Узница Страны Драконов

– Иппи фулта тави ^[1] , – ответила Суана.
       – Правильно говорить: сфи фулта тави, – невозмутимо ответил Эльтод. – Я слишком хорошо знаю людей, поэтому редко ошибаюсь. Если я ошибусь в тебе, буду только рад. Литак ачалхен шар лехфа ху хишарба ^[2] .
       – Когда же наступит это время? – в сердцах воскликнула принцесса. – Зачем вы меня похитили и держите здесь? Когда отпустите обратно?
       – Слишком много вопросов, принцесса. Я совершенно не обязан тебе на них отвечать. Но раз ты так настаиваешь, так уж и быть, я всё-таки отвечу.
       Суана затаила дыхание, услышав, что, наконец, узнает причину её похищения, а также того, сколько времени ей предстоит ещё пробыть в замке. Эльтод сделал долгую паузу, прежде чем договорить.
       – Я не знаю.
       – То есть? – скривилась принцесса.
       – То есть, я не знаю. Я лишь выполняю поручения дяди. Он приказал привести тебя сюда. Он приказал сделать так, чтобы ты чувствовала себя лучше, чем в своём дворце. А зачем это было сделано, я не знаю.
       Суана долго глядела в его каменное серое лицо, на котором никогда не выражались эмоции.
       – Ты точно животное! – выкрикнула она и, пришпорив коня, помчалась вперёд.
       Эльтод проводил её невозмутимым взглядом, а затем помчался вслед.
       

Глава 16. Новые проблемы для королевы.

       Очередной тяжёлый удар Латиса застал Вуткома врасплох, и через мгновение мальчик уже валялся на траве.
       – Соберись, сынок, – помогая ему подняться, мягко сказал король. – Сегодня ты бьёшься так, словно забыл половину наших уроков. Нельзя так подставляться.
       – Я просто ещё не привык к доспехам и настоящему мечу, – виновато ответил принц, с трудом поднимаясь и гремя всеми нацепленными на тело железками.
       – Неправда! Вчера ты показывал результат намного лучше. Может, тебе нездоровится?
       – Нет, отец, всё в порядке.
       – Тогда будь внимательнее.
       Вутком опустил забрало на шлеме и выставил вперёд свой меч. Латис стал наносить ему удары, которые мальчик отбивал, не будучи в состоянии контратаковать.
       – Уже лучше, – похвалил его король, – но всё равно слабо. Тебе следует быть попроворнее.
       В разгар боя король краем глаза увидел подходящего к ним Улида. Чтобы завершить бой, он усилил натиск на своего сына и через полминуты с лёгкостью нанёс ему очередной удар, который тот не смог отразить.
       – Молодец, сынок! – протягивая лежащему принцу руку в перчатке, похвалил его Латис. – Ты хорошо учишься. Наверное, ты сегодня слишком устал от других занятий, потому и не всё получается так гладко. Давай закончим на сегодня…
       – Да? – не скрывая радости, воскликнул Вутком, поднимая забрало. – Мы сегодня больше не будем тренироваться?
       – Да, – удивлённо протянул король.
       – Тогда я могу прогуляться в парке?
       – Можешь, сынок, только переоденься и возьми с собой сестру, – проговорил Латис, но его сын не расслышал окончания его фразы – получив разрешение, он немедленно сорвался с места и, несмотря на доспехи, побежал в парк, гремя своими железяками на всю округу.
       – Да благословит Зомул вашего сына и осветит своим светом его дорогу, Ваше Величество! – произнёс Улид, подходя к королю. – Я вижу его старания и уверен, что он будет прекрасным воином, когда вырастет.
       – Благодарю, Улид, – ответил Латис, продолжая смотреть вслед убегающему мальчику. – Вутком очень старается. Правда, он до сих пор никогда не торопился закончить наши занятия, напротив, часто уговаривал их продолжить, несмотря на усталость. Сегодня с ним творится что-то странное.
       Он медленно побрёл к дворцу в сопровождении Улида.
       – Вам не стоит беспокоиться, Ваше Величество. Вутком ещё слишком молод, и в нём играет кровь. Думаю, что весьма неслучайно я заметил прогуливающуюся в парке дочь принцессы Аэсельфалы.
       – Авкортия в парке? – удивился король. – Одна?
       – Была одна, когда я её видел четверть часа назад. Теперь, думаю, это уже не так, Ваше Величество.
       – Ты хочешь сказать…
       – Я только хочу сказать, что если Великий Зомул не сжалится над нами и не вернёт нам нашу любимую принцессу Суану, то у Вуткома через три года появится прекрасная возможность стать лучшим воином королевства и отчасти утешением для Вашего Величества.
       – Твои слова ранят моё сердце и одновременно льют бальзам на мою душу. Мне очень хотелось бы видеть сына на троне, но я надеюсь, что этого не случится – моя дочь вернётся и займёт подобающее ей место. И все мои надежды на тебя, мой друг. – Латис положил свои руки на грудь Улиду. – Каждый раз, когда я вижу тебя, у меня начинает колотиться сердце от волнения. Какие известия ты мне принёс?
       – К сожалению, я пока ничего не могу сказать о том, где сейчас находится принцесса, – ответил Улид. – Мы вышли на след тех, кто помогал похитителю, снабжая его лошадьми и припасами, но они пропали – видать, заподозрили, что мы их ищем.
       – Откуда они могли узнать об этом? Я знаю, что ты всегда действуешь осторожно.
       – В этом-то и всё дело, Ваше Величество. Это очень непростые люди, и их очень много.
       – Я не понимаю. Что это значит?
       – Я имею в виду, что за ними стоят очень высокопоставленные особы, и они хорошо осведомлены обо всём, что происходит во дворце.
       С минуту Латис молчал, пытаясь спокойно осознать сказанное его помощником, но клокотавшая внутри него ярость не позволяла сознанию взять контроль над его мыслями.
       – Ты хочешь сказать, – медленно проговорил он с раздувающимися ноздрями, – что кто-то из приближённых ко мне людей посмел украсть мою дочь? Зачем? И кто это может быть? Это заговор?
       – Ваше Величество, я пока не могу сказать, кто конкретно стоит за похищением, но то, что во дворце имеются их люди, возможно, осведомители, которые помогали совершить это преступление, для меня очевидно. Для чего они похитили принцессу, для меня также пока непонятно, но дело в том, что здесь скрывается нечто более серьёзное, чем это похищение…
       – Ты смеешь говорить, что похищение Суаны – это несерьёзное дело?! – возмутился король, внутри которого продолжал бурлить гнев.
       – Простите, Ваше Величество, я совсем не это имел в виду. Похищение принцессы – ужасное преступление, но когда речь идёт о вещах, способных расшатать устои самого государства…
       Улид замолчал, ожидая реакции своего господина. Король выпрямился и внимательно посмотрел в преданные глаза помощника.
       – Продолжай, – более спокойно сказал он.
       – Я лишь только начал расследование, Ваше Величество, – осторожно начал Улид, – и мне ещё многое неизвестно, но из того, что я узнал, ясно, что существует целая организация, которая либо связана с кем-то из дворца, либо напрямую управляется этими особами. Эта организация занимается торговлей, достаточно крупной торговлей.
       – Что плохого в торговле?
       – В торговле нет ничего плохого, Ваше Величество, если торговцы платят налоги в казну и если речь идёт о разрешённых товарах. В противном случае это преступная торговля.
       – Согласен с тобой, Улид. Контрабанда – серьёзное преступление, но при чём тут устои государства?
       – А если в качестве товара используются люди?
       – Как это – люди? Разве людей можно продавать?
       – Конечно, Ваше Величество. Людей можно продавать и покупать в качестве рабов.
       – Ты, наверное, шутишь, Улид. Разве у нас есть рабы? Или, может быть, в каком-то соседнем государстве?
       – Рабство вне закона и у нас, и в соседних странах, Ваше Величество, но тайно их вполне могут использовать. Впрочем, дело не в этом. Чтобы продавать людей, их нужно откуда-то брать. Если речь идёт о большом количестве таких людей, это может вызвать серьёзные последствия вплоть до мятежа.
       – Как я понимаю, ты не слышал о таких похищениях, не так ли?
       – Ещё нет. Но мы ищем, откуда могли взяться эти люди.
       – Откуда тебе известно о продаже людей?
       – Мы нашли свидетелей, которые видели повозки с людьми на дороге, по которой, как я думаю, увозили и принцессу.
       У короля затряслись руки.
       – Ты хочешь сказать, что Суану тоже продали в рабство?!
       – Что вы, Ваше Величество! У похитителей совсем другие цели. Я бы предположил требование выкупа за принцессу, но ведь прошло столько времени, а никто к вам не обращался. Возможно, похитители ищут безопасный способ обратиться к вам.
       – Пожалуй, ты прав, Улид. Если бы кто-то обратился ко мне с таким требованием, вряд ли он прожил бы долго.
       – Мне кажется, что в ближайшее время мы получим известие о принцессе – просто необходимо набраться терпения. Но я хотел бы просить Ваше Величество о расширении наших поисков.
       – Что ты имеешь в виду?
       – Вы просили меня заняться поисками принцессы Суаны, но, как я уже сказал, обнаружилась очень подозрительная организация, и мы можем вместе с поисками принцессы заняться и этими людьми.
       – Почему ты просишь у меня разрешения, Улид? Если речь идёт о преступниках, а тем более, участвовавших в похищении моей дочери, конечно, нужно раскрыть эту организацию!
       – Я прошу разрешения, во-первых, потому что наше расследование может коснуться высокопоставленных людей, близких к Вашему Величеству, а во-вторых, мне нужно будет больше людей и средств для поисков.
       – Насчёт этого не беспокойся. Пришли мне подробное письмо, и я сегодня же распоряжусь о выделении тебе всего необходимого. А что до тех приближённых людей, о которых ты беспокоишься, то для меня это не имеет значения: кто бы ни оказался преступником, он должен получить по заслугам.
       Латис заметил выходящую из дворца свиту королевы и поспешил отпустить Улида, а сам направился к своей супруге.
       – Что-то произошло, дорогая? – спросил он, подойдя к Алисте.
       Королева жестом приказала сопровождающим её лицам отойти в сторону, а оставшись наедине с мужем, негромко проговорила:
       – Что-то происходит у нас каждый день, дорогой! Ни дня не проходит без каких-нибудь неприятностей. После твоей поездки на север всё пошло наперекосяк. Сначала пропала Суана и стали возникать проблемы одна за другой, потом вдруг появилась эта родственница со своими амбициями, а теперь ещё и её дочка решила, по-видимому, по наущению своей мамаши, разрушить добрые отношения в нашей семье.
       – О чём ты говоришь, дорогая? Если ты имеешь в виду Аэсельфалу и Авкортию…
       – Кто ещё, кроме них, посмеет сделать что-то подобное? Моё терпение не безгранично, дорогой!
       – Чем они опять провинились?
       – То есть, по-твоему, они мало сделали до сих пор? Мало того, что Аэсельфала устроила скандал на Совете, она настроила свою дочь, чтобы с её помощью вывести из повиновения наших детей!
       – Я всё-таки не понимаю, что ты имеешь в виду!
       – Ты ещё спрашиваешь, что я имею в виду?! В таком случае пойди и поговори с нашей дочерью, которая сначала устроила мне истерику, а теперь вовсе не хочет со мной общаться! И это после того разговора с Авкортией, которая посмела унизить её при собственном брате!
       – Но Авкортия сказала ей правду! – возразил Латис. – Бислида не может стать королевой, а то, что у неё и у Суаны разные матери, – это всего лишь сведения, которые наши дети рано или поздно должны были узнать.
       – Мы – родители, и только нам решать, когда дети должны были об этом узнать, – возмущённо ответила Алиста. – Кто такие эти люди, чтобы влезать в чужие дела?
       – Аэсельфала – родная тётка Суаны, которая скоро должна стать королевой, – напомнил Латис. – Авкортия – вторая после Суаны претендентка на престол. У нас нет закона, который не позволял бы им говорить правду.
       – Это ещё не решено, кто будет следующим претендентом на трон, – гневно сказала Алиста. – Всё решится на следующем Совете, и я сделаю всё, чтобы Аэсельфала прикусила свой язык и вернулась в своё логово. Но оставим пока в сторону Бислиду. Авкортия наговорила ей кучу гадостей, а теперь она принялась за Вуткома! Я ведь знаю, что они сейчас вместе в парке!
       – Да, я в курсе, дорогая. Но я не вижу ничего плохого в этом. Пусть дети пообщаются…
       – Я не хочу, чтобы мои дети общались с этой мерзкой девчонкой…
       – Дорогая, эта мерзкая девчонка, как ты говоришь, вполне может стать будущей королевой!
       – О! Я не хочу об этом говорить, Латис! Во-первых, я надеюсь, что Суана вернётся, и этот вопрос закроется сам собой. А если, не дай бог, нам придётся выбирать в королевы кого-то другого, я очень надеюсь, что это будет не Авкортия, поскольку тогда будущее нашего государства будет довольно туманным.
       – Не знаю, почему ты так относишься к Авкортии, с которой почти не знакома. Мне она не кажется такой ужасной, и если она станет кронпринцессой – а это, скорее всего, так и будет, – нам нужно будет наладить с ней нормальные отношения. Разве ты с этим не согласна?
       – Возможно, ты и прав, дорогой, – печально поджав губы, ответила Алиста. – Если будет принят вариант Тайрэна, то мне действительно придётся налаживать отношения с Авкортией.
       – И лучше всего это сделать через наших детей, – мягко, но наставительно сказал Латис. – Когда они подружатся, возможно, и ты с Аэсельфалой сможешь найти общий язык.
       Королева тяжело вздохнула.
       – В твоих словах я ощущаю мудрость, дорогой. Но нам очень трудно будет найти общий язык – мы слишком разные. Я каждый день молю Великого Зомула, чтобы он вернул нам Суану, и очень рассчитываю на то, что это в скором времени случится. Это всё поставило бы на место.
       – И я на это надеюсь, Алиста. Думаю, что так и будет.
       – Да? – с надеждой встрепенулась королева. – У тебя появились какие-то новые сведения о ней? Постой, я видела, что ты разговаривал с Улидом. Что он тебе сообщил о Суане?
       – Пока о ней ничего неизвестно, дорогая. Но кое-что он нашёл. Улид считает, что похищение организовано кем-то весьма близким к нам – тем, кто хорошо знает обо всём, что происходит во дворце.
       – Что?! Кто-то из наших приближённых? Кто?
       – Пока он не может сказать. Но он найдёт, тем более, что эти люди замешаны и в других преступлениях.
       – У нас во дворце преступники? – с округлившимися глазами воскликнула Алиста. – Это неслыханно! Что они сделали?
       – Улид сказал, что они продают людей в рабство. Да, да, дорогая! Он так и сказал – в рабство. Это звучит невероятно, но я привык доверять своему помощнику. Я сказал ему, чтобы он продолжил расследование и довёл его до конца. Преступники будут наказаны, кем бы они ни были!
       – Конечно, дорогой, такие преступления не должны оставаться безнаказанными, – согласилась королева. – Пусть ищет, а если нужна помощь, я могу дать ему своих людей.
       – Спасибо, дорогая, – положив ей руку на плечо, со слабой улыбкой сказал король, – в этом нет нужды. Улид сам справится с этим и найдёт людей. А насчёт средств я распоряжусь. В этом деле жалеть денег мы точно не будем.
       – Безусловно. Сейчас всё нужно сделать, чтобы найти Суану. – Алиста немного помолчала. – Мне кажется, что пора уже завершать прогулку нашего сына с этой…
       – С Авкортией, – подсказал Латис.
       – Да, с ней.
       – Не беспокойся, я сейчас отправлюсь в парк и приведу его. Тебе пока лучше туда не ходить.
       – Как скажешь, дорогой. В таком случае, я пойду к нашей дочери и попытаюсь поднять ей настроение.
       Король медленно зашагал в сторону парка, а королева в сопровождении своей свиты вернулась во дворец, но вместо того, чтобы подняться в покои Бислиды, она направилась в главный зал и велела срочно позвать к ней Уктофера.
       Через двадцать минут советник вбежал в зал, где Алиста в мрачном состоянии сидела на троне, барабаня пальцами по подлокотнику.
       – Вы звали меня, Ваше Величество? – поклонившись, спросил он.