В империи гарххов наоборот, большей частью обретаются орки и тролли, а гномы и эльфы, из-за садистского чувства юмора глазастых, их избегают, впрочем, как и люди. Ну, а ведьмаки живут везде, образуя к югу от Роннира, колонию небольших самостоятельных городов, и занимаются в основном торговлей.
Хотя нет, ею занимаются все, независимо от расы. Только торгуют все разными вещами.
Ведьмаки обрабатывают минерал магий и делают из него шарики с заклинаниями, которыми больше всех пользуются люди.
Эльфы делают лучшие в нашем мире: ткани, вино, краски и музыкальные инструменты.
Люди торгуют едой и всем остальным понемногу.
Гарххи делают прекрасную мебель, украшения и шьют самые вычурные и дорогие костюмы.
Магий добывают совместно, так как хребет, в котором находятся его залежи, пролегает через весь материк. Его продажа в иные миры ведется расами вместе, через представителей.
Только доходы от торговли с иномирьем используют по-разному.
Совет старейшин орков, живущих в пустыне, привозит к себе продукты и воду. Главный мастер гномов доставляет в горы хлеб и фрукты с равнин; император гарххов, людской король, и эльфийский владыка оплачивают обучение талантливых детей в иномирье. Ведьмаки отстраивают города и порталы в иные миры, чтобы доставлять к нам новые товары.
Магий есть только у нас в Алонезии. Другие миры, нуждаясь в нем, щедро за него платят. Минерал накапливает энергию, воспринимает команды и помнит их. Вот его и используют для усиления магических сил. Для магов и магических миров это просто находка.
Все происходит строго по договоренности, благодаря Древним. Вообще-то их Светлыми называют. Это они заставили установить сеть работающих на этом минерале бесплатных порталов по всему миру. И магическая почта всегда бесплатная и безотказная.
Была...
Конечно, со стороны кажется, что раз мир Светлый, то там обязательно тишь да гладь...
Ничего подобного! Гарххи уже не раз воевали с людьми и эльфами или помогали оркам нападать на нас. Эльфы не упускали возможности устроить притеснение гарххам и ведьмакам, ну а люди, люди... им и притеснителей не надо. Всю историю мы то собирали королевство в одно большое целое, то, воюя, делили его на части. Хорошо хоть полномасштабных войн лет двести не было.
Это снова заслуга Древних.
Светлые вмешались, и не позволили импортировать к нам оружие из техногенных миров, а в магических мирах запретили боевые заклинания. Вот и дерутся у нас до сих пор луками и клинками. Что очень даже хорошо, ночь целительной магии — и воин вновь живой и здоровый.
Ох, мне лучше слова не давать... Я тихо-тихо усмехнулась. Начну с капли, закончу океаном.
Окончательно рассвело, птицы подняли такой жизнерадостный гвалт, что хотелось лежать и слушать, и слушать...
Но настроение быстро изменилось.
Промелькнувшее в памяти воспоминание о столице, привело за собой мысль: что за кошмар там сейчас творится? Представив нападение живоглотов на мирно спящих людей, от ужаса поежилась. И тут же почувствовала на плече ладонь Рэна. Тоже не спится?
Тяжело вздохнув, Рэн прижал меня, укрыв лицом у себя на груди.
Боясь пошевелиться, я почти не дышала. Да, мне не хотелось покидать надежных объятий эльфа, и возвращаться в реальность, но спать в обнимку с едва знакомым нелюдем — абсолютно неправильно, неприлично и так далее и, главное, совершено мне не свойственно. И от этого мне было не по себе. Хотя может у них так принято успокаивать?
Да и на свой счет я не обольщалась — Рэн просто хорошо выполнял свою клятву. Правда, иногда мне казалось, что эльф смеется надо мной, а затем он окидывал меня долгим, изучающим взглядом, от которого мне хотелось укрыться или оказаться вообще, где-нибудь подальше. Но сейчас отодвинуться я не смогла.
На этой мысли и уснула.
Ближе к обеду проснулся Джем, и первым поднявшийся с одеяла. От этого шороха я очнулась и недовольно посмотрела в сторону многозначительно улыбающегося гархха.
Гархх вошел в наше маленькое общество с таким видом, словно имел на это полное право.
Почему-то я была уверена, что так он ведет себя везде, где ему случается появиться. Невозможно угадать, подобное нахальство это личное качество или обретенное благодаря воспитанию, но я бы с удовольствием его позаимствовала.
Увидев, что Рэн спит, положив на меня руку, он понял это в меру своей извращенности.
Гадко подмигивая, гархх прокомментировал:
— Женщины — они такие… приятные на ощупь. — Гархх изобразил, что гладит воздух, будто обрисовывая пальцами окружность. Томно возвел глаза и прищелкнул языком.
Мне было ужасно неловко, но еще глупее ему пояснять, что он все не так понял. Поджав губы, я сурово прищурилась, выражая все свое презрение к его домыслам.
В ответ гархх обезоруживающе мягко улыбнулся и нагнулся ножнами с кинжалом, спрятанным под одеяло. Ладно, оставлю все как есть.
Я выбралась из постели и, ежась от холода, потянулась к ботинкам, но эльф, вроде как спящий, ответил развеселившемуся гархху:
— Завидуешь?
— Очень, — насмешливо ответил тот, пристегивая кинжал к бедру.
— Чудесная тема, а как вовремя-то! Обожаю юмор по утрам! — Со стоном отозвалась я, выползая на улицу умываться.
Жутко голодная, не выспавшаяся и ужасно злая, я была не в состоянии выносить подобные забавы самоуверенно-остроухих и остроумно-глазастых.
С раздражением облилась водой, целясь в лицо, чуть охладила водой глаза, но это не помогло, после бессонной ночи в них будто песок насыпали. Собирая из остатков провизии завтрак, размышляла: правильно ли делаю, что иду в тот форт с малознакомыми нелюдьми?
Но куда деваться?
Из задумчивого состояния меня вывел голос Рэна:
— На ходу поедим. Время много потеряли, кто-нибудь против? — Мы с Джемом, будто год репетировали, синхронно махнули головами — нет.
Согласны на все... только доспать дайте.
Выйдя на поляну, осмотрела ее в последний раз, вспомнила о пленном, но его там уже не было. Эти двое сделали вид, что не замечают моего вопросительного взгляда, и они тут не причем... и даже длинные уши благородного не краснеют!
Ладно, все понятно. На войне, как на войне.
Пасмурная тяжесть неба давила и портила и без этого плохое настроение, только дождя не хватало. Одинокий певец на ветке приветствовал нас своей трелью, но, в общем, лес притих. В кустах шуршали веселые птички: трескунки и свистунки. Недавно, я готовила детский праздник, мне пришлось каждому малышу продумать и заказать костюмы птичек. Так что, особо не стараясь, выучила, как выглядит большинство местных пташек.
Солнце, нежданно явившись к обеду, даже немного и почти нежно припекало.
Мы бодро шагали уже несколько часов. Миновав развилку двух дорог, свернули в сторону тракта, пересекавшего наш материк крест-накрест еще с времен Древних. Наш путь лежал к его восточному крылу, ведущему в горы, за которыми расположились эльфийские земли.
Миновав последние заросли, наконец-то попали на сам тракт. Нелюди, будто не испытывая усталость, шагали вперед. Меня держало на ногах одно упрямство...
Скудный завтрак исчез даже из воспоминаний, очень хотелось есть, но после разговора с беженцами из столицы аппетит пропал. Это была семья. Молодая женщина и трое детей. Они уныло брели, постоянно оглядываясь и кого-то позади внимательно высматривали.
Догнав, я вежливо обратилась к женщине:
— Добрый день. Вы из столицы?
— Да… — Запинаясь и глотая слезы, женщина кивнула. Нервно прижимая к себе самого младшего, она рассказала, что на рассвете в городе появились хищники, но ни магов, ни войск рядом не оказалось. Так что, орды фипасов беспрепятственно наводнили столицу, пожирая все на своем пути.
Этой семье удалось убежать вместе с королевскими магами, когда те небольшими группками прорывались из города. А еще выяснилось, что фипасы прибыли в столицу сразу с четырех сторон. Значит, их в городе гораздо больше, чем мы думали первоначально.
Столько оглоедов и всем королевским войскам во всеоружии не одолеть.
Я в ужасе покачала головой, очень надеясь, что у страха глаза велики, может она что-то напутала? Ну, не было еще таких набегов в нашем мире! Так не хотелось в это верить!
Женщина была очень расстроена и едва сдерживала слезы: муж и ее родители остались где-то в городе. Пожелав семье поскорее воссоединиться, мы попрощались и пошли вперед.
Дальше по тракту, то здесь, то там, нам попадались группки уцелевших людей. Все рассказывали о пережитых событиях по-разному. Но все сводилось к одному: королевские войска, сражавшиеся разрозненными частями против хищников, были уничтожены первыми. Маги несколько дней сопротивлялись, пробивая проходы из города, но у людей их всегда было слишком мало.
Кому-то повезло, и они смогли сбежать. Кому-то нет...
Большинство жителей столицы погибли в первые часы нападения, не осознавая, что происходит. Возможно уцелеют те, у кого хорошие крепкие подвалы с запасами. А пока в городе еще полно «еды» и фипасы не торопятся его покидать.
Мне требовалось время, чтобы перевести дыхание и до конца осознать, что случилось. Слишком многое произошло за такой короткий срок. Голова просто шла кругом.
Выслушав очередного спасенного, Рэн тяжело вздохнул и сказал, обращаясь к гархху:
— Ясно, что это не случайность, но КТО? У меня ни одного варианта! — Джем задумчиво промолчал. Я тоже.
В мирное время, без объявления войны, столица уничтожена, армия перебита...
Мой родной город…
Это не укладывалось в голове. Никак. Эльф и гархх совещались о дальнейших действиях. Я шла, ничего не слыша. Пытаясь осознать весь ужас…
Друзья, родные, знакомые, соседи... Просто люди, дети...
Кровожадностью никогда не страдала, но сейчас, наверно убила бы с тяжелыми повреждениями ублюдка, сотворившего такое!
Сиенарэн де Айвен
Мы с гарххом, посовещавшись, решили планы не менять, только ускорить передвижение. Если получится купить коней, припасы, то дня за три надо добраться до людского форта.
К ночи мы достигли трактира, небольшого каменного здания в два этажа, с конюшней и вкусными запахами из кухни. Я вошел и первым делом направился к трактирщику, старому солдату с повязкой на глазу, чтобы договориться насчет коней, ночлега и припасов в дорогу.
Джем и Силь прошли в небольшой зал, а мы с обрадованным хозяином тут же отправились в конюшню подбирать лошадей.
В ней пахло сеном, слышалось тихое по-фыркивание, иногда какая-нибудь коняга переступала ногами, нарушая тишину. Трактирщик, осветив стойла заклинанием, указал на подходящих для продажи лошаденок.
Содрав три цены за полудохлых коняг, он заверил меня, что из-за неработающих порталов все номера в таверне заняты, но для нас он найдет — с большим трудом, конечно! — один, в котором будет даже ванна.
Я оценил нашу удачу — из-за жадности трактирщика никто не смог купить его коней, которые нужны нам, так что с радостью согласился на номер и заказал провизию на завтра. Одноглазый пройдоха довольно поклонился и ушел отдавать распоряжения на кухню. Меня по приказу трактирщика в номер повел мальчика.
Заглянув вовнутрь предоставленной комнаты, я остался доволен: добротная деревянная кровать занимала полкомнаты. На ней уютной кучкой лежали взбитые подушки, предлагая без раздумья на них развалиться. Перед зеркалом в деревянной раме стоял стол, за ширмой в углу комнаты расположилась обещанная ванна с горячей водой. Я, очистив себя заклинанием, достал рюкзак Силь из безвременья и мягко положил на кровать.
Покинув номер, я спустился вниз. Силь, больше похожая на унылое привидение, вяло тыкала вилкой в тарелку, лениво гоняя по ней что-то аппетитно пахнувшее. Я сел напротив, и наблюдая за ее манипуляциями, заметил:
— После сегодняшней прогулки пироги с мясом просто роскошь…
Силь с удивлением подняла глаза, но в этот момент подошел подавальщик с заказанными мною копченными ребрышками, так что отвечать она не стала, пребывая и дальше в своих грустных мыслях. Джем, энергично прожевывая кусок мяса приличного размера, закивал, молча, но горячо соглашаясь. Ну, хоть кто-то доволен!
Я своим спутникам сообщил:
— В номере нас ждет горячая ванна, — и, склонившись к Силь, прибавил. — Твой рюкзак уже там.
Быстро кивнув, она отодвинула нетронутую тарелку и поднялась. Я подозвал мальчишку, чтобы он проводил ее. Когда Силь отошла, я негромко добавил:
— Вот только номер один…
Гархх озадаченно на меня взглянул.
— Да? Спать пойдем в конюшню или в номер? Я вам мешать не буду?
— С чего ты взял, что мешаешь? Тут неудобно только Силь, ей придется ночевать с нами, — спокойно ответил я, отхлебнул свой эль и мрачно улыбнулся.
— Ну, ваши отношения не похожи на вассальную клятву верности, скорей, на поведение юных любовников.
Я медленно допил содержимое кружки, про себя выругавшись. Гархх не мог ни оскорбить…
— Ты ошибаешься... — и пристально смотря в наглые глаза спутника, невозмутимо добавил:
— Я очень обязан этой девочке, впрочем, как и ты, и хочу по возможности облегчить ей жизнь.
— Устроившись спать втроем? — Сарказм гархха мог бы оскорбить, если бы кого-то интересовало его мнение.
— Думаю, тебе надо осознать, что жизнь изменилась и сейчас не глупостей, но если тебя смущает подобное соседство, я выделю тебе коврик и место на конюшне.
Джем принял мой вызов, пристально уставившись в ответ. Продолжая схватку взглядов, я спокойно добавил:
— И сделай одолжение, не подшучивай при ней на эту тему. Сегодня утром я едва сдержался, — сухо предупредил я глазастого.
— Ты так в себе уверен? — Ядовито осведомился гархх, сдвинув руку к безвременью за мечом.
Ответить я не успел, из номера вернулась порозовевшая и ожившая Силь.
В новом костюме, элегантная и восхитительная, вопреки мрачности черного шелка. С удовольствием оглядывая ее, я поднялся и помог ей сесть.
С улыбкой поблагодарив, девушка предупредила:
— Слуги уже меняют воду… Чистая постель, горячая ванна — такая малость, но безумно приятно! Спасибо, Рэн!
Джем посмотрел на Силь с улыбкой, нахально подмигнул мне, поднялся из-за стола и ушел наверх. Через некоторое время, закончив купаться, прямо с лестницы жестами позвал нас в номер. Сильвия уже почти спала за столом.
Позже, когда все, наконец, устроились и уснули, я добавил сигнальные заклинания на пространство вокруг кровати и бесшумно лег, стараясь не разбудить их, но тут рука спящей Силь внезапно легла мне на грудь. А потом и она сама доверчиво приткнулась носом к моему плечу. Ее щечка была шелковисто-мягкой и я чувствовал ее теплое дыхание.
Опасаясь шевелиться, застыл на мгновение, потом обнял и прижал к себе.
Утром гархх опять будет поддевать. Но, если ей так спокойней, будем спать так. Невероятно, но я чувствовал, что прикосновение к Сильвии рождало во мне какую-то острую... нежность.
Джером де Гай
После страшных новостей я все больше беспокоился за отца и Иден. Но встречей с эльфом пока был доволен — сидя дома не поймешь, кто это все устроил.
Где-то в голове комаром зудел вопрос: «Зачем мне это знать?»
Но после спокойного рассмотрения я решил, что надо. Ну, уж не острых ощущений захотелось. Этого добра у меня предостаточно!
Во всем виноват древний лозунг моей семьи: «если не я, то, кто?» Но, без сомнения, лучше бы это был кто-нибудь другой! Намного лучше! Я мрачно улыбнулся.
Хотя нет, ею занимаются все, независимо от расы. Только торгуют все разными вещами.
Ведьмаки обрабатывают минерал магий и делают из него шарики с заклинаниями, которыми больше всех пользуются люди.
Эльфы делают лучшие в нашем мире: ткани, вино, краски и музыкальные инструменты.
Люди торгуют едой и всем остальным понемногу.
Гарххи делают прекрасную мебель, украшения и шьют самые вычурные и дорогие костюмы.
Магий добывают совместно, так как хребет, в котором находятся его залежи, пролегает через весь материк. Его продажа в иные миры ведется расами вместе, через представителей.
Только доходы от торговли с иномирьем используют по-разному.
Совет старейшин орков, живущих в пустыне, привозит к себе продукты и воду. Главный мастер гномов доставляет в горы хлеб и фрукты с равнин; император гарххов, людской король, и эльфийский владыка оплачивают обучение талантливых детей в иномирье. Ведьмаки отстраивают города и порталы в иные миры, чтобы доставлять к нам новые товары.
Магий есть только у нас в Алонезии. Другие миры, нуждаясь в нем, щедро за него платят. Минерал накапливает энергию, воспринимает команды и помнит их. Вот его и используют для усиления магических сил. Для магов и магических миров это просто находка.
Все происходит строго по договоренности, благодаря Древним. Вообще-то их Светлыми называют. Это они заставили установить сеть работающих на этом минерале бесплатных порталов по всему миру. И магическая почта всегда бесплатная и безотказная.
Была...
Конечно, со стороны кажется, что раз мир Светлый, то там обязательно тишь да гладь...
Ничего подобного! Гарххи уже не раз воевали с людьми и эльфами или помогали оркам нападать на нас. Эльфы не упускали возможности устроить притеснение гарххам и ведьмакам, ну а люди, люди... им и притеснителей не надо. Всю историю мы то собирали королевство в одно большое целое, то, воюя, делили его на части. Хорошо хоть полномасштабных войн лет двести не было.
Это снова заслуга Древних.
Светлые вмешались, и не позволили импортировать к нам оружие из техногенных миров, а в магических мирах запретили боевые заклинания. Вот и дерутся у нас до сих пор луками и клинками. Что очень даже хорошо, ночь целительной магии — и воин вновь живой и здоровый.
Ох, мне лучше слова не давать... Я тихо-тихо усмехнулась. Начну с капли, закончу океаном.
Окончательно рассвело, птицы подняли такой жизнерадостный гвалт, что хотелось лежать и слушать, и слушать...
Но настроение быстро изменилось.
Промелькнувшее в памяти воспоминание о столице, привело за собой мысль: что за кошмар там сейчас творится? Представив нападение живоглотов на мирно спящих людей, от ужаса поежилась. И тут же почувствовала на плече ладонь Рэна. Тоже не спится?
Тяжело вздохнув, Рэн прижал меня, укрыв лицом у себя на груди.
Боясь пошевелиться, я почти не дышала. Да, мне не хотелось покидать надежных объятий эльфа, и возвращаться в реальность, но спать в обнимку с едва знакомым нелюдем — абсолютно неправильно, неприлично и так далее и, главное, совершено мне не свойственно. И от этого мне было не по себе. Хотя может у них так принято успокаивать?
Да и на свой счет я не обольщалась — Рэн просто хорошо выполнял свою клятву. Правда, иногда мне казалось, что эльф смеется надо мной, а затем он окидывал меня долгим, изучающим взглядом, от которого мне хотелось укрыться или оказаться вообще, где-нибудь подальше. Но сейчас отодвинуться я не смогла.
На этой мысли и уснула.
Ближе к обеду проснулся Джем, и первым поднявшийся с одеяла. От этого шороха я очнулась и недовольно посмотрела в сторону многозначительно улыбающегося гархха.
Гархх вошел в наше маленькое общество с таким видом, словно имел на это полное право.
Почему-то я была уверена, что так он ведет себя везде, где ему случается появиться. Невозможно угадать, подобное нахальство это личное качество или обретенное благодаря воспитанию, но я бы с удовольствием его позаимствовала.
Увидев, что Рэн спит, положив на меня руку, он понял это в меру своей извращенности.
Гадко подмигивая, гархх прокомментировал:
— Женщины — они такие… приятные на ощупь. — Гархх изобразил, что гладит воздух, будто обрисовывая пальцами окружность. Томно возвел глаза и прищелкнул языком.
Мне было ужасно неловко, но еще глупее ему пояснять, что он все не так понял. Поджав губы, я сурово прищурилась, выражая все свое презрение к его домыслам.
В ответ гархх обезоруживающе мягко улыбнулся и нагнулся ножнами с кинжалом, спрятанным под одеяло. Ладно, оставлю все как есть.
Я выбралась из постели и, ежась от холода, потянулась к ботинкам, но эльф, вроде как спящий, ответил развеселившемуся гархху:
— Завидуешь?
— Очень, — насмешливо ответил тот, пристегивая кинжал к бедру.
— Чудесная тема, а как вовремя-то! Обожаю юмор по утрам! — Со стоном отозвалась я, выползая на улицу умываться.
Жутко голодная, не выспавшаяся и ужасно злая, я была не в состоянии выносить подобные забавы самоуверенно-остроухих и остроумно-глазастых.
С раздражением облилась водой, целясь в лицо, чуть охладила водой глаза, но это не помогло, после бессонной ночи в них будто песок насыпали. Собирая из остатков провизии завтрак, размышляла: правильно ли делаю, что иду в тот форт с малознакомыми нелюдьми?
Но куда деваться?
Из задумчивого состояния меня вывел голос Рэна:
— На ходу поедим. Время много потеряли, кто-нибудь против? — Мы с Джемом, будто год репетировали, синхронно махнули головами — нет.
Согласны на все... только доспать дайте.
Выйдя на поляну, осмотрела ее в последний раз, вспомнила о пленном, но его там уже не было. Эти двое сделали вид, что не замечают моего вопросительного взгляда, и они тут не причем... и даже длинные уши благородного не краснеют!
Ладно, все понятно. На войне, как на войне.
***
Пасмурная тяжесть неба давила и портила и без этого плохое настроение, только дождя не хватало. Одинокий певец на ветке приветствовал нас своей трелью, но, в общем, лес притих. В кустах шуршали веселые птички: трескунки и свистунки. Недавно, я готовила детский праздник, мне пришлось каждому малышу продумать и заказать костюмы птичек. Так что, особо не стараясь, выучила, как выглядит большинство местных пташек.
Солнце, нежданно явившись к обеду, даже немного и почти нежно припекало.
Мы бодро шагали уже несколько часов. Миновав развилку двух дорог, свернули в сторону тракта, пересекавшего наш материк крест-накрест еще с времен Древних. Наш путь лежал к его восточному крылу, ведущему в горы, за которыми расположились эльфийские земли.
Миновав последние заросли, наконец-то попали на сам тракт. Нелюди, будто не испытывая усталость, шагали вперед. Меня держало на ногах одно упрямство...
Скудный завтрак исчез даже из воспоминаний, очень хотелось есть, но после разговора с беженцами из столицы аппетит пропал. Это была семья. Молодая женщина и трое детей. Они уныло брели, постоянно оглядываясь и кого-то позади внимательно высматривали.
Догнав, я вежливо обратилась к женщине:
— Добрый день. Вы из столицы?
— Да… — Запинаясь и глотая слезы, женщина кивнула. Нервно прижимая к себе самого младшего, она рассказала, что на рассвете в городе появились хищники, но ни магов, ни войск рядом не оказалось. Так что, орды фипасов беспрепятственно наводнили столицу, пожирая все на своем пути.
Этой семье удалось убежать вместе с королевскими магами, когда те небольшими группками прорывались из города. А еще выяснилось, что фипасы прибыли в столицу сразу с четырех сторон. Значит, их в городе гораздо больше, чем мы думали первоначально.
Столько оглоедов и всем королевским войскам во всеоружии не одолеть.
Я в ужасе покачала головой, очень надеясь, что у страха глаза велики, может она что-то напутала? Ну, не было еще таких набегов в нашем мире! Так не хотелось в это верить!
Женщина была очень расстроена и едва сдерживала слезы: муж и ее родители остались где-то в городе. Пожелав семье поскорее воссоединиться, мы попрощались и пошли вперед.
Дальше по тракту, то здесь, то там, нам попадались группки уцелевших людей. Все рассказывали о пережитых событиях по-разному. Но все сводилось к одному: королевские войска, сражавшиеся разрозненными частями против хищников, были уничтожены первыми. Маги несколько дней сопротивлялись, пробивая проходы из города, но у людей их всегда было слишком мало.
Кому-то повезло, и они смогли сбежать. Кому-то нет...
Большинство жителей столицы погибли в первые часы нападения, не осознавая, что происходит. Возможно уцелеют те, у кого хорошие крепкие подвалы с запасами. А пока в городе еще полно «еды» и фипасы не торопятся его покидать.
Мне требовалось время, чтобы перевести дыхание и до конца осознать, что случилось. Слишком многое произошло за такой короткий срок. Голова просто шла кругом.
Выслушав очередного спасенного, Рэн тяжело вздохнул и сказал, обращаясь к гархху:
— Ясно, что это не случайность, но КТО? У меня ни одного варианта! — Джем задумчиво промолчал. Я тоже.
В мирное время, без объявления войны, столица уничтожена, армия перебита...
Мой родной город…
Это не укладывалось в голове. Никак. Эльф и гархх совещались о дальнейших действиях. Я шла, ничего не слыша. Пытаясь осознать весь ужас…
Друзья, родные, знакомые, соседи... Просто люди, дети...
Кровожадностью никогда не страдала, но сейчас, наверно убила бы с тяжелыми повреждениями ублюдка, сотворившего такое!
Сиенарэн де Айвен
Мы с гарххом, посовещавшись, решили планы не менять, только ускорить передвижение. Если получится купить коней, припасы, то дня за три надо добраться до людского форта.
К ночи мы достигли трактира, небольшого каменного здания в два этажа, с конюшней и вкусными запахами из кухни. Я вошел и первым делом направился к трактирщику, старому солдату с повязкой на глазу, чтобы договориться насчет коней, ночлега и припасов в дорогу.
Джем и Силь прошли в небольшой зал, а мы с обрадованным хозяином тут же отправились в конюшню подбирать лошадей.
В ней пахло сеном, слышалось тихое по-фыркивание, иногда какая-нибудь коняга переступала ногами, нарушая тишину. Трактирщик, осветив стойла заклинанием, указал на подходящих для продажи лошаденок.
Содрав три цены за полудохлых коняг, он заверил меня, что из-за неработающих порталов все номера в таверне заняты, но для нас он найдет — с большим трудом, конечно! — один, в котором будет даже ванна.
Я оценил нашу удачу — из-за жадности трактирщика никто не смог купить его коней, которые нужны нам, так что с радостью согласился на номер и заказал провизию на завтра. Одноглазый пройдоха довольно поклонился и ушел отдавать распоряжения на кухню. Меня по приказу трактирщика в номер повел мальчика.
Заглянув вовнутрь предоставленной комнаты, я остался доволен: добротная деревянная кровать занимала полкомнаты. На ней уютной кучкой лежали взбитые подушки, предлагая без раздумья на них развалиться. Перед зеркалом в деревянной раме стоял стол, за ширмой в углу комнаты расположилась обещанная ванна с горячей водой. Я, очистив себя заклинанием, достал рюкзак Силь из безвременья и мягко положил на кровать.
Покинув номер, я спустился вниз. Силь, больше похожая на унылое привидение, вяло тыкала вилкой в тарелку, лениво гоняя по ней что-то аппетитно пахнувшее. Я сел напротив, и наблюдая за ее манипуляциями, заметил:
— После сегодняшней прогулки пироги с мясом просто роскошь…
Силь с удивлением подняла глаза, но в этот момент подошел подавальщик с заказанными мною копченными ребрышками, так что отвечать она не стала, пребывая и дальше в своих грустных мыслях. Джем, энергично прожевывая кусок мяса приличного размера, закивал, молча, но горячо соглашаясь. Ну, хоть кто-то доволен!
Я своим спутникам сообщил:
— В номере нас ждет горячая ванна, — и, склонившись к Силь, прибавил. — Твой рюкзак уже там.
Быстро кивнув, она отодвинула нетронутую тарелку и поднялась. Я подозвал мальчишку, чтобы он проводил ее. Когда Силь отошла, я негромко добавил:
— Вот только номер один…
Гархх озадаченно на меня взглянул.
— Да? Спать пойдем в конюшню или в номер? Я вам мешать не буду?
— С чего ты взял, что мешаешь? Тут неудобно только Силь, ей придется ночевать с нами, — спокойно ответил я, отхлебнул свой эль и мрачно улыбнулся.
— Ну, ваши отношения не похожи на вассальную клятву верности, скорей, на поведение юных любовников.
Я медленно допил содержимое кружки, про себя выругавшись. Гархх не мог ни оскорбить…
— Ты ошибаешься... — и пристально смотря в наглые глаза спутника, невозмутимо добавил:
— Я очень обязан этой девочке, впрочем, как и ты, и хочу по возможности облегчить ей жизнь.
— Устроившись спать втроем? — Сарказм гархха мог бы оскорбить, если бы кого-то интересовало его мнение.
— Думаю, тебе надо осознать, что жизнь изменилась и сейчас не глупостей, но если тебя смущает подобное соседство, я выделю тебе коврик и место на конюшне.
Джем принял мой вызов, пристально уставившись в ответ. Продолжая схватку взглядов, я спокойно добавил:
— И сделай одолжение, не подшучивай при ней на эту тему. Сегодня утром я едва сдержался, — сухо предупредил я глазастого.
— Ты так в себе уверен? — Ядовито осведомился гархх, сдвинув руку к безвременью за мечом.
Ответить я не успел, из номера вернулась порозовевшая и ожившая Силь.
В новом костюме, элегантная и восхитительная, вопреки мрачности черного шелка. С удовольствием оглядывая ее, я поднялся и помог ей сесть.
С улыбкой поблагодарив, девушка предупредила:
— Слуги уже меняют воду… Чистая постель, горячая ванна — такая малость, но безумно приятно! Спасибо, Рэн!
Джем посмотрел на Силь с улыбкой, нахально подмигнул мне, поднялся из-за стола и ушел наверх. Через некоторое время, закончив купаться, прямо с лестницы жестами позвал нас в номер. Сильвия уже почти спала за столом.
Позже, когда все, наконец, устроились и уснули, я добавил сигнальные заклинания на пространство вокруг кровати и бесшумно лег, стараясь не разбудить их, но тут рука спящей Силь внезапно легла мне на грудь. А потом и она сама доверчиво приткнулась носом к моему плечу. Ее щечка была шелковисто-мягкой и я чувствовал ее теплое дыхание.
Опасаясь шевелиться, застыл на мгновение, потом обнял и прижал к себе.
Утром гархх опять будет поддевать. Но, если ей так спокойней, будем спать так. Невероятно, но я чувствовал, что прикосновение к Сильвии рождало во мне какую-то острую... нежность.
Джером де Гай
После страшных новостей я все больше беспокоился за отца и Иден. Но встречей с эльфом пока был доволен — сидя дома не поймешь, кто это все устроил.
Где-то в голове комаром зудел вопрос: «Зачем мне это знать?»
Но после спокойного рассмотрения я решил, что надо. Ну, уж не острых ощущений захотелось. Этого добра у меня предостаточно!
Во всем виноват древний лозунг моей семьи: «если не я, то, кто?» Но, без сомнения, лучше бы это был кто-нибудь другой! Намного лучше! Я мрачно улыбнулся.
