– Отец, прекрати, пожалуйста! – сквозь слёзы взмолилась Суана. – Чего тебе ещё нужно? Я здесь, а Ународ погиб. Мы должны уйти отсюда!
– Родная, я пришёл сюда с войском, потому что тебя похитили. И я хочу разобраться, кто и зачем это сделал.
– Суану похитил я, – внезапно проговорил дракон.
– Замолчи! – прикрикнула на него принцесса, но было поздно.
– Так это ты похитил её, мерзкий кирод! – Глаза Латиса налились кровью. Он выхватил меч и направил его на дракона, и сразу же раздался лязг мечей тех, кто был рядом.
Эльтод даже не шелохнулся, когда сотни мечей, копий, алебард и стрел оказались нацеленными на него.
– Остановитесь! – испуганно крикнула Суана, вставая перед своим отцом и поднимая руки. – Вы не посмеете тронуть его!
– Но дитя моё, – с удивлением и настойчивостью сказал король, – если он похитил тебя…
– Эльтод выполнял приказ Ународа, – попыталась объяснить принцесса, – а потом он спас мне жизнь. Я не позволю вам расправиться с ним.
– Я не собираюсь его убивать. Но мы будем судить твоего похитителя, – заключил Латис и отдал приказ воинам: – Крепко свяжите его и отведите в лагерь.
Все, кто был рядом, принялись медленно обступать дракона, который даже и не думал бежать или сопротивляться. Но в этот момент Суана вытащила меч и крикнула:
– Первого, кто приблизится к Эльтоду, я проткну этим мечом! Вам придётся сначала убить меня.
Король и его воины растерянно остановились, не зная, что делать дальше.
– Басафалсо эшави эсдаллалихса, – сказал дракон. – Чима талан ху хишарба рау та алублус чиви седаш хутхур файал ситфа эша. Ксал тама лашак зафаэтлен чи пудишалаимаш [1]
– Тама ста сафа зафаэтлен йет дулста сухен чиба, – ответила Суана, не оборачиваясь. – Йет эша ху настаи сит рафаи зомул йа лех полен стаку [2]
– Суана, дитя моё, опусти меч, – с опаской мягко промолвил Латис. – Это безумие – защищать кирода, тем более, который похитил тебя.
– Безумие – то, что ты делаешь, отец, – ответила принцесса. – Ты не только нарушил договор, который мой дед заключил с киродами, тем, что ты затеял эту войну, но и не держишь своё королевское слово. Ты позоришь и себя, и всю Мегалию!
Король растерянно смотрел на свою дочь, будучи не в силах найти слова для ответа. На помощь ему пришёл Улид.
– Ваше Высочество, – деликатно заметил он, – вам не пристало бросаться подобными обвинениями в адрес короля, тем более, в присутствии большого количества людей. Я понимаю, что вы провели достаточно много времени в плену, вдали от дома, но у вас нет права проявлять неуважение к Его Величеству, чьими подданными мы являемся.
– Я не знаю, кто вы такой, – властно заявила Суана. – Но напоминаю вам и всем, кто меня сейчас слышит, что я должна в ближайшее время стать королевой Мегалии, и никто не смеет учить меня разговаривать со своим отцом.
Помощнику не оставалось ничего другого, как сдержано поклониться и отойти назад.
– Отец, – снова обратилась принцесса к королю, – я не сдвинусь с места до тех пор, пока ты не отменишь свой приказ и не позволишь новому предводителю армии Сана-Кирода беспрепятственно вернуться в свой лагерь. Кроме того, я требую, чтобы ты объявил об окончании войны и о том, что мы все возвращаемся в самое ближайшее время.
– Но… – попытался возразить Латис.
– Немедленно! Мы все ждём твоих распоряжений. Иначе твой поход окажется бесполезным.
Наступило молчание. Все смотрели на короля и принцессу, вставшую между ним и драконом. Никто ещё ни разу не видел, чтобы кто-либо так разговаривал с Латисом. Тем более, никто никогда не видел и даже не мог себе представить, чтобы король изменил своё решение под чужим давлением, кто бы это ни был. Но теперь перед ним стояла девушка, ничем не уступавшая своему отцу в решимости.
Латис несколько раз открывал рот, чтобы ответить дочери, но каждый раз останавливал себя, словно прочитывая ответ на свои слова в её глазах. В конце концов, он глубоко вздохнул и громко сказал:
– Кирод свободен. Наш поход окончен. Завтра утром мы возвращаемся домой.
Все, кто обступил дракона, убрали оружие. Принцесса тоже вложила свой меч в ножны. По рядам удивлённых воинов прокатился глухой гул, который всё больше и больше сопровождался радостными возгласами, и постепенно весь лагерь заразился ликованием. Дракон же медленно, с достоинством, развернулся, чтобы уйти, но его остановил крик Суаны.
– Эльтод! Подожди!
Кирод остановился и, снова повернувшись к принцессе, уселся на землю.
– Суана, что ты ещё задумала? – недовольно воскликнул король.
– Я должна ещё кое-что сказать ему, отец. Буквально несколько минут, – скороговоркой ответила девушка и подбежала к Эльтоду.
– Спасибо тебе за то, что остановила войну, – сказал он. – Не знаю, смогу ли я тебя когда-нибудь ещё увидеть, но пока я жив, ты будешь оставаться в моём сердце.
– Ты тоже останешься навсегда в моём сердце, Эльто, – с теплотой и печалью в голосе ответила принцесса. – Только половина меня вернётся в Тилугем – вторая навсегда останется в Сана-Кироде. Мир между нашими странами – моё проклятие на всю оставшуюся жизнь.
– И моё, – глухо промолвил кирод.
– Передай, пожалуйста, Дум-Вару, что я никогда не забуду его и его близких, – с трудом выдавила принцесса, стирая слёзы, скатившиеся из её глаз. – И отпусти Шихтапа.
– Обещаю, что мы отпустим всех хафрунов, Суана, – пообщал Эльтод. – А завтра утром мы доставим сюда всех людей, которые были у нас в плену. Больше никаких пленных и рабов у нас не будет.
– Спасибо, – прошептала принцесса. – И прощай.
– Прощай, Суана, – ответил кирод.
Он дождался, когда она развернётся и уйдёт в лагерь, и только после этого медленно двинулся к холмам.
– О чём вы говорили? – спросил принцессу её отец, который всё это время продолжал вместе со своей свитой наблюдать за девушкой.
– У киродов остались наши пленные, – объяснила принцесса. – Завтра утром они доставят их сюда, чтобы мы забрали их в Мегалию.
Король с интересом посмотрел на неё.
– Почему ты так смотришь на меня? – осведомилась Суана.
– Любуюсь тобой, дочка. Ты очень изменилась и станешь настоящей королевой.
Латис повернулся к стоявшему неподалёку Улиду.
– А где вторая девчонка? – спросил он.
– Она отправилась вместе с другими людьми, которые относили того раненого воина, – сообщил тот.
– В таком случае, мы тоже пойдём туда. Я хочу посмотреть на этого храбреца, который смог так долго сражаться с самым сильным драконом на земле.
– Ты, кажется, должен знать его, отец, – заметила Суана. – Ведь он совсем недавно занимался обучением Вуткома.
Король нахмурил брови.
– Постой, постой! Как это сразу не пришло мне в голову?! Это ведь Бизуф?!
– Да, Бизуф, – удивлённо протянула принцесса. – А что такого?
– Ну-ка, пойдём скорее в шатёр! – Латис взял Суану под руку, и они направились в сопровождении свиты вглубь лагеря.
– Судя по твоему виду, ты не очень-то рад тому, что Бизуф приехал сюда, – протянула девушка, с подозрением глядя на отца, с гневной решительностью шагающего к шатру, в который отнесли юношу.
– Нет же, как раз-таки я страшно рад, – ответил король. – Ты не представляешь, как долго мы его искали после того, как этот негодяй похитил Авкортию.
– Он же это сделал, чтобы спасти ей жизнь! – воскликнула Суана. – Насколько я знаю, девочку хотели убить в нашем дворце.
– Это довольно тёмная история, и роль Бизуфа в ней мне пока не ясна. И вообще, многое, что происходило в Мегалии с момента твоего похищения, покрыто завесой тайны.
Они зашли в шатёр, в который уложили потерявшего сознание Бизуфа. Возле постели, на которой лежал юноша стояла вся его команда: Фаетар, Гергам, Набрут и Авкортия. При появлении короля и сопровождающих его людей, они обернулись и выпрямились. Латис подошёл к постели и посмотрел на Бизуфа, затем с тем же суровым выражением на лице стал медленно оглядывать его помощников. Те, немного стушевавшись, в свою очередь, напряжённо смотрели на него.
– Что с ним? – после долгого молчания спросил король.
– К счастью, никаких серьёзных ранений или увечий нет, Ваше Величество, – ответил Фаетар. – Дракон, конечно, его сильно придавил, но доспехи выручили. Думаю, он скоро придёт в себя.
– Хорошо, – кивнул головой Латис. – Как только он очнётся, сообщите мне.
– Будет исполнено, Ваше Величество, – сказал с поклоном Фаетар.
– Авкортия, пойдём со мной, – приказал король.
– Зачем? – с удивлением спросила девочка.
– Что значит «зачем»? Мне нужно поговорить с тобой.
– Я должна остаться здесь, с Бизуфом.
– Авкортия, не забывайся, – строго сказал Латис. – Этот… этот молодой человек никуда не убежит. Вокруг него и так полно людей. Мы поговорим, а потом ты сможешь сюда вернуться.
Девочка посмотрела на Бизуфа, а затем нехотя отправилась вслед за королём и Суаной в главный шатёр.
Для разговора король велел остаться только Суане, Авкортии и Улиду.
– Я хочу, чтобы ты рассказала мне всё про этого Бизуфа, – обратился он к девочке.
– А что нового я могу про него рассказать? – с невинным выражением на лице спросила она.
– Думаю, многое, учитывая, сколько времени он держал тебя при себе.
– Бизуф меня не держал. Если бы я захотела, то вернулась бы в любой момент.
– Но он тебя похитил из дворца!
– Да. Потому что кто-то пытался убить нас с мамой. Один раз Бизуфу повезло спасти нас, но…
– Вот здесь-то я и хотел бы уточнить, дитя моё, как это так получилось, что этот молодой человек, о котором месяц назад никто ничего не знал, умудрился так быстро оказаться во дворце, втереться в доверие моему сыну и, якобы, случайно узнать о том, что готовится ваше отравление? И сразу после того, как этого повара арестовали, кто-то его убил, так что даже допросить его не успели. Слишком много странностей, Авкортия.
– То, что стража дворца допустила убийство подозреваемого, говорит лишь о бардаке во дворце, – с достоинством ответила девочка. – Какое это отношение имеет к Бизуфу?
– Молодец, сестрёнка! – тихо воскликнула Суана.
Латис покосился на неё, но не отреагировал и продолжил разговор с Авкортией.
– Хорошо, я принимаю твоё обвинение на свой счёт, – сказал он, – но ты должна признать, что этот человек намеренно стремился попасть во дворец, и то, что он, в конце концов, похитил тебя, случайностью назвать нельзя.
– Это ваше мнение, а я ему верю, – твёрдо заявила Авкортия. – Многие люди хотят попасть во дворец, и Бизуфу повезло. А то, что он случайно узнал о том, что нас хотят отравить…
– Как узнал? – перебил её король. – Он рассказал тебе, как он узнал об этом?
– Подглядел, как передавали яд и деньги повару.
– Кто передавал?
– Я не знаю. – Увидев, что лицо Латиса скривилось в недоверчивой улыбке, девочка поспешила добавить: – Бизуф не может знать всех во дворце, я тем более.
– Почему же он не сообщил о преступлении страже, а решил действовать втайне?
– Об этом лучше спросить у него, но я уверена, что если бы он обратился к кому-то во дворце, его бы вряд ли стали бы слушать сразу, а пока он добрался бы до нужного человека, мы уже были бы мертвы.
Латис скептически покачал головой и переглянулся с Улидом.
– Всё это выглядит очень подозрительно, дитя моё, – сказал он. – Я не знаю, что Бизуф наговорил тебе, но мне вся эта история с твоим похищением совсем не нравится, и когда он придёт в себя, ему придётся многое объяснить нам.
– А то, что благодаря Бизуфу Суана сейчас здесь, а не в замке драконов, уже значения не имеет? – чуть не вскричала Авкортия.
– Успокойся, дитя моё, – мягко, но наставительно ответил король. – Его героическая схватка с Ународом ему зачтётся. Я очень благодарен юноше за освобождение своей дочери, но он совершил преступление…
– О каком преступлении ты говоришь, отец?! – настала очередь возмутиться Суане. – В твоём дворце настоящие убийцы и преступники безнаказанно делают, что хотят, твоя стража позволяет выкрасть из дворца твою дочь, людей из тюрьмы в большом количестве продают в рабство драконам. И после этого ты хочешь, чтобы Бизуф сообщил о преступлении твоим людям? Да его бы убили так же, как и того повара, который подмешал яд в пищу.
Латис с изумлением выслушал гневную тираду дочери и, переглянувшись с помощником, осторожно поинтересовался:
– Откуда ты знаешь про всё это? Откуда ты знаешь про узников тюрьмы?
– Я их видела, – ответила Суана. – Я с ними говорила. Их заставляют добывать золото, за которое Ународ покупал новых рабов, а также оружие. За то время, что я провела здесь, я узнала слишком много о том, что творится в нашем королевстве. Бизуф правильно сделал, что увёз Авкортию подальше от дворца. Клянусь, что в Сана-Кироде бедной девочке грозило меньше опасностей, чем в Мегалии. И я не позволю с ним расправиться!
– Давай оставим пока Бизуфа в стороне, – примирительно сказал король. – Меня больше волнует именно то, что происходит в нашем королевстве, в том числе, продажа людей из тюрьмы и твоё похищение. Мы уже знаем о том, что драконы действовали сообща с кем-то в Мегалии, поэтому-то я хотел привезти Эльтода в Тилугем и допросить. Но ты не дала мне этого сделать.
– Это ни к чему, отец. Я могу сказать всё то же, что и Эльтод.
– То есть, ты можешь сказать, с кем Ународ торговал и договаривался о твоём похищении?
– Да, могу. Но вначале я хотела бы тебя спросить, отец. Почему всё это время вы лгали мне про мою настоящую мать, про то, что у меня есть родная тётя и кузина?
Латис покосился в сторону Авкортии, но та развела руками с невинным видом.
– Дочка, нам не хотелось омрачать твоё детство, – с печалью в голосе ответил король. – Ты росла светлым, счастливым ребёнком и всегда радовалась жизни, как и твоя родная мама, Лейту. Вообще, ты очень похожа на неё, и я всегда смотрел на тебя, одновременно радуясь и печалясь.
– Но кто всё-таки придумал врать мне про то, что Алиста – моя мать? – с упорством продолжала допытываться Суана.
– Это было наше общее решение, дочка. Алиста всегда заботилась о тебе. Она заменила тебе мать…
– Она всегда заботилась о своём троне, отец. Ради него она и делала вид, что любит меня.
– Что ты такое несёшь, Суана! – возмутился Латис. – Как ты можешь так говорить об Алисте?!
– Ещё как могу, отец, – ответила девушка. – Шестнадцать лет Алиста правила от моего имени, с ужасом ожидая того момента, когда я стану взрослой и отниму у неё власть. Она не могла меня убить, потому что без меня ей на троне находиться было нельзя, вот она и придумала способ сохранить своё положение, отдав меня Ународу.
– Кто наговорил тебе столько гадостей про Алисту?! – гневно воскликнул король и перевёл взгляд на Авкортию. – Это ты, негодная девчонка, настроила мою дочь против моей жены?! Я знаю, как твоя мать ненавидит Алисту, и готова сделать всё, чтобы отравить своей ненавистью всех вокруг, но вам не удастся очернить её имя!
– Оставь в покое мою кузину, – пришла Суана на помощь сжавшейся от страха девочке. – У меня, хвала Великому Зомулу, своя голова на плечах, и я могу отличить ложь от правды.
– Родная, я пришёл сюда с войском, потому что тебя похитили. И я хочу разобраться, кто и зачем это сделал.
– Суану похитил я, – внезапно проговорил дракон.
– Замолчи! – прикрикнула на него принцесса, но было поздно.
– Так это ты похитил её, мерзкий кирод! – Глаза Латиса налились кровью. Он выхватил меч и направил его на дракона, и сразу же раздался лязг мечей тех, кто был рядом.
Эльтод даже не шелохнулся, когда сотни мечей, копий, алебард и стрел оказались нацеленными на него.
– Остановитесь! – испуганно крикнула Суана, вставая перед своим отцом и поднимая руки. – Вы не посмеете тронуть его!
– Но дитя моё, – с удивлением и настойчивостью сказал король, – если он похитил тебя…
– Эльтод выполнял приказ Ународа, – попыталась объяснить принцесса, – а потом он спас мне жизнь. Я не позволю вам расправиться с ним.
– Я не собираюсь его убивать. Но мы будем судить твоего похитителя, – заключил Латис и отдал приказ воинам: – Крепко свяжите его и отведите в лагерь.
Все, кто был рядом, принялись медленно обступать дракона, который даже и не думал бежать или сопротивляться. Но в этот момент Суана вытащила меч и крикнула:
– Первого, кто приблизится к Эльтоду, я проткну этим мечом! Вам придётся сначала убить меня.
Король и его воины растерянно остановились, не зная, что делать дальше.
– Басафалсо эшави эсдаллалихса, – сказал дракон. – Чима талан ху хишарба рау та алублус чиви седаш хутхур файал ситфа эша. Ксал тама лашак зафаэтлен чи пудишалаимаш [1]
Закрыть
.Не делай этого, принцесса. Твой отец прав: я причинил тебе страдания, и должен ответить за это. Всё равно моя жизнь закончится, как только ты уедешь.
– Тама ста сафа зафаэтлен йет дулста сухен чиба, – ответила Суана, не оборачиваясь. – Йет эша ху настаи сит рафаи зомул йа лех полен стаку [2]
Закрыть
.Моя тоже закончится, если с тобой что-то случится. Если Великому Зомулу так угодно, то мы умрём вместе.
– Суана, дитя моё, опусти меч, – с опаской мягко промолвил Латис. – Это безумие – защищать кирода, тем более, который похитил тебя.
– Безумие – то, что ты делаешь, отец, – ответила принцесса. – Ты не только нарушил договор, который мой дед заключил с киродами, тем, что ты затеял эту войну, но и не держишь своё королевское слово. Ты позоришь и себя, и всю Мегалию!
Король растерянно смотрел на свою дочь, будучи не в силах найти слова для ответа. На помощь ему пришёл Улид.
– Ваше Высочество, – деликатно заметил он, – вам не пристало бросаться подобными обвинениями в адрес короля, тем более, в присутствии большого количества людей. Я понимаю, что вы провели достаточно много времени в плену, вдали от дома, но у вас нет права проявлять неуважение к Его Величеству, чьими подданными мы являемся.
– Я не знаю, кто вы такой, – властно заявила Суана. – Но напоминаю вам и всем, кто меня сейчас слышит, что я должна в ближайшее время стать королевой Мегалии, и никто не смеет учить меня разговаривать со своим отцом.
Помощнику не оставалось ничего другого, как сдержано поклониться и отойти назад.
– Отец, – снова обратилась принцесса к королю, – я не сдвинусь с места до тех пор, пока ты не отменишь свой приказ и не позволишь новому предводителю армии Сана-Кирода беспрепятственно вернуться в свой лагерь. Кроме того, я требую, чтобы ты объявил об окончании войны и о том, что мы все возвращаемся в самое ближайшее время.
– Но… – попытался возразить Латис.
– Немедленно! Мы все ждём твоих распоряжений. Иначе твой поход окажется бесполезным.
Наступило молчание. Все смотрели на короля и принцессу, вставшую между ним и драконом. Никто ещё ни разу не видел, чтобы кто-либо так разговаривал с Латисом. Тем более, никто никогда не видел и даже не мог себе представить, чтобы король изменил своё решение под чужим давлением, кто бы это ни был. Но теперь перед ним стояла девушка, ничем не уступавшая своему отцу в решимости.
Латис несколько раз открывал рот, чтобы ответить дочери, но каждый раз останавливал себя, словно прочитывая ответ на свои слова в её глазах. В конце концов, он глубоко вздохнул и громко сказал:
– Кирод свободен. Наш поход окончен. Завтра утром мы возвращаемся домой.
Все, кто обступил дракона, убрали оружие. Принцесса тоже вложила свой меч в ножны. По рядам удивлённых воинов прокатился глухой гул, который всё больше и больше сопровождался радостными возгласами, и постепенно весь лагерь заразился ликованием. Дракон же медленно, с достоинством, развернулся, чтобы уйти, но его остановил крик Суаны.
– Эльтод! Подожди!
Кирод остановился и, снова повернувшись к принцессе, уселся на землю.
– Суана, что ты ещё задумала? – недовольно воскликнул король.
– Я должна ещё кое-что сказать ему, отец. Буквально несколько минут, – скороговоркой ответила девушка и подбежала к Эльтоду.
– Спасибо тебе за то, что остановила войну, – сказал он. – Не знаю, смогу ли я тебя когда-нибудь ещё увидеть, но пока я жив, ты будешь оставаться в моём сердце.
– Ты тоже останешься навсегда в моём сердце, Эльто, – с теплотой и печалью в голосе ответила принцесса. – Только половина меня вернётся в Тилугем – вторая навсегда останется в Сана-Кироде. Мир между нашими странами – моё проклятие на всю оставшуюся жизнь.
– И моё, – глухо промолвил кирод.
– Передай, пожалуйста, Дум-Вару, что я никогда не забуду его и его близких, – с трудом выдавила принцесса, стирая слёзы, скатившиеся из её глаз. – И отпусти Шихтапа.
– Обещаю, что мы отпустим всех хафрунов, Суана, – пообщал Эльтод. – А завтра утром мы доставим сюда всех людей, которые были у нас в плену. Больше никаких пленных и рабов у нас не будет.
– Спасибо, – прошептала принцесса. – И прощай.
– Прощай, Суана, – ответил кирод.
Он дождался, когда она развернётся и уйдёт в лагерь, и только после этого медленно двинулся к холмам.
– О чём вы говорили? – спросил принцессу её отец, который всё это время продолжал вместе со своей свитой наблюдать за девушкой.
– У киродов остались наши пленные, – объяснила принцесса. – Завтра утром они доставят их сюда, чтобы мы забрали их в Мегалию.
Король с интересом посмотрел на неё.
– Почему ты так смотришь на меня? – осведомилась Суана.
– Любуюсь тобой, дочка. Ты очень изменилась и станешь настоящей королевой.
Латис повернулся к стоявшему неподалёку Улиду.
– А где вторая девчонка? – спросил он.
– Она отправилась вместе с другими людьми, которые относили того раненого воина, – сообщил тот.
– В таком случае, мы тоже пойдём туда. Я хочу посмотреть на этого храбреца, который смог так долго сражаться с самым сильным драконом на земле.
– Ты, кажется, должен знать его, отец, – заметила Суана. – Ведь он совсем недавно занимался обучением Вуткома.
Король нахмурил брови.
– Постой, постой! Как это сразу не пришло мне в голову?! Это ведь Бизуф?!
– Да, Бизуф, – удивлённо протянула принцесса. – А что такого?
– Ну-ка, пойдём скорее в шатёр! – Латис взял Суану под руку, и они направились в сопровождении свиты вглубь лагеря.
– Судя по твоему виду, ты не очень-то рад тому, что Бизуф приехал сюда, – протянула девушка, с подозрением глядя на отца, с гневной решительностью шагающего к шатру, в который отнесли юношу.
– Нет же, как раз-таки я страшно рад, – ответил король. – Ты не представляешь, как долго мы его искали после того, как этот негодяй похитил Авкортию.
– Он же это сделал, чтобы спасти ей жизнь! – воскликнула Суана. – Насколько я знаю, девочку хотели убить в нашем дворце.
– Это довольно тёмная история, и роль Бизуфа в ней мне пока не ясна. И вообще, многое, что происходило в Мегалии с момента твоего похищения, покрыто завесой тайны.
Они зашли в шатёр, в который уложили потерявшего сознание Бизуфа. Возле постели, на которой лежал юноша стояла вся его команда: Фаетар, Гергам, Набрут и Авкортия. При появлении короля и сопровождающих его людей, они обернулись и выпрямились. Латис подошёл к постели и посмотрел на Бизуфа, затем с тем же суровым выражением на лице стал медленно оглядывать его помощников. Те, немного стушевавшись, в свою очередь, напряжённо смотрели на него.
– Что с ним? – после долгого молчания спросил король.
– К счастью, никаких серьёзных ранений или увечий нет, Ваше Величество, – ответил Фаетар. – Дракон, конечно, его сильно придавил, но доспехи выручили. Думаю, он скоро придёт в себя.
– Хорошо, – кивнул головой Латис. – Как только он очнётся, сообщите мне.
– Будет исполнено, Ваше Величество, – сказал с поклоном Фаетар.
– Авкортия, пойдём со мной, – приказал король.
– Зачем? – с удивлением спросила девочка.
– Что значит «зачем»? Мне нужно поговорить с тобой.
– Я должна остаться здесь, с Бизуфом.
– Авкортия, не забывайся, – строго сказал Латис. – Этот… этот молодой человек никуда не убежит. Вокруг него и так полно людей. Мы поговорим, а потом ты сможешь сюда вернуться.
Девочка посмотрела на Бизуфа, а затем нехотя отправилась вслед за королём и Суаной в главный шатёр.
Прода от 02.08.2022, 05:02
Глава 57. Тяжёлый разговор.
Для разговора король велел остаться только Суане, Авкортии и Улиду.
– Я хочу, чтобы ты рассказала мне всё про этого Бизуфа, – обратился он к девочке.
– А что нового я могу про него рассказать? – с невинным выражением на лице спросила она.
– Думаю, многое, учитывая, сколько времени он держал тебя при себе.
– Бизуф меня не держал. Если бы я захотела, то вернулась бы в любой момент.
– Но он тебя похитил из дворца!
– Да. Потому что кто-то пытался убить нас с мамой. Один раз Бизуфу повезло спасти нас, но…
– Вот здесь-то я и хотел бы уточнить, дитя моё, как это так получилось, что этот молодой человек, о котором месяц назад никто ничего не знал, умудрился так быстро оказаться во дворце, втереться в доверие моему сыну и, якобы, случайно узнать о том, что готовится ваше отравление? И сразу после того, как этого повара арестовали, кто-то его убил, так что даже допросить его не успели. Слишком много странностей, Авкортия.
– То, что стража дворца допустила убийство подозреваемого, говорит лишь о бардаке во дворце, – с достоинством ответила девочка. – Какое это отношение имеет к Бизуфу?
– Молодец, сестрёнка! – тихо воскликнула Суана.
Латис покосился на неё, но не отреагировал и продолжил разговор с Авкортией.
– Хорошо, я принимаю твоё обвинение на свой счёт, – сказал он, – но ты должна признать, что этот человек намеренно стремился попасть во дворец, и то, что он, в конце концов, похитил тебя, случайностью назвать нельзя.
– Это ваше мнение, а я ему верю, – твёрдо заявила Авкортия. – Многие люди хотят попасть во дворец, и Бизуфу повезло. А то, что он случайно узнал о том, что нас хотят отравить…
– Как узнал? – перебил её король. – Он рассказал тебе, как он узнал об этом?
– Подглядел, как передавали яд и деньги повару.
– Кто передавал?
– Я не знаю. – Увидев, что лицо Латиса скривилось в недоверчивой улыбке, девочка поспешила добавить: – Бизуф не может знать всех во дворце, я тем более.
– Почему же он не сообщил о преступлении страже, а решил действовать втайне?
– Об этом лучше спросить у него, но я уверена, что если бы он обратился к кому-то во дворце, его бы вряд ли стали бы слушать сразу, а пока он добрался бы до нужного человека, мы уже были бы мертвы.
Латис скептически покачал головой и переглянулся с Улидом.
– Всё это выглядит очень подозрительно, дитя моё, – сказал он. – Я не знаю, что Бизуф наговорил тебе, но мне вся эта история с твоим похищением совсем не нравится, и когда он придёт в себя, ему придётся многое объяснить нам.
– А то, что благодаря Бизуфу Суана сейчас здесь, а не в замке драконов, уже значения не имеет? – чуть не вскричала Авкортия.
– Успокойся, дитя моё, – мягко, но наставительно ответил король. – Его героическая схватка с Ународом ему зачтётся. Я очень благодарен юноше за освобождение своей дочери, но он совершил преступление…
– О каком преступлении ты говоришь, отец?! – настала очередь возмутиться Суане. – В твоём дворце настоящие убийцы и преступники безнаказанно делают, что хотят, твоя стража позволяет выкрасть из дворца твою дочь, людей из тюрьмы в большом количестве продают в рабство драконам. И после этого ты хочешь, чтобы Бизуф сообщил о преступлении твоим людям? Да его бы убили так же, как и того повара, который подмешал яд в пищу.
Латис с изумлением выслушал гневную тираду дочери и, переглянувшись с помощником, осторожно поинтересовался:
– Откуда ты знаешь про всё это? Откуда ты знаешь про узников тюрьмы?
– Я их видела, – ответила Суана. – Я с ними говорила. Их заставляют добывать золото, за которое Ународ покупал новых рабов, а также оружие. За то время, что я провела здесь, я узнала слишком много о том, что творится в нашем королевстве. Бизуф правильно сделал, что увёз Авкортию подальше от дворца. Клянусь, что в Сана-Кироде бедной девочке грозило меньше опасностей, чем в Мегалии. И я не позволю с ним расправиться!
– Давай оставим пока Бизуфа в стороне, – примирительно сказал король. – Меня больше волнует именно то, что происходит в нашем королевстве, в том числе, продажа людей из тюрьмы и твоё похищение. Мы уже знаем о том, что драконы действовали сообща с кем-то в Мегалии, поэтому-то я хотел привезти Эльтода в Тилугем и допросить. Но ты не дала мне этого сделать.
– Это ни к чему, отец. Я могу сказать всё то же, что и Эльтод.
– То есть, ты можешь сказать, с кем Ународ торговал и договаривался о твоём похищении?
– Да, могу. Но вначале я хотела бы тебя спросить, отец. Почему всё это время вы лгали мне про мою настоящую мать, про то, что у меня есть родная тётя и кузина?
Латис покосился в сторону Авкортии, но та развела руками с невинным видом.
– Дочка, нам не хотелось омрачать твоё детство, – с печалью в голосе ответил король. – Ты росла светлым, счастливым ребёнком и всегда радовалась жизни, как и твоя родная мама, Лейту. Вообще, ты очень похожа на неё, и я всегда смотрел на тебя, одновременно радуясь и печалясь.
– Но кто всё-таки придумал врать мне про то, что Алиста – моя мать? – с упорством продолжала допытываться Суана.
– Это было наше общее решение, дочка. Алиста всегда заботилась о тебе. Она заменила тебе мать…
– Она всегда заботилась о своём троне, отец. Ради него она и делала вид, что любит меня.
– Что ты такое несёшь, Суана! – возмутился Латис. – Как ты можешь так говорить об Алисте?!
– Ещё как могу, отец, – ответила девушка. – Шестнадцать лет Алиста правила от моего имени, с ужасом ожидая того момента, когда я стану взрослой и отниму у неё власть. Она не могла меня убить, потому что без меня ей на троне находиться было нельзя, вот она и придумала способ сохранить своё положение, отдав меня Ународу.
– Кто наговорил тебе столько гадостей про Алисту?! – гневно воскликнул король и перевёл взгляд на Авкортию. – Это ты, негодная девчонка, настроила мою дочь против моей жены?! Я знаю, как твоя мать ненавидит Алисту, и готова сделать всё, чтобы отравить своей ненавистью всех вокруг, но вам не удастся очернить её имя!
– Оставь в покое мою кузину, – пришла Суана на помощь сжавшейся от страха девочке. – У меня, хвала Великому Зомулу, своя голова на плечах, и я могу отличить ложь от правды.
