Многие ковры дырявые, обивка на рассохшейся мебели старая. Мутные от старости зеркала. В поместье нужен пригляд, уход и больше работников! – продолжала делиться своим мнением я.
- Дорогая… - начал говорить граф.
- Меня зовут Виктория, можно Вики! – недовольно буркнула я.
- Мне не нравится это ваше «дорогая»! – злилась я.
- Дорогая… Виктория! Вы теперь здесь хозяйка! Можете распоряжаться и делать всё, что вам заблагорассудится! Финансы пусть вас не беспокоят! – зло ответил супруг и, кивнув, последовал прочь от меня.
- Джеймс, вы не можете просто так уйти! – начинала закипать я от гнева и недосказанности. Бросилась догонять мужчину.
- Милорд, меня обманули и навязали этот брак, которого я не хотела! Но надо как-то уживаться, договариваться, хоть я вам и неприятна! Не надо видеть во мне врага! Я не собираюсь лезть в вашу жизнь, - высказывала я мужчине свои обиды.
- Мне понравился замок и природа, окружающая это место! Просто я хочу навести порядок и уют, сколь нам здесь придется обитать какое то время, - продолжала свой диалог я, внимательно глядя на мужчину.
Джеймс долго молчал, смотрел на птиц и волны озера. А потом резко повернулся и ушел в замок.
Я не могла поверить своим глазам! Он просто ушёл! А я осталась одна в заброшенном месте у черта в преисподней! Ей-богу, за какие-то неведомые грехи я оказалась в изгнании!
Постояв ещё пару минут на ветру, я решила пойти на кухню и заварить крепкого чая и подумать, с чего начать изменения в своей жизни и работе поместья.
Графа сегодня я не видела до самого ужина. Чему была искренне рада!
С помощью Иннис и Бетси я сварила овощное рагу, пожарила крупные куски свинины на вертеле, предварительно приправив мясо. С остатка прошлогодних яблок, сливок и сахара приготовила фруктовый мусс. Спечь свой вкусный десерт на огне я не решилась. Но со временем я попробую свой рецепт бисквита!
Я послала садовника в деревню с вестью, что в замок требуется прислуга. Надеюсь, в ближайшее время у нас появится опытная кухарка. Пока кухня без хозяйки, я готова стряпать на всех. Но голодать я не хочу и не буду!
Бетси потихоньку прибралась в наших комнатах и разложила вещи, наконец-то доставленные с поезда.
Ужин накрыли в столовой. Я велела Маклину поставить вазу с первыми садовыми цветами. Аромат от приготовленных мною блюд разлетелся по коридорам и залам поместья, нежно щекоча ноздри и лаская душу.
Иннис, её брат и Бетси оценили еду. Старики были очень мне благодарны, что я накормила их вкусной, сытной и горячей пищей. Они давно такую не ели, со слезами на морщинистых лицах произнесли работники. Я отпустила их отдыхать, заслужили!
Джеймс явился к ужину с опозданием и сильно пьяным. Поковыряв в тарелке и пожевав три увесистых куска сочного мяса, мужчина сообщил, что ужин нормальный, сойдёт! Мусс супруг потыкал пальцем, лизнул верхушку пирамидки и ударил десерт ложкой. Нежнейший крем разлетелся брызгами по столу и полу. Граф рассмеялся, поклонился, качаясь, и стал подниматься в свою спальню по широкой деревянной лестнице.
– Вики… - еле слышно прошептал супруг.
Я повернулась, чтобы услышать продолжение фразы. Но Джеймс махнул рукой и скрылся в коридоре второго этажа.
Я ела сладкий мусс вперемешку с солёными слезами.
«Нахал! Наглец! Деспот! Хоть бы ради приличия вёл себя по-джентльменски», - доедая десерт, вздыхала я.
«Вики, не скандаль и не устраивай истерик. Ты старалась на кухне, поэтому отдохни и насладись пищей и своим мастерством. Ко времени миссис Фултон обучила тебя стряпне! А муж пусть ходит голодный», - думала я, собирая посуду на поднос.
С Бетси мы быстро перемыли посуду и пошли отдыхать. Сытый и выгуленный на шотландских просторах пёс сегодня ушёл спать с камеристкой.
«Что за день, все меня покинули!» - размышляла я, расчёсывая волосы.
Посреди ночи меня разбудил шум из соседней спальни, где обитал Джеймс. Натянув пеньюар на ночную рубашку, я выскользнула босиком посмотреть, в чем дело. Я страшилась, что нетрезвый супруг уронит зажжённую свечу и случится пожар.
В темном коридоре было безмолвно, обитатели замка спали. Я прислушалась у двери графа и тихонько открыла дверь в комнату. Тускло горел фонарь. У расстеленной кровати валялись бутылки из-под виски.
«Неужели мой муженёк весь погреб опустошил?» - подумала я, заглядывая в комнату.
Джеймс распластался на кровати в одежде и храпел. Мужчина спал с открытым ртом. Галстук, развязанный на шее, кончиком попадал в рот. От громких рулад шелковый платок то поднимался, то опускался в горло милорда.
Чтобы граф не задохнулся и не оставил меня без средств существования в этой дыре, я попыталась стянуть галстук-бабочку. Но шелковая повязка спуталась в волосах, и выдернуть одним движением её не получалось.
Ничего лучше не придумав, я залезла на кровать Джеймса и принялась раздевать супруга. На мои движения мужчина не реагировал. Тело было большое и тяжёлое. Всё, что у меня получилось, так это расстегнуть рубашку и брюки.
«Господи, Вики! Что ты творишь?! Бросай всё как есть и беги к себе в комнату! Не трогай этого нахала и разгильдяя», - умоляла саму себя я.
«Черт, галстук запутался и не снимается», - ворчала я, копошась в волосах мужчины.
Неожиданно граф открыл глаза, и наши взгляды встретились. Я покраснела, как утренняя заря. Под пристальным взором мужа залепетала какую-то несуразицу.
Джеймс из-под одеяла достал бутылку виски, сделал несколько глотков. Я пыталась вылезти с высокой кровати. Но быстро не получалось, так как я запуталась в полах пеньюара, сорочки и одеяла.
Муж подмял мое крупное тело и поцеловал в губы. Я отпихивала супруга, брыкалась, кряхтела и пищала. Лепетала о том, чтобы он прекратил свои действия, разделся и лёг спать. Но милорд не слышал меня. Его руки шарили по телу через одежду, поцелуи спускались ниже.
Когда я собиралась закричать, муж закрыл мой рот своей лапищей. Мне осталось только извиваться на постели, пытаясь вырваться. Но пара сильных движений, и случилось то, о чем читают юные барышни в любовных романах, прячась от родителей и гувернанток.
После физической близости, которую я не желала, а если и хотела, то не в такой ситуации, супруг уснул на мне. В буквальном смысле! Мерзавец положил свою голову мне на грудь, сильные руки сжали мои бока, и негодяй захрапел!
Только под утро я смогла вылезти из-под мерзавца и закрыться в своей комнате. Я злилась, плакала. Потом легла в постель и зубами разорвала наволочку, проклиная сукиного сына! Уснула с мокрыми от слез щеками, на которые налипли перья от подушки.
Пришедшая будить меня утром верная Бетси испуганно вскрикнула, увидев меня в пухе от разорванной подушки. Девушка успокаивала, думая, что я расстроена из-за разлуки по дому и близкими.
Идти в столовую не было сил и желания. Как теперь смотреть в глаза графа? Мне казалось, что я постоянно красная, как малина.
«А если подумать: что, собственно, случилось? Произошло то, что обычно и происходит в спальнях у супругов. К моему сожалению, не так, как я мечтала», - грустно размышляла я, спускаясь на кухню, чтобы приготовить завтрак.
Огонь уже развели, в котле кипела вода. Я заварила свежего чая, сварила овсяной каши на молоке, поджарила тосты. Поставила на поднос горячую пищу, джемы, сливочное масло. Осторожно понесла в столовую. Скоро должен спуститься супруг. Иннис следом несла горячий чайник.
Я уселась за стол и принялась завтракать. Бетси и старики ушли на кухню поглощать утреннюю еду. Граф так и не появился.
Уже на кухне, когда я принялась за приготовление обеда, Маклин сообщил новость. Джеймс уехал из поместья, как только рассвело. В кабинете Его Сиятельство оставил деньги мне на содержание и для обустройства дома. Никакого письма или записки милорд не оставил. Когда и если вернётся, неизвестно.
«Трус! Мерзавец! Скотина! Даже не хватило чести и достоинства объясниться! Ненавижу!» - проклинала я нелюбимого супруга.
Когда немного успокоилась, то подумала, что я, в общем-то, и хотела вести спокойную жизнь, заниматься цветами, выпечкой. Это можно делать и в Шотландии. Только статус мой изменился – теперь я замужняя дама. Но это мне и не мешает.
Денег граф оставил достаточно, чтобы обустроить наш с прислугой быт. Так что я не пропаду, Джеймс Грэм! Наведу порядок в замке и приглашу брата, бабушку, миссис Фултон в гости.
Первым делом я нашла отличную кухарку, миссис Агату Маккейн. Через неделю нам установили чугунную печь с духовым шкафом, как в поместье Калвертов и у моей учительницы Джейн Фултон. В это замечательное устройство был выставлен чан для горячей воды, так необходимой на кухне. Теперь я могла выпекать любимые десерты и выдумывать новые рецепты!
О Джеймсе Грэме ни слуху ни духу за всё это время. Зато я получила первое письмо от младшего брата Уильяма. До них ещё не дошли слухи, что граф бросил и сбежал в неизвестном для меня направлении. Мальчишка скучал. В доме усиленно готовились к свадьбе Маргарет. Мать с сестрой не обращали внимания на парня, а папенька, как всегда, заперся от суматохи в кабинете.
Я пригласила младшего брата к себе в замок после свадьбы сестры, на которой не появлюсь. Попросила парня собирать светские сплетни на торжестве. Ещё попробовать уговорить и бабушку приехать в «Остров Лахлама». Соврала, что супруг в это время будет в отъезде по делам. Но если граф и вернётся, то пусть знакомится с моими родными. Не сидеть же мне в заточении всю жизнь, правда?
Ещё я хотела выезжать в город и соседние деревеньки, но боялась, как меня примет общество. Джеймс не успел приобщить меня к жизни Эдинбурга. А с братом и бабушкой легче будет влиться в ряды горожан, особенно если прикрыться знакомством с городом.
Чтобы успеть к приему дорогих гостей, я наняла двух девушек, Лорну и Айлин, горничными, одного молодого крепкого парня по имени Пол в лакеи. Теперь наша конюшня под присмотром у ответственного и крепкого мужчины средних лет, Гэвина Эллиота, любящего лошадей и работу. Работник был за конюха и кучера.
Я очень переживала за стариков – дворецкого Химиша Маклина, 87 лет, и его сестру Иннис Огилви, 90 лет. Они были бездетными и остались одни друг у друга. Родственники всю жизнь прослужили в замке, начинали ещё при деде моего мужа. Сил у верных работников уже не хватало не то что целый день ходить по этажам, поднимаясь по лестнице, и заниматься обязанностями, а даже простые движения вызывали у них трудности.
Поэтому мы с Бетси решили взять на службу новых людей на должность дворецкого и экономки. А первое время старые работники будут на подхвате, научат, подскажут и передадут свой опыт молодым.
Из Эдинбурга приехала миловидная скромная женщина сорока пяти лет, более двадцати пяти лет проработавшая горничной в герцогском доме. Рекомендации у Элспет Мактавиш были превосходные, и я, не задумываясь, взяла ее экономкой.
Наша новая работница была вдова, а единственный сын жил и работал в Англии. Следовательно, Элспет могла посвятить себя безвылазной работе в поместье.
Иннис была благодарна, что я освободила их с братом от тяжёлой работы и позволила жить в комнатах для прислуги. От коттеджа, стоящего на территории замка, старушка отказалась.
Новая работница Элспет быстро вошла в работу и навела порядок в замке. Женщина проверяла бухгалтерские книги, следила за выполнением обязанностей горничных и кухарки, оплачивала их труд, закупала продукты и товары, вела записи о приходах и расходах, заведовала ключами от кладовых. Справлялась миссис Мактавиш на отлично, чему я была очень рада.
Высокий почтенный господин лет пятидесяти с военной выправкой, отличными манерами и безупречной репутацией прибыл из соседнего городка на должность дворецкого. Звали мужчину Калум Донован. Он проработал домоправителем у старой и одинокой леди Кавендиш почти тридцать лет. После смерти герцогини ему пришлось искать новое место.
В поместье мистер Донован следил за слугами мужского пола, заведовал винным погребом, прислуживал в гостиной, в столовой за обедом и ужином, подавал напитки. А главное, служил показателем степенности и статустности нашего малочисленного семейства.
Мне пришелся по душе седовласый джентльмен с приятным голосом и умным взглядом. Я перестала бояться находиться в этом забытом и пыльном замке одна.
С новыми слугами мы быстро наведём порядок в замке, выметем сор, пыль и грусть из поместья, а на их место впустим чистоту, свет, уют и надежду! Мы готовы к жизни в старом поместье и приему гостей!
Месяц моего вынужденного одиночества на острове в Шотландии прошёл познавательно и продуктивно. Я примирилась со своей участью и даже начала получать удовольствие.
Мой четвероногий друг стал пасти овец! Ему так понравилось это занятие, что я с трудом загоняю пса домой. Золотце забывает, что он мой компаньон, когда замечает стадо наших овец. У него просыпается пастуший инстинкт, и пёс считывает поведение животных и не даёт убежать отаре. Стремительно и энергично собака перелетает почти любое препятствие и приводит отставшую или сбежавшую особь в поголовье. Об умении и любви моего питомца следить за стадом или группой лиц я знала, но воочию убедилась только на острове.
Пастухом в нашем замке служит шестидесятилетний однорукий мужчина по фамилии Рамзи. С самого утра и до самой ночи мистер Алан зорко следит за нашей скотиной.
В один из первых дней моего обживания на новом месте я с псом вышла прогуляться по территории поместья. В скотном дворе пастух пытался починить трухлявую дверцу загона одной рукой. Увидев мою персону, мужчина отложил работу и повернулся поприветствовать и поклониться. Пока мы беседовали, наше малочисленное стадо овец улизнуло из открытого стойла, прихватив одну молодую розовую свинью. Животные разделились на группы и разбежались по сторонам.
Я ахнула, мистер Рамзи негромко ругнулся. А мой верный друг молниеносно бросился за скотом и несколькими быстрыми и уверенными забегами привёл скотину обратно. Пёс немного побегал за визжащей свиньёй наперегонки, но мой мальчик справился на отлично и вернул беглянку обратно!
С тех пор я отпускаю Золотце на помощь пастуху, если он решит пасти скот на дальних пастбищах. Забор, кстати, починил на все руки мастер конюх Джон Эллиот.
Одиночество, прогулки по чудесным аллеям парка и сада, прекрасный пейзаж за окном, знакомство с новыми людьми и постоянные письма от родных и друзей радовали меня день ото дня.
Уилл подтвердил свой и бабушкин приезд в Шотландию. Я была счастлива от таких новостей, поэтому усилила борьбу с пылью, затхлостью и унынием.
Я с Бетси выбрала несколько комнат, в которых расположатся мои гости. Мы перебрали старые и ненужные вещи, просушили матрасы и перестирали постельное белье. На ярмарке в ближайшей деревеньке мы с камеристкой купили приятные взгляду безделушки: статуэтки, ажурные салфетки, вазы. А ещё приобрели нежной материи с цветочным рисунком и решили её пустить на шторы. Будет ярко, свежо и красиво!
Чтобы избежать скуки, чувственных терзаний и самоедства по поводу Джеймса, Эвелин и Маргарет, мне в радость было помогать в работе нашим горничным, экономке и камеристке.
Через месяц после побега моего мужа я получила от него письмо.
- Дорогая… - начал говорить граф.
- Меня зовут Виктория, можно Вики! – недовольно буркнула я.
- Мне не нравится это ваше «дорогая»! – злилась я.
- Дорогая… Виктория! Вы теперь здесь хозяйка! Можете распоряжаться и делать всё, что вам заблагорассудится! Финансы пусть вас не беспокоят! – зло ответил супруг и, кивнув, последовал прочь от меня.
- Джеймс, вы не можете просто так уйти! – начинала закипать я от гнева и недосказанности. Бросилась догонять мужчину.
- Милорд, меня обманули и навязали этот брак, которого я не хотела! Но надо как-то уживаться, договариваться, хоть я вам и неприятна! Не надо видеть во мне врага! Я не собираюсь лезть в вашу жизнь, - высказывала я мужчине свои обиды.
- Мне понравился замок и природа, окружающая это место! Просто я хочу навести порядок и уют, сколь нам здесь придется обитать какое то время, - продолжала свой диалог я, внимательно глядя на мужчину.
Джеймс долго молчал, смотрел на птиц и волны озера. А потом резко повернулся и ушел в замок.
Я не могла поверить своим глазам! Он просто ушёл! А я осталась одна в заброшенном месте у черта в преисподней! Ей-богу, за какие-то неведомые грехи я оказалась в изгнании!
Постояв ещё пару минут на ветру, я решила пойти на кухню и заварить крепкого чая и подумать, с чего начать изменения в своей жизни и работе поместья.
Глава 9.
Графа сегодня я не видела до самого ужина. Чему была искренне рада!
С помощью Иннис и Бетси я сварила овощное рагу, пожарила крупные куски свинины на вертеле, предварительно приправив мясо. С остатка прошлогодних яблок, сливок и сахара приготовила фруктовый мусс. Спечь свой вкусный десерт на огне я не решилась. Но со временем я попробую свой рецепт бисквита!
Я послала садовника в деревню с вестью, что в замок требуется прислуга. Надеюсь, в ближайшее время у нас появится опытная кухарка. Пока кухня без хозяйки, я готова стряпать на всех. Но голодать я не хочу и не буду!
Бетси потихоньку прибралась в наших комнатах и разложила вещи, наконец-то доставленные с поезда.
Ужин накрыли в столовой. Я велела Маклину поставить вазу с первыми садовыми цветами. Аромат от приготовленных мною блюд разлетелся по коридорам и залам поместья, нежно щекоча ноздри и лаская душу.
Иннис, её брат и Бетси оценили еду. Старики были очень мне благодарны, что я накормила их вкусной, сытной и горячей пищей. Они давно такую не ели, со слезами на морщинистых лицах произнесли работники. Я отпустила их отдыхать, заслужили!
Джеймс явился к ужину с опозданием и сильно пьяным. Поковыряв в тарелке и пожевав три увесистых куска сочного мяса, мужчина сообщил, что ужин нормальный, сойдёт! Мусс супруг потыкал пальцем, лизнул верхушку пирамидки и ударил десерт ложкой. Нежнейший крем разлетелся брызгами по столу и полу. Граф рассмеялся, поклонился, качаясь, и стал подниматься в свою спальню по широкой деревянной лестнице.
– Вики… - еле слышно прошептал супруг.
Я повернулась, чтобы услышать продолжение фразы. Но Джеймс махнул рукой и скрылся в коридоре второго этажа.
Я ела сладкий мусс вперемешку с солёными слезами.
«Нахал! Наглец! Деспот! Хоть бы ради приличия вёл себя по-джентльменски», - доедая десерт, вздыхала я.
«Вики, не скандаль и не устраивай истерик. Ты старалась на кухне, поэтому отдохни и насладись пищей и своим мастерством. Ко времени миссис Фултон обучила тебя стряпне! А муж пусть ходит голодный», - думала я, собирая посуду на поднос.
С Бетси мы быстро перемыли посуду и пошли отдыхать. Сытый и выгуленный на шотландских просторах пёс сегодня ушёл спать с камеристкой.
«Что за день, все меня покинули!» - размышляла я, расчёсывая волосы.
Посреди ночи меня разбудил шум из соседней спальни, где обитал Джеймс. Натянув пеньюар на ночную рубашку, я выскользнула босиком посмотреть, в чем дело. Я страшилась, что нетрезвый супруг уронит зажжённую свечу и случится пожар.
В темном коридоре было безмолвно, обитатели замка спали. Я прислушалась у двери графа и тихонько открыла дверь в комнату. Тускло горел фонарь. У расстеленной кровати валялись бутылки из-под виски.
«Неужели мой муженёк весь погреб опустошил?» - подумала я, заглядывая в комнату.
Джеймс распластался на кровати в одежде и храпел. Мужчина спал с открытым ртом. Галстук, развязанный на шее, кончиком попадал в рот. От громких рулад шелковый платок то поднимался, то опускался в горло милорда.
Чтобы граф не задохнулся и не оставил меня без средств существования в этой дыре, я попыталась стянуть галстук-бабочку. Но шелковая повязка спуталась в волосах, и выдернуть одним движением её не получалось.
Ничего лучше не придумав, я залезла на кровать Джеймса и принялась раздевать супруга. На мои движения мужчина не реагировал. Тело было большое и тяжёлое. Всё, что у меня получилось, так это расстегнуть рубашку и брюки.
«Господи, Вики! Что ты творишь?! Бросай всё как есть и беги к себе в комнату! Не трогай этого нахала и разгильдяя», - умоляла саму себя я.
«Черт, галстук запутался и не снимается», - ворчала я, копошась в волосах мужчины.
Неожиданно граф открыл глаза, и наши взгляды встретились. Я покраснела, как утренняя заря. Под пристальным взором мужа залепетала какую-то несуразицу.
Джеймс из-под одеяла достал бутылку виски, сделал несколько глотков. Я пыталась вылезти с высокой кровати. Но быстро не получалось, так как я запуталась в полах пеньюара, сорочки и одеяла.
Муж подмял мое крупное тело и поцеловал в губы. Я отпихивала супруга, брыкалась, кряхтела и пищала. Лепетала о том, чтобы он прекратил свои действия, разделся и лёг спать. Но милорд не слышал меня. Его руки шарили по телу через одежду, поцелуи спускались ниже.
Когда я собиралась закричать, муж закрыл мой рот своей лапищей. Мне осталось только извиваться на постели, пытаясь вырваться. Но пара сильных движений, и случилось то, о чем читают юные барышни в любовных романах, прячась от родителей и гувернанток.
После физической близости, которую я не желала, а если и хотела, то не в такой ситуации, супруг уснул на мне. В буквальном смысле! Мерзавец положил свою голову мне на грудь, сильные руки сжали мои бока, и негодяй захрапел!
Только под утро я смогла вылезти из-под мерзавца и закрыться в своей комнате. Я злилась, плакала. Потом легла в постель и зубами разорвала наволочку, проклиная сукиного сына! Уснула с мокрыми от слез щеками, на которые налипли перья от подушки.
Глава 10.
Пришедшая будить меня утром верная Бетси испуганно вскрикнула, увидев меня в пухе от разорванной подушки. Девушка успокаивала, думая, что я расстроена из-за разлуки по дому и близкими.
Идти в столовую не было сил и желания. Как теперь смотреть в глаза графа? Мне казалось, что я постоянно красная, как малина.
«А если подумать: что, собственно, случилось? Произошло то, что обычно и происходит в спальнях у супругов. К моему сожалению, не так, как я мечтала», - грустно размышляла я, спускаясь на кухню, чтобы приготовить завтрак.
Огонь уже развели, в котле кипела вода. Я заварила свежего чая, сварила овсяной каши на молоке, поджарила тосты. Поставила на поднос горячую пищу, джемы, сливочное масло. Осторожно понесла в столовую. Скоро должен спуститься супруг. Иннис следом несла горячий чайник.
Я уселась за стол и принялась завтракать. Бетси и старики ушли на кухню поглощать утреннюю еду. Граф так и не появился.
Уже на кухне, когда я принялась за приготовление обеда, Маклин сообщил новость. Джеймс уехал из поместья, как только рассвело. В кабинете Его Сиятельство оставил деньги мне на содержание и для обустройства дома. Никакого письма или записки милорд не оставил. Когда и если вернётся, неизвестно.
«Трус! Мерзавец! Скотина! Даже не хватило чести и достоинства объясниться! Ненавижу!» - проклинала я нелюбимого супруга.
Когда немного успокоилась, то подумала, что я, в общем-то, и хотела вести спокойную жизнь, заниматься цветами, выпечкой. Это можно делать и в Шотландии. Только статус мой изменился – теперь я замужняя дама. Но это мне и не мешает.
Денег граф оставил достаточно, чтобы обустроить наш с прислугой быт. Так что я не пропаду, Джеймс Грэм! Наведу порядок в замке и приглашу брата, бабушку, миссис Фултон в гости.
Первым делом я нашла отличную кухарку, миссис Агату Маккейн. Через неделю нам установили чугунную печь с духовым шкафом, как в поместье Калвертов и у моей учительницы Джейн Фултон. В это замечательное устройство был выставлен чан для горячей воды, так необходимой на кухне. Теперь я могла выпекать любимые десерты и выдумывать новые рецепты!
О Джеймсе Грэме ни слуху ни духу за всё это время. Зато я получила первое письмо от младшего брата Уильяма. До них ещё не дошли слухи, что граф бросил и сбежал в неизвестном для меня направлении. Мальчишка скучал. В доме усиленно готовились к свадьбе Маргарет. Мать с сестрой не обращали внимания на парня, а папенька, как всегда, заперся от суматохи в кабинете.
Я пригласила младшего брата к себе в замок после свадьбы сестры, на которой не появлюсь. Попросила парня собирать светские сплетни на торжестве. Ещё попробовать уговорить и бабушку приехать в «Остров Лахлама». Соврала, что супруг в это время будет в отъезде по делам. Но если граф и вернётся, то пусть знакомится с моими родными. Не сидеть же мне в заточении всю жизнь, правда?
Ещё я хотела выезжать в город и соседние деревеньки, но боялась, как меня примет общество. Джеймс не успел приобщить меня к жизни Эдинбурга. А с братом и бабушкой легче будет влиться в ряды горожан, особенно если прикрыться знакомством с городом.
Чтобы успеть к приему дорогих гостей, я наняла двух девушек, Лорну и Айлин, горничными, одного молодого крепкого парня по имени Пол в лакеи. Теперь наша конюшня под присмотром у ответственного и крепкого мужчины средних лет, Гэвина Эллиота, любящего лошадей и работу. Работник был за конюха и кучера.
Я очень переживала за стариков – дворецкого Химиша Маклина, 87 лет, и его сестру Иннис Огилви, 90 лет. Они были бездетными и остались одни друг у друга. Родственники всю жизнь прослужили в замке, начинали ещё при деде моего мужа. Сил у верных работников уже не хватало не то что целый день ходить по этажам, поднимаясь по лестнице, и заниматься обязанностями, а даже простые движения вызывали у них трудности.
Поэтому мы с Бетси решили взять на службу новых людей на должность дворецкого и экономки. А первое время старые работники будут на подхвате, научат, подскажут и передадут свой опыт молодым.
Из Эдинбурга приехала миловидная скромная женщина сорока пяти лет, более двадцати пяти лет проработавшая горничной в герцогском доме. Рекомендации у Элспет Мактавиш были превосходные, и я, не задумываясь, взяла ее экономкой.
Наша новая работница была вдова, а единственный сын жил и работал в Англии. Следовательно, Элспет могла посвятить себя безвылазной работе в поместье.
Иннис была благодарна, что я освободила их с братом от тяжёлой работы и позволила жить в комнатах для прислуги. От коттеджа, стоящего на территории замка, старушка отказалась.
Новая работница Элспет быстро вошла в работу и навела порядок в замке. Женщина проверяла бухгалтерские книги, следила за выполнением обязанностей горничных и кухарки, оплачивала их труд, закупала продукты и товары, вела записи о приходах и расходах, заведовала ключами от кладовых. Справлялась миссис Мактавиш на отлично, чему я была очень рада.
Высокий почтенный господин лет пятидесяти с военной выправкой, отличными манерами и безупречной репутацией прибыл из соседнего городка на должность дворецкого. Звали мужчину Калум Донован. Он проработал домоправителем у старой и одинокой леди Кавендиш почти тридцать лет. После смерти герцогини ему пришлось искать новое место.
В поместье мистер Донован следил за слугами мужского пола, заведовал винным погребом, прислуживал в гостиной, в столовой за обедом и ужином, подавал напитки. А главное, служил показателем степенности и статустности нашего малочисленного семейства.
Мне пришелся по душе седовласый джентльмен с приятным голосом и умным взглядом. Я перестала бояться находиться в этом забытом и пыльном замке одна.
С новыми слугами мы быстро наведём порядок в замке, выметем сор, пыль и грусть из поместья, а на их место впустим чистоту, свет, уют и надежду! Мы готовы к жизни в старом поместье и приему гостей!
Глава 11.
Месяц моего вынужденного одиночества на острове в Шотландии прошёл познавательно и продуктивно. Я примирилась со своей участью и даже начала получать удовольствие.
Мой четвероногий друг стал пасти овец! Ему так понравилось это занятие, что я с трудом загоняю пса домой. Золотце забывает, что он мой компаньон, когда замечает стадо наших овец. У него просыпается пастуший инстинкт, и пёс считывает поведение животных и не даёт убежать отаре. Стремительно и энергично собака перелетает почти любое препятствие и приводит отставшую или сбежавшую особь в поголовье. Об умении и любви моего питомца следить за стадом или группой лиц я знала, но воочию убедилась только на острове.
Пастухом в нашем замке служит шестидесятилетний однорукий мужчина по фамилии Рамзи. С самого утра и до самой ночи мистер Алан зорко следит за нашей скотиной.
В один из первых дней моего обживания на новом месте я с псом вышла прогуляться по территории поместья. В скотном дворе пастух пытался починить трухлявую дверцу загона одной рукой. Увидев мою персону, мужчина отложил работу и повернулся поприветствовать и поклониться. Пока мы беседовали, наше малочисленное стадо овец улизнуло из открытого стойла, прихватив одну молодую розовую свинью. Животные разделились на группы и разбежались по сторонам.
Я ахнула, мистер Рамзи негромко ругнулся. А мой верный друг молниеносно бросился за скотом и несколькими быстрыми и уверенными забегами привёл скотину обратно. Пёс немного побегал за визжащей свиньёй наперегонки, но мой мальчик справился на отлично и вернул беглянку обратно!
С тех пор я отпускаю Золотце на помощь пастуху, если он решит пасти скот на дальних пастбищах. Забор, кстати, починил на все руки мастер конюх Джон Эллиот.
Одиночество, прогулки по чудесным аллеям парка и сада, прекрасный пейзаж за окном, знакомство с новыми людьми и постоянные письма от родных и друзей радовали меня день ото дня.
Уилл подтвердил свой и бабушкин приезд в Шотландию. Я была счастлива от таких новостей, поэтому усилила борьбу с пылью, затхлостью и унынием.
Я с Бетси выбрала несколько комнат, в которых расположатся мои гости. Мы перебрали старые и ненужные вещи, просушили матрасы и перестирали постельное белье. На ярмарке в ближайшей деревеньке мы с камеристкой купили приятные взгляду безделушки: статуэтки, ажурные салфетки, вазы. А ещё приобрели нежной материи с цветочным рисунком и решили её пустить на шторы. Будет ярко, свежо и красиво!
Чтобы избежать скуки, чувственных терзаний и самоедства по поводу Джеймса, Эвелин и Маргарет, мне в радость было помогать в работе нашим горничным, экономке и камеристке.
Через месяц после побега моего мужа я получила от него письмо.
