Ему нужны были именно одаренные, наибольшее число которых и так не бедствовало, и вовсе уж не горело желанием становиться стариками и старухами раньше определенного природой срока. Тем более, что на молодость и дар всегда находился более щедрый и щепетильный покупатель.
Между тем, словно стремясь доказать мне справедливость собственного блефа, «эльф» принялся с весьма «одухотворенным» видом делать мазки на теле единственного не до конца «живого» персонажа.
Я демонстративно отвернулась, пытаясь придумать более-менее годный план для того чтобы выбраться из этой клетки. Ясно, что с моими «дарами» тут ловить нечего. Вот если бы мне удалось каким-то образом обесточить особняк. Дверца с электронным замком могла бы открыться. Ну а злости во мне на происходящее скопилось столько, что я наверное бы пристукнула похитителя первым попавшимся тяжелым предметом раньше, чем он смог бы прийти в себя от неожиданности. Мечты, мечты… Я вздрогнула, ощутив на себе внимательный взгляд «художника». По странности ощущения походили на прикосновения холодного ветерка. Я невольно поежилась, выстраивая вокруг себя мысленный замкнутый энергетический кокон и усилием воли заставляя отклониться так не понравившееся мне стороннее воздействие.
Не знаю, насколько у меня что-то получалось, но судя по изменившемуся сопению «творца» мои эксперименты не пришлись ему по душе. Я старалась сосредоточиться на защите и не допускать сторонних мыслей, способных сбить мою концентрацию на визуальном образе защищающего мое тело серебристого кокона. Дар это проявление воли носителя и чем сильнее воля, тем по факту сильнее может развиться дар. Или его могут развить специальными комплексами упражнений о которых я, к сожалению, не имела особого понятия. Но если дар зависит от воли, то и бороться с его проявлениями возможно усилием другой воли, стремящейся добиться прямо противоположного эффекта. А я желала не потерять свою жизненную энергию. И плевать, что я совсем недавно начала осваиваться со своими способностями и не имела информации по развитию дара – моей воли должно было хватить для максимально длительного сопротивления воздействию чужого дара. У меня просто не оставалось иного выхода в создавшейся ситуации. Хорошо хоть «эльф» не догадался с помощью подручных средств попытаться сбить мою концентрацию. Интересно, как долго он будет находиться в неведении относительно моих попыток сопротивления? Лучше бы подольше ему не приходили в голову идеи относительно максимально простого и эффективного ответа на мои попытки саботажа. Пусть он сочтет это случайностью или своим собственным просчетом, чем моей заслугой. Ведь ларчик открыть так просто. Пусть он окажется чуть лучше, чем я о нем думаю!
Секунды текли томительно медленно. «Эльф» все ещё упорствовал в своем желании перелить мою энергию в своё полотно, искренне не понимая, почему процесс не идет. Я по прежнему чувствовала его холодный пронизывающий взгляд и ждала, когда его терпению придет окончательный конец. Именно с этого мгновения для меня не будет пути назад . Мысль привычно потянулась к образу Джона и на секунду мне показалось, что я почувствовала отклик, словно детектив был совсем рядом. Но скорее всего мне это лишь показалось. Я невольно вздохнула, вновь устало прикрывая глаза. Сколько ударов сердца мне ещё осталось ждать неизбежного? Я как-то излишне обостренно ощущала волны раздражения и непонимания происходящего со стороны художника. Может до этого он как-то экранировал от меня свои эмоции, но совсем недавно я совершенно не ощущала ничего подобного. Или это были не его эмоции, а чьи-то ещё? – запоздало подумала я, когда в студии резко вырубило свет. Я молниеносно вскочила и со всей силы уперлась в дверь клетки, которая бесшумно открылась, выпуская меня на волю. Дальнейшее напоминало ужастик, поскольку на столе разом вспыхнули все свечи и над головой «эльфа» начал пульсировать и расти призрачный смерч. Все происходило слишком быстро – или может мне так казалось в том странном измененном состоянии сознания с которым я подскочила к столу, хватая в руки один из тяжелых подсвечников с горящими свечами. Урывки, кадры, запредельно громкие удары пульса и набирающая обороты фантасмогория вокруг нас. Над головой творилось нечто жуткое – воронка призрачного смерча крутилась не переставая, совершенно беззвучно набирая цвет, объем и даже время от времени посверкивая на нас редкими красноватыми молниями. Это я уловила, единожды взглянув вверх, за удар сердца до того, как тяжелый подсвечник со всей силы обрушился на голову художника. Он так медленно падал на пол, что я почувствовала легкую досаду от того, что руки рефлекторно выпустили из плена такую весомую конструкцию, вполне способную добить двуногого. Руки пульсировали от бегущего внутри меня адреналина. Сердце стучало как бешеное. Наверное только в этом состоянии я и смогла бы заметить то, что последовало в очередное, растянутое до невозможности мгновение. Призрачный смерч все ещё беззвучно пульсировал над головой, а до меня никак не могло дойти, что это всего лишь зрительная иллюзия. Дверь в студию со скрипом стремительно деформируемой поверхности буквально сорвало с петель. Она ещё летела, чтобы соприкоснуться с гладким покрытием пола, когда внутрь проникли «они». В комнату ворвались стремительные огненные тени – я просто не успевала уследить за их перемещением. Сразу четверо огненных росчерков метнулось к стремительно оседающей на пол фигуре художника и в воздухе, на какое-то очень краткое мгновение, зависли яркие алые брызги. Потом зажегся свет и я, наконец, смогла увидеть всю картину в целом. Оказалось, что по нелепой случайности, одна из свечей, упавшая во время моего стремительного удара подсвечником, соприкоснулась с холстом проклятого полотна, и жадное пламя начисто слизало верхний слой холста. За считанные мгновения до того, как сработала противопожарная сигнализация. И на нас – всех тех, кто находился в комнате-студии, посыпались снежно белые хлопья.
Я взглянула на тех, кто ещё мгновение назад воспринимался моим взбудораженным стремительностью происходящих событий сознанием алыми тенями и невольно вздрогнула. Это были самцы лис оборотней. Их хищные лисьи морды оказались буквально пропитаны кровью «эльфа». Запах, до этого мгновения не воспринимаемый как нечто знакомое, резко вернул меня к действительности. Я скользнула взглядом по телу поверженного похитителя и невольно вздрогнула. Даже многочисленные раны от зубов оборотней, большинство которых казалось просто несовместимыми с жизнью, были не в силах скрыть происходящие с телом жуткие метаморфозы. Оно стремительно старело. Не только лицо, но и вся фигура художника за считанные мгновения изменились до полной неузнаваемости. Это нельзя было показывать криминалистам. Ни в коем случае! Да и никто просто не поверит, что на месте тела старика ещё пару ударов сердца назад лежал мужчина в самом расцвете сил. Бред. Чертовщина. Ужастик.
- Не смотри туда – услышала я чей-то хорошо знакомый мне голос. Родной. Близкий. Обещающий гарантированную защиту от всего этого невероятного кошмара. Обернулась и, на мгновение, окунувшись в родной запах, рисунок эмоций, рефлекторно спряталась у Джона на груди от ненормальности всех происходящих вокруг меня событий. Голова резко закружилась. И, от облегчения, что страшная участь стать объектом жуткого художественного эксперимента мне больше не грозила, я невольно всхлипнула.
- Ну, тише, тише. Все уже хорошо. Пойдем отсюда. Ребята сами позаботятся об этом месте и его хозяине. Нам тут больше нечего делать,- услышала я словно сквозь вату. Машинально кивнула, пряча лицо на груди того, кого однозначно признала спасителем. Напряжение медленно отпускало. Начинало ломить виски. Звуки стали какими-то тягучими. Я чувствовала, как губы против воли расползаются в идиотской улыбке. Сознание машинально фиксировало смену декораций по мере нашего перемещения. Как фотоаппарат. Я вдыхала родной запах и до боли в пальцах сжимала материал его рубашки. Человек молча передвигался, без видимых усилий увлекая меня за собой. Вот мы спустились в холл по лестнице, вот покинули особняк, вот прошли до машины. Джон нес меня на руках – так ему было видимо проще, поскольку я все ещё находилась за пределами нормального течения времени. Мы куда-то ехали. Довольно долго. Потом остановились возле мигающей неоном знакомой вывески круглосуточной ветеринарной клиники. Той самой, куда Джон привозил меня в самом начале нашего знакомства в образе четвероногого любимца. Мне стало смешно. Чуть позже это состояние едва не переросло в истерику, но Джон вовремя вколол мне пригодное для оборотней успокоительное. Потом был сон – точнее блаженное забытье на заднем сиденье автомобиля детектива.
Так закончилась ещё одна жуткая глава моей маленькой рыжей жизни. А впереди ждали новые испытания – знакомство с родней детектива и человеческий ритуал бракосочетания.
ПРОДОЛЖЕНИЕ от 4.07.2017
Мию мне удалось вытащить из особняка чокнутого миллиардера только чудом. Ну и конечно усилиями клана оборотней, которым я сообщил конечный пункт маршрута похитителей. На планирование операции у нас была очень мало времени, ведь лисичка могла серьезно пострадать. Никто из ранее похищенных одаренных девушек оборотней назад так и не вернулся, что само по себе внушало серьезные опасения за жизнь моей невесты. Как мне удалось вытерпеть до вечера, я не представляю. Но оборотни довольно грамотно провели операцию, обесточив не только обычную электрическую систему особняка, но и отрезав дом от резервного питания. Ну а потом они просто убили сторожевых псов, дежуривших на территории особняка и натасканных на уничтожение случайно забредших на территорию разумных. Собак мне было не жаль - пусть их смерть будет на совести того, кто натаскивал их как убийц. Дальше мы продвинулись довольно быстро, почти не встретив сопротивления. Пост охраны был оборудован по самому последнему слову техники, но на наше счастье большинство систем требовало электроэнергии. Ну а когда быстрые смертоносные тени – оборотни в своей звериной ипостаси ворвались в помещение, где находились охранники, я невольно отвернулся. В этим мгновения я со всей отчетливостью понял, почему человеческие кинематографисты, с упорством фанатиков, раз за разом снимают ужастики про оборотней, обезумевших от жажды крови. Это выглядело жутко. Но было предельно эффективно. Никакого боевого безумия в глазах огненных росчерков. Да и глаз этих просто не удавалось рассмотреть – слишком быстро двигались элитные бойцы лисьего клана. Оборотней не брало оружие. Один из охранников с испугу выпустил по смазанному силуэту оборотня почти всю обойму. Но это не помешало огненной тени разорвать ему сонную артерию. Оборотни работали грязно – вероятно сказывалось то, что после зачистки все следы должен был скрыть пожар. Но ощущение после этой схватки у меня осталось весьма сильным. И я порадовался тому факту, что пока лисы оборотни выступают на моей стороне. Вполне вероятно, что перед операцией оборотни подготовились и под завязку напичкали свои тела регенерирующим и ускоряющим реакцию настоем. Но собственными глазами наблюдать, с какой легкостью, за считанные мгновения уничтожают по самую кепку вооруженных представителей твоего вида, было страшно. Я конечно не юная барышня – приходилось мне видеть кровь и смерть, особенно во время совместных операций с Юджином, но даже на меня происходящее вокруг произвело крайне гнетущее впечатление. И этот запах крови – не знаю, как именно его воспринимали находившиеся в боевой трансформации оборотни, но мне он казался тошнотворным. Единственное, что примеряло меня с действительностью все это время, так это ровный сигнал от маячка Мии и ощущение что она все ещё в порядке. Скорее всего, последнему ощущению я был обязан возникшей между нами после ритуала связи, единственным зримым доказательством которой была проступившая на запястье татуировка, за эти часы ставшая ещё более отчетливой и детальной. Не знаю, что бы я сделал с похитившим мою лисичку уродом, если бы с девушкой что-то случилось, но на моё счастье мы без труда отыскали место, где держали Мию. Охраны в особняке больше не было – кроме той, что оборотни перебили на наблюдательном посту. Хозяин явно рассчитывал только на своих четвероногих людоедов которых оборотни обезвредили в самом начале. Ни за что бы не поверил. Что лиса, пусть и довольно крупная, способна разорвать матерого пса, натасканного убивать людей, но дело было видимо в том самом маленьком нюансе, отличавшем оборотней - веров от обычных лестных хищников. Сила их была невероятной даже в человеческом теле, но возрастала в боевой трансформации в десятки рас. Конечно, их специально тренировали по заранее разработанной методике, усиливая их природные возможности и рефлексы. К примеру лисичка не смогла бы и половину из того, чему я был вынужден стать молчаливым свидетелем. В сущности, вся моя роль в операции свелась к тому, что я нашел свою пропажу и одновременно вывел оборотней на хозяина особняка. Схватка рыжих теней и похитителя была невероятно скоротечна. Особенно потому, что моя маленькая лисичка, каким-то образом сумев выбраться из стоявшей в отдалении жуткого вида клетки, успела оглушить своего противника подсвечником. Но это все далось Мие нелегко. И я появился как раз вовремя, чтобы вывести явно находившуюся в состоянии аффекта девушку из здания. Благо, услышав мой голос, особого недоверия и сопротивления она мне не оказала. Было так приятно и … правильно, нести Мию на руках до машины и после не торопясь ехать по улицам ночного города, ежесекундно не оглядываясь в поисках возможных преследователей. Я был счастлив, что получил свою невесту назад в целости и сохранности. Ну а клан лис-оборотней получил возможность отомстить за похищенных одаренных лисичек, тела которых так и не нашли. Позже я узнал, что после операции из обитателей замка остался в живых всего один человек – личный слуга хозяина особняка. Его потом по запаху нашли оборотни и хорошенько допросили. Но это уже были дела клана, мараться о которые у меня не было ни малейшего желания. Все разрешилось, лисичке больше не угрожала смертельная опасность - мне этого было вполне достаточно. Ну а что до тайн и секретов, то их благодаря моей работе, мне в жизни и так хватало с избытком. Я волновался, насколько тяжело отразилось происшедшее на Мие, и потому на всякий случай решил отвести её к уже знакомой ветлечебнице. Именно там с девушкой случилась истерика. Но я был даже рад, что переживания прорвались наружу таким образом. Вколов ей успокоительное, я отвез лисичку домой. Завтра у нас будет новый день. Он потребует от Мии выдержки и мудрости, ведь девушке предстоит познакомиться со всей моей весьма непростой семьей.
ПРОДОЛЖЕНИЕ от 5.07.2017
Утро в очередной раз подкралось незаметно. Мне снилось нечто чудесное, но что именно я после пробуждения, как ни силился, не мог вспомнить.
Зато мило посапывающая рядом лисичка наполнила моё сердце радостью.
Между тем, словно стремясь доказать мне справедливость собственного блефа, «эльф» принялся с весьма «одухотворенным» видом делать мазки на теле единственного не до конца «живого» персонажа.
Я демонстративно отвернулась, пытаясь придумать более-менее годный план для того чтобы выбраться из этой клетки. Ясно, что с моими «дарами» тут ловить нечего. Вот если бы мне удалось каким-то образом обесточить особняк. Дверца с электронным замком могла бы открыться. Ну а злости во мне на происходящее скопилось столько, что я наверное бы пристукнула похитителя первым попавшимся тяжелым предметом раньше, чем он смог бы прийти в себя от неожиданности. Мечты, мечты… Я вздрогнула, ощутив на себе внимательный взгляд «художника». По странности ощущения походили на прикосновения холодного ветерка. Я невольно поежилась, выстраивая вокруг себя мысленный замкнутый энергетический кокон и усилием воли заставляя отклониться так не понравившееся мне стороннее воздействие.
Не знаю, насколько у меня что-то получалось, но судя по изменившемуся сопению «творца» мои эксперименты не пришлись ему по душе. Я старалась сосредоточиться на защите и не допускать сторонних мыслей, способных сбить мою концентрацию на визуальном образе защищающего мое тело серебристого кокона. Дар это проявление воли носителя и чем сильнее воля, тем по факту сильнее может развиться дар. Или его могут развить специальными комплексами упражнений о которых я, к сожалению, не имела особого понятия. Но если дар зависит от воли, то и бороться с его проявлениями возможно усилием другой воли, стремящейся добиться прямо противоположного эффекта. А я желала не потерять свою жизненную энергию. И плевать, что я совсем недавно начала осваиваться со своими способностями и не имела информации по развитию дара – моей воли должно было хватить для максимально длительного сопротивления воздействию чужого дара. У меня просто не оставалось иного выхода в создавшейся ситуации. Хорошо хоть «эльф» не догадался с помощью подручных средств попытаться сбить мою концентрацию. Интересно, как долго он будет находиться в неведении относительно моих попыток сопротивления? Лучше бы подольше ему не приходили в голову идеи относительно максимально простого и эффективного ответа на мои попытки саботажа. Пусть он сочтет это случайностью или своим собственным просчетом, чем моей заслугой. Ведь ларчик открыть так просто. Пусть он окажется чуть лучше, чем я о нем думаю!
***
Секунды текли томительно медленно. «Эльф» все ещё упорствовал в своем желании перелить мою энергию в своё полотно, искренне не понимая, почему процесс не идет. Я по прежнему чувствовала его холодный пронизывающий взгляд и ждала, когда его терпению придет окончательный конец. Именно с этого мгновения для меня не будет пути назад . Мысль привычно потянулась к образу Джона и на секунду мне показалось, что я почувствовала отклик, словно детектив был совсем рядом. Но скорее всего мне это лишь показалось. Я невольно вздохнула, вновь устало прикрывая глаза. Сколько ударов сердца мне ещё осталось ждать неизбежного? Я как-то излишне обостренно ощущала волны раздражения и непонимания происходящего со стороны художника. Может до этого он как-то экранировал от меня свои эмоции, но совсем недавно я совершенно не ощущала ничего подобного. Или это были не его эмоции, а чьи-то ещё? – запоздало подумала я, когда в студии резко вырубило свет. Я молниеносно вскочила и со всей силы уперлась в дверь клетки, которая бесшумно открылась, выпуская меня на волю. Дальнейшее напоминало ужастик, поскольку на столе разом вспыхнули все свечи и над головой «эльфа» начал пульсировать и расти призрачный смерч. Все происходило слишком быстро – или может мне так казалось в том странном измененном состоянии сознания с которым я подскочила к столу, хватая в руки один из тяжелых подсвечников с горящими свечами. Урывки, кадры, запредельно громкие удары пульса и набирающая обороты фантасмогория вокруг нас. Над головой творилось нечто жуткое – воронка призрачного смерча крутилась не переставая, совершенно беззвучно набирая цвет, объем и даже время от времени посверкивая на нас редкими красноватыми молниями. Это я уловила, единожды взглянув вверх, за удар сердца до того, как тяжелый подсвечник со всей силы обрушился на голову художника. Он так медленно падал на пол, что я почувствовала легкую досаду от того, что руки рефлекторно выпустили из плена такую весомую конструкцию, вполне способную добить двуногого. Руки пульсировали от бегущего внутри меня адреналина. Сердце стучало как бешеное. Наверное только в этом состоянии я и смогла бы заметить то, что последовало в очередное, растянутое до невозможности мгновение. Призрачный смерч все ещё беззвучно пульсировал над головой, а до меня никак не могло дойти, что это всего лишь зрительная иллюзия. Дверь в студию со скрипом стремительно деформируемой поверхности буквально сорвало с петель. Она ещё летела, чтобы соприкоснуться с гладким покрытием пола, когда внутрь проникли «они». В комнату ворвались стремительные огненные тени – я просто не успевала уследить за их перемещением. Сразу четверо огненных росчерков метнулось к стремительно оседающей на пол фигуре художника и в воздухе, на какое-то очень краткое мгновение, зависли яркие алые брызги. Потом зажегся свет и я, наконец, смогла увидеть всю картину в целом. Оказалось, что по нелепой случайности, одна из свечей, упавшая во время моего стремительного удара подсвечником, соприкоснулась с холстом проклятого полотна, и жадное пламя начисто слизало верхний слой холста. За считанные мгновения до того, как сработала противопожарная сигнализация. И на нас – всех тех, кто находился в комнате-студии, посыпались снежно белые хлопья.
Я взглянула на тех, кто ещё мгновение назад воспринимался моим взбудораженным стремительностью происходящих событий сознанием алыми тенями и невольно вздрогнула. Это были самцы лис оборотней. Их хищные лисьи морды оказались буквально пропитаны кровью «эльфа». Запах, до этого мгновения не воспринимаемый как нечто знакомое, резко вернул меня к действительности. Я скользнула взглядом по телу поверженного похитителя и невольно вздрогнула. Даже многочисленные раны от зубов оборотней, большинство которых казалось просто несовместимыми с жизнью, были не в силах скрыть происходящие с телом жуткие метаморфозы. Оно стремительно старело. Не только лицо, но и вся фигура художника за считанные мгновения изменились до полной неузнаваемости. Это нельзя было показывать криминалистам. Ни в коем случае! Да и никто просто не поверит, что на месте тела старика ещё пару ударов сердца назад лежал мужчина в самом расцвете сил. Бред. Чертовщина. Ужастик.
- Не смотри туда – услышала я чей-то хорошо знакомый мне голос. Родной. Близкий. Обещающий гарантированную защиту от всего этого невероятного кошмара. Обернулась и, на мгновение, окунувшись в родной запах, рисунок эмоций, рефлекторно спряталась у Джона на груди от ненормальности всех происходящих вокруг меня событий. Голова резко закружилась. И, от облегчения, что страшная участь стать объектом жуткого художественного эксперимента мне больше не грозила, я невольно всхлипнула.
- Ну, тише, тише. Все уже хорошо. Пойдем отсюда. Ребята сами позаботятся об этом месте и его хозяине. Нам тут больше нечего делать,- услышала я словно сквозь вату. Машинально кивнула, пряча лицо на груди того, кого однозначно признала спасителем. Напряжение медленно отпускало. Начинало ломить виски. Звуки стали какими-то тягучими. Я чувствовала, как губы против воли расползаются в идиотской улыбке. Сознание машинально фиксировало смену декораций по мере нашего перемещения. Как фотоаппарат. Я вдыхала родной запах и до боли в пальцах сжимала материал его рубашки. Человек молча передвигался, без видимых усилий увлекая меня за собой. Вот мы спустились в холл по лестнице, вот покинули особняк, вот прошли до машины. Джон нес меня на руках – так ему было видимо проще, поскольку я все ещё находилась за пределами нормального течения времени. Мы куда-то ехали. Довольно долго. Потом остановились возле мигающей неоном знакомой вывески круглосуточной ветеринарной клиники. Той самой, куда Джон привозил меня в самом начале нашего знакомства в образе четвероногого любимца. Мне стало смешно. Чуть позже это состояние едва не переросло в истерику, но Джон вовремя вколол мне пригодное для оборотней успокоительное. Потом был сон – точнее блаженное забытье на заднем сиденье автомобиля детектива.
Так закончилась ещё одна жуткая глава моей маленькой рыжей жизни. А впереди ждали новые испытания – знакомство с родней детектива и человеческий ритуал бракосочетания.
ПРОДОЛЖЕНИЕ от 4.07.2017
Глава 20.
***ДЖОН ГРЕЙ. ДЕТЕКТИВ
Мию мне удалось вытащить из особняка чокнутого миллиардера только чудом. Ну и конечно усилиями клана оборотней, которым я сообщил конечный пункт маршрута похитителей. На планирование операции у нас была очень мало времени, ведь лисичка могла серьезно пострадать. Никто из ранее похищенных одаренных девушек оборотней назад так и не вернулся, что само по себе внушало серьезные опасения за жизнь моей невесты. Как мне удалось вытерпеть до вечера, я не представляю. Но оборотни довольно грамотно провели операцию, обесточив не только обычную электрическую систему особняка, но и отрезав дом от резервного питания. Ну а потом они просто убили сторожевых псов, дежуривших на территории особняка и натасканных на уничтожение случайно забредших на территорию разумных. Собак мне было не жаль - пусть их смерть будет на совести того, кто натаскивал их как убийц. Дальше мы продвинулись довольно быстро, почти не встретив сопротивления. Пост охраны был оборудован по самому последнему слову техники, но на наше счастье большинство систем требовало электроэнергии. Ну а когда быстрые смертоносные тени – оборотни в своей звериной ипостаси ворвались в помещение, где находились охранники, я невольно отвернулся. В этим мгновения я со всей отчетливостью понял, почему человеческие кинематографисты, с упорством фанатиков, раз за разом снимают ужастики про оборотней, обезумевших от жажды крови. Это выглядело жутко. Но было предельно эффективно. Никакого боевого безумия в глазах огненных росчерков. Да и глаз этих просто не удавалось рассмотреть – слишком быстро двигались элитные бойцы лисьего клана. Оборотней не брало оружие. Один из охранников с испугу выпустил по смазанному силуэту оборотня почти всю обойму. Но это не помешало огненной тени разорвать ему сонную артерию. Оборотни работали грязно – вероятно сказывалось то, что после зачистки все следы должен был скрыть пожар. Но ощущение после этой схватки у меня осталось весьма сильным. И я порадовался тому факту, что пока лисы оборотни выступают на моей стороне. Вполне вероятно, что перед операцией оборотни подготовились и под завязку напичкали свои тела регенерирующим и ускоряющим реакцию настоем. Но собственными глазами наблюдать, с какой легкостью, за считанные мгновения уничтожают по самую кепку вооруженных представителей твоего вида, было страшно. Я конечно не юная барышня – приходилось мне видеть кровь и смерть, особенно во время совместных операций с Юджином, но даже на меня происходящее вокруг произвело крайне гнетущее впечатление. И этот запах крови – не знаю, как именно его воспринимали находившиеся в боевой трансформации оборотни, но мне он казался тошнотворным. Единственное, что примеряло меня с действительностью все это время, так это ровный сигнал от маячка Мии и ощущение что она все ещё в порядке. Скорее всего, последнему ощущению я был обязан возникшей между нами после ритуала связи, единственным зримым доказательством которой была проступившая на запястье татуировка, за эти часы ставшая ещё более отчетливой и детальной. Не знаю, что бы я сделал с похитившим мою лисичку уродом, если бы с девушкой что-то случилось, но на моё счастье мы без труда отыскали место, где держали Мию. Охраны в особняке больше не было – кроме той, что оборотни перебили на наблюдательном посту. Хозяин явно рассчитывал только на своих четвероногих людоедов которых оборотни обезвредили в самом начале. Ни за что бы не поверил. Что лиса, пусть и довольно крупная, способна разорвать матерого пса, натасканного убивать людей, но дело было видимо в том самом маленьком нюансе, отличавшем оборотней - веров от обычных лестных хищников. Сила их была невероятной даже в человеческом теле, но возрастала в боевой трансформации в десятки рас. Конечно, их специально тренировали по заранее разработанной методике, усиливая их природные возможности и рефлексы. К примеру лисичка не смогла бы и половину из того, чему я был вынужден стать молчаливым свидетелем. В сущности, вся моя роль в операции свелась к тому, что я нашел свою пропажу и одновременно вывел оборотней на хозяина особняка. Схватка рыжих теней и похитителя была невероятно скоротечна. Особенно потому, что моя маленькая лисичка, каким-то образом сумев выбраться из стоявшей в отдалении жуткого вида клетки, успела оглушить своего противника подсвечником. Но это все далось Мие нелегко. И я появился как раз вовремя, чтобы вывести явно находившуюся в состоянии аффекта девушку из здания. Благо, услышав мой голос, особого недоверия и сопротивления она мне не оказала. Было так приятно и … правильно, нести Мию на руках до машины и после не торопясь ехать по улицам ночного города, ежесекундно не оглядываясь в поисках возможных преследователей. Я был счастлив, что получил свою невесту назад в целости и сохранности. Ну а клан лис-оборотней получил возможность отомстить за похищенных одаренных лисичек, тела которых так и не нашли. Позже я узнал, что после операции из обитателей замка остался в живых всего один человек – личный слуга хозяина особняка. Его потом по запаху нашли оборотни и хорошенько допросили. Но это уже были дела клана, мараться о которые у меня не было ни малейшего желания. Все разрешилось, лисичке больше не угрожала смертельная опасность - мне этого было вполне достаточно. Ну а что до тайн и секретов, то их благодаря моей работе, мне в жизни и так хватало с избытком. Я волновался, насколько тяжело отразилось происшедшее на Мие, и потому на всякий случай решил отвести её к уже знакомой ветлечебнице. Именно там с девушкой случилась истерика. Но я был даже рад, что переживания прорвались наружу таким образом. Вколов ей успокоительное, я отвез лисичку домой. Завтра у нас будет новый день. Он потребует от Мии выдержки и мудрости, ведь девушке предстоит познакомиться со всей моей весьма непростой семьей.
ПРОДОЛЖЕНИЕ от 5.07.2017
Утро в очередной раз подкралось незаметно. Мне снилось нечто чудесное, но что именно я после пробуждения, как ни силился, не мог вспомнить.
Зато мило посапывающая рядом лисичка наполнила моё сердце радостью.
