— Ты пойми! Тебе придется очень плохо, если мы застанем фипасов в каком-нибудь поселке. Или ты из любопытства хочешь увидеть остатки трапезы пожирателей? — надавил на впечатлительную деву я.
Она как-то сразу сникла, обречено плюхнулась обратно на плащ. Зачем только напомнил…
— Ладно, подождем, увидим, — со вздохом заключила Силь, видимо смирившись.
Я достал магический свиток для письма, но буквы на нем не проявлялись. Исчезла магическая связь... В раздумье поднял голову от магического свитка. А порталы? Скорей всего, тоже заблокированы.
Повернулся к девушке, с интересом следящей за моими потугами.
— Магической связи, нет. Еще вчера не было... — Она уже успела сделать бутерброды и сейчас готовила ягодный отвар. Душистый запах, заполнивший подвал, разогнал смрад тьмы вокруг. Мы быстро перекусили. И, несмотря на ранний вечер мирно устроившись на плаще, заснули, так и не отключив световое заклинание.
Я засыпал с мыслью, что, наконец, мне уютно и хорошо, что просто противоестественно в данных условиях.
Сильвия
Я не двигалась, опасаясь разбудить эльфа — ему вчера несладко пришлось, пусть отдохнет. Лениво валяясь, обдумывала, что целую неделю делать в этом крошечном подвале? Разговаривать? Тогда о чем? Что обсуждать? Новости? Книги? Что?
В плане чтения я полная маньячка — найдя что-нибудь интересное, могу сутками не отрываясь сидеть и читать, забывая о еде и сне. Но вдруг Рэн не любит читать или предпочитает только эльфийские баллады? О чем нам говорить?
По вздоху осознала, что эльф уже не спит, но никто из нас вставать не спешил. А зачем?
Лежали, уставившись в полог, тихо разговаривали. Было тепло и уютно и не хотелось двигаться. Рэн расспрашивал, куда иду, где живу, чем занимаюсь. Неспешная беседа ни о чем. Наконец, захотелось есть и пришлось вставать.
Я готовила, он повторно заряжал магией шарики заклинаний.
— А чем занимаешься? — спросил Рэн, укладывая наполненные магией шарики сверху на рюкзак.
— Праздники устраиваю... — Наконец я дорезала последний бутерброд и обернулась к Рэну. Эльф удивленно на меня смотрел. Пришлось объяснять, все равно делать нечего:
— Подбираю для празднеств: сюжет, артистов, костюмы, меню… Особенно меню, — на последнем слове я усмехнулась. — Ну-у, ни для кого не секрет, что повара из богатых домов ведут себя как обиженные примадонны...
Эльф усмехнувшись, кивнул. Видимо вспомнил нечто подобное.
Я поставила котелок с водой на огонь и, высушив руки, продолжила рассказ:
— Мне неплохо удается найти общий язык и выполнить желания заказчика. Я нашла нечто среднее между чистым творчеством и привычными шаблонами.
Эльф молчал, внимательно слушая.
Я робко уточнила:
— Ведь никому не хочется, чтобы у него праздник был как у соседа. Вот и приходится совмещать замыслы, желания заказчиков с классическими сюжетами.
Эльф снял горячую воду с огня и разлил по двум синим кружкам, которые тут же вразнобой запели... Я рассмеялась. Люблю я такие мелочи. Жаль, сухие ягоды для заварки кончились. Передавая мурлыкающую, как сытая кошка, кружку с кипятком, эльф спросил:
— Это выгодно — устраивать праздники? — И тут же отошел, чтобы сесть на импровизированное ложе, со своим отваром в руках.
Я хлебнула горячую воду и поморщилась, обжегши язык. Удобно перехватив чересчур нагревшуюся посуду спущенным рукавом куртки, ответила:
— Сначала работа была редко, денег хватало еле-еле от праздника к празднику. Но, с тех пор как я провела праздник на дне рождении принца Лориана, заказы посыпались как из рога изобилия.
— А кто помог договориться в высоких кругах? — Эльф закончил возиться с кипятком, остудив его на каменном полу, и теперь был весь внимание.
— Моя лучшая подруга, Дельфина, дочь герцога. Она провела все переговоры и очень помогла мне. Сейчас меня ужасно волновало то, что я не смогла ей написать о фипасах. Не предупредила.
Эльф закончил есть и теперь вальяжно вытянувшись на одеяле, внимательно смотрел на меня из-под полу прикрытых век.
Заметив его взгляд, решила не мучить его своими рассказами и перевести разговор на него:
— Ну, а ты чем занимаешься?
— Охраняю по периметру земли эльфов. Светлый страж Рубежа. Это примерно ваш воевода, — отвечая, он слегка потянулся. Длинный. И как я его дотащила?! Самой не верится!
Я кивнула и довольным тоном сообщила:
— Как мой папа… — Эльф приятно удивился и тут же принялся расспрашивать о знакомых, служивших вместе с моим отцом.
За разговорами время потеряло значение. Рассвет снаружи или закат? Под землей все едино.
Наши беседы с перерывами на обед и ужин продолжались всю неделю, иногда по второму кругу:
— Тебе скучно?
— Нет... — Мы переглянулись и вежливо улыбнулись друг другу.
Неделя пролетела достаточно комфортно, хотя неопределенность тревожила. И еда кончалась на глазах. Последние дни мы только пили воду.
Общение с галантным соседом нравилось мне все больше.
Если я рассказывала ему что-то свое мелкое и даже не очень интересное, эльф склонял голову набок, будто пытался найти и понять что-то тайное, скрывающееся в моих словах. В любом случае, всегда внимательно слушал. Как следствие, я краснела от признательности и смущенно переключала разговор на него.
Беседы скрашивали тяжесть сидения в подвале, где уже стены давили.
Но даже хорошее настроение то и дело портила мысль: что будет, когда он уйдет на разведку? Страшно хотелось вырваться из подземелья! Мне здесь уже воздуха не хватало! И я решила признаться:
— Я жутко не хочу здесь оставаться, когда ты уйдешь. Я боюсь!
— Значит, завтра пойдем вместе, — спокойно ответил эльф, натачивая свой клинок.
Я удивленно подняла брови. А как же страшные кровавые трапезы фипасов?
В то же самое время:
Белоснежный замок с восьмью защитными башнями, стоял на берегу ласкового моря, притягивая взгляды контрастом на фоне заката.
И внутри он был дивным — светлые просторные комнаты, украшенные золотом и великолепными полотнами, на которых портреты прекрасных дам сменяли изображения баталий или охотничьих везений.
В уютной вечерней библиотеке, освещенной десятком свечей, встречались двое: человек и гархх.
— Мой друг, вы знаете полный текст пророчества?
— Нет, мой лорд, — почтительно ответил гархх, незаметно закатив глаза, сегодня эта тема обсуждалась уже три раза!
Сидящий в кресле господин, по-домашнему одетый в лиловую бархатную куртку, небрежно протянул древний свиток, стоявшему на вытяжку слуге. Тот, быстро пробежал витиеватый текст глазами. Рифмы и четкого смысла в нем было не много, и гархх не понял, чего такого опасного в корявом детском стишке отыскал лорд.
Достойные годы исчезнут в прах,
Сгинут в смертях и боли.
Из многих мест исчезнет жизнь,
Принудив остаток жить в неволе.
Скрыться от гибели, уйти от врага,
Палач никому не позволит.
В темный час, как во мгле рассвет:
Их появится трое.
Тяжелого пути стезя,
Направит против палача,
Детей различных рас…
Кто во тьму собрался — все снесет.
Текст рукописи здесь обрывался, покрытый темными пятнами, словно от огня. Чуть ниже шло продолжение:
Пусть лики черные им преграждают путь.
И злобный враг, не дает вздохнуть.
Их всех невольный выбор поведет.
Коль крепкой дружбы
Связь не разорвут,
И станут силой до конца,
Пройдут преграды все.
— Надеюсь, задача ясна? — Господин сложил руки на тощем животе и пристально воззрился на своего визави.
Слуга медленно кивнул. Хотя прямой связи между найденным пророчеством, которое применимо почти к любому катаклизму, и планами лорда, гаррх не увидел.
— Что с намеченным проектом? — сухо спросил господин, поджав узкие губы. Ему не понравилось, что гархх медлил с кивком, лорд любил, чтоб все было, как ему нужно: то есть быстро и без осложнений.
— Мой лорд, ваши приказы выполнены в соответствии с разработанным планом. Первая волна существ в человеческую столицу успешно отправлена! — Равнодушно отчитался слуга.
Господин удовлетворенно кивнул:
— Насчет тройки из пророчества уточнили? Кто это, и где они должны встретиться?
— Ничего, кроме этого текста в старом храме не обнаружено, — ответил нелюдь с неестественно большими и странно синими глазами.
Господин, сложил ладони домиком и с аристократическим высокомерием в глазах кивнул.
— И какие еще меры предприняли?
— Передвижение по миру блокировано, связь прервана… Первая стадия удачно завершена.
Господин важно склонил голову, давая гархху понять, что тот может говорить дальше.
— Также в направлении северного тракта вдоль границ города выставлена магическая сеть. Кроме фипасов к Оресс отправили подготовленных бойцов с приказом уничтожать путников для предотвращения преждевременной утечки информации…
Сидящий в кресле господин, холодно взглянул на склонившегося перед ним гархха, и бесстрастно произнес:
— Хорошо, посмотрим, что получится.
Сильвия
Припомнив, как лихо исчезали у Рэна клинки, грустно вздохнула. Неплохо устроились эти эльфы: все с собой и руки свободны, а мне опять тащить на себе тяжеленный рюкзак.
— Что с тобой? — весело поинтересовался Рэн, который уже закончил сборы и в ожидании повернулся ко мне.
— Завидую тебе, — грустно призналась я. — Идти ничего не мешает и плечи свободные.
Эльф снисходительно усмехнулся:
— Тебе ничего нести и не придется. Двигаемся быстро, поэтому убираем все, что будет мешать. — Рэн забрал у меня рюкзак, и одним движением скрыл его, как и свои клинки, в безвременье.
— Здорово! — Я довольно потерла руки, с удивлением разглядывая место, где только что мои вещи растворились в воздухе.
Проход из подвала Рэн уже расчистил. Куда легче, чем я в прошлый раз, мы выбрались из развалин, и дошли до тропинки, ведущей по направлению к столице.
В лесу было прохладно, пахло прелой прошлогодней листвой. Весна словно засомневавшись, отступила. Деревья под холодным ветром нахохлились, шелестя листочками, а под елями, как память о недавнем дожде стояли глубокие лужи.
Мы двигались быстро и нигде не задерживались. Но, увы, едва мы добрались до окрестностей столицы, высоких холмов, с которых она была видна как на ладони, внезапно столкнулись с препятствием.
Беспомощно огляделась, да что тут творится! Другой дороги к столице не было. Обычная дорога, обыкновенные кусты, посаженные в качестве ограды, вон башни и домки с красными крышами виднеются.
Идти по намеченному пути, мешала невидимая глазу стена!
Я осторожно пощупала препятствие, оно тут же напряглось и откинуло мою руку — магия!
Мы с эльфом переглянулись, осторожно двинулись сквозь негустой пролесок на восток, продвигаясь вдоль невидимой преграды в поисках ее окончания.
Должна же преграда где-то закончится?!
Шли уже несколько часов. Дорога почти не менялась, пролески сменялись полянами, поляны густыми зарослями... Полдень, как и большая часть дня, остались позади. Небо незаметно заволокло тучами.
Холодно. Я устала, очень проголодалась, но признаться вслух, что таким темпом двигаться долго не смогу, боялась. Мы с самого утра почти бегом, а ведь скоро стемнеет!
Ветер, будто издеваясь, донес вкуснейший запах готовящейся на костре еды. Откуда?
Миновав очередную поляну с кустами, покрытыми мелкими розовыми цветочками, мы наткнулись на мирно расположившихся на привал селян.
Лошадки щипали нежную травку, рядом с повозками бегала ребятня, словно звезды в ночном небе то тут, то там, горели костры с пристроенными на них котлами, в которых готовилась еда. Чудесный аромат, разносился по поляне, смущая мои крайне голодные внутренности.
Высокий старик с седой бородой в темной рубахе с плотным поясом, выглядевший как ожившая иллюстрация к сказке о трудолюбивых пахарях, важно поднялся навстречу от ближайшего к нам костра.
— Мы рады вам, — чинно поздоровался старец. — Присоединяйтесь, сейчас каша сварится, и трапезничать будем.
Он широким жестом указал на покрытые шкурой бревна, заменившие людям скамейки.
Мы поклонились и под любопытными взглядами родственников старика сели у костра.
— Что случилось, почему вы ночуете здесь всем селом? Фипасы напугали? — первым делом спросил Рэн.
Старик сокрушенно покачала головой:
— Грех жаловаться. Нам еще повезло, про фипасов вызнали сразу. Мальчишки, что рыбачили у Круглого озера, первыми заметили странных пушистых зверьков, кидающихся в воду, и прям там потрошащих диких уток. Примчавшись в село, они рассказали о странных животных. Живущие среди нас северяне сразу разобрали, о чем толкуют ребята...
Терпеливо слушая неспешный рассказ старика, я сочувствовала, представляя, как это все на самом деле было ужасно. Как им не хотелось верить в подобное, как тяжело собраться и ускользнуть от проглотов. Интересно, все жители поверили и спаслись? Неужели есть те, кто остались?
По словам старичка, уйти, и даже увезти кое-что из живности, жители их села успели. Но в столицу не попали и предупредить не смогли, потому что на подходе к столице стоял невидимый заслон.
Я кивнула — еще бы, мы его тоже обойти не смогли!
— Сначала не уразумели, что случилось, — продолжал старик печальный рассказ, тяжело вздыхая и сурово качая головой. — Вроде ничего не видать, а лошади остановились и не идуть, и нам пути нет. Потом дотумкали — магическая сеть тама расставлена! Пока ее обходили, фипасы уже тут как тут, возле столицы. Их сеть не задержала, прямым ходом прошли, — он задумчиво добавил, — то ли мелких не ловит, то ли под них и ставилась.
Старик замолчал, обдумывая, потом тихо сказал:
— Еле увернулись с ихнего пути. Хотели порталом добраться... так нет порталов-то! Пропали все порталы!
Очень похожая на старца молодая женщина, видимо дочь, мягко тронула его за рукав, напомнив о каше. Но старик только отмахнулся:
— Стоим в лесу несколько дней всем обозом, не ведая куда идтить. В столице фипасы, дома фипасы. Ни войск, ни магов — никого. — Старичок закончил свой грустный сказ и совсем опечалился. Молчание нарушил эльф:
— И магические письма не рассылаются, связи нет. А сюда мы прошли спокойно, в северном лесу фипасов нет. Так что, вы сможете скоро вернуться...
— Только в лесу ничего нет. Даже птичек не осталось, — немного невпопад, тихо добавила я.
Как теперь быть? Предупреждать поздно, фипасы уже напали. Даже подумать страшно, что в Оресс сейчас творится!
Старичок вспомнил о гостеприимстве, смущенно посмотрел на эльфа и позвал нас трапезничать с его семьей. Я открыто, с радостью, эльф сдержанно, с достоинством, — согласились! Еще бы, сколько ничего ни ели. Нам вручили миски с кашей и красивые ореховые ложки с выжженными картинками. Семейство ело из общего котла, оставленного висеть над затухающим костром.
В нашем мире к людям, растящим на земле необходимое, что с помощью магии не получишь, относятся с огромным уважением и полным доверием. К ним прислушивается король, если не хочет лишиться трона. В судах их слово незыблемо, и это понятно почему...
Поужинав душистой кашей, мы поклонились и поблагодарили хозяев. Селяне вежливо встали и по-доброму попрощались с нами. Стайка счастливой детворы провожала нас до поворота в лес.
Идти после краткого отдыха и плотного ужина было тяжело — очень хотелось отдохнуть. Рэн, после прощания с детьми, пребывал в задумчивости.
Она как-то сразу сникла, обречено плюхнулась обратно на плащ. Зачем только напомнил…
— Ладно, подождем, увидим, — со вздохом заключила Силь, видимо смирившись.
Я достал магический свиток для письма, но буквы на нем не проявлялись. Исчезла магическая связь... В раздумье поднял голову от магического свитка. А порталы? Скорей всего, тоже заблокированы.
Повернулся к девушке, с интересом следящей за моими потугами.
— Магической связи, нет. Еще вчера не было... — Она уже успела сделать бутерброды и сейчас готовила ягодный отвар. Душистый запах, заполнивший подвал, разогнал смрад тьмы вокруг. Мы быстро перекусили. И, несмотря на ранний вечер мирно устроившись на плаще, заснули, так и не отключив световое заклинание.
Я засыпал с мыслью, что, наконец, мне уютно и хорошо, что просто противоестественно в данных условиях.
Сильвия
Я не двигалась, опасаясь разбудить эльфа — ему вчера несладко пришлось, пусть отдохнет. Лениво валяясь, обдумывала, что целую неделю делать в этом крошечном подвале? Разговаривать? Тогда о чем? Что обсуждать? Новости? Книги? Что?
В плане чтения я полная маньячка — найдя что-нибудь интересное, могу сутками не отрываясь сидеть и читать, забывая о еде и сне. Но вдруг Рэн не любит читать или предпочитает только эльфийские баллады? О чем нам говорить?
По вздоху осознала, что эльф уже не спит, но никто из нас вставать не спешил. А зачем?
Лежали, уставившись в полог, тихо разговаривали. Было тепло и уютно и не хотелось двигаться. Рэн расспрашивал, куда иду, где живу, чем занимаюсь. Неспешная беседа ни о чем. Наконец, захотелось есть и пришлось вставать.
Я готовила, он повторно заряжал магией шарики заклинаний.
— А чем занимаешься? — спросил Рэн, укладывая наполненные магией шарики сверху на рюкзак.
— Праздники устраиваю... — Наконец я дорезала последний бутерброд и обернулась к Рэну. Эльф удивленно на меня смотрел. Пришлось объяснять, все равно делать нечего:
— Подбираю для празднеств: сюжет, артистов, костюмы, меню… Особенно меню, — на последнем слове я усмехнулась. — Ну-у, ни для кого не секрет, что повара из богатых домов ведут себя как обиженные примадонны...
Эльф усмехнувшись, кивнул. Видимо вспомнил нечто подобное.
Я поставила котелок с водой на огонь и, высушив руки, продолжила рассказ:
— Мне неплохо удается найти общий язык и выполнить желания заказчика. Я нашла нечто среднее между чистым творчеством и привычными шаблонами.
Эльф молчал, внимательно слушая.
Я робко уточнила:
— Ведь никому не хочется, чтобы у него праздник был как у соседа. Вот и приходится совмещать замыслы, желания заказчиков с классическими сюжетами.
Эльф снял горячую воду с огня и разлил по двум синим кружкам, которые тут же вразнобой запели... Я рассмеялась. Люблю я такие мелочи. Жаль, сухие ягоды для заварки кончились. Передавая мурлыкающую, как сытая кошка, кружку с кипятком, эльф спросил:
— Это выгодно — устраивать праздники? — И тут же отошел, чтобы сесть на импровизированное ложе, со своим отваром в руках.
Я хлебнула горячую воду и поморщилась, обжегши язык. Удобно перехватив чересчур нагревшуюся посуду спущенным рукавом куртки, ответила:
— Сначала работа была редко, денег хватало еле-еле от праздника к празднику. Но, с тех пор как я провела праздник на дне рождении принца Лориана, заказы посыпались как из рога изобилия.
— А кто помог договориться в высоких кругах? — Эльф закончил возиться с кипятком, остудив его на каменном полу, и теперь был весь внимание.
— Моя лучшая подруга, Дельфина, дочь герцога. Она провела все переговоры и очень помогла мне. Сейчас меня ужасно волновало то, что я не смогла ей написать о фипасах. Не предупредила.
Эльф закончил есть и теперь вальяжно вытянувшись на одеяле, внимательно смотрел на меня из-под полу прикрытых век.
Заметив его взгляд, решила не мучить его своими рассказами и перевести разговор на него:
— Ну, а ты чем занимаешься?
— Охраняю по периметру земли эльфов. Светлый страж Рубежа. Это примерно ваш воевода, — отвечая, он слегка потянулся. Длинный. И как я его дотащила?! Самой не верится!
Я кивнула и довольным тоном сообщила:
— Как мой папа… — Эльф приятно удивился и тут же принялся расспрашивать о знакомых, служивших вместе с моим отцом.
За разговорами время потеряло значение. Рассвет снаружи или закат? Под землей все едино.
Наши беседы с перерывами на обед и ужин продолжались всю неделю, иногда по второму кругу:
— Тебе скучно?
— Нет... — Мы переглянулись и вежливо улыбнулись друг другу.
Неделя пролетела достаточно комфортно, хотя неопределенность тревожила. И еда кончалась на глазах. Последние дни мы только пили воду.
Общение с галантным соседом нравилось мне все больше.
Если я рассказывала ему что-то свое мелкое и даже не очень интересное, эльф склонял голову набок, будто пытался найти и понять что-то тайное, скрывающееся в моих словах. В любом случае, всегда внимательно слушал. Как следствие, я краснела от признательности и смущенно переключала разговор на него.
Беседы скрашивали тяжесть сидения в подвале, где уже стены давили.
Но даже хорошее настроение то и дело портила мысль: что будет, когда он уйдет на разведку? Страшно хотелось вырваться из подземелья! Мне здесь уже воздуха не хватало! И я решила признаться:
— Я жутко не хочу здесь оставаться, когда ты уйдешь. Я боюсь!
— Значит, завтра пойдем вместе, — спокойно ответил эльф, натачивая свой клинок.
Я удивленно подняла брови. А как же страшные кровавые трапезы фипасов?
ГЛАВА ВТОРАЯ. Путешествие по тракту
В то же самое время:
Белоснежный замок с восьмью защитными башнями, стоял на берегу ласкового моря, притягивая взгляды контрастом на фоне заката.
И внутри он был дивным — светлые просторные комнаты, украшенные золотом и великолепными полотнами, на которых портреты прекрасных дам сменяли изображения баталий или охотничьих везений.
В уютной вечерней библиотеке, освещенной десятком свечей, встречались двое: человек и гархх.
— Мой друг, вы знаете полный текст пророчества?
— Нет, мой лорд, — почтительно ответил гархх, незаметно закатив глаза, сегодня эта тема обсуждалась уже три раза!
Сидящий в кресле господин, по-домашнему одетый в лиловую бархатную куртку, небрежно протянул древний свиток, стоявшему на вытяжку слуге. Тот, быстро пробежал витиеватый текст глазами. Рифмы и четкого смысла в нем было не много, и гархх не понял, чего такого опасного в корявом детском стишке отыскал лорд.
Достойные годы исчезнут в прах,
Сгинут в смертях и боли.
Из многих мест исчезнет жизнь,
Принудив остаток жить в неволе.
Скрыться от гибели, уйти от врага,
Палач никому не позволит.
В темный час, как во мгле рассвет:
Их появится трое.
Тяжелого пути стезя,
Направит против палача,
Детей различных рас…
Кто во тьму собрался — все снесет.
Текст рукописи здесь обрывался, покрытый темными пятнами, словно от огня. Чуть ниже шло продолжение:
Пусть лики черные им преграждают путь.
И злобный враг, не дает вздохнуть.
Их всех невольный выбор поведет.
Коль крепкой дружбы
Связь не разорвут,
И станут силой до конца,
Пройдут преграды все.
— Надеюсь, задача ясна? — Господин сложил руки на тощем животе и пристально воззрился на своего визави.
Слуга медленно кивнул. Хотя прямой связи между найденным пророчеством, которое применимо почти к любому катаклизму, и планами лорда, гаррх не увидел.
— Что с намеченным проектом? — сухо спросил господин, поджав узкие губы. Ему не понравилось, что гархх медлил с кивком, лорд любил, чтоб все было, как ему нужно: то есть быстро и без осложнений.
— Мой лорд, ваши приказы выполнены в соответствии с разработанным планом. Первая волна существ в человеческую столицу успешно отправлена! — Равнодушно отчитался слуга.
Господин удовлетворенно кивнул:
— Насчет тройки из пророчества уточнили? Кто это, и где они должны встретиться?
— Ничего, кроме этого текста в старом храме не обнаружено, — ответил нелюдь с неестественно большими и странно синими глазами.
Господин, сложил ладони домиком и с аристократическим высокомерием в глазах кивнул.
— И какие еще меры предприняли?
— Передвижение по миру блокировано, связь прервана… Первая стадия удачно завершена.
Господин важно склонил голову, давая гархху понять, что тот может говорить дальше.
— Также в направлении северного тракта вдоль границ города выставлена магическая сеть. Кроме фипасов к Оресс отправили подготовленных бойцов с приказом уничтожать путников для предотвращения преждевременной утечки информации…
Сидящий в кресле господин, холодно взглянул на склонившегося перед ним гархха, и бесстрастно произнес:
— Хорошо, посмотрим, что получится.
Сильвия
Припомнив, как лихо исчезали у Рэна клинки, грустно вздохнула. Неплохо устроились эти эльфы: все с собой и руки свободны, а мне опять тащить на себе тяжеленный рюкзак.
— Что с тобой? — весело поинтересовался Рэн, который уже закончил сборы и в ожидании повернулся ко мне.
— Завидую тебе, — грустно призналась я. — Идти ничего не мешает и плечи свободные.
Эльф снисходительно усмехнулся:
— Тебе ничего нести и не придется. Двигаемся быстро, поэтому убираем все, что будет мешать. — Рэн забрал у меня рюкзак, и одним движением скрыл его, как и свои клинки, в безвременье.
— Здорово! — Я довольно потерла руки, с удивлением разглядывая место, где только что мои вещи растворились в воздухе.
Проход из подвала Рэн уже расчистил. Куда легче, чем я в прошлый раз, мы выбрались из развалин, и дошли до тропинки, ведущей по направлению к столице.
В лесу было прохладно, пахло прелой прошлогодней листвой. Весна словно засомневавшись, отступила. Деревья под холодным ветром нахохлились, шелестя листочками, а под елями, как память о недавнем дожде стояли глубокие лужи.
Мы двигались быстро и нигде не задерживались. Но, увы, едва мы добрались до окрестностей столицы, высоких холмов, с которых она была видна как на ладони, внезапно столкнулись с препятствием.
Беспомощно огляделась, да что тут творится! Другой дороги к столице не было. Обычная дорога, обыкновенные кусты, посаженные в качестве ограды, вон башни и домки с красными крышами виднеются.
Идти по намеченному пути, мешала невидимая глазу стена!
Я осторожно пощупала препятствие, оно тут же напряглось и откинуло мою руку — магия!
Мы с эльфом переглянулись, осторожно двинулись сквозь негустой пролесок на восток, продвигаясь вдоль невидимой преграды в поисках ее окончания.
Должна же преграда где-то закончится?!
Шли уже несколько часов. Дорога почти не менялась, пролески сменялись полянами, поляны густыми зарослями... Полдень, как и большая часть дня, остались позади. Небо незаметно заволокло тучами.
Холодно. Я устала, очень проголодалась, но признаться вслух, что таким темпом двигаться долго не смогу, боялась. Мы с самого утра почти бегом, а ведь скоро стемнеет!
Ветер, будто издеваясь, донес вкуснейший запах готовящейся на костре еды. Откуда?
Миновав очередную поляну с кустами, покрытыми мелкими розовыми цветочками, мы наткнулись на мирно расположившихся на привал селян.
Лошадки щипали нежную травку, рядом с повозками бегала ребятня, словно звезды в ночном небе то тут, то там, горели костры с пристроенными на них котлами, в которых готовилась еда. Чудесный аромат, разносился по поляне, смущая мои крайне голодные внутренности.
Высокий старик с седой бородой в темной рубахе с плотным поясом, выглядевший как ожившая иллюстрация к сказке о трудолюбивых пахарях, важно поднялся навстречу от ближайшего к нам костра.
— Мы рады вам, — чинно поздоровался старец. — Присоединяйтесь, сейчас каша сварится, и трапезничать будем.
Он широким жестом указал на покрытые шкурой бревна, заменившие людям скамейки.
Мы поклонились и под любопытными взглядами родственников старика сели у костра.
— Что случилось, почему вы ночуете здесь всем селом? Фипасы напугали? — первым делом спросил Рэн.
Старик сокрушенно покачала головой:
— Грех жаловаться. Нам еще повезло, про фипасов вызнали сразу. Мальчишки, что рыбачили у Круглого озера, первыми заметили странных пушистых зверьков, кидающихся в воду, и прям там потрошащих диких уток. Примчавшись в село, они рассказали о странных животных. Живущие среди нас северяне сразу разобрали, о чем толкуют ребята...
Терпеливо слушая неспешный рассказ старика, я сочувствовала, представляя, как это все на самом деле было ужасно. Как им не хотелось верить в подобное, как тяжело собраться и ускользнуть от проглотов. Интересно, все жители поверили и спаслись? Неужели есть те, кто остались?
По словам старичка, уйти, и даже увезти кое-что из живности, жители их села успели. Но в столицу не попали и предупредить не смогли, потому что на подходе к столице стоял невидимый заслон.
Я кивнула — еще бы, мы его тоже обойти не смогли!
— Сначала не уразумели, что случилось, — продолжал старик печальный рассказ, тяжело вздыхая и сурово качая головой. — Вроде ничего не видать, а лошади остановились и не идуть, и нам пути нет. Потом дотумкали — магическая сеть тама расставлена! Пока ее обходили, фипасы уже тут как тут, возле столицы. Их сеть не задержала, прямым ходом прошли, — он задумчиво добавил, — то ли мелких не ловит, то ли под них и ставилась.
Старик замолчал, обдумывая, потом тихо сказал:
— Еле увернулись с ихнего пути. Хотели порталом добраться... так нет порталов-то! Пропали все порталы!
Очень похожая на старца молодая женщина, видимо дочь, мягко тронула его за рукав, напомнив о каше. Но старик только отмахнулся:
— Стоим в лесу несколько дней всем обозом, не ведая куда идтить. В столице фипасы, дома фипасы. Ни войск, ни магов — никого. — Старичок закончил свой грустный сказ и совсем опечалился. Молчание нарушил эльф:
— И магические письма не рассылаются, связи нет. А сюда мы прошли спокойно, в северном лесу фипасов нет. Так что, вы сможете скоро вернуться...
— Только в лесу ничего нет. Даже птичек не осталось, — немного невпопад, тихо добавила я.
Как теперь быть? Предупреждать поздно, фипасы уже напали. Даже подумать страшно, что в Оресс сейчас творится!
Старичок вспомнил о гостеприимстве, смущенно посмотрел на эльфа и позвал нас трапезничать с его семьей. Я открыто, с радостью, эльф сдержанно, с достоинством, — согласились! Еще бы, сколько ничего ни ели. Нам вручили миски с кашей и красивые ореховые ложки с выжженными картинками. Семейство ело из общего котла, оставленного висеть над затухающим костром.
В нашем мире к людям, растящим на земле необходимое, что с помощью магии не получишь, относятся с огромным уважением и полным доверием. К ним прислушивается король, если не хочет лишиться трона. В судах их слово незыблемо, и это понятно почему...
Поужинав душистой кашей, мы поклонились и поблагодарили хозяев. Селяне вежливо встали и по-доброму попрощались с нами. Стайка счастливой детворы провожала нас до поворота в лес.
Идти после краткого отдыха и плотного ужина было тяжело — очень хотелось отдохнуть. Рэн, после прощания с детьми, пребывал в задумчивости.
