Эльтод посмотрел на неё своим спокойным пронзительным взглядом, затем снова повернул лицо вперёд.
– Я не знаю. Но несколько дней меня точно не будет здесь. Тебе не о чем беспокоиться, принцесса. Ты сможешь, как и сейчас, совершать прогулки на коне, правда тренироваться с тобой будет некому.
Хотя кирод, как и всегда, говорил с неизменно ровной интонацией, в его голосе Суана ощутила скрытую печаль. Она чувствовала, что Эльтод не хочет покидать Орунид, хотя не может отказаться от поездки.
– Ты говорил, что в нашей стране люди несвободны и вынуждены заниматься тем же, что и их родители, – вспомнила принцесса недавний разговор, – а у вас каждый решает сам, чем ему заниматься. Это так?
– Да. Я так и сказал.
– Но ведь драконы не могут заниматься тем, чем им захочется. Вы обязаны быть воинами и служить своему господину.
– Ошибаешься, принцесса. Мы не служим своему господину. Мы все живём, как одна большая семья. И руководит нами самый достойный воин. Никто не заставляет нас быть воинами, и есть кироды, которые занимаются другими делами, но они живут в Граитрифе, и их очень мало. В основном, это те, кто не может быть воином из-за своей немощности. Быть киродом – честь, дарованная Творцом, и мало кто из нас добровольно откажется от этой чести.
Они прошли ещё немного молча.
– Но если тебя не будет, кто будет присматривать за мной? – спросила Суана.
– Не беспокойся, принцесса, – ответил Эльтод, – один из наших киродов будет рядом. Но он не будет тебе мешать, как Аштую. Ей запрещено здесь появляться.
– Мне очень жаль, что из-за меня Аштую выслали отсюда, – виновато проговорила принцесса.
– Тебе жаль? Почему? Она ведь сама виновата.
– Да, но я знаю, что она твоя кузина, и что вы… что она твоя невеста.
– Кто тебе это сказал?
– Этого я тебе не скажу.
– Можешь не говорить – я и так знаю, что это Дум-Вар. Я не собираюсь говорить об этом с тобой, принцесса. Мои отношения с Аштую ни тебя, ни Дум-Вара не касаются.
Остаток пути к замку они прошли в молчании.
Королева стояла у окна, наблюдая за двумя фигурками прохаживающихся по аллее детей. Со стороны могло показаться, что она направляет на них поток своих мыслей, то ли молясь о чём-то, то ли насылая порчу. Губы её изредка нервно подрагивали, время от времени слегка раздувались ноздри.
В какой-то момент её внимание переключилось на группу из четырёх всадников, скачущих по направлению к дворцу. Доехав до ворот, они спешились, и один из них подошёл к страже. Алиста не могла разглядеть его лица, но она догадывалась, кто это, и потому снова переключилась на гуляющую пару детей, краем глаза продолжая держать под контролем подъехавших к воротам.
Спустя некоторое время из дворца вышел король, к которому подошёл один из четырёх прибывших. Он долго что-то объяснял Латису, а затем тот повернулся к стражникам, что-то им сказал и вернулся во дворец. Через несколько минут шаги короля загрохотали в коридоре, и он вошёл в комнату.
– Что-то случилось, дорогой? – состроив невинное лицо, спросила у него королева.
– Ничего серьёзного, дорогая, – ответил он, хотя на его лице читалось довольно сильное волнение и смятение. – Просто мне нужно будет ненадолго отъехать из дворца.
– Хорошо, – кротко сказала Алиста. – Я буду ждать.
Латис молча кивнул головой и вышел.
Прошло минут двадцать, в течение которых масса людей выбегали из дворца и вбегали обратно, а рядом с четырьмя подъехавшими стала расти довольно внушительная толпа вооружённых людей, основную массу которых составляли арбалетчики и алебардисты. Стали подтягиваться и конные силы: полтора десятка копьеносцев в доспехах и три крытые повозки, запряжённые парами лошадей.
Из ворот снова вышел король – на этот раз он был в боевых доспехах. Ему подвели белого коня, на которого он резво вскочил без посторонней помощи.
– Всё, – скомандовал он, – поехали, Улид!
Пешие воины расселись по повозкам, а четверо прибывших первыми оседлали коней и двинулись по дороге. Один из них – это был Улид – вместе с Латисом ехал первым, остальные держались чуть поодаль. За ними следовали конные воины, а в конце двигались повозки.
Вся кавалькада выехала из крепости и, ускорившись, двинулась по дороге в юго-восточном направлении. Через полчаса они оказались на окраине города, подъехав к окружённому каменной стеной высотой в два человеческих роста довольно большому пространству, внутри которого за деревьями проступало несколько богатых строений.
Остановившись вблизи ворот, Латис подозвал к себе командиров.
– Чанабид со своими людьми атакует слева, Фабисцим со своими – справа, – коротко скомандовал король. – Все остальные вместе со мной заходят через ворота.
Одна из повозок двинулась вдоль стены влево, вторая направилась вправо. Из третьей повозки выскочили восемь арбалетчиков и четыре алебардиста, которые побежали к воротам. Там они разоружили трёх привратников, которые даже не поняли, что произошло.
Очистив путь от ворот, пехотинцы подали знак, и конница во главе с королём ворвалась внутрь, поскакав к центральному пышному двухэтажному зданию. Пехотинцы поспешили вслед за ними.
Две другие группы, посланные Латисом, в это время, высадившись из повозок, приступили к штурму стены. Вначале пара воинов с каждой стороны на плечах товарищей взбирались на верхнюю её часть и, обвязав один конец верёвки вокруг пояса, спускали другой конец вниз. Пока следующие пары воинов с помощью верёвки поднимались на стену, первые медленно опускались уже по другую сторону стены. Последние два воина, держа конец верёвки и дав возможность остальным перебраться внутрь владения, оставались с наружной стороны возле своей повозки.
Оказавшись в саду в течение нескольких минут, воины стали продвигаться вглубь владения, держа своё оружие наперевес. Они рассредоточились по саду, взяв под свой контроль все строения.
В это время основная часть небольшого войска уже подступила к главному строению, распугав всех слуг, большая часть которых попряталась в доме, а несколько человек, застигнутых врасплох, затерялись среди всадников и пехотинцев. Король, а вслед за ним и все остальные конники спешились, и ощетинившийся копьями отряд подступил к крыльцу, а арбалетчики оцепили дом по периметру.
Через пару минут на крыльце показался испуганный хозяин дома – мужчина лет пятидесяти. Оглядев вооружённую толпу, он заметил Латиса.
– Ваше Величество! – со смесью страха и надежды в голосе воскликнул он. – Что происходит? Для чего здесь армия?
Воины расступились, и король в сопровождении двух копьеносцев в латах поднялся на крыльцо.
– Я пришёл в ваш дом, господин Цебрус, чтобы пресечь беззаконие, – сказал он.
– Беззаконие?! – изумлённо промолвил хозяин. – Но, Ваше Величество, я всю жизнь прослужил королевству и никогда бы не посмел нарушить закон!
– Это меня и удручает, Цебрус, – с горечью в голосе протянул Латис. – После стольких лет служения пойти на такое…
– Но в чём вы меня обвиняете, Ваше Величество? Клянусь, ни на службе, ни после того, как я оставил свой пост, я не делал ничего незаконного.
– Что ж, сейчас мы это проверим.
Король слегка оттолкнул ошеломлённого Цебруса и вошёл в дом. Вслед за ним вместе с хозяином вошло с десяток воинов.
– Обыщите весь дом и приведите сюда всех, кого найдёте, – приказал Латис.
Воины бросились исполнять его приказ. Из многочисленных помещений дома они приводили перепуганных слуг, собрав больше дюжины человек. Но главный сюрприз ждал короля в самом конце, когда под конвоем двоих копьеносцев в вестибюль дома спустился богато одетый мужчина лет тридцати пяти – сорока.
– Господин Балестам, рад вас видеть! – с притворной весёлостью воскликнул Латис. – Что вы тут делаете?
– В-ваше В-величество, – залепетал приведённый, – я… всего лишь… я пришёл навестить господина Цебруса.
– Я не знал, что у вас такие дружеские отношения, господа, – сказал король. – До сих пор вы никогда не проявляли их. Или я ошибаюсь, и вас связывают какие-то тайные дела?
– Нет, что вы, Ваше Величество, – поспешил возразить Балестам, – нас ничего такого не связывает. Я приехал по приглашению господина Цебруса.
– А, значит, вы пригласили Балестама, Цебрус?
– Не совсем так, Ваше Величество, – покачал головой хозяин. – Я не приглашал его. Господин Балестам сам приехал…
– Позвольте, господин Цебрус, – решительно отозвался Балестам, – но я приехал, потому что получил утром письмо от вас, где вы просили меня приехать.
– Я не посылал никакого письма, – возмущённо проговорил хозяин.
– А письмо при вас? – спросил король у Балестама.
– Нет, я оставил его дома, – ответил тот.
– Я не посылал вам никаких писем, – повторил Цебрус, – и не приглашал к себе. Вы сами приехали.
– Хорошо, мы ещё успеем всё это выяснить, – прервал их спор Латис. – Меня сейчас интересует другое. Скажите, любезнейший Цебрус, – что за строение с чёрной крышей находится в дальней части ваших владений? Что у вас там находится?
– С чёрной крышей? – задумчиво переспросил хозяин. – А, это конюшня. Но она пустая.
– Пустая конюшня? Почему пустая?
– Я не успел завести лошадей.
– Замечательно. Будьте любезны, покажите-ка мне эту конюшню. Думаю, господину Балестаму тоже будет интересно взглянуть туда.
Цебрус недоумённо пожал плечами.
– Если так будет угодно Вашему Величеству, извольте.
Он повёл короля по аллее своего сада к длинному одноэтажному строению с чёрной крышей, скрытому за густой листвой деревьев. Улид со своими людьми, Балестам и большая часть воинов следовали за ними.
– Вот, – сказал Цебрус, подойдя к входу в конюшню, которая уже была оцеплена отрядом арбалетчиков.
– Я хочу зайти внутрь, – стальным голосом сказал Латис.
Хозяин открыл дверь, пропустил короля в помещение и вошёл вслед за ним. Все остальные медленно потянулись внутрь.
Пройдя по проходу вдоль пустующих загонов, Латис показал рукой на высившуюся до потолка кучу сена в конце помещения.
– Это что такое?
– Сено, – пожав плечами, ответил Цебрус.
– А для чего здесь сено, если у вас нет лошадей?
– Простите, Ваше Величество, я не сказал, что у меня нет лошадей…
У короля брови удивлённо взметнулись вверх.
– Не я один – все слышали, что вы сказали, – заметил он.
– Нет, я сказал, что в этой конюшне нет лошадей, – продолжил Цебрус, – но у меня есть несколько лошадей, которых мы держим в другом месте. Здесь пока мы только храним сено.
– Хорошо, я не буду сейчас спорить, – махнул рукой Латис. – Давайте посмотрим, что это за сено.
Он направился в конец конюшни, и все двинулись за ним.
– Разберите эту кучу и проверьте, нет ли там чего-то внутри, – приказал король воинам.
Те бросились исполнять приказ. Они буквально вгрызлись в огромный стог, активно работая руками, подобно пловцам. В сторону полетели снопы, а воздух вокруг наполнился мелкой соломой и пылью. Латис вместе с сопровождавшими его людьми молча наблюдал за процессом.
Разобрать такое нагромождение сена быстро было невозможно. Пока воины, пробираясь вперёд, с яростью отшвыривали кучки назад, сверху на них сыпались всё новые и новые. Но они продолжали свою работу, ни на миг не останавливаясь, и через несколько минут этого упорного труда из глубины стога раздался возглас одного из воинов. Остальные начали пробираться к нему, а спустя некоторое время к ногам короля приволокли и уложили связанного верёвками человека в грязной изорванной одежде с кляпом во рту. Он с вытаращенными от страха глазами смотрел на собравшихся, и не менее округлившиеся глаза были у большинства стоявших перед ним людей, включая Цебруса и Балестама.
– Там ещё есть люди, – сказал один из воинов.
– Вытаскивайте всех, – коротко приказал Латис.
Ещё через несколько минут перед королём и другими собравшимися в конюшне лежала дюжина связанных людей. Цебрус был растерян и трясся, лицо Балестама стало мрачнее тучи.
– Расскажите нам, Цебрус, что это всё означает? – повернулся Латис к хозяину.
– Клянусь Зомулом, Ваше Величество, я впервые вижу этих людей и не могу себе представить, как они здесь оказались, – дрожащим голосом воскликнул тот.
– А вы, господин Балестам, – обратился король к его гостю, – возможно, вы что-то объясните нам?
– Я? – с наигранным удивлением протянул Балестам. – Я вообще тут не при чём, Ваше Величество. Я уже сказал, что лишь приехал сюда по приглашению господина Цебруса.
– Значит, вы не знаете этих людей?
– Конечно, не знаю. Я в первый раз их вижу.
– Прекрасно, – со злой улыбкой на лице произнёс Латис и, повернувшись к своим воинам, приказал:
– Вытащите кляпы у этих людей!
Те быстро исполнили его веление и помогли связанным усесться. Король обратился к ним:
– Скажите, кто вы такие и как оказались здесь?
Несмотря на появившуюся возможность говорить, связанные не спешили отвечать, и Латис добавил:
– Отвечайте своему королю и никого не бойтесь. Обещаю, что никто вас не накажет за сказанное – слово короля!
Один из связанных поёжился и заговорил:
– Ваше Величество, мы все здесь узники тюрьмы, и сегодня утром нас по приказу начальника тюрьмы связали и привезли сюда…
– Ты врёшь, негодяй! – злобно воскликнул Балестам. – Я не давал таких приказов!
– Может, вы скажете, что это не ваши подопечные? – невозмутимо спросил Латис.
– Я не могу этого знать, Ваше Величество. В тюрьме содержатся тысячи заключённых, и я не обязан знать каждого в лицо. Возможно, они или кто-то из них и является узником, но я не помню ни одного из них.
– Зато я запомнил тебя, пёс! – неожиданно раздался громкий ещё одного из связанных. – Ты часто любишь издеваться над нами. И ты лжёшь, что не знаешь нас, потому что перед тем, как продать очередную партию узников, ты сам лично их выбираешь!
– Как ты смеешь, подонок, говорить обо мне такое перед самим королём! – закричал Балестам и бросился к говорившему, но двое воинов, сопровождавших Улида, успели удержать его, схватив с двух сторон за руки.
– Прекратите немедленно! – гневно закричал Латис. – Только я здесь решаю, кому и что говорить. Господин Балестам и вы, господин Цебрус, я обвиняю вас в сговоре и государственном преступлении. Вы немедленно будете арестованы, и я лично буду допрашивать вас. Увести обоих.
Пока внимание было приковано к Балестаму, узник, на которого тот пытался броситься, каким-то образом сумел освободиться от верёвок. Пользуясь суматохой, он вскочил на ноги и, подбежав к начальнику тюрьмы, которого продолжали держать за руки, воткнул ему в сердце невесть откуда взявшийся в его руках кинжал. Балестам немедленно осел на пол с закатившимися глазами, а стоявший справа от него воин молниеносно вытащил из ножен меч и насквозь проткнул убившего его заключённого.
Всё произошло так неожиданно, что ещё в течение полминуты все, включая короля, оставались в оцепенении.
– Что ты наделал, негодяй! – закричал Латис воину, опомнившись. – Зачем ты убил его?!
– Простите, Ваше Величество, – понуро ответил тот, опуская оружие, – я испугался за вас.
– Не вините его, Ваше Величество, – вступился за своего помощника Улид. – Он выполнял свой долг.
– Какой долг?! – недовольно выпалил король. – Мало того, что начальник тюрьмы убит, так теперь мы не узнаем, почему этот подонок его убил! – Он немного помолчал, приходя в себя. Немного успокоившись, Латис приказал: – Чанабид со своим отрядом остаётся здесь до моего распоряжения.
– Я не знаю. Но несколько дней меня точно не будет здесь. Тебе не о чем беспокоиться, принцесса. Ты сможешь, как и сейчас, совершать прогулки на коне, правда тренироваться с тобой будет некому.
Хотя кирод, как и всегда, говорил с неизменно ровной интонацией, в его голосе Суана ощутила скрытую печаль. Она чувствовала, что Эльтод не хочет покидать Орунид, хотя не может отказаться от поездки.
– Ты говорил, что в нашей стране люди несвободны и вынуждены заниматься тем же, что и их родители, – вспомнила принцесса недавний разговор, – а у вас каждый решает сам, чем ему заниматься. Это так?
– Да. Я так и сказал.
– Но ведь драконы не могут заниматься тем, чем им захочется. Вы обязаны быть воинами и служить своему господину.
– Ошибаешься, принцесса. Мы не служим своему господину. Мы все живём, как одна большая семья. И руководит нами самый достойный воин. Никто не заставляет нас быть воинами, и есть кироды, которые занимаются другими делами, но они живут в Граитрифе, и их очень мало. В основном, это те, кто не может быть воином из-за своей немощности. Быть киродом – честь, дарованная Творцом, и мало кто из нас добровольно откажется от этой чести.
Они прошли ещё немного молча.
– Но если тебя не будет, кто будет присматривать за мной? – спросила Суана.
– Не беспокойся, принцесса, – ответил Эльтод, – один из наших киродов будет рядом. Но он не будет тебе мешать, как Аштую. Ей запрещено здесь появляться.
– Мне очень жаль, что из-за меня Аштую выслали отсюда, – виновато проговорила принцесса.
– Тебе жаль? Почему? Она ведь сама виновата.
– Да, но я знаю, что она твоя кузина, и что вы… что она твоя невеста.
– Кто тебе это сказал?
– Этого я тебе не скажу.
– Можешь не говорить – я и так знаю, что это Дум-Вар. Я не собираюсь говорить об этом с тобой, принцесса. Мои отношения с Аштую ни тебя, ни Дум-Вара не касаются.
Остаток пути к замку они прошли в молчании.
Глава 20. Арест бывшего казначея.
Королева стояла у окна, наблюдая за двумя фигурками прохаживающихся по аллее детей. Со стороны могло показаться, что она направляет на них поток своих мыслей, то ли молясь о чём-то, то ли насылая порчу. Губы её изредка нервно подрагивали, время от времени слегка раздувались ноздри.
В какой-то момент её внимание переключилось на группу из четырёх всадников, скачущих по направлению к дворцу. Доехав до ворот, они спешились, и один из них подошёл к страже. Алиста не могла разглядеть его лица, но она догадывалась, кто это, и потому снова переключилась на гуляющую пару детей, краем глаза продолжая держать под контролем подъехавших к воротам.
Спустя некоторое время из дворца вышел король, к которому подошёл один из четырёх прибывших. Он долго что-то объяснял Латису, а затем тот повернулся к стражникам, что-то им сказал и вернулся во дворец. Через несколько минут шаги короля загрохотали в коридоре, и он вошёл в комнату.
– Что-то случилось, дорогой? – состроив невинное лицо, спросила у него королева.
– Ничего серьёзного, дорогая, – ответил он, хотя на его лице читалось довольно сильное волнение и смятение. – Просто мне нужно будет ненадолго отъехать из дворца.
– Хорошо, – кротко сказала Алиста. – Я буду ждать.
Латис молча кивнул головой и вышел.
Прошло минут двадцать, в течение которых масса людей выбегали из дворца и вбегали обратно, а рядом с четырьмя подъехавшими стала расти довольно внушительная толпа вооружённых людей, основную массу которых составляли арбалетчики и алебардисты. Стали подтягиваться и конные силы: полтора десятка копьеносцев в доспехах и три крытые повозки, запряжённые парами лошадей.
Из ворот снова вышел король – на этот раз он был в боевых доспехах. Ему подвели белого коня, на которого он резво вскочил без посторонней помощи.
– Всё, – скомандовал он, – поехали, Улид!
Пешие воины расселись по повозкам, а четверо прибывших первыми оседлали коней и двинулись по дороге. Один из них – это был Улид – вместе с Латисом ехал первым, остальные держались чуть поодаль. За ними следовали конные воины, а в конце двигались повозки.
Вся кавалькада выехала из крепости и, ускорившись, двинулась по дороге в юго-восточном направлении. Через полчаса они оказались на окраине города, подъехав к окружённому каменной стеной высотой в два человеческих роста довольно большому пространству, внутри которого за деревьями проступало несколько богатых строений.
Остановившись вблизи ворот, Латис подозвал к себе командиров.
– Чанабид со своими людьми атакует слева, Фабисцим со своими – справа, – коротко скомандовал король. – Все остальные вместе со мной заходят через ворота.
Одна из повозок двинулась вдоль стены влево, вторая направилась вправо. Из третьей повозки выскочили восемь арбалетчиков и четыре алебардиста, которые побежали к воротам. Там они разоружили трёх привратников, которые даже не поняли, что произошло.
Очистив путь от ворот, пехотинцы подали знак, и конница во главе с королём ворвалась внутрь, поскакав к центральному пышному двухэтажному зданию. Пехотинцы поспешили вслед за ними.
Две другие группы, посланные Латисом, в это время, высадившись из повозок, приступили к штурму стены. Вначале пара воинов с каждой стороны на плечах товарищей взбирались на верхнюю её часть и, обвязав один конец верёвки вокруг пояса, спускали другой конец вниз. Пока следующие пары воинов с помощью верёвки поднимались на стену, первые медленно опускались уже по другую сторону стены. Последние два воина, держа конец верёвки и дав возможность остальным перебраться внутрь владения, оставались с наружной стороны возле своей повозки.
Оказавшись в саду в течение нескольких минут, воины стали продвигаться вглубь владения, держа своё оружие наперевес. Они рассредоточились по саду, взяв под свой контроль все строения.
В это время основная часть небольшого войска уже подступила к главному строению, распугав всех слуг, большая часть которых попряталась в доме, а несколько человек, застигнутых врасплох, затерялись среди всадников и пехотинцев. Король, а вслед за ним и все остальные конники спешились, и ощетинившийся копьями отряд подступил к крыльцу, а арбалетчики оцепили дом по периметру.
Через пару минут на крыльце показался испуганный хозяин дома – мужчина лет пятидесяти. Оглядев вооружённую толпу, он заметил Латиса.
– Ваше Величество! – со смесью страха и надежды в голосе воскликнул он. – Что происходит? Для чего здесь армия?
Воины расступились, и король в сопровождении двух копьеносцев в латах поднялся на крыльцо.
– Я пришёл в ваш дом, господин Цебрус, чтобы пресечь беззаконие, – сказал он.
– Беззаконие?! – изумлённо промолвил хозяин. – Но, Ваше Величество, я всю жизнь прослужил королевству и никогда бы не посмел нарушить закон!
– Это меня и удручает, Цебрус, – с горечью в голосе протянул Латис. – После стольких лет служения пойти на такое…
– Но в чём вы меня обвиняете, Ваше Величество? Клянусь, ни на службе, ни после того, как я оставил свой пост, я не делал ничего незаконного.
– Что ж, сейчас мы это проверим.
Король слегка оттолкнул ошеломлённого Цебруса и вошёл в дом. Вслед за ним вместе с хозяином вошло с десяток воинов.
– Обыщите весь дом и приведите сюда всех, кого найдёте, – приказал Латис.
Воины бросились исполнять его приказ. Из многочисленных помещений дома они приводили перепуганных слуг, собрав больше дюжины человек. Но главный сюрприз ждал короля в самом конце, когда под конвоем двоих копьеносцев в вестибюль дома спустился богато одетый мужчина лет тридцати пяти – сорока.
– Господин Балестам, рад вас видеть! – с притворной весёлостью воскликнул Латис. – Что вы тут делаете?
– В-ваше В-величество, – залепетал приведённый, – я… всего лишь… я пришёл навестить господина Цебруса.
– Я не знал, что у вас такие дружеские отношения, господа, – сказал король. – До сих пор вы никогда не проявляли их. Или я ошибаюсь, и вас связывают какие-то тайные дела?
– Нет, что вы, Ваше Величество, – поспешил возразить Балестам, – нас ничего такого не связывает. Я приехал по приглашению господина Цебруса.
– А, значит, вы пригласили Балестама, Цебрус?
– Не совсем так, Ваше Величество, – покачал головой хозяин. – Я не приглашал его. Господин Балестам сам приехал…
– Позвольте, господин Цебрус, – решительно отозвался Балестам, – но я приехал, потому что получил утром письмо от вас, где вы просили меня приехать.
– Я не посылал никакого письма, – возмущённо проговорил хозяин.
– А письмо при вас? – спросил король у Балестама.
– Нет, я оставил его дома, – ответил тот.
– Я не посылал вам никаких писем, – повторил Цебрус, – и не приглашал к себе. Вы сами приехали.
– Хорошо, мы ещё успеем всё это выяснить, – прервал их спор Латис. – Меня сейчас интересует другое. Скажите, любезнейший Цебрус, – что за строение с чёрной крышей находится в дальней части ваших владений? Что у вас там находится?
– С чёрной крышей? – задумчиво переспросил хозяин. – А, это конюшня. Но она пустая.
– Пустая конюшня? Почему пустая?
– Я не успел завести лошадей.
– Замечательно. Будьте любезны, покажите-ка мне эту конюшню. Думаю, господину Балестаму тоже будет интересно взглянуть туда.
Цебрус недоумённо пожал плечами.
– Если так будет угодно Вашему Величеству, извольте.
Он повёл короля по аллее своего сада к длинному одноэтажному строению с чёрной крышей, скрытому за густой листвой деревьев. Улид со своими людьми, Балестам и большая часть воинов следовали за ними.
– Вот, – сказал Цебрус, подойдя к входу в конюшню, которая уже была оцеплена отрядом арбалетчиков.
– Я хочу зайти внутрь, – стальным голосом сказал Латис.
Хозяин открыл дверь, пропустил короля в помещение и вошёл вслед за ним. Все остальные медленно потянулись внутрь.
Пройдя по проходу вдоль пустующих загонов, Латис показал рукой на высившуюся до потолка кучу сена в конце помещения.
– Это что такое?
– Сено, – пожав плечами, ответил Цебрус.
– А для чего здесь сено, если у вас нет лошадей?
– Простите, Ваше Величество, я не сказал, что у меня нет лошадей…
У короля брови удивлённо взметнулись вверх.
– Не я один – все слышали, что вы сказали, – заметил он.
– Нет, я сказал, что в этой конюшне нет лошадей, – продолжил Цебрус, – но у меня есть несколько лошадей, которых мы держим в другом месте. Здесь пока мы только храним сено.
– Хорошо, я не буду сейчас спорить, – махнул рукой Латис. – Давайте посмотрим, что это за сено.
Он направился в конец конюшни, и все двинулись за ним.
– Разберите эту кучу и проверьте, нет ли там чего-то внутри, – приказал король воинам.
Те бросились исполнять приказ. Они буквально вгрызлись в огромный стог, активно работая руками, подобно пловцам. В сторону полетели снопы, а воздух вокруг наполнился мелкой соломой и пылью. Латис вместе с сопровождавшими его людьми молча наблюдал за процессом.
Разобрать такое нагромождение сена быстро было невозможно. Пока воины, пробираясь вперёд, с яростью отшвыривали кучки назад, сверху на них сыпались всё новые и новые. Но они продолжали свою работу, ни на миг не останавливаясь, и через несколько минут этого упорного труда из глубины стога раздался возглас одного из воинов. Остальные начали пробираться к нему, а спустя некоторое время к ногам короля приволокли и уложили связанного верёвками человека в грязной изорванной одежде с кляпом во рту. Он с вытаращенными от страха глазами смотрел на собравшихся, и не менее округлившиеся глаза были у большинства стоявших перед ним людей, включая Цебруса и Балестама.
– Там ещё есть люди, – сказал один из воинов.
– Вытаскивайте всех, – коротко приказал Латис.
Ещё через несколько минут перед королём и другими собравшимися в конюшне лежала дюжина связанных людей. Цебрус был растерян и трясся, лицо Балестама стало мрачнее тучи.
– Расскажите нам, Цебрус, что это всё означает? – повернулся Латис к хозяину.
– Клянусь Зомулом, Ваше Величество, я впервые вижу этих людей и не могу себе представить, как они здесь оказались, – дрожащим голосом воскликнул тот.
– А вы, господин Балестам, – обратился король к его гостю, – возможно, вы что-то объясните нам?
– Я? – с наигранным удивлением протянул Балестам. – Я вообще тут не при чём, Ваше Величество. Я уже сказал, что лишь приехал сюда по приглашению господина Цебруса.
– Значит, вы не знаете этих людей?
– Конечно, не знаю. Я в первый раз их вижу.
– Прекрасно, – со злой улыбкой на лице произнёс Латис и, повернувшись к своим воинам, приказал:
– Вытащите кляпы у этих людей!
Те быстро исполнили его веление и помогли связанным усесться. Король обратился к ним:
– Скажите, кто вы такие и как оказались здесь?
Несмотря на появившуюся возможность говорить, связанные не спешили отвечать, и Латис добавил:
– Отвечайте своему королю и никого не бойтесь. Обещаю, что никто вас не накажет за сказанное – слово короля!
Один из связанных поёжился и заговорил:
– Ваше Величество, мы все здесь узники тюрьмы, и сегодня утром нас по приказу начальника тюрьмы связали и привезли сюда…
– Ты врёшь, негодяй! – злобно воскликнул Балестам. – Я не давал таких приказов!
– Может, вы скажете, что это не ваши подопечные? – невозмутимо спросил Латис.
– Я не могу этого знать, Ваше Величество. В тюрьме содержатся тысячи заключённых, и я не обязан знать каждого в лицо. Возможно, они или кто-то из них и является узником, но я не помню ни одного из них.
– Зато я запомнил тебя, пёс! – неожиданно раздался громкий ещё одного из связанных. – Ты часто любишь издеваться над нами. И ты лжёшь, что не знаешь нас, потому что перед тем, как продать очередную партию узников, ты сам лично их выбираешь!
– Как ты смеешь, подонок, говорить обо мне такое перед самим королём! – закричал Балестам и бросился к говорившему, но двое воинов, сопровождавших Улида, успели удержать его, схватив с двух сторон за руки.
– Прекратите немедленно! – гневно закричал Латис. – Только я здесь решаю, кому и что говорить. Господин Балестам и вы, господин Цебрус, я обвиняю вас в сговоре и государственном преступлении. Вы немедленно будете арестованы, и я лично буду допрашивать вас. Увести обоих.
Пока внимание было приковано к Балестаму, узник, на которого тот пытался броситься, каким-то образом сумел освободиться от верёвок. Пользуясь суматохой, он вскочил на ноги и, подбежав к начальнику тюрьмы, которого продолжали держать за руки, воткнул ему в сердце невесть откуда взявшийся в его руках кинжал. Балестам немедленно осел на пол с закатившимися глазами, а стоявший справа от него воин молниеносно вытащил из ножен меч и насквозь проткнул убившего его заключённого.
Всё произошло так неожиданно, что ещё в течение полминуты все, включая короля, оставались в оцепенении.
– Что ты наделал, негодяй! – закричал Латис воину, опомнившись. – Зачем ты убил его?!
– Простите, Ваше Величество, – понуро ответил тот, опуская оружие, – я испугался за вас.
– Не вините его, Ваше Величество, – вступился за своего помощника Улид. – Он выполнял свой долг.
– Какой долг?! – недовольно выпалил король. – Мало того, что начальник тюрьмы убит, так теперь мы не узнаем, почему этот подонок его убил! – Он немного помолчал, приходя в себя. Немного успокоившись, Латис приказал: – Чанабид со своим отрядом остаётся здесь до моего распоряжения.
