе надлежит отдыхать и восстанавливаться?
Выражение в глазах мужчины ничуть не изменилось. Он лишь вздохнул и провёл пальцем по моей руке — от ладони до плеча.
— Я понимаю, госпожа. Но я также и чувствую… Вернее, не чувствую — того жуткого давления и ощущения безысходности. Спасибо вам. И благодаря вам я уже восстановился — полностью, поверьте. Поймите, то, что сейчас делаю, я сам хочу делать, и мне ничего не мешает!
Этого ещё не хватало, чтоб раб думал, будто может позволить себе всё, что в голову взбредёт! Моя ладонь напряглась, а ногти чуть впились в нежную кожу на лице.
— Надеюсь, ты при этом понимаешь, что твои желания не определяющие? И, если я сейчас того захочу, пойдёшь на своё место, спать?
Вновь вздох, тёплый палец исчезает с моего плеча, руки падают безвольно вдоль тела, взгляд опускается.
— Конечно, госпожа. Я выполню всё, что вы пожелаете.
Вот и чудненько. Но коль уж пришёл… Моя ладонь скользит с щеки на шею сегодняшнего любовника и притягивает его тело вниз. Мужчина успевает спружинить выставленными руками, чтобы не упасть сверху, губы раздвигаются в улыбке победителя. Пусть. Потом всё на некоторое время становится неважным, ведь этот поцелуй совсем не похож на недавний: страсть, напор, ласка, обещание удовольствий. И в то же время остаётся знание, что, будь на то моя воля, мужчина готов полностью покориться любому желанию своей хозяйки.
Два года скитаний пока ничем не увенчались — я так и не нашла себе новый дом. Нет, миры, где мне вполне всё нравилось, были, и немало, но жить с постоянной опаской за свою свободу? А места, где нет богов, или они слабые, молодые, как советовала мама, так и не встретилось. Опробовать на себе участь собственных рабов? Не хочу, и это вполне естественно. Рабы… Я окинула взглядом своих мужчин: любовники, телохранители, безупречно послушные и фанатично преданные. Особенно после того как узнали, что я наполовину богиня, тёмная. Рену сама рассказала, почти сразу, как покинули самый первый мир, где началось наше совместное путешествие. А квартероны демонов почувствовали суть во время принесения клятвы верности — по крови определили.
Тикор и Свир. Квартероны-близнецы, которых я нашла примерно полгода назад и фактически спасла от смерти. Собственно, это и было условием принесения ими клятвы верности. Рождённые от матери-полукровки и отца-варвара, после гибели родителей в какой-то междоусобице парни с дурости присоединились к разбойничьей шайке (им, молодым и горячим, захотелось романтики и быстрых денег), от которой однажды отвернулась удача. Квартероны слабее полукровок, но, конечно, значительно сильнее обычного человека, однако против регулярной армии графа — хозяина земель — не выстоять вдвоём.
Маг графа почувствовал в молодых мужчинах демоническую кровь и вцепился в них, словно клещ — слишком ценным ингредиентом была эта животворящая жидкость. Кровь демонов в близнецах оказалась неожиданно сильной, особенно в старшем, Тикоре, у которого с возрастом обнаружились магические способности — его учила всему, что знала сама, их мать. Свир же стал воином, защитником, даже выглядел он крупнее и мощнее брата, хотя и тот не беспомощный хлюпик. Но магии у него почти не было, так что «бесполезного» для мага брата решили казнить. А я, как обычно, проезжала мимо.
Не совсем мимо, конечно: остановилась в маленьком городке, чтобы пополнить запас продуктов, да и просто новости узнать. Меня всегда умиляла эта привычка — устраивать казни на рыночной площади: видимо, очень способствует аппетиту и стимулирует на покупки.
Я пришла на гомон толпы как раз вовремя, чтобы иметь возможность наблюдать, как стражники пинками и уколами мечей подгоняют израненного и спотыкающегося полуобнажённого молодого мужчину, лишь недавно вышедшего из поры юности. Короткие чёрные волосы, смуглая кожа, чуть заострённые уши, полные чувственные губы, желтовато-зелёные глаза. Под кожей перекатываются тугие мускулы, красивая тренированная фигура. Короче — хочу!
К тому же по ауре стало ясно, что передо мной квартерон демона — тем более такой экземпляр упускать никак нельзя. Странно только, что приготовления больше напоминали таковые к пыткам, чем к обычной казни. Почему, интересно? А ошейник-то на него какой мощный надели! Видимо, опасаются — без прямого приказа тот даже слова сказать не может, не то что пошевелиться. Сделав выражение лица как можно более надменным, воспользовалась воздушным тараном для расчистки себе дороги и холодно спросила, обводя взглядом стражников:
— Кто распоряжается жизнью этого экземпляра?
Чуть шагнув вперёд и поклонившись, мне ответил крупный мужчина в начищенных до блеска богатых доспехах:
— Я, госпожа маг, капитан Ралитен. Владетель этих земель, граф Торвианский, поручил мне провести казнь этого разбойника.
Задумчиво обведя взглядом фигуру капитана — во сколько же мне обойдётся уломать его? — протянула:
— Разбооойник… Казнь, говорите? То есть, вам всё равно как, лишь бы он умер? Я хочу купить его! Давно искала квартерона для опытов.
Мужчина сначала было скривился, но после слов об опытах тут же приободрился.
— Опыты? А они мучительные? У меня приказ подвергнуть преступника как можно более тяжёлой и болезненной смерти!
Извращенцы, что ли? Ладно, позже выясню, что к чему. А пока позволила появиться в глазах маньячному блеску и выпустила на лицо самую предвкушающую улыбку. Особенно поймать нужный настрой помогло воскрешение в памяти всех тех милых забав, которым учила Алианта.
— Мучительные и болезненные? О, дааа. Я давно хочу проверить болевой предел и возможности регенерации подобных существ. Сколько вы за него хотите?
Спустя пять минут, после составления расписки и передачи двух золотых радостному капитану, я оказалась владелицей квартерона. Разочарованная отменой представления толпа медленно расходилась, а стражники с интересом наблюдали за моими действиями. Платить ещё и за ошейник не захотела: мало того, что не нравится его работа, ещё и маг по нему мог нас отследить, а мой всё равно более функционален. Капитан приказал приговорённому встать на колени, а я послала в шейный отдел магический блокирующий импульс, из-за чего даже со снятым ошейником квартерон теперь не сможет пошевелиться, пока не уберу блокировку.
Подумав, выбрала тот ошейник (конечно, у меня их несколько видов), который не ограничивал свободу как таковой, а наказывал за попытку непослушания или угрожающие действия сильнейшей болью и параличом, и не позволял ослушаться прямого приказа. Я, конечно, позже объясню будущему телохранителю, что не собираюсь убивать, но мало ли что сейчас придёт ему в голову — разбойник всё-таки. Хотя, честно говоря, не очень-то и похоже.
Застегнув на крепкой шее короткую цепочку, вернула мужчине подвижность. Он ожидаемо попытался броситься на стражников (а почему не на меня, интересно?), магический ошейник ожидаемо наказал. Как ребёнок прям — пока на своей шкуре не испытает, не поверит, что «будет больно». Улыбку я скрыть даже не пыталась: во-первых, так надо для публики, во-вторых, и в самом деле — забавно. Когда квартерона перестало корёжить на земле, холодно приказала:
— Встал. Идёшь рядом с моим телохранителем и выполняешь его приказы. Нам ещё порталами до Тианга добираться в несколько скачков — я хочу поскорее приступить к опытам!
Всё это я говорила исключительно для капитана стражи, сама же собиралась просто выбраться за пределы страны в несколько другом направлении. Делая сосредоточенный вид и выписывая пассы руками (здесь маги действовали именно так), через минуту открыла портал. Спустя мгновение мы были уже вне досягаемости. Я же весело рассмеялась своей удаче и повернулась к удивлённому мужчине.
— Ну что, «разбойник», никак уже не раз проклял свою судьбу и предка-демона? Поверил, что буду опыты на тебе ставить?
Квартерон нерешительно кивнул — мол, разве нет?
— Не волнуйся, не буду, просто нужно было, чтобы тебя отдали мне без вопросов. Мне нужен второй телохранитель. Отдохни пока. Рен, готовь обед, потом покинем этот мир — во избежание ненужных проблем.
При этих словах квартерон встрепенулся и вдруг бросился мне в ноги.
— Госпожа маг, умоляю, спасите моего брата — он в лаборатории графского мага, который собирается выцедить с него всю кровь — и мы не просто станем вашими телохранителями, а принесём клятву верности! Вы ведь можете, раз в силах строить межмировые порталы!
Надо же, ещё один есть? А клятва… Положим, я и так собиралась её потребовать — правильно оформленные демонические клятвы действуют не хуже любой магической привязки. Альтернативой стала бы смерть от моей руки с последующим воскрешением в качестве безропотного раба, да ещё и с порабощением души, что для демонов особенно страшное событие. Уверена, его выбор был бы однозначным. Но два квартерона…
В душе жадность боролась с осторожностью и, кажется, выигрывала. Отбить добычу мага в его логове сложно. Но это действительно по моим возможностям. Правда, будет очень громко — в смысле, на божественном уровне (простой магией тут не обойтись), а значит, надо тщательно подготовиться, предусмотрев даже тот вариант, когда в итоге я останусь совсем без сил. Мужчина, неправильно поняв мою задумчивость, торопливо заговорил:
— Госпожа, я не боюсь смерти, но если не освободите Тикора, ваши затраты на мой выкуп окажутся бессмысленными. Если маг в ближайшее время не почувствует магический выброс у брата, что должно было произойти в случае моей мучительной смерти, то не будет ждать. Тикор старший, маг, ведущий, я — ведомый. Умрёт он — умру и я, такова особенность близнецов. Но после моей смерти брат лишь испытал бы сильные страдания и откат от разрыва связи. Из-за выброса его кровь стала бы ещё более ценной, и маг графа собирался выпустить её именно в это время. Умоляю вас…
Мужчина с надеждой смотрел на меня, а я думала о всяких необычностях, которые можно встретить в бесконечности Вселенной. Но в таких условиях у меня действительно нет выхода, да и квартеронов очень хотелось прибрать к рукам. От этих нюансов связи близнецов, конечно, можно освободить, но, опять же — имея в распоряжении второго. Потом так и сделаю.
— Как твоё имя?
— Свир, госпожа.
— Хорошо, я вытащу твоего брата, но ты поклянёшься мне свободой своей души, что после его освобождения вы тут же принесёте клятву верности — на крови, оба.
Свобода души — это серьёзно, и мужчина дёрнулся, словно от удара. Сложно клясться за кого-то, даже за столь родного человека. А если он откажется? Ну теоретически. Но сейчас выхода нет ни у него, ни у меня, хотя и по разным причинам. После принесения клятвы отправила Свира вместо Рена готовить обед, а того — стреноживать линаргов, но так, чтобы можно было очень быстро их освободить и уйти в межмировой портал. Хорошо, что их кобылы гуляют только раз в год, и мне не приходилось слишком часто подавлять зачатие после игрищ Саламандры с Вихрем. Таскать с собой табун линаргов по меньшей мере глупо, особенно детёнышей.
Я же занялась подготовкой. Взяла артефакт перехода с ненаправленными порталами, который постоянно держала заряженным. Рену такой активировать вряд ли по силам, в отличие от обычного, для перемещения внутри мира, который тоже собиралась сделать (до этого необходимости в нём как-то не возникало, но если меня «высушит», все смогут вернуться на место привязки — эту поляну), а вот Тикор должен суметь, раз демоническая кровь в нём достаточно сильна.
Ещё собрала все заряженные накопители — если истрачу божественные силы, то это капля в море, но принять клятву должно хватить. Освобождение Тикора прошло… не особо сложно. Нет, атака и обезвреживание магов в замке вычерпали мои силы почти до донышка, но всё же только почти. Даже накопителями решила не пользоваться — сильно не поможет, а та отключка, в которую я вскоре провалюсь, восстановит всё потраченное. Главное из мира свалить.
Тикор не был копией брата, но родство, несомненно, просматривалось. Более изящный и гибкий он создавал впечатление змеи — смертельно опасной, затаившейся. А какое отчаяние было во взгляде, когда Свир сообщил об условии его освобождения. Клятва на крови — это на всю жизнь, фактически то же рабство, принудительная верность. Зато душа свободна.
Но самое интересное произошло, когда мужчины выпили на двоих кубок с вином и нашей смешанной кровью. На меня смотрели четыре одинаковых глаза с выражением крайнего удивления, сменившегося благоговением. Братья резко упали на одно колено, склонили головы, одновременно выдохнув: «Моя богиня!». Вот же… демоны, хоть и на четверть всего. Разницу я им позже объяснила, но всё равно приятно.
А в тот момент меня хватило лишь поощрительно улыбнуться, передать крохи энергии Тикору, чтобы точно смог активировать артефакт перехода (подробные инструкции Рен получил ещё до начала атаки на замок), и сознание скользнуло в бархатную тьму. Мальчики не подвели, и очнулась я уже совсем в другом мире, через сутки. Так с тех пор и путешествуем, вчетвером. А какими горячими близнецы оказались в постели! Особенно если в паре — создавалось впечатление, что один является продолжением другого, настолько слаженно они действовали.
Сегодня я собиралась покинуть очередной мир, прыгнув в неизвестность. Благо использование одного и того же артефакта позволяет не повторять миры и избегать свой родной анклав, а кристалл-основа достаточно долговечный, чтобы выдержать ещё немало циклов.
Когда все были готовы, активировала артефакт. И сразу окно портала вызвало подозрения — странное какое-то, не обычный, сияющий мягким светом овал, а немного искажённый, по которому словно волны пробегали. Переделать? Впрочем, артефакт настроен так, что в непригодный для жизни мир не выкинет, однозначно опасный — тоже, так что я теряю? А вот если отступлю — никогда не узнаю, что это было.
Вынырнув в реальность и освободив дроу от магических пут, осмотрела вытянутое в струну взмокшее тело с мелко подрагивающими мышцами, до крови закушенными губами. Измученный непереносимой болью, но такой красивый. Приложила ладонь ко лбу мужчины, убирая отголоски боли и вливая немного сил. Да уж… Секс на сегодня отменяется — я ж не зверь, в конце концов. Приказав Рену повторно принять ванну и идти спать, сама легла.
И уже почти заснула, когда почувствовала на пальцах лёгкие поцелуи и удивлённо открыла глаза. Дроу стоял у кровати на коленях и, увидев, что не сплю, взял мою руку в обе свои и приложил ладонью к щеке. В глазах мужчины светилась такая благодарность и… страсть(?), что меня словно обдало кипящей волной. Кажется, я недооценила способности к регенерации эльфов, но, в любом случае, после таких мук ему просто не должно ничего желаться, кроме отдыха! Опять эффект ненормальной связи?
— Рен, надеюсь, ты понимаешь, что то, что сейчас чувствуешь — это не полноценная свобода? Для тебя она наступит лишь со смертью, и то, когда я позволю. И что вообще здесь делаешь, когда тебе надлежит отдыхать и восстанавливаться?
Выражение в глазах мужчины ничуть не изменилось. Он лишь вздохнул и провёл пальцем по моей руке — от ладони до плеча.
— Я понимаю, госпожа. Но я также и чувствую… Вернее, не чувствую — того жуткого давления и ощущения безысходности. Спасибо вам. И благодаря вам я уже восстановился — полностью, поверьте. Поймите, то, что сейчас делаю, я сам хочу делать, и мне ничего не мешает!
Этого ещё не хватало, чтоб раб думал, будто может позволить себе всё, что в голову взбредёт! Моя ладонь напряглась, а ногти чуть впились в нежную кожу на лице.
— Надеюсь, ты при этом понимаешь, что твои желания не определяющие? И, если я сейчас того захочу, пойдёшь на своё место, спать?
Вновь вздох, тёплый палец исчезает с моего плеча, руки падают безвольно вдоль тела, взгляд опускается.
— Конечно, госпожа. Я выполню всё, что вы пожелаете.
Вот и чудненько. Но коль уж пришёл… Моя ладонь скользит с щеки на шею сегодняшнего любовника и притягивает его тело вниз. Мужчина успевает спружинить выставленными руками, чтобы не упасть сверху, губы раздвигаются в улыбке победителя. Пусть. Потом всё на некоторое время становится неважным, ведь этот поцелуй совсем не похож на недавний: страсть, напор, ласка, обещание удовольствий. И в то же время остаётся знание, что, будь на то моя воля, мужчина готов полностью покориться любому желанию своей хозяйки.
ГЛАВА 4
Два года скитаний пока ничем не увенчались — я так и не нашла себе новый дом. Нет, миры, где мне вполне всё нравилось, были, и немало, но жить с постоянной опаской за свою свободу? А места, где нет богов, или они слабые, молодые, как советовала мама, так и не встретилось. Опробовать на себе участь собственных рабов? Не хочу, и это вполне естественно. Рабы… Я окинула взглядом своих мужчин: любовники, телохранители, безупречно послушные и фанатично преданные. Особенно после того как узнали, что я наполовину богиня, тёмная. Рену сама рассказала, почти сразу, как покинули самый первый мир, где началось наше совместное путешествие. А квартероны демонов почувствовали суть во время принесения клятвы верности — по крови определили.
Тикор и Свир. Квартероны-близнецы, которых я нашла примерно полгода назад и фактически спасла от смерти. Собственно, это и было условием принесения ими клятвы верности. Рождённые от матери-полукровки и отца-варвара, после гибели родителей в какой-то междоусобице парни с дурости присоединились к разбойничьей шайке (им, молодым и горячим, захотелось романтики и быстрых денег), от которой однажды отвернулась удача. Квартероны слабее полукровок, но, конечно, значительно сильнее обычного человека, однако против регулярной армии графа — хозяина земель — не выстоять вдвоём.
Маг графа почувствовал в молодых мужчинах демоническую кровь и вцепился в них, словно клещ — слишком ценным ингредиентом была эта животворящая жидкость. Кровь демонов в близнецах оказалась неожиданно сильной, особенно в старшем, Тикоре, у которого с возрастом обнаружились магические способности — его учила всему, что знала сама, их мать. Свир же стал воином, защитником, даже выглядел он крупнее и мощнее брата, хотя и тот не беспомощный хлюпик. Но магии у него почти не было, так что «бесполезного» для мага брата решили казнить. А я, как обычно, проезжала мимо.
Не совсем мимо, конечно: остановилась в маленьком городке, чтобы пополнить запас продуктов, да и просто новости узнать. Меня всегда умиляла эта привычка — устраивать казни на рыночной площади: видимо, очень способствует аппетиту и стимулирует на покупки.
Я пришла на гомон толпы как раз вовремя, чтобы иметь возможность наблюдать, как стражники пинками и уколами мечей подгоняют израненного и спотыкающегося полуобнажённого молодого мужчину, лишь недавно вышедшего из поры юности. Короткие чёрные волосы, смуглая кожа, чуть заострённые уши, полные чувственные губы, желтовато-зелёные глаза. Под кожей перекатываются тугие мускулы, красивая тренированная фигура. Короче — хочу!
К тому же по ауре стало ясно, что передо мной квартерон демона — тем более такой экземпляр упускать никак нельзя. Странно только, что приготовления больше напоминали таковые к пыткам, чем к обычной казни. Почему, интересно? А ошейник-то на него какой мощный надели! Видимо, опасаются — без прямого приказа тот даже слова сказать не может, не то что пошевелиться. Сделав выражение лица как можно более надменным, воспользовалась воздушным тараном для расчистки себе дороги и холодно спросила, обводя взглядом стражников:
— Кто распоряжается жизнью этого экземпляра?
Чуть шагнув вперёд и поклонившись, мне ответил крупный мужчина в начищенных до блеска богатых доспехах:
— Я, госпожа маг, капитан Ралитен. Владетель этих земель, граф Торвианский, поручил мне провести казнь этого разбойника.
Задумчиво обведя взглядом фигуру капитана — во сколько же мне обойдётся уломать его? — протянула:
— Разбооойник… Казнь, говорите? То есть, вам всё равно как, лишь бы он умер? Я хочу купить его! Давно искала квартерона для опытов.
Мужчина сначала было скривился, но после слов об опытах тут же приободрился.
— Опыты? А они мучительные? У меня приказ подвергнуть преступника как можно более тяжёлой и болезненной смерти!
Извращенцы, что ли? Ладно, позже выясню, что к чему. А пока позволила появиться в глазах маньячному блеску и выпустила на лицо самую предвкушающую улыбку. Особенно поймать нужный настрой помогло воскрешение в памяти всех тех милых забав, которым учила Алианта.
— Мучительные и болезненные? О, дааа. Я давно хочу проверить болевой предел и возможности регенерации подобных существ. Сколько вы за него хотите?
Спустя пять минут, после составления расписки и передачи двух золотых радостному капитану, я оказалась владелицей квартерона. Разочарованная отменой представления толпа медленно расходилась, а стражники с интересом наблюдали за моими действиями. Платить ещё и за ошейник не захотела: мало того, что не нравится его работа, ещё и маг по нему мог нас отследить, а мой всё равно более функционален. Капитан приказал приговорённому встать на колени, а я послала в шейный отдел магический блокирующий импульс, из-за чего даже со снятым ошейником квартерон теперь не сможет пошевелиться, пока не уберу блокировку.
Подумав, выбрала тот ошейник (конечно, у меня их несколько видов), который не ограничивал свободу как таковой, а наказывал за попытку непослушания или угрожающие действия сильнейшей болью и параличом, и не позволял ослушаться прямого приказа. Я, конечно, позже объясню будущему телохранителю, что не собираюсь убивать, но мало ли что сейчас придёт ему в голову — разбойник всё-таки. Хотя, честно говоря, не очень-то и похоже.
Застегнув на крепкой шее короткую цепочку, вернула мужчине подвижность. Он ожидаемо попытался броситься на стражников (а почему не на меня, интересно?), магический ошейник ожидаемо наказал. Как ребёнок прям — пока на своей шкуре не испытает, не поверит, что «будет больно». Улыбку я скрыть даже не пыталась: во-первых, так надо для публики, во-вторых, и в самом деле — забавно. Когда квартерона перестало корёжить на земле, холодно приказала:
— Встал. Идёшь рядом с моим телохранителем и выполняешь его приказы. Нам ещё порталами до Тианга добираться в несколько скачков — я хочу поскорее приступить к опытам!
Всё это я говорила исключительно для капитана стражи, сама же собиралась просто выбраться за пределы страны в несколько другом направлении. Делая сосредоточенный вид и выписывая пассы руками (здесь маги действовали именно так), через минуту открыла портал. Спустя мгновение мы были уже вне досягаемости. Я же весело рассмеялась своей удаче и повернулась к удивлённому мужчине.
— Ну что, «разбойник», никак уже не раз проклял свою судьбу и предка-демона? Поверил, что буду опыты на тебе ставить?
Квартерон нерешительно кивнул — мол, разве нет?
— Не волнуйся, не буду, просто нужно было, чтобы тебя отдали мне без вопросов. Мне нужен второй телохранитель. Отдохни пока. Рен, готовь обед, потом покинем этот мир — во избежание ненужных проблем.
При этих словах квартерон встрепенулся и вдруг бросился мне в ноги.
— Госпожа маг, умоляю, спасите моего брата — он в лаборатории графского мага, который собирается выцедить с него всю кровь — и мы не просто станем вашими телохранителями, а принесём клятву верности! Вы ведь можете, раз в силах строить межмировые порталы!
Надо же, ещё один есть? А клятва… Положим, я и так собиралась её потребовать — правильно оформленные демонические клятвы действуют не хуже любой магической привязки. Альтернативой стала бы смерть от моей руки с последующим воскрешением в качестве безропотного раба, да ещё и с порабощением души, что для демонов особенно страшное событие. Уверена, его выбор был бы однозначным. Но два квартерона…
В душе жадность боролась с осторожностью и, кажется, выигрывала. Отбить добычу мага в его логове сложно. Но это действительно по моим возможностям. Правда, будет очень громко — в смысле, на божественном уровне (простой магией тут не обойтись), а значит, надо тщательно подготовиться, предусмотрев даже тот вариант, когда в итоге я останусь совсем без сил. Мужчина, неправильно поняв мою задумчивость, торопливо заговорил:
— Госпожа, я не боюсь смерти, но если не освободите Тикора, ваши затраты на мой выкуп окажутся бессмысленными. Если маг в ближайшее время не почувствует магический выброс у брата, что должно было произойти в случае моей мучительной смерти, то не будет ждать. Тикор старший, маг, ведущий, я — ведомый. Умрёт он — умру и я, такова особенность близнецов. Но после моей смерти брат лишь испытал бы сильные страдания и откат от разрыва связи. Из-за выброса его кровь стала бы ещё более ценной, и маг графа собирался выпустить её именно в это время. Умоляю вас…
Мужчина с надеждой смотрел на меня, а я думала о всяких необычностях, которые можно встретить в бесконечности Вселенной. Но в таких условиях у меня действительно нет выхода, да и квартеронов очень хотелось прибрать к рукам. От этих нюансов связи близнецов, конечно, можно освободить, но, опять же — имея в распоряжении второго. Потом так и сделаю.
— Как твоё имя?
— Свир, госпожа.
— Хорошо, я вытащу твоего брата, но ты поклянёшься мне свободой своей души, что после его освобождения вы тут же принесёте клятву верности — на крови, оба.
Свобода души — это серьёзно, и мужчина дёрнулся, словно от удара. Сложно клясться за кого-то, даже за столь родного человека. А если он откажется? Ну теоретически. Но сейчас выхода нет ни у него, ни у меня, хотя и по разным причинам. После принесения клятвы отправила Свира вместо Рена готовить обед, а того — стреноживать линаргов, но так, чтобы можно было очень быстро их освободить и уйти в межмировой портал. Хорошо, что их кобылы гуляют только раз в год, и мне не приходилось слишком часто подавлять зачатие после игрищ Саламандры с Вихрем. Таскать с собой табун линаргов по меньшей мере глупо, особенно детёнышей.
Я же занялась подготовкой. Взяла артефакт перехода с ненаправленными порталами, который постоянно держала заряженным. Рену такой активировать вряд ли по силам, в отличие от обычного, для перемещения внутри мира, который тоже собиралась сделать (до этого необходимости в нём как-то не возникало, но если меня «высушит», все смогут вернуться на место привязки — эту поляну), а вот Тикор должен суметь, раз демоническая кровь в нём достаточно сильна.
Ещё собрала все заряженные накопители — если истрачу божественные силы, то это капля в море, но принять клятву должно хватить. Освобождение Тикора прошло… не особо сложно. Нет, атака и обезвреживание магов в замке вычерпали мои силы почти до донышка, но всё же только почти. Даже накопителями решила не пользоваться — сильно не поможет, а та отключка, в которую я вскоре провалюсь, восстановит всё потраченное. Главное из мира свалить.
Тикор не был копией брата, но родство, несомненно, просматривалось. Более изящный и гибкий он создавал впечатление змеи — смертельно опасной, затаившейся. А какое отчаяние было во взгляде, когда Свир сообщил об условии его освобождения. Клятва на крови — это на всю жизнь, фактически то же рабство, принудительная верность. Зато душа свободна.
Но самое интересное произошло, когда мужчины выпили на двоих кубок с вином и нашей смешанной кровью. На меня смотрели четыре одинаковых глаза с выражением крайнего удивления, сменившегося благоговением. Братья резко упали на одно колено, склонили головы, одновременно выдохнув: «Моя богиня!». Вот же… демоны, хоть и на четверть всего. Разницу я им позже объяснила, но всё равно приятно.
А в тот момент меня хватило лишь поощрительно улыбнуться, передать крохи энергии Тикору, чтобы точно смог активировать артефакт перехода (подробные инструкции Рен получил ещё до начала атаки на замок), и сознание скользнуло в бархатную тьму. Мальчики не подвели, и очнулась я уже совсем в другом мире, через сутки. Так с тех пор и путешествуем, вчетвером. А какими горячими близнецы оказались в постели! Особенно если в паре — создавалось впечатление, что один является продолжением другого, настолько слаженно они действовали.
Сегодня я собиралась покинуть очередной мир, прыгнув в неизвестность. Благо использование одного и того же артефакта позволяет не повторять миры и избегать свой родной анклав, а кристалл-основа достаточно долговечный, чтобы выдержать ещё немало циклов.
Когда все были готовы, активировала артефакт. И сразу окно портала вызвало подозрения — странное какое-то, не обычный, сияющий мягким светом овал, а немного искажённый, по которому словно волны пробегали. Переделать? Впрочем, артефакт настроен так, что в непригодный для жизни мир не выкинет, однозначно опасный — тоже, так что я теряю? А вот если отступлю — никогда не узнаю, что это было.
