Нашего ректора и так трудно назвать приятным человеком, а знание того, как жестоко он обошелся со своей женой, еще больше усиливает мою неприязнь к нему. Хорошо еще у той сохранились некоторые средства, на которые этот мерзавец не успел наложить свои грязные лапы и женщина смогла позволить себе скромную жизнь за пределами империи. Разумеется, об этом я не стала рассказывать Стоуну.
- Кто ее муж? – вопрос лорда проверяющего вывел меня из задумчивости.
- Что?
- Её муж, я его знаю?
- Хм… Вам приходилось сталкиваться, - ответила я, умолчав о частоте «столкновений».
- А имя у этого «приходилось сталкиваться» есть? – не собирался отступать Стоун.
Но я лишь зевнула в ответ, прикрыв рот ладошкой, и сонно произнесла «Кажется, доктор советовал мне больше спать».
- Розмарин, Вы же только что встали, Вы не хотите спать, - в глазах Стоуна заплясали смешинки.
- Между не хочу и не дают огромная разница, - проворчала я и, отвернувшись от своего собеседника, с головой укрылась одеялом. Даже стала глубже дышать, при этом чутко прислушиваясь к тому, что происходило в комнате.
Стоун молчал и, кажется, даже не шевелился. Наконец, ему надоело тратить свое время и он встал. Вот только пошел почему-то не в сторону двери, а ко мне.
- Спи, моя тигрица, - я чуть не вздрогнула, когда он неожиданно погладил меня по голове. – Только в следующий раз, когда вляпаешься в очередную историю, расскажи мне. – И склонившись чуть ниже, так что я почувствовала его дыхание на своей щеке, добавил, - А притворяться спящей ты совсем не умеешь.
И мне ясно представилась улыбка, появившаяся на его лице, когда он произносил эти слова. От чего захотелось запустить в Стоуна подушкой. Но нельзя, ведь тогда он окажется прав, поэтому я с еще большим усердием принялась сопеть, да так хорошо притворялась, что очень скоро и правда провалилась в сон.
Вторник.
Ранним утром, еще до завтрака ко мне зашли Брайан и Элис, которая оставалась единственной, кого пропускало в мою комнату охранное заклинание. Чтобы я не скучала, они принесли мне пару любовных романов и недовольно жужжащего Жана. Просидев весь предыдущий день и ночь в одиночестве, он так крепко вцепился в мое запястье, что никакая сила не смогла бы его оторвать, если только вместе с рукой.
А сразу же после завтрака забежал Уайтт и принес очередной ирис от Артура.
- А почему он сам не пришел? – спросила я.
- Мыши съели его доклад по военной тактики, и он пытается его восстановить.
- Не знала, что в общежитии академии водятся мыши.
- В нашей комнате водятся, - усмехнулся Этан.
- Красивый, - я осторожно провела кончиками пальцев по шелковистым лепесткам цветка. – И где он их только берет посреди зимы, да еще и в академии.
- А он разве тебе не рассказал? – Уайтт с недоверием посмотрел на меня.
- Рассказал о чем?
- Странно. Я думал, что тебе-то он скажет, - пробормотал Этан.
- О чем?! – более настойчиво повторила я. Несколько секунд Уайт колебался, но потом всё таки произнес: «Только пообещай, что никому не скажешь».
- Обещаю, - не раздумывая выпалила я и приготовилась ловить каждое слово.
- На самом деле растения – это его дар. Он даже может уговорить кувшинку цвести в пустыне.
- О! – пораженно выдохнула я, настолько услышанное не вязалось с образом Артура.
- Но Артур не любит пользоваться своим даром, считает его не мужским, что ли. А тут все подоконники в комнате заставил горшками с ирисами. Только представь реакцию его родителей, когда они увидели эту оранжерею. Естественно, что они забили тревогу, ведь ни для одной другой девушки он ничего подобного не делал.
- О! – повторно воскликнула я, разнообразию моих эмоций можно было только позавидовать.
- И именно поэтому я тебе все это и рассказываю, - Уайт прямо посмотрел мне в глаза.
- Я понимаю, - ответила я и почувствовала, что краснею. Хотя это и неправильно, но мне было очень приятно узнать о поступке Артура и, казалось, Уайт это понял. – Но я никогда не давала ему надежды, - принялась оправдываться я.
- Но и напрямую не отказывала, - заметил Этан. – Поправляйся. Пожелал он на прощание и ушел на занятие.
Я полагала, что до обеда больше посетителей не будет, а потому взяла один из принесенных Брайаном романов и погрузилась в чтение. Однако, не прошло и десяти минут, как в дверь моей палаты снова постучали.
«Войдите».
В приоткрывшемся проеме показалась рыжая макушка Артура.
- Можно? – спросил он.
- Разве ты не должен быть на занятии? – приветливо улыбнулась я.
- Все равно влетит за несделанный доклад, - пройдя в палату, Артур сел в кресло, в котором до этого коротал ночь Стоун, и хмуро посмотрел на меня, изучая нанесенный мне в бою ущерб. Раньше я бы не обратила на это внимание, но после слов Уайта все поступки Артура предстали в другом свете, и я невольно смутилась, и чтобы скрыть это, принялась взбивать подушку.
- Как ты себя чувствуешь? – спросил Артур, прерывая молчание.
- В общем-то неплохо. Осталась небольшая слабость, да еще эти волосы, - я сдула с лица короткую прядь, - так и лезут в глаза.
- Почему ты не сказала мне про Голдена? – спросил Артур и в его голосе слышалась обида и упрек.
- Зачем? – удивилась я.
- Что значит зачем? – разозлился Артур. – Я бы с ним поговорил, и тебе бы не пришлось отбиваться от его нападок в одиночестве и тем более участвовать в этой идиотской дуэли.
- Ты прекрасно знаешь, что это ничего бы не изменило. Голден слишком сильно хотел быть рядом с Кассией, а та слишком сильно хотела избавиться от меня. Не дуэль, так придумали бы что-то еще.
- Вот именно что Кассия! Получается, что я втравил тебя в историю с помолвкой и даже не знал о грозящей тебе опасности. Почему! Почему ты не сказала мне?!
- Ты сейчас на себя злишься или меня? – улыбка тронула мои губы.
- На себя, - буркнул Артур.
- Тогда ты к себе несправедлив. И что значит драться в одиночестве? А кто сломал защитный купол и отправил беднягу Голдена в лазарет? «Откуда он потом и сбежал», - но эту мысль я уже оставила при себе.
- Но чтобы в следующий раз непременно сказала мне. Сразу же, - легко дал себя уговорить Артур.
- Слушаюсь, - взяла я под козырек. - Кстати, а как вы так быстро узнали о дуэли, Кассия же запретила девчонкам покидать класс?
- Паула рассказала Брайану, ворвавшись в класс посреди занятия. Через минуту знала уже вся академия.
- Мда, недооценила я Паулу, - задумчиво протянула я, дивясь ее находчивости. – Как она всё точно рассчитала - и мне не помогла, и перед Брайаном себя хорошей показала. Только вряд ли ей это сильно помогло.
- Намекаешь на его ухаживания за Элис. Если они и правда сойдутся, это будет самая жуткая парочка во всей Антеонской империи, - хохотнул Артур.
- В каком смысле?
- Ты, конечно, не заметила, да и не до того тебе было, но Стаффорд запустил в купол целых четыре фаербола и даже не запыхался, - пояснил Артур и с уважением добавил, - вот это силища. Только представь, что будет если эти двое начнут встречаться.
- Я бы не хотела присутствовать при их семейной ссоре, - улыбнулась я.
- И тебя это совсем не удивляет? Я имею ввиду, Стаффорда.
- Просто проявились его иробийские корни, - пожала плечами я.
- Ну да, ну да. А знаешь, что удивило меня больше способностей Стаффорда?
И было что-то такое в его интонации, что заставило меня напрячься.
- Что?
- Каким образом с твоими умениями в фехтовании тебе удалось не только выстоять против Голдена, но и свалить его с ног.
- И какие будут предположения? – осторожно спросила я.
- Либо тебе повезло, что вряд ли. Либо… - Вудхаус замолчал, пораженный догадкой.
- Я умею фехтовать, - закончила за него я, чувствуя словно ступаю с обрыва в пропасть.
- Тогда… наша дуэль… и твоя рана! – ошеломленный Артур никак не мог закончить свою мысль и лишь обличительно тыкал в мою сторону указательным пальцем.
- Только моя вина, в чем я призналась еще тогда в кабинете Стоуна. И да, это я подправила твой читательский, из-за чего тебя лишили книг.
Я видела как лицо Артура сменило цвет с красного на темно-бордовый.
«Сейчас он взорвется, накричит и у меня будет повод вернуть ему кольцо», - подумала я. Возможно, лучше было бы просто поговорить с Артуром, не прибегая к уловкам. Но тогда пришлось бы рассказать о моем разговоре с Этаном и о том, что я знаю о его чувствах. Не уверена, что самолюбие Вудхауса сможет это пережить. Но к моему удивлению, вместо ожидаемого взрыва, Артур громко расхохотался.
- Ты что, совсем на меня не злишься? – уставилась я на него.
- Злюсь, конечно, но я это заслужил, - обезоруживающе улыбнулся в ответ он и удобнее устроился в кресле, закинув ноги на боковинку. – И раз уж мы обмениваемся секретами, мне тоже есть в чем признаться.
- Может не надо? – жалостливо попросила я, понимая, что это будет за признание, и что объяснение, которое я так хотела избежать, по крайней мере пока, не просто забрезжило на горизонте, а несется на меня с умопомрачительной скоростью, и я ничего не могу с этим поделать.
- Я уже давно хотел тебе сказать, - начал Артур. И уже от этих его слов у меня вспотели ладони и пересохло во рту. – Точнее поговорить. В общем я хочу стать техномагом.
- Здорово! – выпалила я, понимая, что объяснение все таки откладывается. – Но, разве для этого не нужен специальный дар?
- И ты туда же. Дар, дар! Неужели нужно прожить всю жизнь в границах только своего дара? А как быть с мечтами? Отказаться?
- Почему сразу отказаться. Можно же попробовать вписать дар в мечту, ведь не зря же он нам дается?
- Скажи это Элис или старине Пауэлу. Что может быть смешнее, чем финансист с даром разрушения или дипломат, словно собака всё понимающий но не способный произнести и слова. Да и я с куда большей радостью учился бы сейчас на инженера. Но нет, будущий император должен закончить военную кафедру, - пропищал Артур высоким голосом, передразнивая леди Вудхаус. – Хотя сейчас я думаю, что должен быть благодарен своим родителям за их решение.
- Почему?
- Не упеки они меня сюда, я никогда бы не попал на урок танцев профессора Сильвы, - хитро улыбнулся Артур, взглянув в мою сторону. Разговор снова начинал сворачивать на неприятную мне тему, и я понятия не имела, как развернуть его обратно.
- Что снова посетитель? – в палату твердой, уверенной походкой вошел доктор Гилберт, лицо которого выражало явное недовольство от присутствия в комнате Артура. – И это когда я прописал полный покой и больше сна?
- Я уже ухожу, - махнул мне на прощание Артур и сбежал, пока не начались вопросы, почему он не на занятии.
- Спасибо, - поблагодарила я доктора Гилберта.
- Это за что же?
- За то что так часто заходите ко мне, - пояснила я, пока доктор осматривал сперва мой правый, а потом и левый глаз.
- Еще бы не заходить. Медсестра жалуется, что ты не съела завтрак. Так, а теперь покажи язык. Хорошо. Просто замечательно.
- Но доктор, в каше, чае и даже яичнице – везде сахар, - возмутилась я, когда с осмотром было покончено.
- Будешь меня учить как лечить? - нахмурился доктор, - сладкое тебе просто необходимо.
- Тогда бы уж булочки давали, - тихи проворчала я. Но доктор все таки услышал и с улыбкой потрепав меня по волосам, сказал: «Хорошо, любимая пациентка, будут тебе булочки. Но чтобы все съела».
Я с радостью закивала.
- А когда меня выпустят.
- Думаю, дня через два - три, - ответил доктор Гилберт задумчиво посмотрев на меня.
- Так долго! – не удержалась я от восклицания.
- А не надо сюда попадать. А коли уж попала, будь добра слушаться меня, - сурово произнес Гилберт, но почти сразу на его тонких губах появилась улыбка. – Сейчас принесут булочки.
Следующие два дня я находилась на жесткой сладкой диете. Узнав о назначении врача, все мои посетители считали своим долгом принести что-нибудь сладко-полезное. Так что я уже смотреть не могла на все эти пирожные и конфетки и с радостью делилась ими с добродушно-улыбчивой пышкой- медсестрой.
28 декабря. Пятница. На следующий день после выписки из лазарета.
- Прескотт снова устраивает новогоднюю вечеринку, - сказал Этан.
- Скучнее его вечеринок только поход в императорский музей с профессором Клеменс, - отмахнулся Артур.
За нашим столом оживленно обсуждались предстоящие праздники. Я с улыбкой смотрела на своих друзей и удивлялась тому, как такие разные люди так быстро и легко нашли общий язык друг с другом. Но с кем-то же они дружили до того, как нас объединили в фиолетовую группу, или же были так же одиноки как и я, только выглядели более нормальными.
- Где будешь праздновать ты? – спросил у меня Брайан.
- Не знаю.
Обычно я встречала новый год дома вместе с отцом. От всех прочих ужинов праздничный отличался лишь более пышным убранством стола, за которым все также царило гробовое молчание. Иногда отец принимался задавать вопросы, проверяя мои знания по тому или иному предмету. А в конце мне дарили подарок, и я отправлялась в свою комнату, недоумевая, зачем мне нужен метательный нож, пусть даже и с хорошей балансировкой, или географический атлас с отмеченными в нем последними завоеваниями империи. Когда же отец был слишком занят на работе, то присылал записку с подарком. Но после нашего с ним разговора в парке от отца не было никаких весте, и я не знала, состоится ли наш традиционный ужин, или же все ограничится поздравительной открыткой.
– Наверное, останусь в академии.
- Можешь погостить у нас. Дедушка будет рад, - робко предложила Элис.
- Тогда я с вами, - тут же вклинился в нашу беседу Брайан.
- Нет, тебя не приглашали, - резко ответила Элис, Брайан был единственным, с кем Элис не стеснялась и не боялась проявлять свой характер.
- Тогда, пригласи. Иначе я приглашу себя сам, - обезоруживающе улыбнулся Стаффорд. Элис бросила на него гневный взгляд, а ложка в ее руке дрогнула и начала медленно сгибаться. Заметив это, Элис выронила ложку и спрятала руки под столом, нервно сцепив пальцы в замок.
- Не зли Элис, когда у нее в руках ложка, - предупреждающе зашипела я, ткнув Брайана в бок.
- Почему? – Брайан перевел недоуменный взгляд с меня на Элис.
- Я не умею управлять Даром, - не поднимая глаз, еле слышно прошептала Элис. Но все, кто сидел за нашим столом, её услышали, и в разговоре возникла неловкая пауза.
Для своего обладателя, дар был частью его самого. Конечно, вначале приходилось приноравливаться к проявившимся способностям. Но изучив их, это становилось таким же естественным как дышать или ходить.
- То есть… хочешь сказать… - осторожно подбирал слова Брайан, - застрявшие в стене части ложек это не специально?
Элис отрицательно покачала головой.
- Их там воо’ще недо’жно быт’, - призналась она, как всегда от волнения проглотив половину букв.
Я заметила, как парни переглянулись, при этом лицо каждого из них выражало явное беспокойство. Еще бы, разрушитель не умеющий пользоваться своим даром – да это же страшнее любого стихийного бедствия.
- Н-научишься, - с уверенностью произнес Пауэл. Элис вскинула на него глаза: шутит ли он, а может просто жалеет её и хочет успокоить? Последнее ранило бы чувства Элис даже больше, чем грубая шутка.
- Кто ее муж? – вопрос лорда проверяющего вывел меня из задумчивости.
- Что?
- Её муж, я его знаю?
- Хм… Вам приходилось сталкиваться, - ответила я, умолчав о частоте «столкновений».
- А имя у этого «приходилось сталкиваться» есть? – не собирался отступать Стоун.
Но я лишь зевнула в ответ, прикрыв рот ладошкой, и сонно произнесла «Кажется, доктор советовал мне больше спать».
- Розмарин, Вы же только что встали, Вы не хотите спать, - в глазах Стоуна заплясали смешинки.
- Между не хочу и не дают огромная разница, - проворчала я и, отвернувшись от своего собеседника, с головой укрылась одеялом. Даже стала глубже дышать, при этом чутко прислушиваясь к тому, что происходило в комнате.
Стоун молчал и, кажется, даже не шевелился. Наконец, ему надоело тратить свое время и он встал. Вот только пошел почему-то не в сторону двери, а ко мне.
- Спи, моя тигрица, - я чуть не вздрогнула, когда он неожиданно погладил меня по голове. – Только в следующий раз, когда вляпаешься в очередную историю, расскажи мне. – И склонившись чуть ниже, так что я почувствовала его дыхание на своей щеке, добавил, - А притворяться спящей ты совсем не умеешь.
И мне ясно представилась улыбка, появившаяся на его лице, когда он произносил эти слова. От чего захотелось запустить в Стоуна подушкой. Но нельзя, ведь тогда он окажется прав, поэтому я с еще большим усердием принялась сопеть, да так хорошо притворялась, что очень скоро и правда провалилась в сон.
Вторник.
Ранним утром, еще до завтрака ко мне зашли Брайан и Элис, которая оставалась единственной, кого пропускало в мою комнату охранное заклинание. Чтобы я не скучала, они принесли мне пару любовных романов и недовольно жужжащего Жана. Просидев весь предыдущий день и ночь в одиночестве, он так крепко вцепился в мое запястье, что никакая сила не смогла бы его оторвать, если только вместе с рукой.
А сразу же после завтрака забежал Уайтт и принес очередной ирис от Артура.
- А почему он сам не пришел? – спросила я.
- Мыши съели его доклад по военной тактики, и он пытается его восстановить.
- Не знала, что в общежитии академии водятся мыши.
- В нашей комнате водятся, - усмехнулся Этан.
- Красивый, - я осторожно провела кончиками пальцев по шелковистым лепесткам цветка. – И где он их только берет посреди зимы, да еще и в академии.
- А он разве тебе не рассказал? – Уайтт с недоверием посмотрел на меня.
- Рассказал о чем?
- Странно. Я думал, что тебе-то он скажет, - пробормотал Этан.
- О чем?! – более настойчиво повторила я. Несколько секунд Уайт колебался, но потом всё таки произнес: «Только пообещай, что никому не скажешь».
- Обещаю, - не раздумывая выпалила я и приготовилась ловить каждое слово.
- На самом деле растения – это его дар. Он даже может уговорить кувшинку цвести в пустыне.
- О! – пораженно выдохнула я, настолько услышанное не вязалось с образом Артура.
- Но Артур не любит пользоваться своим даром, считает его не мужским, что ли. А тут все подоконники в комнате заставил горшками с ирисами. Только представь реакцию его родителей, когда они увидели эту оранжерею. Естественно, что они забили тревогу, ведь ни для одной другой девушки он ничего подобного не делал.
- О! – повторно воскликнула я, разнообразию моих эмоций можно было только позавидовать.
- И именно поэтому я тебе все это и рассказываю, - Уайт прямо посмотрел мне в глаза.
- Я понимаю, - ответила я и почувствовала, что краснею. Хотя это и неправильно, но мне было очень приятно узнать о поступке Артура и, казалось, Уайт это понял. – Но я никогда не давала ему надежды, - принялась оправдываться я.
- Но и напрямую не отказывала, - заметил Этан. – Поправляйся. Пожелал он на прощание и ушел на занятие.
Я полагала, что до обеда больше посетителей не будет, а потому взяла один из принесенных Брайаном романов и погрузилась в чтение. Однако, не прошло и десяти минут, как в дверь моей палаты снова постучали.
«Войдите».
В приоткрывшемся проеме показалась рыжая макушка Артура.
- Можно? – спросил он.
- Разве ты не должен быть на занятии? – приветливо улыбнулась я.
- Все равно влетит за несделанный доклад, - пройдя в палату, Артур сел в кресло, в котором до этого коротал ночь Стоун, и хмуро посмотрел на меня, изучая нанесенный мне в бою ущерб. Раньше я бы не обратила на это внимание, но после слов Уайта все поступки Артура предстали в другом свете, и я невольно смутилась, и чтобы скрыть это, принялась взбивать подушку.
- Как ты себя чувствуешь? – спросил Артур, прерывая молчание.
- В общем-то неплохо. Осталась небольшая слабость, да еще эти волосы, - я сдула с лица короткую прядь, - так и лезут в глаза.
- Почему ты не сказала мне про Голдена? – спросил Артур и в его голосе слышалась обида и упрек.
- Зачем? – удивилась я.
- Что значит зачем? – разозлился Артур. – Я бы с ним поговорил, и тебе бы не пришлось отбиваться от его нападок в одиночестве и тем более участвовать в этой идиотской дуэли.
- Ты прекрасно знаешь, что это ничего бы не изменило. Голден слишком сильно хотел быть рядом с Кассией, а та слишком сильно хотела избавиться от меня. Не дуэль, так придумали бы что-то еще.
- Вот именно что Кассия! Получается, что я втравил тебя в историю с помолвкой и даже не знал о грозящей тебе опасности. Почему! Почему ты не сказала мне?!
- Ты сейчас на себя злишься или меня? – улыбка тронула мои губы.
- На себя, - буркнул Артур.
- Тогда ты к себе несправедлив. И что значит драться в одиночестве? А кто сломал защитный купол и отправил беднягу Голдена в лазарет? «Откуда он потом и сбежал», - но эту мысль я уже оставила при себе.
- Но чтобы в следующий раз непременно сказала мне. Сразу же, - легко дал себя уговорить Артур.
- Слушаюсь, - взяла я под козырек. - Кстати, а как вы так быстро узнали о дуэли, Кассия же запретила девчонкам покидать класс?
- Паула рассказала Брайану, ворвавшись в класс посреди занятия. Через минуту знала уже вся академия.
- Мда, недооценила я Паулу, - задумчиво протянула я, дивясь ее находчивости. – Как она всё точно рассчитала - и мне не помогла, и перед Брайаном себя хорошей показала. Только вряд ли ей это сильно помогло.
- Намекаешь на его ухаживания за Элис. Если они и правда сойдутся, это будет самая жуткая парочка во всей Антеонской империи, - хохотнул Артур.
- В каком смысле?
- Ты, конечно, не заметила, да и не до того тебе было, но Стаффорд запустил в купол целых четыре фаербола и даже не запыхался, - пояснил Артур и с уважением добавил, - вот это силища. Только представь, что будет если эти двое начнут встречаться.
- Я бы не хотела присутствовать при их семейной ссоре, - улыбнулась я.
- И тебя это совсем не удивляет? Я имею ввиду, Стаффорда.
- Просто проявились его иробийские корни, - пожала плечами я.
- Ну да, ну да. А знаешь, что удивило меня больше способностей Стаффорда?
И было что-то такое в его интонации, что заставило меня напрячься.
- Что?
- Каким образом с твоими умениями в фехтовании тебе удалось не только выстоять против Голдена, но и свалить его с ног.
- И какие будут предположения? – осторожно спросила я.
- Либо тебе повезло, что вряд ли. Либо… - Вудхаус замолчал, пораженный догадкой.
- Я умею фехтовать, - закончила за него я, чувствуя словно ступаю с обрыва в пропасть.
- Тогда… наша дуэль… и твоя рана! – ошеломленный Артур никак не мог закончить свою мысль и лишь обличительно тыкал в мою сторону указательным пальцем.
- Только моя вина, в чем я призналась еще тогда в кабинете Стоуна. И да, это я подправила твой читательский, из-за чего тебя лишили книг.
Я видела как лицо Артура сменило цвет с красного на темно-бордовый.
«Сейчас он взорвется, накричит и у меня будет повод вернуть ему кольцо», - подумала я. Возможно, лучше было бы просто поговорить с Артуром, не прибегая к уловкам. Но тогда пришлось бы рассказать о моем разговоре с Этаном и о том, что я знаю о его чувствах. Не уверена, что самолюбие Вудхауса сможет это пережить. Но к моему удивлению, вместо ожидаемого взрыва, Артур громко расхохотался.
- Ты что, совсем на меня не злишься? – уставилась я на него.
- Злюсь, конечно, но я это заслужил, - обезоруживающе улыбнулся в ответ он и удобнее устроился в кресле, закинув ноги на боковинку. – И раз уж мы обмениваемся секретами, мне тоже есть в чем признаться.
- Может не надо? – жалостливо попросила я, понимая, что это будет за признание, и что объяснение, которое я так хотела избежать, по крайней мере пока, не просто забрезжило на горизонте, а несется на меня с умопомрачительной скоростью, и я ничего не могу с этим поделать.
- Я уже давно хотел тебе сказать, - начал Артур. И уже от этих его слов у меня вспотели ладони и пересохло во рту. – Точнее поговорить. В общем я хочу стать техномагом.
- Здорово! – выпалила я, понимая, что объяснение все таки откладывается. – Но, разве для этого не нужен специальный дар?
- И ты туда же. Дар, дар! Неужели нужно прожить всю жизнь в границах только своего дара? А как быть с мечтами? Отказаться?
- Почему сразу отказаться. Можно же попробовать вписать дар в мечту, ведь не зря же он нам дается?
- Скажи это Элис или старине Пауэлу. Что может быть смешнее, чем финансист с даром разрушения или дипломат, словно собака всё понимающий но не способный произнести и слова. Да и я с куда большей радостью учился бы сейчас на инженера. Но нет, будущий император должен закончить военную кафедру, - пропищал Артур высоким голосом, передразнивая леди Вудхаус. – Хотя сейчас я думаю, что должен быть благодарен своим родителям за их решение.
- Почему?
- Не упеки они меня сюда, я никогда бы не попал на урок танцев профессора Сильвы, - хитро улыбнулся Артур, взглянув в мою сторону. Разговор снова начинал сворачивать на неприятную мне тему, и я понятия не имела, как развернуть его обратно.
- Что снова посетитель? – в палату твердой, уверенной походкой вошел доктор Гилберт, лицо которого выражало явное недовольство от присутствия в комнате Артура. – И это когда я прописал полный покой и больше сна?
- Я уже ухожу, - махнул мне на прощание Артур и сбежал, пока не начались вопросы, почему он не на занятии.
- Спасибо, - поблагодарила я доктора Гилберта.
- Это за что же?
- За то что так часто заходите ко мне, - пояснила я, пока доктор осматривал сперва мой правый, а потом и левый глаз.
- Еще бы не заходить. Медсестра жалуется, что ты не съела завтрак. Так, а теперь покажи язык. Хорошо. Просто замечательно.
- Но доктор, в каше, чае и даже яичнице – везде сахар, - возмутилась я, когда с осмотром было покончено.
- Будешь меня учить как лечить? - нахмурился доктор, - сладкое тебе просто необходимо.
- Тогда бы уж булочки давали, - тихи проворчала я. Но доктор все таки услышал и с улыбкой потрепав меня по волосам, сказал: «Хорошо, любимая пациентка, будут тебе булочки. Но чтобы все съела».
Я с радостью закивала.
- А когда меня выпустят.
- Думаю, дня через два - три, - ответил доктор Гилберт задумчиво посмотрев на меня.
- Так долго! – не удержалась я от восклицания.
- А не надо сюда попадать. А коли уж попала, будь добра слушаться меня, - сурово произнес Гилберт, но почти сразу на его тонких губах появилась улыбка. – Сейчас принесут булочки.
Следующие два дня я находилась на жесткой сладкой диете. Узнав о назначении врача, все мои посетители считали своим долгом принести что-нибудь сладко-полезное. Так что я уже смотреть не могла на все эти пирожные и конфетки и с радостью делилась ими с добродушно-улыбчивой пышкой- медсестрой.
Глава 9
28 декабря. Пятница. На следующий день после выписки из лазарета.
- Прескотт снова устраивает новогоднюю вечеринку, - сказал Этан.
- Скучнее его вечеринок только поход в императорский музей с профессором Клеменс, - отмахнулся Артур.
За нашим столом оживленно обсуждались предстоящие праздники. Я с улыбкой смотрела на своих друзей и удивлялась тому, как такие разные люди так быстро и легко нашли общий язык друг с другом. Но с кем-то же они дружили до того, как нас объединили в фиолетовую группу, или же были так же одиноки как и я, только выглядели более нормальными.
- Где будешь праздновать ты? – спросил у меня Брайан.
- Не знаю.
Обычно я встречала новый год дома вместе с отцом. От всех прочих ужинов праздничный отличался лишь более пышным убранством стола, за которым все также царило гробовое молчание. Иногда отец принимался задавать вопросы, проверяя мои знания по тому или иному предмету. А в конце мне дарили подарок, и я отправлялась в свою комнату, недоумевая, зачем мне нужен метательный нож, пусть даже и с хорошей балансировкой, или географический атлас с отмеченными в нем последними завоеваниями империи. Когда же отец был слишком занят на работе, то присылал записку с подарком. Но после нашего с ним разговора в парке от отца не было никаких весте, и я не знала, состоится ли наш традиционный ужин, или же все ограничится поздравительной открыткой.
– Наверное, останусь в академии.
- Можешь погостить у нас. Дедушка будет рад, - робко предложила Элис.
- Тогда я с вами, - тут же вклинился в нашу беседу Брайан.
- Нет, тебя не приглашали, - резко ответила Элис, Брайан был единственным, с кем Элис не стеснялась и не боялась проявлять свой характер.
- Тогда, пригласи. Иначе я приглашу себя сам, - обезоруживающе улыбнулся Стаффорд. Элис бросила на него гневный взгляд, а ложка в ее руке дрогнула и начала медленно сгибаться. Заметив это, Элис выронила ложку и спрятала руки под столом, нервно сцепив пальцы в замок.
- Не зли Элис, когда у нее в руках ложка, - предупреждающе зашипела я, ткнув Брайана в бок.
- Почему? – Брайан перевел недоуменный взгляд с меня на Элис.
- Я не умею управлять Даром, - не поднимая глаз, еле слышно прошептала Элис. Но все, кто сидел за нашим столом, её услышали, и в разговоре возникла неловкая пауза.
Для своего обладателя, дар был частью его самого. Конечно, вначале приходилось приноравливаться к проявившимся способностям. Но изучив их, это становилось таким же естественным как дышать или ходить.
- То есть… хочешь сказать… - осторожно подбирал слова Брайан, - застрявшие в стене части ложек это не специально?
Элис отрицательно покачала головой.
- Их там воо’ще недо’жно быт’, - призналась она, как всегда от волнения проглотив половину букв.
Я заметила, как парни переглянулись, при этом лицо каждого из них выражало явное беспокойство. Еще бы, разрушитель не умеющий пользоваться своим даром – да это же страшнее любого стихийного бедствия.
- Н-научишься, - с уверенностью произнес Пауэл. Элис вскинула на него глаза: шутит ли он, а может просто жалеет её и хочет успокоить? Последнее ранило бы чувства Элис даже больше, чем грубая шутка.
