Зеркало разбилось, оставляя после себя ровные круги на стекле.
- О, нет... - прошептал Сильвер, глядя в разбитое зеркало.
Полукровка взглянул на сжатую в кулак лапу. Пластыри отклеились, на костяшках пальцев выступили капельки крови. В тот же момент дверь резко открылась и вошла испуганная Мэри. Она с ужасом смотрела то на разбитое зеркало, то на своего сына. Крольчиха впервые полностью увидела его израненное тело.
- Сильвер, что произошло?! - воскликнула Мэри.
- Ничего, я всё уберу...
- Как ты можешь такое говорить? Почему ты врёшь мне?!
- Не хочу тебя расстраивать.
- Я не понимаю, что с тобой?
- Не злись, пожалуйста... Со мной всё в порядке.
- Нет, не в порядке! Ты пропал на всю ночь, принёс с собой пистолет, у тебя идёт кровь!
- Это пройдёт, мама...
- Прекрати! От твоего молчания моё сердце болит сильнее... Ответь мне наконец-то, прошу тебя!
- Не лезь ко мне! - внезапно проорал полукровка.
- Сильвер, ты чего?.. - мать удивлённо отошла от него.
- Ничего! Не лезь не в своё дело, я сам со всем разберусь!
- Сильвер, я же просто хочу тебе помочь... - она снова приблизилась к нему.
Полукровка молчал и глядел на неё злобно, из-за чего ей становилось не по себе. Крольчиха встала к нему на расстоянии вытянутой лапы.
- Сильвер... - прошептала Мэри, всматриваясь в перевязанные раны сына. - Что с тобой могло случиться?..
Ей пришлось подняться на носочки, чтобы она хоть чуть-чуть смогла дотронуться лапкой до его мордочки.
- Мне кажется, или ты стал выше?.. - прошептала крольчиха. - Твои лапы стали странными, какими-то грубыми... И твоя морда вытянулась?.. - она немного погладила его по щеке.
- Не трогай меня! - воскликнул полукровка и убрал от себя её лапы.
- Почему ты так себя ведёшь?
- Извини, просто я сейчас чувствую себя также плохо, как выгляжу.
- Это вовсе не так. Давай спокойно поговорим? - предложила она и попыталась взять его за лапу, но он тут же отдёрнул её.
- Просто уйди!
- Я хочу помочь! Почему ты не можешь этого понять?! - она разозлилась. - Ты всегда мне всё рассказывал... Я столько всего на тебя трачу, но ты ничего из этого не ценишь! Ни во что не ставишь!
Сильвера задели эти слова. Он должен доказать, что это не так? А есть ли у него долг перед матерью вообще? Он не знает.
«Неблагодарный» - промелькнуло в голове, отчего ему стало только хуже, ярость охватила его, и полукровка закричал:
- Я не просил тебя о своём появлении на свет!
Мэри резко ударила его по щеке. Сильвер чуть не упал, но удержался за раковину. Женщина выбежала из комнаты, вытирая слёзы, а Сильвер остался один.
- Прости меня за то, что я такой ужасный... - прошептал он, а под рёбрами так больно сжималось, будто кто-то бил в живот. - Всё уйдёт, всё исчезнет...
Глубоко внутри хотелось заорать, но эта жуткая тишина останавливала его.
- Нет, ничего не изменится...
Голова уже почти не работала, он залез в ванную, даже не сняв с себя остальную одежду, и быстро погрузился в воду.
- От меня одни проблемы... Без меня маме жить станет легче. И Лайме я не нужен, ведь она заслуживает лучшего.
Он спокойно лежал и наблюдал за тем, как кровь потихоньку вытекала из его ран и быстро растворялась в чистой воде.
- Так хочется спать... Хочу... Никогда не просыпаться...
Он закрыл глаза и медленно погрузился под воду с головой. Прошло время... Сильвер не всплывал на поверхность.
- Сильвер! - встав за дверью, позвала его Мэри. - Ты там уже слишком долго! Не собираешься выходить? Ты что, игнорируешь меня? Ты вообще слышишь?! - она слегка постучала, но, когда сын не отзывался слишком долго, Мэри начала кричать. - Сильвер, немедленно открой дверь!
Она начала бить в дверь изо всех сил, и со слезами умоляла сына выйти, но он не отзывался. Тогда она как можно скорее забежала в кладовку и схватила молоток. Мэри вновь оказалась возле ванной комнаты и сломала дверную ручку. Та с громким звуком упала на пол, дверь отворилась.
- О нет! - ворвавшись внутрь, закричала крольчиха.
Сильвер был полностью под водой. На его мордочке не было эмоций, лишь только спокойствие. Он словно спал... Мэри резко схватила его и вытащила из воды. Тело полукровки упало на пол, и Мэри стала пытаться его разбудить.
- Сильвер, нет, не смей! Прошу, очнись! Очнись! - она кричала, рыдала и выла от страха за жизнь своего ребёнка.
По всему полу растеклась вода, а он не просыпался.
- Сильвер, сыночек мой, прошу тебя... - Мэри прижала его к своей груди. - Умоляю, не покидай меня!.. - рыдала она.
Её молитвы были услышаны, когда Сильвер резко прогнулся в спине и раскашлялся, выпуская из себя всю воду. Полукровка принял сидячее положение, продолжая кашлять. Его глаза медленно открылись, и он взглянул на мать. Мэри громко заплакала и прижала сына к себе.
- Прости... - тихо прохрипел Сильвер.
- Сын... - провыла Мэри, будучи поистине счастлива знать, что её сын жив.
Сильвер неловко положил свои лапы на её плечи.
- Мама... - прошептал он, лбом прижавшись к её груди.
Мэри обнимала его за голову и вдруг услышала тихие всхлипы.
- Мама! - неожиданно закричал Сильвер.
Он не мог больше сдерживаться, дал волю эмоциям и закрыл морду лапами.
- Мама, у меня проблемы! - истерически прокричал полукровка. - Я пытался, но, мама, я сделал ужасное... Снова... Я снова это сделал! Мама, я не могу так больше жить!
- Тише-тише, успокойся. - Мэри и сама была готова плакать, но старалась сдерживать себя. - Всё нормально.
- Нет, не нормально! Мама, я сделал нечто ужасное!
- Сильвер... - Мэри осторожно приложила свои лапы к его мокрым щекам. - Я не знаю, что с тобой произошло, не знаю, что ты натворил. Но я хочу, чтобы ты знал - я рядом. Я всегда рядом с тобой и готова помочь тебе. - по её щеке покатилась маленькая слезинка. - Не делай больше глупостей... Прошу, не делай мне больно опять!
- Мамочка... Мама...
Мэри давно не видела его слёзы. Её сын всегда был скрытным, но сейчас он, ещё совсем недавно радующийся жизни и кричащий о своём вечном счастье, скрючился в объятиях самого близкого ему существа и плакал, как маленький ребёнок. С полузакрытыми глазами, он медленно опустил взгляд на её лапы и долго во что-то вглядывался.
- Я ведь и тебя однажды ранил.
Мэри взглянула на свою левую лапу. Если не приглядываться, то шрам на запястье был почти не заметен.
- Сильвер, ты был тогда ещё совсем маленький.
- Но уже тогда мог навредить окружающим... Мама, я и тебя могу ранить!
Он на всю жизнь запомнил, как порезал ей лапу. Это произошло случайно. В детстве во время игры с Мэри, он задел её лапу, а тогда у него уже были острые когти. Запястье матери оказалось рассечено, было много крови... Это произошло неосознанно, не специально, но он бы никогда не забыл, какую тогда причинил ей боль.
- Ты ни в чём не виноват, мой мальчик... - прошептала Мэри, поглаживая его по мокрой голове, чтобы успокоить.
- Я виноват в том, что родился.
Он почувствовал, как маленькие капельки упали на его макушку. Он поднял взгляд на мать. Мэри не выдержала и стала ему кричать:
- Кто, чёрт возьми, заставил тебя ненавидеть себя, что теперь ты едва можешь смотреть на себя в зеркало?! Кто, чёрт возьми, заставил тебя ненавидеть то, как звучит твой голос, что ты перестал говорить и петь?! Из-за кого, чёрт возьми, ты перестал видеть галактики в своих глазах?! Кто? Кто сделал это с тобой?!
- Мне даже не нужно называть имени. Потому что я знаю, кто сломал меня. Ты всегда старалась уберечь меня от острого, колющего, режущего, но от самого себя уберечь меня не смогла!
- Тише-тише... - Мэри нежно прижала его к себе.
Сильвер заплакал сильнее.
- Мама, мне очень страшно! Я пытался быть сильным. Изо всех сил старался поступать правильно. Честно... Но, наверное, я проиграл.
- Сильвер, послушай меня...
Едва начав вытирать слёзы, он тут же отшатнулся назад.
- Прошу, не смотри на мои слёзы! - сказал юноша, закрыв морду лапами.
- Когда тебе плохо, ты можешь поплакать. Не нужно держать всё в себе.
- Я не могу остановиться... Как бы я хотел снова стать маленьким! Смеяться над собственной болью... Что же я так изменился?
- Ты повзрослел. Вот что изменилось.
- Я не хочу взрослеть... Мама, я не готов. - говорил он. - Смерть для меня будет лучше взросления, вот что я понял!..
- Нет, Сильвер, в смерти нет ничего хорошего.
- Подожди, но раз есть те, кто заканчивают жизнь самоубийством, разве это не значит, что существует нечто хуже, чем смерть? Может быть, если моё сердце перестанет биться, не будет так больно?..
Мэри не могла ответить. Ей было больно выслушивать это, она плакала, но не отпускала его.
- Мама, прости меня! - закричал парень. - Я думал, что хочу умереть, чтобы всем стало легче, но нет. На самом деле я хотел, чтобы мне стало легче. Прости, но я правда ничего не могу поделать с этой болью! Я не могу дышать, эта боль сильнее меня! Я не знаю, что мне делать!
Его дыхание сбилось совсем, он сильно закашлял.
- Прости, идеального сына из меня не вышло...
- Не говори так, это не правда!
- Я одна большая ходячая катастрофа...
- Но я всё равно тебя люблю! Ты слышишь? Каким бы ты ни был, я всегда буду тебя любить!
Она его обнимала, а ему было плохо.
- Я устал... - заговорил он тише. - Пожалуйста, я хочу уехать из Авроры.
- Сильвер, тебе не нужно бежать. Больно, когда тебя не понимают, да? Знаешь, это нормально.
- Почему?..
- Ты подросток, Сильвер. А быть подростком очень трудно. Точнее, трудно выжить в этот сложный период... Поколения сменяются одни за другими. Быть может, я понятия не имею, каково это расти в твоём поколении. Вы, подростки, очень странные. Вы скрываете всё в себе, прячете эмоции, запираетесь у себя в комнате, но не перестаёте ненавидеть этот мир. Вы так боитесь показаться отморозками или неудачниками, что предпочитаете быть никем. Сейчас трудно абсолютно всем, даже взрослым. Никто не готов к будущему.
Сильвер молчал и внимательно её слушал.
- Сын, ты не проиграл. - продолжила крольчиха. - И не проиграешь. У тебя есть много возможностей. У тебя ещё вся жизнь впереди!
- Я так не думаю...
- Это неправильно. Ты постоянно смотришь на пришлое и думаешь, что только ты во всём виноват, но это уже не важно. Пойми, ты можешь всё изменить. Жизнь слишком коротка для таких глупых вещей. Веселись, не сожалей ни о чём и не позволяй никому сбить тебя с пути. У тебя же столько песен, которые стоит услышать абсолютно всему миру!
Слова матери действительно немного его воодушевили.
- Ты хотя бы подумал, каково будет Лайме потерять тебя?
Полукровка посмотрел ей в глаза.
- Не упускай из виду. - сказала Мэри. - Верь в себя и продолжай идти вперёд. Всякий раз, когда ты чувствуешь себя потерянным или встревоженным, я всегда буду рядом с тобой.
Полукровка уткнулся мордой ей в грудь и крепко обнял. Мэри обняла его за плечи и легонько улыбнулась, радуясь, что хоть немного помогла ему в такое сложное время.
- Настанет день, когда ты будешь по-настоящему счастлив и доволен жизнью. Но для этого ты должен начать действовать сам уже сейчас.
- Это будет очень трудно... - прошептал он.
- Ничего страшного. Ты справишься.
- Ты правда так думаешь?..
- Я в этом уверена.
- Спасибо за то, что веришь в меня... Ты словно нить, которая ведёт меня по жизни. Спасибо, мамочка...
Сильвер вздохнул, не выпуская её лапу из своей, словно боясь потерять. Сын отодвинулся назад, а затем осторожно положил на её бёдра голову. Мама свободной лапой успокаивающе гладила его по макушке, щекам, мордочке.
- Не уходи... - шептал он почти в бреду, медленно засыпая.
- Т-ш-ш, спи... - она поглаживала его растрёпанную шерсть. - Я с тобой.
В тёмную комнату изредка проходил свет проезжающих мимо машин. Мэри не спала всю ночь, бегая в поисках сына, но, когда он наконец вернулся домой, только тогда она поняла, насколько устала и хотела отдохнуть в тишине. Рядом с ней на кровати лежал и мучился от никак не проходящих гематом Сильвер. Ужасная боль каждую минуту пронизывала его тело насквозь.
- От чего же меня не могут принять, как остальных? Почему я хуже их? - всё спрашивал он.
- Ну почему хуже? Почему ты так решил? Ты ведь такой умный, талантливый и добрый.
Сильвер нахмурился. Такая характеристика ему не понравилась. Ему казалось, что мать хотела сказать совсем другое, но боялась ранить его и потому придумывала всякие небылицы.
- И вовсе я не добрый. Ты и сама об этом знаешь.
Мэри удивлённо смотрела на сына.
- Вот что. - наконец объявила она. - Ты совсем не такой, потому что ты лучше, намного лучше их!
Сначала Сильвер опешил и даже захотел прервать её, но смягчился и постарался улыбнуться.
- Даже не думай о себе плохо, слышишь? - строго произнесла Мэри, сделав нравоучительный тон.
Полукровка кивнул. Он посмотрел на погоду за окном, затем перевёл грустные янтарные глаза на мать. Мэри осторожно обвила лапками его шею.
- О, Сильвер... Мой милый Сильвер...
Они долго лежали в тишине, как вдруг полукровке пришла мысль узнать:
- Мама, а почему ты назвала меня Сильвером?
Мэри видно засмущалась и прикрыла лапками мордочку со словами:
- Ох, сынок... Это такая странная история!
- Да ну, расскажи. - заинтересованно попросил полукровка.
- Хорошо, расскажу. - согласилась крольчиха. - Знаешь, в то время, когда я была в таком же возрасте, что и ты, существовала рок-группа под названием «Дикие драгоценности». Их музыка мне очень нравилась. У каждого участника этой группы были псевдонимы, означающие драгоценные камни. Например, гитариста называли Рубин. Все члены Диких драгоценностей были прекрасными исполнителями, но самым лучшим из них бесспорно был вокалист. Его звали Сильвер.
- А? - он удивлённо уставился на мать.
- Что? Мне понравилось это имя! - слегка засмеялась Мэри. - Ах, он так красиво пел... Прямо как ты.
- Ого...
- Я очень любила эту группу, но моим родителям вообще не нравились мои музыкальные предпочтения. Однажды Дикие драгоценности приехали в Аврору дать концерт. Дата их выступления выпала на день моего рождения. Я пыталась уговорить родителей отпустить меня, но они мне не разрешали. Однако прямо перед своим шестнадцатилетним я поклялась, что обязательно пойду на концерт. Как бы родители не старались запереть меня под замок, я сбежала. Как же мы с подругой в тот вечер веселилась, стыдно как!..
- Да ладно тебе. - улыбнулся Сильвер.
- Это был один из лучших дней в моей жизни.
- А какой был самым лучшим?
- День твоего рождения.
- Ой, ну мам...
- Что? Я ведь серьёзно. А ты знаешь, почему тот вечер на концерте стал для меня таким особенным?
- Нет, я не знаю. - ответил Сильвер.
Мэри улыбнулась.
- В тот вечер я впервые встретилась с твоим отцом.
От этих слов по спине полукровки побежали мурашки. Он с широко открытыми глазами уставился на мать, а крольчиха продолжила свой рассказ:
- В какой-то момент мы с подругой разделились, из-за огромной толпы я оказалась одна. Ко мне начали приставать какие-то звери... Я не знаю, что бы со мной произошло, если бы кое-кто мне не помог.
- Отец? - удивлённо спросил Сильвер.
- Да, он спас меня. - улыбнулась Мэри. - Я, крольчиха, подружилась с волком. И весь тот вечер мы провели вместе. Затем мы встречались ещё много раз... Он был таким добрым, заботливым и с хорошим чувством юмора! Я влюбилась. Я часто сбегала из дома на свидания с ним, а потом...
- О, нет... - прошептал Сильвер, глядя в разбитое зеркало.
Полукровка взглянул на сжатую в кулак лапу. Пластыри отклеились, на костяшках пальцев выступили капельки крови. В тот же момент дверь резко открылась и вошла испуганная Мэри. Она с ужасом смотрела то на разбитое зеркало, то на своего сына. Крольчиха впервые полностью увидела его израненное тело.
- Сильвер, что произошло?! - воскликнула Мэри.
- Ничего, я всё уберу...
- Как ты можешь такое говорить? Почему ты врёшь мне?!
- Не хочу тебя расстраивать.
- Я не понимаю, что с тобой?
- Не злись, пожалуйста... Со мной всё в порядке.
- Нет, не в порядке! Ты пропал на всю ночь, принёс с собой пистолет, у тебя идёт кровь!
- Это пройдёт, мама...
- Прекрати! От твоего молчания моё сердце болит сильнее... Ответь мне наконец-то, прошу тебя!
- Не лезь ко мне! - внезапно проорал полукровка.
- Сильвер, ты чего?.. - мать удивлённо отошла от него.
- Ничего! Не лезь не в своё дело, я сам со всем разберусь!
- Сильвер, я же просто хочу тебе помочь... - она снова приблизилась к нему.
Полукровка молчал и глядел на неё злобно, из-за чего ей становилось не по себе. Крольчиха встала к нему на расстоянии вытянутой лапы.
- Сильвер... - прошептала Мэри, всматриваясь в перевязанные раны сына. - Что с тобой могло случиться?..
Ей пришлось подняться на носочки, чтобы она хоть чуть-чуть смогла дотронуться лапкой до его мордочки.
- Мне кажется, или ты стал выше?.. - прошептала крольчиха. - Твои лапы стали странными, какими-то грубыми... И твоя морда вытянулась?.. - она немного погладила его по щеке.
- Не трогай меня! - воскликнул полукровка и убрал от себя её лапы.
- Почему ты так себя ведёшь?
- Извини, просто я сейчас чувствую себя также плохо, как выгляжу.
- Это вовсе не так. Давай спокойно поговорим? - предложила она и попыталась взять его за лапу, но он тут же отдёрнул её.
- Просто уйди!
- Я хочу помочь! Почему ты не можешь этого понять?! - она разозлилась. - Ты всегда мне всё рассказывал... Я столько всего на тебя трачу, но ты ничего из этого не ценишь! Ни во что не ставишь!
Сильвера задели эти слова. Он должен доказать, что это не так? А есть ли у него долг перед матерью вообще? Он не знает.
«Неблагодарный» - промелькнуло в голове, отчего ему стало только хуже, ярость охватила его, и полукровка закричал:
- Я не просил тебя о своём появлении на свет!
Мэри резко ударила его по щеке. Сильвер чуть не упал, но удержался за раковину. Женщина выбежала из комнаты, вытирая слёзы, а Сильвер остался один.
- Прости меня за то, что я такой ужасный... - прошептал он, а под рёбрами так больно сжималось, будто кто-то бил в живот. - Всё уйдёт, всё исчезнет...
Глубоко внутри хотелось заорать, но эта жуткая тишина останавливала его.
- Нет, ничего не изменится...
Голова уже почти не работала, он залез в ванную, даже не сняв с себя остальную одежду, и быстро погрузился в воду.
- От меня одни проблемы... Без меня маме жить станет легче. И Лайме я не нужен, ведь она заслуживает лучшего.
Он спокойно лежал и наблюдал за тем, как кровь потихоньку вытекала из его ран и быстро растворялась в чистой воде.
- Так хочется спать... Хочу... Никогда не просыпаться...
Он закрыл глаза и медленно погрузился под воду с головой. Прошло время... Сильвер не всплывал на поверхность.
- Сильвер! - встав за дверью, позвала его Мэри. - Ты там уже слишком долго! Не собираешься выходить? Ты что, игнорируешь меня? Ты вообще слышишь?! - она слегка постучала, но, когда сын не отзывался слишком долго, Мэри начала кричать. - Сильвер, немедленно открой дверь!
Она начала бить в дверь изо всех сил, и со слезами умоляла сына выйти, но он не отзывался. Тогда она как можно скорее забежала в кладовку и схватила молоток. Мэри вновь оказалась возле ванной комнаты и сломала дверную ручку. Та с громким звуком упала на пол, дверь отворилась.
- О нет! - ворвавшись внутрь, закричала крольчиха.
Сильвер был полностью под водой. На его мордочке не было эмоций, лишь только спокойствие. Он словно спал... Мэри резко схватила его и вытащила из воды. Тело полукровки упало на пол, и Мэри стала пытаться его разбудить.
- Сильвер, нет, не смей! Прошу, очнись! Очнись! - она кричала, рыдала и выла от страха за жизнь своего ребёнка.
По всему полу растеклась вода, а он не просыпался.
- Сильвер, сыночек мой, прошу тебя... - Мэри прижала его к своей груди. - Умоляю, не покидай меня!.. - рыдала она.
Её молитвы были услышаны, когда Сильвер резко прогнулся в спине и раскашлялся, выпуская из себя всю воду. Полукровка принял сидячее положение, продолжая кашлять. Его глаза медленно открылись, и он взглянул на мать. Мэри громко заплакала и прижала сына к себе.
- Прости... - тихо прохрипел Сильвер.
- Сын... - провыла Мэри, будучи поистине счастлива знать, что её сын жив.
Сильвер неловко положил свои лапы на её плечи.
- Мама... - прошептал он, лбом прижавшись к её груди.
Мэри обнимала его за голову и вдруг услышала тихие всхлипы.
- Мама! - неожиданно закричал Сильвер.
Он не мог больше сдерживаться, дал волю эмоциям и закрыл морду лапами.
- Мама, у меня проблемы! - истерически прокричал полукровка. - Я пытался, но, мама, я сделал ужасное... Снова... Я снова это сделал! Мама, я не могу так больше жить!
- Тише-тише, успокойся. - Мэри и сама была готова плакать, но старалась сдерживать себя. - Всё нормально.
- Нет, не нормально! Мама, я сделал нечто ужасное!
- Сильвер... - Мэри осторожно приложила свои лапы к его мокрым щекам. - Я не знаю, что с тобой произошло, не знаю, что ты натворил. Но я хочу, чтобы ты знал - я рядом. Я всегда рядом с тобой и готова помочь тебе. - по её щеке покатилась маленькая слезинка. - Не делай больше глупостей... Прошу, не делай мне больно опять!
- Мамочка... Мама...
Мэри давно не видела его слёзы. Её сын всегда был скрытным, но сейчас он, ещё совсем недавно радующийся жизни и кричащий о своём вечном счастье, скрючился в объятиях самого близкого ему существа и плакал, как маленький ребёнок. С полузакрытыми глазами, он медленно опустил взгляд на её лапы и долго во что-то вглядывался.
- Я ведь и тебя однажды ранил.
Мэри взглянула на свою левую лапу. Если не приглядываться, то шрам на запястье был почти не заметен.
- Сильвер, ты был тогда ещё совсем маленький.
- Но уже тогда мог навредить окружающим... Мама, я и тебя могу ранить!
Он на всю жизнь запомнил, как порезал ей лапу. Это произошло случайно. В детстве во время игры с Мэри, он задел её лапу, а тогда у него уже были острые когти. Запястье матери оказалось рассечено, было много крови... Это произошло неосознанно, не специально, но он бы никогда не забыл, какую тогда причинил ей боль.
- Ты ни в чём не виноват, мой мальчик... - прошептала Мэри, поглаживая его по мокрой голове, чтобы успокоить.
- Я виноват в том, что родился.
Он почувствовал, как маленькие капельки упали на его макушку. Он поднял взгляд на мать. Мэри не выдержала и стала ему кричать:
- Кто, чёрт возьми, заставил тебя ненавидеть себя, что теперь ты едва можешь смотреть на себя в зеркало?! Кто, чёрт возьми, заставил тебя ненавидеть то, как звучит твой голос, что ты перестал говорить и петь?! Из-за кого, чёрт возьми, ты перестал видеть галактики в своих глазах?! Кто? Кто сделал это с тобой?!
- Мне даже не нужно называть имени. Потому что я знаю, кто сломал меня. Ты всегда старалась уберечь меня от острого, колющего, режущего, но от самого себя уберечь меня не смогла!
- Тише-тише... - Мэри нежно прижала его к себе.
Сильвер заплакал сильнее.
- Мама, мне очень страшно! Я пытался быть сильным. Изо всех сил старался поступать правильно. Честно... Но, наверное, я проиграл.
- Сильвер, послушай меня...
Едва начав вытирать слёзы, он тут же отшатнулся назад.
- Прошу, не смотри на мои слёзы! - сказал юноша, закрыв морду лапами.
- Когда тебе плохо, ты можешь поплакать. Не нужно держать всё в себе.
- Я не могу остановиться... Как бы я хотел снова стать маленьким! Смеяться над собственной болью... Что же я так изменился?
- Ты повзрослел. Вот что изменилось.
- Я не хочу взрослеть... Мама, я не готов. - говорил он. - Смерть для меня будет лучше взросления, вот что я понял!..
- Нет, Сильвер, в смерти нет ничего хорошего.
- Подожди, но раз есть те, кто заканчивают жизнь самоубийством, разве это не значит, что существует нечто хуже, чем смерть? Может быть, если моё сердце перестанет биться, не будет так больно?..
Мэри не могла ответить. Ей было больно выслушивать это, она плакала, но не отпускала его.
- Мама, прости меня! - закричал парень. - Я думал, что хочу умереть, чтобы всем стало легче, но нет. На самом деле я хотел, чтобы мне стало легче. Прости, но я правда ничего не могу поделать с этой болью! Я не могу дышать, эта боль сильнее меня! Я не знаю, что мне делать!
Его дыхание сбилось совсем, он сильно закашлял.
- Прости, идеального сына из меня не вышло...
- Не говори так, это не правда!
- Я одна большая ходячая катастрофа...
- Но я всё равно тебя люблю! Ты слышишь? Каким бы ты ни был, я всегда буду тебя любить!
Она его обнимала, а ему было плохо.
- Я устал... - заговорил он тише. - Пожалуйста, я хочу уехать из Авроры.
- Сильвер, тебе не нужно бежать. Больно, когда тебя не понимают, да? Знаешь, это нормально.
- Почему?..
- Ты подросток, Сильвер. А быть подростком очень трудно. Точнее, трудно выжить в этот сложный период... Поколения сменяются одни за другими. Быть может, я понятия не имею, каково это расти в твоём поколении. Вы, подростки, очень странные. Вы скрываете всё в себе, прячете эмоции, запираетесь у себя в комнате, но не перестаёте ненавидеть этот мир. Вы так боитесь показаться отморозками или неудачниками, что предпочитаете быть никем. Сейчас трудно абсолютно всем, даже взрослым. Никто не готов к будущему.
Сильвер молчал и внимательно её слушал.
- Сын, ты не проиграл. - продолжила крольчиха. - И не проиграешь. У тебя есть много возможностей. У тебя ещё вся жизнь впереди!
- Я так не думаю...
- Это неправильно. Ты постоянно смотришь на пришлое и думаешь, что только ты во всём виноват, но это уже не важно. Пойми, ты можешь всё изменить. Жизнь слишком коротка для таких глупых вещей. Веселись, не сожалей ни о чём и не позволяй никому сбить тебя с пути. У тебя же столько песен, которые стоит услышать абсолютно всему миру!
Слова матери действительно немного его воодушевили.
- Ты хотя бы подумал, каково будет Лайме потерять тебя?
Полукровка посмотрел ей в глаза.
- Не упускай из виду. - сказала Мэри. - Верь в себя и продолжай идти вперёд. Всякий раз, когда ты чувствуешь себя потерянным или встревоженным, я всегда буду рядом с тобой.
Полукровка уткнулся мордой ей в грудь и крепко обнял. Мэри обняла его за плечи и легонько улыбнулась, радуясь, что хоть немного помогла ему в такое сложное время.
- Настанет день, когда ты будешь по-настоящему счастлив и доволен жизнью. Но для этого ты должен начать действовать сам уже сейчас.
- Это будет очень трудно... - прошептал он.
- Ничего страшного. Ты справишься.
- Ты правда так думаешь?..
- Я в этом уверена.
- Спасибо за то, что веришь в меня... Ты словно нить, которая ведёт меня по жизни. Спасибо, мамочка...
Сильвер вздохнул, не выпуская её лапу из своей, словно боясь потерять. Сын отодвинулся назад, а затем осторожно положил на её бёдра голову. Мама свободной лапой успокаивающе гладила его по макушке, щекам, мордочке.
- Не уходи... - шептал он почти в бреду, медленно засыпая.
- Т-ш-ш, спи... - она поглаживала его растрёпанную шерсть. - Я с тобой.
В тёмную комнату изредка проходил свет проезжающих мимо машин. Мэри не спала всю ночь, бегая в поисках сына, но, когда он наконец вернулся домой, только тогда она поняла, насколько устала и хотела отдохнуть в тишине. Рядом с ней на кровати лежал и мучился от никак не проходящих гематом Сильвер. Ужасная боль каждую минуту пронизывала его тело насквозь.
- От чего же меня не могут принять, как остальных? Почему я хуже их? - всё спрашивал он.
- Ну почему хуже? Почему ты так решил? Ты ведь такой умный, талантливый и добрый.
Сильвер нахмурился. Такая характеристика ему не понравилась. Ему казалось, что мать хотела сказать совсем другое, но боялась ранить его и потому придумывала всякие небылицы.
- И вовсе я не добрый. Ты и сама об этом знаешь.
Мэри удивлённо смотрела на сына.
- Вот что. - наконец объявила она. - Ты совсем не такой, потому что ты лучше, намного лучше их!
Сначала Сильвер опешил и даже захотел прервать её, но смягчился и постарался улыбнуться.
- Даже не думай о себе плохо, слышишь? - строго произнесла Мэри, сделав нравоучительный тон.
Полукровка кивнул. Он посмотрел на погоду за окном, затем перевёл грустные янтарные глаза на мать. Мэри осторожно обвила лапками его шею.
- О, Сильвер... Мой милый Сильвер...
Они долго лежали в тишине, как вдруг полукровке пришла мысль узнать:
- Мама, а почему ты назвала меня Сильвером?
Мэри видно засмущалась и прикрыла лапками мордочку со словами:
- Ох, сынок... Это такая странная история!
- Да ну, расскажи. - заинтересованно попросил полукровка.
- Хорошо, расскажу. - согласилась крольчиха. - Знаешь, в то время, когда я была в таком же возрасте, что и ты, существовала рок-группа под названием «Дикие драгоценности». Их музыка мне очень нравилась. У каждого участника этой группы были псевдонимы, означающие драгоценные камни. Например, гитариста называли Рубин. Все члены Диких драгоценностей были прекрасными исполнителями, но самым лучшим из них бесспорно был вокалист. Его звали Сильвер.
- А? - он удивлённо уставился на мать.
- Что? Мне понравилось это имя! - слегка засмеялась Мэри. - Ах, он так красиво пел... Прямо как ты.
- Ого...
- Я очень любила эту группу, но моим родителям вообще не нравились мои музыкальные предпочтения. Однажды Дикие драгоценности приехали в Аврору дать концерт. Дата их выступления выпала на день моего рождения. Я пыталась уговорить родителей отпустить меня, но они мне не разрешали. Однако прямо перед своим шестнадцатилетним я поклялась, что обязательно пойду на концерт. Как бы родители не старались запереть меня под замок, я сбежала. Как же мы с подругой в тот вечер веселилась, стыдно как!..
- Да ладно тебе. - улыбнулся Сильвер.
- Это был один из лучших дней в моей жизни.
- А какой был самым лучшим?
- День твоего рождения.
- Ой, ну мам...
- Что? Я ведь серьёзно. А ты знаешь, почему тот вечер на концерте стал для меня таким особенным?
- Нет, я не знаю. - ответил Сильвер.
Мэри улыбнулась.
- В тот вечер я впервые встретилась с твоим отцом.
От этих слов по спине полукровки побежали мурашки. Он с широко открытыми глазами уставился на мать, а крольчиха продолжила свой рассказ:
- В какой-то момент мы с подругой разделились, из-за огромной толпы я оказалась одна. Ко мне начали приставать какие-то звери... Я не знаю, что бы со мной произошло, если бы кое-кто мне не помог.
- Отец? - удивлённо спросил Сильвер.
- Да, он спас меня. - улыбнулась Мэри. - Я, крольчиха, подружилась с волком. И весь тот вечер мы провели вместе. Затем мы встречались ещё много раз... Он был таким добрым, заботливым и с хорошим чувством юмора! Я влюбилась. Я часто сбегала из дома на свидания с ним, а потом...
