– Да это светожуки, не стоит их бояться.
– Да ну! Они не похожи на дружелюбных.
– Они тебя не тронут. Зато свет есть, как ты просила, – сказал старец, просматривая блестящую подвеску на свет.
– Значит, на острове живут боги?
– Да.
– Локи. Кто ещё?
– Их много. Но только Локи существует сам по себе. Остальных могут вызывать только маги.
– Как от него спрятаться? Скажите.
Таркусы переглянулись, огромные глаза блеснули в полумраке. Самый старший, с морщинистой желейной кожей, хрипло засмеялся:
– От Локи никто не прячется. Он сам решает, кого видеть, а кого забыть.
Другой добавил, шепеляво вытягивая слова:
– Но-о-о… есть места, где даже его взор тускнеет. Там, где нет зеркал и отражений. Там, где тьма древнее его хитростей.
– Или если закрыться не телом, а именем, – вмешалась женщина таркус. – Локи любит имена. Если у него твоё имя – он найдёт. Если потеряет – будет искать вечно.
Они захихикали вразнобой, каждый перебивая другого:
– Можно откупиться…
– Можно запутать след…
– Можно отдать чужое имя вместо своего…
Слова сливались в липкий хор, но Дора вдруг поняла: за всей болтовнёй скрывается правда. Локи нельзя обмануть силой, но можно – хитростью, так же, как он сам.
Солнце стояло в зените, раскаляя лесные поляны и заставляя листья мерцать золотом. Ветер еле шевелил ветки, в воздухе витал запах смолы и трав. Птичьи трели как будто пытались заглушить гул тревоги, не покидающий обеспокоенные сердца. Каждый шаг по мягкой земле отдавался в мозгу Руоса: время беспощадно. До заката оставались часы, а Дору нужно было доставить к королю прежде, чем враги нанесут удар. Если они опоздают, то головы им спалят без колебаний.
В душе Руоса кипела ярость. Локи успел влезть в его кожу и увёл Дору.
– Локи мог запутать следы, – сказал он хмурясь.
Флинт зарычал.
– Ты чувствуешь злость. А след – это моя работа. Мы ищем не Локи, а Дору. – Пёс ткнул носом в траву. – Здесь проходили двое. Одна походка лёгкая, осторожная… девушка. Вторая – наглая. – Флинт поднял голову, его глаза встретились с круглыми глазищами Торнадо. – Ты!
– Я пытался сказать, что здесь мы с Дорой проходили вместе. Так что ищи лучше.
– Не заткнёшься, котяра лохматая, разорву на части.
Фелтис присела между ними и нежно сказала:
– Торнадо, иди впереди с Ггероем. А мы с Флинтом сзади будем.
– Хм. – Кот важно поднял хвост и неуклюжей походкой пошёл, куда было велено.
Подлетел Грэм.
– Там, впереди, поле с мурриканами. Мы думаем, что она ходила по нему. Есть примятая трава.
– Флинт! – крикнула Фелтис. – К полю с мурриканами!
Примятая трава и чёткий запах постепенно вывел их к харчевне. Руос и Ггерой зашли туда одни. Хозяин харчевни, милый и опрятный эльф, завидев Руоса, воскликнул:
– Вы снова к нам! Как приятно! Ваша дама не стала есть нашу еду, и я обеспокоился: может приготовлено было не вкусно…
Руос и Ггерой переглянулись.
– Дело в том, – начал Ггерой своим низким бархатным голоском, – что девушка потерялась. Мы подумали, что она сюда вернулась.
– Что вы, нет. Она как ушла с вами в сторону рынка, так и не появлялась.
Этого было достаточно.
Однако рынок встретил их не шумом и криками торговцев, а тягучей, густой тишиной. Лавки стояли брошенными: одни – накрытые дорогими полотнищами, другие – пустые, с ободранными досками, словно хозяева уходили или улетали в спешке.
– Что за чёрт… – Руос остановился, нахмурившись. – Здесь с самого утра должно было быть людно. Что случилось?
Фелтис провела ладонью по стойке, на которой остались несколько зернистых ягод.
– Я тоже хотела бы знать. И раз здесь была Дора…
– Случилось? – Торнадо важно выпятил грудь и обвёл пустую площадь взглядом. – Случилось то, что все сбежали. И, заметьте, бросили даже деньги на прилавках. – Он ткнул лапой в медную монету, прилипшую к доске, которую Ггерой поспешил спрятать у себя в кармане.
Флинт принюхивался к земле, крутясь на одном месте:
– Здесь запах Доры. Её запах смешался с дымом и… двухголовыми. Хм… Здесь были дрэмы?
Грэм пискнул и прижался к плечу Ггероя:
– Дрэмы?! Так они, наверное, забрали Дору у Локи. А иначе зачем они явились на рынок и распугали невинный народ? Я даже представляю картину. Маг видит, что Дора, сопровождаемая мнимым Руосом, идёт не в том направлении, сообщает королю. Он же распоряжается забрать хранительницу. Ах! Руос! Если это так, то… тебя ждут большие неприятности.
– Грэм, не нагнетай, – Фелтис оглядывала территорию. – Уверена, что дрэмы просто наводили порядок. Если бы они пришли за Дорой, никто не разбежался бы. Что скажешь, Флинт?
– Запах пропадает здесь. Она дальше не пошла.
– Ну вот! – обрадовался Грэм и гордо взмахнул крылышками. – Её посадили на двухголового и увезли. Поэтому и запаха нет.
Но Флинт не слушал бред мелюзги, он вынюхивал след девушки, топчась на одном месте и не понимая, почему запах обрывается именно здесь. Он обнюхивал настойчиво, рычал, царапал лапой доски, но потом посмотрел на Руоса.
– Здесь она исчезает. Локи не способен на подобные чудеса.
– Это невозможно, – отрезал Руос. – Она не могла исчезнуть. Она даже не маг.
Фелтис опустилась рядом с Флинтом на колени, провела рукой по камням мостовой и нахмурилась.
– Камни странные. Слишком новые. Как будто их кто-то перекладывал.
– Или что-то прикрывал, – мяукнул Торнадо, лениво шевеля хвостом. Его огромные глаза сверкнули. – Пожалуй, я чувствую пустоту под лапами. Эхо.
Грэм и Увэ сорвались с плеч Ггероя.
– Люк. Там люк! – крикнул Грэм.
– Локи увёл её вниз. В логово тех, кто прячется от света, – выдал Увэ.
Они принялись искать заветную дверь в подземелье. И нашли. Флинт обнаружил швы в земле. Дверь однозначно вела вниз, но жители того мира не дураки. Они не оставляют ручек, за которые можно дергать.
– Люк невозможно открыть без магии, – сказала Фелтис.
– А если там Дора? – занервничал Руос. – Мы должны попасть туда.
– Для этого надо найти «ключ», – устало произнёс кот.
И все посмотрели на Флинта.
Коленки Доры горели, когда, наконец, таркусы открыли люк, и она смогла выбраться на свежий воздух.
Сырой ветер коснулся кожи, повеяло влажной землёй и хвойной смолой. Под ногами ещё чувствовалась твёрдая глина, тянувшая холодом из недр, но воздух уже был другим – лёгким, живым, наполненным шёпотом листвы.
Она подняла голову. Перед ней стоял тёмный, густой, как стена, лес. Ветки переплетались так плотно, что казалось, ещё шаг, и их ветви обовьют её и утащат в свои владения. Дора крепко сжала лямку сумки. Деревья были исполинские, их стволы уходили ввысь, теряясь в сизом тумане, а где-то наверху просачивался свет, серебристыми лоскутами ложившийся на землю.
И вдруг взгляд Доры зацепился за нечто невозможное. И если вчера она видела такое чудо издалека, то сейчас оно возвышалось почти над головой. Дора раскрыла рот. Совсем близко, за лесными кронами, распахивалась пропасть, над которой висела громадная тень. Огромный остров, оторванный от земли, парил в воздухе, медленно покачиваясь. Его скалы сверкали влагой, по краям стекали вниз тонкие водопады, исчезающие в бездне, а из почвы торчали толстые корни.
На острове темнела башня и сияли крохотные огоньки, похожие на светляки или звёзды, заблудившиеся среди корней. От самого вида этой висящей твердыни перехватило дыхание. Зрелище было жутким и прекрасным одновременно, как сон на грани кошмара и чудес.
Ещё некоторое время Дора смотрела на парящий остров, пытаясь глазами найти хоть какой-то путь к нему. Она обвела взглядом обрыв, низкие тучи, переливы света на водопадах… но мостов не обнаружила. Ни подвесных канатов, ни каменных арок – ничего.
«Как же туда попасть?» – в груди зародилась острая тревога. Она уже знала, что в этом мире всё устроено не так, как в книгах её мира. Но мосты ведь должны быть! Торнадо был прав, когда говорил, что к Ракель так просто не попасть.
Она повернулась к таркусам, собираясь спросить, как попасть на этот остров. Но за спиной стояла ровная поверхность земли. Тёмный люк, из которого они вывели её наружу, был плотно закрыт и невидим, будто и не существовал вовсе.
Ни шороха, ни шёпота, ни блеска огромных глаз. Её окружали только лес, обрыв и пустота.
Дору охватила досада.
– И что мне теперь делать?
Для начала она решила воспользоваться советом маленьких существ из туннеля. Локи проще всего найти того, чьё настоящее имя звучит или о ком часто думают. Если Дора вслух «снимает» с себя имя и временно навешивает другое, то это собьёт его с верного пути.
– Эй, остров, меня зовут Иоланда! – крикнула она в пустоту, и голос эхом разнёсся по опушке. – Если кто-то ищет Дору, то у меня плохие новости – она осталась в туннелях.
Таркусы обещали, что это создаст магический шум, то есть Локи, ловя её имя, получит в ответ искажение. Он будет искать её там, где её нет. Её также предупредили, что чужое имя нужно держать до конца пути, пока не окажется в безопасности, и нельзя обмолвиться своим настоящим именем, иначе защита рассыплется.
На вопрос, насколько прочна такая защита, таркусы нехотя сказали, что со временем Локи может догадаться, но выигранное время бесценно.
Стоять на одном месте Дора была не намеренна, поэтому пошла вдоль опушки, осторожно отодвигая влажные ветви. Воздух здесь был иным – чувствовался запах сырой земли и какой-то живой тёплой пульсации, как если бы сам лес слушал её шаги.
И вдруг из-за стволов впереди раздалось хрипловатое фырканье. Девушка замерла.
Из тумана вышло существо высокое и гибкое, с мощными ногами и узкой грудью. На первый взгляд – лошадь, но под шкурой играли тугие, чешуйчатые мышцы. Дора уже встречала это существо. Она смотрела, как заворожённая, на святящуюся гриву и на миленькие рожки, напоминающие веточки янтарного цвета. Глаза большие, кошачьи, но тёплые, с золотистыми бликами.
Перед ней стоял муррикан.
– Поразительно! – выдохнула Дора. – А ты тоже говорить умеешь?
Он вскинул голову, настороженно вытянул шею, втягивая воздух. Нет, он не умел разговаривать, но явно заинтересовался Дорой.
Она знала, что бегство или резкий жест заставят животное исчезнуть в одну секунду. Поэтому просто стояла, медленно выдыхая, как делают дети, когда боятся спугнуть бабочку.
– Я не собираюсь навредить тебе. Мне нужно попасть на тот островок, к Ракель.
Муррикан приблизился на шаг, потом ещё на один. Его морда дрогнула от любопытства, но глаза оставались настороженными. Дора опустилась на колени и опёрлась ладонями в землю.
– Не бойся, – прошептала она. – Я тоже ищу путь. Заблудилась, как и ты.
Она протянула руку, но не к нему, а к земле, показав, что не несёт угрозы. Через некоторое время животное подошло ближе, вдохнуло запах её волос, шевельнуло губами у её щеки и тут же отпрянуло.
Так началась их осторожная игра. Дора поднялась на ноги и пошла вперёд, муррикан последовал за ней, держась на расстоянии.
– Если бы я знала, чем ты питаешься… – начала она, но вдруг вспомнила о книге.
Перед тем, как открыть её, она задала мысленный вопрос, и книга почти сразу ответила: МУРРИКАНЫ ПИТАЮТСЯ СУШЕННЫМИ КОРНЯМИ. ЭТО ТВОЙ МУРРИКАН.
– Слышал? – так как читала вслух, а животное стояло неподалёку, смело заметила она. – Ты – мой.
Они прошлись ещё дальше. Дора нашла корень и угостила его. А спустя часы, когда над долиной спускался млечный свет Монд Лана, муррикан подошёл сам и позволил коснуться своей гривы.
В этот самый момент Доре показалось, что из-под её ладони прошла тихая волна тепла. Муррикан принял её. А значит, она больше не одинока.
Муррикан нёс её вверх, в горы. Дора сама не знала, почему доверяет этому животному. Может потому, что книга сказала, что он её муррикан. А может, просто выбора не оставалось. Приближалась ночь. Дора проголодалась и устала. Она всё ещё не попала к Ракель. Её родители до сих пор ломают голову над тем, где же их дочь.
Они поднялись на самую вершину холма, и вдруг Дора увидела мост. Она поражённо смотрела на него и глазам своим не верила. Счастье переполняло до такой степени, что она чуть не задыхаясь крикнула:
– Это же мост! Мост на плавающий остров, да?
Он ответил ей низким мурчанием, в котором слышался ветер и шелест трав. Дора поняла, что он радуется вместе с ней.
– Тогда вперёд!
Муррикан ступил на мост, невидимый снизу, и под его копытами дрогнул воздух. Казалось, он идёт по воде.
Дора затаила дыхание. Над головой сквозь облако проплывал остров, исполинская глыба с мерцающими огоньками по краю. Она успела подумать, что всё идёт как нельзя лучше, как вдруг в воздухе что-то пронеслось со свистом, задело её за волосы, и муррикан взбрыкнул.
– Эй! – Дора вскрикнула, хватаясь за гриву. – Ты чего?!
Она видела, что что-то крошечное мельтешило перед глазами муррикана, но не могла разглядеть. И вдруг…
– Это мы! – прогремел над ухом звонкий голос, и рядом завис крошечный дракончик, весь в огненных искрах. – Не бойся, мы здесь, чтобы спасти тебя, Доррр…
Дора резко зашипела:
– Ш-ш-ш! Не называй моё настоящее имя. Ш-ш-ш… Локи привлечёшь. Зови меня Иоланда.
– Иоланда? Но…
За ним, на гриву муррикана, опустился второй – серебристо-фиолетовый, крылья тонкие, почти прозрачные.
– Грэм у нас вечно болтает невпопад.
– Я? Невпопад? – возмутился Грэм. – Да я, между прочим, навёл на след. – Он подлетел к самому лицу Доры и грозно сощурился. – Как тебе удалось приручить муррикана?
– Чёрт, да кто вы такие?
– Мы – друзья Руоса. Они ищут тебя по всему острову. Зачем сбежала? – ругался Грэм, сложив лапки на груди.
– Мне надо к Ракель. А вы, кстати, задерживаете.
– Нет! Тебе надо к королю!
– Грэм, – тихо перебил Увэ, – может, сбавишь тон?
Тот фыркнул и уселся на гриве животного, всё ещё шевеля крылышками.
– Ладно, ладно. Но если с ней что-нибудь случится, я свалю всё на тебя.
Увэ закатил глаза, затем обратился Доре:
– Руос должен доставить тебя к королю до заката. Потому что после заката солнца ты навсегда останешься хранительницей книги. А пока ещё есть время, тебя можно вернуть домой.
– Что?! – В глазах Доры появился ужас. – Почему мне сразу об этом не сказали? Муррикан? – она мягко похлопала животное по загривку. Тот тихо мурркнул, будто понял её намерение и стал поворачивать назад. – Молодец. Найдём настоящего Руоса и поедем к королю. Я должна успеть. – Она повернулась к фиолетовому Увэ. – Показывайте муррикану дорогу!
– Кто сказал, что она ничего не знает? Глянь, она освоилась на острове быстрее, чем ты после того, как вылез из куриного яйца.
Увэ лишь смерил Грэма усталым взглядом. Этот рыжий никогда не перестанет дразнить его, своего брата.
Сумерки спустились тихо, как дыхание большого зверя. Воздух стал вязким, в нём зажглись первые искорки – то ли светлячки, то ли отблески невидимых глаз. Муррикан шёл мягко, почти бесшумно, под копытами шелестела трава, а от его боков тянуло теплом.
Дора вглядывалась вперёд. Между стволов скользили две крошечные тени. Грэм и Увэ спорили на ходу, кто первый заметит Руоса, но их перебранка звучала приглушённо, почти мирно.
Лес густел. Листья казались чернильными, и лишь где-то далеко между ветвями просвечивала последняя полоска заката.
«Ещё немного, и мне никогда не вернуться домой», – с ужасом подумала Дора.
– Да ну! Они не похожи на дружелюбных.
– Они тебя не тронут. Зато свет есть, как ты просила, – сказал старец, просматривая блестящую подвеску на свет.
– Значит, на острове живут боги?
– Да.
– Локи. Кто ещё?
– Их много. Но только Локи существует сам по себе. Остальных могут вызывать только маги.
– Как от него спрятаться? Скажите.
Таркусы переглянулись, огромные глаза блеснули в полумраке. Самый старший, с морщинистой желейной кожей, хрипло засмеялся:
– От Локи никто не прячется. Он сам решает, кого видеть, а кого забыть.
Другой добавил, шепеляво вытягивая слова:
– Но-о-о… есть места, где даже его взор тускнеет. Там, где нет зеркал и отражений. Там, где тьма древнее его хитростей.
– Или если закрыться не телом, а именем, – вмешалась женщина таркус. – Локи любит имена. Если у него твоё имя – он найдёт. Если потеряет – будет искать вечно.
Они захихикали вразнобой, каждый перебивая другого:
– Можно откупиться…
– Можно запутать след…
– Можно отдать чужое имя вместо своего…
Слова сливались в липкий хор, но Дора вдруг поняла: за всей болтовнёй скрывается правда. Локи нельзя обмануть силой, но можно – хитростью, так же, как он сам.
ГЛАВА 18
Солнце стояло в зените, раскаляя лесные поляны и заставляя листья мерцать золотом. Ветер еле шевелил ветки, в воздухе витал запах смолы и трав. Птичьи трели как будто пытались заглушить гул тревоги, не покидающий обеспокоенные сердца. Каждый шаг по мягкой земле отдавался в мозгу Руоса: время беспощадно. До заката оставались часы, а Дору нужно было доставить к королю прежде, чем враги нанесут удар. Если они опоздают, то головы им спалят без колебаний.
В душе Руоса кипела ярость. Локи успел влезть в его кожу и увёл Дору.
– Локи мог запутать следы, – сказал он хмурясь.
Флинт зарычал.
– Ты чувствуешь злость. А след – это моя работа. Мы ищем не Локи, а Дору. – Пёс ткнул носом в траву. – Здесь проходили двое. Одна походка лёгкая, осторожная… девушка. Вторая – наглая. – Флинт поднял голову, его глаза встретились с круглыми глазищами Торнадо. – Ты!
– Я пытался сказать, что здесь мы с Дорой проходили вместе. Так что ищи лучше.
– Не заткнёшься, котяра лохматая, разорву на части.
Фелтис присела между ними и нежно сказала:
– Торнадо, иди впереди с Ггероем. А мы с Флинтом сзади будем.
– Хм. – Кот важно поднял хвост и неуклюжей походкой пошёл, куда было велено.
Подлетел Грэм.
– Там, впереди, поле с мурриканами. Мы думаем, что она ходила по нему. Есть примятая трава.
– Флинт! – крикнула Фелтис. – К полю с мурриканами!
Примятая трава и чёткий запах постепенно вывел их к харчевне. Руос и Ггерой зашли туда одни. Хозяин харчевни, милый и опрятный эльф, завидев Руоса, воскликнул:
– Вы снова к нам! Как приятно! Ваша дама не стала есть нашу еду, и я обеспокоился: может приготовлено было не вкусно…
Руос и Ггерой переглянулись.
– Дело в том, – начал Ггерой своим низким бархатным голоском, – что девушка потерялась. Мы подумали, что она сюда вернулась.
– Что вы, нет. Она как ушла с вами в сторону рынка, так и не появлялась.
Этого было достаточно.
Однако рынок встретил их не шумом и криками торговцев, а тягучей, густой тишиной. Лавки стояли брошенными: одни – накрытые дорогими полотнищами, другие – пустые, с ободранными досками, словно хозяева уходили или улетали в спешке.
– Что за чёрт… – Руос остановился, нахмурившись. – Здесь с самого утра должно было быть людно. Что случилось?
Фелтис провела ладонью по стойке, на которой остались несколько зернистых ягод.
– Я тоже хотела бы знать. И раз здесь была Дора…
– Случилось? – Торнадо важно выпятил грудь и обвёл пустую площадь взглядом. – Случилось то, что все сбежали. И, заметьте, бросили даже деньги на прилавках. – Он ткнул лапой в медную монету, прилипшую к доске, которую Ггерой поспешил спрятать у себя в кармане.
Флинт принюхивался к земле, крутясь на одном месте:
– Здесь запах Доры. Её запах смешался с дымом и… двухголовыми. Хм… Здесь были дрэмы?
Грэм пискнул и прижался к плечу Ггероя:
– Дрэмы?! Так они, наверное, забрали Дору у Локи. А иначе зачем они явились на рынок и распугали невинный народ? Я даже представляю картину. Маг видит, что Дора, сопровождаемая мнимым Руосом, идёт не в том направлении, сообщает королю. Он же распоряжается забрать хранительницу. Ах! Руос! Если это так, то… тебя ждут большие неприятности.
– Грэм, не нагнетай, – Фелтис оглядывала территорию. – Уверена, что дрэмы просто наводили порядок. Если бы они пришли за Дорой, никто не разбежался бы. Что скажешь, Флинт?
– Запах пропадает здесь. Она дальше не пошла.
– Ну вот! – обрадовался Грэм и гордо взмахнул крылышками. – Её посадили на двухголового и увезли. Поэтому и запаха нет.
Но Флинт не слушал бред мелюзги, он вынюхивал след девушки, топчась на одном месте и не понимая, почему запах обрывается именно здесь. Он обнюхивал настойчиво, рычал, царапал лапой доски, но потом посмотрел на Руоса.
– Здесь она исчезает. Локи не способен на подобные чудеса.
– Это невозможно, – отрезал Руос. – Она не могла исчезнуть. Она даже не маг.
Фелтис опустилась рядом с Флинтом на колени, провела рукой по камням мостовой и нахмурилась.
– Камни странные. Слишком новые. Как будто их кто-то перекладывал.
– Или что-то прикрывал, – мяукнул Торнадо, лениво шевеля хвостом. Его огромные глаза сверкнули. – Пожалуй, я чувствую пустоту под лапами. Эхо.
Грэм и Увэ сорвались с плеч Ггероя.
– Люк. Там люк! – крикнул Грэм.
– Локи увёл её вниз. В логово тех, кто прячется от света, – выдал Увэ.
Они принялись искать заветную дверь в подземелье. И нашли. Флинт обнаружил швы в земле. Дверь однозначно вела вниз, но жители того мира не дураки. Они не оставляют ручек, за которые можно дергать.
– Люк невозможно открыть без магии, – сказала Фелтис.
– А если там Дора? – занервничал Руос. – Мы должны попасть туда.
– Для этого надо найти «ключ», – устало произнёс кот.
И все посмотрели на Флинта.
ГЛАВА 19
Коленки Доры горели, когда, наконец, таркусы открыли люк, и она смогла выбраться на свежий воздух.
Сырой ветер коснулся кожи, повеяло влажной землёй и хвойной смолой. Под ногами ещё чувствовалась твёрдая глина, тянувшая холодом из недр, но воздух уже был другим – лёгким, живым, наполненным шёпотом листвы.
Она подняла голову. Перед ней стоял тёмный, густой, как стена, лес. Ветки переплетались так плотно, что казалось, ещё шаг, и их ветви обовьют её и утащат в свои владения. Дора крепко сжала лямку сумки. Деревья были исполинские, их стволы уходили ввысь, теряясь в сизом тумане, а где-то наверху просачивался свет, серебристыми лоскутами ложившийся на землю.
И вдруг взгляд Доры зацепился за нечто невозможное. И если вчера она видела такое чудо издалека, то сейчас оно возвышалось почти над головой. Дора раскрыла рот. Совсем близко, за лесными кронами, распахивалась пропасть, над которой висела громадная тень. Огромный остров, оторванный от земли, парил в воздухе, медленно покачиваясь. Его скалы сверкали влагой, по краям стекали вниз тонкие водопады, исчезающие в бездне, а из почвы торчали толстые корни.
На острове темнела башня и сияли крохотные огоньки, похожие на светляки или звёзды, заблудившиеся среди корней. От самого вида этой висящей твердыни перехватило дыхание. Зрелище было жутким и прекрасным одновременно, как сон на грани кошмара и чудес.
Ещё некоторое время Дора смотрела на парящий остров, пытаясь глазами найти хоть какой-то путь к нему. Она обвела взглядом обрыв, низкие тучи, переливы света на водопадах… но мостов не обнаружила. Ни подвесных канатов, ни каменных арок – ничего.
«Как же туда попасть?» – в груди зародилась острая тревога. Она уже знала, что в этом мире всё устроено не так, как в книгах её мира. Но мосты ведь должны быть! Торнадо был прав, когда говорил, что к Ракель так просто не попасть.
Она повернулась к таркусам, собираясь спросить, как попасть на этот остров. Но за спиной стояла ровная поверхность земли. Тёмный люк, из которого они вывели её наружу, был плотно закрыт и невидим, будто и не существовал вовсе.
Ни шороха, ни шёпота, ни блеска огромных глаз. Её окружали только лес, обрыв и пустота.
Дору охватила досада.
– И что мне теперь делать?
Для начала она решила воспользоваться советом маленьких существ из туннеля. Локи проще всего найти того, чьё настоящее имя звучит или о ком часто думают. Если Дора вслух «снимает» с себя имя и временно навешивает другое, то это собьёт его с верного пути.
– Эй, остров, меня зовут Иоланда! – крикнула она в пустоту, и голос эхом разнёсся по опушке. – Если кто-то ищет Дору, то у меня плохие новости – она осталась в туннелях.
Таркусы обещали, что это создаст магический шум, то есть Локи, ловя её имя, получит в ответ искажение. Он будет искать её там, где её нет. Её также предупредили, что чужое имя нужно держать до конца пути, пока не окажется в безопасности, и нельзя обмолвиться своим настоящим именем, иначе защита рассыплется.
На вопрос, насколько прочна такая защита, таркусы нехотя сказали, что со временем Локи может догадаться, но выигранное время бесценно.
Стоять на одном месте Дора была не намеренна, поэтому пошла вдоль опушки, осторожно отодвигая влажные ветви. Воздух здесь был иным – чувствовался запах сырой земли и какой-то живой тёплой пульсации, как если бы сам лес слушал её шаги.
И вдруг из-за стволов впереди раздалось хрипловатое фырканье. Девушка замерла.
Из тумана вышло существо высокое и гибкое, с мощными ногами и узкой грудью. На первый взгляд – лошадь, но под шкурой играли тугие, чешуйчатые мышцы. Дора уже встречала это существо. Она смотрела, как заворожённая, на святящуюся гриву и на миленькие рожки, напоминающие веточки янтарного цвета. Глаза большие, кошачьи, но тёплые, с золотистыми бликами.
Перед ней стоял муррикан.
– Поразительно! – выдохнула Дора. – А ты тоже говорить умеешь?
Он вскинул голову, настороженно вытянул шею, втягивая воздух. Нет, он не умел разговаривать, но явно заинтересовался Дорой.
Она знала, что бегство или резкий жест заставят животное исчезнуть в одну секунду. Поэтому просто стояла, медленно выдыхая, как делают дети, когда боятся спугнуть бабочку.
– Я не собираюсь навредить тебе. Мне нужно попасть на тот островок, к Ракель.
Муррикан приблизился на шаг, потом ещё на один. Его морда дрогнула от любопытства, но глаза оставались настороженными. Дора опустилась на колени и опёрлась ладонями в землю.
– Не бойся, – прошептала она. – Я тоже ищу путь. Заблудилась, как и ты.
Она протянула руку, но не к нему, а к земле, показав, что не несёт угрозы. Через некоторое время животное подошло ближе, вдохнуло запах её волос, шевельнуло губами у её щеки и тут же отпрянуло.
Так началась их осторожная игра. Дора поднялась на ноги и пошла вперёд, муррикан последовал за ней, держась на расстоянии.
– Если бы я знала, чем ты питаешься… – начала она, но вдруг вспомнила о книге.
Перед тем, как открыть её, она задала мысленный вопрос, и книга почти сразу ответила: МУРРИКАНЫ ПИТАЮТСЯ СУШЕННЫМИ КОРНЯМИ. ЭТО ТВОЙ МУРРИКАН.
– Слышал? – так как читала вслух, а животное стояло неподалёку, смело заметила она. – Ты – мой.
Они прошлись ещё дальше. Дора нашла корень и угостила его. А спустя часы, когда над долиной спускался млечный свет Монд Лана, муррикан подошёл сам и позволил коснуться своей гривы.
В этот самый момент Доре показалось, что из-под её ладони прошла тихая волна тепла. Муррикан принял её. А значит, она больше не одинока.
ГЛАВА 20
Муррикан нёс её вверх, в горы. Дора сама не знала, почему доверяет этому животному. Может потому, что книга сказала, что он её муррикан. А может, просто выбора не оставалось. Приближалась ночь. Дора проголодалась и устала. Она всё ещё не попала к Ракель. Её родители до сих пор ломают голову над тем, где же их дочь.
Они поднялись на самую вершину холма, и вдруг Дора увидела мост. Она поражённо смотрела на него и глазам своим не верила. Счастье переполняло до такой степени, что она чуть не задыхаясь крикнула:
– Это же мост! Мост на плавающий остров, да?
Он ответил ей низким мурчанием, в котором слышался ветер и шелест трав. Дора поняла, что он радуется вместе с ней.
– Тогда вперёд!
Муррикан ступил на мост, невидимый снизу, и под его копытами дрогнул воздух. Казалось, он идёт по воде.
Дора затаила дыхание. Над головой сквозь облако проплывал остров, исполинская глыба с мерцающими огоньками по краю. Она успела подумать, что всё идёт как нельзя лучше, как вдруг в воздухе что-то пронеслось со свистом, задело её за волосы, и муррикан взбрыкнул.
– Эй! – Дора вскрикнула, хватаясь за гриву. – Ты чего?!
Она видела, что что-то крошечное мельтешило перед глазами муррикана, но не могла разглядеть. И вдруг…
– Это мы! – прогремел над ухом звонкий голос, и рядом завис крошечный дракончик, весь в огненных искрах. – Не бойся, мы здесь, чтобы спасти тебя, Доррр…
Дора резко зашипела:
– Ш-ш-ш! Не называй моё настоящее имя. Ш-ш-ш… Локи привлечёшь. Зови меня Иоланда.
– Иоланда? Но…
За ним, на гриву муррикана, опустился второй – серебристо-фиолетовый, крылья тонкие, почти прозрачные.
– Грэм у нас вечно болтает невпопад.
– Я? Невпопад? – возмутился Грэм. – Да я, между прочим, навёл на след. – Он подлетел к самому лицу Доры и грозно сощурился. – Как тебе удалось приручить муррикана?
– Чёрт, да кто вы такие?
– Мы – друзья Руоса. Они ищут тебя по всему острову. Зачем сбежала? – ругался Грэм, сложив лапки на груди.
– Мне надо к Ракель. А вы, кстати, задерживаете.
– Нет! Тебе надо к королю!
– Грэм, – тихо перебил Увэ, – может, сбавишь тон?
Тот фыркнул и уселся на гриве животного, всё ещё шевеля крылышками.
– Ладно, ладно. Но если с ней что-нибудь случится, я свалю всё на тебя.
Увэ закатил глаза, затем обратился Доре:
– Руос должен доставить тебя к королю до заката. Потому что после заката солнца ты навсегда останешься хранительницей книги. А пока ещё есть время, тебя можно вернуть домой.
– Что?! – В глазах Доры появился ужас. – Почему мне сразу об этом не сказали? Муррикан? – она мягко похлопала животное по загривку. Тот тихо мурркнул, будто понял её намерение и стал поворачивать назад. – Молодец. Найдём настоящего Руоса и поедем к королю. Я должна успеть. – Она повернулась к фиолетовому Увэ. – Показывайте муррикану дорогу!
– Кто сказал, что она ничего не знает? Глянь, она освоилась на острове быстрее, чем ты после того, как вылез из куриного яйца.
Увэ лишь смерил Грэма усталым взглядом. Этот рыжий никогда не перестанет дразнить его, своего брата.
Сумерки спустились тихо, как дыхание большого зверя. Воздух стал вязким, в нём зажглись первые искорки – то ли светлячки, то ли отблески невидимых глаз. Муррикан шёл мягко, почти бесшумно, под копытами шелестела трава, а от его боков тянуло теплом.
Дора вглядывалась вперёд. Между стволов скользили две крошечные тени. Грэм и Увэ спорили на ходу, кто первый заметит Руоса, но их перебранка звучала приглушённо, почти мирно.
Лес густел. Листья казались чернильными, и лишь где-то далеко между ветвями просвечивала последняя полоска заката.
«Ещё немного, и мне никогда не вернуться домой», – с ужасом подумала Дора.
