Глаз не колет, - прикрыв веки, будто сейчас разглядывала тролля мысленным взором, поведала эльфийка.
- И Ксар тоже деревянный? - с усмешкой вспоминая, как он правдиво обозвал нынче Торка дубиной, продолжил допытываться призрак.
- Нет. Он гораздо чище Диндалиона, скорее походит на слиток металла, в скорлупе засохшей и местами опавшей грязи, и запах такой же, - оценила свои впечатления от общения с взирающим эльфийка.
Закончив трапезу, она составила посуду в таз с водой, вытерла со стола и собралась уж было идти в мастерскую, когда ее нагнал тихий вопрос в спину:
- Тиэль, а я? Меня ты видишь? Или призраки...
- Вижу, ты походишь на друзу цветного хрусталя и пахнешь штормом, - ответила эльфийка и прикрыла дверь. - Интересное и красивое сочетание!
Адрис неожиданно громко расхохотался, запрокидывая голову:
- Я ее все пугать пытался и никак понять не мог, почему не действует, а она, зараза, любовалась!
- Меня с детства дедушка за проказы невыносимой называл и хворостиной грозил. А уж когда Дивнолесье и его Владыка не снесли, я точно убедилась, что не ошибся с оценкой старый артефактор, - согласилась Тиэль и отправилась творить обещанную молодоженам настойку.
Свежие листья дали растения из оранжереи, все остальное пришлось делать самой. Освободилась травница лишь под утро, взмыленная, будто не редкое зелье готовила, а пробежала вокруг городской стены как минимум три раза с Торком на закорках.
Ужинать не хотелось. Эльфийка только приняла ванну и рухнула на кровать. Настойка глеасэль осталась на столике в мастерской: дивной красоты изумрудная субстанция, испускающая бело-золотое свечение. Адрис прилетел полюбоваться, да так и завис над тремя флакончиками, подобными легендарным вечно сияющим фонарям Великой Матери, создательницы мира, отгоняющим любой недуг и потустороннее зло. Кто знает, из чего делали эти артефакты прежних времен? Может, они и были этой самой настойкой? Хотя... вряд ли. Ведь призрак рядом с фиалами испытывал никак не ужас, а истинное умиротворение. С другой стороны, может, это он, Адрис, был неправильным призраком? Так и не решив сию дилемму, ужас особняка еще немного полюбовался творением Тиэль и исчез из мастерской.
Утренний аромат бодрящего напитка киаль совсем не органично переплетался с мерзким запахом подгоревшего хлеба. Именно это несоответствие обычно-ожидаемого и настоящего пробудило Тиэль. Эльфийка еще немного полежала, а потом вполголоса позвала:
- Адрис, что случилось?
- Проснулась? - призрак явился или проявился прежде, чем отзвучало последнее слово. В своем доме сила и возможности призрака возрастали многократно. В частности возможность слышать и видеть все происходящее в любом уголке особняка, в какой-то мере ставшего частью самого проклятого графа, было для Адриса обычным делом. - Гулд сожгла тосты, разбила кувшин, пролила половину молока, порезала палец, правда, киаль каким-то чудом сварить ухитрилась.
- Не похоже на нее, - признала Тиэль и, как была в пижаме - коротких до колен штанишках и мягкой кофточке, отправилась на кухню приводить в чувство кухарку, пока в особняке не случилось пожара или наводнения и сохранилась целая посуда. Да и киаль, судя по запаху, гоблинка все-таки сварила. Именно его девушке не хватало, чтобы по-настоящему проснуться и начать утро.
Побрызгав на себя водой из-под крана, эльфийка добралась до чадной кухни. Не здороваясь, цапнула со стола кувшинчик с киалем, налила и залпом осушила кружку. Налила еще и, вспорхнув на табурет, села в уголке, чтобы пить бодрящий напиток мелкими глотками и наблюдать за разгромом.
Черепки, осколки, лужа с молоком, лужа воды, подтеки чего-то, предположительно теста для любимых Тиэль оладушек на одной из плит. Заплаканная, растрепанная и немного окровавленная пожилая гоблинка среди всего бедлама. Обычный аромат Гулд - запах свежего хлеба из печи и тушеных в сметане грибов, томящихся под крышкой корзины, сплетенной из коры - отдавал хинной горечью. Весь облик ее являл собой воплощение отчаяния. Словно не Адрис, а именно эта всегда опрятная и аккуратная пышечка-повариха нынче решила потеснить ужасный призрак особняка с его должности.
'Похоже, оладушек сегодня не будет, - печально решила эльфийка, перевела взгляд на рассыпанные у плиты кусочки хлеба, уже размоченного в медовом молоке с яйцом, и продолжила: - И гренок тоже не будет'.
Позволив себе протяжный вздох, Тиэль звучно шлепнула рукой по соседнему табурету и, пресекая неловкие попытки Гулд навести порядок на кухне, приводящие к усилению антикулинарного хаоса, позвала:
- Садись, Гулд, и поведай мне о постигшей беде!
- Лейдин, ты уже знаешь?! - разревелась гоблинка с новой силой.
- Ничего я не знаю, - качнула чуть растрепанной головкой Тиэль. - Но без веского повода громить мою кухню ты бы не стала.
- Я... Я сейчас приберу, - залепетала Гулд, чуть прояснившимся взглядом обозрев учиненный беспорядок.
- Потом, садись и рассказывай, - поторопила эльфийка, питая призрачные надежды на то, что удастся быстро успокоить повариху и все-таки получить вкусный завтрак.
- Шим пропал, - с этим воплем исстрадавшейся души Гулд упала на предложенный табурет. Оливковая, поблескивающая обычным румянцем кожа гоблинки будто подернулась пеплом, короткие уши, напоминающие молодые листья лопуха, были скорбно прижаты в голове. Карие глаза блестели выплаканными, текущими и готовыми к разливу слезами.
'Нет, завтрака точно не будет!' - мысленно печально констатировала Тиэль и попросила:
- Подробней расскажешь?
- Вчера еще утром с улицы не вернулся, где с друзьями играл. Те говорят, как ножички кидать закончили, так Шим домой побежал и все... Найти мальчика моего невозможно. В городе искали, в страже были, даже к поисковику сходила - золотой отдала, все зря! - простонала обеспокоенная бабушка и тихо горько проскулила: - Маг сказал, раз поиск не идет, в живых его нет. Поиск-то лишь так работает, мертвое тело нипочем не сыщешь, крови своей оно не помнит. К некроманту идти надобно, только нет у меня столько золота, сколько те Илтовы выкормыши берут...
- Я не маг-поисковик, но даже я знаю несколько исключений из правила, - нарочито небрежно фыркнула Тиэль и покосилась в угол кухни, где проявился в виде незаметной дымки Адрис.
Обыкновенно призрак передвигался по особняку спокойно, в стиле 'кто испугался, сам виноват, а я в своем праве'. Нынче же или чуть-чуть пожалел бедную бабушку, или практично посчитал минимальное душевное равновесие Гулд, балансирующей на грани помешательства от горя, важным условием получения информации. А неистребимое любопытство и охота до новых впечатлений сохранились у духа в полном прижизненном объеме, потому он жаждал подробностей не меньше Тиэль.
Любознательный призрак окончательно перешел в стелс-режим, подлетел к Тиэль и зашептал эльфийке:
- Спроси, есть ли у нее с собой что-нибудь из вещей мальца и частица его плоти? Обряд вопрошания минутное дело провести. Сразу выясним, жив или помер.
- Я не ведаю такого ритуала, - одними губами ответила Тиэль, уже готовая поддаться на провокацию.
- Зато я знаю, - загорелся идеей Адрис и попытался пихнуть эльфийку в бок для стимуляции.
Конечно, ничего не вышло, за исключением волны прохлады, разлившейся по телу. Тем не менее, удивленная девушка (раньше призрак такими знаниями не блистал) исполнила пожелание и озвучила вопрос.
- Есть рубашка Шима и прядка его волос, я от поисковика прямо сюда пришла, - всхлипнула Гулд, еще раз обозрела кухонный разгром и всхлипнула погромче.
Пресекая новую волну истерики, Тиэль поспешно пересказала поварихе предложение Адриса об обряде.
- Век за тебя Великой Матери, Инеалле Животворящей и Феавиллу Искуснику буду молиться, лейдин, коль выйдет малыша отыскать! Я все отработаю!
Пылкие мольбы, благодарности и просьбы гоблинша выдавала уже в процессе копошения в объемной торбе. Из нее она извлекла застиранную пацанью рубашку и маленький кожаный мешочек. Благоговейно преподнесла предметы хозяйке.
Ритуальный зал в подвальном этаже особняка имелся, только Тиэль туда заглянула лишь раз, когда осматривала дом. Она не владела людской магией и не особенно стремилась к ее постижению, эльфийку в пору вступления в права собственности больше волновал вопрос размещения оранжереи. Из-за холода и сырости помещение было признано непригодным для целей хозяйки, благополучно заперто на замок и забыто. Не пошла Тиэль туда и сейчас. Как торопливо объяснил Адрис, ритуал предстоял простенький и ни в какой подпорке специальными средствами не нуждался.
На очищенный от посуды стол положили рубашку и тонкую прядь волос Шима, извлеченных из мешочка. Маленьким ножичком Тиэль наколола палец Гулд и капнула разом на ткань и локон пропавшего мальчонки.
Прилежно исполняя инструкции призрака, эльфийка обвела вокруг предметов круг смоченным в воде пальцем и произнесла:
- Жив или мертв тот, что крови одной? Вода подскажи!
Капелька красной крови Гулд как была красной, так и осталась. Комплект предметов в круге на миг подернулся симпатичной бледно-зеленой дымкой.
- Какой любопытный эффект дает ритуал в твоем исполнении! - чуть ли подпрыгнул от энтузиазма Адрис. Наткнувшись на недобро-прищуренный взгляд тощей эльфийки, дух торопливо, пока она не зареклась раз и навсегда экспериментировать, пояснил:
- Кровь не свернулась - пацан жив, а дымки зеленой никогда прежде не видел. Думаю, дублирующий эффект дала раса мага-ритуалиста.
- Шим жив, - перевела для поварихи Тиэль. - Раз его нельзя найти поисковыми чарами, мальчик там, где они не действуют.
- Что же делать? - оливки глаз в сеточке морщин Гулд с мольбой уставились на хозяйку.
- Пацанов, с которыми Шим играл, пусть расспросят, - рекомендовал Адрис. - По себе знаю, дети вечно лезут туда, где опаснее всего и, как правило, выживают. Инеалла их, бедокуров, хранит. Если старуха боится, что запираться станут, коль сразу не проболтались, пойдем вместе, я могу рядом полетать.
- Развлечение себе нашел, - фыркнула Тиэль.
- Не без того, - скромно согласился довольный дух.
- Зараза, - бросила девушка, вполне понимающая страсть призрака к развлечениям за чужой счет и снова выступила в роли переводчика и советчика.
Гулд выслушала со вниманием и закусила губу, соображая. После известия о пребывании внука в мире живых, истерика старой поварихи пошла на убыль. Она все еще безумно волновалась, однако уже не паниковала бездумно.
- Твоя правда, лейдин, теперь вспоминаю задним числом и соображаю: перепугались ребятишки наших расспросов про Шима. Дочка-то моя с мужем сейчас убиваются, уж похоронили сынишку. Прости, если за наглость посчитаешь, а только если бы ты и призрак страшенный со мной отправились, может, и смогли бы узнать, не утаили ли чего демонята.
- Хм, страшенный, - попробовал на язык сравнение Адрис. Он явно пытался определить - оскорбиться ему на эпитет кухарки или начинать гордиться. В конце концов, жажда действия возобладала, и дух протянул: - Давай слетаем, а Тиэль? Пацана жалко. Да и где ты еще такую повариху найдешь?
Кулинарный аргумент голодной эльфийкой был признан самым весомым. Она вытащила из шкафа-хранилища кусок окорока и, откусывая на ходу, согласилась:
- Мы пойдем с тобой, Гулд. Я только оденусь.
- Храни тебя все Семеро, лейдин! - выдохнула кухарка и утерла зареванное лицо.
Нищему собраться, только подпоясаться. Тиэль недалеко ушла от типа из поговорки. Штаны, рубаха, жилет, полусапожки, сумочка с флакончиками через плечо, пристегнутые ремешками к поясу фляжка и кинжал, переплетенные не в две, а в одну косу, увязанную вкруг головы, и подобранные особым образом волосы - вот и все сборы.
Пока Тиэль собиралась, осиянная надеждой Гулд успела худо-бедно прибраться на кухне и нетерпеливо топталась у двери для слуг, запоздало сообразив, что не договорилась с хозяйкой о месте встречи. Вдруг та будет ждать ее у центрального входа? Поскольку дорогу эльфийке указывал Адрис, недоразумений с выбором одной из двух официальных дверей не возникло.
Втроем: две во плоти, один призрак - компания двинулась в Купеческую Петлю, где у Гулд имелся маленький домик, оставшийся в наследство от покойного мужа.
- Вшестером они всегда играли, - на ходу принялась отвечать на расспросы кухарка. - Два сынка, как наш Шим, помощники торговцев из лавок - хоббит и кендар, один паренек - сын орка-охранника Унда, другой Тилк - жреца Илта и последний полуэльфа-лекаря Ламара сынок. Дружные ребятки и не очень шкодливые. Их пороли-то за проделки считанные разы. То они кошку лавочника с тремя котятами священными сияющими красками расписали так, что жена его чуть Илту душу-то не отдала, приняв их впотьмах за уносящих души Спутников-Теней и самого Проводника к Последнему Пределу. Еще разок лакрицы и леденцовых сов из короба в лавке стянули на праздник наречения Ундова сынка. Вдругоряд храмовым вином из запасов служителя его птицу напоили говорящую, а она возьми и улети из дома. Вся Петля много интересного узнала...
Гоблинка, как всякая настоящая бабушка, ведавшая о друзьях внучка поболее его самого, принялась вываливать на эльфийку биографические справки о пацанах и их проделках. Адрис слушал внимательно и что-то явно для себя прикидывал, впрочем, соображениями с эльфийкой делиться не спешил.
Ребятишки, к удаче стихийно созданной следственной группы, кучковались в чахлом скверике в окружении нескольких лавок Петли. Они кидали ножички, однако, игра шла как-то очень вяло. Кажется, детки не столько забавлялись, сколько пытались играть или делали вид, будто играют.
- Который из них сынок служителя? - уточнил Адрис.
Эльфийка перевела вопрос Гулд, и та ткнула пальцем в толстощекого круглого мальчонку, стриженного под горшок. При виде знакомой гоблинки в сопровождении эльфийки детки заволновались, стали переглядываться, а когда Гулд поздоровалась с ними и представила лейдин Тиэль, как помощницу в поисках, еще и ощутимо струхнули.
- Ты знаешь, куда хотел пойти Шим? - в лоб спросила у толстячка Тиэль.
- Нет, лейдин, я ничего не знаю, - торопливо забормотал тот и попятился.
- Врет, - почти восхищенно определил Адрис.
- Что ж, тогда пусть с вами разговаривает стража, - внешне беспечно повела плечом эльфийка и малышня раскололась. Нет, будь они чуть постарше, скорее всего, стали бы все отрицать и запираться, но пока еще внешнее давление в нужную точку привело к нужному эффекту.
- Мы ничего такого не хотели! Кто же знал, что он на самом деле туда полезет. Мы только пошутили... - перебивая друг друга, загалдела пятерка.
- Куда он пошел? - повторила вопрос Тиэль, удерживая Гулд, готовую сорваться с места и вытрясти из мальчишек души вместе с информацией.
- И Ксар тоже деревянный? - с усмешкой вспоминая, как он правдиво обозвал нынче Торка дубиной, продолжил допытываться призрак.
- Нет. Он гораздо чище Диндалиона, скорее походит на слиток металла, в скорлупе засохшей и местами опавшей грязи, и запах такой же, - оценила свои впечатления от общения с взирающим эльфийка.
Закончив трапезу, она составила посуду в таз с водой, вытерла со стола и собралась уж было идти в мастерскую, когда ее нагнал тихий вопрос в спину:
- Тиэль, а я? Меня ты видишь? Или призраки...
- Вижу, ты походишь на друзу цветного хрусталя и пахнешь штормом, - ответила эльфийка и прикрыла дверь. - Интересное и красивое сочетание!
Адрис неожиданно громко расхохотался, запрокидывая голову:
- Я ее все пугать пытался и никак понять не мог, почему не действует, а она, зараза, любовалась!
- Меня с детства дедушка за проказы невыносимой называл и хворостиной грозил. А уж когда Дивнолесье и его Владыка не снесли, я точно убедилась, что не ошибся с оценкой старый артефактор, - согласилась Тиэль и отправилась творить обещанную молодоженам настойку.
Свежие листья дали растения из оранжереи, все остальное пришлось делать самой. Освободилась травница лишь под утро, взмыленная, будто не редкое зелье готовила, а пробежала вокруг городской стены как минимум три раза с Торком на закорках.
Ужинать не хотелось. Эльфийка только приняла ванну и рухнула на кровать. Настойка глеасэль осталась на столике в мастерской: дивной красоты изумрудная субстанция, испускающая бело-золотое свечение. Адрис прилетел полюбоваться, да так и завис над тремя флакончиками, подобными легендарным вечно сияющим фонарям Великой Матери, создательницы мира, отгоняющим любой недуг и потустороннее зло. Кто знает, из чего делали эти артефакты прежних времен? Может, они и были этой самой настойкой? Хотя... вряд ли. Ведь призрак рядом с фиалами испытывал никак не ужас, а истинное умиротворение. С другой стороны, может, это он, Адрис, был неправильным призраком? Так и не решив сию дилемму, ужас особняка еще немного полюбовался творением Тиэль и исчез из мастерской.
Глава 4. Пропажа тетушки Гулд
Утренний аромат бодрящего напитка киаль совсем не органично переплетался с мерзким запахом подгоревшего хлеба. Именно это несоответствие обычно-ожидаемого и настоящего пробудило Тиэль. Эльфийка еще немного полежала, а потом вполголоса позвала:
- Адрис, что случилось?
- Проснулась? - призрак явился или проявился прежде, чем отзвучало последнее слово. В своем доме сила и возможности призрака возрастали многократно. В частности возможность слышать и видеть все происходящее в любом уголке особняка, в какой-то мере ставшего частью самого проклятого графа, было для Адриса обычным делом. - Гулд сожгла тосты, разбила кувшин, пролила половину молока, порезала палец, правда, киаль каким-то чудом сварить ухитрилась.
- Не похоже на нее, - признала Тиэль и, как была в пижаме - коротких до колен штанишках и мягкой кофточке, отправилась на кухню приводить в чувство кухарку, пока в особняке не случилось пожара или наводнения и сохранилась целая посуда. Да и киаль, судя по запаху, гоблинка все-таки сварила. Именно его девушке не хватало, чтобы по-настоящему проснуться и начать утро.
Побрызгав на себя водой из-под крана, эльфийка добралась до чадной кухни. Не здороваясь, цапнула со стола кувшинчик с киалем, налила и залпом осушила кружку. Налила еще и, вспорхнув на табурет, села в уголке, чтобы пить бодрящий напиток мелкими глотками и наблюдать за разгромом.
Черепки, осколки, лужа с молоком, лужа воды, подтеки чего-то, предположительно теста для любимых Тиэль оладушек на одной из плит. Заплаканная, растрепанная и немного окровавленная пожилая гоблинка среди всего бедлама. Обычный аромат Гулд - запах свежего хлеба из печи и тушеных в сметане грибов, томящихся под крышкой корзины, сплетенной из коры - отдавал хинной горечью. Весь облик ее являл собой воплощение отчаяния. Словно не Адрис, а именно эта всегда опрятная и аккуратная пышечка-повариха нынче решила потеснить ужасный призрак особняка с его должности.
'Похоже, оладушек сегодня не будет, - печально решила эльфийка, перевела взгляд на рассыпанные у плиты кусочки хлеба, уже размоченного в медовом молоке с яйцом, и продолжила: - И гренок тоже не будет'.
Позволив себе протяжный вздох, Тиэль звучно шлепнула рукой по соседнему табурету и, пресекая неловкие попытки Гулд навести порядок на кухне, приводящие к усилению антикулинарного хаоса, позвала:
- Садись, Гулд, и поведай мне о постигшей беде!
- Лейдин, ты уже знаешь?! - разревелась гоблинка с новой силой.
- Ничего я не знаю, - качнула чуть растрепанной головкой Тиэль. - Но без веского повода громить мою кухню ты бы не стала.
- Я... Я сейчас приберу, - залепетала Гулд, чуть прояснившимся взглядом обозрев учиненный беспорядок.
- Потом, садись и рассказывай, - поторопила эльфийка, питая призрачные надежды на то, что удастся быстро успокоить повариху и все-таки получить вкусный завтрак.
- Шим пропал, - с этим воплем исстрадавшейся души Гулд упала на предложенный табурет. Оливковая, поблескивающая обычным румянцем кожа гоблинки будто подернулась пеплом, короткие уши, напоминающие молодые листья лопуха, были скорбно прижаты в голове. Карие глаза блестели выплаканными, текущими и готовыми к разливу слезами.
'Нет, завтрака точно не будет!' - мысленно печально констатировала Тиэль и попросила:
- Подробней расскажешь?
- Вчера еще утром с улицы не вернулся, где с друзьями играл. Те говорят, как ножички кидать закончили, так Шим домой побежал и все... Найти мальчика моего невозможно. В городе искали, в страже были, даже к поисковику сходила - золотой отдала, все зря! - простонала обеспокоенная бабушка и тихо горько проскулила: - Маг сказал, раз поиск не идет, в живых его нет. Поиск-то лишь так работает, мертвое тело нипочем не сыщешь, крови своей оно не помнит. К некроманту идти надобно, только нет у меня столько золота, сколько те Илтовы выкормыши берут...
- Я не маг-поисковик, но даже я знаю несколько исключений из правила, - нарочито небрежно фыркнула Тиэль и покосилась в угол кухни, где проявился в виде незаметной дымки Адрис.
Обыкновенно призрак передвигался по особняку спокойно, в стиле 'кто испугался, сам виноват, а я в своем праве'. Нынче же или чуть-чуть пожалел бедную бабушку, или практично посчитал минимальное душевное равновесие Гулд, балансирующей на грани помешательства от горя, важным условием получения информации. А неистребимое любопытство и охота до новых впечатлений сохранились у духа в полном прижизненном объеме, потому он жаждал подробностей не меньше Тиэль.
Любознательный призрак окончательно перешел в стелс-режим, подлетел к Тиэль и зашептал эльфийке:
- Спроси, есть ли у нее с собой что-нибудь из вещей мальца и частица его плоти? Обряд вопрошания минутное дело провести. Сразу выясним, жив или помер.
- Я не ведаю такого ритуала, - одними губами ответила Тиэль, уже готовая поддаться на провокацию.
- Зато я знаю, - загорелся идеей Адрис и попытался пихнуть эльфийку в бок для стимуляции.
Конечно, ничего не вышло, за исключением волны прохлады, разлившейся по телу. Тем не менее, удивленная девушка (раньше призрак такими знаниями не блистал) исполнила пожелание и озвучила вопрос.
- Есть рубашка Шима и прядка его волос, я от поисковика прямо сюда пришла, - всхлипнула Гулд, еще раз обозрела кухонный разгром и всхлипнула погромче.
Пресекая новую волну истерики, Тиэль поспешно пересказала поварихе предложение Адриса об обряде.
- Век за тебя Великой Матери, Инеалле Животворящей и Феавиллу Искуснику буду молиться, лейдин, коль выйдет малыша отыскать! Я все отработаю!
Пылкие мольбы, благодарности и просьбы гоблинша выдавала уже в процессе копошения в объемной торбе. Из нее она извлекла застиранную пацанью рубашку и маленький кожаный мешочек. Благоговейно преподнесла предметы хозяйке.
Ритуальный зал в подвальном этаже особняка имелся, только Тиэль туда заглянула лишь раз, когда осматривала дом. Она не владела людской магией и не особенно стремилась к ее постижению, эльфийку в пору вступления в права собственности больше волновал вопрос размещения оранжереи. Из-за холода и сырости помещение было признано непригодным для целей хозяйки, благополучно заперто на замок и забыто. Не пошла Тиэль туда и сейчас. Как торопливо объяснил Адрис, ритуал предстоял простенький и ни в какой подпорке специальными средствами не нуждался.
На очищенный от посуды стол положили рубашку и тонкую прядь волос Шима, извлеченных из мешочка. Маленьким ножичком Тиэль наколола палец Гулд и капнула разом на ткань и локон пропавшего мальчонки.
Прилежно исполняя инструкции призрака, эльфийка обвела вокруг предметов круг смоченным в воде пальцем и произнесла:
- Жив или мертв тот, что крови одной? Вода подскажи!
Капелька красной крови Гулд как была красной, так и осталась. Комплект предметов в круге на миг подернулся симпатичной бледно-зеленой дымкой.
- Какой любопытный эффект дает ритуал в твоем исполнении! - чуть ли подпрыгнул от энтузиазма Адрис. Наткнувшись на недобро-прищуренный взгляд тощей эльфийки, дух торопливо, пока она не зареклась раз и навсегда экспериментировать, пояснил:
- Кровь не свернулась - пацан жив, а дымки зеленой никогда прежде не видел. Думаю, дублирующий эффект дала раса мага-ритуалиста.
- Шим жив, - перевела для поварихи Тиэль. - Раз его нельзя найти поисковыми чарами, мальчик там, где они не действуют.
- Что же делать? - оливки глаз в сеточке морщин Гулд с мольбой уставились на хозяйку.
- Пацанов, с которыми Шим играл, пусть расспросят, - рекомендовал Адрис. - По себе знаю, дети вечно лезут туда, где опаснее всего и, как правило, выживают. Инеалла их, бедокуров, хранит. Если старуха боится, что запираться станут, коль сразу не проболтались, пойдем вместе, я могу рядом полетать.
- Развлечение себе нашел, - фыркнула Тиэль.
- Не без того, - скромно согласился довольный дух.
- Зараза, - бросила девушка, вполне понимающая страсть призрака к развлечениям за чужой счет и снова выступила в роли переводчика и советчика.
Гулд выслушала со вниманием и закусила губу, соображая. После известия о пребывании внука в мире живых, истерика старой поварихи пошла на убыль. Она все еще безумно волновалась, однако уже не паниковала бездумно.
- Твоя правда, лейдин, теперь вспоминаю задним числом и соображаю: перепугались ребятишки наших расспросов про Шима. Дочка-то моя с мужем сейчас убиваются, уж похоронили сынишку. Прости, если за наглость посчитаешь, а только если бы ты и призрак страшенный со мной отправились, может, и смогли бы узнать, не утаили ли чего демонята.
- Хм, страшенный, - попробовал на язык сравнение Адрис. Он явно пытался определить - оскорбиться ему на эпитет кухарки или начинать гордиться. В конце концов, жажда действия возобладала, и дух протянул: - Давай слетаем, а Тиэль? Пацана жалко. Да и где ты еще такую повариху найдешь?
Кулинарный аргумент голодной эльфийкой был признан самым весомым. Она вытащила из шкафа-хранилища кусок окорока и, откусывая на ходу, согласилась:
- Мы пойдем с тобой, Гулд. Я только оденусь.
- Храни тебя все Семеро, лейдин! - выдохнула кухарка и утерла зареванное лицо.
Нищему собраться, только подпоясаться. Тиэль недалеко ушла от типа из поговорки. Штаны, рубаха, жилет, полусапожки, сумочка с флакончиками через плечо, пристегнутые ремешками к поясу фляжка и кинжал, переплетенные не в две, а в одну косу, увязанную вкруг головы, и подобранные особым образом волосы - вот и все сборы.
Пока Тиэль собиралась, осиянная надеждой Гулд успела худо-бедно прибраться на кухне и нетерпеливо топталась у двери для слуг, запоздало сообразив, что не договорилась с хозяйкой о месте встречи. Вдруг та будет ждать ее у центрального входа? Поскольку дорогу эльфийке указывал Адрис, недоразумений с выбором одной из двух официальных дверей не возникло.
Глава 5. Куда приводят детские игры
Втроем: две во плоти, один призрак - компания двинулась в Купеческую Петлю, где у Гулд имелся маленький домик, оставшийся в наследство от покойного мужа.
- Вшестером они всегда играли, - на ходу принялась отвечать на расспросы кухарка. - Два сынка, как наш Шим, помощники торговцев из лавок - хоббит и кендар, один паренек - сын орка-охранника Унда, другой Тилк - жреца Илта и последний полуэльфа-лекаря Ламара сынок. Дружные ребятки и не очень шкодливые. Их пороли-то за проделки считанные разы. То они кошку лавочника с тремя котятами священными сияющими красками расписали так, что жена его чуть Илту душу-то не отдала, приняв их впотьмах за уносящих души Спутников-Теней и самого Проводника к Последнему Пределу. Еще разок лакрицы и леденцовых сов из короба в лавке стянули на праздник наречения Ундова сынка. Вдругоряд храмовым вином из запасов служителя его птицу напоили говорящую, а она возьми и улети из дома. Вся Петля много интересного узнала...
Гоблинка, как всякая настоящая бабушка, ведавшая о друзьях внучка поболее его самого, принялась вываливать на эльфийку биографические справки о пацанах и их проделках. Адрис слушал внимательно и что-то явно для себя прикидывал, впрочем, соображениями с эльфийкой делиться не спешил.
Ребятишки, к удаче стихийно созданной следственной группы, кучковались в чахлом скверике в окружении нескольких лавок Петли. Они кидали ножички, однако, игра шла как-то очень вяло. Кажется, детки не столько забавлялись, сколько пытались играть или делали вид, будто играют.
- Который из них сынок служителя? - уточнил Адрис.
Эльфийка перевела вопрос Гулд, и та ткнула пальцем в толстощекого круглого мальчонку, стриженного под горшок. При виде знакомой гоблинки в сопровождении эльфийки детки заволновались, стали переглядываться, а когда Гулд поздоровалась с ними и представила лейдин Тиэль, как помощницу в поисках, еще и ощутимо струхнули.
- Ты знаешь, куда хотел пойти Шим? - в лоб спросила у толстячка Тиэль.
- Нет, лейдин, я ничего не знаю, - торопливо забормотал тот и попятился.
- Врет, - почти восхищенно определил Адрис.
- Что ж, тогда пусть с вами разговаривает стража, - внешне беспечно повела плечом эльфийка и малышня раскололась. Нет, будь они чуть постарше, скорее всего, стали бы все отрицать и запираться, но пока еще внешнее давление в нужную точку привело к нужному эффекту.
- Мы ничего такого не хотели! Кто же знал, что он на самом деле туда полезет. Мы только пошутили... - перебивая друг друга, загалдела пятерка.
- Куда он пошел? - повторила вопрос Тиэль, удерживая Гулд, готовую сорваться с места и вытрясти из мальчишек души вместе с информацией.
