– Да, что с тобой такое, Ванька?! Всё утро какой-то потерянный. Пойдём, Ваську с Алёнкой найдём, расскажешь, как разговор с Настасьей прошёл.
– Не могу, Борь. Нам надо вначале с тобой всё обсудить. Вчера опять что-то странное произошло. Не дошёл я до Настасьи.
Борька нахмурился, но спорить не стал.
– Ну пойдём тогда в землянку. Расскажешь, что и как.
– Давай лучше вечером. Самому надо всё обдумать. Да и Васька с Алёнкой потеряют нас, когда увидят, что обед мы пропустили. Заподозрят чего. Пока ничего не говори, ни той, ни другой. Я сам что-нибудь придумаю.
– Ого, какая конспирация. За нами следят?
С этими словами, Борька прищурил глаза и начал высматривать выдуманных им шпиков. Я засмеялся и толкнул его в плечо.
– Дурак ты. Нет, надо вначале понять, что дальше делать. Придётся обойтись без девчонок. Мне предзнаменование явилось. И даже не знаю, что с этим всем делать. Но всё потом. Вечером в комнате нашей. А пока ведём себя так, будто ничего не случилось. Кстати, девчонкам не говори о том, что я дома не ночевал. Меньше вопросов будет.
– Ну хорошо-хорошо. Пойдём есть уже.
Мы быстро добрались до столовой, где уже нас ждал обед. Еда в школе оплачивалась из бюджета ученика. Взнос за курс включал в себя не только обучение, но и питание с проживанием в корпусах. Каждый день бабушка Аксинья готовила нам какое-то особенное блюдо. Еду бабушка готовила просто отменно, потому все ученики всегда торопились к обеденному столу. Столовой было огромное помещение, на сотню человек, в котором стояло несколько больших столов во всю длину. Ученики и преподаватели обедали вместе, без каких-либо привилегий по отношению к последним. Но, по понятным причинам, за столами всегда собирались группы по интересам. Чаще всего, преподаватели и ученики обедали по-отдельности, поскольку первым хотелось обсудить что-то по работе, а вторым больше хотелось общаться со своими сверстниками, чем с учителями.
Но иногда, в частности, когда в столовую изредка приходил Ярополк, ученики собирались вокруг его стола, потому что он был знатным любителем травли разнообразных баек. Он любил общаться с учениками, обращался с нами, как с равными, да и рассказы его были жутко интересными. Вот и сейчас Ярополк Владимирович решил посетить столовую вместе со всеми. И, как обычно, к его столу невозможно было пробраться. А рассказывал он очень интересно. Настолько, что даже преподаватели были за его столом.
– Вы понимаете, что все механизмы сводятся к этой дате?! Почему вы мне никто не верите? А знаете ещё что? Именно в этот день, когда механизм предсказывает планетарный парад, также, по предсказаниям вещих и ведунов будет максимальная концентрация магической энергии в нескольких ключевых точках, по всему миру. Именно в этот день, и эребийцами и абассидами запланированы самые интересные исследования. Я уверен, что нам тоже необходимо подготовиться к этому выбросу. И подготовить к нему учеников!
Митрофан Михайлович скрестил руки на груди и обратился к преподавателю инженерного дела первым.
– Ярополк Владимирович, мы не можем полагаться на механизм, созданный ещё в позапрошлом тысячелетии! Нужны весомые доказательства вашей теории. Иначе – это просто пустая трата времени и ресурсов на подготовку непонятно чего, к непонятно чему.
Но не все преподаватели были также скептически настроены. Баюн Васильевич, до этого слушавший молча весь разговор, подал свой голос.
– Митрррофан Михайлович… Есть ещё косвенные пррризнаки, что надвигается какое-то интеррресное событие. В частности, сновидцам всё чаще пррриходят сны-пррредвестники. В них, они либо ррразговаррривают с оррракулами, либо идут к какому-то сосррредоточию магической энеррргии, либо видят, как из-за горрр пррриближается какой-то шторррм. Я думаю, будет нелишним, по крррайней меррре озаботиться об элементарной защите от перрренасыщения магической субстанцией. Дабы ученики знали, как боррроться с перрредозиррровкой, если можно так выррразиться.
Митрофан Михайлович пожал плечами.
– Делайте что хотите, я в предзнаменования не верю. В любом случае, я считаю, что нужно провести серьёзное исследование, прежде чем доверяться каким-то там механизмам.
– Это не просто механизм, а антикитерский механизм. Неужели вам никогда не доводилось им пользоваться.
– Ну почему же. Занятная игрушка для долговременных заговоров. Но это больше про ведунов и ведьм. Они таким любят баловаться. Храмовники же, в частности, заклинатели, не могут себе позволить готовить заговор или заклятие на протяжении целой недели. У нас время идёт на секунды.
– Но иногда же всё равно вам приходится обращаться к древней магии. Например, для того, чтобы запечатать кладбище, вы же не будете пользоваться простым заговором от мертвяков, который, в лучшем случае, упокоит парочку зомби. Я уверен, что у вас в арсенале есть гораздо более долговременные приёмы.
– Есть конечно, только для них не нужен никакой механизм. Только выучивание созвездий, времён года, положения солнца и собственная смекалка.
– Вы излишне консервативны в применении вспомогательных устройств.
Настасья Микулишна не выдержала полемики и вмешалась в разговор.
– Давайте не переходить на личные предпочтения. Ярополк Владимирович, с чего вы взяли, что нам нужно подготовиться к чему-то, что произойдёт через полгода. Раз это происходит достаточно часто, то ведь нет ничего страшного в том, что это произойдёт вновь, также, как пятьсот лет назад. Иначе бы, наши предки оставили недвусмысленные намёки на то, что может произойти что-то ужасное, разве нет?
– И да, и нет. Во-первых, такие знания всегда находятся в строжайшем секрете. Во-вторых, банально, такие детали за пятьсот лет могли кануть в лету, простите за выражение. Много ли пятисотлетнего пергамента или бумаги вы видели за свою жизнь? То-то и оно.
Тут вмешался Пётр Львович.
– Я думаю, что, как минимум, необходимо обратиться к Древним, чтобы выяснить детали, нужно ли вообще нам чего-либо бояться. Я согласен с Митрофаном Михайловичем, времени и ресурсов у нас в обрез. Давайте снарядим несколько экспедиций, тут до нужных мест две недели ходу. Я бы предложил отправить двух преподавателей с группами учеников. Им будет полезна такая вылазка – посмотрят на разных существ в естественной среде обитания, а мы выясним всё, что необходимо.
– А с чего ты взял, что они вообще заговорят с нами?
– Потерять две недели – не так уж и много. Даже если не заговорят, мы просто прогуляемся, проведём разведку боем, так сказать. Одну из групп готов возглавлять я.
Ярополк Владимирович прямо засиял.
– А вторую я! Отличная идея, Пётр Львович.
Настасья Микулишна наконец-то обратила внимание на затихшую столовую. Все ученики были поглощены спором преподавателей, даже не притронувшись к еде, несмотря на обеденное время. Она улыбнулась.
– А ну, быстро обедать. Всё услышали? Завтра соберём экспедиции к двум древним существам, которые обитают в наших краях. Желающие, записывайтесь к Ярополку и Петру. Ярополк Владимирович отправится к Лесовику, а Пётр Львович к Горынычу.
На следующее утро, мы уже активно собирались в поход к Древним. Мне, конечно, очень хотелось посмотреть на легендарного Горыныча, но я не мог игнорировать просьбу Лесовика, поэтому напросился именно к нему. К моему удивлению, желающих отправиться в небольшое приключение оказалось не так уж и много. Естественно, наша авантюрная четвёрка напросилась к преподавателям. Правда всех четверых в одну группу не пустили. Пришлось разделиться. Боря и Алёнка отправились с Петром Львовичем, поскольку они просто не могли себе отказать в удовольствии встретиться со Змеем, а я и Василиса – с Ярополком. Ярополк долго пытался отговорить Василису от похода с ним, помня о её странных отношениях с механическими устройствами, но она осталась непреклонной.
Я отправился в землянку, чтобы собрать походное снаряжение, но по дороге застал странную сцену. Василиса с кем-то громко разговаривала. Подойдя ближе, я увидел мачеху Василисы – Лилию. На вид она была какой-то измотанной, но это не мешало ей, как обычно, винить во всё Василису. До меня начали доноситься обрывки разговора.
– Я с ума сошла от страха. Смерть на первом курсе! Я немедленно забираю тебя домой.
С этими словами, Лилия схватила Василису за руку и куда-то потащила. Василиса явно не хотела идти с мачехой и попыталась вырваться, но та была старше и сильнее.
– Лилия, прошу отпусти, это теперь мой дом. Мне нельзя покидать школу надолго.
– Ты уходишь не просто надолго, а навсегда!
– Нет, пусти!
С этими словами, Василиса извернулась и укусила мачеху за руку. Та же резко отдёрнула руку, зашипела и с размаху отвесила Ваське пощёчину. Василиса упала на колени и зашлась в слезах.
– Я тебя, малявка, научу, как со старшими обращаться.
Глаза Лилии горели яростным огнём, она потянулась за чем-то, лежащем в кармане, скорее всего за плетью. Тут я не выдержал и крикнул, будто бы не заметил этой сцены.
– Василиса, ты где, собираться пора.
Наконец-то, мачеха Васи обратила на меня внимание.
– А, опять ты. Иди своей дорогой, Василиса больше не будет учиться здесь.
Василиса вскочила на ноги. А я спокойно обратился к Лилии.
– Лилия Панфиловна, вы же в курсе, что родителям и опекунам разрешено посещать учеников только в определённые дни. Мне придётся доложить о вашем визите Настасье Микулишне.
От моих слов, лицо Лилии исказила гримаса, как мне показалось, отвращения.
– После того, что у вас тут случилось, я спокойно могу забрать Василису домой прямо сейчас! Тем более, что именно Настасья мне и разрешила сюда прийти.
– Только с её согласия. Василиса, нам собираться пора, пойдём?
Василиса боком обошла свою мачеху и встала за моей спиной. Её щека зарделась красным от полученной пощёчины.
– Пойдём собираться.
– Василиса, я приду за тобой! Нам тут делать нечего!
С этими словами, Лилия резко развернулась и зашагала прочь. Я же повернулся к Ваське.
– Спасибо, Ваня. Ты давно тут?
– Достаточно. Что на неё нашло?
– Я не знаю. Как будто с цепи сорвалась. Раньше совсем другой была.
Увидев, что я ей не верю, Василиса тут же продолжила.
– Нет, Вань, я правду говорю. Пока отец жив был, мы жили счастливо. Я бы никогда не подумала, что она мне не родная. Что отец, что я жили с ней душа в душу. А потом отец умер, а Лилия постепенно начала от меня отдаляться. Я ещё маленькая была, не понимала ничего.
Я увидел, что кто-то идёт той же дорогой, что шёл я и прервал Василису.
– Пойдём в землянку? Собираться надо, по дороге расскажешь.
Та кивнула, и мы отправились собирать вещи. По дороге она рассказала, как изменилась после смерти отца Лилия. Поначалу было совсем незаметно – то голос повысит, то оттолкнёт ненароком, то заставит делать что-нибудь до самого вечера. Но потом становилось всё хуже и хуже. Чуть не дошло до рукоприкладства. В какой-то момент, Василиса не выдержала, скопила немного денег и подала заявление на поступление, втайне от мачехи.
– Я думаю, во мне она видит папу. Каждый раз, когда она смотрит на меня, я вижу в её глазах грусть, которая потом почему-то сменяется яростью. Раньше я не понимала этого, но теперь знаю, что некоторые люди просто не могут справиться со смертью своих родных и вымещают злость на окружающих. Мне даже жалко её.
– Не грусти. Остынет немного, попробуешь помириться. Она ещё не может привыкнуть, что тебя рядом нет. Вы же пятнадцать лет вместе жили.
– Шестнадцать.
– По тебе и не скажешь.
Когда Василиса окончила рассказ, мы как раз добрались до землянки. Я начал собирать свою походную сумку и с удивлением обнаружил в ней три подарка от Лесовика. У меня совсем вылетело из головы, что леший вручил мне артефакты. Поэтому, я решил рассмотреть их поближе.
Первым я взял в руки небольшую коробку в форме цилиндра. Но не успел я толком рассмотреть её, как тут же вздрогнул от того, услышав из-за плеча удивлённый возглас Василисы.
– Ого, стрелка. Ничего себе! Настоящая?
– Не знаю, на базаре купил.
– А, ну тогда тебя обманули. Ты знаешь, для чего она нужна?
– Нет, не успел спросить.
– А для чего ты её покупал тогда?
– Просто понравилась коробочка.
– Если бы это была настоящая стрелка, то с помощью неё ты сможешь отыскать любое разумное существо. Нужно только слова правильные знать и имя того, кого хочешь найти. Именно из-за неё многие бояться называть свои настоящие имена незнакомцам.
– А как быть с тёзками?
Василиса пожала плечами.
– Я не знаю. Видимо, стрелка знает, кого именно ищет тот, кто прочёл заветные слова.
– А что за слова такие? Ты знаешь?
– Да, мы это уже проходили. У каждого артефакта есть свой ключ, произнеся который ты активируешь древнее заклинание, когда-то наложенное на эти предметы. Вот, например, стрелка. Всего таких артефактов есть три штуки. Говорят, что появилась она тогда, когда трём богатырям пришла пора расставаться. Они попросили знакомую колдунью создать им такие вещи, при помощи которых они всегда бы могли найти друг друга, где бы они ни находились.
– Трём богатырям?
– Ты и про них не знаешь?!
– Да нет, про них-то знаю. Просто удивился.
– Да, это те самые Алёша Попович, Илья Муромец и Добрыня Никитич. Но, говорят, что колдунья хитрой была, поэтому стрелкой больше трёх раз одному человеку пользоваться нельзя. Потому что, после третьего раза она будет уводить владельца глубоко в леса, чтобы он навсегда там заблудился. Поговаривают, что богатыри так и пропали. Только вот враки всё это.
– Почему?
– Если бы богатыри пропали из-за стрелок, то они бы никогда в руки других людей не попали. Нет, Вань, они по какой-то другой причине исчезли.
– А ты слова правильные знаешь? Для стрелки?
– Знаю, но толку-то.
– Скажи, пожалуйста.
– «Через поля через леса, по морю или по степи, сквозь дол, минуя небеса, меня к Алёнке отведи. И вместо Алёнки говоришь имя того, к кому хочешь попасть.
Я повертел коробку в руках, попытался открыть крышку, но ничего не вышло. Поэтому вздохнул и произнёс.
– Через поля, через леса, по морю или по степи, сквозь дол, минуя небеса меня к Лесовику веди.
Внезапно, в коробочке что-то заскрипело, крышка резко откинулась, и мы увидели, что находилось под ней. Под крышкой, за стеклянной преградой, посередине коробки была закреплена стрелка, похожая на компас. Она быстро-быстро завертелась, повращалась какое-то время, а затем резко остановилась, направившись в нужное место. Я попробовал повертеть коробочку, но стрелка неизменно глядела в одну сторону.
– Кажется, работает.
Василиса изумлённо глядела то на стрелку, то на меня.
– Вот это да. Настоящая. Вань. Этот артефакт стоит огромных денег. С ума сойти. Их всего три на свете, представь сколько может стоить один такой.
– Даже не знаю. Тысячу золотых?
– Намного, намного больше. Говорят, что одну стрелку приобрёл у купца какой-то царь одного из государств на юге. Отдал за неё треть своего флота. Очень хотел жену свою найти умершую.
– Она и такое умеет?
– Не знаю. Говорят, что может тебя к царству мёртвых привести. Вот только обратно уже не выведет.
– Опять враньё?
– Почему же. Артефакт древний. Всякое может быть. Царь только пропал потом, и никто его больше никогда не видел. Да и стрелка его считается утерянной. Так что у тебя одна из двух. Что делает её ещё ценнее.
– Не могу, Борь. Нам надо вначале с тобой всё обсудить. Вчера опять что-то странное произошло. Не дошёл я до Настасьи.
Борька нахмурился, но спорить не стал.
– Ну пойдём тогда в землянку. Расскажешь, что и как.
– Давай лучше вечером. Самому надо всё обдумать. Да и Васька с Алёнкой потеряют нас, когда увидят, что обед мы пропустили. Заподозрят чего. Пока ничего не говори, ни той, ни другой. Я сам что-нибудь придумаю.
– Ого, какая конспирация. За нами следят?
С этими словами, Борька прищурил глаза и начал высматривать выдуманных им шпиков. Я засмеялся и толкнул его в плечо.
– Дурак ты. Нет, надо вначале понять, что дальше делать. Придётся обойтись без девчонок. Мне предзнаменование явилось. И даже не знаю, что с этим всем делать. Но всё потом. Вечером в комнате нашей. А пока ведём себя так, будто ничего не случилось. Кстати, девчонкам не говори о том, что я дома не ночевал. Меньше вопросов будет.
– Ну хорошо-хорошо. Пойдём есть уже.
Мы быстро добрались до столовой, где уже нас ждал обед. Еда в школе оплачивалась из бюджета ученика. Взнос за курс включал в себя не только обучение, но и питание с проживанием в корпусах. Каждый день бабушка Аксинья готовила нам какое-то особенное блюдо. Еду бабушка готовила просто отменно, потому все ученики всегда торопились к обеденному столу. Столовой было огромное помещение, на сотню человек, в котором стояло несколько больших столов во всю длину. Ученики и преподаватели обедали вместе, без каких-либо привилегий по отношению к последним. Но, по понятным причинам, за столами всегда собирались группы по интересам. Чаще всего, преподаватели и ученики обедали по-отдельности, поскольку первым хотелось обсудить что-то по работе, а вторым больше хотелось общаться со своими сверстниками, чем с учителями.
Но иногда, в частности, когда в столовую изредка приходил Ярополк, ученики собирались вокруг его стола, потому что он был знатным любителем травли разнообразных баек. Он любил общаться с учениками, обращался с нами, как с равными, да и рассказы его были жутко интересными. Вот и сейчас Ярополк Владимирович решил посетить столовую вместе со всеми. И, как обычно, к его столу невозможно было пробраться. А рассказывал он очень интересно. Настолько, что даже преподаватели были за его столом.
– Вы понимаете, что все механизмы сводятся к этой дате?! Почему вы мне никто не верите? А знаете ещё что? Именно в этот день, когда механизм предсказывает планетарный парад, также, по предсказаниям вещих и ведунов будет максимальная концентрация магической энергии в нескольких ключевых точках, по всему миру. Именно в этот день, и эребийцами и абассидами запланированы самые интересные исследования. Я уверен, что нам тоже необходимо подготовиться к этому выбросу. И подготовить к нему учеников!
Митрофан Михайлович скрестил руки на груди и обратился к преподавателю инженерного дела первым.
– Ярополк Владимирович, мы не можем полагаться на механизм, созданный ещё в позапрошлом тысячелетии! Нужны весомые доказательства вашей теории. Иначе – это просто пустая трата времени и ресурсов на подготовку непонятно чего, к непонятно чему.
Но не все преподаватели были также скептически настроены. Баюн Васильевич, до этого слушавший молча весь разговор, подал свой голос.
– Митрррофан Михайлович… Есть ещё косвенные пррризнаки, что надвигается какое-то интеррресное событие. В частности, сновидцам всё чаще пррриходят сны-пррредвестники. В них, они либо ррразговаррривают с оррракулами, либо идут к какому-то сосррредоточию магической энеррргии, либо видят, как из-за горрр пррриближается какой-то шторррм. Я думаю, будет нелишним, по крррайней меррре озаботиться об элементарной защите от перрренасыщения магической субстанцией. Дабы ученики знали, как боррроться с перрредозиррровкой, если можно так выррразиться.
Митрофан Михайлович пожал плечами.
– Делайте что хотите, я в предзнаменования не верю. В любом случае, я считаю, что нужно провести серьёзное исследование, прежде чем доверяться каким-то там механизмам.
– Это не просто механизм, а антикитерский механизм. Неужели вам никогда не доводилось им пользоваться.
– Ну почему же. Занятная игрушка для долговременных заговоров. Но это больше про ведунов и ведьм. Они таким любят баловаться. Храмовники же, в частности, заклинатели, не могут себе позволить готовить заговор или заклятие на протяжении целой недели. У нас время идёт на секунды.
– Но иногда же всё равно вам приходится обращаться к древней магии. Например, для того, чтобы запечатать кладбище, вы же не будете пользоваться простым заговором от мертвяков, который, в лучшем случае, упокоит парочку зомби. Я уверен, что у вас в арсенале есть гораздо более долговременные приёмы.
– Есть конечно, только для них не нужен никакой механизм. Только выучивание созвездий, времён года, положения солнца и собственная смекалка.
– Вы излишне консервативны в применении вспомогательных устройств.
Настасья Микулишна не выдержала полемики и вмешалась в разговор.
– Давайте не переходить на личные предпочтения. Ярополк Владимирович, с чего вы взяли, что нам нужно подготовиться к чему-то, что произойдёт через полгода. Раз это происходит достаточно часто, то ведь нет ничего страшного в том, что это произойдёт вновь, также, как пятьсот лет назад. Иначе бы, наши предки оставили недвусмысленные намёки на то, что может произойти что-то ужасное, разве нет?
– И да, и нет. Во-первых, такие знания всегда находятся в строжайшем секрете. Во-вторых, банально, такие детали за пятьсот лет могли кануть в лету, простите за выражение. Много ли пятисотлетнего пергамента или бумаги вы видели за свою жизнь? То-то и оно.
Тут вмешался Пётр Львович.
– Я думаю, что, как минимум, необходимо обратиться к Древним, чтобы выяснить детали, нужно ли вообще нам чего-либо бояться. Я согласен с Митрофаном Михайловичем, времени и ресурсов у нас в обрез. Давайте снарядим несколько экспедиций, тут до нужных мест две недели ходу. Я бы предложил отправить двух преподавателей с группами учеников. Им будет полезна такая вылазка – посмотрят на разных существ в естественной среде обитания, а мы выясним всё, что необходимо.
– А с чего ты взял, что они вообще заговорят с нами?
– Потерять две недели – не так уж и много. Даже если не заговорят, мы просто прогуляемся, проведём разведку боем, так сказать. Одну из групп готов возглавлять я.
Ярополк Владимирович прямо засиял.
– А вторую я! Отличная идея, Пётр Львович.
Настасья Микулишна наконец-то обратила внимание на затихшую столовую. Все ученики были поглощены спором преподавателей, даже не притронувшись к еде, несмотря на обеденное время. Она улыбнулась.
– А ну, быстро обедать. Всё услышали? Завтра соберём экспедиции к двум древним существам, которые обитают в наших краях. Желающие, записывайтесь к Ярополку и Петру. Ярополк Владимирович отправится к Лесовику, а Пётр Львович к Горынычу.
Глава тринадцатая. Подарки
На следующее утро, мы уже активно собирались в поход к Древним. Мне, конечно, очень хотелось посмотреть на легендарного Горыныча, но я не мог игнорировать просьбу Лесовика, поэтому напросился именно к нему. К моему удивлению, желающих отправиться в небольшое приключение оказалось не так уж и много. Естественно, наша авантюрная четвёрка напросилась к преподавателям. Правда всех четверых в одну группу не пустили. Пришлось разделиться. Боря и Алёнка отправились с Петром Львовичем, поскольку они просто не могли себе отказать в удовольствии встретиться со Змеем, а я и Василиса – с Ярополком. Ярополк долго пытался отговорить Василису от похода с ним, помня о её странных отношениях с механическими устройствами, но она осталась непреклонной.
Я отправился в землянку, чтобы собрать походное снаряжение, но по дороге застал странную сцену. Василиса с кем-то громко разговаривала. Подойдя ближе, я увидел мачеху Василисы – Лилию. На вид она была какой-то измотанной, но это не мешало ей, как обычно, винить во всё Василису. До меня начали доноситься обрывки разговора.
– Я с ума сошла от страха. Смерть на первом курсе! Я немедленно забираю тебя домой.
С этими словами, Лилия схватила Василису за руку и куда-то потащила. Василиса явно не хотела идти с мачехой и попыталась вырваться, но та была старше и сильнее.
– Лилия, прошу отпусти, это теперь мой дом. Мне нельзя покидать школу надолго.
– Ты уходишь не просто надолго, а навсегда!
– Нет, пусти!
С этими словами, Василиса извернулась и укусила мачеху за руку. Та же резко отдёрнула руку, зашипела и с размаху отвесила Ваське пощёчину. Василиса упала на колени и зашлась в слезах.
– Я тебя, малявка, научу, как со старшими обращаться.
Глаза Лилии горели яростным огнём, она потянулась за чем-то, лежащем в кармане, скорее всего за плетью. Тут я не выдержал и крикнул, будто бы не заметил этой сцены.
– Василиса, ты где, собираться пора.
Наконец-то, мачеха Васи обратила на меня внимание.
– А, опять ты. Иди своей дорогой, Василиса больше не будет учиться здесь.
Василиса вскочила на ноги. А я спокойно обратился к Лилии.
– Лилия Панфиловна, вы же в курсе, что родителям и опекунам разрешено посещать учеников только в определённые дни. Мне придётся доложить о вашем визите Настасье Микулишне.
От моих слов, лицо Лилии исказила гримаса, как мне показалось, отвращения.
– После того, что у вас тут случилось, я спокойно могу забрать Василису домой прямо сейчас! Тем более, что именно Настасья мне и разрешила сюда прийти.
– Только с её согласия. Василиса, нам собираться пора, пойдём?
Василиса боком обошла свою мачеху и встала за моей спиной. Её щека зарделась красным от полученной пощёчины.
– Пойдём собираться.
– Василиса, я приду за тобой! Нам тут делать нечего!
С этими словами, Лилия резко развернулась и зашагала прочь. Я же повернулся к Ваське.
– Спасибо, Ваня. Ты давно тут?
– Достаточно. Что на неё нашло?
– Я не знаю. Как будто с цепи сорвалась. Раньше совсем другой была.
Увидев, что я ей не верю, Василиса тут же продолжила.
– Нет, Вань, я правду говорю. Пока отец жив был, мы жили счастливо. Я бы никогда не подумала, что она мне не родная. Что отец, что я жили с ней душа в душу. А потом отец умер, а Лилия постепенно начала от меня отдаляться. Я ещё маленькая была, не понимала ничего.
Я увидел, что кто-то идёт той же дорогой, что шёл я и прервал Василису.
– Пойдём в землянку? Собираться надо, по дороге расскажешь.
Та кивнула, и мы отправились собирать вещи. По дороге она рассказала, как изменилась после смерти отца Лилия. Поначалу было совсем незаметно – то голос повысит, то оттолкнёт ненароком, то заставит делать что-нибудь до самого вечера. Но потом становилось всё хуже и хуже. Чуть не дошло до рукоприкладства. В какой-то момент, Василиса не выдержала, скопила немного денег и подала заявление на поступление, втайне от мачехи.
– Я думаю, во мне она видит папу. Каждый раз, когда она смотрит на меня, я вижу в её глазах грусть, которая потом почему-то сменяется яростью. Раньше я не понимала этого, но теперь знаю, что некоторые люди просто не могут справиться со смертью своих родных и вымещают злость на окружающих. Мне даже жалко её.
– Не грусти. Остынет немного, попробуешь помириться. Она ещё не может привыкнуть, что тебя рядом нет. Вы же пятнадцать лет вместе жили.
– Шестнадцать.
– По тебе и не скажешь.
Когда Василиса окончила рассказ, мы как раз добрались до землянки. Я начал собирать свою походную сумку и с удивлением обнаружил в ней три подарка от Лесовика. У меня совсем вылетело из головы, что леший вручил мне артефакты. Поэтому, я решил рассмотреть их поближе.
Первым я взял в руки небольшую коробку в форме цилиндра. Но не успел я толком рассмотреть её, как тут же вздрогнул от того, услышав из-за плеча удивлённый возглас Василисы.
– Ого, стрелка. Ничего себе! Настоящая?
– Не знаю, на базаре купил.
– А, ну тогда тебя обманули. Ты знаешь, для чего она нужна?
– Нет, не успел спросить.
– А для чего ты её покупал тогда?
– Просто понравилась коробочка.
– Если бы это была настоящая стрелка, то с помощью неё ты сможешь отыскать любое разумное существо. Нужно только слова правильные знать и имя того, кого хочешь найти. Именно из-за неё многие бояться называть свои настоящие имена незнакомцам.
– А как быть с тёзками?
Василиса пожала плечами.
– Я не знаю. Видимо, стрелка знает, кого именно ищет тот, кто прочёл заветные слова.
– А что за слова такие? Ты знаешь?
– Да, мы это уже проходили. У каждого артефакта есть свой ключ, произнеся который ты активируешь древнее заклинание, когда-то наложенное на эти предметы. Вот, например, стрелка. Всего таких артефактов есть три штуки. Говорят, что появилась она тогда, когда трём богатырям пришла пора расставаться. Они попросили знакомую колдунью создать им такие вещи, при помощи которых они всегда бы могли найти друг друга, где бы они ни находились.
– Трём богатырям?
– Ты и про них не знаешь?!
– Да нет, про них-то знаю. Просто удивился.
– Да, это те самые Алёша Попович, Илья Муромец и Добрыня Никитич. Но, говорят, что колдунья хитрой была, поэтому стрелкой больше трёх раз одному человеку пользоваться нельзя. Потому что, после третьего раза она будет уводить владельца глубоко в леса, чтобы он навсегда там заблудился. Поговаривают, что богатыри так и пропали. Только вот враки всё это.
– Почему?
– Если бы богатыри пропали из-за стрелок, то они бы никогда в руки других людей не попали. Нет, Вань, они по какой-то другой причине исчезли.
– А ты слова правильные знаешь? Для стрелки?
– Знаю, но толку-то.
– Скажи, пожалуйста.
– «Через поля через леса, по морю или по степи, сквозь дол, минуя небеса, меня к Алёнке отведи. И вместо Алёнки говоришь имя того, к кому хочешь попасть.
Я повертел коробку в руках, попытался открыть крышку, но ничего не вышло. Поэтому вздохнул и произнёс.
– Через поля, через леса, по морю или по степи, сквозь дол, минуя небеса меня к Лесовику веди.
Внезапно, в коробочке что-то заскрипело, крышка резко откинулась, и мы увидели, что находилось под ней. Под крышкой, за стеклянной преградой, посередине коробки была закреплена стрелка, похожая на компас. Она быстро-быстро завертелась, повращалась какое-то время, а затем резко остановилась, направившись в нужное место. Я попробовал повертеть коробочку, но стрелка неизменно глядела в одну сторону.
– Кажется, работает.
Василиса изумлённо глядела то на стрелку, то на меня.
– Вот это да. Настоящая. Вань. Этот артефакт стоит огромных денег. С ума сойти. Их всего три на свете, представь сколько может стоить один такой.
– Даже не знаю. Тысячу золотых?
– Намного, намного больше. Говорят, что одну стрелку приобрёл у купца какой-то царь одного из государств на юге. Отдал за неё треть своего флота. Очень хотел жену свою найти умершую.
– Она и такое умеет?
– Не знаю. Говорят, что может тебя к царству мёртвых привести. Вот только обратно уже не выведет.
– Опять враньё?
– Почему же. Артефакт древний. Всякое может быть. Царь только пропал потом, и никто его больше никогда не видел. Да и стрелка его считается утерянной. Так что у тебя одна из двух. Что делает её ещё ценнее.
