– Что же ты здесь забыл? – вздохнул я, наблюдая за тем, как тип стал карабкаться на дерево, аки обезьяна.
Мужчина залезал на дерево, а я, сложив руки на груди, медленно поднимался в воздух. Бесполезная, на первый взгляд, способность у призраков показалась мне сейчас весьма кстати.
Он продолжал карабкаться до середины ствола и, обнаружив довольно устойчивую ветку, перелез на неё. Мужчина сел на ветку, свесив ноги вниз и сбросил капюшон. Из-за широкой чёрной деревянной маски я мог разглядеть лишь его затылок – вместо волос там просто был кусок черепа. Проклятые леса, это не человек, а нежить…
Я тут же опустился на землю. Если это нежить, то она, наверняка, видит меня. Ругаюсь с помощниками, хотя самому стоит хоть иногда быть предусмотрительнее.
Скелет, не снимая маски, несколько минут глядел в пустоту. Я понимал, что он ждёт приказа того, кто им управляет. Неожиданно прорези маски там, где должны быть глаза, засветились странным желтоватым светом, и в следующее мгновенье нежить, замаскированная под мужчину, обратилась в ворона. На ветке сидел красивый чёрный ворон. Он несколько раз повернул головой и задержал взгляд на меня.
– Передай хозяину, что найду его и это ему с рук не сойдёт, – громко сказал я, больше не видя смысла скрывать своё присутствие.
Ворон каркнул и слетел с ветки, взмыв в небо. Хоть я и могу летать, следовать за птицей мне не хотелось, да и мои призрачные силы были к концу дня на исходе.
Я вернулся к тому месту, где лежала Тирэльда. Вокруг неё уже хлопотали стражи и лекари. Среди толпы заметил Киртэна. Разве сегодня его смена? Этот тип меня раздражал с того дня, как поступил на службу, он всегда пытался казаться милым и всем угодить.
– Как она? – Киртэн наклонился к лекарю, который проводил осмотр.
– Всё в порядке. Ей повезло, что она каким-то чудом смогла связаться с коллегами. Мы доставим её в больницу.
Я вместе с лекарями скрылся в телепорте. В больнице Тирэльду определили в соседнюю со мной палату. Вопреки моим опасениям, её душа не спешила покидать тело, а это было хорошим знаком. Более того, эта счастливица смогла каким-то чудом избежать переломов. Только сотрясение мозга, а это быстро лечится в нынешних условиях.
Конечно, я был рад, что помощнице не грозит опасность, но я не понимал, почему тот, кто нанёс это повреждение, ограничился лишь одним ударом. Видимо, у злоумышленника не было цели убить девушки. Видимо, это был способ припугнуть её, чтобы она больше не совала нос в лес. Нормальный бы человек внял предупреждению, но не страж КСБР. Тирэльду я уже считал полноценным сотрудником, поэтому не сомневался, что подобное её не сможет остановить. Хотя учитывая её трусость к трупам…
Я несколько часов сидел у постели Тирэльды. У неё, в отличие от меня, посетителей было больше. Один Фэрн только полчаса причитал на её самонадеянность и даже цветы притащил. Он, к моему удивлению, назвался в больнице её братом и сказал, что сам уведомит родителей о случившемся. Не нужно было быть детективом, чтобы понять, что это не так.
Если бы не знал этих двоих, то мог бы подумать, что они встречаются и поэтому Тирэльда бежала из дома. Увы, но это была неверная идея.
Вначале Тирэльда мне не понравилась, но было в ней что-то особенное. Но что именно я так и не мог понять, и это раздражало.
Наконец, девушка приоткрыла глаза и с непониманием посмотрела на белый потолок. Я облегчённо выдохнул – сколько можно лежать и всех пугать?
– С пробуждением, – я привлёк к себе внимание и, подойдя к постели, нажал на кнопку вызова врача.
– Меня ударили? – тут же спросила Тирэльда.
– Поговорим, когда тебя осмотрят, – пресёк я все вопросы и вернулся к облюбованному креслу.
Тирэльда Ригдасторэн
Мне был назначен тот же лекарь, что занимался состоянием Лэрта. Он был очень рад, что я пришла в себя и многократно спрашивал о самочувствии.
По словам специалиста, у меня было сотрясение мозга, но путём магической терапии, со мной всё должно быть в порядке. Я поблагодарила мужчину и уже хотела было отправиться домой, как он остановил меня. Он требовал, чтобы я осталась на ночь в больнице. Мне не очень нравилась такая перспектива, но я под требовательным взглядом Лэрта пришлось согласиться. Здоровье сейчас важнее моих предпочтений, да и, честно говоря, палаты для пациентов здесь намного уютнее той комнатки, что я снимаю.
Когда лекарь оставил меня отдыхать, мы с Лэртом начали рассказывать друг другу всё, что произошло. Я поведала ему о загадочной женщине в белом балахоне, а он поразил меня новостью о скелете-вороне. Как бы мы ни бились с вопросами об их происхождении, ответов у нас не было. Непонятно, с чем всё это связано – с убийствами женщин несколько лет назад или с покушением на Вэрэда?
У меня начала болеть голова от обилия информации и догадок. Сейчас я начала понимать Лэрта, который не любил высказывать предположения вслух – это только отнимает силы и время.
– Давай сменим тему, – наконец предложил Лэрт. – Я держу свои обещания – почему бы нам не заполнить доску воспоминаний, раз тебе всё равно придётся здесь ночевать?
Я поддержала инициативу мужчины и направилась в его палату, купив в круглосуточной лавке по пути горячий шоколад. Лэрт же просто прошёл сквозь стену.
Пробковая доска имела несколько отделений согласно возрасту и кусочек с общей информацией в углу, она уже была внесена. Мне предполагалось писать данные на маленькие листочки, а затем крепить их кнопками-иголочками к доске.
Я вчитывалась в то, что уже было заполнено сотрудниками больницы: пол, имя, цвет глаз и волос, возраст…
– Сколько? Тридцать один? – я не поверила своим глазам и резко обернулась, смотря на Лэрта.
– А что тебя так удивляет?
– Я была убеждена, что тебе не меньше сорока пяти! – честно призналась я.
– Что?! – Лэрт закашлялся. – С чего бы это?
– Ну… – я замялась и отвела взгляд.
– Не молчи, – приказал мужчина.
– Ты просто не выглядишь на свой возраст, кажешься немножко старше.
– Немножко?! Десять лет – это, по-твоему, мелочи? – Лэрт вскочил с кресла и подошёл к зеркалу, придирчиво разглядывая своё отражение.
– А ещё ты очень ворчлив, – добавила я.
– Я просто слишком много работаю, вот характер и испортился, – цыкнул Лэрт.
– А внешность? – не удержалась я и тут же прикусила язык.
– Да будет тебе известно – все женщины считают меня красавчиком, – гордо сказал Лэрт.
– Кто эти женщины? Бабушка, мама и твоя морская свинья?
– Если очнусь, то запишусь на массаж, – буркнул Лэрт. – Мне стоит больше отдыхать и заботиться о себе.
– Именно для этого капитан и пытался найти тебе помощника. Также попробуй сменить оттенок вещей, которые ты носишь. Чёрный тоже добавляет тебе пару лет. Попробуй более светлые оттенки коричневого, – я вздохнула и двинулась к следующему пункту на доске. В графе общей информации больше ничего не вызвало у меня такого удивления.
Мы устроились на креслах и я, взяв первую бумажку, попросила Лэрта:
– Вспомни своё самое яркое событие из детства.
– Отдых на бабушкиной ферме и утреннее доение коров, – Лэрт ответил незамедлительно, словно ему и не требовалось времени на размышление. – Я думал о своей жизни весь день, так что мы быстро управимся, – улыбнулся Лэрт и потянулся к моей чашке с горячим шоколадом.
– Никогда не была на ферме, – честно сказала я. За окном послышался шум дождя.
– А хотела бы? – удивился Лэрт. – У тебя бы не получилось доить коров.
– С чего это? Всё получится, если постараться, – оптимистично заметила я.
– Это самое яркое воспоминание из детства именно потому, что бабушкина корова, Фиалка, лягнула меня, вследствие чего разорвалась селезёнка, – добавил Лэрт.
– Уверен, что это лучшее воспоминание из детства? – желание доить коров поубавилось.
– Не лучшее, но самое яркое, – он сделал глоток горячего напитка и зажмурился от удовольствия.
– А какое лучшее? – не унималась я.
– Не знаю. У меня в целом было хорошее детство, нельзя выделить что-то одно, поэтому остановимся на корове.
– А ты всегда хотел стать стражем в КСБР? – полюбопытствовала я. Этот вопрос не давал мне покоя с нашей первой встречи.
– Конечно, нет. Я вообще не планировал становиться детективом.
– Правда? Как же тогда, неслучайность же?
– Стечение обстоятельств, – уклончиво ответил Лэрт, но под моим требовательным взглядом сдался и принялся рассказывать. – Отец хотел, чтобы я стал врачом, но у нас были напряжённые отношения. Именно поэтому моей целью было поступить хоть куда, лишь бы не в академию целительства. В день, когда нужно было подавать документы, я стал свидетелем ограбления магазина. Я поймал преступников и в качестве поощрения мне предложили поступить в академию КСБР без вступительных экзаменов. Других вариантов не было, поэтому я согласился. Но в процессе обучения понял, что это действительно то, чем я должен заниматься. К счастью, магический дар позволял мне выбрать любое из направлений КСБР.
– Удивительно, – я пождала ноги к себе и записала эту историю на бумажечке. – Не думала, что всё было именно так. А как твой отец на это отреагировал?
– Он до сих пор злится. Как видишь, он даже ни разу не навестил меня, хотя его сын медленно умирает в его же больнице, – Лэрт сокрушённо покачал головой, но в голосе не было никаких эмоций.
– Думаю, если бы я оказалась в такой ситуации, то после всего, что сделала, мой отец бы тоже не пришёл.
– Почему? Я честно поведал тебе о своих отношениях с семьёй, теперь твоя очередь, – Лэрт тут же оживился, а в глазах появился заинтересованный блеск.
– Ну, это не очень интересно, да и мы о тебе сейчас говорим, – я указала на доску воспоминаний. С одной стороны, мне не хотелось никого нагружать своими проблемами, а с другой стороны, я чувствовала необходимость вновь высказаться.
– Не увиливай от ответа. Ради тебя я даже нарушил свой принцип – «никаких личных вопросов».
– Ради меня? – ахнула я и рассмеялась. – Мы, вообще-то, твою душу пытаемся призвать к совести, чтобы ты очнулся.
– Как видишь, у тебя пока плохо получается, – Лэрт ткнул пальцем в своё безжизненное тело и потребовал. – Рассказывай, иначе я точно не очнусь – не смогу, ведь любопытство будет сильнее тяги к жизни.
– Хорошо, – я вздохнула. – Родители хотели, чтобы я вышла за мужчину, который бы поправил финансовое положение нашей компании. Мне это не понравилось, и я ушла.
– Как благородно, – фыркнул Лэрт. – Мужа так просто убить, в чём проблема?
– Что? – я закашлялась. – Ты только что предлагал убить мне нежеланного мужа?
– У нас с тобой разное чувство юмора, – Лэрт закатил глаза и отмахнулся от меня. – Но теперь всё стало понятно, а я-то всё голову ломал, в чём причина.
– Раз твоё любопытство удовлетворено, то вернёмся к обсуждению твоей персоны. С детством разобрались, теперь юность. Расскажешь про свою учёбу в академии?
– На первом курсе я случайно запер преподавателя по черчению в кладовой, – Лэрт, смотря в пустоту, улыбнулся.
– Как это вышло? – я наклонила голову набок, рассматривая мужчину. Улыбка шла ему куда больше.
– Я отвечал за кладовые в академии, следил за порядком. Как-то раз увидел, что одна из дверей открыта, вот и запер её, даже не заглянув внутрь. Оказывается, преподаватель пришёл туда взять новые линейки для студентов. Меня после такого на семестр лишили стипендии тогда.
– Такое с каждым могло случиться. Я во время обеда споткнулась в столовой и выронила поднос с супом на высшего магистра некромантии. Было неловко, – я вспомнила раскрасневшееся лицо господина Саттена от горячего супа.
– Почему-то я даже не удивлён, что такое случилось с тобой, – фыркнул Лэрт.
– Почему?
– Ты производишь впечатление неловкой девицы, – Лэрт победно улыбнулся мне. Я усмехнулась, понимая, что этим он ответил на то, что я назвала его ворчливым.
– А ты знал, что неловкие ситуации порождают новые знакомства? – парировала я. – Например, мы с тобой познакомились у дверей участка именно так.
– Кстати, можешь записать своё появление как моё самое яркое событие за последний год, – заметил Лэрт, глядя на исписанные бумажечки, которые я откладывала в сторону.
– Правда? Приятно, что я заняло место в чьих-то воспоминаниях. Если хочешь, могу принести свою фотографию и повесить её сюда, – любезно предложила я.
– Только если ты повесишь в своей спальне мою, – выдвинул Лэрт условие.
– Прости, не хочу портить себе настроение с самого утра, лицезря твоё лицо.
– Взаимно, Тирэльда, – Лэрт усмехнулся и с напускным высокомерием предупредил меня. – Когда я очнусь, то не думай, что мы будем также сидеть и пить горячий шоколад по вечерам.
– Разумеется, ты же мой наставник. Как такой прекрасный детектив может пить чай вместе с простой помощницей? – передразнила я его и припечатала. – От меня не так просто отделаться. Но… – я замялась.
– Что? – Лэрт приподнял брови.
– Я не уверена, что ты будешь помнить всё, что случилось.
– Может быть, оно будет к лучшему, – равнодушно обронил Лэрт и вернул меня к делу. – В воспоминания обязательно впиши тот день, когда матушка подарила мне малышку.
– Расскажешь подробнее о своей «малышке»? – попросила я.
– Ничего особенного. Я был довольно равнодушным ребёнком, вот мама и подарила мне малышку, чтобы научить меня о ком-то заботиться. Как видишь, ей это удалось.
– Думаю, твоя мама не рассчитывала, что ты будешь мягче к другим, а не любить только морскую свинку.
– Не говори плохо о моей любимице. Могу принять твои замечания в свой адрес, но её не трогай, – серьёзным тоном сказал Лэрт. Я поняла, что на тему его «фамильяра» лучше не шутить.
Ещё несколько мы с Лэртом предавались воспоминаниями. К счастью, я выспалась, поэтому в сон меня не клонило. За этот вечер о Лэрте я узнала много. Думаю, я бы никогда не узнала столько, если бы мы не оказались в такой ситуации. Он не такой уж высокомерный и придирчивый, как показался на первый взгляд. А может, он просто пытается поладить со мной?
В конце концов, мы с Лэртом устали, и каждому хотелось побыть наедине с собой. Сна у меня не было, поэтому я принялась за разработку такого артефакта, который бы позволил нам мысленно переговариваться. Для обычных людей сделать такой артефакт просто, но что мне необходимо, чтобы говорить с душой-призраком?..
– Ты уверена, что не отравишь меня? – Лэрт пристально следил за тем, как я пытаюсь влить в рот его тела тёмно-фиолетовую жидкость.
– Не думаю, что это может сделать тебе хуже, – оптимистично заметила я. – Если всё сработает, то так мы сможем мысленно переговариваться.
– Думаю, мне не стоит даже спрашивать, что ты там смешала, – Лэрт поморщился, словно я предложила ему облизать лягушку.
– Тебе лучше не знать, – согласилась я, хотя ингредиенты были не так уж и страшны.
– Ты должна спать ночью, а не заниматься всякой ерундой, – начал Лэрт читать нотации, словно был моим старшим братом.
– Кто бы говорил. Я заходила в палату, но тебя не было. Где ты пропадал? – я бросила на некроманта заинтересованный взгляд.
– Блуждал по больнице. Знаешь, есть что-то очаровательное в том, чтобы бродить по пустынным коридорам, – он пожал плечами, а я прям-таки почувствовала, что он соврал.
– Не хочешь рассказывать, и не нужно. Доску воспоминаний мы заполнили, поэтому можешь вернуться к запрету: «никаких личных вопросов», – я влила в рот Лэрта последние капли отвара.
Мужчина залезал на дерево, а я, сложив руки на груди, медленно поднимался в воздух. Бесполезная, на первый взгляд, способность у призраков показалась мне сейчас весьма кстати.
Он продолжал карабкаться до середины ствола и, обнаружив довольно устойчивую ветку, перелез на неё. Мужчина сел на ветку, свесив ноги вниз и сбросил капюшон. Из-за широкой чёрной деревянной маски я мог разглядеть лишь его затылок – вместо волос там просто был кусок черепа. Проклятые леса, это не человек, а нежить…
Я тут же опустился на землю. Если это нежить, то она, наверняка, видит меня. Ругаюсь с помощниками, хотя самому стоит хоть иногда быть предусмотрительнее.
Скелет, не снимая маски, несколько минут глядел в пустоту. Я понимал, что он ждёт приказа того, кто им управляет. Неожиданно прорези маски там, где должны быть глаза, засветились странным желтоватым светом, и в следующее мгновенье нежить, замаскированная под мужчину, обратилась в ворона. На ветке сидел красивый чёрный ворон. Он несколько раз повернул головой и задержал взгляд на меня.
– Передай хозяину, что найду его и это ему с рук не сойдёт, – громко сказал я, больше не видя смысла скрывать своё присутствие.
Ворон каркнул и слетел с ветки, взмыв в небо. Хоть я и могу летать, следовать за птицей мне не хотелось, да и мои призрачные силы были к концу дня на исходе.
Я вернулся к тому месту, где лежала Тирэльда. Вокруг неё уже хлопотали стражи и лекари. Среди толпы заметил Киртэна. Разве сегодня его смена? Этот тип меня раздражал с того дня, как поступил на службу, он всегда пытался казаться милым и всем угодить.
– Как она? – Киртэн наклонился к лекарю, который проводил осмотр.
– Всё в порядке. Ей повезло, что она каким-то чудом смогла связаться с коллегами. Мы доставим её в больницу.
Я вместе с лекарями скрылся в телепорте. В больнице Тирэльду определили в соседнюю со мной палату. Вопреки моим опасениям, её душа не спешила покидать тело, а это было хорошим знаком. Более того, эта счастливица смогла каким-то чудом избежать переломов. Только сотрясение мозга, а это быстро лечится в нынешних условиях.
Конечно, я был рад, что помощнице не грозит опасность, но я не понимал, почему тот, кто нанёс это повреждение, ограничился лишь одним ударом. Видимо, у злоумышленника не было цели убить девушки. Видимо, это был способ припугнуть её, чтобы она больше не совала нос в лес. Нормальный бы человек внял предупреждению, но не страж КСБР. Тирэльду я уже считал полноценным сотрудником, поэтому не сомневался, что подобное её не сможет остановить. Хотя учитывая её трусость к трупам…
Я несколько часов сидел у постели Тирэльды. У неё, в отличие от меня, посетителей было больше. Один Фэрн только полчаса причитал на её самонадеянность и даже цветы притащил. Он, к моему удивлению, назвался в больнице её братом и сказал, что сам уведомит родителей о случившемся. Не нужно было быть детективом, чтобы понять, что это не так.
Если бы не знал этих двоих, то мог бы подумать, что они встречаются и поэтому Тирэльда бежала из дома. Увы, но это была неверная идея.
Вначале Тирэльда мне не понравилась, но было в ней что-то особенное. Но что именно я так и не мог понять, и это раздражало.
Наконец, девушка приоткрыла глаза и с непониманием посмотрела на белый потолок. Я облегчённо выдохнул – сколько можно лежать и всех пугать?
– С пробуждением, – я привлёк к себе внимание и, подойдя к постели, нажал на кнопку вызова врача.
– Меня ударили? – тут же спросила Тирэльда.
– Поговорим, когда тебя осмотрят, – пресёк я все вопросы и вернулся к облюбованному креслу.
Тирэльда Ригдасторэн
Мне был назначен тот же лекарь, что занимался состоянием Лэрта. Он был очень рад, что я пришла в себя и многократно спрашивал о самочувствии.
По словам специалиста, у меня было сотрясение мозга, но путём магической терапии, со мной всё должно быть в порядке. Я поблагодарила мужчину и уже хотела было отправиться домой, как он остановил меня. Он требовал, чтобы я осталась на ночь в больнице. Мне не очень нравилась такая перспектива, но я под требовательным взглядом Лэрта пришлось согласиться. Здоровье сейчас важнее моих предпочтений, да и, честно говоря, палаты для пациентов здесь намного уютнее той комнатки, что я снимаю.
Когда лекарь оставил меня отдыхать, мы с Лэртом начали рассказывать друг другу всё, что произошло. Я поведала ему о загадочной женщине в белом балахоне, а он поразил меня новостью о скелете-вороне. Как бы мы ни бились с вопросами об их происхождении, ответов у нас не было. Непонятно, с чем всё это связано – с убийствами женщин несколько лет назад или с покушением на Вэрэда?
У меня начала болеть голова от обилия информации и догадок. Сейчас я начала понимать Лэрта, который не любил высказывать предположения вслух – это только отнимает силы и время.
– Давай сменим тему, – наконец предложил Лэрт. – Я держу свои обещания – почему бы нам не заполнить доску воспоминаний, раз тебе всё равно придётся здесь ночевать?
Я поддержала инициативу мужчины и направилась в его палату, купив в круглосуточной лавке по пути горячий шоколад. Лэрт же просто прошёл сквозь стену.
Пробковая доска имела несколько отделений согласно возрасту и кусочек с общей информацией в углу, она уже была внесена. Мне предполагалось писать данные на маленькие листочки, а затем крепить их кнопками-иголочками к доске.
Я вчитывалась в то, что уже было заполнено сотрудниками больницы: пол, имя, цвет глаз и волос, возраст…
– Сколько? Тридцать один? – я не поверила своим глазам и резко обернулась, смотря на Лэрта.
– А что тебя так удивляет?
– Я была убеждена, что тебе не меньше сорока пяти! – честно призналась я.
– Что?! – Лэрт закашлялся. – С чего бы это?
– Ну… – я замялась и отвела взгляд.
– Не молчи, – приказал мужчина.
– Ты просто не выглядишь на свой возраст, кажешься немножко старше.
– Немножко?! Десять лет – это, по-твоему, мелочи? – Лэрт вскочил с кресла и подошёл к зеркалу, придирчиво разглядывая своё отражение.
– А ещё ты очень ворчлив, – добавила я.
– Я просто слишком много работаю, вот характер и испортился, – цыкнул Лэрт.
– А внешность? – не удержалась я и тут же прикусила язык.
– Да будет тебе известно – все женщины считают меня красавчиком, – гордо сказал Лэрт.
– Кто эти женщины? Бабушка, мама и твоя морская свинья?
– Если очнусь, то запишусь на массаж, – буркнул Лэрт. – Мне стоит больше отдыхать и заботиться о себе.
– Именно для этого капитан и пытался найти тебе помощника. Также попробуй сменить оттенок вещей, которые ты носишь. Чёрный тоже добавляет тебе пару лет. Попробуй более светлые оттенки коричневого, – я вздохнула и двинулась к следующему пункту на доске. В графе общей информации больше ничего не вызвало у меня такого удивления.
Мы устроились на креслах и я, взяв первую бумажку, попросила Лэрта:
– Вспомни своё самое яркое событие из детства.
– Отдых на бабушкиной ферме и утреннее доение коров, – Лэрт ответил незамедлительно, словно ему и не требовалось времени на размышление. – Я думал о своей жизни весь день, так что мы быстро управимся, – улыбнулся Лэрт и потянулся к моей чашке с горячим шоколадом.
– Никогда не была на ферме, – честно сказала я. За окном послышался шум дождя.
– А хотела бы? – удивился Лэрт. – У тебя бы не получилось доить коров.
– С чего это? Всё получится, если постараться, – оптимистично заметила я.
– Это самое яркое воспоминание из детства именно потому, что бабушкина корова, Фиалка, лягнула меня, вследствие чего разорвалась селезёнка, – добавил Лэрт.
– Уверен, что это лучшее воспоминание из детства? – желание доить коров поубавилось.
– Не лучшее, но самое яркое, – он сделал глоток горячего напитка и зажмурился от удовольствия.
– А какое лучшее? – не унималась я.
– Не знаю. У меня в целом было хорошее детство, нельзя выделить что-то одно, поэтому остановимся на корове.
– А ты всегда хотел стать стражем в КСБР? – полюбопытствовала я. Этот вопрос не давал мне покоя с нашей первой встречи.
– Конечно, нет. Я вообще не планировал становиться детективом.
– Правда? Как же тогда, неслучайность же?
– Стечение обстоятельств, – уклончиво ответил Лэрт, но под моим требовательным взглядом сдался и принялся рассказывать. – Отец хотел, чтобы я стал врачом, но у нас были напряжённые отношения. Именно поэтому моей целью было поступить хоть куда, лишь бы не в академию целительства. В день, когда нужно было подавать документы, я стал свидетелем ограбления магазина. Я поймал преступников и в качестве поощрения мне предложили поступить в академию КСБР без вступительных экзаменов. Других вариантов не было, поэтому я согласился. Но в процессе обучения понял, что это действительно то, чем я должен заниматься. К счастью, магический дар позволял мне выбрать любое из направлений КСБР.
– Удивительно, – я пождала ноги к себе и записала эту историю на бумажечке. – Не думала, что всё было именно так. А как твой отец на это отреагировал?
– Он до сих пор злится. Как видишь, он даже ни разу не навестил меня, хотя его сын медленно умирает в его же больнице, – Лэрт сокрушённо покачал головой, но в голосе не было никаких эмоций.
– Думаю, если бы я оказалась в такой ситуации, то после всего, что сделала, мой отец бы тоже не пришёл.
– Почему? Я честно поведал тебе о своих отношениях с семьёй, теперь твоя очередь, – Лэрт тут же оживился, а в глазах появился заинтересованный блеск.
– Ну, это не очень интересно, да и мы о тебе сейчас говорим, – я указала на доску воспоминаний. С одной стороны, мне не хотелось никого нагружать своими проблемами, а с другой стороны, я чувствовала необходимость вновь высказаться.
– Не увиливай от ответа. Ради тебя я даже нарушил свой принцип – «никаких личных вопросов».
– Ради меня? – ахнула я и рассмеялась. – Мы, вообще-то, твою душу пытаемся призвать к совести, чтобы ты очнулся.
– Как видишь, у тебя пока плохо получается, – Лэрт ткнул пальцем в своё безжизненное тело и потребовал. – Рассказывай, иначе я точно не очнусь – не смогу, ведь любопытство будет сильнее тяги к жизни.
– Хорошо, – я вздохнула. – Родители хотели, чтобы я вышла за мужчину, который бы поправил финансовое положение нашей компании. Мне это не понравилось, и я ушла.
– Как благородно, – фыркнул Лэрт. – Мужа так просто убить, в чём проблема?
– Что? – я закашлялась. – Ты только что предлагал убить мне нежеланного мужа?
– У нас с тобой разное чувство юмора, – Лэрт закатил глаза и отмахнулся от меня. – Но теперь всё стало понятно, а я-то всё голову ломал, в чём причина.
– Раз твоё любопытство удовлетворено, то вернёмся к обсуждению твоей персоны. С детством разобрались, теперь юность. Расскажешь про свою учёбу в академии?
– На первом курсе я случайно запер преподавателя по черчению в кладовой, – Лэрт, смотря в пустоту, улыбнулся.
– Как это вышло? – я наклонила голову набок, рассматривая мужчину. Улыбка шла ему куда больше.
– Я отвечал за кладовые в академии, следил за порядком. Как-то раз увидел, что одна из дверей открыта, вот и запер её, даже не заглянув внутрь. Оказывается, преподаватель пришёл туда взять новые линейки для студентов. Меня после такого на семестр лишили стипендии тогда.
– Такое с каждым могло случиться. Я во время обеда споткнулась в столовой и выронила поднос с супом на высшего магистра некромантии. Было неловко, – я вспомнила раскрасневшееся лицо господина Саттена от горячего супа.
– Почему-то я даже не удивлён, что такое случилось с тобой, – фыркнул Лэрт.
– Почему?
– Ты производишь впечатление неловкой девицы, – Лэрт победно улыбнулся мне. Я усмехнулась, понимая, что этим он ответил на то, что я назвала его ворчливым.
– А ты знал, что неловкие ситуации порождают новые знакомства? – парировала я. – Например, мы с тобой познакомились у дверей участка именно так.
– Кстати, можешь записать своё появление как моё самое яркое событие за последний год, – заметил Лэрт, глядя на исписанные бумажечки, которые я откладывала в сторону.
– Правда? Приятно, что я заняло место в чьих-то воспоминаниях. Если хочешь, могу принести свою фотографию и повесить её сюда, – любезно предложила я.
– Только если ты повесишь в своей спальне мою, – выдвинул Лэрт условие.
– Прости, не хочу портить себе настроение с самого утра, лицезря твоё лицо.
– Взаимно, Тирэльда, – Лэрт усмехнулся и с напускным высокомерием предупредил меня. – Когда я очнусь, то не думай, что мы будем также сидеть и пить горячий шоколад по вечерам.
– Разумеется, ты же мой наставник. Как такой прекрасный детектив может пить чай вместе с простой помощницей? – передразнила я его и припечатала. – От меня не так просто отделаться. Но… – я замялась.
– Что? – Лэрт приподнял брови.
– Я не уверена, что ты будешь помнить всё, что случилось.
– Может быть, оно будет к лучшему, – равнодушно обронил Лэрт и вернул меня к делу. – В воспоминания обязательно впиши тот день, когда матушка подарила мне малышку.
– Расскажешь подробнее о своей «малышке»? – попросила я.
– Ничего особенного. Я был довольно равнодушным ребёнком, вот мама и подарила мне малышку, чтобы научить меня о ком-то заботиться. Как видишь, ей это удалось.
– Думаю, твоя мама не рассчитывала, что ты будешь мягче к другим, а не любить только морскую свинку.
– Не говори плохо о моей любимице. Могу принять твои замечания в свой адрес, но её не трогай, – серьёзным тоном сказал Лэрт. Я поняла, что на тему его «фамильяра» лучше не шутить.
Ещё несколько мы с Лэртом предавались воспоминаниями. К счастью, я выспалась, поэтому в сон меня не клонило. За этот вечер о Лэрте я узнала много. Думаю, я бы никогда не узнала столько, если бы мы не оказались в такой ситуации. Он не такой уж высокомерный и придирчивый, как показался на первый взгляд. А может, он просто пытается поладить со мной?
В конце концов, мы с Лэртом устали, и каждому хотелось побыть наедине с собой. Сна у меня не было, поэтому я принялась за разработку такого артефакта, который бы позволил нам мысленно переговариваться. Для обычных людей сделать такой артефакт просто, но что мне необходимо, чтобы говорить с душой-призраком?..
***
– Ты уверена, что не отравишь меня? – Лэрт пристально следил за тем, как я пытаюсь влить в рот его тела тёмно-фиолетовую жидкость.
– Не думаю, что это может сделать тебе хуже, – оптимистично заметила я. – Если всё сработает, то так мы сможем мысленно переговариваться.
– Думаю, мне не стоит даже спрашивать, что ты там смешала, – Лэрт поморщился, словно я предложила ему облизать лягушку.
– Тебе лучше не знать, – согласилась я, хотя ингредиенты были не так уж и страшны.
– Ты должна спать ночью, а не заниматься всякой ерундой, – начал Лэрт читать нотации, словно был моим старшим братом.
– Кто бы говорил. Я заходила в палату, но тебя не было. Где ты пропадал? – я бросила на некроманта заинтересованный взгляд.
– Блуждал по больнице. Знаешь, есть что-то очаровательное в том, чтобы бродить по пустынным коридорам, – он пожал плечами, а я прям-таки почувствовала, что он соврал.
– Не хочешь рассказывать, и не нужно. Доску воспоминаний мы заполнили, поэтому можешь вернуться к запрету: «никаких личных вопросов», – я влила в рот Лэрта последние капли отвара.
