До Полуночной академии было лететь не больше пяти часов со всеми передышками и перекусами в злачных местах по дороге, а ехать верхом примерно часов шесть, если скакать галопом большую часть времени, можно и быстрее. Там, разумеется, своя особенная обстановка: больше озер, болот и лесов, меньше цветочных полян. Более мрачные готические сооружения в серых и темных тонах. Воздух совершенно другой, более холодный, враждебный, с непривычки кажется, что даже солнце греет по-другому, большая часть в году отведена пасмурным и дождливым дням. Вот и ходят все мрачные и в чёрном, видимо, им тепла не хватает не только природного, но и человеческого.
- Успеешь со всеми познакомиться, заселиться в хорошую комнату со всеми удобствами, я тебе большее скажу, сейчас ты даже сможешь её выбрать, решить - жить с ведьмами, вампирами, некромантами, оборотнями или с такими же, как и ты феями. Потом всё определит жеребьёвка. Новичков много, а свободные места ограничены из-за старшекурсников. Вот с ними сосуществовать сложнее всего, - Настас усмехнулся. - С новой кровью всегда легче подружиться, чем с уже закалённой здешним климатом и обычаями.
Я до жути боялась вампиров и некромантов, поэтому перечисленные аргументы стали для меня вполне убедительны, чтобы бежать со всех ног к своему чемоданчику для путешествий и сгребать в охапку то, что мне может пригодиться в ближайшее полгода.
- Замётано. Сегодня же отбываем. Но почему ночью, а не с утра, чтобы насладиться открывающимися по пути пейзажами?
- Ночь не менее живописна, Гликерия. Вскоре тебе много с чем придется встретиться в это время суток. Пора привыкать распределять свои ресурсы как положено темной фее.
- Эм... С чем мне придется познакомиться, надеюсь, речь не о чудищах, что прячутся в ночи? - спросила срывающимся писклявым голоском, к горлу уже подступал нервный смешок, мне вспомнился мой недавний сон.
- Нет, подобающей встречи с ними обучат на уроках самообороны. Так что опасаться их не стоит. Я о том, что после занятий ты будешь проводить много времени в моей личной лаборатории часто допоздна. Поэтому со сном на ближайшие три месяца ты можешь попрощаться. А потом и не только с...
Он запнулся, отвел взгляд.
- Совсем забыл, что меня уже ждут в другом месте. Не прощаюсь. Скоро увидимся. Много вещей не набирай. Там своя форма и другой стиль.
- Ладно. До встречи.
Всю дорогу до дома я думала, как оповещу родителей о столь скором отъезде. Но разве можно найти нужные слова для тех родных и близких созданий, что каждый день видели твою улыбку или слезы, были рядом, когда нужны, подбадривали и защищали от невзгод. Как сказать, что придется на неопределенное время расстаться уже сегодня?
Когда я пришла домой уже все кроме сестры куда-то собирались, она единственная не так давно выпустилась из академии и еще до конца не определилась, чему хочет себя посвятить. Не такой уж и большой выбор после окончания учебы на факультете «Премудрых наук» - преподавать или заниматься научно-исследовательский деятельностью. Не видела, чтобы Адель горела желанием убивать свои нервные клетки, объясняя еще совсем зеленым адептам основы магических дисциплин. Ей бы напроситься в ученицы к какому-нибудь практикующему профессору, чтобы создавать новые формулы зелий и эликсиров, а она не может решиться о себе заявить в открытую. Целителям в этом смысле проще. Их еще на третьем курсе почти всех разбирают, лишь самые криворукие ищут работу сами и то недолго.
Мама день за днем облагораживала сады и палисадники в основном зажиточных людей: поливала цветы, обрезала кусты и растения, удобряла почву, высаживала новые виды, собирала семена. Отец обеспечивал подачу чистой воды в дома, следил за кристальной прозрачностью рек и прудов, иногда чистил водопроводы и канализации. Последнее приходилось делать крайне редко, так как почти все предпочитали поддерживать порядок и ценили чужой труд. В Лучистых землях люди не считали себя выше фей, ведьм, вампиров и других не похожих на них видов, некоторых они даже уважали, других остерегались, на рожон не лезли, поэтому до гонений, убийств и костров дело не доходило. Когда не помогала традиционная медицина, сразу все вспоминали про целителей, не везло в любви - про ведьм, надоела обыденная жизнь и хотелось острых, новых ощущений - про вампиров. Ну а мы - феечки были теми палочками-выручалочками, которые могли почти всё: заколдовать, снабдить зельем, вылечить, привести в порядок дом и двор, сделать красивой не только снаружи, но и внутри даже самую страшненькую дурнушку.
Заваривая себе жасминовый чай, так и не найдя в себе силы сказать всё в лицо, пробормотала, стоя спиной к родителям:
- Я уже сегодня вас покидаю, простите, что так скоро. Еще нужно решить некоторые вопросы с заселением, познакомиться с местными обычаями и правилами.
От неожиданной новости, прозвучавшей как ливень в безоблачный день, мама выронила из рук тарелку, с таким же звоном на мелкие осколки рушился ее давно запланированный семейный отдых в горной местности с захватывающим дух видом на высокие водопады и поросшие зеленью скалы.
Папа тяжело выдохнул. - Что ж, придётся сегодня отложить все дела и провести этот день всем вместе, чтобы в ближайшее недели нашей дочери было что вспоминать.
Мама уже не прятала покрасневшие от слез глаза: - Вот наша птичка стала совсем большой, она так скоро покидает наше уютное гнёздышко.
- Не расстраивайтесь, я быстро соберу чемоданы, а вы пока Адель разбудите, предлагаю: порыбачить, позагорать и поплавать.
- А еще можно пикник устроить, - отец поддержал мою идею.
Этот день прошел очень насыщенно, мы сделали даже больше чем запланировали, уже к обеду моя кожа больше напоминала не заварной крем, как до этого, а вполне готового к употреблению представителя ракообразного. Всё тело горело, к нему было невозможно прикоснуться. Мама владела некоторым арсеналом целительских чар, поэтому вскоре я о своей проблеме забыла, уже любуясь красивым ровным загаром.
После обеда в таверне "Сытый кот" можно было встретить представителей разного класса общества, чем больше времени они проводили в сия удивительном заведении с быстрым выходом на бордель через внутренний дворик или балкон, тем сильнее смахивали на одно всеядное животное, что часто заводили на ферме. По их усам и подбородку стекал уже не умещающийся в животе эль, вино или пиво. Но бросать начатое в компании таких же изрядно набравшихся мужиков было преступлением, вот и приходилось вливать, почти не закусывая, (ведь это тоже было проявлением слабости) эти помои, пока не вырубишься прям там, где сидел. Это еще хорошо заснуть мордой в тарелке или чьей-то мягкой груди, очнулся и сразу насытился. А там можно и по новой гулять.
Настас с тоской наблюдал на проходившее мимо него веселье, он мог позволить себе не больше двух-десяти кружек пива (у некроманта организм крепкий, быстро выводящий алкоголь и токсины, этому что спиртное, что водичка, но вот характерный запах остаться мог), чтобы к ночи Гликерия не догадалась об истинном значении столь важной встречи, на которую он опаздывал.
Похожий по комплекции на здорового бурого медведя мужчина по имени Камиль был местным ведьмаком, которых осталось в светлых землях совсем мало, скорее для галочки, что такие имеются, чем для реального похода на стрыгу, болотную ведьму или лихо. Вот и не знал бедный куда деть свои таланты. Как перепьёт - начинал травить байки о своих приключениях десятилетней давно, в одном из них он, кстати, и лишился кисти левой руки, охотившись на оборотня-медведя, чья шкура могла бы украсить его пол в спальне, да тот подлец после умертвления вернул себе человеческий облик. А как управляться и с одной рукой он быстро освоился, к тому же, после этого случая к его темноволосой кареглазой персоне было больше внимания, особенно женского.
Сегодня ведьмак был радостнее обычного, ведь довелось встретиться со старым приятелем некромантом. Когда они дружили, тот никого крупнее кошки воскресить не мог, и то, та была способна лишь на то, чтобы пройти пару кварталов, даже толком никого не напугав, в попытке влезть на дерево или перепрыгнуть забор - откинуться.
- Ну и какими судьбами ты к нам, пепельный, свои покойники кончились, решил наших растормошить? - с усмешкой бросил, смачно отхлебнув эль.
- Нет. На сей раз за живой девицей, поставив на стол кружку, ответил чуть тише, оборачиваясь по сторонам. - Но вот выдержит ли она то, что ей подготовлено пророчеством уже другой вопрос. Посмотрим насколько сильна тело и духом, не хотелось бы на полпути искать ей замену.
- Даже и спрашивать не буду на какой черт тебе живая дева, не иначе как старым-недобрым жертвоприношением попахивает?! - предположил Камиль, не сильно беспокоясь о судьбе юной девушки.
- А вот и не угадал, мне и тому, ради кого я это все затеял, ее кровь не нужна, но вот крылья. Без них в этом деле не обойтись, они своего рода проводник, символ перехода к новому, совершенно другому миру.
- Не сидится тебе в твоём склепе фамильном, ладно преподавать стал, от скуки и не так завоешь, но грезить о другой реальности, простия, но это перебор, друг, - похлопал его по плечу ведьмак, посмеиваясь.
- Поверь, Камиль, когда у нас получится, ты на долгие годы будешь обеспечен нормальной прежней работой, копая огороды и строя дома уже, небось, забыл как свою истинную силу, данную природой, использовать?
- Ну тогда жду перемен. А сейчас давай просто выпьем, а потом к девкам наведаемся. Моя чур Камила, у нас с ней особая телесная связь. Она такой массаж за дополнительную плату делает... Раньше спина колом стояла, теперь хоть согнуться могу.
Некромант осушил до конца кружку и со знанием дела ответил. - По рукам, Камилка твоя. Мне Настасья милее. Особенно ее лучшие незагорелые стороны.
Настасу не везло на женщин уже давно, наверно с тех пор, как он предпочёл спокойной семейной жизни общение с умершими. Ни одна не выдержала внезапных разговоров в ночи с теми, кого не было видно, прогулок по кладбищам, ручных зомби на побегушках и мертвецкой, колдовской атрибутики там, где должны были находиться комнатные растения, предметы декора и нижнее белье. Женщины сбегали, к счастью, не на тот свет, а к другому более теплому мужику. После предпоследней сынишка остался, учуяв в нем дух некроманта, она права на материнство забыла примерно там же, где и свои любимые духи, исчезая с самым необходимым и дорогим, как призрак в ночи.
Что меня сопроводит сам профессор, я предпочла сказать, иначе бы в тёмное время суток меня одну бы никто не отпустил. Обязательно увязался отец или вся семья. А им с матерью уже с утра работать.
Папа очень удивился, что теперь за адептами первого курса посылается преподавательский состав, но не стал сильно рассуждать на эту тему, чем я была очень довольна.
- Это тебе на первое время, доченька, блинчики с творогом и пирог с твоим любимым клубничным вареньем и абрикосами, - мама протянула мне корзинку с провизией, хоть ее голос и звучал звонко, я знала какая тоска скрывалась за ее натянутой улыбкой. Еще не успею я за угол завернуть, как она расплачется на отцовском плече. Всю ночь глаз не сомкнет, думая, где я и что со мной.
- Ма, там еду готовят повара, мне не нужно будет ее самостоятельно добывать, поэтому не стоило, скиснет еще. - Заметив, как мама помрачнела, добавила. - Хотя не должно, ночь для последней недели августа сегодня довольно ветренная и прохладная.
- Чуть не забыла, это чтобы ты в зябкие деньки согревалась моей любовью, давно вязала, всё берегла. А сейчас и случай особый подвернулся, - самая близкая мне женщина даже сейчас отдавала мне частичку себя, бережно снимая шаль со своих плеч и, накидывая на мои.
Ткань пахла ванилью и цитрусом, этот запах у меня ассоциировался с лучшим, не только по моему мнению, но и судей на фермерском конкурсе, лимонном пирогом. Теперь каждый раз когда мягкий, но такой теплый материал будет касаться моего тела, я буду вспоминать сладкий вкус пирога с лёгкой кислинкой, материнские тонкие ручки с маленькими ноготками миндальной формы, что с нежностью и любовью смешивали ингредиенты.
- Спасибо, мамуль, буду ее беречь, - чмокнула ее в щеку.
- Извини сестра, что-то я о сувенире не подумала. Ну ничего, скоро вернёшься, и тогда я тебе обязательно подарю не абы что, а что-нибудь нужное. Прям завтра возьмусь за новую рецептуру.
- Надеюсь тебе за время моего отсутствия повезет с работой, и ты будешь с удовольствием ей заниматься, а не только из-за нужды.
Нужно было спешить к реке, прощание с отцом получилось самым коротким:
- Хорошо учись, даже и не думай плакать по нам. Скоро свидимся, Гли, наша уникальная бабочка, с чудесными жемчужно-фиолетовыми крылышками. – Он каждое слово наделял такой особой отцовской нежностью и лаской, что мои крылья распрямились, захотелось вспорхнуть.
- Пока, всех люблю. При первой же возможности прилечу с попутным ветром.
От очевидного осознания что мне сейчас придется в полутьме с фонариком в одной руке, корзинкой и сумкой в другой лететь в сторону леса, по коже пробежался холодок. Каждый шорох, шелест и треск заставляли меня вздрогнуть, распылив на себя пыльцу,
отпугивающую голодное зверьё, которое чисто теоретические могло прятаться за деревьями, ускорилась, мое громкое дыхание заглушало стук быстро колотящегося сердца, зубы скрежетали не от холода. Животный, естественный страх не дал мне как полагается при расставании с семьёй потосковать, заслонил собой все мои мысли. Сейчас важнее всего было встретиться с Настасом, время поностальгировать о счастливом детстве и юности, что я провела в родительском доме, еще найдется.
В темноте что-то заблестело желто-оранжевым свечением. Отвлекаясь на круглый предмет, заметила перед собой черного как сама ночь жеребца уже лично с ним столкнувшись - пупком к морде. Конь, которого как оказалось зовут Гром, не предполагав такого дерзкого поведения по отношению к своей непарнокопытной персоне, отступил назад, заржал, видимо был очень воспитан, не стал сходу кидаться на меня своей внушительной тушей. Предпочёл познакомится – обнюхать не сколько меня, а скорее содержимое моих узелков. Пришлось угостить нового знакомого выпавшей так удачно возле его носа сочной желтой грушей. Не спроста корзинка такая тяжелая. Видимо внутри нее я найду еще много съестного из того, что матушка якобы забыла упомянуть.
Послышался мужской встревоженный голос:
- Я тебя заждался. Уже решил, что ты передумала, хотел один отчаливать. Гром, она своя!
Отдышавшись, приземлилась на пенек. То, что привлекло мой взор во время полета, оказалось всего лишь камнем на мече, обычным самоцветом. А вот большой череп на рукоятке смотрелся эффектно, устрашающе. Днем я не обратила на него внимание, скорее всего Настас не взял меч с собой, чтобы моих вопросов не стало еще больше.
- Извините, что задержалась. Нужно было попрощаться с семьей, думаю, вы все и сами прекрасно понимаете, - пожала плечами.
- Разумеется. На коня залазить умеешь или тебя подсадить?
- Не стоит, я к нему подлечу.
- Как в первый раз? - Настас не сдержал усмешки.
Конь словно понимая о чем идет речь, чихнув, завертел мордой.
Обиженно хмыкнула. - Нет, не так.
- Успеешь со всеми познакомиться, заселиться в хорошую комнату со всеми удобствами, я тебе большее скажу, сейчас ты даже сможешь её выбрать, решить - жить с ведьмами, вампирами, некромантами, оборотнями или с такими же, как и ты феями. Потом всё определит жеребьёвка. Новичков много, а свободные места ограничены из-за старшекурсников. Вот с ними сосуществовать сложнее всего, - Настас усмехнулся. - С новой кровью всегда легче подружиться, чем с уже закалённой здешним климатом и обычаями.
Я до жути боялась вампиров и некромантов, поэтому перечисленные аргументы стали для меня вполне убедительны, чтобы бежать со всех ног к своему чемоданчику для путешествий и сгребать в охапку то, что мне может пригодиться в ближайшее полгода.
- Замётано. Сегодня же отбываем. Но почему ночью, а не с утра, чтобы насладиться открывающимися по пути пейзажами?
- Ночь не менее живописна, Гликерия. Вскоре тебе много с чем придется встретиться в это время суток. Пора привыкать распределять свои ресурсы как положено темной фее.
- Эм... С чем мне придется познакомиться, надеюсь, речь не о чудищах, что прячутся в ночи? - спросила срывающимся писклявым голоском, к горлу уже подступал нервный смешок, мне вспомнился мой недавний сон.
- Нет, подобающей встречи с ними обучат на уроках самообороны. Так что опасаться их не стоит. Я о том, что после занятий ты будешь проводить много времени в моей личной лаборатории часто допоздна. Поэтому со сном на ближайшие три месяца ты можешь попрощаться. А потом и не только с...
Он запнулся, отвел взгляд.
- Совсем забыл, что меня уже ждут в другом месте. Не прощаюсь. Скоро увидимся. Много вещей не набирай. Там своя форма и другой стиль.
- Ладно. До встречи.
Всю дорогу до дома я думала, как оповещу родителей о столь скором отъезде. Но разве можно найти нужные слова для тех родных и близких созданий, что каждый день видели твою улыбку или слезы, были рядом, когда нужны, подбадривали и защищали от невзгод. Как сказать, что придется на неопределенное время расстаться уже сегодня?
ГЛАВА 7
Когда я пришла домой уже все кроме сестры куда-то собирались, она единственная не так давно выпустилась из академии и еще до конца не определилась, чему хочет себя посвятить. Не такой уж и большой выбор после окончания учебы на факультете «Премудрых наук» - преподавать или заниматься научно-исследовательский деятельностью. Не видела, чтобы Адель горела желанием убивать свои нервные клетки, объясняя еще совсем зеленым адептам основы магических дисциплин. Ей бы напроситься в ученицы к какому-нибудь практикующему профессору, чтобы создавать новые формулы зелий и эликсиров, а она не может решиться о себе заявить в открытую. Целителям в этом смысле проще. Их еще на третьем курсе почти всех разбирают, лишь самые криворукие ищут работу сами и то недолго.
Мама день за днем облагораживала сады и палисадники в основном зажиточных людей: поливала цветы, обрезала кусты и растения, удобряла почву, высаживала новые виды, собирала семена. Отец обеспечивал подачу чистой воды в дома, следил за кристальной прозрачностью рек и прудов, иногда чистил водопроводы и канализации. Последнее приходилось делать крайне редко, так как почти все предпочитали поддерживать порядок и ценили чужой труд. В Лучистых землях люди не считали себя выше фей, ведьм, вампиров и других не похожих на них видов, некоторых они даже уважали, других остерегались, на рожон не лезли, поэтому до гонений, убийств и костров дело не доходило. Когда не помогала традиционная медицина, сразу все вспоминали про целителей, не везло в любви - про ведьм, надоела обыденная жизнь и хотелось острых, новых ощущений - про вампиров. Ну а мы - феечки были теми палочками-выручалочками, которые могли почти всё: заколдовать, снабдить зельем, вылечить, привести в порядок дом и двор, сделать красивой не только снаружи, но и внутри даже самую страшненькую дурнушку.
Заваривая себе жасминовый чай, так и не найдя в себе силы сказать всё в лицо, пробормотала, стоя спиной к родителям:
- Я уже сегодня вас покидаю, простите, что так скоро. Еще нужно решить некоторые вопросы с заселением, познакомиться с местными обычаями и правилами.
От неожиданной новости, прозвучавшей как ливень в безоблачный день, мама выронила из рук тарелку, с таким же звоном на мелкие осколки рушился ее давно запланированный семейный отдых в горной местности с захватывающим дух видом на высокие водопады и поросшие зеленью скалы.
Папа тяжело выдохнул. - Что ж, придётся сегодня отложить все дела и провести этот день всем вместе, чтобы в ближайшее недели нашей дочери было что вспоминать.
Мама уже не прятала покрасневшие от слез глаза: - Вот наша птичка стала совсем большой, она так скоро покидает наше уютное гнёздышко.
- Не расстраивайтесь, я быстро соберу чемоданы, а вы пока Адель разбудите, предлагаю: порыбачить, позагорать и поплавать.
- А еще можно пикник устроить, - отец поддержал мою идею.
Этот день прошел очень насыщенно, мы сделали даже больше чем запланировали, уже к обеду моя кожа больше напоминала не заварной крем, как до этого, а вполне готового к употреблению представителя ракообразного. Всё тело горело, к нему было невозможно прикоснуться. Мама владела некоторым арсеналом целительских чар, поэтому вскоре я о своей проблеме забыла, уже любуясь красивым ровным загаром.
***
После обеда в таверне "Сытый кот" можно было встретить представителей разного класса общества, чем больше времени они проводили в сия удивительном заведении с быстрым выходом на бордель через внутренний дворик или балкон, тем сильнее смахивали на одно всеядное животное, что часто заводили на ферме. По их усам и подбородку стекал уже не умещающийся в животе эль, вино или пиво. Но бросать начатое в компании таких же изрядно набравшихся мужиков было преступлением, вот и приходилось вливать, почти не закусывая, (ведь это тоже было проявлением слабости) эти помои, пока не вырубишься прям там, где сидел. Это еще хорошо заснуть мордой в тарелке или чьей-то мягкой груди, очнулся и сразу насытился. А там можно и по новой гулять.
Настас с тоской наблюдал на проходившее мимо него веселье, он мог позволить себе не больше двух-десяти кружек пива (у некроманта организм крепкий, быстро выводящий алкоголь и токсины, этому что спиртное, что водичка, но вот характерный запах остаться мог), чтобы к ночи Гликерия не догадалась об истинном значении столь важной встречи, на которую он опаздывал.
Похожий по комплекции на здорового бурого медведя мужчина по имени Камиль был местным ведьмаком, которых осталось в светлых землях совсем мало, скорее для галочки, что такие имеются, чем для реального похода на стрыгу, болотную ведьму или лихо. Вот и не знал бедный куда деть свои таланты. Как перепьёт - начинал травить байки о своих приключениях десятилетней давно, в одном из них он, кстати, и лишился кисти левой руки, охотившись на оборотня-медведя, чья шкура могла бы украсить его пол в спальне, да тот подлец после умертвления вернул себе человеческий облик. А как управляться и с одной рукой он быстро освоился, к тому же, после этого случая к его темноволосой кареглазой персоне было больше внимания, особенно женского.
Сегодня ведьмак был радостнее обычного, ведь довелось встретиться со старым приятелем некромантом. Когда они дружили, тот никого крупнее кошки воскресить не мог, и то, та была способна лишь на то, чтобы пройти пару кварталов, даже толком никого не напугав, в попытке влезть на дерево или перепрыгнуть забор - откинуться.
- Ну и какими судьбами ты к нам, пепельный, свои покойники кончились, решил наших растормошить? - с усмешкой бросил, смачно отхлебнув эль.
- Нет. На сей раз за живой девицей, поставив на стол кружку, ответил чуть тише, оборачиваясь по сторонам. - Но вот выдержит ли она то, что ей подготовлено пророчеством уже другой вопрос. Посмотрим насколько сильна тело и духом, не хотелось бы на полпути искать ей замену.
- Даже и спрашивать не буду на какой черт тебе живая дева, не иначе как старым-недобрым жертвоприношением попахивает?! - предположил Камиль, не сильно беспокоясь о судьбе юной девушки.
- А вот и не угадал, мне и тому, ради кого я это все затеял, ее кровь не нужна, но вот крылья. Без них в этом деле не обойтись, они своего рода проводник, символ перехода к новому, совершенно другому миру.
- Не сидится тебе в твоём склепе фамильном, ладно преподавать стал, от скуки и не так завоешь, но грезить о другой реальности, простия, но это перебор, друг, - похлопал его по плечу ведьмак, посмеиваясь.
- Поверь, Камиль, когда у нас получится, ты на долгие годы будешь обеспечен нормальной прежней работой, копая огороды и строя дома уже, небось, забыл как свою истинную силу, данную природой, использовать?
- Ну тогда жду перемен. А сейчас давай просто выпьем, а потом к девкам наведаемся. Моя чур Камила, у нас с ней особая телесная связь. Она такой массаж за дополнительную плату делает... Раньше спина колом стояла, теперь хоть согнуться могу.
Некромант осушил до конца кружку и со знанием дела ответил. - По рукам, Камилка твоя. Мне Настасья милее. Особенно ее лучшие незагорелые стороны.
Настасу не везло на женщин уже давно, наверно с тех пор, как он предпочёл спокойной семейной жизни общение с умершими. Ни одна не выдержала внезапных разговоров в ночи с теми, кого не было видно, прогулок по кладбищам, ручных зомби на побегушках и мертвецкой, колдовской атрибутики там, где должны были находиться комнатные растения, предметы декора и нижнее белье. Женщины сбегали, к счастью, не на тот свет, а к другому более теплому мужику. После предпоследней сынишка остался, учуяв в нем дух некроманта, она права на материнство забыла примерно там же, где и свои любимые духи, исчезая с самым необходимым и дорогим, как призрак в ночи.
ГЛАВА 8
Что меня сопроводит сам профессор, я предпочла сказать, иначе бы в тёмное время суток меня одну бы никто не отпустил. Обязательно увязался отец или вся семья. А им с матерью уже с утра работать.
Папа очень удивился, что теперь за адептами первого курса посылается преподавательский состав, но не стал сильно рассуждать на эту тему, чем я была очень довольна.
- Это тебе на первое время, доченька, блинчики с творогом и пирог с твоим любимым клубничным вареньем и абрикосами, - мама протянула мне корзинку с провизией, хоть ее голос и звучал звонко, я знала какая тоска скрывалась за ее натянутой улыбкой. Еще не успею я за угол завернуть, как она расплачется на отцовском плече. Всю ночь глаз не сомкнет, думая, где я и что со мной.
- Ма, там еду готовят повара, мне не нужно будет ее самостоятельно добывать, поэтому не стоило, скиснет еще. - Заметив, как мама помрачнела, добавила. - Хотя не должно, ночь для последней недели августа сегодня довольно ветренная и прохладная.
- Чуть не забыла, это чтобы ты в зябкие деньки согревалась моей любовью, давно вязала, всё берегла. А сейчас и случай особый подвернулся, - самая близкая мне женщина даже сейчас отдавала мне частичку себя, бережно снимая шаль со своих плеч и, накидывая на мои.
Ткань пахла ванилью и цитрусом, этот запах у меня ассоциировался с лучшим, не только по моему мнению, но и судей на фермерском конкурсе, лимонном пирогом. Теперь каждый раз когда мягкий, но такой теплый материал будет касаться моего тела, я буду вспоминать сладкий вкус пирога с лёгкой кислинкой, материнские тонкие ручки с маленькими ноготками миндальной формы, что с нежностью и любовью смешивали ингредиенты.
- Спасибо, мамуль, буду ее беречь, - чмокнула ее в щеку.
- Извини сестра, что-то я о сувенире не подумала. Ну ничего, скоро вернёшься, и тогда я тебе обязательно подарю не абы что, а что-нибудь нужное. Прям завтра возьмусь за новую рецептуру.
- Надеюсь тебе за время моего отсутствия повезет с работой, и ты будешь с удовольствием ей заниматься, а не только из-за нужды.
Нужно было спешить к реке, прощание с отцом получилось самым коротким:
- Хорошо учись, даже и не думай плакать по нам. Скоро свидимся, Гли, наша уникальная бабочка, с чудесными жемчужно-фиолетовыми крылышками. – Он каждое слово наделял такой особой отцовской нежностью и лаской, что мои крылья распрямились, захотелось вспорхнуть.
- Пока, всех люблю. При первой же возможности прилечу с попутным ветром.
От очевидного осознания что мне сейчас придется в полутьме с фонариком в одной руке, корзинкой и сумкой в другой лететь в сторону леса, по коже пробежался холодок. Каждый шорох, шелест и треск заставляли меня вздрогнуть, распылив на себя пыльцу,
отпугивающую голодное зверьё, которое чисто теоретические могло прятаться за деревьями, ускорилась, мое громкое дыхание заглушало стук быстро колотящегося сердца, зубы скрежетали не от холода. Животный, естественный страх не дал мне как полагается при расставании с семьёй потосковать, заслонил собой все мои мысли. Сейчас важнее всего было встретиться с Настасом, время поностальгировать о счастливом детстве и юности, что я провела в родительском доме, еще найдется.
В темноте что-то заблестело желто-оранжевым свечением. Отвлекаясь на круглый предмет, заметила перед собой черного как сама ночь жеребца уже лично с ним столкнувшись - пупком к морде. Конь, которого как оказалось зовут Гром, не предполагав такого дерзкого поведения по отношению к своей непарнокопытной персоне, отступил назад, заржал, видимо был очень воспитан, не стал сходу кидаться на меня своей внушительной тушей. Предпочёл познакомится – обнюхать не сколько меня, а скорее содержимое моих узелков. Пришлось угостить нового знакомого выпавшей так удачно возле его носа сочной желтой грушей. Не спроста корзинка такая тяжелая. Видимо внутри нее я найду еще много съестного из того, что матушка якобы забыла упомянуть.
Послышался мужской встревоженный голос:
- Я тебя заждался. Уже решил, что ты передумала, хотел один отчаливать. Гром, она своя!
Отдышавшись, приземлилась на пенек. То, что привлекло мой взор во время полета, оказалось всего лишь камнем на мече, обычным самоцветом. А вот большой череп на рукоятке смотрелся эффектно, устрашающе. Днем я не обратила на него внимание, скорее всего Настас не взял меч с собой, чтобы моих вопросов не стало еще больше.
- Извините, что задержалась. Нужно было попрощаться с семьей, думаю, вы все и сами прекрасно понимаете, - пожала плечами.
- Разумеется. На коня залазить умеешь или тебя подсадить?
- Не стоит, я к нему подлечу.
- Как в первый раз? - Настас не сдержал усмешки.
Конь словно понимая о чем идет речь, чихнув, завертел мордой.
Обиженно хмыкнула. - Нет, не так.
