Я окинула ее взглядом. Наконец-то мне представилась возможность рассмотреть свое второе «я». Выше среднего роста, широкие скулы, серые глаза, рыжая челка прикрывает высокий лоб. Да, странно видеть свое лицо на ком-то другом.
– Я подумала, что если я буду в таком виде, ты скорее ко мне привыкнешь. Мы ведь теперь вместе навсегда.
– Знаешь, когда люди говорят сами с собой, это признак шизофрении. Если не хочешь, чтобы я так тебя и называла, представься.
– Меня зовут Рели, я – Дух Огня.
Я кивнула на пентаграмму на полу и спросила:
– Что-то об этом знаешь?
– А ты еще не догадалась? Сила, подобная твоей, дается не каждому и не просто так. Если точнее, то ты – одна на шесть миллиардов.
– Приблизительное число жителей Земли. Что бы это значило?
Дух Огня некоторое время молча наблюдала за угасающими всполохами пламени, а потом, повернувшись ко мне, начала свой рассказ:
Когда-то давно, еще до рождения человеческой цивилизации, на Землю пришли Древние существа. Никто в точности не знал откуда они явились. Многие считали их домом Лэнг – суровый, страшный мир, в котором царило Зло. Они заселили мир, и тьма воцарилась над Землей. Почувствовав себя хозяевами, они стали творить зло и бесчинства. Тогда Владыки изгнали злобных существ с Земли за Грань, а Врата запечатали до конца Миров. По крайней мере, так задумывалось. Вот только Древние не собирались сидеть в своем Лэнге вечно. Они нашли лазейку, но воплотить их коварный план в тот раз помешала чистая случайность. И они затаились на тысячи лет, обозленные и жаждущие мести. Теперь их жажда мести удовлетворена. Они уничтожили мир, который изгнал их, и, использовав его Последнее Дыхание, создали Посланника, наделив его Духом Огня, способным сорвать Печать с Врат и выпустить Древних на свободу. Как ты, наверное, догадалась, этот Посланник – ты. А я Дух Огня, дающий тебе Силу сделать это.
???
На улице давно стемнело. Обгоревшая крыша Храма пропускала мягкий лунный свет, падающий на пол, где была пентаграмма. Я и моя шизофрения сидели молча уже несколько минут. Всё услышанное вызывало у меня только одно чувство: отвращение, хотя я еще не до конца поверила словам Духа Огня. Я старалась не думать об этом и больше ни о чем не спрашивать. Ничего не хочу знать! Хочу покоя и тишины! Хочу забыть всё, что случилось недавно. Забыть! Забыть...
– Почему я? – всё-таки не выдержала.
– Это случайность. Выбрали не тебя. Посланником должен был стать другой человек, во всё посвященный. Он полностью подходил для этого. Его просто распирали злость и ненависть ко всему миру. Человек, потерявший всё, что было ему дорого в его жизни, существо, способное испытывать только ярость и жажду убийства. Ты его знала.
– Кто-то был согласен участвовать в убийстве целой планеты?! – внезапно меня осенила догадка: – Крот?!!
– Ты догадлива. Он должен был оказаться в нужное время в нужном месте для перехода. Но встретил тебя и почему-то решил спасти. Наверное, вспомнил ваше босоногое детство и не смог оставить умирать, а может, что-то другое помешало ему. И он сгорел.
– Господи, так вот что с ним случилось! Из-за меня он...
– В момент перехода должен быть лишь один человек. Все лишние уничтожаются. Иначе легко нарушить хрупкое равновесие между мирами. Он погиб, а ты осталась. Отчаявшаяся, несчастная, еще не пришедшая в себя после семейных потерь. Их эта замена более чем обрадовала: ты им подходила даже больше, чем Крот. Тобою было легче управлять... Так они считали. А потом ты пришла в себя, убила инквизитора и исчезла. Служители Храма не знали, что делать и где тебя искать. Но ты сама явилась к озеру, и полное слияние с Духом Огня всё-таки произошло. Так мы стали с тобой одним целым. Я не знаю, чего сейчас во мне больше: стремления закончить то, ради чего нас создали, или желания бежать отсюда сломя голову.
– Даже не знаю, что тебе сказать, Рели. Скорее всего, тебе придется согласиться с тем, что решу я. А меня ничто не заставит выпустить то, что уничтожило мой мир. Кстати, как это произошло? Как я понимаю, планету сожгло собственное солнце?
– Его энергией воспользовались Древние, чтобы уничтожить всё живое. Даже у них не хватило бы на это собственных сил.
– Почему их никто не остановил? Ведь в прошлый раз Владыки помогли Земле.
– Владыки недооценили опасность происходящего. Попросту говоря, упустили момент. А теперь сделают всё, чтобы убить тебя.
– Меня-то за что? – я окинула взглядом полусгоревшую церковь. – Я, конечно, не ангел, но тут творились вещи похуже. Чем я могу навредить Владыкам?
– Тебя создали единственно для того, чтобы открыть проход. Собираешься ты это сделать или нет, им неважно. Ты для них угроза, пока жива.
– Значит, у них проблема. Я жива и таковой собираюсь оставаться как можно дольше, – я, потянувшись, поднялась с пола, – и ты мне поможешь в этом, ведь ты – это я.
– Ты хочешь, чтобы я предала Древних, которые создали меня, вдохнули в меня жизнь?
– Как я понимаю, жизнь они вдохнули как раз в меня, но предательницей я себя не ощущаю. Меня не спрашивали, хочу ли я стать вселенским кошмаром. И выбора у меня тогда не было, а сейчас есть. Ты со мной? Впрочем, мой вопрос – простая формальность, – добавила я.
Она тоже поднялась, кривая ухмылка исказила ее губы. Да-а, жутковато видеть свое лицо, улыбающееся тебе со стороны. Да еще такой улыбкой. Интересно, что ощущают окружающие, видя такую гримасу на моем лице?
– Знаешь, а ты мне нравишься! Побуду-ка я пока с тобой, я смотрю, это интересно!
– Ну, каждый день по сожженному храму я тебе не обещаю, а вот догонялки с Древними и Владыками могут стать занимательными.
– Чтобы обезопасить нас, предлагаю убрать свидетелей – мальчишку и его сестру.
– Стоп! Об этом ничего не хочу слышать. Пусть это звучит странно для тебя, но я не убийца, ну, в общем, я не убиваю кого-то только потому, что он мне может навредить в будущем.
– Выходит, тот пример со стражем у Храма ничему тебя не научил.
– У каждого должен быть второй шанс, а стража я, помнится, наказала одним из первых.
– О да, но сколько жертв из-за него!
– Не напоминай, – я нахмурилась, – некоторые воспоминания не стоит ворошить, слишком больно.
Какое-то время мы просто стояли друг против друга, потом мой взгляд скользнул на пол, где была пентаграмма. Теперь я понимала, что она удивительнейшим образом напоминает узоры, которые образуют шрамы на моих ладонях.
– Нам нужно уничтожить рисунок на полу. Ты сможешь?
– Нет, – она улыбнулась, – мы сможем.
Через несколько минут Храм был полностью стерт с лица земли. Да-а, а ведь мне это может и понравиться!
Я возвращалась к дому деда Корнея, и меня душили слезы. Загнав все чувства глубоко внутрь, я постаралась сосредоточиться на главном. Чтобы затеряться в этом средневековье, мне нужны деньги, одежда и какое-нибудь оружие, если я не хочу каждый раз сжигать своих противников. Рели больше не показывалась, да это и не было нужно. Я могла общаться с ней, не видя так похожего на меня Духа. Вот если одичаю в лесу и захочется человеческого общества, тогда... Хм, человеческого! Ха-ха!
Подойдя к разрушенному дому, я обернулась. В нескольких метрах от меня Дэн остановил лошадей и помог Эве спешиться. Я подошла к лошади, на которой лежало тело деда Корнея, и мы вместе стащили его на землю. Несколько часов ушло на рытье могилы – мы все трое были почти без сил. Но вскоре всё было закончено. Я решила похоронить деда Корнея рядом с Лохматым – мне показалось это правильным. Из двух дощечек мы соорудили крест и закрепили его на могильном холмике. Постояв некоторое время возле могилы самых близких мне существ, я решила заглянуть в дедов тайник.
Дед не хотел отпускать меня, но знал, что это время когда-нибудь наступит, и, как любой мудрый человек, обстоятельно готовился к этому. В тайнике была спрятана небольшая сумма денег, которой мне должно было хватить на первое время. А еще там была одежда. Простая, но удобная, состоящая из замшевых сапог, плотных черных брюк и жакета. Была еще и длинная юбка. Видимо, дед старался подбирать одежду, соответствующую моему вкусу, но не броскую. Мне ни к чему было повышенное внимание. Мысленно я в который раз поблагодарила доброго старика за всё.
Время шло, и мне нельзя было дольше задерживаться здесь. Рели нашептывала, что меня, скорее всего, уже давно ищут. Ну, об этом я догадывалась и без нее. Я повернулась к детям, чтобы попрощаться:
– Вот и всё, мне пора уходить. Постарайтесь найти себе укромное местечко и жить без приключений.
– Возьми нас с собой, – Дэн нерешительно выступил вперед, – мы будем помогать тебе в дороге: Эва готовить еду, а я защищать от врагов.
– Да, предложение, конечно, заманчивое, но ничто на свете не заставит меня потащить двух малолеток неизвестно куда! Спрячьтесь на некоторое время, а потом никто и не вспомнит ни об Эве, ни о тебе, малыш. «Да и некому уже вспоминать», – про себя подумала я.
– Я не малыш! – гордо заявил Дэн. – Я – мужчина и не привык прятаться. Мы пойдем с тобой и будем помогать тебе.
– Ты о сестре своей подумай! Что будет с ней, если вас поймают.
– Пожалуйста, ну пожалуйста, возьми нас с собой! – поддержала брата Эва. Не оставляй нас одних!
– Вы слышите, что я вам говорю: ни-за-что!!!
???
Замок Норвес располагался в самом сердце Мореллы, места, которое жители Квазара называли Темным миром. За несколько десятков лет своего существования он стал пристанищем для существ, которых империя по различным причинам предпочитала видеть мертвыми. Темный мир постоянно расширялся, захватывая нейтральные земли, с каждым годом всё ближе приближаясь к империи. Созданный как наблюдательный пункт, постепенно он стал чем-то вроде маленькой цивилизации в окружении варваров. Единственным недостатком, и то только для новоприбывших, был способ его изоляции от остального мира. Мир действительно был темным. Защитный купол совершенно не пропускал солнечные лучи, а вот лунный свет, странное дело, проникал беспрепятственно. В Морелле круглые сутки царствовала ночь. Прожившие здесь некоторое время, сумели приспособиться и даже полюбить этот странный мир, а новые жители первое время испытывали страх перед тем, что считали всю свою сознательную жизнь порождением тьмы. Хотя, чего им было бояться, когда их выкрали из места, устроенного в соответствии с больной фантазией безумца. Можно сказать, спасли. И они понимали это, со временем.
???
Владыка Велим не спал уже вторые сутки. Всё это время он снова и снова задавался вопросом: как, имея прекрасную шпионскую сеть в нескольких мирах, неограниченные средства и достаточное количество людей, они допустили этот промах. Вторая мысль, доставлявшая определенный дискомфорт, была о личности Посланника. Кто он? Каким образом ему удается так долго скрываться? И наконец какого Варга он, уничтожив Храм, часть леса и деревни, не открыл Врата. Не то чтобы ему хотелось, чтобы кошмар поскорее наступил, но в этом случае всё было бы понятно: злодей пришел, сделал свое дело, сгинул, и – вперед, твари, уничтожайте еще один мир! На деле же всё не так: посланник продемонстрировал небывалую Силу – и исчез. С подобным еще никто никогда не сталкивался. Велим уже несколько сотен лет был Наместником (наместник преемник, глава, легат, ландфогт, сатрап, прокуратор, экзарх, моурави, заместитель, посадник, наваб). в мирах, наиболее подходящих для пришествия Древних. К сожалению, Землю уберечь не удалось.
«А всё ли было сделано, чтобы избежать этого?» – задавал он сам себе вопрос и никак не мог найти ответ. Некоторые вещи становятся тяжким бременем для собственной совести. А у Владыки она и без того была перегружена сверх меры. Похоже, придется задействовать того, общения с кем он предпочел бы избежать. И не он один.
Уже спускаясь в подвал, где размещались тюремные камеры, он не мог избавиться от чувства, что совершает самую страшную ошибку в своей долгой жизни.
???
Мы решили ехать ночью, чтобы не привлекать лишнего внимания. Днем старались отоспаться и дать отдохнуть лошадям. Как эти отроки уломали меня? Да очень просто: они расплакались. Оба. Ну, не могу я видеть детские слезы! Хотя, глядя на этих деток, можно предположить, что акселерация в этом мире дело обычное.
Под утро мы остановились на отдых. И тут я заметила живой интерес, проявляемый Дэном и Эвой ко мне. Они бросали на меня странные взгляды и о чем-то перешептывались, пытаясь делать это как можно более незаметно для меня. Наконец я не выдержала:
– О чем секретничаете, друзья мои?
Ребята переглянулись и смутились.
– Ты спроси, – Эва подтолкнула Дэна плечом.
– Нет, ты, – возразил Дэн, и смутился еще больше.
Эва подняла на меня по-детски наивные глаза и, уже не таясь, спросила:
– Ты – Богиня?
Сначала мне показалось, что я ослышалась, но Эва повторила вопрос, и я задумалась. Как объяснить детям, что Силой обладают не только Боги. Да и есть ли они вообще в этом мире? А человек иной раз бывает куда более жесток, чем любое сверхприродное существо.
– Нет, Эва, я не Богиня и никогда не была ею.
– Но ты совершила чудо! – вмешался Дэн.
– Я совершила убийство, – непроизвольно нахмурившись, я посмотрела на восходящее солнце, – и сделала бы это еще раз не колеблясь, если бы это помогло спасти дедушку. Вы выбрали не ту спутницу для своего путешествия, детки.
– Другой нам не надо! – пылко возразила Эва, подбегая ко мне и присаживаясь рядом. – Нам нужна только ты!
– Мы хотим пойти с тобой, – Дэн последовал примеру сестры и присоединился к нам.
– Но я не знаю, куда иду.
– Нам всё равно, лишь бы вместе.
Похоже, ребята для себя всё уже решили. Что ж, я не против.
По мере того как мы отдалялись от Храма и приближались к границам Квазара, во мне нарастало напряжение. Да, я знала, что нас будут искать, так что были все причины для волнения, но это было что-то другое, не просто страх быть пойманной. Когда, проснувшись однажды вечером, чтобы продолжить путь, я поняла, что не могу встать, и любое движение причиняет мне боль, меня это только насторожило. Но проходили дни, ночи, и мое легкое беспокойство стало превращаться во вполне обоснованный страх. Сначала я всё списывала на усталость, неумение держаться в седле, да мало ли могло быть причин! Но когда даже в «положении лежа» я не смогла заснуть от боли, я возопила к Рели, и, как это ни странно, она ответила. Правда, неохотно.
– Рели, что со мной? Я чего-то не знаю?
– Я надеялась, что всё обойдется, и не хотела говорить раньше времени.
– Говорить о чем? Что ты скрываешь от меня?
– Каждый шаг, отдаляющий тебя от Квазара, приближает твою смерть.
– Ты это серьезно говоришь?!
– Более чем серьезно. Ты привязана к месту, где совершила переход. Врата не отпустят тебя, пока ты не исполнишь то, ради чего была призвана.
– Ты это знала и ничего мне не сказала, – виноватое выражение лица Духа Огня подтвердило мою догадку.
– А это что-то изменило бы? Ты бы поверила мне? Выбрала бы другой путь?
– Ты права, я поступила бы точно так же. Вот только хотелось бы знать заранее, на что я иду. Предупреждай меня впредь о том что знаешь, прошу!
Рели молча кивнула. Кажется, ей было неловко смотреть на меня.
– Я подумала, что если я буду в таком виде, ты скорее ко мне привыкнешь. Мы ведь теперь вместе навсегда.
– Знаешь, когда люди говорят сами с собой, это признак шизофрении. Если не хочешь, чтобы я так тебя и называла, представься.
– Меня зовут Рели, я – Дух Огня.
Я кивнула на пентаграмму на полу и спросила:
– Что-то об этом знаешь?
– А ты еще не догадалась? Сила, подобная твоей, дается не каждому и не просто так. Если точнее, то ты – одна на шесть миллиардов.
– Приблизительное число жителей Земли. Что бы это значило?
Дух Огня некоторое время молча наблюдала за угасающими всполохами пламени, а потом, повернувшись ко мне, начала свой рассказ:
Когда-то давно, еще до рождения человеческой цивилизации, на Землю пришли Древние существа. Никто в точности не знал откуда они явились. Многие считали их домом Лэнг – суровый, страшный мир, в котором царило Зло. Они заселили мир, и тьма воцарилась над Землей. Почувствовав себя хозяевами, они стали творить зло и бесчинства. Тогда Владыки изгнали злобных существ с Земли за Грань, а Врата запечатали до конца Миров. По крайней мере, так задумывалось. Вот только Древние не собирались сидеть в своем Лэнге вечно. Они нашли лазейку, но воплотить их коварный план в тот раз помешала чистая случайность. И они затаились на тысячи лет, обозленные и жаждущие мести. Теперь их жажда мести удовлетворена. Они уничтожили мир, который изгнал их, и, использовав его Последнее Дыхание, создали Посланника, наделив его Духом Огня, способным сорвать Печать с Врат и выпустить Древних на свободу. Как ты, наверное, догадалась, этот Посланник – ты. А я Дух Огня, дающий тебе Силу сделать это.
???
На улице давно стемнело. Обгоревшая крыша Храма пропускала мягкий лунный свет, падающий на пол, где была пентаграмма. Я и моя шизофрения сидели молча уже несколько минут. Всё услышанное вызывало у меня только одно чувство: отвращение, хотя я еще не до конца поверила словам Духа Огня. Я старалась не думать об этом и больше ни о чем не спрашивать. Ничего не хочу знать! Хочу покоя и тишины! Хочу забыть всё, что случилось недавно. Забыть! Забыть...
– Почему я? – всё-таки не выдержала.
– Это случайность. Выбрали не тебя. Посланником должен был стать другой человек, во всё посвященный. Он полностью подходил для этого. Его просто распирали злость и ненависть ко всему миру. Человек, потерявший всё, что было ему дорого в его жизни, существо, способное испытывать только ярость и жажду убийства. Ты его знала.
– Кто-то был согласен участвовать в убийстве целой планеты?! – внезапно меня осенила догадка: – Крот?!!
– Ты догадлива. Он должен был оказаться в нужное время в нужном месте для перехода. Но встретил тебя и почему-то решил спасти. Наверное, вспомнил ваше босоногое детство и не смог оставить умирать, а может, что-то другое помешало ему. И он сгорел.
– Господи, так вот что с ним случилось! Из-за меня он...
– В момент перехода должен быть лишь один человек. Все лишние уничтожаются. Иначе легко нарушить хрупкое равновесие между мирами. Он погиб, а ты осталась. Отчаявшаяся, несчастная, еще не пришедшая в себя после семейных потерь. Их эта замена более чем обрадовала: ты им подходила даже больше, чем Крот. Тобою было легче управлять... Так они считали. А потом ты пришла в себя, убила инквизитора и исчезла. Служители Храма не знали, что делать и где тебя искать. Но ты сама явилась к озеру, и полное слияние с Духом Огня всё-таки произошло. Так мы стали с тобой одним целым. Я не знаю, чего сейчас во мне больше: стремления закончить то, ради чего нас создали, или желания бежать отсюда сломя голову.
– Даже не знаю, что тебе сказать, Рели. Скорее всего, тебе придется согласиться с тем, что решу я. А меня ничто не заставит выпустить то, что уничтожило мой мир. Кстати, как это произошло? Как я понимаю, планету сожгло собственное солнце?
– Его энергией воспользовались Древние, чтобы уничтожить всё живое. Даже у них не хватило бы на это собственных сил.
– Почему их никто не остановил? Ведь в прошлый раз Владыки помогли Земле.
– Владыки недооценили опасность происходящего. Попросту говоря, упустили момент. А теперь сделают всё, чтобы убить тебя.
– Меня-то за что? – я окинула взглядом полусгоревшую церковь. – Я, конечно, не ангел, но тут творились вещи похуже. Чем я могу навредить Владыкам?
– Тебя создали единственно для того, чтобы открыть проход. Собираешься ты это сделать или нет, им неважно. Ты для них угроза, пока жива.
– Значит, у них проблема. Я жива и таковой собираюсь оставаться как можно дольше, – я, потянувшись, поднялась с пола, – и ты мне поможешь в этом, ведь ты – это я.
– Ты хочешь, чтобы я предала Древних, которые создали меня, вдохнули в меня жизнь?
– Как я понимаю, жизнь они вдохнули как раз в меня, но предательницей я себя не ощущаю. Меня не спрашивали, хочу ли я стать вселенским кошмаром. И выбора у меня тогда не было, а сейчас есть. Ты со мной? Впрочем, мой вопрос – простая формальность, – добавила я.
Она тоже поднялась, кривая ухмылка исказила ее губы. Да-а, жутковато видеть свое лицо, улыбающееся тебе со стороны. Да еще такой улыбкой. Интересно, что ощущают окружающие, видя такую гримасу на моем лице?
– Знаешь, а ты мне нравишься! Побуду-ка я пока с тобой, я смотрю, это интересно!
– Ну, каждый день по сожженному храму я тебе не обещаю, а вот догонялки с Древними и Владыками могут стать занимательными.
– Чтобы обезопасить нас, предлагаю убрать свидетелей – мальчишку и его сестру.
– Стоп! Об этом ничего не хочу слышать. Пусть это звучит странно для тебя, но я не убийца, ну, в общем, я не убиваю кого-то только потому, что он мне может навредить в будущем.
– Выходит, тот пример со стражем у Храма ничему тебя не научил.
– У каждого должен быть второй шанс, а стража я, помнится, наказала одним из первых.
– О да, но сколько жертв из-за него!
– Не напоминай, – я нахмурилась, – некоторые воспоминания не стоит ворошить, слишком больно.
Какое-то время мы просто стояли друг против друга, потом мой взгляд скользнул на пол, где была пентаграмма. Теперь я понимала, что она удивительнейшим образом напоминает узоры, которые образуют шрамы на моих ладонях.
– Нам нужно уничтожить рисунок на полу. Ты сможешь?
– Нет, – она улыбнулась, – мы сможем.
Через несколько минут Храм был полностью стерт с лица земли. Да-а, а ведь мне это может и понравиться!
Я возвращалась к дому деда Корнея, и меня душили слезы. Загнав все чувства глубоко внутрь, я постаралась сосредоточиться на главном. Чтобы затеряться в этом средневековье, мне нужны деньги, одежда и какое-нибудь оружие, если я не хочу каждый раз сжигать своих противников. Рели больше не показывалась, да это и не было нужно. Я могла общаться с ней, не видя так похожего на меня Духа. Вот если одичаю в лесу и захочется человеческого общества, тогда... Хм, человеческого! Ха-ха!
Подойдя к разрушенному дому, я обернулась. В нескольких метрах от меня Дэн остановил лошадей и помог Эве спешиться. Я подошла к лошади, на которой лежало тело деда Корнея, и мы вместе стащили его на землю. Несколько часов ушло на рытье могилы – мы все трое были почти без сил. Но вскоре всё было закончено. Я решила похоронить деда Корнея рядом с Лохматым – мне показалось это правильным. Из двух дощечек мы соорудили крест и закрепили его на могильном холмике. Постояв некоторое время возле могилы самых близких мне существ, я решила заглянуть в дедов тайник.
Дед не хотел отпускать меня, но знал, что это время когда-нибудь наступит, и, как любой мудрый человек, обстоятельно готовился к этому. В тайнике была спрятана небольшая сумма денег, которой мне должно было хватить на первое время. А еще там была одежда. Простая, но удобная, состоящая из замшевых сапог, плотных черных брюк и жакета. Была еще и длинная юбка. Видимо, дед старался подбирать одежду, соответствующую моему вкусу, но не броскую. Мне ни к чему было повышенное внимание. Мысленно я в который раз поблагодарила доброго старика за всё.
Время шло, и мне нельзя было дольше задерживаться здесь. Рели нашептывала, что меня, скорее всего, уже давно ищут. Ну, об этом я догадывалась и без нее. Я повернулась к детям, чтобы попрощаться:
– Вот и всё, мне пора уходить. Постарайтесь найти себе укромное местечко и жить без приключений.
– Возьми нас с собой, – Дэн нерешительно выступил вперед, – мы будем помогать тебе в дороге: Эва готовить еду, а я защищать от врагов.
– Да, предложение, конечно, заманчивое, но ничто на свете не заставит меня потащить двух малолеток неизвестно куда! Спрячьтесь на некоторое время, а потом никто и не вспомнит ни об Эве, ни о тебе, малыш. «Да и некому уже вспоминать», – про себя подумала я.
– Я не малыш! – гордо заявил Дэн. – Я – мужчина и не привык прятаться. Мы пойдем с тобой и будем помогать тебе.
– Ты о сестре своей подумай! Что будет с ней, если вас поймают.
– Пожалуйста, ну пожалуйста, возьми нас с собой! – поддержала брата Эва. Не оставляй нас одних!
– Вы слышите, что я вам говорю: ни-за-что!!!
???
Замок Норвес располагался в самом сердце Мореллы, места, которое жители Квазара называли Темным миром. За несколько десятков лет своего существования он стал пристанищем для существ, которых империя по различным причинам предпочитала видеть мертвыми. Темный мир постоянно расширялся, захватывая нейтральные земли, с каждым годом всё ближе приближаясь к империи. Созданный как наблюдательный пункт, постепенно он стал чем-то вроде маленькой цивилизации в окружении варваров. Единственным недостатком, и то только для новоприбывших, был способ его изоляции от остального мира. Мир действительно был темным. Защитный купол совершенно не пропускал солнечные лучи, а вот лунный свет, странное дело, проникал беспрепятственно. В Морелле круглые сутки царствовала ночь. Прожившие здесь некоторое время, сумели приспособиться и даже полюбить этот странный мир, а новые жители первое время испытывали страх перед тем, что считали всю свою сознательную жизнь порождением тьмы. Хотя, чего им было бояться, когда их выкрали из места, устроенного в соответствии с больной фантазией безумца. Можно сказать, спасли. И они понимали это, со временем.
???
Владыка Велим не спал уже вторые сутки. Всё это время он снова и снова задавался вопросом: как, имея прекрасную шпионскую сеть в нескольких мирах, неограниченные средства и достаточное количество людей, они допустили этот промах. Вторая мысль, доставлявшая определенный дискомфорт, была о личности Посланника. Кто он? Каким образом ему удается так долго скрываться? И наконец какого Варга он, уничтожив Храм, часть леса и деревни, не открыл Врата. Не то чтобы ему хотелось, чтобы кошмар поскорее наступил, но в этом случае всё было бы понятно: злодей пришел, сделал свое дело, сгинул, и – вперед, твари, уничтожайте еще один мир! На деле же всё не так: посланник продемонстрировал небывалую Силу – и исчез. С подобным еще никто никогда не сталкивался. Велим уже несколько сотен лет был Наместником (наместник преемник, глава, легат, ландфогт, сатрап, прокуратор, экзарх, моурави, заместитель, посадник, наваб). в мирах, наиболее подходящих для пришествия Древних. К сожалению, Землю уберечь не удалось.
«А всё ли было сделано, чтобы избежать этого?» – задавал он сам себе вопрос и никак не мог найти ответ. Некоторые вещи становятся тяжким бременем для собственной совести. А у Владыки она и без того была перегружена сверх меры. Похоже, придется задействовать того, общения с кем он предпочел бы избежать. И не он один.
Уже спускаясь в подвал, где размещались тюремные камеры, он не мог избавиться от чувства, что совершает самую страшную ошибку в своей долгой жизни.
???
Мы решили ехать ночью, чтобы не привлекать лишнего внимания. Днем старались отоспаться и дать отдохнуть лошадям. Как эти отроки уломали меня? Да очень просто: они расплакались. Оба. Ну, не могу я видеть детские слезы! Хотя, глядя на этих деток, можно предположить, что акселерация в этом мире дело обычное.
Под утро мы остановились на отдых. И тут я заметила живой интерес, проявляемый Дэном и Эвой ко мне. Они бросали на меня странные взгляды и о чем-то перешептывались, пытаясь делать это как можно более незаметно для меня. Наконец я не выдержала:
– О чем секретничаете, друзья мои?
Ребята переглянулись и смутились.
– Ты спроси, – Эва подтолкнула Дэна плечом.
– Нет, ты, – возразил Дэн, и смутился еще больше.
Эва подняла на меня по-детски наивные глаза и, уже не таясь, спросила:
– Ты – Богиня?
Сначала мне показалось, что я ослышалась, но Эва повторила вопрос, и я задумалась. Как объяснить детям, что Силой обладают не только Боги. Да и есть ли они вообще в этом мире? А человек иной раз бывает куда более жесток, чем любое сверхприродное существо.
– Нет, Эва, я не Богиня и никогда не была ею.
– Но ты совершила чудо! – вмешался Дэн.
– Я совершила убийство, – непроизвольно нахмурившись, я посмотрела на восходящее солнце, – и сделала бы это еще раз не колеблясь, если бы это помогло спасти дедушку. Вы выбрали не ту спутницу для своего путешествия, детки.
– Другой нам не надо! – пылко возразила Эва, подбегая ко мне и присаживаясь рядом. – Нам нужна только ты!
– Мы хотим пойти с тобой, – Дэн последовал примеру сестры и присоединился к нам.
– Но я не знаю, куда иду.
– Нам всё равно, лишь бы вместе.
Похоже, ребята для себя всё уже решили. Что ж, я не против.
По мере того как мы отдалялись от Храма и приближались к границам Квазара, во мне нарастало напряжение. Да, я знала, что нас будут искать, так что были все причины для волнения, но это было что-то другое, не просто страх быть пойманной. Когда, проснувшись однажды вечером, чтобы продолжить путь, я поняла, что не могу встать, и любое движение причиняет мне боль, меня это только насторожило. Но проходили дни, ночи, и мое легкое беспокойство стало превращаться во вполне обоснованный страх. Сначала я всё списывала на усталость, неумение держаться в седле, да мало ли могло быть причин! Но когда даже в «положении лежа» я не смогла заснуть от боли, я возопила к Рели, и, как это ни странно, она ответила. Правда, неохотно.
– Рели, что со мной? Я чего-то не знаю?
– Я надеялась, что всё обойдется, и не хотела говорить раньше времени.
– Говорить о чем? Что ты скрываешь от меня?
– Каждый шаг, отдаляющий тебя от Квазара, приближает твою смерть.
– Ты это серьезно говоришь?!
– Более чем серьезно. Ты привязана к месту, где совершила переход. Врата не отпустят тебя, пока ты не исполнишь то, ради чего была призвана.
– Ты это знала и ничего мне не сказала, – виноватое выражение лица Духа Огня подтвердило мою догадку.
– А это что-то изменило бы? Ты бы поверила мне? Выбрала бы другой путь?
– Ты права, я поступила бы точно так же. Вот только хотелось бы знать заранее, на что я иду. Предупреждай меня впредь о том что знаешь, прошу!
Рели молча кивнула. Кажется, ей было неловко смотреть на меня.
