Знание города давало ему фору, поэтому я напрягла все мышцы, чтобы не потерять его из виду.
Свернув следом за ним на Зеленую улицу, я врубилась в широкий встречный поток из тачек, тележек, наездников и прохожих. День подходил к концу и люди начинали расходиться от торговых рядов по домам, мешая мне преследовать парня. Впрочем, ему тоже стало тяжелее удирать. Расталкивая спешащих, мешающихся под ногами горожан, я была готова бежать по телам и головам. Медленно меня заполняла холодная ярость. Вернулось вчерашнее ощущение – я действительно могу помочь, могу догнать Поджигателя, но что-то постоянно складывается против! Ради Ариэна, ради семьи Ингельды, ради подвига Камора – я должна поторопиться и сделать все, что в моих силах!
Серая спина убегающего находилась все на том же расстоянии. Прохожие теперь шарахались от нас, давая хоть какой-то проход и место для маневра. Парень еще не устал, я чувствовала это, но, кажется, происходящее начало ему надоедать. Он активно вращал головой в поисках ответвляющегося проулка, в который можно незаметно шмыгнуть. Я не могла этого позволить. В данном поединке равных мы могли сражаться до истощения обеих сторон. Так было бы в честном бою. Но, раз уж на то пошло, шпионы не играют честно. Сконцентрировавшись на темной шевелюре и узком стане убегавшего, я громко произнесла:
– Инкольсио!
Как тебе понравится вот это?!
Под ногами Поджигателя появилась ледяная дорожка. Новое обстоятельство сильно затормозило его, но не заставило остановиться. До того момента, пока он не понял, что тонкий скользкий слой льда следует за ним всюду, куда бы он ни двинулся. Я довольно усмехнулась. Заклинание являлось моей собственной придумкой – домашним заданием, выданным одним особенно нелюбимым преподавателем. Парень нервно соображал, куда и как двигаться дальше, а я подбиралась все ближе и ближе. Увидев меня, он осклабился и попытался, то и дело норовя упасть, бежать дальше. Я чувствовала, что он почти в моих руках.
Запинаясь, срываясь, почти падая, в панике Поджигатель еле продвигался вперед. При правильном наложении заклинание действовало около пяти механических шахриматских минут, но я готова колдовать еще, если понадобится.
А потом на нашем пути появилась шумная стайка юных девушек-послушниц. Они были исключительно светловолосы, одеты только в зеленое, весело распевали гимны и выглядели очень счастливыми и довольными жизнью. Но самое главное – они заполнили почти всю ширину улицы, тем самым, лишив мою жертву пространства для маневра. Укромных переулков тоже не наблюдалось и я, замедляясь, уже готовилась праздновать победу.
Не зря говорят, что лучше не делить шкуру неубитого шахриматского льва. Потому что Поджигатель совершил нечто, совершенно не вписывающееся в рамки поведения обычного жителя Асмариана. Ловко используя наложенное на ноги проклятие, парень, в буквальном смысле слова, пошел на таран процессии! Я охнула. Песни оборвались – девушки начали оголтело, как базарные птицы, кричать и бить тонкими ручками обидчика, став, таким образом, моими невольными союзницами. Но он, снося удары, все равно не останавливался и я, чуть замешкавшись, вновь побежала следом.
Протяни руку и ухватись за него, шептал холодный разум. Я вцепилась в плечо, упавшего наконец преступника. Он успел миновать ставшую агрессивной демонстрацию и почувствовал, что предыдущее магическое воздействие заканчивается. Сквозь пальцы я пустила легкое замораживающее заклинание, которое когда-то использовала на Ариэне. От распространяющегося онемения Поджигатель чуть скривился, однако это не помешало ему дико улыбнуться, обнажая гнилые покривившиеся зубы и прошипеть:
– Вигре 1: Вигре – ведьма (мет.)!
А затем он свободной рукой вцепился мне в горло.
Такого отчаянного отпора я не ожидала. Мой самонадеянный промах. Если пару раз сработало на других, я решила, что сработает и на этом. И просчиталась. От крепкой хватки воздух в легких резко закончился, и я непроизвольно, как выброшенная на берег рыба, пыталась безуспешно вдохнуть. На готовые выпрыгнуть глаза наворачивались слезы, во рту пересохло. Поджигатель продолжал все также сумасшедше улыбаться и сильнее сжимать шею. Вцепившись в давящие руки, я раз за разом пропускала все более мощные потоки ледяной магии. Но мужчина не реагировал на них. Лишь пальцы на моей шее становились все холоднее. Постепенно мысли и сознание начали расползаться. Сквозь пелену, разрастающуюся перед глазами, я вдруг увидела обеспокоенную черноволосую женщину. Совершенное неземное создание. Перед ней мне хотелось извиниться за глупо и бесцельно прожитую жизнь, ведь очень скоро она оборвется. Я даже попыталась прощально улыбнуться, но женщина, вдруг расслабившись и доброжелательно кивнув, исчезла из поля зрения.
Все быстро закончилось. Я вдруг повалилась на колени и, схватившись за раздираемое горло, смогла вдохнуть. Легкие готовы лопнуть, слезы обильно капали на мостовую, кашель раздирал саднящее горло. Рядом стоял встревоженный и рассерженный Майло.
– Кажется, мне вновь пришлось спасать тебя… – хмуро проговорил он, сложив руки на груди.
Я посмотрела на Майло полными слез глазами и сильно кашлянула. Мысли все еще не желали формироваться правильно и парили где-то отдельно от меня.
– Он убежал, – вздохнул охотник и присел рядом со мной. – Дай посмотрю на шею… Хмм, будет большой синяк… Говорить можешь?
Я попыталась, но из горла вышел лишь сдавленный хрип.
– Я понял, не нужно, – продолжил хмуриться он.
Мягкими теплыми ладонями Майло водил по моей шее, аккуратно осматривая и поглаживая. В какой-то момент от таких почти нежных касаний мне стало жарко и немного неловко. А вот боль и страх рассеялись. Видимо, мужчина почувствовал мои эмоции, резко поднялся и протянул мне руку.
– Поджигатель ушел. Я еле успел рубануть его по руке. Ты уже собиралась отключаться. Когда я обернулся, чтобы помочь тебе, он уже скидывал седока с лошади. Сейчас он наверняка на пути к своему логову.
Воспользовавшись помощью, со слегка кружащейся головой поднялась на дрожащие ноги. Коснулась рукава военной крутки Майло. Облизнув пересохшие губы, тихо просипела:
– Есть и хорошая новость.
Я раскрыла сжатую в кулак ладонь, показывая воину маленькую серебряную птичку на зеленой шерстяной нитке. Которую я уже видела. Множество раз до этого. В голову, лишенную посторонних мыслей, приходили правильные воспоминания. Дедуля-дворник в Районе Правителей, два парня обменивающиеся кулонами перед вчерашним пожаром в Торговом районе. Теперь эта птичка. Кристально-чистый и очевидный вывод напрашивался сам собой – у нас в руках оказался самый настоящий символ Поджигателей. У меня созрел план.
Майло покосился на украшение и недоверчиво спросил:
– Что это? Его личная вещь?
Я кивнула. Он протянул руку к птичке, но я снова сжала ладонь в кулак и отрицательно покачала головой. Это мой трофей. Губы Майло сжались в тонкую ниточку. Он предложил мне опереться об него и «куда-нибудь удалиться», так как вокруг нас собиралась толпа зевак. Я не отказалась – координация движений сбоила, а перед глазами все расплывалось, и мы медленно двинулись согласно направлению толпы.
1 Вигре – ведьма (мет.)
Как и обещал, Майло проводил меня прямо до дома. Он погрузился в размышления, я тоже старалась не травмировать горло. По его нахмуренному выражению лица наверняка можно было утверждать только то, что сгущающаяся ситуация его сильно волновала. Однако вместо того, чтобы вернуться на место происшествия или сразу же доложить наверх, он сдержал слово, данное мне.
– Минати, ты опросила свидетельницу? – сухо спросил он, в конце концов. Я отрицательно покачала головой. – Может ты узнала, где ее найти?
Я кивнула.
– Тогда скажи мне хотя бы адрес. А лучше напиши, так будет надежнее.
Писать на метариконе, я могла не очень хорошо, хоть и усиленно училась по вечерам. Поэтому, напрягая пережатые голосовые связки, просто прошептала:
– Гостевой район, улица Сазара, дом 15. Сэнья Ливада Монро.
– Не нужно утруждать себе горло, я же просил. Что за упрямство? – с легким стоном ответил Майло, вновь сбросив маску. Затем, помявшись у входных дверей, продолжил. – Знаешь что. Я сам дойду до сэньи, расспрошу ее, а потом занесу тебе болотных трав, чтобы ты лечила горло. До скорого. И не ложись спать, не дождавшись меня.
Ошарашенная такой внезапной заботой, выраженной в приказном тоне, я почти забыла о гениальном плане, который хотела осуществить, продвинув расследование вперед. А Майло уходил. Догнав, я остановила воина и жестами попросила выслушать. Угрюмо оглядев меня и сложив руки на груди, он приготовился «слушать».
– У меня есть план, как можно выследить Поджигателей, – просипела я. Ибо я уже не сомневалась, что это были они.
– Опять ловить на живца, как сегодня? Сразу нет, – отрезал Майло. – И я сомневаюсь, что в другой раз попадется такой же идиот, как этот… Хм, явно одно из двух – либо идиот, либо проклятые Поджигатели слишком осмелели.
– Ты меня не дослушал! – обиду в голосе Майло не услышал. – У меня есть кулон, принадлежавший Поджигателю. И я смогу обнаружить его след.
– Обнаружить след по кулону? Ты что задумала, Минати? – он спрашивал удивленно-недоверчиво. После моих неудач неудивительно такое отношение. Но мне очень нужно доказать этому отстраненному холодному мужчине, что я могу помочь. Должна помочь.
– Ты забываешь о том, что я – маг! – настаивала я. – Может, не настолько сильный, как Акшар, но я тоже кое-что умею.
– Например, искать людей по предметам? – продолжил удивляться Майло, внимательно вглядываясь в мои глаза. Я закусила язык. Но находясь на волоске от возможности навести на себя подозрения, я не могла разрешить себе оставить невинных жителей города в беде. А семью Ингельды – неотомщенной. Этих Поджигателей, кем бы они ни были, нужно найти.
– Что тебе нужно от меня? – со вздохом спросил Майло, не дождавшись ответа. Воистину – великое терпение.
– Чтобы ты взял меня в свою команду по расследованию Дела Поджигателей. Чтобы помог.
Парень задумался. Правда, ненадолго.
– Нет, – строго ответил Майло. Но он больше не отпирался, что не имеет отношения к Делу. – Лучше отдай кулон мне. Сейчас. Это – доказательство вины Поджигателей, и мы не можем оставлять такие вещи где попало. Я отдам его Аксельроду, и он решит, что делать дальше.
Я застонала. Только не ему! И, заламывая руки, продолжила надрывным шепотом убеждать воина помочь мне:
– Майло, послушай! Пока ты запустишь эту бюрократическую машину, произойдет еще множество поджогов. Пострадают невинные люди и их смерти будут только на нашей совести. Не забирай его, я смогу помочь, обещаю! Того требует справедливость, ведь не Аксельрод, а мы с тобой заполучили кулон первыми, значит нам с ним и работать! – под конец моего монолога едва прорезавшийся голос вновь оказался сорванным, и я закашлялась, глаза вновь наполнились слезами. Дождавшись, когда я приду в себя, охотник, немного смягчившись ответил:
– Ты просишь, чтобы я оставил тебе ценную улику? Вдруг ты его потеряешь? Или поломаешь? Или уничтожишь? – Майло говорил жестокими словами, но я понимала, что его холодная решимость покачнулась.
– Да. Я прошу немного доверия. Одолжение. Я обещаю, что к завтрашнему утру создам заклинание, которое позволит выследить владельца кулона, и мы с тобой сможем поймать его.
– Никаких «мы с тобой». Ты больна и неопытна. Я сделаю все сам.
– Ты колдовать не умеешь, – пробурчала я.
– Позову Аксельрода, это не проблема.
– Но заклинание должен произносить тот, кто его создал! – теперь я откровенно блефовала, надеясь, что мой оппонент не в курсе магических тонкостей.
Майло вновь глубоко вздохнул. Я, затаив дыхание, ждала его реакции. Но, обгоняя саму себя и его, вновь ринулась в атаку первой, стремясь закрепить призрачный успех.
– Мы договорились? Майло? – улыбнулась я своей самой лучезарной улыбкой. – К утру будет готово заклинание, а ты отпросишь меня с занятий лиджев Тильгенмайера. И ничего не скажешь Аксельроду! Только так мы сможем найти Поджигателей.
– Ты ставишь мне условия? – возмутился Майло.
Во время беседы маска холодности спала с него окончательно, явив вдруг мужчину, способного удивляться. И даже покоряться воле женщины. Я знала, что теперь он на моей стороне. Ведь ему важен успех в этом деле не меньше, чем мне.
– Но ведь ты уже согласен.
И я крепко сжала серебряную птичку на зеленой шерстяной нитке в своем кулаке. Вернув лицу прежнее самообладание, Майло развернулся и быстрым шагом направился к лестнице, лишь бросив, не оборачиваясь:
– Я скоро приду с травами.
Довольная собой, слегка подкидывая птичку в воздух, я вошла внутрь своих комнат. Прямо у порога меня встретил недовольный Себастьян.
– Я все слышал.
– Да, и что? – шепотом поинтересовалась я, озираясь.
Но сегодня гостей в доме не было. Двестер отпросился, чтобы побыть рядом с матерью, переживавшей из-за поджогов. А Ингельда с семьей готовились к символическим похоронам любимого брата. Поэтому с котом можно спокойно пообщаться, не рискуя оказаться на больничной койке рядом с Безумцем.
– Ты наглым образом врешь ему! Ты не умеешь создавать такие сложные заклинания поиска!
– Я, может, и не умею, зато мои книги…
Прервавшись на полуслове, я прошла в спальню, где на дне сумок лежали старые учебники по магии. Ингельду я просила эти вещи не трогать, поэтому моя тайна все еще хранилась. К книгам у меня всегда была неодолимая тяга, хоть нам с детства вдалбливали, что магия страшна и опасна. Я прекрасно понимала это, но зову потертых синих корешков с призывными надписями на родном ордвегиан просто невозможно сопротивляться.
Вытащив старую одежду, я начала одну за другой извлекать книги. Все они были не единожды прочитаны еще во время моего сидения в болотном домике. И некоторые советы я действительно применяла на практике, но… Большая часть магической литературы Империи была полной профанацией в сравнении с тем, чему учили меня Тильгенмайер или Аксельрод. И теперь я понимала это с полной отчетливостью.
Наконец, с самого дна саквояжа я вынула том «Мудрости в веках». То, что надо! В сердце еще теплилась надежда, на небесполезность книги. С тяжелым фолиантом я направилась в кухню, зажгла свечи, налила в стакан немного чистой воды и, положив перед собой птичку, принялась за чтение.
Господин Селлан Масгрейв – Первый Министр Магии при Императоре IX и автор учебника, в первой же главе писал о том, как невообразимо губительна магия, как непостоянна, как коварна и соблазнительна, и как юным дарованиям стоит опасаться применять ее. Удивительно, что после таких вот постоянных однотипных угроз и наставлений, у магов-новичков не появлялось разрушительного желания проверить «соблазнительность» магии на себе. Или на окружающих… Хотя нет, инциденты были. Были весьма громкие происшествия с магами, не справившимися со своими «экспериментами» и отправившими к праотцам добрый десяток человек. Подобные истории обычно долго мусолились в газетах. А папа, почитывая их, с тревогой поглядывал на меня…
Я еще раз оценила объемную вводную главу и без стыда сразу открыла оглавление. Стариковские наставления – не то, что мне сейчас надо, ведь за последние пару недель мой страх перед магией начал быстро уходить.
Свернув следом за ним на Зеленую улицу, я врубилась в широкий встречный поток из тачек, тележек, наездников и прохожих. День подходил к концу и люди начинали расходиться от торговых рядов по домам, мешая мне преследовать парня. Впрочем, ему тоже стало тяжелее удирать. Расталкивая спешащих, мешающихся под ногами горожан, я была готова бежать по телам и головам. Медленно меня заполняла холодная ярость. Вернулось вчерашнее ощущение – я действительно могу помочь, могу догнать Поджигателя, но что-то постоянно складывается против! Ради Ариэна, ради семьи Ингельды, ради подвига Камора – я должна поторопиться и сделать все, что в моих силах!
Серая спина убегающего находилась все на том же расстоянии. Прохожие теперь шарахались от нас, давая хоть какой-то проход и место для маневра. Парень еще не устал, я чувствовала это, но, кажется, происходящее начало ему надоедать. Он активно вращал головой в поисках ответвляющегося проулка, в который можно незаметно шмыгнуть. Я не могла этого позволить. В данном поединке равных мы могли сражаться до истощения обеих сторон. Так было бы в честном бою. Но, раз уж на то пошло, шпионы не играют честно. Сконцентрировавшись на темной шевелюре и узком стане убегавшего, я громко произнесла:
– Инкольсио!
Как тебе понравится вот это?!
Под ногами Поджигателя появилась ледяная дорожка. Новое обстоятельство сильно затормозило его, но не заставило остановиться. До того момента, пока он не понял, что тонкий скользкий слой льда следует за ним всюду, куда бы он ни двинулся. Я довольно усмехнулась. Заклинание являлось моей собственной придумкой – домашним заданием, выданным одним особенно нелюбимым преподавателем. Парень нервно соображал, куда и как двигаться дальше, а я подбиралась все ближе и ближе. Увидев меня, он осклабился и попытался, то и дело норовя упасть, бежать дальше. Я чувствовала, что он почти в моих руках.
Запинаясь, срываясь, почти падая, в панике Поджигатель еле продвигался вперед. При правильном наложении заклинание действовало около пяти механических шахриматских минут, но я готова колдовать еще, если понадобится.
А потом на нашем пути появилась шумная стайка юных девушек-послушниц. Они были исключительно светловолосы, одеты только в зеленое, весело распевали гимны и выглядели очень счастливыми и довольными жизнью. Но самое главное – они заполнили почти всю ширину улицы, тем самым, лишив мою жертву пространства для маневра. Укромных переулков тоже не наблюдалось и я, замедляясь, уже готовилась праздновать победу.
Не зря говорят, что лучше не делить шкуру неубитого шахриматского льва. Потому что Поджигатель совершил нечто, совершенно не вписывающееся в рамки поведения обычного жителя Асмариана. Ловко используя наложенное на ноги проклятие, парень, в буквальном смысле слова, пошел на таран процессии! Я охнула. Песни оборвались – девушки начали оголтело, как базарные птицы, кричать и бить тонкими ручками обидчика, став, таким образом, моими невольными союзницами. Но он, снося удары, все равно не останавливался и я, чуть замешкавшись, вновь побежала следом.
Протяни руку и ухватись за него, шептал холодный разум. Я вцепилась в плечо, упавшего наконец преступника. Он успел миновать ставшую агрессивной демонстрацию и почувствовал, что предыдущее магическое воздействие заканчивается. Сквозь пальцы я пустила легкое замораживающее заклинание, которое когда-то использовала на Ариэне. От распространяющегося онемения Поджигатель чуть скривился, однако это не помешало ему дико улыбнуться, обнажая гнилые покривившиеся зубы и прошипеть:
– Вигре 1: Вигре – ведьма (мет.)!
А затем он свободной рукой вцепился мне в горло.
Такого отчаянного отпора я не ожидала. Мой самонадеянный промах. Если пару раз сработало на других, я решила, что сработает и на этом. И просчиталась. От крепкой хватки воздух в легких резко закончился, и я непроизвольно, как выброшенная на берег рыба, пыталась безуспешно вдохнуть. На готовые выпрыгнуть глаза наворачивались слезы, во рту пересохло. Поджигатель продолжал все также сумасшедше улыбаться и сильнее сжимать шею. Вцепившись в давящие руки, я раз за разом пропускала все более мощные потоки ледяной магии. Но мужчина не реагировал на них. Лишь пальцы на моей шее становились все холоднее. Постепенно мысли и сознание начали расползаться. Сквозь пелену, разрастающуюся перед глазами, я вдруг увидела обеспокоенную черноволосую женщину. Совершенное неземное создание. Перед ней мне хотелось извиниться за глупо и бесцельно прожитую жизнь, ведь очень скоро она оборвется. Я даже попыталась прощально улыбнуться, но женщина, вдруг расслабившись и доброжелательно кивнув, исчезла из поля зрения.
Все быстро закончилось. Я вдруг повалилась на колени и, схватившись за раздираемое горло, смогла вдохнуть. Легкие готовы лопнуть, слезы обильно капали на мостовую, кашель раздирал саднящее горло. Рядом стоял встревоженный и рассерженный Майло.
– Кажется, мне вновь пришлось спасать тебя… – хмуро проговорил он, сложив руки на груди.
Я посмотрела на Майло полными слез глазами и сильно кашлянула. Мысли все еще не желали формироваться правильно и парили где-то отдельно от меня.
– Он убежал, – вздохнул охотник и присел рядом со мной. – Дай посмотрю на шею… Хмм, будет большой синяк… Говорить можешь?
Я попыталась, но из горла вышел лишь сдавленный хрип.
– Я понял, не нужно, – продолжил хмуриться он.
Мягкими теплыми ладонями Майло водил по моей шее, аккуратно осматривая и поглаживая. В какой-то момент от таких почти нежных касаний мне стало жарко и немного неловко. А вот боль и страх рассеялись. Видимо, мужчина почувствовал мои эмоции, резко поднялся и протянул мне руку.
– Поджигатель ушел. Я еле успел рубануть его по руке. Ты уже собиралась отключаться. Когда я обернулся, чтобы помочь тебе, он уже скидывал седока с лошади. Сейчас он наверняка на пути к своему логову.
Воспользовавшись помощью, со слегка кружащейся головой поднялась на дрожащие ноги. Коснулась рукава военной крутки Майло. Облизнув пересохшие губы, тихо просипела:
– Есть и хорошая новость.
Я раскрыла сжатую в кулак ладонь, показывая воину маленькую серебряную птичку на зеленой шерстяной нитке. Которую я уже видела. Множество раз до этого. В голову, лишенную посторонних мыслей, приходили правильные воспоминания. Дедуля-дворник в Районе Правителей, два парня обменивающиеся кулонами перед вчерашним пожаром в Торговом районе. Теперь эта птичка. Кристально-чистый и очевидный вывод напрашивался сам собой – у нас в руках оказался самый настоящий символ Поджигателей. У меня созрел план.
Майло покосился на украшение и недоверчиво спросил:
– Что это? Его личная вещь?
Я кивнула. Он протянул руку к птичке, но я снова сжала ладонь в кулак и отрицательно покачала головой. Это мой трофей. Губы Майло сжались в тонкую ниточку. Он предложил мне опереться об него и «куда-нибудь удалиться», так как вокруг нас собиралась толпа зевак. Я не отказалась – координация движений сбоила, а перед глазами все расплывалось, и мы медленно двинулись согласно направлению толпы.
1 Вигре – ведьма (мет.)
Глава 10.6. Дело Поджигателей
Как и обещал, Майло проводил меня прямо до дома. Он погрузился в размышления, я тоже старалась не травмировать горло. По его нахмуренному выражению лица наверняка можно было утверждать только то, что сгущающаяся ситуация его сильно волновала. Однако вместо того, чтобы вернуться на место происшествия или сразу же доложить наверх, он сдержал слово, данное мне.
– Минати, ты опросила свидетельницу? – сухо спросил он, в конце концов. Я отрицательно покачала головой. – Может ты узнала, где ее найти?
Я кивнула.
– Тогда скажи мне хотя бы адрес. А лучше напиши, так будет надежнее.
Писать на метариконе, я могла не очень хорошо, хоть и усиленно училась по вечерам. Поэтому, напрягая пережатые голосовые связки, просто прошептала:
– Гостевой район, улица Сазара, дом 15. Сэнья Ливада Монро.
– Не нужно утруждать себе горло, я же просил. Что за упрямство? – с легким стоном ответил Майло, вновь сбросив маску. Затем, помявшись у входных дверей, продолжил. – Знаешь что. Я сам дойду до сэньи, расспрошу ее, а потом занесу тебе болотных трав, чтобы ты лечила горло. До скорого. И не ложись спать, не дождавшись меня.
Ошарашенная такой внезапной заботой, выраженной в приказном тоне, я почти забыла о гениальном плане, который хотела осуществить, продвинув расследование вперед. А Майло уходил. Догнав, я остановила воина и жестами попросила выслушать. Угрюмо оглядев меня и сложив руки на груди, он приготовился «слушать».
– У меня есть план, как можно выследить Поджигателей, – просипела я. Ибо я уже не сомневалась, что это были они.
– Опять ловить на живца, как сегодня? Сразу нет, – отрезал Майло. – И я сомневаюсь, что в другой раз попадется такой же идиот, как этот… Хм, явно одно из двух – либо идиот, либо проклятые Поджигатели слишком осмелели.
– Ты меня не дослушал! – обиду в голосе Майло не услышал. – У меня есть кулон, принадлежавший Поджигателю. И я смогу обнаружить его след.
– Обнаружить след по кулону? Ты что задумала, Минати? – он спрашивал удивленно-недоверчиво. После моих неудач неудивительно такое отношение. Но мне очень нужно доказать этому отстраненному холодному мужчине, что я могу помочь. Должна помочь.
– Ты забываешь о том, что я – маг! – настаивала я. – Может, не настолько сильный, как Акшар, но я тоже кое-что умею.
– Например, искать людей по предметам? – продолжил удивляться Майло, внимательно вглядываясь в мои глаза. Я закусила язык. Но находясь на волоске от возможности навести на себя подозрения, я не могла разрешить себе оставить невинных жителей города в беде. А семью Ингельды – неотомщенной. Этих Поджигателей, кем бы они ни были, нужно найти.
– Что тебе нужно от меня? – со вздохом спросил Майло, не дождавшись ответа. Воистину – великое терпение.
– Чтобы ты взял меня в свою команду по расследованию Дела Поджигателей. Чтобы помог.
Парень задумался. Правда, ненадолго.
– Нет, – строго ответил Майло. Но он больше не отпирался, что не имеет отношения к Делу. – Лучше отдай кулон мне. Сейчас. Это – доказательство вины Поджигателей, и мы не можем оставлять такие вещи где попало. Я отдам его Аксельроду, и он решит, что делать дальше.
Я застонала. Только не ему! И, заламывая руки, продолжила надрывным шепотом убеждать воина помочь мне:
– Майло, послушай! Пока ты запустишь эту бюрократическую машину, произойдет еще множество поджогов. Пострадают невинные люди и их смерти будут только на нашей совести. Не забирай его, я смогу помочь, обещаю! Того требует справедливость, ведь не Аксельрод, а мы с тобой заполучили кулон первыми, значит нам с ним и работать! – под конец моего монолога едва прорезавшийся голос вновь оказался сорванным, и я закашлялась, глаза вновь наполнились слезами. Дождавшись, когда я приду в себя, охотник, немного смягчившись ответил:
– Ты просишь, чтобы я оставил тебе ценную улику? Вдруг ты его потеряешь? Или поломаешь? Или уничтожишь? – Майло говорил жестокими словами, но я понимала, что его холодная решимость покачнулась.
– Да. Я прошу немного доверия. Одолжение. Я обещаю, что к завтрашнему утру создам заклинание, которое позволит выследить владельца кулона, и мы с тобой сможем поймать его.
– Никаких «мы с тобой». Ты больна и неопытна. Я сделаю все сам.
– Ты колдовать не умеешь, – пробурчала я.
– Позову Аксельрода, это не проблема.
– Но заклинание должен произносить тот, кто его создал! – теперь я откровенно блефовала, надеясь, что мой оппонент не в курсе магических тонкостей.
Майло вновь глубоко вздохнул. Я, затаив дыхание, ждала его реакции. Но, обгоняя саму себя и его, вновь ринулась в атаку первой, стремясь закрепить призрачный успех.
– Мы договорились? Майло? – улыбнулась я своей самой лучезарной улыбкой. – К утру будет готово заклинание, а ты отпросишь меня с занятий лиджев Тильгенмайера. И ничего не скажешь Аксельроду! Только так мы сможем найти Поджигателей.
– Ты ставишь мне условия? – возмутился Майло.
Во время беседы маска холодности спала с него окончательно, явив вдруг мужчину, способного удивляться. И даже покоряться воле женщины. Я знала, что теперь он на моей стороне. Ведь ему важен успех в этом деле не меньше, чем мне.
– Но ведь ты уже согласен.
И я крепко сжала серебряную птичку на зеленой шерстяной нитке в своем кулаке. Вернув лицу прежнее самообладание, Майло развернулся и быстрым шагом направился к лестнице, лишь бросив, не оборачиваясь:
– Я скоро приду с травами.
Довольная собой, слегка подкидывая птичку в воздух, я вошла внутрь своих комнат. Прямо у порога меня встретил недовольный Себастьян.
– Я все слышал.
– Да, и что? – шепотом поинтересовалась я, озираясь.
Но сегодня гостей в доме не было. Двестер отпросился, чтобы побыть рядом с матерью, переживавшей из-за поджогов. А Ингельда с семьей готовились к символическим похоронам любимого брата. Поэтому с котом можно спокойно пообщаться, не рискуя оказаться на больничной койке рядом с Безумцем.
– Ты наглым образом врешь ему! Ты не умеешь создавать такие сложные заклинания поиска!
– Я, может, и не умею, зато мои книги…
Прервавшись на полуслове, я прошла в спальню, где на дне сумок лежали старые учебники по магии. Ингельду я просила эти вещи не трогать, поэтому моя тайна все еще хранилась. К книгам у меня всегда была неодолимая тяга, хоть нам с детства вдалбливали, что магия страшна и опасна. Я прекрасно понимала это, но зову потертых синих корешков с призывными надписями на родном ордвегиан просто невозможно сопротивляться.
Вытащив старую одежду, я начала одну за другой извлекать книги. Все они были не единожды прочитаны еще во время моего сидения в болотном домике. И некоторые советы я действительно применяла на практике, но… Большая часть магической литературы Империи была полной профанацией в сравнении с тем, чему учили меня Тильгенмайер или Аксельрод. И теперь я понимала это с полной отчетливостью.
Наконец, с самого дна саквояжа я вынула том «Мудрости в веках». То, что надо! В сердце еще теплилась надежда, на небесполезность книги. С тяжелым фолиантом я направилась в кухню, зажгла свечи, налила в стакан немного чистой воды и, положив перед собой птичку, принялась за чтение.
Господин Селлан Масгрейв – Первый Министр Магии при Императоре IX и автор учебника, в первой же главе писал о том, как невообразимо губительна магия, как непостоянна, как коварна и соблазнительна, и как юным дарованиям стоит опасаться применять ее. Удивительно, что после таких вот постоянных однотипных угроз и наставлений, у магов-новичков не появлялось разрушительного желания проверить «соблазнительность» магии на себе. Или на окружающих… Хотя нет, инциденты были. Были весьма громкие происшествия с магами, не справившимися со своими «экспериментами» и отправившими к праотцам добрый десяток человек. Подобные истории обычно долго мусолились в газетах. А папа, почитывая их, с тревогой поглядывал на меня…
Я еще раз оценила объемную вводную главу и без стыда сразу открыла оглавление. Стариковские наставления – не то, что мне сейчас надо, ведь за последние пару недель мой страх перед магией начал быстро уходить.
