Король-убийца

– Добро пожаловать в мир живых, брат, – проговорил он.
       – Почему мы в таком мрачном замке? – спросил оживший кронпринц, с удивлением глядя по сторонам.
       – Мы не в замке, – усмехнулся Вальтэриан. – Идём домой. Я всё объясню.
       Король взял брата за руку, и они переместились в Зимнюю Розу. Оказавшись в своём кабинете, он лёг с ногами на софу и указал Севериану на соседнее кресло. Вальтэриан хотел спать. Но не позволял себе закрыть глаза, пока не поговорит с братом.
       – Мы в кабинете отца? – поинтересовался кронпринц. – Как всё изменилось! Стол теперь не у окна, а в центре. Ледяные стены пусты. А раньше мечи висели ни них. Софы появились и шкафы с книгами.
       – Этот кабинет мой, – пояснил Вальтэриан. – Зигфрид умер. Твою возлюбленную я не оживлял. Её тело сгнило. Прости за прямоту.
       – Спасибо, что позаботился обо мне, – произнёс Севериан ровно, хотя король ожидал истерики и рыданий.
       – В отличии от Януария, ты дорог мне, – признался Вальтэриан. – Тебе трудно будет привыкнуть к изменившемуся миру. Я помогу. Не возвращайся в загробный. Не бросай меня. Я здесь один. Почти все меня ненавидят.
       – Конечно, брат, – взял его за руку кронпринц. – Я и не думал о самоубийстве. Бросить тебя, как можно? Я счастлив, что два принца опять вместе у родного очага.
       – Я король, – дёрнулся, как от удара, Вальтэриан. – Сноуколд мой.
       – Расслабься, – посоветовал Севериан. – Я не посягаю на твою власть.
       – Ты помнишь загробный мир? – поинтересовался король, сложив руки домиком.
       – Смутно, – отмахнулся кронпринц. – Блуждал во мраке, увидел тебя. Вот я и живой!
       – Лексикон твой изменился, – напряжённо молвил Вальтэриан, больше не помышляя о сне. – «Расслабься!» Ты принц из великой династии, а не разбойник.
       – Мне папочка голову отрубил! – беззаботно напомнил Севериан Колд. – После такого любой начнёт ругаться хуже дворовой шлюхи.
       – Согласен, – признал король. – Хорошо, что ты вообще дышишь.
       – Ещё бы, – заявил кронпринц и потянулся к столику с белым виноградом. – Когда встреча с остальными родственниками?
       – Я думал, тебе понадобится время, чтобы освоиться, – проговорил Вальтэриан.
       – Ну да, – подтвердил Севериан, пережёвывая виноград. – Не сегодня. Я устал. Лежать в гробу утомительно! Кости затекли. Не позовёшь пару фрейлин поразмяться?
       Король открыл рот и тут же закрыл. Поведение брата поражало его. Услышанному он не верил. Непонимание отразилось в его глазах, и принц, рассмеявшись, добавил:
       – Шучу, братец! Каким чопорным интеллигентом ты был, таким и остался. Не девственник, надеюсь? А то заалел, будто ни разу девку не...
       – Севериан! – остановил король. – Прекрати вести себя, как шут. Свою Гортензию больше не оплакиваешь?
       – Гортензия Гортензией, а жить надо дальше! – подметил кронпринц и спрыгнул с кресла. – Где мои покои?
       – Я проведу, – сказал Вальтэриан, не отойдя от шока. – Представлю тебя подданным на балу в честь моей невесты. А пока сиди тихо и, будь любезен, не пугай жителей.
       – Невестой обзавёлся, – присвистнул Севериан. – Взрослеешь. Или стареешь.
       – Брат, – с упрёком произнёс король, ведя его по тёмным коридорам.
       – У тебя волосы уже не серебряные, а белые, – произнёс кронпринц, будто себе в оправдание.
       – Спасибо, что заметил, – молвил с сарказмом Вальтэриан, остановившись у двери. – Здесь твоя спальня. Еду тебе принесут и не...
       – Не высовываться, – продолжил кронпринц.
       – Нет, – положил руку ему на плечо король. – И не думай о прошлом. Ты попал в новый мир. Я не отец. Я тебя не обижу.
       – Как мило! – скривился Севериан. – Я не сомневался.
       – Ты один меня не трогал, когда была возможность поиздеваться, – напомнил Вальтэриан.
       – Имеешь в виду игры Януария и его друзей? – уточнил кронпринц. – Я никогда бы не поднял руку на любимого братишку, как бы ты всех не бесил.
       – Тогда ты говорил, что помог бы мне, если б не боялся их, – улыбнулся король. – Впрочем, за то, что не вмешивался, тоже благодарю.
       – Я мастер не мешать! – воскликнул Севериан. – Ты без меня отлично справился. Кому корона к лицу, как не тебе?
       – Первое доброе слово с момента воскрешения, – ухмыльнулся Вальтэриан. – Отдыхай. Глядишь, до бала станешь самой галантностью и порадуешь родственников.
       – Спокойной ночи, – захлопнул дверь кронпринц.
       – Спокойной, – шепнул король в пустоту, развернулся и выглянул в окно.
       Чёрная луна сошла на нет. Синее солнце медленно выдвигалось из-за горизонта, рассеивая в сердце Вальтэриана подозрение, что пред ним не брат, а кто-то другой.
       

Глава 8

       Сквозь века и грань миров
       Солнечные лучи проникли в спальню Калиссы и разбудили. Ночь для неё прошла тревожно. Прошлое вторгалось в настоящее, трижды пробуждая. Однако выспаться удалось. Перина оказалась мягкой, а одело тёплым. Они закрывали со всех сторон, стирая память о кошмарах Смертфэлка.
       Переодевшись, Калисса решила получше изучить книгу, подаренную цыганкой. Она открыла её и прочла до середины. Внезапно ведьма услышала крик и выбежала из покоев.
       В соседней комнате она заметила палачей, одетых в плащи из кожи красного крокодила, с платками, закрывающими губы и нос. Один из них держал старую колдунью в каштановом платье. Другой доставал верёвку для удушья.
       Колдунья кричала. Крик разносился по всему замку, сотрясал окна. Но никто не приходил на помощь.
       – Что случилось? – вопрошала ведьма.
       – Исполняем приказ Еликониды Снэик, – ответил палач, наматывая верёвку вокруг горла жертвы.
       – В чём она провинилась? – поинтересовалась Калисса.
       – Не наше дело, – меланхоличным голосом произнесли палачи.
       Ведьма захотела помочь колдунье. Голос из глубины прошлого подсказывал, что это правильно. Невзирая на страх, Калисса взмахнула рукой, и палачи отлетели к шкафу. У одного при падении хрустнула кость.
       – Уходите, – попросила ведьма.
       Палачи поднялись, не думая отступать. Верёвка в руках старшего превратилась в змею и с шипением поползла к Калиссе.
       – Лучше ты уходи, – предупредил он. – Лишнюю кровь мы не проливаем.
       – Как и не спрашиваете, в чём вина приговорённого, – добавила ведьма.
       – Мы адепты академии боевой магии – Сенамиры, – объяснил палач. – Мы делаем дело, а не говорим. Не мешай. Леди Снэик не приказывала убивать тебя.
       – Сбежала бы, однако что-то заставляет остаться, – призналась Калисса.
       Она выпустила из ладони огонь и направила в сторону палачей. Они выставили руки вперёд, создавая колдовской щит. Он сдерживал пламя. Но сильно накалялся. Колдуны не смогли долго поддерживать его. Магия их ослабела. Щит растворился в воздухе. Огонь поднялся до потолка и захватил половину комнаты. Дабы выжить, палачи выбежали за дверь, не выполнив приказ тайной хозяйки мира.
       Калисса опустила руку, и пламя затихло. Ледяные стены не пострадали. Их защищало сильнейшее колдовство.
       – Ты Калисса, фрейлина леди Мейрак? – поинтересовалась спасённая колдунья.
       – Вы правы, – кивнула ведьма.
       – Я бывшая воспитательница короля, графиня Леонила Альсори. Спасибо за помощь.
       – Почему Еликонида желает вашей смерти? – спросила Калисса.
       – Это долгая история выживания в Зимней Розе, – поведала графиня, садясь на диван. – В пятнадцать лет меня выдали за мага Назария Альсори. Я не смогла подарить ему детей и ушла в храм Четырёх Стихий. Молила небо о ребёнке, и духи смилостивились. В обитель приехала королева Селена, чтобы раздать пожертвования. На её руках плакал младенец.
       – Вальтэриан?
       – Угадала. Многие считают его чудовищем, хотя раньше называли совершенством. Будучи ребёнком, он казался идеальным! Маленькое невинное создание. Малыш, которого нужно защищать и беречь! Пока королева находилась в храме, я не сводила с него глаз. Она заметила это и предложила стать воспитательницей маленького принца. Благо, образование позволяло мне.
       – Вы не ответили. Почему леди Снэик вас ненавидит?
       – Вальтэриан заменил мне родных детей. Ради него я готова на всё! Это не нравится Еликониде. Она вредила племяннику всю жизнь. Травила, распускала про него сплетни, ссорила со старшим братом.
       – Неужели у неё есть такая власть?
       – Даже больше, чем ты думаешь. Еликонида наняла молодому Вальтэру учителя, лорда Вечестера Чёрна. Он должен был сделать из него сумасшедшего. Обучать предметам, к которым у Вальтэриана нет способностей, ссорить с братьями, подвергать опасности на каждом уроке.
       – Вечестр Чёрн – магистр, который стоял возле короля?
       – Да. Сейчас он куда-то исчез. Хоть бы в Нижний мир провалился!
       – Мне показалось, они неплохо ладили.
       – Верно. Еликонида не учла, что двое, помешанных на магическом искусстве, подружатся. Вечестр стал неплохим учителем. Он передал королю ценные знания. А ещё привил страсть к оживлению мёртвых и нарушению законов мироздания. Даже Еликониде это не понравилось. Только теперь у неё нет над Вальтэрианом власти. Он может делать, что хочет.
       – Причина визита палачей – в вашей любви к правителю? – уточнила Калисса. – И только?
       – Нет, – ответила Леонила. – Я слышала, как Еликанида накануне исчезновения сестры переговаривалась с сообщниками в кабинете. Она говорила сделать всё тихо и аккуратно.
       – Возможно, это про украшение тронного зала? – в шутку предположила ведьма.
       – Дальше она произнесла слово «Селена» и «страшная участь», – шепнула графиня Альсори. – Ты мне не веришь?
       – Почему Еликонида Снэик не наложила на комнату заклятие, мешающие подслушивать? – проигнорировала вопрос Калисса.
       – Забыла или была уверена в собственной силе? – предположила Леонила. – Впрочем, меня она заметила. С тех пор ненавидит.
       – Вы пробовали поговорить об этом с королём?
       – Пробовала. Он не поверил. Вальтэриан не слушал даже мать, когда она жаловалась на сестру. Может, поэтому Еликонида уничтожила её?
       – Или всё дело во власти, которую она получила после смерти королевы мира. Я верю вам. Не знаю, почему.
       – Мне кажется, Селена жива и её где-то прячут.
       – Тогда почему до сих пор не нашли?
       – Еликонида подкупила королевских сыщиков. Они её боятся больше Вальтэриана.
       – Когда исчезла королева Селена? – поинтересовалась Калисса.
       – После коронации Вальтэриана, – вздохнула Леонила. – Я виновата. Я не уберегла его от влияния тёти. Хотя так старалась! Когда почувствовала, что тьма заполняет сердце короля, я решилась на отчаянный шаг. Познакомила его с ведьмой из рода Фаиэ. Красивой, благородной, умной. Мой мальчик влюбился. Я сияла от радости. Девушка оказывала на него положительное влияние.
       – Что произошло потом?
       – Еликонида всё испортила. Оболгала её перед королём. Он решил избавиться от возлюбленной и заставил выйти за другого. Беатриса не смогла. Она сбежала из-под венца, устроила пожар в замке Крэвэлхолл и сгорела... Когда нам становится страшно в этом мире, мы уходим в тот. Но для меня бегство – большая роскошь. Не могу оставить Вальтэриана на растерзание леди Снэик.
       – Король не похож на жертву, – отметила ведьма.
       – О, нет, – подтвердила графиня. – Он не жертва. Мне известно, что Вальтэриан творит. Это меня ужасает! Ничего не будет, как прежде. Я борюсь за его душу с Еликонидой. И проигрываю. Я для него прислуга. Не более.
       – На зверя король не похож, – вспомнила его лицо Калисса.
       – Внешнее обаяние – не залог внутренней красоты, – проговорила Леонила. – Я убеждаюсь в этом, когда слышу о новых жертвах некогда доброго ребёнка. Вальтэриан болен.
       – Значит, его можно исцелить.
       – Нет! Тебе и Астрид лучше бежать. Если он правда убивает невест, не справившихся с заданиями, вы в опасности. Вальтэриан безжалостен и безумен! С рождения его мучает неизлечимая болезнь. Если он злится или переживает, у него идёт кровь из носа, рта, глаз. Волна ярости накрывает Вальтэриана, сотрясая в конвульсиях тело. В таком состоянии он способен убить любого. Во время торжественных приёмов король мира сдерживает себя, глотая собственную кровь. Когда они заканчиваются, он вымещает боль на подданных и предметах, пока не падает в ломке. Припадки безумия – так я называю его бесконечные нервные срывы.
       – Лекарства нет?
       – Есть наркотики. Король не может без них успокоиться.
       – А раньше?
       – Успокаивался. Помогала Беатриса Фаиэ. Она единственная могла находиться с ним во время припадков. Приходя в себя, обессиленный король садился на пол, а Беатриса сжимала его в объятьях. О болезни Вальтэриана мало кто знает. Случайных свидетелей он убивает.
       – Сочувствую, – произнесла Калисса. – Не легко видеть страдания названного сына. Почему он не помог вам сегодня?
       – Вряд ли Вальтэриан знает о распоряжении тёти, – сказала Леонила. – Хотя... Если бы меня убили, он бы не переживал. Король давно забыл меня. Я здесь никто. А Еликонида – самая влиятельная леди. За спиной её величают королевой. Не зря. Власть леди Снэик огромна.
       – Жутко, – вздрогнула ведьма. – Но не повод сдаваться. Я помогу Астрид стать женой властелина мира. Надеюсь, брак образумит его и жизнь подданных станет лучше. Я не боюсь Вальтэриана Колда и Еликониды Снэик.
       – Зря, – хмыкнула графиня. – Возможно придать форму воде. Однако лёд сформировался. Застыл. Его не переделать. Стремлением изменить незыблемое ты напоминаешь мне двух девушек.
       – Фрейлину Паулин? – предположила Калисса.
       – Не только, – заметила Леонила. – Ты похожа на покойную Беатрису Фаиэ. Глаза мои слепнут с каждым годом. Рискую ошибиться.
       – Я не помню прошлого, – призналась ведьма и перед её глазами вновь предстали стены Смертфэлка. – Леди Фаиэ. Звучит красиво. Слишком красиво для меня.
       – Вспомнить прошлое я тебе помогу, – пообещала графиня. – В запретной части библиотеки есть книга «Сквозь века и грань миров». В ней описано настоящее, прошлое и будущее самых известных жителей мира. Ей суждено сыграть не последнюю роль в истории магии. Лишь бы она не попала в руки тем, кто обратит знания во зло.
       – Я не хочу нарушать порядок, – проговорила Калисса. – Прочесть запретную книгу... Король точно разгневается. Судя по вашим словам, убивает он и за меньшее.
       – Ты словно близнец его покойной возлюбленной, – пригляделась Леонила. – Утоли моё любопытство. Я верю, леди Снэик не победила. Узнай прошлое, развей мои мечты, коли ошибаюсь.
       – Я больше всего на свете желаю узнать, кто я, – возвела глаза к небу ведьма. – Сомневаюсь, что Беатриса. Но, пожалуй, взгляну на книгу. Должна же я быть хоть кем-то? Вспомню, кто я, тогда и топор палача не страшен.
       – Я отвлеку стражников и библиотекаря, – придумала план графиня. – Ты зайдёшь внутрь.
       – Когда осуществим задуманное? – поинтересовалась ведьма.
       – Сейчас, – ответила Леонила.
       – Подождите, – остановила Калисса. – Разве вы не собираетесь рассказать о нападении на вас королю?
       – Он не поверит, что приказ отдала его тётя, – вздохнула графиня. – Жалобы лишь сильнее разозлят её. От них толку не будет.
       – Еликонида попытается убить вас снова, – настаивала ведьма.
       – Я буду готова, – поднялась с дивана графиня. – Не думай обо мне, как не думает Вальтэр. Защиты просить у него бесполезно. Раньше не верил, не поверит и теперь.
       Калисса не возразила. Вместе с Леонилой они прошли по коридору и остановились около библиотеки. Графиня Альсори решительно проследовала к библиотекарю, старому магу, читающему пыльный свиток.
       – В западном крыле видели чудовища с оленьими рогами, – сообщила она.
       – Вендиго? – испугался библиотекарь. – В наших краях их полным-полно! Как в замок забрели – не понятно.
       – Позовите стражу! – попросила Леонила.