— Я не пойду!
— Ты слишком впечатлительна. Это всего лишь старые кости.
— Иди сам смотри, если так хочешь.
Парень пожал плечами и пошел на экскурсию один.
Девушка устроилась на лавочке и решила спокойно подождать его снаружи. И ей это бы прекрасно удалось, если бы не попавшаяся на глаза надпись, переведенная каким-то энтузиастом на несколько языков.
«Наши кости ждут ваши кости».
Она сбежала в гостиницу, потому что в том шелесте, что ей послышался при входе в костел, было нечто похожее.
— Иди к нам… Стань костями.
Объединенные Арабские Эмираты. Дубай. Настоящее время
Секундусу понравилось баловать Ракель, угадывая, что ее может заинтересовать, порадовать. С ночной панорамой он попал на сто процентов. Коэн сперва даже слабо реагировала на его ласки, стоя у окна и глядя на город. А потом ахнула, когда его руки накрыли грудь, начали массировать, а он сам потерся сзади, успев избавиться и от своей одежды тоже. Демонстрируя явную заинтересованность в стоящей рядом женщине. Второй демон собирался показать Ракель, что «пять минут с утра» даже на аперитив не тянет.
— Какой ты быстрый, — выдохнула Ракель, упираясь ладонями в стекло. Она изогнулась и сама потерлась о него всем телом, ощущая исходящее от него тепло. От которого ее саму бросило в жар.
— Нет, девочка, сейчас мы не будем спешить, — Секундус чуть отстранился, огладил ее спину, поцеловал между лопаток, с удовольствием наблюдая, как его действия порождают мурашки на коже.
— Пойдем в кровать? — Ракель развернулась к нему. Она опять прикусывала нижнюю губу. Ох, этот жест. Нетерпеливое предвкушение. Невозможно устоять. Сейчас как никогда Коэн напомнила ему ту, другую Ракель. Избранную, ставшую матерью его сына. Она тоже так делала. Секундус точно вспомнил. Они были слишком похожи, эти две женщины. Настолько похожи, что впору начать верить в реинкарнацию или в какую-то другую чертовщину. Но Секундус сам был частью мифического мира и знал, как все это работает. Такого не бывает. Изумительное совпадение генов. Хаос, Равновесие или несуществующий бог все-таки решили побаловать дитя свое, сделав ему поистине благословенный подарок. Секундус и сам не подозревал, насколько ему нужна именно такая женщина. Он прижал Ракель к себе, впечатываясь всем телом в ее тело. Будто желая стать единым целым. Присвоить себе, сделать своей частью и никогда не отпускать. Коэн сдавленно пискнула, а потом прижалась в ответ, обхватив его за шею и обвив ногами. Они целовались исступленно, задевая друг друга зубами от нетерпения. В какой-то момент дыхание кончилось. Ракель выгнулась в его руках, упираясь ладонями в плечи.
— Кто ты такой, Карл Зиге? — все ее эмоции выразились в одном коротком вопросе. Ей хотелось сказать, что таких людей, как он, не бывает. Что он с ума ее сводит. Одним только своим присутствием рядом. Что он похож на наваждение. На какую-то чертову мечту из сказки для взрослых девочек. Ледяной принц, оказавшийся совсем не холодным, а очень даже наоборот.
— Демон. — Секундус улыбнулся. Он знал, что Ракель в это не поверит. Удобно говорить правду под видом шутки. Коэн слишком рациональная, чтобы верить в потусторонние силы. Она не религиозна, не читает гороскопы и считает приметы житейской мудростью, основанной на наблюдениях. Но как же обворожительно она улыбается ему в ответ. Он многое готов сделать, чтобы чаще видеть ее улыбку.
— А где тогда твои рога? И хвост? — Ракель забралась пальцами в его короткую светлую шевелюру, будто пытаясь отыскать там костяные наросты.
— Потом покажу, — пообещал самый настоящий демон и сделал несколько шагов назад, аккуратно опрокидываясь на постель так, чтобы Ракель удобно разместилась сверху. А потом предупредил очень серьезно и даже строго: — Девочка, это точно не хвост!
— Ну, я же должна проверить, — промурлыкала Ракель, исследуя то, что «точно не хвост».
А потом она оказалась под ним, и Коэн уже и дела не было ни до каких вопросов и загадок. Осталось только наслаждение. Бесконечное удовольствие. Когда она рассыпалась на тысячи звезд, умерев на миг и тут же возродившись.
— Ракель, ты хочешь детей? — этот вопрос Секундус задал с утра, когда они нежились, не спеша вылезать из постели.
— Очень своевременно ты вспомнил, Карл, — хихикнула Коэн, развеселясь от его излишне серьезного тона. По мнению Ракель это было и правда забавно: вспомнить о предохранении спустя три, а нет, четыре раза занятия тем процессом, что природой предназначен для размножения. А потом добавила: — У меня установлен противозачаточный имплант, если ты об этом.
Когда тринадцатая сила пришла в мир, многое изменилось. Тысячелетиями демоны не могли иметь потомства. Новый демон появлялся, когда один из Двенадцати умирал, растворяясь в мировом эфире. Равновесие. Полукровки, возможные только от союза с Избранными, были уникальным явлением. Но сейчас вероятность зачатия человеком от демона была хоть и мала, но не нулевая. Секундус еще до пробуждения Ракель успел все обдумать. Он не забывал о возможной беременности. А теперь, когда узнал о противозачаточных средствах, то ощутил этакий налет разочарования от того, что вероятность стала совсем исчезающе мала. Второй демон не отказался бы, чтобы Коэн родила ему ребенка. И Хаос с тем, что придется заплатить штраф и потратить прорву энергии! Вот только вероятность не на его стороне.
— Я почти стерилен. Шанс зачатия от меня меньше десятой доли процента. Я думаю, ты должна это знать, прежде чем решишь связать свою жизнь со мной.
— Что-то я не поняла… — медленно произнесла Коэн. Она уселась на кровати и теперь внимательно разглядывала мужчину, делая для себя какие-то выводы по его излишне спокойному, даже отрешенному выражению лица. — Это ты так мне делаешь предложение про долго и счастливо?
— Опять не тот порядок? Или нужно обязательно кольцо? — Секунудус чуть приподнял бровь.
— Ты с ума сошел!
— Отнюдь. Это было взвешенное решение.
— Не слишком ли поспешно? — Коэн не воспринимала его слова всерьез. Ну кто говорит о таком спустя пару недель знакомства?
— Нет, данных для анализа вполне хватило. Я хочу быть с тобой. Мне нравится твой способ мышления и мировоззрение. И ноги у тебя красивые, — демон протянул руку и погладил предмет разговора. От розовой пятки до округлого колена.
— И как ты себе это представляешь? — Ракель поймала его ладонь, которая вознамерилась проскользнуть между бедер выше.
— Ты примешь мое предложение о работе. Это позволит нам согласовать графики и проводить вместе оптимальное количество часов. Через приемлемый промежуток времени можем официально узаконить отношения. Полгода подойдет? Остается открытым вопрос с детьми. Что возвращает наш разговор к самому началу.
Ракель рассмеялась от абсурдности происходящего. Этот Карл просто невозможный мужчина. Как он может говорить такое со спокойным видом? Он же шутит? Так бы подушкой стукнула!
Секундус тоже улыбнулся и быстрым движением оказался рядом с Ракель, взяв ее лицо в ладони.
— Вы согласны, пани Коэн? Или мне привести еще аргументы? — Он нежно коснулся ее губ, не препятствуя ответу, но намекая, что можно заняться и чем-нибудь другим, а не просто болтать.
— В ход пошли запрещенные приемы ниже пояса. Да, герр Зиге? — прошептала Ракель, сама не заметив, как опять оказалась лежащей на спине.
— А я и не говорил, что играю честно, девочка.
Два дня выходных пролетели слишком быстро. Карл и Ракель практически не отрывались друг от друга, только иногда по договоренности делали небольшие перерывы, чтобы ответить на письма и сообщения по работе. Они гуляли по городу, купались в море, ели мороженое на пляже и крабов в ресторанах. Еще два раза смотрели на танцующие фонтаны. Карл настоял, чтобы они прошлись по огромному торговому центру, где купил все, на что Ракель бросала заинтересованные взгляды, а потом безропотно тащил эту гору пакетов.
— Ты проверяешь, насколько я транжира и могу ли тебя разорить? — Коэн пыталась наотрез отказаться от такого похода и желала расплачиваться сама. Но ей пришлось принять правила игры, и теперь она лукаво косила глазом на Зиге, примеряя бриллиантовое колье.
— Разорить меня не получится, — усмехнулся Карл и попросил продавца упаковать украшение.
— Не надо, Карл! Я же пошутила. Оно ужасно. Я просто выбрала самое дорогое, что было в этом магазине.
— Вот теперь будешь носить и помнить о том, какая ты ужасная шутница.
— Нет, правда, оно безвкусно.
— Хорошо. Тогда может кольцо?
— Ты сказал: через полгода.
— Но что мешает его купить сейчас?
— То, что я хочу новые туфли. Пойдем вон в тот магазин, — технично свернула разговор Ракель.
— У меня завтра с утра самолет. Нужно закончить дела в Праге. Сколько тебе осталось отработать до увольнения?
— Я еще точно не решила, хочу ли менять работу.
— Держи еще один аргумент, нерешительная моя, — Секундус протянул Коэн папку, аналогичную той, в которой был трудовой контракт, только лист бумаги там был один. Он знал, что завтра последний день работы Ракель в Дубае, и она тоже вернется в Чехию. Это оказалось подстроить легче, чем «семейные дела», которые отвлекли принца Хамдан бин Рашида. А там пусть завершает свои проекты, находясь поближе к нему. Демон, конечно, может перемещаться мгновенно, чем он и пользовался пока Ракель засыпала. Но условности мира людей накладывают определенные ограничения.
— Золотой парашют?! Его же обычно выплачивают в случае досрочного увольнения по инициативе работодателя до истечения срока контракта.
— А в твоем случае выплата будет, даже если ты сама решишь уволиться в первый же день работы.
— И что же помешает мне сделать так? — улыбнулась Коэн, еще раз просматривая строчки договора. Подвоха никакого не было.
— Мое очарование?
— Ты самоуверенный ледяной за… — Ракель осеклась, не договорив слово.
— Зануда или ты имела в виду ругательство покрепче?
— Заноза! Хотя и зануда тоже.
— Ты поэтому мне дала? Не смогла убедить, что не хочешь? — Давно уже так много Второй демон не улыбался, как в эти дни.
— Ракель, ты можешь прочитать вслух это предложение? — Коэн смотрела на протянутый ей смартфон, на экране которого была написана чешскими буквами какая-то абракадабра.
— Что это?
— Просто прочти, пожалуйста.
— Капра. Эт эго кунеско доминус. Перпетум. Амен, — произнесла Ракель, хмуря брови, а потом переспросила: — Это латынь? Трудно понять в такой транскрипции. Господин-навсегда? Да будет так? Я в начале не разобрала, дай еще раз посмотреть.
— Ты отлично знаешь латынь, кто бы мог подумать.
— Я же училась на медицинском, точнее, на фармацевта. Больше двух лет эту латынь зубрила. Так, мне надо разобрать начало предложения или я и так какой-то тест прошла?
— Все замечательно, — улыбнулся Секундус, который в отличие от Коэн слышал гонг, образовавшейся между ними связи, и видел запечатанный свиток клятвы, где Ракель признавала его своим господином. Навсегда. Это позволит ему не только знать, где она находится, но и в случае необходимости приказывать так, что она не сможет противиться. Впрочем, демон не собирался пользоваться связью для принуждения. Ему нравилось спорить с Ракель, уговаривать ее словами и действиями. Так намного интереснее.
Чехия. Прага. Настоящее время
— Пани Коэн, вы потрясающе выглядите! Вам так идет легкий южный загар. Как бы я хотела побывать в Дубае, — пани Новак спешила по коридору за своей начальницей, успевая болтать и делиться последними новостями, произошедшими за неделю отсутствия Ракель в Европе.
— Спасибо, Итка. Скажи, а французов кто подхватил? У них же вечером экскурсионная программа. Обязательно нужен сопровождающий от нас. Столик для ужина заказали?
— Да…кажется. Люция занималась, но она заболела. Осень, простуды кругом.
— Как неудачно. Похоже, придется мне самой съездить. Куда они собрались, не помнишь?
— Посмотреть костел в Кутна-Горе.
— Еще и пригород. А я надеялась освободиться пораньше, — Ракель чуть нахмурилась, а потом улыбнулась, но не Новак, а своим мыслям. Итка даже рот открыла от удивления. Такой нежно-мечтательной она свою начальницу никогда не видела.
— Пани Коэн, рада, что вы вернулись, — пани Лукаш перехватила ее в коридоре, всучила папку, рассказывая о том, что надо переподписать какое-то приложение к договору. Она ведь занималась с герром Зиге, не так ли?
— Хорошо, пани Лукаш, я все сделаю. Завтра утром бумаги будут у вас и подписаны.
— Пани Коэн, нужно срочно. Очень срочно. Мне удалось достать адрес, где остановился герр Зиге. Идите, караульте под дверью, но только подпишите бумаги!
— Хорошо, пани Лукаш, — кивнула Ракель и улыбнулась. Будто ей выписали премию, а не дурацкое поручение дали. Она увидит Карла не поздно вечером, а еще до обеда. Он же говорил, что собирается поработать из дома. А вечером обещал приехать к ней. Кто бы мог подумать, что она так соскучится по своему пану Ледену! Они только сутки не виделись.
«Пятое приложение к договору надо переподписать. Ты настоял на бумажных копиях или Лукаш? Это прошлый век. Но плюс в том, что я рядом с твоим домом с бумагами».
Сообщение было отправлено, но не прочитано. Ракель позвонила, послушала гудки. Нерешительно потопталась на пороге дома. Карл вышел или принимает душ? Или просто телефон в другой комнате? Она нажала дверной звонок. Раздавшийся топот совсем не походил на шаги Карла. Дверь распахнулась. На пороге стоял маленький мальчик. Светлые волосы, не по-детски серьезный взгляд голубых глаз. Уменьшенная копия Карла Зиге. Почти точная копия.
— Мама? — неуверенно спросил мальчик, глядя на Ракель снизу вверх.
Чехия. Кутна-Гора. Семьсот лет назад
В конце тринадцатого века аббат цистерцианского монастыря привез немного земли с Голгофы — холма, где, согласно Новому Завету христианской религии, был распят Иисус. Он рассыпал землю на местном кладбище, которое тут же стало популярным местом захоронения. В центре был возведен готический собор. Места на кладбище не хватало для новых захоронений, и кости из земли переносили в усыпальницу при соборе. Эпидемия Черной смерти, произошедшая недавно, значительно пополнила склад костей.
Это место оказалось идеальным для плана Децимуса. Хотя к созданию костехранилища ни он, ни какой-либо другой демон не имели отношения. Хранители предпочитали действовать более тонко, подталкивая давно назревшие события в нужном направлении.
Вот только насчет чумы у Десятого были подозрения, что не обошлось без одного из его братьев или сестер, но за руку никто пойман не был. Но тогда они все наелись энергией-мораной до отвала. Никто не получил преимущества в силе.
— Побудь здесь, дружок, — произнес Децимус с улыбкой, устраивая оторванную голову заклинателя в одну из ниш, предназначенных для сосудов-оссуариев, в которых хранили скелетированные останки. Все помещение, полное костей, можно было назвать одним большим оссуарием. Сюда вела единственная низкая дверь — высокий человек мог войти только согнувшись в три погибели. Вдоль стен были навалены кости, не скелеты, а именно разрозненные черепа, ребра, длинные берцовые кости, мелкие косточки пальцев. Демон установил в настенных креплениях факелы, поджег. Прошелся по комнате, отмеряя расстояние шагами. Места достаточно. Легонько пнул один из черепов, отправляя его ближе к стене. Хватит медлить. Все готово. Осталось только притащить материал.
— Ты слишком впечатлительна. Это всего лишь старые кости.
— Иди сам смотри, если так хочешь.
Парень пожал плечами и пошел на экскурсию один.
Девушка устроилась на лавочке и решила спокойно подождать его снаружи. И ей это бы прекрасно удалось, если бы не попавшаяся на глаза надпись, переведенная каким-то энтузиастом на несколько языков.
«Наши кости ждут ваши кости».
Она сбежала в гостиницу, потому что в том шелесте, что ей послышался при входе в костел, было нечто похожее.
— Иди к нам… Стань костями.
Глава 7
Объединенные Арабские Эмираты. Дубай. Настоящее время
Секундусу понравилось баловать Ракель, угадывая, что ее может заинтересовать, порадовать. С ночной панорамой он попал на сто процентов. Коэн сперва даже слабо реагировала на его ласки, стоя у окна и глядя на город. А потом ахнула, когда его руки накрыли грудь, начали массировать, а он сам потерся сзади, успев избавиться и от своей одежды тоже. Демонстрируя явную заинтересованность в стоящей рядом женщине. Второй демон собирался показать Ракель, что «пять минут с утра» даже на аперитив не тянет.
— Какой ты быстрый, — выдохнула Ракель, упираясь ладонями в стекло. Она изогнулась и сама потерлась о него всем телом, ощущая исходящее от него тепло. От которого ее саму бросило в жар.
— Нет, девочка, сейчас мы не будем спешить, — Секундус чуть отстранился, огладил ее спину, поцеловал между лопаток, с удовольствием наблюдая, как его действия порождают мурашки на коже.
— Пойдем в кровать? — Ракель развернулась к нему. Она опять прикусывала нижнюю губу. Ох, этот жест. Нетерпеливое предвкушение. Невозможно устоять. Сейчас как никогда Коэн напомнила ему ту, другую Ракель. Избранную, ставшую матерью его сына. Она тоже так делала. Секундус точно вспомнил. Они были слишком похожи, эти две женщины. Настолько похожи, что впору начать верить в реинкарнацию или в какую-то другую чертовщину. Но Секундус сам был частью мифического мира и знал, как все это работает. Такого не бывает. Изумительное совпадение генов. Хаос, Равновесие или несуществующий бог все-таки решили побаловать дитя свое, сделав ему поистине благословенный подарок. Секундус и сам не подозревал, насколько ему нужна именно такая женщина. Он прижал Ракель к себе, впечатываясь всем телом в ее тело. Будто желая стать единым целым. Присвоить себе, сделать своей частью и никогда не отпускать. Коэн сдавленно пискнула, а потом прижалась в ответ, обхватив его за шею и обвив ногами. Они целовались исступленно, задевая друг друга зубами от нетерпения. В какой-то момент дыхание кончилось. Ракель выгнулась в его руках, упираясь ладонями в плечи.
— Кто ты такой, Карл Зиге? — все ее эмоции выразились в одном коротком вопросе. Ей хотелось сказать, что таких людей, как он, не бывает. Что он с ума ее сводит. Одним только своим присутствием рядом. Что он похож на наваждение. На какую-то чертову мечту из сказки для взрослых девочек. Ледяной принц, оказавшийся совсем не холодным, а очень даже наоборот.
— Демон. — Секундус улыбнулся. Он знал, что Ракель в это не поверит. Удобно говорить правду под видом шутки. Коэн слишком рациональная, чтобы верить в потусторонние силы. Она не религиозна, не читает гороскопы и считает приметы житейской мудростью, основанной на наблюдениях. Но как же обворожительно она улыбается ему в ответ. Он многое готов сделать, чтобы чаще видеть ее улыбку.
— А где тогда твои рога? И хвост? — Ракель забралась пальцами в его короткую светлую шевелюру, будто пытаясь отыскать там костяные наросты.
— Потом покажу, — пообещал самый настоящий демон и сделал несколько шагов назад, аккуратно опрокидываясь на постель так, чтобы Ракель удобно разместилась сверху. А потом предупредил очень серьезно и даже строго: — Девочка, это точно не хвост!
— Ну, я же должна проверить, — промурлыкала Ракель, исследуя то, что «точно не хвост».
А потом она оказалась под ним, и Коэн уже и дела не было ни до каких вопросов и загадок. Осталось только наслаждение. Бесконечное удовольствие. Когда она рассыпалась на тысячи звезд, умерев на миг и тут же возродившись.
***
— Ракель, ты хочешь детей? — этот вопрос Секундус задал с утра, когда они нежились, не спеша вылезать из постели.
— Очень своевременно ты вспомнил, Карл, — хихикнула Коэн, развеселясь от его излишне серьезного тона. По мнению Ракель это было и правда забавно: вспомнить о предохранении спустя три, а нет, четыре раза занятия тем процессом, что природой предназначен для размножения. А потом добавила: — У меня установлен противозачаточный имплант, если ты об этом.
Когда тринадцатая сила пришла в мир, многое изменилось. Тысячелетиями демоны не могли иметь потомства. Новый демон появлялся, когда один из Двенадцати умирал, растворяясь в мировом эфире. Равновесие. Полукровки, возможные только от союза с Избранными, были уникальным явлением. Но сейчас вероятность зачатия человеком от демона была хоть и мала, но не нулевая. Секундус еще до пробуждения Ракель успел все обдумать. Он не забывал о возможной беременности. А теперь, когда узнал о противозачаточных средствах, то ощутил этакий налет разочарования от того, что вероятность стала совсем исчезающе мала. Второй демон не отказался бы, чтобы Коэн родила ему ребенка. И Хаос с тем, что придется заплатить штраф и потратить прорву энергии! Вот только вероятность не на его стороне.
— Я почти стерилен. Шанс зачатия от меня меньше десятой доли процента. Я думаю, ты должна это знать, прежде чем решишь связать свою жизнь со мной.
— Что-то я не поняла… — медленно произнесла Коэн. Она уселась на кровати и теперь внимательно разглядывала мужчину, делая для себя какие-то выводы по его излишне спокойному, даже отрешенному выражению лица. — Это ты так мне делаешь предложение про долго и счастливо?
— Опять не тот порядок? Или нужно обязательно кольцо? — Секунудус чуть приподнял бровь.
— Ты с ума сошел!
— Отнюдь. Это было взвешенное решение.
— Не слишком ли поспешно? — Коэн не воспринимала его слова всерьез. Ну кто говорит о таком спустя пару недель знакомства?
— Нет, данных для анализа вполне хватило. Я хочу быть с тобой. Мне нравится твой способ мышления и мировоззрение. И ноги у тебя красивые, — демон протянул руку и погладил предмет разговора. От розовой пятки до округлого колена.
— И как ты себе это представляешь? — Ракель поймала его ладонь, которая вознамерилась проскользнуть между бедер выше.
— Ты примешь мое предложение о работе. Это позволит нам согласовать графики и проводить вместе оптимальное количество часов. Через приемлемый промежуток времени можем официально узаконить отношения. Полгода подойдет? Остается открытым вопрос с детьми. Что возвращает наш разговор к самому началу.
Ракель рассмеялась от абсурдности происходящего. Этот Карл просто невозможный мужчина. Как он может говорить такое со спокойным видом? Он же шутит? Так бы подушкой стукнула!
Секундус тоже улыбнулся и быстрым движением оказался рядом с Ракель, взяв ее лицо в ладони.
— Вы согласны, пани Коэн? Или мне привести еще аргументы? — Он нежно коснулся ее губ, не препятствуя ответу, но намекая, что можно заняться и чем-нибудь другим, а не просто болтать.
— В ход пошли запрещенные приемы ниже пояса. Да, герр Зиге? — прошептала Ракель, сама не заметив, как опять оказалась лежащей на спине.
— А я и не говорил, что играю честно, девочка.
***
Два дня выходных пролетели слишком быстро. Карл и Ракель практически не отрывались друг от друга, только иногда по договоренности делали небольшие перерывы, чтобы ответить на письма и сообщения по работе. Они гуляли по городу, купались в море, ели мороженое на пляже и крабов в ресторанах. Еще два раза смотрели на танцующие фонтаны. Карл настоял, чтобы они прошлись по огромному торговому центру, где купил все, на что Ракель бросала заинтересованные взгляды, а потом безропотно тащил эту гору пакетов.
— Ты проверяешь, насколько я транжира и могу ли тебя разорить? — Коэн пыталась наотрез отказаться от такого похода и желала расплачиваться сама. Но ей пришлось принять правила игры, и теперь она лукаво косила глазом на Зиге, примеряя бриллиантовое колье.
— Разорить меня не получится, — усмехнулся Карл и попросил продавца упаковать украшение.
— Не надо, Карл! Я же пошутила. Оно ужасно. Я просто выбрала самое дорогое, что было в этом магазине.
— Вот теперь будешь носить и помнить о том, какая ты ужасная шутница.
— Нет, правда, оно безвкусно.
— Хорошо. Тогда может кольцо?
— Ты сказал: через полгода.
— Но что мешает его купить сейчас?
— То, что я хочу новые туфли. Пойдем вон в тот магазин, — технично свернула разговор Ракель.
***
— У меня завтра с утра самолет. Нужно закончить дела в Праге. Сколько тебе осталось отработать до увольнения?
— Я еще точно не решила, хочу ли менять работу.
— Держи еще один аргумент, нерешительная моя, — Секундус протянул Коэн папку, аналогичную той, в которой был трудовой контракт, только лист бумаги там был один. Он знал, что завтра последний день работы Ракель в Дубае, и она тоже вернется в Чехию. Это оказалось подстроить легче, чем «семейные дела», которые отвлекли принца Хамдан бин Рашида. А там пусть завершает свои проекты, находясь поближе к нему. Демон, конечно, может перемещаться мгновенно, чем он и пользовался пока Ракель засыпала. Но условности мира людей накладывают определенные ограничения.
— Золотой парашют?! Его же обычно выплачивают в случае досрочного увольнения по инициативе работодателя до истечения срока контракта.
— А в твоем случае выплата будет, даже если ты сама решишь уволиться в первый же день работы.
— И что же помешает мне сделать так? — улыбнулась Коэн, еще раз просматривая строчки договора. Подвоха никакого не было.
— Мое очарование?
— Ты самоуверенный ледяной за… — Ракель осеклась, не договорив слово.
— Зануда или ты имела в виду ругательство покрепче?
— Заноза! Хотя и зануда тоже.
— Ты поэтому мне дала? Не смогла убедить, что не хочешь? — Давно уже так много Второй демон не улыбался, как в эти дни.
***
— Ракель, ты можешь прочитать вслух это предложение? — Коэн смотрела на протянутый ей смартфон, на экране которого была написана чешскими буквами какая-то абракадабра.
— Что это?
— Просто прочти, пожалуйста.
— Капра. Эт эго кунеско доминус. Перпетум. Амен, — произнесла Ракель, хмуря брови, а потом переспросила: — Это латынь? Трудно понять в такой транскрипции. Господин-навсегда? Да будет так? Я в начале не разобрала, дай еще раз посмотреть.
— Ты отлично знаешь латынь, кто бы мог подумать.
— Я же училась на медицинском, точнее, на фармацевта. Больше двух лет эту латынь зубрила. Так, мне надо разобрать начало предложения или я и так какой-то тест прошла?
— Все замечательно, — улыбнулся Секундус, который в отличие от Коэн слышал гонг, образовавшейся между ними связи, и видел запечатанный свиток клятвы, где Ракель признавала его своим господином. Навсегда. Это позволит ему не только знать, где она находится, но и в случае необходимости приказывать так, что она не сможет противиться. Впрочем, демон не собирался пользоваться связью для принуждения. Ему нравилось спорить с Ракель, уговаривать ее словами и действиями. Так намного интереснее.
***
Чехия. Прага. Настоящее время
— Пани Коэн, вы потрясающе выглядите! Вам так идет легкий южный загар. Как бы я хотела побывать в Дубае, — пани Новак спешила по коридору за своей начальницей, успевая болтать и делиться последними новостями, произошедшими за неделю отсутствия Ракель в Европе.
— Спасибо, Итка. Скажи, а французов кто подхватил? У них же вечером экскурсионная программа. Обязательно нужен сопровождающий от нас. Столик для ужина заказали?
— Да…кажется. Люция занималась, но она заболела. Осень, простуды кругом.
— Как неудачно. Похоже, придется мне самой съездить. Куда они собрались, не помнишь?
— Посмотреть костел в Кутна-Горе.
— Еще и пригород. А я надеялась освободиться пораньше, — Ракель чуть нахмурилась, а потом улыбнулась, но не Новак, а своим мыслям. Итка даже рот открыла от удивления. Такой нежно-мечтательной она свою начальницу никогда не видела.
— Пани Коэн, рада, что вы вернулись, — пани Лукаш перехватила ее в коридоре, всучила папку, рассказывая о том, что надо переподписать какое-то приложение к договору. Она ведь занималась с герром Зиге, не так ли?
— Хорошо, пани Лукаш, я все сделаю. Завтра утром бумаги будут у вас и подписаны.
— Пани Коэн, нужно срочно. Очень срочно. Мне удалось достать адрес, где остановился герр Зиге. Идите, караульте под дверью, но только подпишите бумаги!
— Хорошо, пани Лукаш, — кивнула Ракель и улыбнулась. Будто ей выписали премию, а не дурацкое поручение дали. Она увидит Карла не поздно вечером, а еще до обеда. Он же говорил, что собирается поработать из дома. А вечером обещал приехать к ней. Кто бы мог подумать, что она так соскучится по своему пану Ледену! Они только сутки не виделись.
«Пятое приложение к договору надо переподписать. Ты настоял на бумажных копиях или Лукаш? Это прошлый век. Но плюс в том, что я рядом с твоим домом с бумагами».
Сообщение было отправлено, но не прочитано. Ракель позвонила, послушала гудки. Нерешительно потопталась на пороге дома. Карл вышел или принимает душ? Или просто телефон в другой комнате? Она нажала дверной звонок. Раздавшийся топот совсем не походил на шаги Карла. Дверь распахнулась. На пороге стоял маленький мальчик. Светлые волосы, не по-детски серьезный взгляд голубых глаз. Уменьшенная копия Карла Зиге. Почти точная копия.
— Мама? — неуверенно спросил мальчик, глядя на Ракель снизу вверх.
***
Чехия. Кутна-Гора. Семьсот лет назад
В конце тринадцатого века аббат цистерцианского монастыря привез немного земли с Голгофы — холма, где, согласно Новому Завету христианской религии, был распят Иисус. Он рассыпал землю на местном кладбище, которое тут же стало популярным местом захоронения. В центре был возведен готический собор. Места на кладбище не хватало для новых захоронений, и кости из земли переносили в усыпальницу при соборе. Эпидемия Черной смерти, произошедшая недавно, значительно пополнила склад костей.
Это место оказалось идеальным для плана Децимуса. Хотя к созданию костехранилища ни он, ни какой-либо другой демон не имели отношения. Хранители предпочитали действовать более тонко, подталкивая давно назревшие события в нужном направлении.
Вот только насчет чумы у Десятого были подозрения, что не обошлось без одного из его братьев или сестер, но за руку никто пойман не был. Но тогда они все наелись энергией-мораной до отвала. Никто не получил преимущества в силе.
— Побудь здесь, дружок, — произнес Децимус с улыбкой, устраивая оторванную голову заклинателя в одну из ниш, предназначенных для сосудов-оссуариев, в которых хранили скелетированные останки. Все помещение, полное костей, можно было назвать одним большим оссуарием. Сюда вела единственная низкая дверь — высокий человек мог войти только согнувшись в три погибели. Вдоль стен были навалены кости, не скелеты, а именно разрозненные черепа, ребра, длинные берцовые кости, мелкие косточки пальцев. Демон установил в настенных креплениях факелы, поджег. Прошелся по комнате, отмеряя расстояние шагами. Места достаточно. Легонько пнул один из черепов, отправляя его ближе к стене. Хватит медлить. Все готово. Осталось только притащить материал.
